Сердце сокола

Глава одиннадцатая: Обещание Рейнардо

В сад Кристина вышла очень рано, едва рассвело, и никак не рассчитывала застать в такое время у фонтана Рейнардо. И тем более услышать слова о том, что он ждал ее.

— Ждали, ваше величество? — изумилась Кристина. — Но ведь сейчас самое лучшее время для сна.

— Однако ты не спишь, — возразил Рейнардо и предложил ей руку для дальнейшей прогулки. Кристина секунду помедлила, потом все-таки подчинилась его желанию. Отвергать королевское внимание из собственного страха было в корне неверно.

— Мне хотелось подышать утренней прохладой, пока солнце не иссушило ее, — довольно-таки высокопарно ответила она, все из-за того же страха нервничая и теряясь.

— А мне хотелось увидеть тебя, — бесхитростно сказал Рейнардо и улыбнулся, а у Кристины снова быстро застучало сердце. И снова — не от предвкушения.

— Благодарю вас за цветы, ваше величество, — вспомнив о приличиях, пробормотала Кристина. — И, конечно, за охранную грамоту — это лучший подарок, который вы могли мне преподнести.

Рейнардо улыбнулся еще шире и, накрыв ее руку своей, нежно ее пожал.

— Это не стоящие внимания мелочи по сравнению с тем, что сделала для меня ты, Кристина! — с восхищением произнес он и поднес ее руку к губам. — Я жил в ослеплении и, наверное, долго бы еще не прозрел, если бы не ты. Ты прости меня, ради бога, за то, что я тебе не верил! Теперь я сам убедился, как вероломны порой бывают даже лучшие из слуг, кусая руку, которая их кормит, и не стыдясь никаких человеческий пороков!

— Лучшие из слуг? — переспросила Кристина, не решаясь поверить в то, что король говорит так о регенте, и оказалась права.

— Солдаты эленсийской армии, — поморщился Рейнардо и тайком вздохнул. — Гордость страны и ее позор. Сеньора Керриллара вчера чуть удар не хватил, когда я все ему рассказал. Он не хотел, конечно, верить, что такое возможно, совсем как я, но у меня оказалось достаточно свидетелей, чтобы убедить его в этой ужасной реальности. Мне бесконечно стыдно, Кристина, что я был так глуп и упрям и отказывался замечать очевидное. Но я сделаю все, чтобы исправить ситуацию! Вчера мы вместе с сеньором Керрилларом подписали приказ, запрещающий мародерствовать при сборе податей, и, уверен, обещанное наказание за его нарушение отобьет у всякого охоту поживиться за чужой счет!

Кристина слушала его со смешанным чувством удовлетворения и досады. Хорошо, конечно, что беззащитным крестьянам больше не будет угрожать опасность, подобная той, что угрожала Бето и Эстерсите, но регенту Керриллару снова удалось провести наивного Рейнардо, столь безусловно верящего каждому его слову. И приказ он явно не без задней мысли подписал: наверняка там была лазейка, которая позволит ему и дальше творить в стране беззакония и угрожать не только власти короля, но и ему самому.

— Это хорошее решение, ваше величество! — тем не менее одобрила Кристина. — Однако как в таком случае быть с сеньором Альконом? Вам не кажется, что его поступки теперь предстают в новом свете и что на деле он вовсе не разбойник, а защитник слабых и угнетенных?

Рейнардо усмехнулся, словно бы разгадав ее хитрость.

— Намекаешь на то, что мне следует объявить его национальным героем и пожаловать орден Трех лилий за подвиги? — скептически поинтересовался он, однако Кристина со всей серьезностью покачала головой.

— Хотя бы отменить охоту на него, — просто сказала она, и Рейнардо задумался. Они свернули в одну из зеленых аллей, и ни впереди, ни сзади как будто не было видно привычных гвардейцев-телохранителей.

— Я… посмотрю, что можно сделать, — наконец уклончиво сказал Рейнардо, и Кристина поняла, что на этот шаг регент ни за что не пойдет, а его величество не хотел окончательно портить и так пошатнувшиеся отношения с наставником. Уж не из-за безликого разбойника. — В конце концов, он может просто снять маску и жить, как жил раньше, без всяких угроз своей свободе. Отсутствие преступлений даст ему такую возможность.

Кристина кивнула, догадываясь, что спорами все равно ничего не добьется, и еще раз поблагодарила Рейнардо за добрые намерения. Однако он не принял ее слов.

— Это я должен тебя благодарить, — категорично заявил он и, чуть обогнав Кристину, неожиданно опустился перед ней на колени. Кристина охнула и прижала свободную руку к груди. — А сначала — попросить прощения! За все, моя добрая Кристинита: за недоверие, за глупые мальчишеские обиды, за то, что оставил тебя одну, позволив подвергать себя опасности. За то, что не понял сразу, насколько чистый и чудесный человек встретился мне на жизненном пути, и не оценил его по достоинству! Но больше это не повторится, Кристинита, клянусь тебе! И с замиранием сердца жду твоего приговора.

Кристина, тщетно пытавшаяся уговорить его подняться, напоминая о том, что королям полагается стоять на коленях разве что при коронации, немедля согласилась принять все его извинения и забыть все нанесенные обиды, лишь бы поскорее избавиться от смущения и страха быть застигнутой рядом с его величеством в подобном недвусмысленном положении. Все время казалось, что сейчас на дорожке появится не какой-нибудь перепуганный королевским исчезновением гвардеец, а сам герцог Веларде со своим стальным осуждающим взглядом. Смерит им Кристину с ног до головы, мигом сделает правильные выводы и наградит Кристину парой фраз настолько метких и неласковых, что они потом долго еще будут изводить ее вечерами, пытая стыдом и раскаянием. И не имело значение, что на Кристине не было вины: герцог умел находить в ее душе слабые места и бить точно в цель.

И кажется, он не очень одобрял увлечение кузена простой фрейлиной.

Рейнардо сжал обе ее руки, явно не удовлетворенный ее безучастием к его признаниям, однако внял ей и поднялся. Огляделся кругом, повторяя Кристинины действия, и поинтересовался, кого она ждет. Кристина не стала скрывать своих опасений и была рада, что Рейнардо принял их за достойное объяснение, хоть и понял несколько неверно.

— У Сантьяго должность такая — мешать мне спокойно существовать на этом свете, — виновато пожал плечами он. — Но сегодня можешь не волноваться: он отбыл по делам в свое поместье и не сумеет испортить нам эту прогулку.

Кристина выдавила улыбку, хотя облегчения точно не почувствовала. Как ни боялась она выговора герцога Веларде, его несвоевременности она боялась еще сильнее. Какие намерения были у Рейнардо после грамоты, цветов и коленей? А вдруг он решил, что это дает ему право на Кристинину взаимность? Тем более что сама она как будто его подтверждала?

— Не верю, что он решился оставить вас без охраны, — чуть дрогнувшим голосом заметила Кристина, отчаянно надеясь, что она не ошибается. Однако Рейнардо в ответ только легко рассмеялся.

— Ты, кажется, неплохо успела изучить моего кузена? — с легким оттенком неприязни заметил он. — Впрочем, ты права: разумеется, моя спальня и сейчас оцеплена гвардейцами. Вот только они, в отличие от Сантьяго, ничего не знают о секретном ходе из моей уборной прямиком к одному из фонтанов. Так что сегодня нам с тобой некого опасаться и не на кого оглядываться.

Кристина ошеломленно посмотрела на него.

— И вы вот так, спокойно, рассказываете совершенно постороннему человеку о, возможно, единственном пути спасения при грозящей вам опасности? — воскликнула она, не понимая подобной беспечности. — А если я?..

— Ох, Кристина, да ты, оказывается, та еще зануда! — махнул Рейнардо рукой и отвернулся, глядя куда-то вглубь дикого парка. — Под стать Сантьяго, а я-то так радовался, что хоть на день вырвался из этого плена!

— Но, ваше величество! — попыталась было настоять Кристина. — Прав сеньор Веларде или нет в своих действиях, тем не менее он стремится защитить вас! А вы совсем ему в этом не помогаете!

Она не удержалась от осуждающего тона в последней фразе, и Рейнардо его услышал.

— Меня не от кого защищать, Кристина! — неожиданно столь резко заявил он, что она невольно вздрогнула. — Никто не желает моей смерти, иначе я давно был бы мертв, несмотря на все старания Веларде! Я позволяю ему делать свое дело, понимая, что иначе не смогу расплатиться с ним за жизнь его отца, но это не имеет отношения к его необоснованным подозрениям в адрес сеньора Керриллара! Поэтому прошу тебя, Кристина, давай сменим тему! Мне приятна твоя забота обо мне, но на первом свидании я хотел бы поговорить о чем-нибудь другом!

— На первом… свидании?.. — теперь уже совсем смешалась Кристина, но Рейнардо ее смятение как будто только вдохновило. Он шагнул вперед и ласково убрал выбившийся локон с ее лба.

— Именно, Кристинита, — тепло улыбнулся он, а у нее перехватило дыхание. — Наши предыдущие встречи не считаются: Сантьяго в них явно был лишним. А сегодня мы наконец только вдвоем. У тебя уже были свидания, Кристинина? Ты очень яркая девушка: не может быть, чтобы никто до меня не оценил твоего очарования.

Впрочем, это не имеет значения: я не ревнив и не собираюсь осуждать тебя за маленькие юношеские шалости. Главное — что ты сейчас со мной, и я… — он наклонился, став совсем близко, и Кристина, не выдержав, подалась назад.

— Ваше величество…

— Ваше величество! Ваше величество! Сеньор король! — так близко раздался звонкий мальчишеский голос, что Рейнардо вздрогнул, а Кристина послала беззвучную благодарность небесам за спасителя. — Смотрите, мне дали форму, как приказали! Сеньор герцог сказал, что дадут, и дали! Отличная форма, ваше величество! У нас такую никто пошить не сумеет!

На поляну из-за кустов выкатился Бино Кастро собственной персоной в новеньком гвардейском мундире и с сияющим, будто начищенный талиант, лицом. Он поначалу скользнул по Кристине равнодушным взглядом, а потом аж подпрыгнул и заморгал, будто не веря собственным глазам.

— Сеньорита Кристи! Вот неожиданность-то! А я ведь и не признал вас в платье-то! — затараторил он, а Кристина выдавила улыбку, придумывая повод, который позволил бы ей уйти вместе с Бино. Потом она будет ненавидеть себя за эту слабость, но пока хотела только сбежать. Отдышаться. И изгнать наконец из души эту непрошенную жалость, не позволяющую бороться за себя. — Вы красивая такая, когда девушка-то! А зачем вы в мужское рядитесь? У нас в мужском были.

— И правда, зачем? — присоединился к его вопросу Рейнардо, поначалу только досадливо морщившийся при каждой фразе болтуна Бино.

— Так удобней в пути, — честно ответила Кристина. — И безопаснее. Женщине трудно путешествовать одной: слишком много на дорогах людей, считающих, что им все позволено. К мужчине еще побоятся подойти, а с женщиной не станут церемониться.

Рейнардо недовольно покачал головой.

— В следующий раз, Кристина, когда надумаешь отправиться в путешествие, я найду тебе провожатого! — не терпящим возражений тоном заявил он. — А пока, думаю, тебе ничего не угрожает. В нашем саду опасаться некого.

Он посмотрел на Бино многозначительным взглядом, явно предлагая тому убраться подальше, однако Бино только хлопнул глазами и принял откровенный вид деревенского дурачка.

— А если будет кто обижать, вы сразу меня зовите! — категорично заявил он, тоже обращаясь к Кристине. — Я кого угодно отважу, сами знаете! Или, если хотите, я все время с вами ходить стану! Ни на шаг не отойду, ей богу! Мне, правда, оружия не дали, но я что-нибудь придумаю!

Рейнардо слушал его, слушал, а потом внезапно весело рассмеялся.

— Ты от кого защищать-то сеньориту собрался, воитель? — поинтересовался он, а Кристина тихонько вздохнула, понимая, что не сможет воспользоваться столь своевременным появлением Бино. Кажется, герцог Веларде оберегал ее, даже находясь за много миль от нее. Вряд ли, конечно, он об этом подозревал, но такая мысль неожиданно придала Кристине уверенность. Нет, довольно она трусила, полагаясь на чужую защиту. Пришла пора действовать самостоятельно.

— Спасибо, Бино, не нужно, — тоже улыбнулась Кристина. — Его величество не способен на гадкие поступки, требующие твоего вмешательства. Так что ты вполне можешь доверить мою защиту ему, а сам пока полакомишься чем-нибудь вкусным у сеньоры Флорес.

Бино сначала недовольно фыркнул, явно оскорбленный подобным предложением, а потом сам смерил Рейнардо таким взглядом, словно обещал ему мучительную смерть при первой же Кристининой жалобе.

— Как скажете, сеньорита! — угрюмо проговорил он. — Но если что, зовите! Я всегда услышу!

Кристина со всей серьезностью пообещала воспользоваться его предложением, после чего Бино заметно повеселел и, насвистывая деревенский мотивчик, скрылся за деревьями. Рейнардо снова взял Кристину за руку.

— У меня появился конкурент? — насмешливо спросил он, разворачивая Кристину к себе и вглядываясь ей в лицо, однако она опустила глаза и чуть отступила назад. Рейнардо удивленно повиновался ей и разжал пальцы. Кристина стиснула концы мантильи и глубоко вздохнула.

— Надеюсь, вы не станете винить Бино за эту бестактность и не сочтете мои слова такой же бестактностью или даже дикостью, ваше величество, — с трудом начала она. Рейнардо пожал плечами.

— Ну уж это совсем невозможно, — произнес он, однако Кристина не позволила ему продолжить осыпать ее комплиментами.

— Я хочу сказать невообразимую вещь, которую фрейлина не имеет права говорить своему королю, — выдохнула она и наконец смело подняла глаза и встретилась взглядом с Рейнардо. — Но я не могу оставлять вас в заблуждении: это нечестно и гадко, а вы никак не заслуживаете…

— Ты не любишь меня? — прямо спросил Рейнардо, и Кристине понадобилась вся ее сила воли, чтобы не отступить в этот момент. Наверное, она своими руками ломала собственную судьбу, но ей никогда не давалось притворство. Не стоило и начинать.

— Я очень тепло к вам отношусь, — искренне призналась она. — Гораздо теплее, чем к любому другому мужчине, но я не уверена… Я никогда не любила и не знаю…

Я не хочу обижать вас, ваше величество, и не хочу лишаться вашего доброго ко мне отношения, потому что вы замечательный человек; самый лучший из всех, но мои чувства…

— Твои чувства нужно завоевать, не так ли, Кристина?

Она осеклась и взглянула на него в крайней изумлении. На лице Рейнардо была написана упрямая решимость, и Кристина окончательно растерялась.

— Завоевать, ваше величество? — глупо спросила она. Он кивнул — к счастью, без всякой неприязни.

— Разумеется, — подтвердил он. — С моей стороны было наивно рассчитывать, что твое сердце растает из-за каких-то цветов. Мальчишеский поступок, как и все мое поведение в целом. А тебе нужен мужчина, Кристина, мужчина, способный защитить тебя от любых неприятностей и позаботиться о тебе, особенно когда тебе плохо. И я стану таким мужчиной, будь уверена! Стану тем, кем ты сможешь гордиться и кого захочешь полюбить! Дай только время — и убедишься, что Рейнардо Солар умеет держать слово! У меня множество планов, и теперь наконец появится повод их осуществить!

Кажется, никогда в жизни Кристина еще не была так поражена, чтобы потерять дар речи. Король Эленсии собирался завоевывать ее? Он захотел измениться ради нее? Он решился пойти против воли регента, чтобы Кристина могла восхищаться им? Этого просто не могло быть! И Кристина либо спит, либо мучается в агонии после неудачного выстрела из карабина.

— Я… — только и выдавила из себя она, и Рейнардо, посмотрев на ее беспомощность, милостиво сжалился. Снова взял ее руку в свои и поднес ее к губам.

— Я не хочу терять тебя, Кристина, — неожиданно мягко произнес он. — Ты делаешь меня лучше, и я нравлюсь себе именно таким, новым. И надеюсь, что и тебе однажды понравлюсь настолько, что ты не захочешь больше отвергать меня.

Кристина заставила себя ответить: молчание в таком положении было бы для Рейнардо худшим оскорблением.

— Я очень хочу, чтобы вы были счастливы, ваше величество! — из глубины сердца нашла слова она. — Вы, как никто другой, этого заслуживаете!

Рейнардо улыбнулся и пообещал, что она не разочаруется.

И сдержал слово, немедля взявшись за управление государством, да с таким рвением, что оставалось только поражаться его былому безразличию. Но помимо рвения он проявил еще и неприсущую его юному возрасту мудрость, издавая приказы, которые регент никак не мог не поддержать.

Для начала Рейнардо занялся модернизацией армии. Назначил сроки смотров, к которым каждый род королевских войск должен был подготовить собственное представление и продемонстрировать лучшие качества своих солдат. Поручил знающим людям изучение современного оружия и возможностей оснащения им армию, чтобы вернуть той былую мощь и обеспечить своему народу необходимую защиту в случае вражеского нападения. Взялся за омоложение командного состава, без всякого сожаления списывая с обеспечения тех, кто был не в состоянии держать в руках карабин и на справлялся с собственными подчиненными, творящими в недавнем прошлом всяческие бесчинства.

Потом он объявил о начале курса на промышленную революцию. В Эленсии было немало природных ресурсов, способных при их правильном использовании стать основой для развития экономики, и Рейнардо, вдохновленный успехами Великобритании, решил попытаться последовать ее примеру. Он отправил приглашения лучшим европейским специалистам, рассчитывая с их помощью построить в Эленсии железную дорогу, а также самые современные заводы и фабрики. А чтобы и самим не ударить в грязь лицом, Рейнардо озаботился необходимостью образования своего народа и велел до осени представить ему проект по внедрению этой идеи в жизнь.

Не осталось в стороне и сельское хозяйство. Оказалось, что его величество давно понимал необходимость увеличить долю виноградников и цитрусовых в возделываемых культурах и наконец нашел возможность воплотить свои задумки в жизнь, заслужив помимо всего прочего похвалу от любимого опекуна, совершенно согласного со всеми его нововведениями. Рейнардо сиял, когда рассказывал обо всем Кристине, а она не переставала удивляться, почему его величество столько времени скрывал свои знания и таланты, которые были столь необходимы его стране и его народу. Рейнардо пожимал плечами, а потом вдруг лукаво улыбался.

— Должно быть, рядом со мной не было музы по имени Кристина? — весело предполагал он, а Кристина заливалась краской и смущенно отводила глаза. Что она могла ответить? Она гордилась Рейнардо и восхищалась им, ни в коей мере не преувеличивая свое значение во всех этих переменах, вот только иных чувств в сердце не находила. И с каждым днем это все сильнее тяготило ее. Она видела, что Рейнардо ждет от нее взаимной нежности и расстраивается, не находя ее, и потихоньку теряет терпение, все чаще беря Кристину за руку без всякого на то повода, и глядя долгим взглядом ей в глаза, и замолкая на полуслове в надежде на неожиданный порыв и счастливое разрешение всех своих сомнений, а она снова и снова отказывала ему, изворачиваясь, переводя разговор на безопасную тему, страдая от своего равнодушия и понимая, что рано или поздно ей придется разрушить все его надежды.

Вот только Кристина даже представить себе не могла, что станет тому причиной.

С самого утра все пошло не так, как обычно. Рейнардо не вышел в сад перед завтраком, хотя еще вчера настаивал на этой встрече, интригуя каким-то «сюрпризом для сеньориты Даэрон». Кристина подождала возле фонтана, потом прошлась по зеленому коридору, обогнула по тропинке все любимые места его величества, возвратилась в сад, заглянув по дороге в лабиринт, но ни короля, ни верных ему гвардейцев так и не обнаружила. Разумеется, его могли задержать какие-то дела, возникшие столь неожиданно, что Рейнардо не смог отыскать возможности предупредить Кристину, но на сердце у нее стало тревожно. Подобные неожиданности имели свойство заканчиваться весьма неприятными новостями, а Кристина искренне предпочла бы от них отдохнуть.

Встреча у фонтана с Эстер как будто разогнала предчувствие: невозможно было не улыбаться, глядя в ее восторженно-счастливые глаза. Она теперь работала в саду, ухаживая за цветами, и, казалось, получила все, о чем только могла мечтать.

Кристина ласково поприветствовала ее, высаживающую в разрыхленную землю тюльпаны, но сказать ничего не успела: откуда ни возьмись к ней подлетела Перла Марино Динарес и, не обращая на Эстер ни малейшего внимания, подхватила Кристину под руку.

— Ах, Кристинита, ну и счастливица же ты! — воскликнула она. — Такие милости заслужила! Признавайся, в чем твой секрет!

— Какой секрет? — не поняла Кристина. Перла обожала все загадочное и необычное, подозревая тайны даже там, где их априори не могло быть, и Кристина не сомневалась, что сейчас именно такой случай.

Однако Перла считала иначе.

— Секрет твоей популярности, разумеется! — заявила она, еще больше удивив Кристину. — Ты же не красавица, Кристинита, кокетничать не умеешь, о флирте вообще ничего не знаешь, а мужчины от тебя головы теряют. Да еще какие мужчины! Один Рейнардо чего стоит: любая из нас половину жизни отдала бы, чтобы только он вниманием своим одарил, а он к тебе прикипел и глаз не сводит! Вот и хочу понять, чем же ты берешь их, Кристинита? Может, околдовываешь?

Это «Кристинита» уже набило Кристине порядочную оскомину. Она не любила такое обращение, напоминающее ей о родительском безразличии, но сейчас Кристина зацепилась за другое.

— Их, Перлига? — чуть раздраженно уточнила она. — Кроме его величества я еще кого-то соблазнила своей посредственностью?

Однако Перла если и поняла ее издевку, то виду не подала. Только распахнула и без того огромные глаза и с осуждением посмотрела на Кристину. Потом вдруг рассмеялась колокольчиком.

— Конечно, я понимаю, после короля остальных мужчин можно просто не считать, — сделала какой-то невообразимый вывод она. — Но все-таки герцог, второй человек в Эленсии после его величества, даже одной с ним крови… А может, — сама себя перебила она, — все дело именно в крови? Может, именно Соларов ты и привораживаешь какими-то чарами? Что это, Кристинита? Любовное зелье? Или иной приворот?

Кристина позволила Перле выговориться, поскольку должна была убедиться, что правильно ее поняла, потому что намеки новой любимицы инфанты казались совершенно невозможными.

— Ты говоришь о герцоге Сантьяго Веларде? — напрямик уточнила Кристина, и Перла немедля кивнула.

— А что, Кристинита, в твоем списке значатся и иные Солары? — захлопала глазами она. Кристина освободилась от ее руки и нахмурилась.

— Я не коллекционирую мужчин, Перла, что бы ты себе ни придумывала, — твердо сказала она. — И была бы признательна, если бы ты не распространяла обо мне сплетни, не имеющие под собой никаких оснований.

Брови у Перлы Марино Динарес взлетели вверх.

— Как это «никаких оснований», Кристинита? — словно бы непонимающе переспросила она. — У вас же свадьба сговорена, а ты все еще пытаешься утаить вашу связь! Да весь дворец уже знает, так что хватит скрытничать! Прими мои поздравления, это чудесная партия…

— Какая свадьба? — теперь уже совсем опешила Кристина. Нет, Перла, конечно, всегда была немного странноватой девушкой, но не до такой же степени! Она сама-то понимала, что говорит? — Ты перепутала сон с реальностью, Перла? Или кто-то над тобой глупо подшутил? Мы с герцогом Веларде совершенно чужие люди, и даже речи быть не может, чтобы…

— Что ты, Кристинита, что ты, никто надо мной не шутил! — весело оборвала ее Перла и улыбнулась самой приветливой улыбкой. — Я у инфангы вчера была, когда герцог Веларде у нее твоей руки просил. Виктория, конечно, пыталась его образумить, говорила, что ты ему не пара, но разве ж Солары кого слушают? Пришлось ее высочеству уступить. Так что дворец готовигся к свадьбе. Все-таки не каждый день кузен короля женится. Ох и завидую я тебе, Кристина! Счастливица!

С этими словами она беззаботно побежала дальше, а Кристина осталась стоять у дверей королевского дворца, осознавая, что Перла Марино Динарес не умеет шутить.