Глава 19


— Все вздохи оставим на потом. Димыч с нами, а это главное. Но это не все. Сейчас приедет Женька. Не одна. У нее… налей мне вина, что ли? — повернулась к Аркаше. Тот молча откупорил бутылку и налил в бокал. — А себе?

— Я не пью. Забыла?

— Возьмешь драйвера. Сегодня не тот вечер. Поверь. Новостей море.

— И мне налей. — Подала голос сестра.

— Ого. — Он повернулся к жене в немом вопросе.

— Хватит, Кеша. Хватит. Я устала. Пять лет мы с тобой в погоне за призраками. И не думаю, что от пары бокалов сухого вина что-то кардинально изменится…

Почувствовав шкурой некие изменения в отношениях и правилах близких, затаила дыхание.

— Ты уверена?

— Да. А ты нет?

Аркадий, прислонился к стене, держа бутылку в руках. Несколько минут напряженной тишины, и он налил себе коньяк, а своей жене вина. Мы чокнулись.

— Так вот. — Решив не обострять внимание на их проблеме, продолжила: — Женя… она встречается… нет, не встречается… короче она живет с двумя мужчинами.

— Параллельно, что ль?

— Типа того. Они все вместе живут. Втроем.

— Чи-и-и-и-во-о-о? — Лилька округлила глаза.

— Вдохни и выдохни. Глубоко. Раз десять. — Посоветовала я. Выпила еще из бокала и продолжила: — У меня просьба. Даже если вам это против шерсти, имейте выдержку и уважение. Они помогали всем, чем могли.

— А спецназовцы?

— Это да. С Виктором тоже познакомитесь… Если он явится сегодня.

— Рита… я в шоке… мы не виделись три недели — а словно полжизни прошло…

— Люля, пей вино и бегом переваривай все услышанное. У тебя минут десять. — Я посмотрела на свой браслет.

— Втроем? — переспросил Аркадий.

— Да. Тебя именно это волнует больше всего? — насупившись, продолжила крошить салат.

— Извини. Нет, конечно… просто Женька..? Она же нормальная…

— То есть информация, которую ты получил, сразу задвинула ее в разряд «ненормальных»?!

— Нет…

— Тогда что?!

— Не знаю даже… неожиданно очень. Я такой собственник, что подобное в голову как-то плоховато укладывается.

— А эти ее мужчины… они геи? — вдруг выдала сестра, покраснев. — В смысле бисексуалы?

— Нет. Насколько я знаю — нет.

— И как тогда? По очереди что ль? Одну ночь с одним, а вторую с другим?

— Лиль! Оно тебе надо? Спросишь, если интересно.

Аркаша залпом допил коньяк и налил себе еще. Сестра все же не выдержала:

— Па де труа?

— Именно. Выходит, не только я порнуху смотрю.

— Одуреть. Новость — атас!

— Я смотрю, что это впечатлило вас куда больше, чем то, что случилось со мной и Димкой.

— Что за глупости! Просто я не хочу возвращать тебя мысленно в ад. Но если есть необходимость все проговорить…

— Нет. Ты права. Прости. Давайте говорить о чем угодно, только не об этом.


Первым появился Виктор. Как и обещал, в полседьмого. Так получилось, что дверь ему открыл Аркадий. Они застыли глядя друг на друга. Я, подавив улыбку, шагнула в коридор.

— Привет. Проходи. — Закрывая дверь, взмахнула рукой: — Знакомьтесь. Аркадий. Виктор.

Мой терминатор сделал шаг вперед, продолжая буравить взглядом зятя. И с каких пор он стал «моим»?!

— Я так думаю, что на кухне будет тесно. — Обратилась к Аркаше. — Как считаешь?

— Да. — Тот смотрел на Виктора, не отрываясь. Расправил свои широченные плечи и протянул руку. Их рукопожатие затянулось.

— Лиль! Иди знакомиться! — чувствуя повисшее напряжение, решила не усугублять ситуацию. Сестра появилась на пороге кухни через минуту. Остановилась, подавив вдох:

— З-здравствуйте.

Виктор медленно перевел взгляд на нее:

— Добрый вечер.

— Прошу любить и жаловать. Моя сестра — Лиля. Ее муж — Аркадий. А это Виктор. Человек, вернувший мне Димку.

Я прекрасно знала, какие чувства он вызывает у окружающих, а потому, не стала концентрироваться на этом.

— Поможешь перенести стол?

— Да. — Подался вперед, сграбастав рукой за талию, поцеловал в волосы, после чего ушел в санузел мыть руки. Лилька щелкнула отвисшей челюстью:

— Ты с ним… у вас..?

— Кебаб. Наливай.


Еще минут через пятнадцать появилась Женя с Олегом и Максимом. Привезли кулек всяких дорогих излишеств и уселись к нам за стол.

Что сказать. Вечер удался, не смотря на то, что половина из присутствующих не были знакомы между собой. Димка, забыв о планшете, пару часов не слазил с рук. Выпив, я вдруг расслабилась и перестала чувствовать неловкость в присутствии Виктора. Он, как всегда был немногословен. Сидел статуей рядом, внимательно слушая, и практически не прикоснулся к спиртному. Лиля с затаенным страхом косилась в его сторону, забыв о Жене с ее мужчинами. Аркадий же рассматривал всех с интересом.

— Ты маме собираешься рассказать? — спросила сестра во время моего с Женькой перекура.

— Да.

— Когда?

— Ну не сегодня же.

— А… о Викторе?

— Ты о чем?

— Вы с ним встречаетесь?

— Кгхм… да… — я прокашлялась в ответ, не зная, что сказать.

— Ты… ты его не боишься?

— Я себя боюсь, Лиль. Жек, угомони ее, а? — затушив окурок, ушла на кухню. Включила чайник.

— Устала? — тихий голос заставил вздрогнуть от неожиданности. Виктор обнял сзади, прижимаясь.

— Есть немного.

— Диме не пора спать?

— Пора.

Он отпустил меня и исчез точно так же бесшумно, как и появился. А еще через пять минут малой прошел по коридору в ванную. Возвращаясь в комнату, где сидели гости, остановилась и прислушалась. Судя по шуму воды, он мылся. Ого! И это без двадцати напоминаний?

К тому моменту, когда гости разъехались по домам, Димка уже спал. Виктор помог собрать посуду и переставил стол в угол.

— Ты останешься? — спросила прямо, что бы морально подготовиться и понимать что и как будет в моей жизни происходить в дальнейшем.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Если ты не против.

— Иди в душ. Я тарелки пока помою.

— Давай помогу. — Он пошел вслед за мной.

— Да ладно. Что тут помогать? — включила воду и взяла губку в руки. Налила моющего средства.

Виктор стал расстегивать рубашку. Я покосилась на него, подавив непонятную волну дрожи в конечностях.

— Расскажешь о себе? — спросила, пытаясь сдержать вдох восхищения. Вот кому не надо стесняться своей фигуры — так это ему! Сплошные бицепсы, трицепсы, кубики на животе. И все это обтянутое белой майкой. Держите меня семеро! Ну как тут не вздрагивать от такой картины?!

— Что ты хочешь знать? — он положил рубашку на табурет и подошел ко мне. Стал сзади, забрал мочалку из рук и продолжил мыть посуду вместо меня, прижимаясь.

— Рост, вес, положение в обществе! Ты не понимаешь обычных вопросов? — я попыталась вывернуться в сторону. Он опустил руки, не отпуская.

— Рита.

— Я так не могу. Научись разговаривать. Или ты считаешь, что мне достаточно просто знать, как тебя зовут?!

— Тихо. Не дергайся. — Продолжил мыть посуду. — Мне сорок лет. Был женат. В юности. Студенческий брак. Выгнали из института на третьем курсе. Ушел в армию. Потом работал наемником. Сейчас на вольных хлебах.

И сколько же ему потребовалось сил, что бы выдать эти три десятка слов?!

— Отлично. Обо мне ты в курсе. Вопросов нет?

— Почему ты ушла в академ-отпуск на два года? — спросил сразу, а потому неожиданно.

— Надо было за бабушкой ухаживать. Потом дедушка слег…

— Ясно. — Он двигался за мной, стоя впритык, споласкивая и откладывая тарелки на полотенце.

— У тебя есть брат или сестра? — удивляясь сама себе, задала вопрос, который волновал меньше всего.

— Нет.

— А родители?

— Из родных только тетка.

Виктор закончил с посудой и вытер руки. Подхватил меня и усадил на стол, вглядываясь.

— Погоди. — Я попыталась упорядочить мысли. — Секс это хорошо, но мы ничего не знаем друг о друге…

— Ты моя. Понимаешь?

— Я?

— Да. Ты. — Он втиснулся у меня между ног, раздвигая колени в стороны. — Остальное — ерунда.

— «Победа»? — решила остановить, когда почувствовала, как его руки расположившись ниже талии, дернули вперед, к себе.

— «Торнадо»? — он усмехнулся в ответ. О, мама! Какие же у него глаза! А губы! А язык! Мозги окончательно расплавились и осели межу ног.

— В-в-витя! — еле оторвавшись от настойчивого поцелуя, прошептала, глядя вниз. — Мне… мне в душ надо.

— Ну, так идем. — Подхватил и понес. Я задохнулась от эмоций. Это произошло второй раз! Никто и никогда не носил меня на руках. Даже Илья на свадьбе. Ну не та у меня «комплекция»! Грудь четвертого размера и попа — «пять иксов-эль»! Даже тонкая талия и плоский живот не уменьшали этих достоинств! А тут взял, и, не дрогнув, поставил уже в ванной на кафель.

— Сказка, ты сводишь меня с ума. — Он снял с меня футболку, и, опустив бретели бюстгальтера, остановил свой стеклянный взгляд на ложбинке между грудью. Наклонился, медленно провел там языком, поднимаясь к подбородку. Я задрожала. Ну как у него это получается?! — Замри. Не двигайся. — И его губы поймали мои, требуя ответной страсти и подчинения…

— Вить…

— Что? — он отвлекся буквально на секунду, концентрируя взгляд и продолжая стягивать с меня одежду.

— Презервативы?

— Не переживай. — Достал из кармана черные блестящие квадратики, отбросив в сторону, на умывальник, а потом поцеловал так, словно в последний раз. — Рита… — переставил одним рывком в душевую кабину. Снял майку, расстегнул брюки. — Я не остановлюсь. Если будет больно, просто скажи…

— Ты опять?!

— Тш-ш-ш… Не надо. Я все понял. — Перешагнул ко мне, отложив одежду в сторону. — Ты только не молчи, пожалуйста, не молчи…

— Вик!

— Тихо… Дима… может услышать…

И это говорит мне мужчина?! Его это заботит?! Это он меня останавливает, а не наоборот?! Мозги превратились в кисель.

То, что происходило, я не могла бы назвать обычным половым актом. Все шло на грани. На пределе. Боль, желание, животный инстинкт, жажда, рефлексы… То, с каким остервенением он продвигался внутрь, нельзя даже описать. Каждый толчок, словно электрический разряд, стучал по нервам, заставляя забыть обо всем. Жестко, сильно, безжалостно. Губы требовали и впитывали, заставляя остановиться Вселенную. Да! Еще! Ну же! Ну!!! Полминуты полного кайфа заставили забыть о реальности. Пытаясь восстановить дыхание, прошептала:

— Я все…

— Потерпи, Сказка, потерпи… — Он, не останавливаясь, продолжил свой путь к высшей точке наслаждения, а когда достиг, содрогнулся, уткнувшись носом в шею. Простонал нечто невразумительное, успокаиваясь.

— Вот и помылись. — Я вытерла запястьем пот с его лба. — Это не я «Сказка», это ты — «Волшебник».

— Я тебя замучаю.

— Да? — негромко рассмеялась в ответ. — Поспорим?

— Я не верил в бога, когда ходил по краю… а сейчас…

— Что сейчас?

— Какая же ты вкусная! Сказка моя… — Виктор отодвинулся немного в сторону, освобождаясь. Прикрыл глаза, выдыхая: — Дай мне минутку.

Потянувшись за гелем для душа, немного качнулась в сторону.

— Давай я. — Он перехватил мою руку, и, стянув презерватив, отбросил его в раковину. Налил геля в ладонь.

— Мне тоже. — Подставила руки сложенные ковшиком.

Как же это приятно! Вот так мыть друг друга. Чувствуя дыхание, ощущая каждый изгиб тела под пальцами. Я, наконец, смогла полностью его рассмотреть. Татуировка-рукав продолжался и заканчивался (или начинался?) в районе талии, охватывая чуть ли не половину торса. Впереди справа практически от паха и до груди — шрамы и рубцы, словно кто-то ударил веткой, да так все и осталось. Уставившись в его совершенно голую грудь, вдруг покраснела, вспомнив, что пребываю все в том же интимном беспорядке, что и раньше. Надо срочно записаться к Светочке-косметологу. Виктор, наклонившись, вдруг заглянул мне в глаза:

— Что-то не так?

— Ты что, эпиляцию делаешь? — спросила прежде, чем успела себя остановить. М-да… фильтр между мозгами и языком мне очень не помешал бы! Да где ж его купишь?!

— Что? — он округлил глаза. Делать нечего, кивнула, показывая, что имею ввиду. Виктор обнял меня и затрясся от смеха. Такого я еще не видела. Он стонал, мычал и не мог успокоиться минут пять.

— Сказка! А как сама думаешь?

Я не знала что делать, настолько было неудобно. Он что, вытер слезы? Покраснев как вареный рак, не знала, куда деть глаза.

— Это наследственность. У меня не растут волосы на груди.

— Совсем?

— Совсем. — И он опять стал давиться от смеха.


Загрузка...