Дремичев Роман Викторович
Роберт Говард - Тайна золотых зубов



Тайна золотых зубов

Секрет гробницы (Зубы несущие гибель)


Robert Howard: The Tomb's Secret (The Teeth of Doom) 1934


Когда Джеймс Уиллоуби, миллионер и филантроп, понял, что темный, с потушенными фарами автомобиль намеренно толкает его к обочине, он начал действовать с отчаянной решительностью. Он погасил свои огни, распахнул дверь с противоположной стороны от атакующего незнакомца и выпрыгнул на ходу из своего автомобиля. Он приземлился неуклюже на четвереньки, порвав брюки на коленях и поцарапав кожу на руках. Мгновением позже его автомобиль врезался в бордюр, раздался хруст смятого крыла и звон разбитого стекла, смешанный с оглушительным раскатом выстрела из дробовика, - люди из таинственного автомобиля, еще не понимая пока, что их жертва покинула свой автомобиль, расстреляли машину.

Прежде чем стихло эхо, Уиллоуби вскочил и помчался через мрак с энергией удивительной для его лет. Он знал, что его хитрость уже раскрыта, но нападавшим потребуется некоторое время, чтобы развернуть свою машину, больше, чем испуганному человеку в отчаянии понадобится, чтобы перепрыгнуть через ограду, да и бесшумная фигура в темноте - плохая цель. Так Джеймс Уиллоуби выжил там, где другие погибли, и сейчас направлялся пешком, весь взъерошенный и растрепанный, к своему дому, который примыкал к парку, рядом с которым и было совершено жестокое покушение. Полиция, приехавшая на вызов, нашла его в смешанном состоянии страха и недоумения. Он не видел ни одного из нападавших и не мог указать никаких причин для нападения. Все, что он знал, это то, что смерть ударила в него из темноты, внезапно, страшно и загадочно.

Единственно разумным было предположить, что смерть нанесет удар снова, раз выбрала его своей жертвой, и именно поэтому Брок Роллинз, детектив, отправился на следующий вечер на встречу с неким Джои Гликом, невзрачным персонажем городского дна, который должен был помочь ему в этой запутанной истории.

Роллинз казался огромным в грязной задней комнатке, предназначенной для проведения тайных встреч. Его массивные плечи и плотное тело занижали его рост. Его холодные голубые глаза контрастировали с густыми черными волосами, которые прикрывали его низкий широкий лоб, а его приличная одежда не могла скрыть почти первобытную мускулатуру сильного тела.

Напротив него Джои Глик, ничем не впечатляющая фигура, выглядел еще более незначительно, чем обычно. И кожа Джои была нездорового серого цвета, а пальцы дрожали, когда он мял небольшой листочек бумаги, на котором был нарисован своеобразный рисунок.

- Кто-то подбросил его мне, - бормотал он. - Я сразу же позвонил вам. В карман, когда я ехал на поезде в верхнем городе. Мне, Джои Глику! Они подбросили это мне, и я даже не видел, кто это был. Только один человек в этом городе имеет столь ловкие руки - во всяком случае, я не знаю другого.

Смотрите! Это цветок смерти! Символ Сынов Эрлика! Они шли за мной! Они выследили меня - прослушивали телефон. Они знают, что я знаю слишком много...

- Подходим к главному, не так ли? - проворчал Роллинз. - Ты говорил, что знаешь о бандитах, которые пытались покончить с Джимом Уиллоуби. Прекрати дрожать и продолжай. И скажите мне, наконец, - кто это был?

- Этот человек - Яргхоуз Бароласс.

Роллинз хмыкнул с некоторым удивлением.

- Я не слышал, чтобы он занимался убийствами.

- Подождите! - пролепетал Джои, настолько испуганный, что его слова сливались в сплошной лепет. Его мозг был опустошен, речь была несвязной. - Он глава американского отделения Сынов Эрлика, - я знаю, что он...

- Китаец?

- Он - монгол. Занимается шантажом полоумных старых дев, которые поддаются его черной магии. Вы знаете это. Но я знаю больше. Послушайте, вы слышали, что произошло с Ричардом Линчем?

- Конечно. Он попал вдрызг пьяный в автокатастрофу с неделю назад, мчался, словно он какой-то скоростной маньяк. Пролежал неопознанным в морге всю ночь, пока не узнали, кто он такой. Некоторые обезумевшие психи пытались украсть его труп. Как это связано с Уиллоуби?

- Это не был несчастный случай, - Джои нервно вытащил сигарету. - Они это так подстроили - банда Яргхоуза. Это они напали на него той ночью...

- Ты был там? - жестко спросил Роллинз.

- Нет, черт! - пронзительно взвизгнул Джои. - Но говорю вам, Яргхоуз причастен к убийству Ричарда Линча, а завтра ночью его убийцы отправятся за телом Джоба Хопкинса.

- Что? - встрепенулся Роллинз, взглянув недоверчиво на Джои.

- Не торопите меня, - попросил Джои, зажигая спичку. - Дайте мне время. Та смерть - заставляет сбиваться меня. Я нервничаю...

- Да что ты говоришь, - проворчал Роллинз. - Ты много болтаешь о том, что ничего не значит, кроме Яргхоуза Бароласса, который убил Линча и теперь охотится за Уиллоуби. Почему? Вот то, что я хочу знать. Приди в себя и выкладывай всю подноготную.

- Хорошо, - пообещал Джои, жадно затягиваясь сигаретой. - Позвольте мне еще раз затянуться. Я был так расстроен, что даже не курил, убрав сигареты в карман, с того времени, как нашел этот чертов цветок смерти. Это верные сведения. Я знаю, почему они хотят смерти Ричарда Линча, Джоба Хопкинса и Джеймса Уиллоуби.

Внезапно он с ужасом схватился за горло, смяв тлеющую в пальцах сигарету. Его глаза выпучились, лицо налилось кровью. Он стоял безмолвно, затем пошатнулся и рухнул на пол. С проклятием Роллинз вскочил, склонился над ним, умело обшарив тело.

- Мертв, словно Иуда Искариот, - ругнулся детектив. - Что за дьявольщина! Я знал, что его сердце остановится когда-нибудь, если он будет продолжать столько курить...

Он вдруг внезапно остановился. На полу рядом с покойником лежал маленький разрисованный клочок бумаги, Джои называл этот рисунок цветком смерти, а рядом с ним лежала смятая пачка сигарет.

- Когда это он поменял свой вкус? - пробормотал Роллинз. - Он никогда прежде не курил этот вид странных египетских сигар; никогда не видел таких. - Он поднял пачку, вытряхнул сигарету и сломал ее в руке, осторожно понюхав содержимое. Он различил слабый, но четкий запах, который не был частью запаха дешевого табака.

- Человек, который подсунул ему цветок смерти в карман, мог так же легко подбросить и эти сигареты, - пробормотал детектив. - Им должно быть известно, что он приехал сюда, чтобы поговорить со мной. Но вопрос в том, как много они знают сейчас? Они не могут знать, как много или как мало он мне рассказал. Они, очевидно, считали, что он вообще не доедет до меня, - думали, он затянется ядом прежде, чем достигнет места встречи. В обычной ситуации так и случилось бы, но на этот раз он был слишком напуган, что даже забыл о курении. Он нуждался в допинге, но не табачном, чтобы успокоить нервы.

Подойдя к двери, он тихо позвал. Коренастый лысый мужчина появился на призыв, вытирая руки о грязный фартук. Увидев труп, он резко отпрянул, побледнев.

- Сердечный приступ, Спайк, - проворчал Роллинз. - Сделай для парня все, что нужно.

И детектив сунул горсть смятых купюр в руки Спайку, когда шагнул вперед. Роллинз был жестким человеком, но он хорошо знал, что долги умерших оплачиваются живыми.

Несколько минут спустя он был у телефона.

- Это ты, Хулихан?

Голос на другом конце провода заверил его, что это действительно шеф полиции.

- Как умер Джоб Хопкинс? - спросил Роллинз резко.

- Ну, сердечный приступ, я думаю, - послышалось некоторое удивление в голосе шефа. - Это случилось внезапно, позавчера, после того, как он закурил - послеобеденная сигара, как сказано в отчете. А что?

- Кто охраняет Уиллоуби? - потребовал Роллинз, не отвечая на вопрос.

- Лаво, Хансон, Макфарлан и Харпер. Но я не вижу...

- Не достаточно, - скрипнул зубами Роллинз. - Отправляйся сам туда и прихвати с собой трех-четырех парней.

- Эй, послушай сюда, Роллинз! - раздался гневный рев. - Ты указываешь мне, как я должен вести свои дела?

- Сейчас же, - холодная жестокая усмешка Роллинза была почти осязаема в его голосе. - Это происходит на вверенной мне территории. Мы не боремся с белыми; это банда желтопузых с Ривер Стрит, которые чуть не угробили Уиллоуби на месте. Я не скажу больше ни слова. В этом чертовом городе слишком много чужих ушей. Но чтобы Уиллоуби не убили, вы должны быть там и как можно скорее. Не спускайте с него глаз. Не позволяйте ему курить, есть или пить что-нибудь, пока я не приеду. Я скоро буду.

- Хорошо, - пришел ответ по проводам. - Ты проработал на Ривер Стрит достаточно долго, чтобы знать свое дело.

Роллинз повесил трубку на крючок и пошел в туманной полутьме Ривер Стрит, с ее тайными торопливыми фигурами - сгорбленными мрачными тенями, которые выглядели здесь менее нелепо, чем в Кантоне, Бомбее или Стамбуле.

Гигант детектив шел упругой походкой быстрее, чем обычно, и более агрессивным был наклон его массивных крепких плеч. Это означало необычную настороженность, напряженность нервов. Он знал, что стал заметным человеком после беседы с Джои Гликом. Он не пытался обмануть себя; было ясно, что те, кто следил за Джои, знали уже, что они встретились до того, как Джои умер. То, чего они не могли знать, это сколько Джои смог рассказать, прежде чем умер, и это делает их еще более опасными. Он не мог недооценивать свое положение. Он знал, что в этом городе есть лишь один человек, способной расправиться с Яргхоузом Баролассом, и этим человеком был он сам, с его опытом, накопленным за годы работы на узкой и часто скрывающей ужасные тайны Ривер Стрит с толпами коричневокожих и желтокожих обитателей.

- Такси? - тихо мурча замер автомобиль на краю тротуара, ожидая его призывный жест. Водитель не выглянул на свет улицы. Его кепка была надвинута низко на глаза, так не естественно, что стоя на тротуаре, было совершенно невозможно сказать, белый это человек или нет.

- Конечно, - проворчал Роллинз, распахивая дверцу и забираясь внутрь. - 540 Парк Плэйс, и побыстрей.

Такси взревело и начало движение вниз по темной Ривер Стрит, выехало на 35-ю Авеню, пересекло ее и помчалось дальше по узкой боковой улочке.

- Более короткий путь? - спросил детектив.

- Да, сэр. - Водитель не оглядывался назад. Его голос оборвался внезапным шипящим вздохом. Здесь не было перегородки между передними и задними сиденьями. Роллинз наклонился вперед, его пистолет уткнулся между лопатками водителя.

- На следующем перекрестке сверни направо и езжай по адресу, который я назвал, - сказал он мягко. - Думаешь, я не разглядел какого цвета твоя кожа в свете уличного фонаря? Ты едешь дальше, но едешь аккуратно. Если попытаешься устроить аварию, я нашпигую тебя свинцом прежде, чем ты сможешь крутануть руль. Не стоит шутить сейчас, ты не первый человек, которого я подстрелю на службе.

Водитель повернул голову и взглянул в мрачное лицо своего похитителя, широко разинув свой тонкий рот, его медная кожа приобрела пепельный оттенок. Не зря Роллинз создал свою репутацию человека-охотника среди зловещих обитателей восточного квартала.

- Джои был прав, - пробормотал Роллинз, стиснув зубы. - Я не знаю твоего имени, но я видел тебя рядом с Яргхоузом Баролассом, когда он был на улице Левант. Ты не помешаешь мне, не сегодня. Я знаю этот старый трюк меднолицых. У тебя спустит шину, или ты пустишь газ в каком-нибудь безлюдном месте. Ты найдешь любой повод, чтобы покинуть машину у места засады, а в это время укрывшийся в кустах наемный убийца будет палить по мне из обреза. Тебе лучше надеяться, что никто из твоих друзей не видел нас и не станет что-либо предпринимать, потому что этот револьвер имеет очень чувствительный спусковой крючок, и сейчас он взведен. Я не умру достаточно быстро, чтобы не успеть нажать на курок.

Дальше поездка проходила в полной тишине, когда они достигли Южного Парка, уже потемнело, за исключением лишь нескольких огней на окраине, потому что муниципальное хозяйство стремилось сократить потребление света.

- Сверни в парк, - приказал Роллинз. Затем они поехали по улочке, которая проходила через парк и далее к дому Джеймса Уиллоуби. - Погаси огни и дальше двигайся, как я скажу. Ты можешь остановиться между деревьев.

Потемневший автомобиль скользнул в рощу и остановился. Роллинз порылся в карманах и левой рукой вытащил маленький фонарик и пару наручников. Вылезая из машины, он был вынужден отставить дуло своего пистолета от спины водителя, но оружие продолжало угрожать монголу в небольшом кольце света, исходящего от фонарика.

- Выходи, - приказал детектив. - Только медленно и спокойно. Ты побудешь здесь некоторое время. Я не хочу, чтобы ты тот час же выдал мое местоположение, по нескольким причинам. Одна из них, я не хочу, чтобы твои приятели узнали, что я переиграл тебя. И надеюсь, что они до сих пор еще терпеливо ждут, когда ты доставишь меня под их стволы - ха, не так ли?

И тут монгол отчаянным рывком выбил фонарик из рук детектива, погружая их во тьму.

Роллинз с силой вцепился в рукав своего противника, сжав, словно в тисках, и в то же мгновение инстинктивно выставил свой 45 на уровне живота, чтобы парировать удар, тотчас нанесенный ему. Нож ударился о стальной барабан, и Роллинз подсек ногой монголу лодыжку и мощно дернул. Бойцы упали вместе, и нож полоснул по одежде детектива. Тогда он стремительно нанес удар тяжелой рукоятью пистолета по бритому черепу, и человек тут же безвольно замер.

Тяжело дыша и тихо ругаясь, Роллинз нашел фонарик и наручники и принялся вязать противника. Монгол был без сознания; это было нелегко, но все же его смог остановить боковой удар Брока Роллинза. Если бы удар пришелся прямо по черепу, то, скорее всего, тот треснул бы, как яичная скорлупа.

В наручниках, с кляпом во рту, сделанном из лоскутов его одежд, и со связанными ногами монгол был уложен в машину, а Роллинз повернулся и зашагал через темный парк к восточной ограде, за которой находился дом Джеймса Уиллоуби. Он надеялся, что это даст ему некоторое преимущество в этой битве. Пока монголы ждали, что он приедет в ловушку, которую они, несомненно, устроили где-то в городе, возможно, он мог бы в это время провести небольшую разведку.

Имение Джеймса Уиллоуби примыкало к Южному Парку с востока. Только высокая изгородь отделяла Парк от его сада. Большой трехэтажный дом - непропорционально огромный для одинокого холостяка - возвышался среди тщательно подстриженных деревьев и кустарников, посреди ухоженных лужаек. Свет горел на нижних двух этажах, третий был погружен во мрак. Роллинз узнал, когда изучал строение Уиллоуби, что большой зал находится на втором этаже на западной стороне дома. Из этой комнаты не было видно света, так как окна были закрыты крепкими ставнями. Очевидно, там были еще шторы и занавески внутри. Детектив хмыкнул одобрительно, остановившись у изгороди.

Он знал, что люди в штатском наблюдают за домом с каждой стороны, и он заметил пятно кустарника, за которым затаился человек, охраняющий западную сторону. Вытянув шею, он увидел машину перед домом, которая смотрела на юг, и он знал, что она принадлежит шефу Хулихану.

Намереваясь пересечь лужайку, он перелез через изгородь, и, не желая быть застреленным по ошибке, тихо позвал:

- Эй, Харпер.

Ответа не последовало. Роллинз подошел к кустам.

- Спит на посту? - пробормотал он сердито. - Это что такое?

Он наткнулся на что-то в тени кустарника. Лучик его фонарика отразился на белом, запрокинутом лице человека. Кровь забрызгала его, и смятая шляпа лежала рядом, а также пистолет рядом с поникшей рукой.

- Ударили сзади! - пробормотал Роллинз. - Что...

Раздвинув ветки кустов, он пристально посмотрел в сторону дома. На этой стороне декоративная дымоходная труба вздымалась ярус за ярусом, пока не поднималась над крышей. И его глаза сузились, когда он сосредоточил свой взгляд на окнах третьего этажа, на который легко можно было подняться по этой трубе. На всех остальных окнах ставни были закрыты, но рядом с трубой окно было открыто.

В безумной спешке он продрался через кусты и пересек лужайку, пригнувшись наподобие огромного медведя, удивительно быстро для своего веса. Когда он завернул за угол дома и бросился к лестнице, тут же быстро поднялся человек из сплетения живой изгороди, заслышавший звук его шагов, и уже было хотел открыть огонь, но спешно отдернул руку с оружием, узнав детектива, и окликнул его.

- Где Хулихан? - отрезал детектив.

- Наверху со стариком Уиллоуби. Что происходит?

- Харпера вырубили, - прорычал Роллинз. - Иди туда, ты знаешь, где он был размещен. Подождешь там, пока я тебя не позову. Если увидишь, что кто-то незнакомый пытается покинуть дом, стреляй в него! Я пришлю человека занять твое место здесь.

Он вошел в переднюю дверь и увидел четырех мужчин в штатском, бездельничающих в главном зале.

- Джексон, - рявкнул он, - займи место Хансона. Я отправил его на западную сторону. Остальные займитесь хоть чем-нибудь полезным.

Взбежав по ступеням, он вошел в кабинет на втором этаже и вздохнул с облегчением, когда там обнаружил обитателей дома.

Окна занавешены шторами, и только дверь, ведущая в комнату, была открыта. Уиллоуби был там, высокий худой мужчина, с большим носом с горбинкой и костлявым выпирающим подбородком. Шеф Хулихан, большой, словно медведь, пророкотал приветствие.

- Все ваши люди внизу? - спросил Роллинз.

- Конечно, ничего не происходит, и я сижу здесь с мистером Уиллоуби.

- И через несколько минут вы оба царапали бы гравий в аду, - отрезал Роллинз. - Разве я не говорил вам, что мы имеем дело с жителями Востока? Вы сосредоточили все ваши силы внизу, даже не подумав, что смерть может обрушиться на вас сверху. Но у меня нет времени, чтобы доказывать вам, что я прав. Мистер Уиллоуби, спрячьтесь в той нише. Шеф встаньте перед ним и наблюдайте за дверью, которая ведет в холл. Я оставлю ее открытой. Блокировать ее бесполезно против того, с чем мы столкнулись. Если вы не узнаете входящего, стреляйте на поражение.

- Что, черт возьми, вы имеете в виду, Роллинз? - потребовал Хулихан.

- Я уверен, что один из наемных убийц Яргхоуза Бароласса находится сейчас в этом доме! - отрезал Роллинз. - Хотя их может быть и больше одного; во всяком случае, он где-то наверху. Здесь только одна лестница, мистер Уиллоуби? Никакой запасной?

- Эта единственная в доме, - ответил миллионер. - И она ведет в спальню на третьем этаже.

- Где находится выключатель на том этаже?

- В начале лестницы, слева... Но вы не...

- Займите ваши места и делайте, как я говорю, - проворчал Роллинз и выскользнул в коридор.

Он остановился на первой ступеньке лестницы ведущей наверх, ее верхняя часть была скрыта в тени. Где-то там притаился бездушный убийца - наемник-монгол, обученный лишь искусству убивать, живущий только для того, чтобы выполнить волю своего хозяина. Роллинз хотел позвать мужчин снизу, но передумал. Его голос лишь предупредит убийцу, затаившегося наверху. Стиснув зубы, он скользнул вверх по лестнице. Сознавая, что он был хорошо виден на свету внизу, он понял все безрассудство своего действия, но он давно уже узнал, что не сможет сравниться в хитрости с жителем Востока. Прямое действие, каким бы ни было отчаянным, всегда было лучшим для него выходом. Он не боялся пули; монголы предпочитали убивать в тишине. Но мастерски брошеный нож мог убить быстрее, чем горячий свинец. Его единственный шанс - скрываться за изгибом лестницы.

Он быстро преодолел последние ступени, уже не таясь, и, не рискуя использовать свой фонарик, нырнул во мрак верхнего коридора, отчаянно ощупывая стену в поисках выключателя. Он почти нащупал его, когда ощутил движение во тьме перед собой. Скрип пола под чьей-то ногой, раздавшийся рядом с ним, оживил его, и он инстинктивно отшатнулся назад, когда нечто, завывая, пронеслось мимо и с глухим стуком врезалось в стену. Тогда он яростно нажал на кнопку, и яркий свет залил коридор.

Почти касаясь его, полуприсев, меднокожий гигант с бритой головой пытался вырвать кривой нож, который был утоплен в дереве стены. Он вскинул голову, ослепленный светом, обнажая желтые клыки в зверином оскале.

Роллинз только что покинул освещенное место, поэтому его глаза привыкли быстрее к резкому свету. Он тут же заехал своей левой, словно молотом, по челюсти монгола. Убийца покачнулся и упал без сознания.

Хулихан заорал снизу.

- Все в порядке, - ответил Роллинз. - Пошлите одного из своих парней наверх. Я осмотрю спальню.

Что он и сделал, - свет включен, пистолет в руке, - но не нашел больше никого. Очевидно, Яргхоуз Бароласс посчитал, что одного убийцы будет достаточно. И так могло бы быть, но не для детектива.

После, закрыв плотно все задвижки на окнах и ставни, он вернулся к пленнику. Мужчина пришел в себя и сидел, закованный в наручники, на диване. Только глаза, черные и ядовитые, казались живыми на его медном лице.

- Монгол, разумеется, - пробормотал Роллинз. - Не китаец.

- Что все это такое? - пожаловался Хулихан, все еще расстроенный осознанием того, что убийца легко просочился через все его кордоны.

- Это было легко. Он подкрался к Харперу и оглушил его. Некоторые из этих парней могут украсть зубы прямо из вашего рта. Несмотря на то, что все эти кусты и деревья были под контролем, для него это было достаточно просто. Вы уже отправили пару парней, чтобы принести Харпера? Затем он поднялся по дымоходу. Это тоже было просто. И я смог бы это сделать. Никто не подумал закрыть ставни на том этаже, потому что никто не ожидал нападения оттуда.

- Мистер Уиллоуби, вы знаете что-нибудь о Яргхоузе Баролассе?

- Я никогда не слышал о нем, - заявил филантроп, и, хотя Роллинз пристально наблюдал за ним, он различил нотки искренности в голосе Уиллоуби.

- Ну, он - таинственный факир, - сказал Роллинз. - Обитает вокруг Левант Стрит и охотится на старушек, у которых денег больше, чем ума - чудак. Пытается заинтересовать их в даосизме и ламаизме, а затем играет на их суевериях и шантажирует их. Я знаю о его делах, но я никогда не был в состоянии указать на него пальцем, потому что его жертвы тут же поднимали крик. Но он в ответе за эти нападения на вас.

- Тогда почему бы нам не схватить его? - потребовал Хулихан.

- Потому что мы не знаем, где он. Ему уже известно, что я знаю о том, что он замешан в этом деле. Джои Глик рассказал мне это, прежде чем умереть. Да, Джои мертв - яд; работа Яргхоуза. К этому времени Яргхоуз, скорее всего, уже покинул свое обычное место обитания и скрылся - вероятно, в каком-то секретном убежище, которое мы не найдем и за сотню лет теперь, когда Джои мертв.

- Давайте узнаем все у этого желтопузого, - предложил Хулихан.

Роллинз холодно усмехнулся.

- Ты сам загонишь себя в могилу прежде, чем он заговорит. Там есть еще один связанный в машине в парке. Отправь пару парней за ним, и вы можете попробовать все свои приемы на них обоих. Но вы выжмите не много из них. Иди сюда, Хулихан.

Отведя шефа в сторону, он сказал:

- Я уверен, что Джоб Хопкинс был отравлен точно так же, как и Джои Глик. Ты помнишь что-нибудь необычное в смерти Ричарда Линча?

- Ну, не в его смерти, но в ту ночь кто-то пытался украсть и изуродовать его труп...

- Что ты имеешь в виду, изуродовать? - потребовал Роллинз.

- Ночной сторож услышал шум, вошел в комнату и обнаружил тело Линча на полу, как если бы кто-то пытался нести его, а затем, возможно, испугался и убежал. И многие из зубов были сломаны или выбиты!

- Хм, не знаю, что сказать про зубы, - проворчал Роллинз. - Может быть, они были выбиты в аварии, в которой погиб Линч. Но вот что я думаю: Яргхоуз Бароласс крадет тела богатых мужчин, чтобы получить за их тела большую цену с их семей. Когда они не умирают достаточно быстро, он охотится на них.

Хулихан был потрясен от столь ужасных мыслей.

- Но у Уиллоуби нет никакой семьи.

- Ну, я думаю, они будут исполнителями его воли, когда он умрет. Теперь слушай: я одолжу твою машину, чтобы съездить к склепу Джоба Хопкинса. Я получил наводку, что они собираются украсть его труп завтра ночью. И полагаю, что после всего случившегося, они попытаются сделать это сегодня вечером, есть шанс, что там я узнаю кое-что новое. Думаю, они попытаются опередить меня. Возможно, уже опередили из-за этой задержки. Я пробыл здесь дольше, чем хотел.

Нет, я не прошу никакой помощи. Ваша решительность больше помеха, чем помощь в такой работе, как эта. Ты останешься здесь с Уиллоуби. Отправь мужчин как наверх, так и вниз. Не позволяй Уиллоуби открывать какие-либо пакеты, которые могут принести, даже не позволяй ему отвечать на телефонные звонки. Я отправлюсь в склеп Хопкинса и когда вернусь - не знаю; может, застряну там на всю ночь. Это зависит только от того, когда - или если - они придут за трупом.

Через несколько минут он мчался вниз по дороге по своему мрачному делу. Кладбище, в котором располагался склеп Джоба Хопкинса, было маленьким, эксклюзивным, здесь хоронили только богатых людей. Ветер стонал в кронах кипарисов, которые изогнули свои темные ветви, словно руки, над сверкающим мрамором.

Роллинз подъехал с задней стороны по узкой, засаженной деревьями улочке. Он остановил машину, поднялся на стену и прокрался через мрак, прорезанный мертвенно-бледными лунными лучами, скрываясь в тени кипарисов. Впереди показался светлый склеп Джоба Хопкинса. И детектив остановился, притаившись в темноте. Он увидел отблеск - вспышку света, - который сразу же был потушен, и через открытую дверь в склеп проскользнуло полдюжины темных фигур. Его догадка была верна, однако, они опередили его. Яростный гнев охватил его при виде столь мерзкого преступления, он прыгнул вперед, разъяренно стреляя.

Они разбежались, словно крысы, и громкие выстрелы эхом отдались в пустом помещении склепа. Бросившись безрассудно вперед, грязно ругаясь, Роллинз зашел в склеп и, осветив внутреннее помещение, вздрогнул от того, что увидел. Гроб был взломан, но сама могила не была пуста. Небрежной массой на полу лежал забальзамированный труп Джоба Хопкинса - и нижняя челюсть его была отпилена.

- Какого черта! - Роллинз остановился растерянно, осознав, что его теория рухнула. Их не интересовало тело. Что же тогда? Его зубы? И они также украли зубы Ричарда Линча...

Вернув тело на место, он поспешил прочь, закрыв за собой дверь гробницы. Ветер ныл в ветвях кипарисов, смешиваясь с тонким стоном. Решив, что один из его выстрелов все же достиг цели, Роллинз осторожно последовал на шум, сжимая пистолет в руке.

Звуки, как оказалось, исходили от группы низких кедров, растущих возле стены, и среди них детектив обнаружил лежащего на земле человека. Луч фонарика высветил коренастую фигуру, квадратное, искривленное в судорогах лицо монгола. Скошенные глаза остекленели, на спине одежда пропитана кровью. Человек задыхался, умирая, но Роллинз не обнаружил никаких следов пулевого ранения. В спине, между лопатками, торчала рукоять странного ножа. Пальцы правой руки монгола были содраны, словно он пытался удержать что-то, необходимое его убийце.

- Убегая от меня, он наткнулся на кого-то, кто скрывался среди этих кедров, - пробормотал Роллинз. - Но кто это был? И почему? Клянусь богом, Уиллоуби сказал мне не все.

Он посмотрел с тревогой на окружавшие его тени. Нет, тихая поступь крадущихся шагов не нарушала могильный покой. Только ветер стонал среди кипарисов и кедров. Детектив остался наедине с мертвыми - с трупами богатых людей в украшенных склепах и желтокожим мужчиной, чья плоть еще не одеревенела.

- Ты вернулся быстро, - сказал Хулихан, когда Роллинз вошел в кабинет Уиллоуби. - Все прошло хорошо?

- Заставили говорить парней? - спросил Роллинз.

- Не смогли, - проворчал шеф. - Они сидели, словно толстопузые немые идолы. Я отправил их в участок, вместе с Харпером. Он так и не пришел в сознание.

- Мистер Уиллоуби, - Роллинз устало опустился в кресло и устремил свой ледяной взгляд на филантропа, - я прав, полагая, что вы, Ричард Линч и Джоб Хопкинс были каким-то образом в свое время связаны друг с другом?

- Почему вы спрашиваете? - спросил Уиллоуби.

- Потому что вы трое как-то связаны в этом деле. Смерть Линча не была случайной, и я уверен, что Джоб Хопкинс был отравлен. Сейчас банда охотится на вас. Я думал, что это был шантаж с похищением тел, при очевидной попытке украсть труп Ричарда Линча из морга, теперь же, я думаю, что это была на самом деле удачная попытка заполучить его зубы. Сегодня банда монголов вошла в гробницу Джоба Хопкинса, очевидно, с той же целью...

Сдавленный крик прервал его. Уиллоуби рухнул в кресло, его лицо покраснело.

- Мой бог, спустя столько лет!

Роллинз замер.

- Значит, вы знаете Яргхоуза Бароласса? И знаете, почему он охотится за вами?

Уиллоуби покачал головой.

- Я никогда не слышал о Яргхоузе Баролассе раньше. Но я знаю, почему они убили Линча и Хопкинса.

- Тогда вам лучше рассказать все нам, - посоветовал Роллинз. - Сейчас мы работаем в полном неведении.

- Я расскажу! - Филантроп был сильно взволнован. Он вытер лоб дрожащей рукой и попытался немного успокоиться.

- Двадцать лет назад, - начал он, - Линч, Хопкинс и я, тогда еще молодые юноши, только что из колледжа, были в Китае на службе у военачальника Юн Чина. Мы были инженерами-химиками. Юн Чин был дальновидным человеком - шел впереди своего времени, говоря по-научному. Он предвидел тот день, когда люди будут вести войны с применением различных газов и смертоносных химических веществ. Он предоставил нам великолепную лабораторию, в которой мы должны были обнаружить или изобрести такой разрушительный элемент, который он желал использовать в своих целях.

Он хорошо нам заплатил; фундамент всех наших состояний был заложен именно тогда. Мы были молоды, бедны, неразборчивы.

Скорее по чистой случайности, чем намерено, мы наткнулись на смертельный секрет - формулу ядовитого газа, в тысячу раз более опасного, чем то, о чем мы мечтали. Это было то, за что он платил нам, то, что мы должны были изобрести или создать для него, но открытие это отрезвило нас. Мы поняли, что человек, который завладеет тайной этого газа, может легко завоевать весь мир. Мы были готовы помогать Юн Чину в войне против его монгольских врагов. Но совершенно не желали помогать желтому мандарину в создании мировой империи, чтобы увидеть, как однажды наше адское открытие будет направлено против жизней наших народов.

И все же, мы не были готовы уничтожить формулу, потому что предвидели то время, когда Америка, прижатая спиной к стене, будет нуждаться в изготовлении такого оружия. Тогда мы зашифровали формулу, но оставили три символа, без которых формула будет бессмысленна и не поддастся расшифровке. Каждый из нас тогда вырвал из нижней челюсти зуб, а на его место поставил другой - из золота, на котором был вырезан один из трех символов. Таким образом, мы приняли меры предосторожности против нашей собственной жадности, а также против жадности посторонних людей. Один из нас мог, предположим, пасть так низко, что решился бы продать свой секрет, но он был бы бесполезен без двух других символов.

Юн Чин вскоре потерпел крах и был обезглавлен в Пекине. Мы бежали, Линч, Хопкинс и я, не только унося наши жизни, но при этом и большую часть денег, которые были выплачены нам. Но формулу, написанную на старом пергаменте, мы были вынуждены оставить, спрятав ее среди заплесневелых архивов в древнем храме.

Только один человек знал наш секрет - старый китайский зубодер, что помогал нам в вопросе с зубами. Он был обязан жизнью Ричарду Линчу, и, когда он поклялся вечно молчать, мы знали, что ему можно доверять.

- Тем не менее, вы думаете, что кто-то охотится сейчас за этими символами?

- А как же иначе? Но мне не понятно одно. Старый зубодер должно быть уже давно мертв. Кто же мог узнать обо всем этом? Даже под пытками старик не выдал бы секрета. И все же всему происходящему есть лишь одно объяснение, тот парень, которого вы называете Яргхоуз Бароласс, убил и изуродовал тела моих бывших товарищей и теперь охотится за мной.

Я люблю жизнь, как и любой другой человек, но опасность, преследуемая меня, ничтожна по сравнению с мировой угрозой, содержащейся в этих маленьких вырезанных символах, - два из которых сейчас, по вашим словам, в руках каких-то безжалостных врагов западного мира.

Кто-то нашел формулу, которую мы спрятали в храме, и узнал ее тайну. Все, кто может, бегут из Китая. Сейчас там бандит-военачальник Ях Лай угрожает свергнуть национальное правительство - кто знает, что за дьявольское варево кипит в этом китайском котле?

Мысль о том, что секрет этого газа окажется в руках какого-нибудь восточного завоевателя, меня ужасает. Мой бог, господа, я боюсь, что вы не понимаете всю значимость этого вопроса!

- Я получил слабое представление, - проворчал Роллинз. - Когда-нибудь видели такой кинжал, как этот? - Он достал оружие, убившее монгола.

- Таких много в Китае, - ответил Уиллоуби быстро.

- Тогда, это не оружие монголов?

- Нет, он определенно китайский; здесь есть традиционная маньчжурская надпись на рукоятке.

- Хмммммм! - Роллинз сидел, нахмурившись, размышляя, подперев кулаком подбородок, лениво постукивая лезвием по ботинку. Сейчас он был в полной растерянности, запутался, потерял путеводную нить. Для своих товарищей он выглядел, как мрачная фигура возмездия, размышляющая о судьбе нечестивых. В реальности же он проклинал свою удачу.

- Что вы собираетесь делать теперь? - потребовал Хулихан.

- Только одну вещь, - ответил Роллинз. - Я собираюсь отыскать Яргхоуза Бароласса. И начну с Ривер Стрит, - бог знает, это так же непросто, как искать крыс на болоте. Я хочу, чтобы вы позволили монголу бежать, Хулихан. Я постараюсь проследить за ним до самого притона Яргхоуза...

Громко зазвонил телефон.

Роллинз достиг его одним длинным шагом.

- Кто говорит, пожалуйста? - раздался из трубки тонкий голос с неопределенным акцентом.

- Брок Роллинз, - проворчал детектив.

- С вами говорит друг, детектив, - послышался вежливый голос. - Прежде, чем мы продолжим, позвольте мне предупредить вас, что этот звонок невозможно проследить, и от этого вам не будет никакой пользы.

- Ну? - Роллинз ощетинился, словно большой свирепый пес.

- Мистер Уиллоуби, - продолжил учтивый голос, - это обреченный человек. Можно сказать, что он уже мертв. Охранники и пушки не спасут его, когда Сыны Эрлика нанесут удар. Но вы можете спасти его, и даже без единого выстрела!

- Да? - это было едва разборчивое рычание кровожадного быка, вырвавшееся из горла Роллинза.

- Вам нужно одному посетить Дом Грез на Левант Стрит, там Яргхоуз Бароласс встретится и поговорит с вами, и если вы пойдете на компромисс, данное дело может быть урегулировано, посредством чего жизнь мистеру Уиллоуби будет сохранена.

- Компромисс, черт! - взревел детектив, сжав пальцы в кулак, так что побелели костяшки пальцев. - Вы думаете, я поверю вам? Думаете, меня так легко можно заманить в ловушку?

- У вас есть заложники, - ответил голос. - Один из мужчин, которых вы удерживаете, брат Яргхоуза Бароласса. Пусть он страдает, если случится предательство. Клянусь костями моих предков, что никакого вреда не причиню вам!

Голос замолчал, раздался щелчок и связь оборвалась.

Роллинз повернулся.

- Яргхоуз Бароласс должно быть в отчаянии, раз пытается провести меня на такую детскую уловку! - выругался он. Затем обдумал все и пробормотал себе под нос:

- Костями своих предков! Никогда не слышал, чтобы монгол нарушил такую клятву. Все, что сказано о брате Яргхоуза может быть чепухой. Тем не менее, может быть он пытается обмануть меня - заставить покинуть Уиллоуби. С другой стороны, может быть, он думает, что я никогда не поддавался на уловки вроде этой - о, черт с этими мыслями! Я собираюсь начать действовать!

- Что ты имеешь в виду? - потребовал Хулихан.

- Я собираюсь отправиться в Дом Грез, один.

- Ты сошел с ума! - воскликнул Хулихан. - Возьми с собой отряд, окружите дом и нападите!

- И найти там пустую крысиную нору, - буркнул Роллинз, его своеобразная одержимость работать в одиночку снова заявила о себе.

Рассвет был уже близко, когда Роллинз достиг закопченного кабака рядом с набережной, который был известен китайцам как Дом Грез и за чьим грязным фасадом скрывался тайный опиумный притон. Только пухлый юноша-китаец клевал носом за прилавком; он посмотрел на Роллинза без видимого удивления. Не говоря ни слова детективу, он подошел к занавесу в задней части магазина, отдернул его в сторону и указал на появившуюся дверь. Детектив нащупал рукоять пистолета под пальто, нервы натянуты от волнения, которое испытывает любой человек, сознательно отправляясь в то место, где его может ждать смертельная ловушка. Парень постучал, выбивая монотонный ритм, и голос ответил ему изнутри. Роллинз шагнул вперед. Он узнал этот голос. Китаец открыл дверь, поклонился и ушел. Роллинз вошел, и дверь закрылась за ним.

Он оказался в комнате, уставленной диванами, на которых были разбросаны шелковые подушки. Если здесь и были другие двери, то они были замаскированы черными бархатными портьерами, украшенными позолоченными драконами, которые скрывали стены. На диване возле дальней стены сидел коренастый, полный человек в черной шелковой одежде, с узкой бархатной шапочкой на бритой голове.

- Так вы пришли, в конце концов! - перевел дух детектив. - Не двигайтесь, Яргхоуз Бароласс. Я попаду в вас даже через пальто. Ваши бандиты не смогут остановить меня достаточно быстро, чтобы спасти вас.

- Почему вы угрожаете мне, детектив? - лицо Яргхоуза Бароласса ничего не выражало, - квадратное, с пергаментной кожей лицо монгола из пустыни Гоби, с широкими тонкими губами и сверкающими черными глазами. Его английский был совершенен.

- Видите, я доверяю вам. Я здесь, один. Парень, который пропустил вас, доложил, что вы тоже пришли один. Хорошо. Вы сдержали свое слово, и я сдержу свое обещание. На какое-то время между нами перемирие, я готов торговаться, и хочу услышать, что вы предложите.

- Что я предложу? - потребовал Роллинз.

- У меня нет никакого желания вредить мистеру Уиллоуби, более того, я не хотел вредить и другим господам, - сказал Яргхоуз Бароласс. - Но узнав о них все, как это сделал я, - из сообщений и посредством скрытого наблюдения, - я понял, что никогда не смогу получить то, что хочу, пока они живы. Поэтому я даже не пытался вступить с ними в переговоры.

- Итак, вы хотите получить зубы Уиллоуби?

- Не я, - опроверг это Яргхоуз Бароласс. - Этого хочет один благородный человек в Китае, внук старика, который много болтал, впав в слабоумие, что происходит со всеми стариками, неся всякую чепуху, и рассказал то, о чем молчал бы, находясь в здравом уме. Внук его, Ях Лай, возвысился от низкой должности до полководца. Он внимательно слушал бормотание своего деда, зубодера. Он нашел зашифрованную формулу и узнал о символах на зубах стариков. Он отправил на это дело меня, пообещав большую награду. У меня есть один зуб, полученный после несчастного случая, произошедшего с Ричардом Линчем. Теперь, если вы отдадите другой, - тот, что был у Джоба Хопкинса, - как вы и обещали, возможно, мы сможем достичь компромисса, по которому мистеру Уиллоуби будет позволено сохранить свою жизнь, в обмен на зуб, как вы намекали.

- Как я намекал? - воскликнул Роллинз. - К чему вы клоните? Я не давал никаких обещаний, и у меня нет зуба Джоба Хопкинса. Вы сами добыли его.

- Все это лишнее, - возразил Яргхоуз, сменив тон. - Вы имеете репутацию честного человека, несмотря на ваш злой характер. Я полагался на вашу честность, когда согласился на эту встречу. Разумеется, я уже знал, что зуб Хопкинса у вас. Когда мои неумелые слуги, испугавшись вас, покинули склеп и собрались вместе, они обнаружили что того, кому было поручено хранить челюсть мертвеца, содержащую драгоценный зуб, среди них не было. Они вернулись на кладбище и нашли его тело, но не зуб. Было очевидно, что это вы убили его и забрали зуб.

Роллинз был так ошеломлен этим новым поворотом событий, что промолчал в недоумении, пытаясь привести свои мысли в порядок.

Яргхоуз Бароласс спокойно продолжал:

- Я хотел было уже отправить своих слуг, чтобы они напали на вас, когда ваш агент позвонил мне - однако, как он нашел мой телефон, по-прежнему остается тайной, которую я должен узнать. Он заявил, что вы готовы встретиться со мной в Доме Грез и отдать мне зуб Джоба Хопкинса в обмен на возможность выторговать жизнь мистера Уиллоуби. Зная вас, как человека чести, я согласился, надеясь, что вы...

- Это безумие! - воскликнул Роллинз. - Я не звонил вам и никого не посылал сделать это. Вы, - или скорее один из ваших парней, - позвонили мне.

- Я не делал этого! - Яргхоуз вскочил, его коренастое тело под рябью черного шелка дрожало от ярости и подозрительности. Его глаза превратились в щелки, а его широкий рот злобно искривился.

- Вы отрицаете, что обещали отдать мне зуб Джоба Хопкинса?

- Конечно! - отрезал Роллинз. - Я не получил его, и более того, я против "компромисса", как вы это называете...

- Лжец! - Яргхоуз выплюнул этот эпитет словно разъяренная змея. - Вы обманули меня - использовали мою веру в вашу почерневшую честь, чтобы одурачить меня...

- Остыньте, - посоветовал Роллинз. - Помните о моем кольте, направленном на вас.

- Стреляй и умрем! - возразил Яргхоуз. - Я не знаю твоей игры, но точно знаю, что если ты убьешь меня, мы умрем вместе. Дурак, ты думаешь, я выполню свое обещание, данное варварскому псу? За этим пологом вход в туннель, через который я могу сбежать до приезда тупиц полицейских, если ты вызвал их себе в помощь, еще до того, как найдут эту комнату. Как только ты прошел через эту дверь, ты был на прицеле человека, который прячется за гобеленом. Попробуй остановить меня, и ты умрешь!

- Я считаю, что вы говорите правду, кроме звонка мне, - медленно сказал Роллинз. - Я думаю, кто-то привел нас обоих сюда, по какой-то причине. Вам звонили, назвавшись моим именем, и мне, назвавшись вашим.

Яргхоуз остановил его тираду свистом. Его глаза блестели, словно проклятые черные драгоценные камни в искусственном освещении.

- Большой обман? - спросил он неуверенно.

- Нет; я думаю, что кто-то в вашей банде обманывает вас. Я не вытащу пистолет. Я просто хочу показать вам нож, который я нашел торчащим в спине паренька, которого, как мне кажется, вы думаете, что убил я.

Он вытащил его из кармана пальто левой рукой - его правая по-прежнему сжимала пистолет под одеждой - и бросил его на диван.

Яргхоуз резко схватил его. Его узкие глаза расширились, наполненные страшным светом, его желтая кожа приобрела пепельный оттенок. Он закричал что-то на своем языке, который Роллинз не понимал.

В потоке шипящих хрипов, он вставил кратко по-английски:

- Я понял все теперь! Это было слишком тонко для варвара! Смерть им всем.

Подскочив к гобелену позади дивана, он завопил:

- Гутчлук!

Ответа не последовало, но Роллинз заметил, что черный бархат слегка вздымается. С кожей цвета старого пепла, Яргхоуз Бароласс бросился вперед, игнорируя приказ Роллинза остановиться, и, схватив гобелены, раздвинул их в стороны - тут же что-то мелькнуло между ними словно луч белого жаркого света. Крик Яргхоуза перешел в жуткое бульканье. Его голова мотнулась вперед, а тело качнулось назад, и он тяжело осел среди подушек, схватившись за рукоять тонкого кинжала, трепетавшего в его груди. Монгол упал на пол, раскинув окровавленные руки, вцепившись в ворс толстого ковра; судорожный спазм пробежал по его телу, и похожие на когти желтые пальцы расслабились.

С пистолетом в руке, Роллинз шагнул в сторону гобеленов, затем остановился, глядя на фигуру, которая невозмутимо перешагнула через них - высокий желтый мужчина в одежде мандарина, который улыбнулся и поклонился детективу, его руки были спрятаны в широких рукавах.

- Ты убил Яргхоуза Бароласса! - обвинил его детектив.

- Дьявол действительно отправился к своим предкам от моей руки, - согласился мандарин. - Но не бойтесь. Монгол, который наблюдал за вами через глазок, сжимая в руках дробовик, также покинул этот мир, внезапно и тихо. Мои собственные люди заняли Дом Грез в эту ночь. Все, о чем мы просим, это чтобы вы не предпринимали никаких попыток остановить наш отъезд.

- Кто ты? - потребовал Роллинз.

- Лишь смиренный слуга Фанг Иня, владыки Пекина. Когда стало известно, что эти недостойные отправились в Америку на поиски формулы, которая поможет выскочке Ях Лаю свергнуть правительство Китая, слово было в спешке отправлено для меня. Но почти слишком поздно. Двое мужчин уже умерли. Третий был в опасности.

Я тотчас же послал своих людей перехватить злых Сынов Эрлика в склепе, который они осквернили. Но появились вы, распугав монголов, заставив их обратиться в бегство прежде, чем капкан сработал, и мои слуги смогли поймать их всех в засаде. Как бы то ни было, им все же удалось убить того, кто нес реликвию Яргхоузу, которую тот искал, и они принесли ее мне.

Я взял на себя смелость выдать себя за слугу монголов, когда говорил с вами, и притворился вашим китайским агентом, разговаривая с Яргхоузом. Все произошло так, как я хотел. Привлеченный мыслью о зубе, потеря которого сводила его с ума, Яргхоуз пришел в свое тайное, хорошо охраняемое логово и попал мне в руки. Я привел вас сюда, как свидетеля завершения моего дела, так что теперь можете считать, что мистер Уиллоуби больше не находится в опасности. Фанг Инь не грезит о мировой империи; он желает сохранить то, что принадлежит ему. Он прекрасно осознает всю опасность дьявольского газа. А теперь я должен уйти. Яргхоуз придумал, как покинуть тайно эту страну. Я воспользуюсь его наработками.

- Одну минуту! - воскликнул Роллинз. - Я должен арестовать вас за убийство этой крысы.

- Прошу прощения, - пробормотал мандарин. - Я очень спешу. Нет необходимости использовать ваш револьвер. Я поклялся, что вы не пострадаете, и сдержу свое слово.

Пока он говорил, внезапно погас свет. Роллинз прыгнул вперед, ругаясь, нашаривая рукой гобелены, которые шелестели во мраке, словно нечто большое прошло между ними. Но его пальцы встретили только твердые стены, и когда, наконец, свет зажегся снова, он был один в комнате, а находящаяся позади портьеры тяжелая дверь была закрыта. На диване лежало что-то, блестевшее в свете лампы, и Роллинз с удивлением взирал на странный золотой зуб.

Загрузка...