Сегодня мы откроем глаза

Если хотите послушать самую интересную историю жизни, просто подойдите к зеркалу и попросите человека напротив рассказать о себе.

— Я купила корицы, — крикнула женщина, входя в огромный каменный дом, — сейчас будем пить чай.

Разные звуки доносились теперь до нее даже с самых дальних и темных уголков дома. Фигуры начали быстро и оживленно спускаться вниз, в столовую. Потому что чаепитие — это очень важно. Кто-то шустро, кто-то медленно рассаживался на свои места, пододвигая маленькие и аккуратные кружки.

Женщина, которая принесла корицу, заплела свои каштановые волосы и принялась разливать чай.

Жизнь медленно проходила вдоль стола, наливая вкуснейший чай Чувствам.

— А почему ей больше, чем мне?! — воскликнула Ревность, увидев, что Любви досталось больше.

— Потому что она важнее, — просто ответила Жизнь и продолжила свой путь.

У Чувств нет ни пола (поэтому они могут менять свой облик), ни постоянной внешности, ни конкретного места пребывания. Поэтому и не нет глупых поблажек при разливании чая. Важна лишь их значимость.

Так они и проводили свои вечера: пили чай, играли в шахматы, уходили из дома и возвращались, ссорились и мирились. Могли заниматься чем угодно в доме, потому что он был огромен.

А домом этим был человек.

1

Обычно все начинают рассказывать истории с самого утра. Это, конечно, очень оригинально и романтично, но все-таки я начну историю с вечера, потому что именно вечером наши чувства и ощущения усиливаются; мы чувствуем окружающий мир, а не видим его.

Я люблю вечера, особенно летние. Правда, они прекрасны! Просто представьте: легкий ветер колышет ваши волосы, подобно пшеничному полю, ласкает щеки, забирается в голову и поет там песни; ночь пытается отстоять свои права, но день, коварный хитрец, не уступает ей даже за час до полуночи; вам легко дышится, все мышцы расслаблены, вы можете рассуждать на различные темы, начиная с того, что приготовить завтра на завтрак, и заканчивая мыслями о проблемах человечества.

Был именно такой вечер: днем еще стояла жара, но уже сейчас, в половине одиннадцатого, эта самая жара потерпела фиаско от морского бриза; небо еще было кремово-розовым, но неизвестно откуда оно заполнялось насыщенно-фиолетовым, а затем и черным цветом. И на этой черной скатерти мелким бисером были рассыпаны маленькие бусинки-звезды. А меж ними медленно прохаживалась луна.

Рей шел вдоль береговой линии и думал. Я, если честно, совершенно не знаю о чем, но по лицу можно было судить, что о чем-то приятном.

На этой улице, кстати, как могло бы показаться обычному человеку, не было больше никого, кроме Рея. Но поверьте, за ним шли еще две девушки.

Шли они под руку и о чем-то беседовали. Если не ошибаюсь, то о розах, которые наполняли улицу прекрасным запахом и атмосферой безмятежности. Возможно, что именно этот запах и был одним из ингредиентов того самого чая.

Обе девушки были по-своему красивы, но так, что, взглянув на одну из них, вы сразу же забыли бы о красоте другой. Мраморная кожа первой девушки, светло-карие глаза, нежно-персиковые губы были очаровательны, притягательны и так недосягаемы для обычных, «земных» людей. Видели бы вы ее волосы! Едва касающиеся плеч, они, русые, переливались золотом, отражая уже слабый солнечный свет, усиливали его и освещали все вокруг. Это было Счастье.

Вторая девушка отличалась от первой (единственное схожее — это мраморная, сияющая кожа). Например, щеки второй украшали розовые румяна, в то время как у первой светло-коричневые подчеркивали и без того выразительные скулы. Она была почти на голову выше, чем первая, с прекрасными, светлыми, почти солнечными волосами, которые так легко поддавались ветру. И глаза… Даже, наверное, небо не такое голубое, как они. Если бы вы посмотрели в них, я даю слово, вы увидели бы в этих глазах целый свет, за секунду облетели бы всю Галактику, на бешеной скорости приземлились бы, но приземление ваше было бы не больнее падения перышка на ладонь. Ее легкое нежно-розовое платье с вырезом на спине казалось совершенно невесомым. Вот-вот дунет ветер — и платье превратится в лепестки цветков, рассеется по ветру и облетит всю землю, окутав ее в плед из заботы и тепла. Ее походка напоминала походку Рея, хотя скорее так: походка Рея лишь отдаленно напоминала ее. Если бы вы наблюдали вместе со мной, вы бы поняли, о чем я сейчас говорю: видно было, что Рею ходить таким образом было непривычно и ново, но для девушки это обыденное дело. Безусловно, вы бы тоже привыкли так ходить, будь вы Любовью.

Рей был влюблен.

Влюбленных людей вообще легко заметить: они всегда необычайно рассеянны, непривычно добры и нежны ко всему. Они, будто трудолюбивые пчелы, собирают чувства со всего, что их окружает, где-то у себя в глубине души непонятным образом перерабатывают, превращают во что-то прекрасное и непостижимое другим людям, а потом направляют этот волшебный поток на своих любимых.

Я хочу вам рассказать немного про Рея. Ему семнадцать, а в сентябре должно исполниться восемнадцать. Он не самый красивый парень, которого только можно встретить, но своя красота у него точно была. Не очень высокий, худощавый, но с сильными руками. Еще у него глубокие изумрудно-зеленые глаза, длинные ресницы, густые каштановые брови и вьющиеся волосы такого же цвета. Школу он закончил в этом году. Нисколько не сомневаясь в себе, юноша с успехом прошел вступительные экзамены и с сентября должен был учиться на архитектора-скульптора. С родителями у него были обычные отношения.

Что еще? «Да, вроде, все», — можете ответить вы. А нет, не все. Людям обычно хватает краткой информации типа образования, семьи, учебы или работы. И вполне достаточно, чтобы сложить «картину» человека.

Это неправильно. Знаете, что может очень хорошо рассказать про личность? Интересы. Да, именно они. Если я вам скажу, что люблю рисовать, вы сразу же ответите, что я творческий человек. А что вы ответите на то, если я скажу, что в школе у меня было «хорошо» по физике? Да, собственно, ничего.

Он любит читать, но не все подряд, а только романы и приключенческие повести, слушать музыку или просто петь (желательно, чтобы никто не слышал), рассказывать что-то, только бы слушали, создавать у себя в голове фантастические образы, нереальные (хотя кто знает) сцены, проживать случайные жизни и судьбы своих героев. А еще он очень любит животных, но, по воле родителей, их у него не было.

А что касается характера Рея, скажу лишь только то, что он тихий и спокойный, в меру ответственный и трудолюбивый. Но есть небольшое уточнение: его интересы очень часто меняются. Например, в семь лет он мечтал стать актером, к двенадцати — врачом, в расцвет юношеского максимализма — поэтом, а теперь и сам не знал, кем. Родители настояли на выборе профессии, но он, скажу я вам, и не сопротивлялся. Может быть потому, что неопределившимся человеком легко управлять, или потому, что знал: он все равно сможет заниматься чем-то, что ему нравится, независимо от профессии или работы. А может и потому, что просто хотел порадовать родителей?

Они, то есть Рей и его девушка, договорились встретиться в одиннадцать около пункта проката яхт. На часах было без пятнадцати минут десять. Он подошел к ближайшим витринам, чтобы проверить, как выглядит. Парень решил, что определенно чего-то не хватает. «Цветов, ну конечно же!» Он прошел несколько метров назад и зашел в цветочный магазин.

Тут было множество самых разнообразных цветов: в горшках или в виде букетов, гербариев или только сегодня срезанных, белых или ярко — красных, полевых или благородных (какое глупое слово для описания цветов). Выбрав, по его мнению, подходящий букет, он подошел к продавцу и уже хотел расплатиться, но тут зазвенел колокольчик на входной двери.

В магазин вошла пожилая, но достаточно красивая и ухоженная женщина. Она сразу же направилась в сторону кассы, где и стоял юноша.

— Простите, — вежливо начала она, — что лезу не в свое дело, но мне кажется, что для свидания этот букет не подходит.

Женщина мило улыбнулась, затем, повернувшись, стала искать подходящие цветы.

— Но откуда вы… — начал было Рей.

— Ох, мой милый, — она засмеялась, — я прожила свою жизни и видела достаточно влюбленных, чтобы научиться находить их среди других людей.

— Это правда, — шепотом сказал Рею продавец, — она часто к нам заходит, особенно весной, но ничего не покупает. Только помогает.

— Если не ошибаюсь, — вдохновенно продолжала женщина, — твоя спутница придет в чем-то голубом. Поэтому вот.

Она протянула ему маленький, но такой очаровательный и аккуратный букет из голубых и белых цветов.

— Мне кажется, ты слишком ему помогаешь, он должен делать все сам, — сказало Счастье, как только женщина вышла из магазина.

— Это ведь в моих интересах, — ухмыльнулась Любовь, и они продолжили гулять.

Рей заплатил за уже более достойный букет и вышел.

На назначенном месте стояла девушка. Как и Рей, она оказалась пунктуальной.

— Здравствуй, Софа! Ты чудесно выглядишь, — Рей отдал ей цветы и поцеловал.

Он был прав: она действительно выглядела чудесно. Нежно-голубое платье, как и говорила та загадочная посетительница цветочного магазина, белые туфли-лодочки и пояс под их цвет, небрежно собранные светлые волосы — одним словом, все смотрелось гармонично и очень изящно.

— Привет! — голос ее звучал как будто не отсюда, настолько мягким и бархатным он был. — Ну что, куда пойдем?

Софа, прекрасно зная ответ, все равно спросила, дабы побыстрее начать разговор.

Рей взял девушку за руку, и они направились по береговой линии к их любимому месту — небольшому ресторанчику, стоящему чуть ли не на самой воде.

Они разговаривали о чем-то непонятном, часто меняя тему разговора. Влюбленные очень часто обсуждают что-то непонятное, потому что надо что-то обсуждать, ведь неловкие паузы никому не нравятся. Этим отличается любовь от влюбленности: при настоящей любви даже молчание говорит о многом.

Через, наверное, полчаса они были на месте. Ресторанчик «Ночное небо» был одним из тем многочисленных ресторанов с домашней, уютной атмосферой. Ну, знаете, картины в стиле ретро, столы и диванчики в одинаковой цветовой гамме, обычно темный каштан, белая посуда, как везде в таких заведениях.

Особенно прекрасна в таких местах музыка: вы могли ее ранее не слышать, но как только она начинается, вы подумаете, что ее уже слышали когда-то давно, в самые приятные моменты жизни. Еще обычно в таких ресторанах есть свое одно фирменное блюдо, которое если вы не попробуете, можете считать, что не были в этом заведении. «Ночное небо» не стало исключением: здесь подавался вишневый штрудель, лучший в этом городе.

Софа и Рей решили взять его, хотя каждый из них пробовал этот штрудель тысячу раз, шампанское и попросили свечи. Вечер проходил замечательно: они рассказывали друг другу истории, смеялись и наслаждались едой.

Когда часы показывали пятнадцать минут двенадцатого, Рей подумал, что неплохо было бы потанцевать. Недолго думая, он подошел к одному из официантов и попросил поставить музыку, подходящую для этого.

Хотя парень и не был силен в танцах, ему и Софе все нравилось. Они просто кружились на месте и молчали. Но слова и не были нужны. Слова нужны, чтобы создавать гармонию, а когда она есть, так зачем еще что-то делать?

А знаете, почему этот ресторан является потому таким популярным? Потому что его крыша абсолютно стеклянная. Представьте: вы танцуете под небом, звезды смотрят на вас, и кажется, что они подумали, будто не хуже вас, и начали танцевать сами; море неожиданно поняло, что оно прекрасно поет, и поэтому поднимает свои волны, которые через секунды падают на землю, исполняя свою последнюю песню; чайки, желая помочь морю, тихо общаются между собой, а потом, одновременно решив превратиться в белый круговорот, летают над прозрачной крышей ресторана. И все прекрасно, и мир живет для вас.

— Ну, тогда до следующей встречи? — спросил Рей, стоя уже около дверей дома Софы.

— Да, конечно.

Одна из прядей упала на лицо, но девушка не заметила этого. Уверен, вы бы тоже этого не заметили, если бы на вас так смотрел ваш человек, как на Софу смотрел Рей.

Вот тот момент, которого так ожидали оба. Их головы начали медленно сближаться, носы уже точно касались друг друга, все ближе и ближе. Вот уже почти. Губы Рея чувствовали дрожащее дыхание девушки. Был слышен даже стук этих влюбленных сердец, готовых порвать грудную клетку и улететь в самый дальний уголок планеты, чтобы остаться наедине.

— София, ты скоро домой?

— Иду, мамуль, — крайне смущенно ответила Софа и, поцеловав Рея в щеку, побежала домой.

Парень только и успел, что в последний раз за сегодня уловить ее прекрасный запах. Это не духи, не аромат цветов, которые были повсюду в это время года, не запах штруделя, которым они могли пропахнуть в ресторанчике. Это что-то другое.

«Наверное, так и пахнет счастье», — подумал Рей и, улыбаясь, пошел домой. Проходившие мимо люди смотрели на него, как на неадекватного или пьяного, но какое вам дело до мнения окружающих людей, если вы счастливы?

Через неделю этим отношениями должен был исполниться год.

В детстве мне все время говорили, что я должен долго спать, а так как я был довольно упрямым ребенком, то делал все наоборот и просыпался достаточно рано.

Помню, как я любил это время: все родные в доме спят, и ты, как секретный агент, берешь свои вещи и тихонько спускаешься на первый этаж, включаешь утреннюю детскую передачу и наслаждаешься. А затем ты берешь еще сонного папу, и вы идете на улицу.

Абсолютно не важно, какое время года или какая погода, для тебя все новое и такое завораживающее. А вы замечали, что так себя по утрам ведут только дети? Наверное, это потому, что именно дети умеют радоваться простым вещам в жизни, ловить момент и жить только этим моментом. А еще говорят, что дети глупы. Может и глупы, зато счастливы.

Рей проснулся уже после десяти. Солнце своими лучами поглаживало его щеки, призывая к пробуждению. Из-за окна доносились крики чаек, которые юноша слышал уже семнадцати лет, и дыхание свежего утреннего ветра.

Давайте сделаем вид, что здесь я описываю его утренние хлопоты: то, как он одевается, чистит зубы, кушает и идет в город. Это все скучно, а если все же захотите узнать, как проходит его утро, просто понаблюдайте завтра за собой.

Отец Рея, мистер Трейер, владеет книжным магазином, отнюдь не самым большим в этом городе, но вполне достойным. Рей ему помогает в качестве консультанта, продавца, уборщика и грузчика. Одном словом, больше всех работает, но зарабатывает далеко не больше всех. К сожалению, такое случается не только с ним.

Эту работу он очень любил. Посудите сами: всегда тихо и спокойно, приятная атмосфера, запах новых книг, возможность побеседовать с потенциальными покупателями (магазин специализировался на художественной литературе, так что случайные люди сюда не приходили), еще и библиотека всегда под рукой.

Работал он до пяти вечера, то есть до закрытия магазина. А потом шел гулять: иногда один, иногда с компанией друзей, но чаще всего, как, например, сегодня, — с Софой.

Выйдя из магазина, он, воодушевленный, направился к супермаркету, где они и должны были встретиться. Шел парень, не торопясь, разглядывая всех и все вокруг.

Уже на пешеходном переходе за квартал до центра он заметил очень красивую девочку.

Его внимание она привлекла своими белыми, как снег, волосами и серыми, словно мгла, рассеивающаяся над городом, глазами. Они, такие широкие и такие глубокие, настолько притягивали внимание, что юноша даже не заметил, что пошел на красный свет. Благо, водитель оказался с прекрасной реакцией и успел затормозить. Уже перейдя улицу, он обернулся посмотреть, где эта девочка, но, видимо, она куда-то быстро убежала.

Сегодня Софа была одета в обычные зауженные фиолетовые штаны и ярко-желтую легкую рубашку.

— Может быть, сегодня прогуляемся по набережной? — предложил Рей.

Стоит сказать, что как бы Софа ни выглядела, во что бы она ни была одета, как бы она ни пахла, Рей все равно наслаждался этими моментами, пытался запомнить их, навсегда отложив в своей памяти.

Почему же я не рассказываю, что чувствовала Софа к Рею? Я этого знать не могу, уж простите. Но могу заверить вас в одном: она хороший человек и не похожа на тех, кто может пользоваться чувствами других.

— Только давай пойдем через парк, — сказав это, она взяла его за руку.

Мимо ехали машины, велосипеды и самокаты, даже одна «Скорая» мчалась в ту сторону, откуда и пришел Рей; навстречу шли люди, бежали маленькие дети, как всегда радующиеся моменту, бежали и взрослые, только уже не ловящие эмоции из ниоткуда.

Они что-то бурно обсуждали, смеялись, иногда дразнили друг друга, убегали и догоняли.

— Будешь мороженое? — вопрос, естественно, был риторическим.

Их взгляды на мир не похожи, и они принимали это. Но была одна вещь, которую один точно не мог понять во втором: любимые вкусы мороженого. Рей — огромный любитель фруктового льда, а Софа любила только шоколадное. Собственно говоря, это их самое крупное разногласие.

Дальше они шли и просто наслаждались искусственным холодом.

Солнце уже зевало, когда они шли по влажному песку, ежесекундно отдавая свои ступни воде. Чайки не кружили над головой, шумные весельчаки-туристы не пели песни про свою страну, ветер своим дыханием намекал жаре, что ей уже пора, в общем, весь мир был чем-то волшебным.

— Я тебе рассказывала, как мы с родителями один раз ездили в Вену?

Не дождавшись ответа, она начала рассказывать.

— Я еще была тогда совсем маленькой, мало что запомнила. Только как фотографию помню памятник Моцарту. Кажется, тогда было лето, а около этого самого памятника была клумба, на которой аккуратно был высажен скрипичный ключ. Я так на него смотрела и восхищалась, — степень восхищения можно было понять по скорости и выразительности речи в этот момент, — что пообещала себе приехать к нему еще раз. А потом мы пришли к этим восхитительным дворцам, затем гуляли по ярким садам, заходили в небольшие и уютные магазинчики. И тогда я поняла, что должна там жить.

Ее живые, восторженные глаза не смотрели куда-то конкретно, они вместе с хозяйкой гуляли по Вене, снова смотрели на эти чудеса, иногда переключались на Рея, такого мечтательного, но в то же время и очень внимательного.

Если бы вы встретили Софу в реальной жизни, вы бы точно подумали, что она не умеет говорить и постоянно замкнута в себе. Но стоит вам узнать ее поближе, и вы вряд ли сможете вставить хоть слово. Я очень люблю таких людей, потому что, если они с тобой разговаривают, ты чувствуешь себя особенным для них.

— О, поймала, — Софа чудом успела схватить кусочек пролетавшей мимо газеты, — Рей, посмотри, какая красивая собака.

«Пропала собака», — прочитал Рей. Это было фото обычной длинношерстной собаки, только с голубыми глазами, которые так редко встречаются у собак.

— Я всегда расстраиваюсь, когда вижу такие объявления, — девушка грустно вздохнула и продолжила: — Сразу хочется бросить все дела и найти бедное животное.

— Она найдется. Правда, — Рей обнял ее и добавил: — Если ей было хорошо в том доме, значит она обязательно вернется. А если не было хорошо, так и жалеть не надо.

Они погуляли еще два часа и разошлись по домам.

— Ох, и счастливые эти молодые. — Амалия, мама Рея, принесла мужу чай и села рядом с ним у телевизора. — И мы когда-то такие были…

— А чем мы сейчас хуже? — удивился Карл и, обняв жену, поцеловал ее в лоб.

— И правда.

Рей уже спал. Завтра очень тяжелый день — День рождения Софы.

Рей и его родители готовились к праздничному ужину, который устраивала семья Софы.

Хочу познакомить вас с родителями Рея: Карл и Амалия Трейер. Они прекрасные, честные и трудолюбивые люди. Как я и говорил выше, у отца Рея свой книжный магазин, а мама его работает экономистом в рекламном агентстве.

Итак, вернемся к ужину. Он был назначен на шесть часов вечера в доме Софы и ее родителей.

Подъехав к дому, п…