Свинцовые волны - читать бесплатно онлайн полную версию книги автора Александр Конторович (Глава 6) #6

Глава 6

Стук в дверь.

— Входите!

На пороге появляется матрос из числа членов команды корабля.

— На горизонте порт. Капитан приглашает вас на мостик.

Всё правильно.

При обязательном досмотре корабля, все офицеры, которые находятся на корабле (за исключением старшего носового) обязаны встречать представителей порта. Каждый из них должен быть в состоянии доложить о подведомственной им части корабля. Не является исключением и груз — сопровождающий его офицер также обязан быть в курсе всего, что касается состояния груза, его количества и так далее… и тому подобное…

— Прошу передать капитану, что я прибуду незамедлительно!

Что ж… вот и моя работа начинается…

Надо отдать должное — бюрократия у вайнов сведена к минимуму! У меня с собой имеются только три папки с бумагами. Предписание от командира корабля на сопровождение груза — одна из них.

Общий список груза — вторая. Список в двух экземплярах, один остаётся у меня с визой начальника склада, куда будет сдан груз.

И отдельная бумага на каждый орудийный ствол — тоже в двух экземплярах. Один из которых я также забираю с собой, а второй сопровождает каждый ствол и впоследствии как-то тоже подлежит учёту уже на боевом корабле.

Не так-то уж и дофига!

Могу себе представить — какое количество бумаги таскал бы я дома при аналогичной миссии…

Прихватываю со стола папки, застёгиваю пояс с ножами (предмет восхищения и плохо скрываемой зависти младших офицеров корабля) и топаю наверх.

Каюту не запираю — у вайнов это не принято. Если только офицер не желает, чтобы его беспокоили — тогда, другое дело! Просто в случае кражи у офицера чего угодно, приговор всегда один — высадка на безлюдный остров. Оттого-то вайны двери и не закрывают…

Корабль ложиться в дрейф, а на подходе уже разворачивается лоцманский катер. Следом за ним, не торопясь, следует и катер с портовыми офицерами.

Надо отдать должное рулевому — катер пристаёт к трапу практически в момент остановки корабля!

На мостик степенно поднимаются четверо офицеров.

Обмен приветствиями, представление прибывших — и заработала машина…

Кто-то их гостей сразу же отправляется инспектировать трюмы, кто-то просто пройтись по кораблю (ага… просто… ну-ну… как же — верю!), а мною занимается третий.

Чем занят четвёртый — не вижу. Да и черт с ним! У меня и своих забот хватает!

Так…

Кормовой офицер — по рангу ниже меня. Но, это ещё ничего не значит — я-то помню, насколько дотошными и внимательными были его коллеги в том порту!

Он вежлив и немногословен.

Мои бумаги гость просмотрел быстро, удовлетворённо кивнув.

— Ваш груз прибыл, как нельзя, вовремя — на верфях заканчивается постройка сразу шести кораблей!

Он внимательно меня осматривает, на секунду задерживает взгляд на ножах, кивает.

— Вы ведь не всегда ходили на транспортнике?

— Я боевой офицер! Здесь нахожусь временно, пока идёт выздоровление после ранения.

Вопросительный взгляд — расстёгиваю ворот. Из-под кителя виднеется шрам.

— Снаряд… Тогда погибло шесть матросов…

— Понимаю! Сколько матросов у вас с собой?

— Шесть человек — охрана груза, четверо — сопровождают меня. Всего — десять.

— Как скоро вы собираетесь назад?

— Сдам груз, отдохну несколько дней…

— Вас не затруднит нанести визит в портовое управление? Разумеется, после окончания всех формальностей, связанных с вашим грузом!

— Простите, но… зачем? Не думаю, чтобы моя персона так уж заинтересовала бы капитана порта…

Собеседник улыбается.

— Не его… Вам может быть будет интересно выслушать некоторые предложения… относительно нового места службы…

На бумагах появляется оттиск личной печати офицера, после чего мы прощаемся.

Так…

И что же это за новое место службы такое?

Но всё это будет после.

После того, как мы выгрузим стволы пушек на промежуточный склад. Я, как сопровождающий, обязан буду выставить на складе ещё и свою охрану — для каковой надобности со мною следуют ещё и вооружённые матросы.

Таков порядок — сопровождающий лично отвечает за груз до момента его передачи адресату.

Архаично?

Требует бессмысленного перемещения людей туда-сюда?

Да.

Но в данном случае — это работает нам на руку.

Опять же, я, как офицер немалого ранга, имею право снять дом в городе. За свои, разумеется, средства. А вот относительно матросов… тут никаких оговорок нет. Их можно и в доме разместить, а можно — и в казарму определить. Таковые здесь имеются. И как раз — специально для подобной надобности.

Не хочу в казарму?

Тоже не вопрос — но за их проживание будет платить офицер!

Ну, уж на это я денег отыщу…

Склад.

Охренительно здоровенный комплекс зданий и сооружений! Целый город!

Где нам предоставили отдельное, весьма немаленькое, помещение.

Прихрамывающий на правую ногу офицер показал нам его, подробно пояснив все требуемые нюансы.

Внутри здания имеются рельсы, по которым передвигается козловой кран, так что с погрузкой-разгрузкой проблем не будет.

А на улице уже рычат машины — привезли первую партию стволов.

И пошла работа…

Мои парни занимают посты у входов — их тут два. Транспортный — куда заходят автомашины с грузом, и для персонала — он на противоположной воротам стороне.

Пара человек из моих ребят внимательно наблюдает за разгрузкой стволов.

Надо сказать, что мы ввели некоторые новшества в этом деле. Каждый ствол упакован в решётчатый ящик-контейнер, защищающий его от ударов и повреждений при транспортировке и разгрузке. Для этой цели там имеются мягкие прокладки из брезентовых мешков с песком и опилками. Казённик и ствол закрыты быстросъемными заглушками, которые при досмотре легко вынимаются — дабы проверяющие могли проинспектировать собственно канал ствола — мало ли, что там может быть…

Ранее так не делалось, и ещё в первом порту досмотровая группа отметила этот факт. И — высоко оценила! Мол, молодцы, идёте в ногу со сложными временами!

Да, каждый ствол ощутимо прибавил в весе — но, зато не будет никаких повреждений при перевозке!

Дело идёт как надо, и уже к вечеру весь груз разгружен и помещен на склад.

Можно отдохнуть?

Ага… щас… дом-то ещё не снят!

И поэтому мы все ночуем тут. Помещения есть, и даже несколько коек имеется. Есть где прикорнуть…

Ну… во всяком случае, об этом объявлено. А уж спим мы или нет… это никого, кроме нас, тут не волнует.

Утро…

Наскоро перекусываю пайком и топаю бриться.

Офицер всегда должен быть чисто выбрит и подавать пример подчинённым!

Здесь — что на Земле, что на Данте — одинаково.

Поэтому никуда не спешу и процедуру ежедневного утреннего туалета стараюсь соблюдать максимально тщательно!

Только закончил — и, здрасьте — первый гость.

Кормовой офицер с одного из строящихся кораблей. Прибыл сюда за стволами.

Приглашаю его в комнату и приказываю принести местного «чая». Это, разумеется, никакой не чай (в правильном понимании этого слова), но тут все такой пьют.

Тот вежливо наклоняет голову в знак согласия — отказывать в подобном приглашении старшему по званию здесь не принято.

Пьём напиток, переговариваемся о том, о сём… новостями делимся… Хотя, какие могут быть новости у офицера с транспортного корабля? Об островах, что ли, ему рассказывать? Неинтересно…

Поэтому больше слушаю сам.

И есть чего послушать!

— Вот, дорогой мой, Да Ланг, выбирайте! — обвожу рукою штабель стволов.

— Как необычно они у вас упакованы… — замечает гость.

— А, вы об этих ящиках? Придумка портовых служащих со Штормовых островов. У них при погрузке соскользнули тали — и орудийный ствол, упав, пробил верхнюю палубу корабля. Ну и в трюме кое-что попортил… Вот, они и изобрели такую упаковку — тут уж ничего ниоткуда не соскользнёт!

— А неплохо придумано! — одобрительно качает он головой. — Но как я их повезу? В стандартный прицеп для транспортировки стволов ящик ведь не поместиться!

Он прав — в «люльку» прицепа можно положить только «голый» ствол. Безо всяких там ящиков.

— Не волнуйтесь, мы уберём всю упаковку и краном опустим ствол прямо на прицеп.

— Буду вам весьма признателен!

И уже к обеду мы отгрузили ему семь орудийных стволов.

А меня пригласили в гости на корабль…

Подобное приглашение — большая честь!

Да, наверняка офицер рассказал о нашей встрече — и капитан сделал свои выводы. Помимо него на корабле вообще ничего не происходит, а уж приглашение кого бы то ни было — без согласия или прямого приказа, вещь, в принципе, невозможная.

Отказаться — значит, нанести тяжкое оскорбление не только капитану, но и всем офицерам сразу!

Вызовы — практически от всех сразу, последуют незамедлительно.

Я не о семи головах, да и обстоятельства того требуют, поэтому приглашение с почтением принимается.

А с собою прихватываю оригинальный подарок — абхазский барбарисовый коньяк. Здесь это вещь вообще никому, надо полагать, неизвестная. Тут всё больше пьют какое-то, на мой взгляд, совершенно немыслимое, пойло! Вкус… ну, так себе… я и лучше пробовал… А вот башка после него достаточно быстро приходит в норму. И это — несомненный плюс!

Есть и другие напитки, но я их не пробовал… Хасан, который, наверное, всё про вайнов знает, говорил, что это питьё где-то рядом с виски стоит. Приблизительно такое же по крепости и аромату. Но его подают редко и, как правило, на берегу или в порту.

Если это так, то у меня есть нехилый шанс кое-кого основательно удивить!

Есть, правда, и некоторые опасения…

Офицер моего ранга может, при некоторых условиях, преподнести подарок капитану. Лично от себя — от экипажа это всегда делает старший носовой офицер.

Но — я не член команды! И на меня это правило, по идее, не распространяется… или распространяется? Блин, у кого бы спросить?

Ладно… рискнём!

Сопровождающих меня хорнов, скорее всего, на корабль могут и не пустить… у всех свои правила! Ну, хоть до трапа меня проводят…

Разумеется, никакого оружия, кроме традиционного холодняка, я при себе тоже иметь не могу. Да, и тащи я с собою хоть крупнокалиберный пулемёт с ящиком гранат — сильно это поможет з д е с ь? Только матросов со строящихся кораблей тут несколько тысяч!

«Разведчик кончается тогда, когда начинает палить из пистолета и бегать по крышам!» Не помню, кто это сказал — но мысль абсолютно верная! Я, хоть и ненастоящий разведчик, но соглашусь с каждым словом. Умный человек сказал…

Собираемся…

В указанное время подходим к трапу.

Однако!

А неслабый тут кораблик заложен!

Пять трёхорудийных башен сурового калибра — вот, стало быть, куда мои стволы пошли… Что-то у нас, на Земле, такой вот «утюг» пока не появлялся…

Прикрытые бронёй эмиттеры защитного поля — сделали, стало быть, выводы из недавних уроков…

И ещё всякие интересные штуки…

В пуговицу кителя у меня вмонтирован миниатюрный объектив — здесь вещь абсолютно неизвестная. Во всяком случае — мы об этом ничего не слышали, и ни с чем подобным не сталкивались.

А вот и старый (уже…) знакомый — машет с палубы.

Оборачиваюсь к сопровождающим и жестом указываю им на скамейки под навесом — ждите меня там! Там уже расположилось порядка двух десятков матросов — с оружием и без. Надо полагать — здешнее место отдыха… «курилка»… Кстати, наш табак тут совершенно неизвестен — народ попроще жуёт какие-то листья местных растений. Чего, кстати сказать, совершенно незаметно среди офицеров! Они таким кайфом брезгуют…

Поднимаюсь по трапу… а вот флага-то на мачте и нет! Что я должен приветствовать? Это традиция — ступил на палубу — поклон флагу!

Оказавшийся рядом Да Ланг поясняет.

— Корабль ещё не имеет имени — а, стало быть, не имеет и флага.

— Прошу разрешения взойти на борт! — придерживаюсь, тем не менее, установленного порядка.

Да Ланг кивает и принимает строевую стойку.

— От имени капитана — приглашаю вас подняться на борт!

Всё, формальности соблюдены, теперь — я официальный гость капитана.

Ну, поскольку ожидать того, что сам капитан проявит ко мне хоть какой-то интерес, было бы совершенно наивно, передаю принесённый подарок встречавшему. Уж он-то наверняка точно знает — куда и как им распорядится!

Так оно и оказалось.

Да Ланг понимающе кивнул, сразу оценив то, что я ему вручил.

Трофей — и к бабке не ходи! Было совершенно очевидно, что это произведено не здесь — бутылок ёмкостью 0,7 литра я на Данте не встречал!

Топаем по коридорам, спускаемся, поднимаемся… и передо мной, наконец, распахивается дверь каюты. Здесь несколько человек офицеров и среди них старший кормовой офицер корабля. То есть, все приличия соблюдены, можно пить чай…

С него, разумеется, всё и началось. Хотя и мой подарок был торжественно вручён старшему офицеру и признан вполне соответствующим моменту. Ну, слава Богу… а то, признаться честно, я малость волновался… не настолько же мы в курсе всех местных обычаев?

Но, как впоследствии выяснилось, этим я только подтвердил и укрепил свою репутацию. Боевой офицер, участник рукопашных схваток и успешных рейдов — трофеи-то откуда?

Это, уже после дружеской посиделки, мне пояснил один из офицеров, взявшийся меня проводить.

Он, как и я, не с корабля — служит в управлении капитана порта. И выслушивая его неторопливый разговор, всё больше и больше убеждаюсь в том, что идея пригласить меня на посиделки — это что угодно, но не инициатива команды корабля!

Это, если говорить прямо, аналог наших «молчи-молчи»!

Вот это здрасьте… И что теперь делать-то?

Он, по-своему, прав.

Официальных причин пригласить меня на «дружеский» разговор у местной «конторы» (как уж она там, у вайнов, обзывается…) пока нет. И палить свой ко мне интерес они точно пока не хотят.

Но поговорить — надо!

Вот и изобрели, так сказать, повод…

— Понимаю вас, любезный Ми Лар… боевому офицеру скучать на транспортнике… это не совсем то, чего вам, наверняка бы хотелось! Ведь так?

— Да, любезный Дей Монг, вы тут совершенно правы! Но… — развожу руками. — Ранение было весьма серьёзным! И лекари распорядились однозначно — год на земле! Вы представляете⁈ Меня, боевого офицера — и вот так, списать на сушу⁈

Согласно местным обычаям, в определённых случаях слово лекаря может быть равно слову капитана! Особенно, если это касается боеспособности корабля!

А вот на руку мне сейчас играет тот факт, что единого учёта офицеров (не говоря уж о хорнах…) на Данте не имеется. Известны всем лишь имена капитанов — которые, в своём большинстве, являются ещё и владельцами собственных кораблей. Оттого и состоят на особом учёте.

Да я и сам себе смутно представляю организацию такового реестра… учитывая наличие на планете изрядного количества островов, которые, ко всему прочему, могут иногда и менять хозяина… Междоусобных боёв никто не отменял!

— Как долго вам ещё осталось служить?

— Сдам груз, вернусь назад… Надеюсь, машину на корабле уже починят. Ещё один рейс — и я свободен…

Офицера здесь невозможно з а с т а в и т ь служить не на военном корабле. Туда уходят либо после ранения, каковое препятствует исполнению служебных обязанностей, либо по возрасту или иным, не менее важным причинам. Присягает же служить офицер только капитану боевого корабля или главе клана. И вот эту присягу можно нарушить только в случае ранения или по воле капитана. Причём, ранение должно быть достаточно серьёзным! Какая-то там царапина не покатит…

А вот на н е в о е н н о м корабле такого порядка нет. Офицер нанимается на него на определённый срок или на определённое количество рейсов. Выполнил эти условия — и свободен!

— Вы останетесь?

Усмехаюсь и хлопаю себя по поясу с ножами.

Собеседник понимающе кивает.

— Это матросы, что прибыли с вами… они…

— Из моего клана. Служили со мной рядом. Капитан распорядился, чтобы они меня сопровождали… это вообще все, кто остался в живых… после того боя…

И здесь не вру — капитан корабля м о ж е т отправить хорнов сопровождать раненного офицера — это вполне в духе местных обычаев.

А может — и не отправить — это всецело его право!

Так, любезно беседуя о том, о сём, мы и дошли до нашего ангара. Приглашаю собеседника заходить в гости — в любое удобное время. Я-то постоянно здесь… и никуда пока уезжать не собираюсь.

— Обязательно вас навещу! — серьёзно отвечает он.

И я сразу почему-то чувствую, что таковой визит вскорости последует… и не один! А возможно — так и в расширенном составе!

Чем же я так стал им интересен?

Знать бы…

Разумеется, наш визит сюда преследует абсолютно конкретные цели — диверсии, прежде всего…

Ну и разведку — этого никто не отменял!

А уж что конкретно «поломать» в порту… этого и искать не требуется! Все они, хоть здесь, хоть на Земле — одинаковы. Порт — вообще очень сложная система и весьма чувствительная ко всяческим гадостям. Вопрос лишь в том, какую именно штуку использовать в данный конкретный момент?

Например — у вас есть пара сотен килограмм взрывчатки — куда ж её эффективнее применить?

Да… так сразу и не скажу… аж, глаза разбегаются! Столько тут всего «вкусного»…

А что до пары сотен килограмм… так у нас её намного больше!

Далеко не просто так все стволу перевозятся в своеобразной упаковке. Недостаточно просто сколотить деревянную клетку — сама по себе подобная обрешётка мало чем сможет помочь. Ну, разве что, при погрузке-выгрузке… такую удобнее краном зацепить. А вот, если добавить туда своеобразные демпферы из мешков… То никакой случайный удар до содержимого упаковки попросту не достанет — наполнение мешков самортизирует его — вот и всё!

Вы скажете — наполнять мешки-демпферы взрывчаткой?

Совсем, что ли, крыша поехала?

А тот факт, что местное ВВ двухкомпонентное — все уже успели позабыть? И совершенно необязательно укладывать в с е компоненты в одну и ту же упаковку? Ведь любой из них, по отдельности — совершенно не опасен!

Но вот после смешения… я бы и рядом не присел…

Так что, пока я тут наношу визиты вежливости, ребята, в поте лица, потрошат мешки со взрывчаткой, попутно выкладывая стволы на заготовленные для этой цели козлы.

А поутру, так и не дождавшись никаких гостей, отправляюсь к капитану порта. Ну, понятное дело, что не лично к нему — в управление. Необходимо решить конкретный вопрос — куда девать остатки упаковки? Не просто же на улице её жечь?

Данный вопрос решился неожиданно быстро — нам выделили автомашину и предоставили доступ на свалку за пределами порта.

Ага… теперь, стало быть, у нас есть официальный транспорт, которым может перевозить грузы по его территории…

Но уходить я не спешу, и снова обращаюсь к дежурному офицеру.

— Дело в том, что часть упаковки — дерево, возможно, могла бы найти себе какое-то полезное применение. Жалко всё это попросту сжигать!

Офицер поднимает на меня удивлённый взгляд. Какое-то время молчит.

— Вы можете обратиться к начальнику мастерских. Возможно, ему что-то из этого и понадобиться. Я внесу ваши данные в список, и вы сможете отвезти туда всё, что им потребуется.

Я не просто так всё это говорю — на территории порта расположена целая сеть постов, разделяющих его на отдельные зоны. Проход из одной зоны в другую — только по специальным спискам. А уж проезд…

Кивком головы прощаюсь с офицером и выхожу на улицу.

— Ти Лан, мы сейчас отправимся в автомобильную часть, где нам выдадут грузовую автомашину. Мы обязаны каждый вечер, не позднее десяти часов, возвращать её на стоянку. Забирать её можно утром, начиная с семи часов.

Заправка машины, текущий ремонт — всё это лежит на совести служащих данного подразделения. Мне предложили ещё и водителя, но я отказался — мол, и свои у меня имеются…

По пути туда озадачиваю ребят подбором водителя и сопровождающего — один он по территории порта ездить не может. А я повсюду его сопровождать и не могу — других дел хватает…

Пашем.

В поте лица.

Разбираем упаковку стволов, грузим их на специальный транспортер — они теперь приходят регулярно. Такими темпами весь наш груз разойдётся в самое короткое время. Всё это — до обеда. Скорость транспортера невелика, да и для того, чтобы он (весьма, кстати, немаленький!) проехал к нужному кораблю, требуется заранее организовать график движения, расчистить проезд… словом, тоже работа немалая предстоит.

А после обеда опять передохнуть некогда.

Рассортировать мусор, деревяшки погрузить и отвезти их в мастерские.

Кстати сказать, начальник этих самых мастерских был весьма рад неожиданным поставкам древесины! Настолько, что пригласил меня вечером на традиционный чай! Что ж, предложение полезное! Я, разумеется, согласился — с таким человеком надобно дружить!

Да и расположены оные мастерские весьма удачно…

Раз в два дня вывозим мусор на свалку, успеваем сделать всего один рейс — далековато это… Ничего, нам спешить некуда.

Тем паче, что и д р у г у ю нашу работу никто не отменял…

Вот, она-то и занимает большую часть времени!

Мои сопровождающие, в тот момент, когда не следуют за мной, могут делать что угодно — это вполне, по местным понятиям, нормально. Не выпивать, разумеется — они же с оружием, а, стало быть, на службе.

Но ждать они меня могут где угодно, лишь бы в пределах досягаемости. И привлечь их к каким угодно работам не может никто, кроме их старшего. То есть — меня. Я же, как вы понимаете, такого разрешения не дам.

А вот, что они там носят с собой п о м и м о своего оружия… это тут всем «до ноги»…

И уже через несколько дней мои «снабженцы» становятся привычной деталью местного пейзажа. Никого уже не удивляет наш грузовик, который куда-то едет по территории верфей. Да и на воротах нас проверяли только первые три раза — потом махнули рукой. Чего там проверять-то? Мусора, что ли, там никто не видал?

А попутно выяснилась ещё одна интересная деталь!

Без чего не может воевать корабль?

Ну… много чего для этого нужно…

Но, вот без пушек — это фиг!

Основное оружие корабля!

И орудийный ствол тут — абсолютно необходимая вещь!

Соответственно — и тот, кто поступление данных стволов обеспечивает — тоже персона немаловажная! Ведь какого-то графика очерёдности поставок — тут не существует в принципе! Капитан корабля платит деньги — завод на Штормовых островах делает стволы…

А, поскольку, централизованного распределения ресурсов здесь нет…

Словом, уже оплаченной продукции можно ждать д о л г о…

То-то меня тогда на корабль в гости пригласили! Умные мужики, понимали — с кем дружить надобно!

Так и не они одни такие умные оказались!

Блин… мне столько не выпить! Там же не только чай подают…

В общем, выданные мне на оперативную работу деньги так и остались в неприкосновенности — с в о и х хватало…

Да… прав был фельдмаршал Суворов, когда критически высказывался о снабженцах и тыловиках! Я уж и не знаю даже — каким надобно обладать стоическим терпением и хладнокровием, чтобы выдерживать всевозможные предложения… несколько сомнительного свойства, скажем так…

С этой точки зрения несколько более понятным стало и предложение местных «молчи-молчи» — и я их теперь прекрасно понимаю! Ибо не все капитаны кораблей одинаково платежеспособны… Похоже, теперь стало ясно — за каким-таким интересом они меня в гости зазывали.

Блин…

Я вот как-то и не предполагал, что в здешнем, насквозь милитаризированном, обществе возможны такие вот фокусы…

Раз в два дня, в зону покрытия нашей радиостанции заходит беспилотный катер — и мы отправляем ему кодированную радиограмму. Иногда он сбрасывает послание и нам — и я подолгу сижу за расшифровкой.

Надо сказать, что моё руководство изрядно было озадачено теми сведениями, что я им передал. Настолько, что даже внятного ответа я пока не получил, надо полагать, там всерьёз задумались над возникающими возможностями. Но, поскольку никакого отбоя нам никто не давал, мы и продолжили нашу работу…

— Командир! — меня треплют по плечу. — Тревога!

Я так и не снял себе здания в городе. Не до того было… Работа заваливала нас всех настолько, что выкроить пару часов на поездку туда и обратно, представлялось совсем немыслимыми мечтаниями. И чудовищной роскошью… Один хрен, кому-то пришлось бы спать и здесь… и головняка, чтобы ещё и этот вопрос решать, существенно поприбавилось бы.

Открываю глаза, и толком ещё и не проснувшись, тянусь за одеждой.

— Что там стряслось?

— В порту объявлена тревога, нам только что звонили из управления капитана порта. Приказано всех поднять, вооружить, выставить караулы и быть наготове. Особая охрана — складам с взрывчаткой и вооружением.

Так… Ну, про то, что здесь есть склады с вооружением, я знаю. А вот за взрывчатку… интересные сведения!

— Что-то произошло?

— Мы позвонили кое-каким знакомым…

Изрядные запасы выпить-закусить оказались нам весьма на пользу. Да и деньги не стали лишними, благо, их имелось в достатке. Оттого и появились у ребят (и помимо моих стараний) всевозможные приятели — и в изрядном количестве!

— И что же они рассказали?

— Примерно полчаса назад неизвестными была обстреляна машина с офицерами. Она, в итоге, упала в воду и… Словом, там никто не выжил.

— Кому же это так не повезло?

— Два капитана кораблей, один глава клана «Огненосные».

Ох, и ни хрена ж себе! Один из самых суровых кланов! Восемь кораблей в наличии, да ещё два здесь в постройке… Шум будет…

Не внести свою лепту в этот бардак я считаю совсем уж невозможным! Здесь у нас друзей нет — поэтому всякий кирпич, брошенный в чьё-то окно, будет весьма кстати!

Выйдя в коридор, подтаскиваю стул и, забравшись на него, шарю на вентиляционных коробах.

Ага!

Вот и коробка…

Так, пульт номер… сверяюсь со списком… ага, восьмой…

Кнопку сбоку — нажать!

Загорелся светодиод.

Есть «готовность».

Кнопки — один, два, три — нажать!

Пол дрогнул под ногами, где-то задребезжали стекла. Блин, теперь ещё и окна ремонтировать…

А нехило наподдало! Ну, почти триста килограммов «двойки»… Мало уж точно никому не покажется!

— Командир! — взбегает по лестнице Ти Лан. — Взрыв!

— Не волнуйся, это я немного добавил соли в это варево… Блин, надо было вас предупредить! Скажи, пусть ребята осмотрят помещение, похоже, где-то у нас стекла повылетали…

Повылетали — это ещё мягко сказано!

С роликов сорвало откатные ворота — и теперь их невозможно открыть. Ну, здесь работы на час — сделаем! Попутно и ещё кой-чего добавим…

— Сразу видно чёткую организацию работы! — давешний «молчи-молчи» уважительно прицокивает языком. — Вам нужна какая-нибудь помощь?

— Стекла… У нас их нет. Со всем остальным мы справимся сами.

Он поворачивается в сторону ворот — смотрит, как мои парни выковыривают оттуда изрядную такую железяку — та застряла, не пробив полотнище двери.

— Повезло… — проследив его взгляд, говорю я. — Двоих немного посекло осколками, но их уже перевязали, всё в порядке. Вот, если бы она пробила ворота… как раз, напротив этого места я и стоял…

Собеседник кивает.

— Напоминаю вам о своём приглашении! И очень вас попрошу с этим не затягивать! Понимаю, у вас много работы… я в курсе того, сколько стволов вы ежедневно отправляете. Да ещё и мусор вывозите, охраняете свой склад… Всё понимаю, но попрошу всё же найти время и на наш с вами разговор! Поверьте — это важно!

Ну, когда прокурор говорить — «садитесь», как-то невежливо стоять…

Поэтому, только закончив приборку на нашем объекте, и отправив машину вывозить обломки и всяческий мусор (ведь изобразить несуществовавшие попадания тоже не просто так, много чего поломать надобно…), топаю пехом в управление капитана порта.

Один из моих сопровождающих щеголяет наскоро сделанной свежей повязкой на голове, мол, и нам тоже досталось!

Приходиться обходить выставленное оцепление, и уже только по его протяжённости можно приблизительно прикинуть масштабы разрушения. А нехило, однако, получилось!

Взрывом разнесло в щепки базу хранения горючего (именно туда мы обычно заезжали на заправку), здорово попортило какие-то склады — там до сих пор что-то детонирует. Картину дополняют смачные клубы дыма — база горючего продолжает гореть…

И всё это, я уверен, будет списано на неведомых стрелков, которые, на мой взгляд, очень вовремя обстреляли машину главы клана.

Что ж, ребята, каковы бы ни были ваши мотивы, вы нам очень здорово подыграли!

Однако надо отдать должное и… скажем так, местным «комендачам». Никакого бардака (внешне, во всяком случае) я нигде не вижу, вовсю идёт работа по ликвидации последствий недавних взрывов. Выставленные посты заняты проверкой всех въезжающих автомашин, и досмотром проходящих в зону оцепления людей.

Опасаетесь того, что кто-то туда ещё что-то затащит?

На первый взгляд — логично.

А на второй… там, что, ещё есть чему взрываться? По-моему, там всё, что уже могло рвануть и загореться — рвануло и загорелось. И во всех этих процедурах нет никакой необходимости. Хотя, да — внешне это выглядит как совершенно необходимые мероприятия по поддержанию порядка.

Внешне…

Но не могу не отметить слаженность работы комендачей! Выставлены в нужных местах ограждения, дежурят мобильные группы на транспорте…

Красиво и внушает!

И толку с того?

Понятно, что осмотр мест происшествий проводят не они. Комендатура (усиленная, кстати, ещё и матросами с кораблей) похоже, достаточно толково организовала свою работу — в рамках поставленной задачи…

Другой вопрос, что задачу им нарезали несколько неправильно — но, тут уже вопрос не к ним! Эх, я бы на их месте… но — каждый на своём! Вы — свои задачи выполняете, а я — свои. И каждый поступает так, как считает нужным!

А итог… вот он, перед глазами…

Перед зданием управления порта на скорую руку возведены временные укрытия из мешков с песком, установлена пара скорострелок. Штурма опасаетесь?

А смысл нападать именно на это здание? Там у вас, что — склад боеприпасов? Какой ущерб сможет нанести атака именно этого строения? Бюрократия у вайнов вообще не в чести, и уничтожение даже и всего персонала управления, вместе со зданием, непоправимого ущерба не нанесёт. Ну, на пару-тройку дней задержаться некоторые мероприятия, опоздают какие-то поставки… и что? Постройка кораблей ведётся силами их будущих экипажей. При участии рабочих верфей — это уж само собою разумеется. Но это, частично саморегулируемый процесс и управление капитана порта принимает в нём самое минимальное участие. В основном — это головная боль будущего капитана (а часто — и владельца) корабля. Поставки тоже идут напрямую, управление капитана порта лишь курирует этот процесс и ведёт учёт поступающего оборудования и снаряжения. Да, утрата архивов может в будущем стать досадной помехой… а может — и не стать!

Ладно, всё это пока меня напрямую не касается, а вот предстоящий разговор с местными… г-м-м… контрразведчиками — вот это — главное! На это надо обратить всё внимание! И быть готовым ко всему…

Одно немного успокаивает — судя по всему, каких-то конкретных подозрений в мой адрес у них нет. Иначе бы визит местного «молчи-молчи» выглядел бы совсем по-другому…

Проверка на входе в здание — моих провожатых вежливо просят обождать на улице, мол, нахождение вооруженных лиц, не относящихся к администрации порта, в здании управления капитана порта не разрешено. Оружия при этом сдавать не требуют — уже плюс!

Кстати, об удостоверениях личности — тут есть сразу несколько нюансов.

Собственно на корабле они никому и в хрен не упёрлись — там и так все друг друга знают. Во всяком случае — обязаны это делать.

В большинстве остальных случаях достаточно нарукавной нашивки с эмблемой корабля и статусом носящего.

Но в исключительных случаях, например — как сейчас, требуется и удостоверение личности. Оно достаточно простое — требования к нему давно определены правилами и традициями.

Бланк — может быть вообще каким угодно — это полностью отдано на усмотрение капитана конкретного корабля.

Фото владельца удостоверения, название корабля, клан, имя — должность, особые отметки… — всё, в соответствии с обычаями и раз и навсегда принятыми договорённостями.

Особые отметки — это ранения, выдающиеся подвиги и так далее.

Никаких наград у вайнов вообще не предусмотрено, в качестве поощрения для офицеров — может быть разрешено носить нашивку с названием корабля. Даже если он переходит служить на какой-то иной корабль (что вообще бывает крайне редко) или, как правило, после серьёзных ранений, на службу в порту. В этом случае нашивка получает золотой ободок. Но вообще-то подобные случаи перехода достаточно редки — всё же, это не море… не то уважение и не тот почёт…

Никакая иная служба н а с у ш е для флотского офицера невозможна по определению, все чисто сухопутные должности, как правило, занимают выходцы из хорнов, и только их высокое начальство — вайны. Которые изначально именно на эту службу и направляются. Это выполняется по личному указанию главы клана — в каждом конкретном случае. Более того — каждый конкретный порт, как правило, закрепляется за тем кланом, на чьей территории он располагается. Естественно, глава клана кровно заинтересован в том, чтобы оное заведение работало бы с максимальной отдачей. И потому, его нормальному функционированию придаётся первостепеннейшее значение. Клан, кстати, может и не иметь с в о е г о мощного флота — есть порт. Который, в значительной мере, и служит показателем величия клана, восполняя таким образом недостаток чисто военной мощи.

Со стороны — выглядит странно.

Но этим обычаям уже Бог знает сколько лет — и работает же!

Да и служба в п о р т у считается вполне себе уважаемой.

Да, не морской офицер.

Но — всё равно — офицер! И вполне себе уважаемый.

Опять же, хорошим тоном является и временный перевод на должность штурмового офицера какого-либо из кораблей. Это — вполне себе рядовое явление. И практикуется регулярно. Насколько я в курсе дела, отказов почти не бывает. Если только капитан корабля, куда планируется такой перевод, не выскажет своих возражений. Впрочем, такое случается и вовсе нечасто. Откровенных раздолбаев тут на службе не держат и абсолютно неспособного офицера на корабль уж точно не направят. А если таковой, каким-то чудом и прорвётся… то в ближайшем бою его тотчас же и похоронят…

Так что, на офицеров-сухопутчиков тут смотрят не так уж и свысока — они или уже проходили службу на кораблях, либо это предстоит им в будущем. Исключений здесь не бывает!

Хотя… некоторый оттенок превосходства нет-нет, да и проскальзывает.

Но это — в порядке вещей.

Формально же разница заключается только в белой полоске под привычными зелёными полосами, обозначающими ранг офицера.

Всё это прокручивается у меня в голове, пока я убираю в карман удостоверение личности и поднимаюсь наверх. Меня провожает один из охранников управления — таков порядок. Да, откровенно говоря, я и не знаю — куда здесь идти? Где располагаются местные «молчи-молчи»? Все мои предыдущие визиты заканчивались прямо рядом с дежурным — там несколько комнат, которые специально для таких деловых встреч и предназначены.

Кстати, не могу не отметить организацию здешнего делопроизводства!

Во-первых, по делу никого и никогда сразу не примут. Вежливо попросят изложить суть вопроса и назначат дату приёма.

А во-вторых, можно быть на сто процентов уверенным в том, что в указанное время тебя встретит именно тот офицер, который в состоянии решить твою конкретную проблему. И никакого лимита времени на это не отпущено! Сложный вопрос — следующего посетителя встретит другой офицер — и он тоже будет обладать достаточной компетенцией для решения вопроса уже этого посетителя.

Не уложимся в один день?

Значит, «мой» офицер будет заниматься этим вопросом столько, сколько потребуется!

Блин… у нас бы так!

Поднимаемся на второй этаж, проходим по коридору, снова спускаемся… выходим во двор — и я вижу ещё один, на этот раз, одноэтажный дом! Который совершенно не просматривается снаружи!

Тут долго ходить не пришлось.

Звонок — дверь распахивается, и меня вежливо препоручают уже другому провожатому.

Десяток шагов по коридору, дверь слева.

Провожатый стучит и, услышав ответ, заглядывает внутрь.

И уже через несколько мгновений на пороге появляется мой старый знакомый. Приветливо машет рукой — мол, прошу заходить!

— Прошу садиться! — указывает мне на стул хозяин кабинета. — Я отчего-то был уверен, что вы придёте именно сегодня! Чаю?

— Не откажусь.

Он нажимает кнопку на столе и кидает несколько слов появившемуся в дверях матросу. Тот молча кивает — и исчезает прямо-таки, как безмолвное приведение! Вот, только что же был — и пропал! Однако, их тут и вышколили…

— Мы с вами встречаемся уже не в первый раз, но, к своему стыду, я так вам и не представился до сих пор… Позвольте исправить это упущение!

Он вытягивается в строевую стойку и вежливо кланяется.

— Носовой офицер Ги Мэй Ган!

«Угу… представитель клана Ган — они контролируют этот порт. И, несмотря на относительно невысокое звание, ухо с ним надобно держать востро! Дядьки за ним стоят весьма суровые!»

Приняв строевую стойку, вежливо кланяюсь в ответ.

— Ну, моё имя вы знаете… — развожу руками. — Рад знакомству!

Два матроса вносят подносы с чайником, чашками и всевозможными сладостями. Оперативно сервируют небольшой столик в углу. Вытягиваются в струнку, кланяются — и исчезают.

— Прошу! — делает Ган приглашающий жест. — Отведайте! Поверьте, такого вы мало где сможете попробовать!

«И зачем же нужен скромный офицер представителю могущественного клана?»

Пока пьём чай (и в самом деле — очень даже классный!) у меня есть возможность несколько пораскинуть мыслями.

Итак — что мы имеем?

Выяснить что-либо конкретное по моей личности — будет крайне затруднительно!

Ибо единственный корабль клана, на котором я (по легенде) проходил службу, потоплен в бою на моей родной планете. Остров же, где он базировался, после столь оглушительного поражения, был быстро захвачен соседями. Сами понимаете, что отыскать там хоть какие-то следы… это опосля жестоких боёв и мощного артобстрела, сопровождавшегося длительным пожаром… ну-ну!

Лично я бы не взялся.

Отсутствие на Данте системы поголовного учёта хотя бы военных кадров — нам на руку! А уж в данном-то случае…

Формально — я списан на берег на лечение после полученных ранений. Соответствующая бумага от главы клана/капитана корабля — имеется. Опять же — со мной рядом присутствует приличная толпень свидетелей. И пусть они хорны, но…

Надо отдать должное нашей разведке — легенду они выстроили почти безупречную. И так и сяк её вертели… даже допрос имитировали — всё прошло нормально.

Не сказать, чтобы они на что-то такое рассчитывали, но — подстраховались!

За что им от меня — громадное спасибо!

Так, с легендой понятно — а что данному-то товарищу от меня надо?

В сексоты завербовать?

Ну… можно, конечно, попробовать… по мордам здесь, насколько я в курсе, за такое вроде бы и не бьют… но…

Ладно, чего гадать-то?

Сам скажет!

— Видите ли… — отставляет в сторону пустую чашку собеседник. — У нас, в последнее время, очень уж обострились противоречия между…

Понимающе киваю — мол, чего тут объяснять-то?

— Хорошо, что вы меня понимаете! Не стану скрывать — мы тут присматривали немного за тем, как вы смогли организовать работу своих людей.

«Хреново, надо сказать, вы присматривали-то! Камеры на соседних домах в нашу сторону развернули — и думали, что мы так ничего-то и не заметим? С офицерами, что у нас груз забирали, вы тоже разговаривали — и это было. Только о том, что им потом у нас же следующую партию стволов получать — подумали? А стоило бы! Не зря, стало быть, я с ними потом столько коньяку выпил…»

— Работа — есть работа! В штурмовой команде — или в тылу… Какая разница⁈ Всё должно быть организовано по правилам!

— Увы…- качает он головой. — Так, к сожалению, думают не все…

А вот тут уже «удивляюсь» я!

— То есть? Не понял…

— Вчерашние взрывы вам ничего не говорят?

— Я удивлён только одному — отчего их не было раньше?

И вот здесь мой собеседник резко меняется в лице. Даже голос у него стал каким-то… официальным, что ли?

— Потрудитесь объяснить свои слова!

— Охотно!

И высказываю ему все свои соображения по поводу организации охраны здания управления порта — того, что я только что видел своими глазами. А заодно — и относительно порядка проверки на постах. Нам, честно говоря, грядущее усиление охраны вообще ничем не грозит — все заряды уже заложены. В нашем ангаре нет ничего лишнего — хоть полы вскрывай!

Сказать, что я его удивил — это не сказать вообще ничего!

Он, буквально, дар речи потерял!

Не удивлюсь, если он к этому «порядку» как-то и сам руку приложил. Небось, втайне гордился — и вдруг!

— Вас не затруднит повторить это ещё раз? Под запись… Записывать на бумагу долго!

И на столике появляется… обычный земной диктофон!

А быстро они некоторые новшества освоили… молодцы!

Пожимаю плечами.

— Вот уж не проблема вообще…

На этом наша сегодняшняя беседа и завершилась. Почему — сегодняшняя?

Так завтра меня тут снова ожидают.

И на этот раз — в расширенном, так сказать, составе…

Думаю, им есть над чем поломать голову. Судя по реакции «молчи-молчи», сказанное мною явилось для него почти святым откровением! И ведь именно так обстоит дело во всех портах на планете! Ну, если и не совсем так, то разница точно не столь уж и высока. Да, централизованного управления на Данте нет — но всяческие полезности в организации работы тут внедряются достаточно быстро. Этого у них не отнять!

Нам бы так… а то, пока все бюрократические препоны пройдёшь… уже и забудешь — чего же ты хотел с самого начала?

А ночью рвануло ещё раз!

Разворотило борт у строящегося корабля.

Его совсем недавно вывели из дока, и он достраивался уже у стенки.

И надо же так случиться, что его сорвало с якорей, и очень неудачно развернуло… да так, что он лег на дно, перегородив выходы со стапеля…

И теперь, пока его не поднимут, оттуда не сойдут уже строящиеся корабли — а их, между прочим, там целых два!

Представляю себе… наши моряки рассказывали, что подъём затонувшего на мелководье корабля — это несусветный геморрой!

Ну, что же… это не наши заботы!

Печально только то, что у нас практически не осталось взрывчатки. И хотя мы её, казалось бы, достаточно притащили с собой… увы! Не рассчитали… А где новую-то добывать? Тут все скоро уже от всеобщей шпиономании, наверное, с ума скоро посходят. Только в наш ангар ночью вваливались дважды — всё ли у вас в порядке? Блин, а телефон, что, отменили уже?

Не отменили… просто очередной взрыв, как оказалось, повредил ещё и телефонную линию. (Мда… а вот про это мы и не знали…)

На этот раз мой визит протекал совсем уже в другой обстановке!

Меня встречают прямо у двери управления и проводят, минуя все обязательные процедуры, прямо в тот самый одноэтажный домик.

Только кабинет сегодня совсем уже другой.

Меня там встречает серьёзный и в годах уже дядька.

Две полосы зёлёного цвета — вторая чуть длиннее — старший офицер.

Полосы вдвое шире тех, что у меня на нагрудной нашивке — старший носовой офицер.

Четырёхзубая «расчёска» — двадцать лет службы.

То есть — опытный и уважаемый старший офицер.

Дальше — только в капитаны.

Резюме — скорее всего, я вижу перед собою главного «молчи-молчи» данного объекта.

А раз так…

Вытягиваюсь, почтительно кланяюсь, приветствуя старшего по званию.

— Старший кормовой офицер Дим Ми Лар! К вашим услугам!

Звание у меня не столь высокое, да и «расчёска» на кителе всего двузубая… но — два ножа на поясе… Такое заслужить весьма трудно — и мой собеседник наверняка об этом осведомлён. Как минимум, перед ним человек рисковавший жизнью в бою с равным, или превосходящим противником. То есть — за себя он постоять сумеет.

Тут есть ещё один интересный момент…

В принципе, многие офицеры-штурмовики имеют право носить по два ножа — заслуг хватает…

Но…

Во-первых, право на это даёт лично капитан корабля или глава клана. Независимо от заслуг офицера.

И во-вторых… и это, пожалуй, намного серьёзнее.

Такой офицер как бы заявляет — все проблемы и споры я решаю оружием! В случаях, требующих в обычной ситуации суда клана или решения старшего начальника, он всегда отстаивает свою правоту в личном поединке с обвинителем. Да, рискует своей головой — ибо обвинителей может быть больше, чем один. Но, если он выходит победителем — все обвинения автоматически снимаются. Независимо от степени их серьёзности.

Есть и ещё один нюанс…

В том случае, если вина его абсолютно очевидна и не требует доказательств — мера наказания всегда максимальна.

То есть — смерть.

Так что, далеко не каждый рискнёт носить на поясе два ножа…

— Старший носовой офицер Го Да Ган! Приветствую вас! Прошу — присаживайтесь!

А мой вчерашний собеседник стоит у стола. Кивком головы он тоже меня приветствует… но ему присесть не предложено…

Субординация, однако!

— У меня сразу есть к вам вопрос, Ми Лар…

Такое обращение со стороны старшего офицера не только вполне допустимо, но и свидетельствует об уважении к собеседнику.

— Я весь во внимании!

— Во время взрыва пострадали ваши подчинённые, так?

— Совершенно верно, господин Го!