Глава 10


Две недели до свадьбы. Мы купили билеты на остров Шри-Ланка. Заказан ресторан на двадцать человек — только самые близкие. Платье практически готово. Осталась последняя примерка. Сашка появился в обед, без предупреждения:

— Солнышко, привет. — Он поцеловал меня, прижимая к стене.

— Привет. — Я улыбнулась, радуясь сюрпризу.

— Угостишь кофе?

— Конечно. Проходи. — Мысленно прошерстив планы, обрадовалась еще сильнее. Димку мама собиралась забрать на все выходные. Тем лучше. Не надо сталкивать их с Сашей вместе. Да. Понимаю. Глупо отодвигать неизбежное, но сил на выяснение отношений не было.

Усевшись на кухне, Алекс, следя за мной сказал:

— Муся… не знаю, как ты воспримешь… короче…

И он рассказал то, что заставило меня остановиться. Во всем.

— Диму можно устроить в санаторную школу. Находится в десяти минутах езды. Это пригород. Четырехразовое питание. Есть бассейн. Теннисные корты. Можно забирать на выходные. Я уже нашел связи. Медсправку для зачисления сделаю. После младшей школы — устроим его в военное училище… Тут вообще без вопросов…

— Что? — доставая противень с хачапури, обожгла руку и попрыгала в санузел. Напустила пены «Пантенола» на рану. Вышла.

— Саш, ты о чем?

— Марусь, так будет лучше для всех. Пойми. Дима слишком разбалован. Я допускаю, что этого со стороны не видно. Но поверь: четыре тетки скачут вокруг него и выполняют любое желание. Это не нормально. Он должен рано или поздно повзрослеть. Мы будем приезжать к нему каждые выходные. Обещаю.

Что тогда во мне переместило центр тяжести — не знаю. На невидимых весах с одной стороны оказался Саша, а с другой — Димыч.

— Уходи.

— Муся… не воспринимай все так, словно я пытаюсь откроить от тебя сына.

— Уйди. — Немея, встала и прошла в коридор. Распахнула двери.

— Рита. Пожалуйста. Подумай.

— Хорошо. Я подумаю. А сейчас — уйди.


Он позвонил за неделю до свадьбы. Я, сидя в анабиозе, ответила:

— Привет.

— Привет. Ты как?

— Нормально.

— Свадьба будет или отменить все?

— Не знаю.

— Рит, не выжимай из меня силы. Реши для себя: я тебе нужен?

— Са… ты просишь отказаться от Димы.

— Неправда.

— А что тогда?

— Не перекручивай. У меня была попытка наладить отношения.

— Ну да. Устранив неугодный момент.

— Нет! Услышь меня, Рита! Я пытаюсь наладить все. Твой сын привык купаться в обожании тебя, твоей мамы, сестры и Жени. Он растет эгоистом. Все, что ему не по душе — тут же отправляется в пешую прогулку. Ну, разве нет?!

— Может быть…

— И что из него вырастет?! Ты не подумала об этом?!

— Не знаю… но, и отправить его в детдом не могу.

— Какой детдом?! Это школа!

— И забирать его только на выходные..?

— Все это можно решить. Услышь меня!

— Чем будет плоха обычная школа?

Несколько минут молчания. Я ждала его ответ так, словно от него зависел следующий вдох.

— Ты хочешь меня? Хочешь таким, какой я есть?

Удар под дых. Мне и без этого было плохо.

— Хочу. Но сын для меня важнее. Прости. — Отключившись, заблокировала его телефон. Удалила во всех возможных других приложениях и соцсетях. Позвонила сестре. Отдала Димку на неделю родителям и ей.

Нет смысла описывать всю боль и отчаяние, которое я испытывала. От меня словно отрезали кусок. Заживо. Без анестезии. Я истекала кровью. Даже близость сына не помогала исцелиться. Рана кровоточила. Но выбор был сделан, и я не позволяла себе усомниться в принятом решении.

Значит одна. Все. Хватит надеяться и искать. Я приняла это и успокоилась. Сына никому не отдам. Как-бы сложно это не было. Не важно.

Женька, видя все это лишь печально улыбалась, даже не скрывая эмоции.

— Ты все правильно делаешь.

Увидев мой наполненный горечью взгляд, все же набралась духу и ответила:

— Я понимаю, что глядя на меня со стороны — кажется, что говорю не искренне. Но поверь. У меня даже зависть проскакивает. Ребенок — это все. Это то, что заставляет держаться на ногах из последних сил. Смысл жизни. Вселенная. У меня этого нет и вряд ли возможно. Цени Димыча. Прошу. Цени этот дар изо всех сил. Ты не понимаешь, какое сокровище у тебя есть… — она затушила окурок и резко отвернулась.

Ну чем тут поможешь?!

Я обняла ее сзади и прошептала в плечо, прижимаясь:

— Пытаюсь, Жека. Я очень стараюсь. Но это очень больно.

— Понимаю…

— Ты только не суди меня. Потому, что если и ты начнешь это делать — мне останется кинуться с обрыва…

— Дурочка. Даже не думай о таком!

— Пытаюсь…

— Не смей, Рита. Просто не смей. Слышишь?!

— Да… и пусть мне даст сил Вселенная…

— Кто угодно. Ты должна держаться. И если не будет хватать сил — помни, я рядом. Обещаешь? Звони в любой момент, я рядом. Всегда.

— Хорошо. Спасибо, родная… — задрожала от душивших рыданий.


Неделю пила, высовываясь покурить на балкон. Потом подняла голову и пошла.

Несколько месяцев, словно в дурмане, пыталась собрать себя в кучу. Вынырнуть помогла сестра и Женя. Они вытаскивали меня из квартиры, заставляя вернуться в чувство. Попытки Саши связаться — пресекала на корню. Его звонки в дверь игнорировала.


— Не, ну ты нормальная? Хоть бы накрасилась! — Жека скривилась, словно во рту был кусок лимона. — Губы — как жопа у курицы!

— Кому какая разница? — пытаясь одеть кроссовки, я недовольно хмурилась в ответ.

— Рита! Бегом привела себя в порядок!

— Не начинай.

— Я сказала: бегом! Или мне тебя накрасить?!

— Попробуй.

— Быстро!

Вернувшись к себе в спальню, послушно подвела губы помадой.

— Так тебя устроит?

— Пытаешься кусаться? — она провернула защелку в дверном замке. — У меня противоядие. Одевайся! Я жду!

— Какая прелесть. Напомни, пожалуйста: я говорила, что иногда тебя ненавижу?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Нет. У нас все впереди. — И она, пропуская меня вперед, сделала пинок под зад. — Так. Не расслабляемся. У нас впереди комплекс процедур. Шоколадное обертывание, массаж, скраб с кокосовым маслом и морской солью… и прочая канитель. Наслаждаемся и попердываем от счастья!


К концу лета мое сознание пришло в норму. Звонки из неизвестных номеров прекратили тренировать мою выдержку. Я плыла по течению и пыталась не сойти с ума от душевной боли. Казалось, что большего отчаяния чем тогда, в жизни еще не испытывала.

О, боже! Как же я тогда была далека от истины! И поняла это в один момент.


Август. Сдача основных отчетов позади, а потому, можно немного расслабиться. Побродив по просторам соцсетей, решила забрать сына пораньше и прогуляться с ним по набережной. А как иначе? Не зря же мне Женька подарила на день рождения супер-модный-фитнес браслет. О-о-о-о… вы даже не представляете! Эта штуковина так воодушевляет!

Каждый вечер я сморю, сколько прошла шагов, сколько килокалорий сожгла, активность за неделю, а утром смотрю сообщение, что легла слишком поздно и у меня недостаток сна и прочую ересь. Короче. Наяривала уже несколько месяцев по пятнадцать тысяч шагов в день, дабы не отставать от неизвестных мне людей, зарегистрировавшихся в программе «Mi fit».

И как я жила до этого? Вся жизнь насмарку!

Вернувшись домой — нас ждала неприятность. Подтекающий кран на кухне окончательно доломался и при попытке его включить, начинал бить фонтан. Устало вздохнув, решила отложить готовку еды на завтра.


С утра Димка проснулся не в духе:

— Мааам… можно я в садик не пойду?

— Димон, что случилось?

— Ну… это… у меня живот болит.

— Не выделывайся. Иди чистить зубы. — Я на минутку отвлеклась от сковородки. — Тебе омлет или глазунью?

— Омлет.

— Чудесно. Я так и думала. — Грязной посуды, благодаря его выбору теперь будет больше. И как ее мыть?

Собрав малого в садик, полусонная прошлась с ним, и, вернувшись домой, заварила полную джезву кофе. На две чашки. Да. Последнее время мне одной было мало. Потом еще полчаса вызванивала сантехника. Кран на кухне пугал. Договорилась на час дня. Тарелки отправилась мыть в ванную, так как побоялась затопить кухню.

А потом, в обед, вынырнув из прочтения очередных объяснений по поводу ведения бухучета, я отклеилась от монитора, и, открыв входную дверь, замерла. На пороге стоял парень в серой форме. Что за?! Им что, в ЖЭКе теперь такие костюмы выдают? Молодой человек был словно из немецких фильмов для взрослых. Да-да. Именно этих. Про сантехников, чистильщиков бассейнов или службы доставки пиццы. Я даже растерялась. И тут он выдал:

— Шпрехен зи дойч? — а увидев мои ошалелые глаза, заржал. Скотина!

— Что?

— Вам трубы прочистить? — он продолжал лыбиться, скользнув по мне взглядом от макушки до пят.

— Кгхм… — подавилась вдохом, и, покраснев, промычала: — Было бы неплохо. А вообще — у меня кран на кухне протекает. Я бы даже сказала — фонтаном бьет.

— Фонтаном? — округлил глаза, в притворном страхе.

— Ага. Натюрлихь.

— Ох. — Он сделал шаг в квартиру, не дожидаясь приглашения. — Струя сильная? — снял обувь.

— Сегодня не включала. Боюсь.

— Хап кайне андст… — (Hab keine Angst (нем) — не надо бояться) — проговорил с усмешкой и повернул влево, словно зная наперед, куда надо идти.

Я, не понимая значения сказанного, как-то стушевалась и пропустила внутрь квартиры.

— Можно приступать? — он, открыв дверцу под раковиной, обернулся и поиграл бровями.

— Да, конечно. — Не выдержав, рассмеялась. Он тоже улыбнулся, сверкнув белыми зубами.

Минут через десять вынес приговор:

— У вас прохудилась прокладка. Сейчас я ее заменю. Но по уму — надо бы поменять кран.

Еще через несколько минут включил воду, показывая.

— Зер гуд?

— Я, я, дас ист фантастиш. — Подыграв ему, давясь от смеха, протолкнула заученные непонятно когда слова в ответ.


Загрузка...