Глава 26. Эволюция и как с ней бороться.

– Вам то хорошо, вы просто броню меняете, а нам приходится сменять видовую принадлежность!

Из жалоб существ при апгрейде в «Героях меча и магии».


Вальтер Майер. Ближе к утру.

Ох, вот же Кошка. Так меня просчитать, и как это у неё получается? Как не любить такое чудо, милая, чуткая, красивая и умная… но вот её излишнее любопытство в некоторых вопросах не к месту, ох совсем не к месту. Нет, нужно где-то брать уроки конспирации, вот только где? Тем временем тонкие пальчики с острыми ноготками на концах пробежались по моей груди, порождая приятную дрожь во всем теле.

– Мррр, – девушка в наряде только из нэко-ушек прижимается поплотнее ко мне и продолжает задумчиво водить пальчиком по моей груди, но вот ее взгляд неуловимо меняется и передо мной уже суровый следователь. Кажется я попал, а воля к сопротивлению была если и не сломлена, то очень сильно надломлена этим ушастеньким диверсантом.

– Дорогой, – начала сладким голосом Фелиция (уже почти не вздрагиваю от этого обращения), – объясни мне, что с тобой происходит в последнее время, я же волнуюсь за тебя, – и так невзначай слегка навалилась на меня роскошной грудью, – ходишь сам не свой, расскажи, может вместе мы что-нибудь придумаем… – какой голос, какие интонации. Интересно, это от того, что я влюблен, или мисс Харди может так очаровать любого представителя мужского пола? О, не о том думаю, нужно срочно что-то ответить, а то пауза затягивается. Блин, думай, Вальтер, думай, но я недооценил мощь девушки – в таком положении ни одной умной мысли в голову не приходило, в самом деле, не в боевой же режим входить? Ладно, попробую рассказать, но в максимально обтекаемой форме. Картинно тяжело вздыхаю и начинаю рассказ.

– Эх, не хотел я тебя впутывать во все это, но кажется выбора у меня не осталось…

– Именно, – довольно подтвердила девушка, послышался звук шлепка, – ой! – Фелиция схватилась за пострадавшую часть тела (да-да, ту самую, на которой обычно сидят).

– Не зазнавайся, – ухмыльнулся я, в ответ меня куснули за ухо и показали язык.

– М-да, детский сад, но ладно, – становлюсь серьезнее, – есть вероятность, что одна маленькая девочка попала в очень страшную историю.

– Что еще за история?

– История про одного мутанта, но это не особо важно… дело в том, что сейчас над ней издевается одна тварь, а добраться до нее у меня пока не получается. Вот я и бешусь, – поглаживаю девушку по спинке.

– Может, стоит обратиться в полицию? – Никакого страха или отвращения перед словом «мутант»… хороший знак.

– И что я им скажу? Доказательств у меня нет, а даже если бы и были… толку то с той полиции.

– Неужели ничего нельзя сделать? – в голосе девушки слышится беспокойство и искреннее сочувствие, все-таки она – прелесть.

– Почему же нельзя? Можно и я даже делаю – напряг своих знакомых помочь со сбором информации, еще кое-кого подрядил… возможно, скоро мне нужно будет отлучиться на несколько дней, так что тебе придется самой какое-то время отбиваться от толпы ухажеров на всех эти банкетах и благотворительных вечерах, – заканчиваю с задорной улыбкой, меняя неприятную тему.

– Дурак, – улыбаясь, отвечает мне девушка, – вот возьму и влюблюсь в кого-нибудь еще, будешь знать.

– Ну тогда мне останется только завести гарем и с горя уйти в загул, ай! – в этот момент меня повторно укусили за ухо, – За что?!

– За загул, а по вопросу гарема, мы с тобой еще поговорим отдельно! – многообещающе сказала мисс Харди, – а сейчас, – голос сменился на томный шепот, – иди ко мне…

В этот раз в институт мы все-таки опоздали…

Все-таки Фелиция – настоящее сокровище, после общения с ней тревоги отступили, появилась уверенность в собственных силах и вера в счастливое окончание этой истории. Я с новыми силами взялся за проведение лабораторных (читай, играми в «святую инквизицию» со студентами, хотя зачеты я в итоге ставил, но мозги при этом ел с удовольствием истинного иллитида, а что, не одному же мне от Коннорса страдать), продолжил заниматься с Блэйдом, – его старику-наставнику стало хуже и он решил некоторое время провести в городе, во время тренировок охотник непрозрачно намекал, что будет весьма благодарен помощи в вопросе с Риком, обещал подумать над проблемой. И тут наконец-то плоды принес мой давний заклад паучку идеи в моей полезности и ценности, как генетика. Он все-таки пришел ко мне с той самой сывороткой. Случилось это через пару дней после памятного разговора с Фелицией.

Уже сгустился вечер и я собирался покинуть лабораторию, как вдруг из окна вылез сильно помятый Питер.

– Вальтер, – прохрипел он, – помоги.

Я взглянул на его клеточную структуру. Твою душу, бога, мать… как его колбасит!

Для проформы уколов его шприцом и подставив кровь под микроскоп, я озвучил свои мысли.

– Что за черт? Твой организм словно взбесился и стремительно меняется. Ты из Чернобыля что ли вернулся?

В ответ Паркер протянул мне наполовину пустую пробирку.

– Вот, это должно было обратить изменения в спять.

Сую под микроскоп содержимое, незаметно отливая немного вещества в пустую пробирку, что загодя спрятал в рукаве. Заглядываю в микроскоп. Так, и что у нас тут? Ну нифига себе! Я наблюдал процесс, который уже когда-то видел – организм Паука во всю эволюционировал, причем на доминантный уровень выходила его звериная составляющая. В задумчивости грызу кончик ногтя.

– Скажи, Паук, ты случаем не какой-нибудь миллиардер с кучей родственников, ожидающих твоей кончины, нет? Тогда странно. Какой-то «шутник» дал тебе под видом препарата, обращающего эволюцию, препарат, эту самую эволюцию стимулирующий, да не просто так, а с уклоном в «звериную» составляющую. Обычный человек стал бы быстрее и сильнее, но вот в нем бы проснулись инстинкты зверя… в твоем случае все куда хуже.

– Можно хоть что-нибудь сделать? – отчаяние в голосе, а в эмоциях вообще жуть.

– Я могу попытаться обратить процесс, благо сама сыворотка может натолкнуть на несколько идей. Но потребуется время. – тут Питера выгнуло дугой и он упал на пол.

– Млять, – ругаюсь, – а что еще прикажете делать, когда у вас на глазах у человека отрастают еще четыре руки? Причем, в отличие от мультика, тут это процесс был далеко не мгновенным и очень, очень болезненным. А ведь после этого ему очень сильно захочется есть – пришла здравая мысль. Набираю номер пиццерии и заказываю сразу пяток больших пицц с двойным мясом.

Пока еда едет, можно слегка помочь Паркеру – заполняю шприц своими клетками и ввожу их бедолаге. Новые руки это не уберет, но хоть заблокирует нервные окончания – а то еще крыша от боли поедет.

Когда Питер более-менее пришел в себя, его уже ждала еда, а также некоторые новости.

– Все не так плохо, как могло бы быть – общий механизм трансформации мне понятен и его можно обратить, но разработка антидота займет какое-то время. Тебе есть, куда пойти?

Мутант отрывается от поглощения пищи (м-да, тупо приподнял маску и уминает, а пол лица прекрасно видно, конспиратор, блин) и кивает головой, а ведь врет, зараза, чую, что врет, впрочем, это уже его проблемы.

– Также было бы неплохо пообщаться с автором этого «лекарства», если он не хотел таким хитрым способом от тебя избавиться, то стоит привлечь его к работе.

– Нет, доктор Кроуфорд предупреждала меня о возможных последствиях, но я не послушал. – покаянно склонил голову.

– Ладно, не буду читать тебе мораль и говорить, какой ты идиот. Где она обитает и как с ней связаться?

Паркер назвал адрес. Эх, не было печали. Мы договорились встречаться каждый вечер в лаборатории и делиться новостями. Паук уже уходил, но на подоконнике остановился и обернулся.

– Вальтер, спасибо, за все.

– Пока еще не за что, мой друг, пока еще не за что.

Паук ушел, а мне предстояло как следует поковыряться в этом веществе, а заодно связаться с доктором Кроуфорд. А еще ведь нужно следить за разборками между Амбалом и Седовласым, возней вокруг школы Ксавьера, да и про личную жизнь забывать не стоит, к тому же со дня на день мне должны были скинуть след Кимуры. Помощник, мне срочно нужен помощник, что же Федерико так долго возится?!


Мария Кроуфорд. Генетик.

Женщина уже собиралась отправляться спать, когда ночную тишину разорвал дверной звонок.

– Кого там еще принесла нелегкая?! – генетик только-только закончила наводить порядок, разгребая завалы, оставшиеся после небольшого дебоша, устроенного Пауком, нет, она понимала, что мутант был на грани, да и постоянные боли не добавляли ему настроения, но лабораторию-то зачем разносить?

Мария вышла в холл и открыла дверь – на пороге стоял парень в дорогом кожаном плаще.

– Молодой человек, вы знаете, который час? – раздраженно начала она, – если у вас какое-то дело, то могли бы прийти и завтра! – доктор уже хотела было закрыть дверь, но сделать это помешала поставленная в дверной проем нога парня.

– Завтра может быть уже поздно, доктор Кроуфорд. Паук принял вашу сыворотку… и теперь у него проблемы… большие проблемы, – все раздражение сразу улетучилось, и парня чуть ли не за шкирку затащили в помещение.

– Все-таки не выдержал, – пробормотала себе под нос женщина, – а я ведь предупреждала, что лекарство может сыграть дурную шутку. Так что именно произошло? – генетика терзали подозрения, что поспать сегодня не удастся, а потому нужно было слегка взбодрить организм, а что подойдет для этих целей нежели кофе? Мария наполнила свою чашку классическим эспрессо и поставила такую же перед ночным гостем.

– Человек-Паук пришел сегодня в лабораторию института, где я обучаюсь и практикуюсь, в весьма потрепанном виде – да что там, его клетки словно взбесились, как показали тесты – меняется чуть ли не генетическая структура, – парень устало вздохнул, – а под конец нашей беседы у него вообще стали отрастать две пары дополнительных конечностей…

Женщина подавилась напитком.

– К-ха… отрастать дополнит… к-хе… дополнительные конечности?

– Угу, – парень хлебнул из своей чашки, – точнее теперь у него три пары рук, и на этом процесс не остановится. Мне удалось слегка замедлить скорость мутации, но для чего-то более серьезного требуется человек, знающий, каким именно образом работает эта сыворотка, Паук сказал, что получил ее от вас.

– Да, но она все еще была не отработана, о чем я его предупреждала… эх, теперь ничего не поделаешь. Вы поможете с разработкой антидота, господин..? – вопрошающий взгляд

– Вальтер Майер. И именно для этого я сюда и пришел.

– Тогда приступим, время дорого.


Вальтер Майер.

Работа совместно с Марией Кроуфорд неожиданно принесла много нового. Все-таки Курт был больше ориентирован на изучение различных излучений и их влияния на организм, остальные направления неогеники для Коннорса были вторичными, все-таки знать все обо всем нереально. А моя новая знакомая занималась именно микробиологией и влиянием химических препаратов на геном. Также мне удалось вывести одну закономерность. Кофе. Любой ученый просто жить не может без этого напитка, как поговаривала одна моя знакомая, еще по прошлой жизни, кофе – это не допинг, кофе – это топливо! В истинности этого изречения я убедился на живом примере – за ночь было выпито литра три (хотя, возможно, это связано с ночным временем суток и радикальными мерами по борьбе со сном), но, возвращаясь к деятельности доктора Кроуфорд – при наличии исходного вещества, измененной, но оказавшейся весьма коварной сыворотке на основе этого самого вещества и моих наблюдений за ходом эволюции Паркера (а заодно и Морбиуса), найти ошибку в расчетах прошлого «лекарства» удалось достаточно быстро, а вот исправить ее – тут дело шло куда как медленнее. Наконец, женщина сдалась:

– Нет, больше, – зевок, – не могу. Перед глазами уже все плывет. В таком состоянии я такого насмешиваю, – очень большой зевок.

– Да, вы правы, лучше на сегодня закончить, – непроизвольно зеваю сам. Когда продолжим?

– Ммм, давай здесь же, часиков, скажем в шесть вечера?

– Не получится, примерно в это время я встречаюсь с Пауком.

– Ладно, тогда я начну, а ты приходи, как только сможешь, а лучше – приводи с собой Паука.

На том мы и распрощались. Исследования Марии породили во мне больше вопросов, чем ответов, но в одном я был уверен – пробовать эту сыворотку на себе я буду только в самом крайнем случае. Продвижение в эволюции Симбы – звучит вкусно, но вот что будет со мной, если его инстинкты выйдут на новый уровень? Рисковать своим разумом ради сомнительного эффекта и неизвестных преимуществ в будущем не хотелось. Так что, ну его нафиг такие плюшки, и без них чувствую себя вполне комфортно. А ведь если бы не данные, полученные от Кроуфорд – однозначно бы попробовал действие сыворотки, если не сразу на себе, то уж на каком-то своем кусочке точно. Да, политика «сначала думать», потом делать начинает приносить свои плоды.

Неделя. У нас ушла целая неделя на выведение окончательной формулы и синтез нужного вещества, и это при том, что к исследованиям присоединился Курт и сам Паук, решивший блеснуть перед нами своими знаниями (Коннорс, кстати, после этого ходил задумчивый-задумчивый, все-таки учителю не трудно узнать манеру ученика, особенно, если тот был у него аспирантом). Хотя нам еще очень повезло – такие исследования могли занять годы, даже при всей имеющейся базе. Но вот настал торжественный момент – Паркеру вводили антидот (выбрали левую нижнюю руку). Ну а я, воспользовавшись моментом и благовидным предлогом, слегка помогал антидоту через клеточки в организме подоп… эээ, в смысле исцеляемого. В частности, мне пришлось осторожно отделять лишние конечности от тушки Питера и заращивать и скрывать места «срезов». Не знаю, как в мульте обошли эту проблему, впрочем, данная реальность здорово отличалась от вселенной мультфильма, в чем я уже не раз убеждался, была куда кровавее и беспощаднее, но не в этом суть. Когда «лишние» руки сами собой отвалились, а на их месте осталась чистая кожа, пришлось наравне со всеми изображать некоторое удивление и строить различные гипотезы по данному феномену, впрочем, народ остался доволен (а Курт понимающе мне улыбнулся). Попутно удалось закрепить результат введения нового препарата – теперь-то Питеру не нужно будет бояться превратиться в симпатичненького монстра в хитине и со жвалами. Что и было отпраздновано грандиозной попойкой, естественно с моей подачи (коварный русский немец спаивает лучших американских учёных, мва-ха-ха-ха-ха!), под конец которой Паркер был в таком состоянии, что признавался всем нам в вечной любви и даже хотел снять маску. На силу его отговорили, мотивировав наш отказ возможной опасностью для наших тушек, а так – меньше знаешь, крепче спишь (если бы попытались заикнуться, что он нетрезв и завтра о своем поступке может пожалеть, тогда бы по любому сорвал маску, а так удалось воззвать к его чувству ответственности). Неогенный кошмар для Паука закончился, а на следующий день со мной связались вояки и сообщили, где можно найти Кимуру…


Загрузка...