Счастливое число Кошкиной

1. Трямс, здрасьте

Издав чавкающе-шипяще-булькающее предупреждение, лейка душа выплюнула последние капли воды и плевать хотела на мои мольбы, угрозы и даже удары по кафельной стене. Не сжалилась, не разродилась даже самым жалким напором, оставляя меня стоять в ванной в том самом промежутке процесса мытья, когда вроде как пора смывать пену.

- МА! - крикнула в пустоту квартиры, кое-как смахнув ползущую в глаза пену и уже не стесняясь выматерилась в голос, услышав лишь тарахтение холодильника на кухне.

Надежда, что родительница ещё не свинтила к своим подружкам и сможет дозвониться до аварийки или куда там обычно звонят, испарилась теми самыми каплями, которые с шипением исчезают, попав на раскаленную сковороду, и я, оставляя на полу шлепки пены, поскакала в комнату за телефоном.

- Лялька, у вас вода есть? - выпалила в трубку мобильного, пропуская приветствие - Лялечка не обидится и у меня тут вселенский кошмар как бы, - и после утвердительного ответа выдохнула с облегчением в телефон. - Открывай!

Тех секунд, которые потратила, чтобы цапнуть халат, обмотаться полотенцем и проскакать по площадке, стуча зубами - водичка у нас и так шла еле теплая, а в подъезде температура давно как на улице, потому что стекла вышибли ещё летом, - должно было с лихвой хватить всему управляющему составу управляйки, забивавшей болт на жалобы жильцов по поводу стояков и напора воды. Обматерила всех и каждого по самую тыковку, нажелала им чирьев на все места, куда только можно. Только залетев в уютную прихожую квартиры напротив, разом обо всем забыла. Ноздри защекотало витающими и очень вкусными ароматами домашней еды, а слух порадовал звук включенного Люлькой душа. Да-да. Люлькой. Лялечка всеми правдами и неправдами пыталась затолкать младшего брата в комнату, а он, жердина та ещё, упирался как мог. Ещё и присвистнул - где нахватался? - по своему оценив мое появление в его родных хоромах:

- Да ладно!? Лялька, отвали! Это мое желание сбылось! - поднырнув под руку сестры, попытался цапнуть край моего полотенца и зашипел, огребая вполне заслуженный подзатыльник. Сперва от меня, а потом и от Ляли. - Я зря что ли давился этой жженой бумагой, когда девушку себе загадывал?

- Обломишься, Сморчок Серый! - я показала язык подростку и закрылась в ванной комнате, подальше от его эротических фантазий с моим участием.

Встала под упругие горячие струи и застонала от блаженства. Шикарнейший, практически с массажным эффектом, напор в любое время суток - вот о чем давно забыли и даже мечтать не мечтали жильцы правой половины шестнадцати подъездного дома, разделенного двумя управляйками ровно по стояку идущему в нашей с мамой квартире. И не живи мы с Корюшкиными на одной площадке, куковать мне в пене до второго пришествия. Такой вот трубоводный пердимонокль.

Вдоволь наплескавшись на неделю вперёд, я выплыла из ванной счастливая, будто не душ принимала, а миллионы, свои миллионы, пересчитывала. Поправила тюрбан полотенца на голове, запахнулась в мумию, потуже затянула пояс на халате и пошла на аромат кофе, который Серёжка варил мастерски. Взяла поданную им кружку и показала кукиш на предложение встречаться. Сморчок в свои четырнадцать хоть и оставался ребенком, уже возомнил себя взрослым и вместо того, чтобы кадрить одноклассниц, замахнулся на девушек постарше. Видите ли ему с ними интереснее, а с малолетками - сам-то не малолетка? - поговорить не о чем. Ага. Знаем мы его интерес и единственную тему для разговоров. То полотенце сорвать пытается, когда я примерно так же как сегодня влетала домыться, то заглянуть в разрез блузки. Вымахал лбина под два метра, а в тыковке ни капли уважения к той, кто с ним в песочнице куличики лепил. Одни гормоны. Если бы не дружила с Лялькой и Люлькой, давно прибила, но окинув критичным взглядом тощего скелетину, расценившего мое внимание опять же по своему, передумала казнить и скривилась демонстрации намеков на бицуху:

- Не светит, Сморчок, - отрицательно помотала головой и повторила это движение на просьбу показать татуировку. - Обломись и сдрисни!

- Гелька, ну хотя бы кусочек покажь. Ну Гель! Жалко что ли? - взмолился Серёжка. - Я ж тебе кофе сварил…

- И что? - резонно заметила я. - В интернете татух хоть усмотрись.

- А мне твоя нравится. И там такой не было. Я гуглил.

- Угу. Знаю я что ты там гуглишь и на что пялишься, - сделала глоточек, жмурясь от вселенского счастья, а когда открыла глаза, увидела рядом с блюдцем свою любимую шоколадку - и вот когда успел подложить? Покачала головой со вздохом и оттянула край воротника, обнажая шею и дорожку следов от кошачьих лапок, идущую вдоль позвоночника. - Смотри уже, онанист.

- Круть!

Правда счастье Сережки оказалось скоротечным и попытка борзануть закончилась так и не начавшись. Лялька с Люлькой синхронно припечатали брательника по ладоням, в одной из которых сам собой материализовался телефон с запущенным приложением камеры.

- А ну брысь, глиста, если не хочешь узнать, что отец с тобой сделает, когда я ему расскажу по каким сайтам ты шарахаешься! - Люлька зыркнула на младшего Корюшкина снизу вверх и для пущего эффекта позвала старшего. - Паааа!

- Только попробуй! - пригрозил Серёжка, но сквозанул с кухни раньше, чем на ней материализуется не меньшая по росту фигура.

Правда дядя Игорь, в отличие от своего сына, был ого-го каким. Даром что работал физруком в школе. Мощный, рельефный, ни капельки лишнего жирка - все на своих местах и в объемах, на которые слюни пускало все женское население, начиная от одноклассниц Сморчка и заканчивая бабульками во дворе, ежедневно прожигающих взглядами старшего Корюшкина, вышедшего на свою неизменную утреннюю разминку. Дождь, ветер, мороз - без разницы. Не мужчина, а мечта. Только сколько бы ни пробовали увести эту мечту из семьи, ни у кого не получилось. Любовь у дяди Игоря с тетей Леной - мурашки по шее и спине бегут. Посмотришь, как они разговаривают и друг на друга смотрят, и всё. Финиш. Такую же хочется. Ну или хотя бы в половину такую. Чтобы и мурлыкать, и фырчать, и диваны в труху. Не то, что у моих родителей. Гавкали друг на друга, сколько под одной крышей жили, разбежались и дальше гавкаются, хотя вроде как уже и не за чем.

- Ну? - спросила Ляля, закрывая дверь на кухню. - Мы идём?

- А Фил будет? - вдогонку поинтересовалась Люля.

- Идём, не будет, - ответила обеим подругам, распечатывая шоколадку, и вместе с ними вздохнула. - Ну глупо же было надеяться. И Клейстер сказал, что там без вариантов.

- И все равно, Фил - моя ван лавочка! - Лялька подперла подбородок кулачком и приобняла Люльку, собирающуюся разреветься. - Не реви, Юлька.

- Не буду, - тряхнула головой Люля, а через мгновение захлюпала носом. - Ну почему-у-у-у? Мы же его так люби-и-им. Он же такой классны-ы-ы-ый!

И вот с этим мы трое, а ещё и несколько десятков тысяч других девчонок, вряд ли могли поспорить. Ну как можно не влюбиться в парня, когда от одного только взгляда его серых глаз сердечко срывалось вскачь, а если ещё включить и послушать песни, которые он писал… Полнейший финиш и сердечный раздербай во всех смыслах. Особенно, если ты лучше других знаешь, что ни мне, ни Ляльке, ни Люльке, ни какой-либо другой фанатке ничегошеньки не светит - Фил улетел отдыхать со своей девушкой. И как показывает практика и фотографии, которые мы втроём нарыли в соцсетях, подвинуть Маргариту у нас не получится. Вот и остаётся, что лить слезы и думать, как быть - то ли радоваться, что у Фила любовь любовная, то ли рвать душу и сердце, что эта любовь не ты. И даже не Лялька. И не Люлька. Мы бы как-нибудь договорились.

С Люлькиной подачи захлюпала Ляля, а за ней уже и я. Даже любимый "Кит-кат", которым пытался подкупить меня Сморчок, не смог подсластить эту горькую и обидную пилюлю. Лялька включила на телефоне последние песни, Люля притащила планшет со всеми фотографиями Фила… Уревелись втроём до красных глаз и появления на кухне дяди Игоря, а потом и вовсе завыли в голос - Корюшкин старший отобрал и телефоны, и планшет, буркнув, что мы занимаемся фигнёй вместо того, чтобы идти оторываться в клуб, как планировали.

"Feelings" - единственный, вне зависимости от того сколько их было разбросано по городу, клуб, который существовал для фанатов и особенно фанаток Фила. Место притягивало. Даже тех, кто в принципе не слушал рэп - все же клуб с первого дня своей работы запулил такую планку по крутости, что остальным нечего было ему противопоставить. Оно появилось немногим раньше, чем Фил выпустил свой первый трек в сеть, а после того, как догадливые совместили обложку с фотографией вывески и саму вывеску, превратилось в место паломничества. А когда мы узнали, что клуб ещё и обитель кумира, а потом и увидели его самого среди посетителей… О-о-о… Нас уже ничего не могло остановить. Даже стоимость входного билета не отпугивала от того, чтобы при первом удобном случае рвануть в "Feelings" на пару часов. Ни нас, ни других фанаток. Но только у нас троих был доступ к сокровищу, узнай о существовании которого остальные, поубивали бы и нас и друг друга - секретный чат с пиар менеджером Фила, Клейстером. В него-то я и отправила сообщение, что мы с девчонками приехали и стоим у входа в клуб. Пока ждали, когда нам махнет охранник, поржали над мелюзгой, решившей размалеваться под взрослых и наивно полагающих так просочиться внутрь клуба, потрещали с девчонками, состоящими в фан-группе и договорились с ними устроить какой-нибудь флешмоб при первом удобном случае, а после короткого свиста поскакали к дверям, на ходу разворачивая паспорта, чтобы секьюрити убедился в том, что пропускает действительно Кошкину и двух Корюшкиных.

- Не бузить, ясно? - уже не в первый раз, как бестолковкам, повторил бугай, открывая дверь в святая святых.

- О-о-о!!!

Кто бы со стороны посмотрел, сказали бы, что мы три идиотки, но разве можно удержаться, если из колонок на танцполе звучал ремикс на последний хит Фила, где текст закрученный Мистиком в запредельный по скорости речитатив, едва успевал отпечатываться в сознании. И такого варианта этой песни у нас не было.

Лялька с визгами рванула на этаж танцпола упрашивать Мистика скинуть ей запись, Люлька не долго думая полетела за сводной сестрой, чтобы та не отчеблучила что-нибудь дикое, а я сперва шагнула за ними, но, глянув на часы, пошла к чил-аут зоне, где договорились встретиться с Клейстером. Сфотографировала вечно забронированный столик за бархатными канатами на возвышении в ВИП-зоне и дернулась от сдавленного смешка, раздавшегося чуть не в самое ухо:

- Гелька, ты сколько его фоткать собралась? - Макс, тот самый Клейстер, которого ждала, толкнул меня в спину, обхватив одной рукой за талию. Подвёл вплотную к канатам и показал на центральное место. - Вот тут он сидит.

- Очуметь!

От близости к святому месту у меня затряслись руки, а перед глазами возникла виденная уже картинка - Фил, сидит на этом самом диванчике, неторопливо затягивается сигаретой и выпускает дым через нос.

- Очуме-е-еть!!!

- Да ладно? - парень снял один крючок со столбика и приглашающе повел ладонью. - Плюхайся. Перетереть вопросик надо.

- Глыть… Э-э-э… Да?

- А близняшки где?

- Там, - махнула я в сторону танцпола, опускаясь с опаской на край диванчика. - И они не близняшки. Сводные сестры, - поправила Клейстера, не сразу догадавшись, что он шутит.

- Ха-ха-ха! Гелька, выдохни уже, это просто диван! - захохотал Макс, щёлкнул пальцами свободному официанту и спросил. - Чё пить будешь? И сестричек зови. Им тоже в тему будет.

- Ага! Да! Сейчас! - закивала, давя на иконку дозвона, выбрав Люльку. - Люля! Давай вниз!

- Чего!? Не слышу нифига!

- Вниз идите! - проорала я, безуспешно силясь перекричать гремящую в динамике музыку. - Фил!

Кодовое и волшебное слово сработало на раз-два. Вызов сбросился, и уже через пару минут около столика застыли двумя статуями Корюшкины с открытыми в изумлении ртами.

- Это… это же… - первой отмерла Лялька, с жадностью смотря на диванчик, меня на нем и три бокала с бутылкой шампанского. - Люля, я сейчас кончу! Ущипни.

- Потом, - захохотал Макс, кивая щипающим друг друга девчонкам садиться. - Разговор к вам есть.

- Ага… Да… Глыть… - синхронно повторили они, аккуратно протискиваясь между столом и диванчиком, стараясь не касаться того места, которое было обозначено Клейстером едва ли не святыней. - О-о-о!

Хлопнула пробка, по тонким стенкам бокалов поползли первые пузырьки, а мы, ну три дуры одним словом, не нашли ничего лучшего, как сделать селфи. Такого у нас ещё тоже не было.

- Алло, гараж, - хохотнул Макс. - Завязывайте. Ещё не хватало после вас обивку менять.