© Курташкин Г. И., 2017
© ООО «Написано пером», 2017
А всё же хорошо, когда тепло,
Когда прижало вдруг и отпустило,
Прижало с хрустом и добро, и зло,
Чтобы гордыня нас не возносила.
От всемогущества над матушкой-землёй,
От преимущества над тихою луной,
От всемогущества слепого кошелька,
От преимущества с прослойкой живота.
Чтоб помнили, что все мы – от земли,
Чтобы друг друга просто берегли,
Не от того ль сегодня с новой силой
Напомнило… и отпустило.
Хотел я всё же стать поэтом
В степной Илекской стороне,
Жить, вдохновляяся рассветом,
Писать при светленькой луне.
Давиться сыто осетрами,
Кричать на тихоньких косуль
И петь надрывно с казаками
Про горе баб, про счастье пуль.
Но не случилось это мне,
И было как-то всё иначе,
Ну что ж, и в этой стороне
Строптивей стали и богаче.
А в деревенских мелочах
И сплетнях безудержно новых
Совсем чуть было не зачах
Тот лучик, что горит в немногих.
Я Есенина знал —
как сказку,
Так загадочен был
и далёк,
Но увидел красоты рязанские
И священный Руси уголок…
Уголок – колыбель поэта,
Где вливаются в небо луга,
Где в небесном, туманном свете,
В русской грусти течёт Ока…
Я его ощутил всем сердцем,
Я увидел его глаза,
Увлекающие в бессмертье
Константиновскую Рязань.