Глава 17


Ночью, уложив малого спать, и разобравшись с радио-няней, я впервые спокойно вышла покурить на улицу. Не успела щелкнуть зажигалкой, как услышала справа от себя:

— Не бойся. Это я.

Сигарета выпала из рук. Сердце попыталось поселиться в районе таза.

— Поговорим? — он сделал шаг, закрывая свет фонаря. По телу пошли мурашки. Сколько бы я не пыталась держать дистанцию, он с легкостью пробивал хлипкую броню, выстроенную моим подсознанием.

— Да. — Промычала в ответ, пытаясь урегулировать дыхание.

— Объясни мне, что я сделал не так. — Тихо спросил, придвигаясь ближе. Почувствовав себя «бандерлогом» перед взглядом «Каа»* (персонажи из мультфильма «Ма́угли», режиссёра Романа Давыдова — примеч. авт.), застыла, глядя в его потемневшие глаза.

— Я… тебя… себя… боюсь… — прошептала правду.

— Что?! — он стоял ошарашенный.

— Прости… — попыталась удрать в дом, но не смогла, он схватил за руку, дернув на себя.

— Что значит боишься? Почему?

— Все сложно, Вить…

— Иди сюда. — Рывком прижал к себе и поцеловал. Потянул в дом, уводя с крыльца, не давая опомниться, бросил на диван, где я лежала несколько часов до этого. — Не сложно Рита… в этом нет ничего сложного… — приземлился на колени, подтягивая меня к себе.

А потом было безумие. Мы сдирали одежду друг с друга, неотрывно целуясь, словно боясь потерять связь, впивались руками и ногтями в плечи, задыхались от нахлынувшей страсти.

— Иди ко мне. — Я потянула его вверх, отвлекая от своего живота, к которому он проделал дорожку из поцелуев.

— Рит… я… — попытался что-то сказать, но мое терпение иссякло.

— Ты издеваешься?! — прошипела от злости.

Виктор замер буквально на секунду и одним рывком оказался сверху, прижимая. Поднялся, опираясь по бокам руками.

— Расслабься, пожалуйста, расслабься…

Возбуждение гремело в ушах так, что сил на разговоры уже не было. Я потянулась рукой вниз, желая направить его и охнула. Он, наконец, сделал это. Вошел в меня. Медленно, не сильно, проникая с каждым толчком все глубже… О, боги! Все только началось, а я уже почувствовала, что выхожу на финишную прямую и остановить это нельзя! Виктор раскачивался надо мной, набирая темп. Еще! Еще! Еще! Закусив губу, застонала от переполнившего физического экстаза. От переизбытка эмоций слезы потекли по щекам. Судя по всему, он не ожидал, что у меня оргазм наступит так быстро и расценил мои стоны и всхлипывания иначе.

— Больно? — остановился, отодвигаясь чуть назад.

— Нет. — Притянула его руками к себе. Виктор подхватил меня, усаживаясь на край дивана.

— Обопрись коленями… так ты сможешь сама регулировать… — Прошептал в ухо и поймал мои губы своими, аккуратно насаживая на себя. Когда же я стала двигаться, замычал от удовольствия: — Ты сказка, Рита… ты моя сказка…

Эти слова волшебным елеем просочились в душу, согревая изнутри и выталкивая наружу еще более сильное влечение. Наша чувственная гонка возобновилась с новой силой. Виктор изучал меня руками, касаясь, сжимая, лаская пальцами. Целовал, слегка покусывая шею и плечи, а потом в какой-то момент, отклонив немного назад, поймал губами грудь, свободной рукой нырнув между нами. И я пропала.

Волна блаженства накрыла, не спрашивая разрешения. Закрыла рот рукой, кусая собственную ладонь, чтобы не закричать. Виктор тоже, судя по всему, подошел к финалу. Резким движением подхватил, освобождаясь и сильно прижимая к себе. Три толчка и застонал. Перевел дыхание. Запустил пальцы мне в волосы и провел, словно расчесывая. Поцеловал легонько в губы.

— Держись. — Он поднялся вместе со мной, удерживая на талии, и понес в санузел. Эпический случай! Меня! Удерживая на талии! Меня!!! Далеко не хрупкую барышню!!!

Поставил на ноги в душевом отсеке, развернул и прижался сзади, целуя в макушку:

— Так почему ты меня боишься?

— Не только тебя. Себя тоже.

— Говори. — Он потянулся куда-то в сторону.

— Я… достаточно обжигалась в жизни… и больше не хочу.

— Подними руки. Держись за стену.

Я, послушно сделала то, о чем он попросил. Через секунду почувствовала, как ладони Виктора заскользили по моему телу. Гель для душа имел одуряющий аромат.

— Ты немного опоздала.

— В смысле?

— Поздно бояться, Рита. — Он обхватил руками мою грудь, прильнув ко мне. — М-м-м…

— Секс без обязательств тебя устроит?

— Нет. — Коротко ответил, проводя пальцами правой руки по животу вниз. — Свободные отношения — чушь собачья. Расставь ноги. Никаких мужиков, пока я рядом. — После чего стал творить чудеса в моем самом сокровенном месте, заставляя выгибаться и кусать губы от наслаждения. Минут через пять простонал: — Ты как?

Я не знала, что ответить, сосредоточившись на его движениях. Что значит «как»?

— Иди ко мне. — Позвала вместо ответа, отодвигаясь назад и упираясь в него пятой точкой, принимая недвусмысленную позу. Он обхватил меня рукой под грудью, распрямляя:

— Подожди…

— Что? — выныривая из пелены желания, округлила глаза.

— Так тебе будет больнее…

— Почему ты постоянно спрашиваешь об этом? Что за пунктик по поводу сделать больно? — с каждой секундой желание исчезало, словно вода сквозь сито. Виктор застыл, ощущая изменения во мне. Опустил руки. Сделал несколько шагов в сторону. Раздался тихий щелчок.

Он включил освещение над умывальником. Тусклый свет дал возможность увидеть его практически полностью. Я смотрела на него, ожидая ответ. Что происходит? Рядом со мной стоял мужчина, половина тела которого была покрыта татуировками. Я такого никогда не видела, а потому, непроизвольно сгребла челюсть, заставляя себя сосредоточиться на выражении его лица.

— Ниже. Посмотри ниже.

Машинально опустив глаза — застыла. И вот это вот поместилось во мне?! Аху… с ума сойти! Тот, кто хоть раз видел порно с неграми… пардон… с афроамериканцами — поймет. Размеры достоинства Виктора впечатляли.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Ты поэтому комплексуешь?

Он не ответил, выжидающе глядя на меня.

— Что тогда делать мне, с гитарой, вместо фигуры?

— Рит… — он сделал шаг в мою сторону. В этот момент я услышала испуганный голос Димки:

— Мам! Мама! — метнулась в сторону, схватив полотенце. Закуталась и выскочила в коридор.

— Да, сынуля! Я тут! Я в душе была. Не бойся. Иду! — в комнате нашла халат, и, набросив на себя, поднялась в спальню.

Успокоила малого и прилегла рядом с ним, упрекая себя за слабость. Какая я, к черту, мать?! Только все более-менее успокоилось, а я уже раздвинула ноги перед мужиком, забыв о сыне. Все. Стоп. Больше никаких связей! Вообще ничего! Пора расставлять приоритеты. И с этими тяжелыми мыслями уснула.

Утром отдирала от себя прилипший халат. Гель для душа коркой покрывал тело. Отправилась в душ…

Во время завтрака, сообщила всем сразу, обращаясь к Женьке:

— Жек, мы сегодня, наверное, поедем уже домой.

— Шолохова, прекрати. — Она называла меня по фамилии, только когда сердилась. — Зачем тянуть Димку на асфальт среди лета?

— Будет ходить в садик. Там есть дежурная группа. Ему пойдет на пользу. И мне пора разгребать накопившееся по работе. Вчера шеф звонил.

— Я привезу тебе твой комп. Будешь работать тут. Какая разница?

— Рит, ты никому не мешаешь. — Отпивая кофе, посмотрел на меня Максим.

— Спасибо вам. Но, как бы ни было страшно, рано или поздно я должна сделать этот шаг.

Помимо всего прочего мне предстоял непростой разговор с родными: мама, папа, сестра и ее муж. Все они не были в курсе произошедшего. Хотя, судя по последнему разговору с сестрой, она настроила уже кучу предположений. Я могла только надеяться, что Лилька не выболтала родителям свои страхи. Молчать не имело смысла, так как Димка рано или поздно проговорится. Предстоящее объяснение тяжелым камнем давило на плечи.

И еще я боялась. Отныне я боялась своего двора. По сути ведь нигде нет безопасности. Меня могут точно так же схватить в любом месте. Предстояло проработать эту зацепку с психологом, так как менять место жительства не представлялось возможным. Финансов для переезда не было. Умом я понимала, что Илья в руках кредитора, и больше мне ничего не угрожает, но сердце все равно упрямо сжималось от страха.

Дима выпросил еще пару часов, что бы поплавать в бассейне.

— Ритусь, ну поживи у нас еще. — Канючила подружка.

— Сколько? Неделю? Две? Месяц? — я печально улыбнулась.

— Да сколько хочешь! Дом все равно стоит без дела.

— Нет, Жень. Нет. Отвезешь меня?

— Конечно. — Она какое-то время курила молча. — А… Виктор? Он в курсе..?

— При чем тут Виктор?

— Ну… мне показалось, что между вами что-то происходит…

Я покраснела. Подумав, ответила:

— Да. Так и есть. Только я вдруг поняла, что буду никчемной матерью, если стану преследовать только свои цели. То, что случилось, заставило меня переосмыслить ценности, понимаешь?

— Ты о чем сейчас?

— Мужчина, который будет рядом, должен понимать, что мы с Димычем идем в комплекте.

— И?

— Ты предлагаешь мне подойти к Виктору и спросить, не раздражает ли его мой сын?

— Не раздражает. — Послышался голос слева. Мы обе чуть не подпрыгнули на месте.

Он стал напротив, глядя прямо в глаза. Женька бегом затушила окурок.

— А-а-а… э-э-э… я, пожалуй, пойду. — И смылась в одну секунду. Мой затылок залило холодом. Это ж надо так вляпаться на пустом месте!

Спас сын. Он выбрался из воды и понесся в нашу сторону.

— Дядь Вить! Дядь Вить! — подлетел к нам и замер, переводя взгляд с одного на другого.

— Да, Дима?

— Я хотел… поговорить.

— Говори.

— А можно… без мамы?

От его слов мои глаза чуть не вылезли из орбит:

— Что значит без мамы?

— Ну… как мужчины.

Виктор улыбнулся. Я отметила, что с левой стороны его улыбка не выглядела устрашающе.

— Конечно. Идем, пока твоя мама соберет вещи. — Протянул ему руку.

Складывая сумку, то и дело выглядывала в окно. О чем они могут говорить? Что за секреты появились у малого от меня? Выходя из дома, набрала Женю:

— Мы уезжаем. Нас Виктор отвезет. Давай без лобызаний. Не на конец света отчаливаю.

— Погоди! Я хотела Димычу подарок сделать! Сейчас!

— Какой еще подарок? — в ответ короткие гудки. Ну что за неугомонная?!

Она прискакала буквально через три минуты с очередной коробкой в руках. Подозвала будущего крестника к себе, приземлилась перед ним на колени, вручая. Виктор подошел ко мне, и, взяв сумку, поставил в багажник. Открыл переднюю дверь, таким образом, давая понять, что на задние сидения мне не стоит целиться. Увидев в руках у сына новый планшет, простонала, закатив глаза:

— Ты в своем уме?! Что ты делаешь?!

— Так. Не бухти. Все нормально. Думала ему на день рождения подарить. Решила не откладывать.

— Жека!

— Ничего не слышу. — Она закрыла ладонями уши и чмокнула в щеку. — Набери меня вечером.

— Хорошо. — Я с недовольной миной взяла сына за руку, показывая ей глазами, что думаю о таких подарках. — Дим, переоденься.

— А плавки куда?

— Вот. — Протянула ему одноразовый кулек.

— Максу еще раз спасибо передай. И Олегу тоже.

— Передам. — Сморщилась Женя. — Приезжай с малым на выходные.

— Хорошо. Созвонимся. Я пока в полной прострации.

Усадив Димку сзади, повернулась к Виктору. Он продолжал стоять, держа рукой переднюю дверь. Кивком головы указал на сиденье. Значит, будем говорить. Делать нечего, забралась в салон.

— Ма, а у тебя наушники есть?

— Нет сынуля. Дома.

Виктор наклонился ко мне, открывая бардачок. Задел ладонью мою ногу, заставив дернуться всем телом. Достал наушники и протянул малому.

— Бери.

— Насовсем?

— Дима!

— Насовсем. — Улыбнулся в ответ. Я нервно потерла переносицу. Разбаловали мне сына за эти дни. Буду теперь неделю в чувство приводить.

Минут пятнадцать мы ехали молча. Я уже было расслабилась. Зря.

— Не делай так больше. — Виктор следил за дорогой. Сказал это, не поворачивая головы.

— Как?

— Не выстраивай свою защитную стену. Я тебя не отпущу, поняла?

— Да…

— Надеюсь. — И потянулся куда-то вверх, доставая из небольшого отделения солнцезащитные очки. Одел их. Ну, все. Как говорится: «I'll be back».

— В смысле? — повернулась к нему, округлив глаза.

— Ты не занята на эти выходные? Я заберу вас с Димой в пятницу. На дачу.

— К-куда?

Он не ответил. Сцепил зубы, посигналив машине, подрезавшей нас, прошипев:

— Мудак.

— У меня работы много… Боюсь, что придется…

— Если надо — посидишь со своими отчетами там.

Мы минут пять помолчали. Потом я все же решилась:

— Вить, ты осознаешь, что хочешь повесить себе на шею?

— Ты о чем?

— Ну… я… Димка…

Виктор коротко глянул на меня:

— Не говори ерунду.

Остальные двадцать минут дороги мы не сказали друг другу ни слова. Как же с ним тяжело! Ну, невозможно! Постоянное напряжение. Я не понимала, хочу ли этих отношений. Не знала как себя вести и что говорить. Невысказанные слова прятались внутри и собирались в непонятный комок. Почувствовав вибрацию телефона в кармане, достала его и ответила:

— Алло. — Как и любой бухгалтер, имея неплохую память на цифры, сразу сообразила, кто мне звонит.

— Привет.

— Здравствуй, Саш.

— Рит… у тебя все в порядке?

— Да. Спасибо.

— Мусь… мы можем встретиться?

— Не знаю. А надо?

— Я бы хотел тебя увидеть… поговорить…

— Давай немного позже. Мне неудобно сейчас.

— Ты занята?

— Есть немного.

— Когда тебе перезвонить?

— Я сама тебя наберу. — Сделав вид, что не прочувствовала некое движение Виктора, и исходящую от него волну напряжения, добавила: — Пока.

Отключила телефон. Прошло минут пять в гнетущей тишине. Телефон снова зазвонил. Отключив звук, стала смотреть в сторону.


Загрузка...