ГЛАВА 12

Столбик за столбиком, петля за петлей приятная на ощупь шерсть сплеталась в кремовое воздушное полотно. Узор был не из легких, но меня это только радовало. Крючок и необходимость считать, чтобы не напортачить, ограждали и от собственных мыслей, и от ситуации.

Второй тур отбора, распушившие хвосты женихи, восторженные невесты, уже сообразившие, насколько им повезло оказаться в Эвлонте, действовали мне на нервы. Лирс, пожаловавшийся в моем присутствии на девушек, леди Айла, вновь попытавшаяся пренебрежительно отозваться о ловцах и о Дэреке в частности, будто испытывали мое терпение на прочность. Драконицу я остановила жестко, а она в ответ довольно улыбнулась. Странности ее поведения занимали меня недолго — ко мне подошел лорд Оттос и, начав общение с комплимента, преподнес розу из горного хрусталя.

— Символ скоротечности времени и вечности, жизни и смерти одновременно. Символ страсти, но и призыв к осторожности, — приняв таинственно поблескивающий гранями цветок, я посмотрела в глаза высокого мужчины. — Какой смысл вкладывали в этот изумительный подарок вы?

— Когда я выбирал цветок, я думал о хрупкой прелести чувств, только зарождающихся к вам, госпожа Вероника, — глубокий голос потрясающе красивого мужчины ласкал слух, слова дракон подбирал умело, и я больше не сомневалась, что славу ловеласа лорд Оттос получил заслуженно. — Каждая минута знакомства с вами убеждает меня, что хрупкость обманчива.

О, он не просто ловелас, он сердцеед!

— Красивое значение волшебного цветка, — признала я, чувствуя волну раздражения, которое испытывал Дэрек. — Мне еще никогда не делали столь продуманных подарков. Я тронута до глубины души.

— Видимо, мужчины Земли слепы и лишены чуткости, раз не разглядели вас, — проникновенно заверил лорд Оттос и взял меня за руку. Бережно, мягко, как и подобает мастеру соблазнения.

Я играла роль, изображала очарованность драконом, хоть чувства Дэрека ранили в этот раз даже сильней, чем во время смотрин. Он опять злился, тщетно старался успокоиться, а эти попытки напоминали мне стремление пригладить торчащие иглы ежа. Наслаждаться легким флиртом мешал и лорд Ирьекс. Ему не нравились очевидные ухаживания лорда Оттоса. Видимо, белый дракон знал, что Веронику разыскивали в пару именно ему, и отпускать ценный трофей-землянку не собирался. При этом чувствовалось, что лорду Оттосу я действительно понравилась, а белый просто хотел зацапать то, что считал самым престижным.

К счастью, это видела и леди Айла. Она вообще очень бдительно следила за общением невест с мужчинами и чутко реагировала на признаки опасности. Поэтому сваха вовремя поспешила мне на помощь, чтобы нейтрализовать лорда Ирьекса. Кто бы мог подумать, что дракон, которого Дэрек назвал расчетливой ледышкой, будет провоцировать известного бойца лишь из желания произвести впечатление на даму!

Леди Айле не удалось разрядить обстановку до конца, как и переключить лорда Ирьекса на другую невесту. Зядлый артефактор казался очень недовольным тем, что лорд Оттос не просто завладел моим вниманием, но и нравился мне больше редкого белого дракона. Напряжение между мужчинами ощущалось кожей, и все же лорд Оттос приятно поразил меня сдержанностью. Видимо, правильно истолковал мой намек на то, что никакими дуэлями нельзя завоевать сердце разумной женщины, не выросшей в каменном веке. Тогда сила решала, кто будет обладать самкой.

Довольно долгий разговор с лордами под наблюдением леди Айлы был сам по себе выматывающим, а раздражение Дэрека дополнительно осложняло ситуацию. Поэтому возможности посидеть в тишине и не думать ни о чем, кроме сложного узора, счета петель и столбиков, я искренне обрадовалась. Меня даже не смущали чары леди Айлы, позволяющие женихам видеть мою работу так, будто они стояли рядом и смотрели мне в руки. Дэрек предупреждал меня об этом волшебстве, говорил, что так будет ясно, есть ли у невесты талант к определенному виду деятельности. К счастью, вязание всегда доставляло мне удовольствие, как нравилась идея того, что из нитки получается вещь.

Небольшая передышка пошла на пользу не только мне, но и Дэреку. Он постепенно успокоился, хотя разговаривал с лордом Оттосом обо мне, как потом выяснилось. Боец интересовался, как я приспособилась к новому миру, и пытался получше вникнуть в мой характер. Дэрек предупреждал о такой обычной практике, поэтому я не удивлялась тому, что Лирса допытывали и мэтр, и господин Райм. Последний явно заинтересовался Карисой, а девушка рядом с ним расцветала и раскрывалась, как бутон под солнечными лучами. Дэрек совсем не верил в то, что запуганная Тессой девушка вообще кому-нибудь подойдет, я же отчетливо видела, насколько Кариса и господин Райм запали друг другу в душу, и очередное подтверждение меня радовало.

Нитка скользила легко, не расслаивалась, с готовностью ложилась в узор, и я поймала себя на том, что в самом деле наслаждаюсь вязанием. Давно со мной такого не было, наверное, потому что я несколько лет не бралась за крючок. То работа, то лень, то домашние хлопоты… Нужно будет вернуться к этому хобби.

Один, два, три — мэтр держится рядом со златовлаской, откровенно любуется ею, пользуясь тем, что девушка занята вышивкой. Четыре, пять — господин Райм тоже оставил Лирса в покое и присматривается к работе Карисы. Та сшивает вместе части будущей мягкой игрушки, а мне кажется, целитель думает о швах, которые накладывают на раны и отмечает ровность стежков Карисы. Петля, еще, еще одна — господин Авирон, стражник-стратег, также нашел созвучную девушку. И ей он понравился больше других, она нет-нет, а оторвется от готовки и бросит на него короткий взгляд.

То, что три пары уже практически созданы, меня успокаивало не меньше вязания. Завладевшее мной умиротворение распространялось и на Дэрека. Я не только чувствовала это благодаря поводку, но и видела по глазам в те редкие моменты, когда разрешала себе посмотреть на моего дракона.

— Моя мать тоже любит вязать, правда, спицами, — сказал лорд Оттос, когда небольшая передышка закончилась. — Должен признать, что этот ваш талант, увлечение мне очень по душе. Такое чудесное ощущение домашнего уюта возникло, когда я наблюдал за вами.

— Приятно это слышать, — улыбнулась я, отлично зная, что в это время Дэрек рассказывал, как я трепетно отношусь к семейным ценностям и ценю мелочи, благодаря которым чувствуешь себя дома рядом с другим.

— Не знал, что твоя мать вообще способна к чему-нибудь, кроме сплетен, — хмыкнул лорд Ирьекс, оказавшийся рядом несколькими мгновениями позже.

— Женщины умеют удивлять. Особенно тех, кто оценивает их, опираясь лишь на слухи, — твердо встретив взгляд артефактора, ответила я до того, как лорд Оттос успел открыть рот.

Это был не первый выпад в сторону бойца, но первый, задевающий не его самого, а его семью. Мое вмешательство лорда Оттоса порадовало, артефактор натянул улыбку, вынужденно согласился со мной. Ему по — прежнему хотелось произвести на меня впечатление, хотя он и понимал, что проигрывает лорду Оттосу. Подоспевшая леди Айла увела разговор в нейтральное русло, но белый дракон не успокоился. Я понимала, что он ещё не оставил попыток понравиться редкой землянке и надеялся переломить ситуацию во время третьего и четвертого свидания. Но его упования меня не беспокоили. Я знала, что к третьему туру отбора меня уже не будет в Эвлонте.

Мило распрощавшись с женихами, девушки уходили вместе с ответственными за них ловцами. На сей раз для заключительной беседы с леди Айлой в особняке не остались двое драконов. Господин Авирон сослался на дела службы, лорд Ирьекс улизнул под предлогом важной встречи, которую он никак не мог перенести. Артефактор использовал несколько минут пути до ворот для разговора со мной. Ограничился комплиментами и заверениями, что будет думать обо мне, но прозвучало неискренне, будто фразы были заученными. Кроме тревожности и неприятия этот дракон у меня никаких чувств не вызывал.

Коляску рядом с особняком леди Айлы, к сожалению, найти не удалось. Пришлось идти довольно далеко до площади, где тоже могли быть извозчики. После долгого общения с женихами хотелось отдохнуть, просто сидеть рядом с Дэреком в беседке, держать его за руку и ничего не делать, пока на небе не зажгутся звезды. Тогда он наколдует тусклые фонарики в добавок к защите от комаров, и мы оба будем радоваться тому, что большую часть денег за невесту ему уже заплатили. Лорд Оттос расщедрился не только на хрустальную розу, но и на хорошую надбавку к зарплате ловца. У Дэрека в кармане лежал чек на двадцать тысяч золотых. Больше, чем мы рассчитывали. Это был бы отличный повод для небольшого праздника, если бы предстоящее расставание не портило картину.

Ближайшее отделение банка находилось как раз на площади, куда мы шли ловить извозчика, и я настояла на том, чтобы Дэрек получил причитающиеся ему деньги и положил на свой счет. Мой дракон, чувствуя, насколько я устала, все пытался отложить эту бюрократию на завтрашнее утро и совместить с покупкой портального артефакта.

Меня клонило в сон, как предупреждали леди Айла и Дэрек. Оба говорили, что это особенность заклинаний, подчеркивающих склонность к определенному типу магии. К этому объяснению Дэрек добавлял, что иллюзия зримого дара, которую он накладывал на меня, дополнительно усиливала усталость. Поэтому происходившее в банке почти не отпечаталось у меня в сознании.

Яркий солнечный свет бил по глазам, когда мы вышли из прохладного здания. Я прищурилась, приставила ладонь козырьком ко лбу.

Тревога Дэрека ускорила мое сердце. Треск, пахнуло грозой — в поставленный Дэреком щит ударила зеленая молния.

Я знала, что щит не стоит сохранять. Это потребует больше сил, чем создание нового, а следующий удар щит не выдержит. Еще молния — застряла в золотистом щите, который сделала я.

Из-под щита Дэрек ударил нападавшего, чьего лица я не видела. Против яркого света различала только силуэт.

Удары, щиты, запах паленой кости, колотящееся сердце. Дэрек частично обратился в дракона, на скулах проступила чешуя. Он сам стал мощней, выше, руки уже не походили на человеческие.

В драку вмешалась еще одна сторона — постовой. Он выставил щит между нами и нападающим, но тот не выдержал тройного удара! У напавшего были союзники! Они же ударили стражника так, что тот вмазался в стену дома и рухнул тряпичной куклой.

Дэрека это разозлило ужасно. Если до того он больше давал понять, что силен, а неизвестному лучше отстать от нас, теперь он перешел в атаку. Мои щиты прикрывали нас. Его заклятия били по напавшему, пока тот… не превратился в дракона. Крылатого.

Против огня мои щиты были бессильны. Дэрек тоже обратился. Вовремя! Успел прикрыть меня крылом и особым, свойственным только драконьим ипостасям щитом.

От дыма и запаха гари першило в горле, слезились глаза. Атака драконьим пламенем стала последней каплей — я закашлялась, с трудом ловила воздух. Напавший перешел в наступление — в ушах стояли рык и хлопанье больших кожистых крыльев. От ударов хвостами по мостовой дрожала земля. Меня мутило ужасно, от надрывного кашля перед глазами мерцали звездочки, но я усиливала защиту Дэрека.

Удар по его крылу отразился в пособника другого дракона. Тот успел поставить щит — рикошет с грохотом разбил каменную статую фонтана. В небо столбом била вода, но и она не охладила пыл дерущихся. Драконы бились, разя друг друга и лапами, и заклинаниями.

У меня за спиной послышались шаги. Не оборачиваясь, поставила щит, но его снесли. Удар был такой силы, что меня швырнуло на мостовую. Правую голень пронзило болью до бедра, но новое заклятие приглушило мой крик. Кто-то очень высокий подошел ко мне, схватил за шкирку, как котенка, и поставил на ноги. Правая нога подогнулась, и я упала бы, если бы неизвестный меня отпустил. Он обхватил меня, прижимая руки так, чтобы я не могла сопротивляться. Я пыталась вывернуться, лягнула его больной ногой, но попала удачно! Он даже почти выпустил меня!

Новый захват, крепче первого. Я укусила мужчину, вцепилась в его пальцы так, чтобы выворачивать и царапать их. Он взвыл и отпустил меня.

Несколько секунд свободы — я хотела если не зайти в банк, то хоть прижаться к нему спиной так, чтобы меня не могли атаковать сзади. Тщетно! Нога пульсировала болью, подкашивалась. Напавший ударил меня магией, я пошатнулась и падала в черноту вечность.


***

Магия Веры уберегла от многих атак, а за то, чтобы защитить девушку, Дэрек готов был жизнь отдать! Он чувствовал, что Вера полностью на него полагается, уверена в его силах и успехе. Жаль, вернуться в банк нельзя! Его магия не пустит никого в такой ситуации, не то что храм Огнедышащих.

Дракон, которого Дэрек не узнавал ни в одной ипостаси, перешел в активное наступление. Настолько яростное, будто хотел убить Веру! В ход пошли огонь и ядовитые стрелы. Исключительная сила противника ошеломляла! Бросать такие заклинания подряд могли только чистокровные драконы! И то далеко не все! А этот еще умудрялся ставить мощные щиты!

Связь с Верой придавала Дэреку сил. Он бился, как никогда. Ему плевать было на раны и магическое истощение. Главное — защитить Веру.

Ее боль пронзила его лапу, и Дэрек рванулся к девушке. Противник хлестнул его магической плетью, пробил щит — плеть обвилась вокруг туловища и жгла немилосердно. Боль была невыносимой, Дэрек чудом не потерял сознание. С трудом соображая, на каком свете находится, он видел, как Вера лягалась и даже выкрутилась из захвата! Но противник был сильней раненой девушки, у которой только-только просыпался дар.

Дэрек дернулся, плеть лопнула, и он упал. За спиной раздался вопль боли. Обрывок плети хлестнул противника, а он не успел закрыться.

Не меняя облик, Дэрек мчался за высоким мужчиной, уносящим Веру. Улицу с грохотом перегородила магическая решетка. Еще одна и еще две.

Взлететь Дэрек не смог — плеть повредила крыло. Пришлось пробиваться сквозь защиту на земле. Удары один за другим обрушивались на решетку. Вторую он разрушал уже не один — рядом с ним появился командир. Их удары пробили дыру в преграде, и Дэрек поспешно протиснулся в нее, цепляясь когтями за мостовую.

И взвыл от ужаса и горя — поводок сказал, что Вера мертва.

Особый отряд, быстро отреагировавший на возмущение магического поля, осмотрел каждый камушек, каждую отметину от заклятия, но ни следа девушки и напавших не нашел.

— Судя по мощи атак вашего противника, вы бились с исключительно сильным чистокровным драконом, — мрачный командир, сложив руки на груди, наблюдал за целителем, занявшимся делом прямо на площади. — У него еще были и сообщники. Два сильных полудракона, судя по следам заклинаний.

— Или трое более слабых, наглотавшихся зелий, увеличивающих резерв, — хмуро вставил господин Авирон.

— Тогда им хватило бы сил и на иллюзии, чтобы я их не узнал, — выдохнул Дэрек и тут же пожалел об этом. Кровоточащий след от плети опоясал тело такой болью, что никакие заклинания целителя не справлялись.

— Тише-тише, — поспешно велел командир, — поберегите силы! Лекарь даже не разрешил перевозить вас в таком состоянии!

Дэрек кивнул и покрепче стиснул зубы, когда очередной магический шов скрепил до кости распоротые мышцы плеча. Лекарь сомневался, что в ближайшие недели Дэрек сможет в полной мере пользоваться левой рукой. След от плети, запрещенного заклинания, и вовсе привел целителя в ярость. Он не стеснялся в выражениях, описывая командиру, каким именно жестоким образом неизвестные чудом не угробили его ценного штатного алхимика.

Дэрека не утешали заверения, что от удара плетью останется только тонкий шрам, который можно будет свести через пару лет полностью. Не успокаивали и обещания командира найти нападавших во что бы то ни стало, потому что для стражи это дело чести. Только напоминание о том, что разрыв поводка тоже иногда воспринимается, как сигнал о смерти подопечной, давало Дэреку силы жить дальше.

Пока целитель заговаривал боль, соединял разорванные ткани и останавливал кровотечение, Дэрек Алистер старался поймать хоть отголоски эмоций Веры. Хоть самую малость чувств. Хоть что-нибудь! Раз уж их поводок был таким необычным, может, похитителям не удалось разорвать его полностью?

Тщетные надежды, но только они у Дэрека и оставались. Ими он жил и молили Огнедышащих о помощи, хотя бы о знаке, что Вера жива.

Ничего. Только зияющая пустота на том месте, где раньше было сердце.


***

Я очнулась от боли в ноге. Болело так, будто ее сломали в двух местах. Отличный способ помешать пленнице сбежать, и привязывать не надо! Огляделась, выяснилось, что меня поместили в комнатенке, в которую впихивались только кровать и стул. На стуле стоял коричневый кувшин с водой, рядом такой же стакан. Сквозь небольшое окошко под скошенной крышей проникал чуть розоватый свет. Кажется, дело к вечеру. Неудивительно, что так хочется пить.

Прислушавшись к поводку, с ужасом поняла, что Дэрек очень сильно ранен. Но жив, а это главное. Наша с ним связь, хоть и утратила полнокровность, не потеряла в красоте нисколько. А я так радовалась ей, что на глаза навернулись слезы. Что бы ни было — выберусь! Найду способ и выберусь! Пока мы оба живы, ничто не потеряно!

С трудом сев, посмотрела на ногу. Светло-зеленый дирндль разорван, весь подол в крови, правая нога в деревянной шине. Причем зафиксирована там моим любимым шелковым зеленым платком с темным рисунком! Варвары!

Встать получилось. Даже вышло доползти до двери. До, разумеется, закрытой двери. Судя по тому, что скоро в коридоре послышались шаги, на ручку наложили какие-то сигнальные чары. Как иначе объяснить такое совпадение?

Оглядевшись еще раз, убедилась, что драться нечем. Единственным серьезным оружием мог послужить стул, но поднять его, учитывая ногу, не держащую вес, нереально. Так что я отошла к кровати и села, по возможности изображая спокойствие.

Дверь с противным скрипом отворилась, и в комнатушку вошла Тесса.

— Какая прелесть, — я не скрывала удивления. — Ты что, таким путем решила повысить шансы своей подопечной?

— Конечно, нет, — хмыкнула драконида. — У меня на тебя другие планы.

— Я тебе для этого нужна живая и здоровая? — глядя в глаза девушке, уточнила я.

Та фыркнула:

— А какая мне от твоего трупа может быть польза?

— Не знаю, мало ли, что у тебя в голове творится, — я пожала плечами. — Раз я нужна живая, ты бы мне принесла что-нибудь поесть. И лекаря позвала бы. Я ранена, но ты и так в курсе.

Она сложила руки на груди, смерила меня неприязненным взглядом.

— Ужин принесу, а нога…. Потерпишь. После свадьбы тебя подлатают.

— Ты меня решила замуж выдать? Очаровательный способ сватать.

— Главное, денежный, — на ее лице появилась хищная улыбка, а на скулах отчетливо проступила серая чешуя. Жутковатое зрелище дополняли удлинившиеся клыки. Неудивительно, что Кариса так ее боялась!

— Кто же тебе идею подкинул? Папа?

— Не мой, если тебе так интересно знать, — ее зубы обнажились еще больше, а в тоне и позе чувствовалась издевка. — Тебе понравится потом, если муж решит рассказать.

— Ну, раз ты так говоришь, значит, понравится. Положусь на твой вкус. Кстати о вкусе. Я голодная. Вряд ли мой будущий муж придет в восторг, если я скажу, что ты морила меня голодом. Хотя то, что ты не позвала ко мне лекаря, раз уж сама не способна залечить так, как надо, тоже не придется ему не нраву.

Спеси в ее взгляде мгновенно поубавилось, а процент злости увеличился. Прелестно! Надо бы помягче с ней, а то в еду соли насыплет. С нее станется.

— Отец полечит тебя завтра, — процедила она. — Этот крылатый ящер так за тебя бился, что пришлось все зелья потратить!

— Но ведь это же значит, что ты сейчас полна магии, — подчеркивая недоумение, я хлопала глазами.

— Вот дура, — скривилась Тесса. — Теперь откат. Зелья же не вечного действия! Отец обезболил чуток, не хватало еще, чтобы ты орала и спать не давала. Остальное завтра полечит, если резерв восстановится к тому времени.

В ее голосе слышалось сомнение. Жаль, я не догадалась расспросить Дэрека о действии зелий, влияющих на резерв. Поэтому полностью оценить полученную от несдержанной Тессы информацию я не могла.

— А твоя мама? Она полечить не может?

— Нет, как? Ее же здесь нет, — Тесса пожала плечами и буркнула: — Сейчас вернусь с ужином.

Теперь я подметила, что в движениях не ощущалась присущая Тессе энергичность. Веря в свой просыпающийся дар, попробовала проанализировать ауру похитительницы. Она в самом деле казалась исключительно ослабленной, а сама Тесса напоминала только что проснувшуюся после зимы ящерицу. Замедленная реакция, озябшие конечности, желание забраться под одеяло и уснуть, глухое раздражение из-за того, что ей приходится возиться со мной. Возможно, это получится использовать. В любом случае ослабленная Тесса мне выгодней.

Все время ее отсутствия я старалась настроиться на ауру дракониды, прочувствовать ее как можно полней. Я верила, что это поможет мне выбраться отсюда.

Дверь скрипнула, а вошедшая Тесса теперь казалась мне иной. Для меня она была больше ящерицей, чем человеком. Серая чешуя, белый гребешок, тусклое свечение слабого дара, обескровленного несколькими эликсирами. Кулеш, который она принесла, вкусно пах мясом и лавровым листом. Этот аромат отзывался в ауре Тессы удовольствием. Ей нравилось это блюдо.

Я успешно изобразила благодарность и даже дружелюбие. Аура дракониды откликнулась приязнью. Я уцепилась за это чувство, усилила, распространила. Аура вспыхивала разными огоньками, будто кнопки откликались на прикосновение.

Тесса поставила миску на стул, а когда выпрямилась, я взяла девушку за руку и посмотрела в глаза.

— Тесса, нужно приложить что-нибудь холодное к ноге, — я без удивления отметила, что слова будто завязали во времени, настолько медленной показалась мне собственная речь. — Так будет меньше болеть. А ты сможешь от меня отдохнуть.

Ее зрачки расширились, она кивнула, не отводя взгляда.

— Но что приложить?

— Пойдем вниз, посмотрим, — велела я.

Тесса не возражала, она даже помогла мне спуститься по лестнице. Сама с поломанной ногой я бы потратила на это час, наделала шуму, а так Тесса даже поблагодарила меня за то, что я не хочу будить ее отца.

Сердце билось медленно и гулко, я казалась себе кукловодом, дергающим безвольную Тессу за ниточки. Когда мы спустились на первый этаж, в ней проснулось ощущение неправильности ситуации. Быстрое поглаживание ауры, аккуратное надавливание на чувствительную точку — магический фон снова спокоен, а Тесса предупредительна и мила.

В небольшой, но чистой кухне у стола стояли стулья. Я тихонько отодвинула один и жестом предложила похитительнице сесть.

— У тебя был очень трудный день, — мои слова обнимали драконицу будто одеялом. — Ты так устала, Тесса.

— Так и есть, — она тяжело опустилась на стул. — После зелий такой откат жуткий. Я после трех пузырьков почувствовала… А сейчас, после пяти, это вообще кошмар. Голова болит, так холодно.

— Тебе нужно отдохнуть, Тесса, — погладив ее по плечу, я притупила головную боль, которую раньше не распознала, а эту энергию использовала на усиление усталости. — Нужно выспаться, Тесса. Это самое важное.

Она кивнула, зевнула и по-детски потерла кулаком глаз. Понадобилось всего несколько минут, чтобы Тесса уснула.

Транс, в который меня затащила незнакомая магия, о природе которой я даже задумываться сейчас не хотела, закончился. Я сама была в таком состоянии, что в пору было лечь поспать рядом с Тессой. Можно прямо на полу!

Цепляясь за деревянную обшивку стены, я ползла к выходу, приволакивая сломанную ногу. Она разболелась так, что я чудом сдерживала всхлипы. По щекам текли слезы, и я по-рабоче-крестьянски утирала их рукавом. Чуть легче стало, когда я прихватила в прихожей большой зонтик-трость и преодолела последнюю лестничку. Три ступеньки крыльца, которые чуть не стоили мне второй ноги!

Как оказалось, семейство Сьенги не могло позволить себе особняк, что значительно облегчало мне задачу. Не пришлось идти через сад, переживать о том, откроется ли калитка. Я просто сразу оказалась на улице. На незнакомой улице в чужом городе и без всяких гарантий того, что человек, к которому я обращусь за помощью, не решит проделать тот же фокус, что и Тесса с папашей. Тем более и у Дэрека отбивать не надо. Живые деньги сами в руки идут!

Сгущающиеся сумерки дополнительно усугубляли мое положение, и к решению искать стражника, а лучше отделение, я пришла, когда уже отползла от дома Тессы на квартал. Указателей как назло не было. Прохожих, на которых я спустя ещё два квартала мытарств уже была согласна, тоже. Я ковыляла, полагаясь на какое-то внутреннее чутье, на ощущения от поводка, который должен был подсказывать мне, где находится Дэрек.

На перекрестке тускло горел фонарь. Я стояла, смотрела на вьющуюся вокруг него крупную бабочку и прислушивалась к ощущениям. Мне отчего-то казалось, что Дэрек где-то рядом, но и далеко отсюда.

Поблизости распахнулась дверь, улицу залил золотистый теплый свет. Из дома, галдя и смеясь, вышли девочки, не меньше десятка, но я видела только одну. Черные волосы, заплетенные в косу, аккуратное голубое платье, лента в цвет. На вид не старше шести. Она протянула кому-то папку с рисунками и дала руку. Вокруг девочки что-то происходило, но для меня мир будто опустился под воду. Глухие звуки, медленное течение времени, вязкость воздуха, и только эта девочка казалась настоящей, живой на фоне тусклого, какого-то призрачного окружения.

Девочка подошла ближе, я протянула ей руку. Когда ребенок посмотрел мне в глаза, я услышала собственный голос:

— Отведи меня к своей маме, Дьелен.

Ее ладошка оказалась в моей, в серых глазах не было ни страха, ни удивления.

— Конечно, — звонко ответила девочка и крепче сжала мою руку.

Ощущение погружения под воду не прогнали ни усилившаяся боль в ноге, ни чьи-то попытки оторвать меня от ребенка. Меня даже ударили в плечо, но я не защищалась. Как ни странно, за меня заступилась Дьелен.

— Не обижай госпожу, Файна. Она хорошая, мы идем домой, — эти слова прозвучали с недоумением, будто девочка не понимала, как кому-то могла прийти в голову мысль навредить мне.

На меня перестали кричать, а через время даже помогли подняться по ступенькам. К тому моменту я уже едва переставляла ноги, а способность соображать очень давно отключилась. Мазнув взглядом по зеркалу, без всяких эмоций отметила свои растрепавшиеся волосы, потекшую и размазанную по щекам тушь, запекшуюся кровь на разбитой губе. Странно, что Дьелен меня не испугалась. О том, чтобы привести себя в порядок, рассматривать дом, в который меня привели, или окружающих людей уже речь не шла.

— Мама! Файна сказала тебе, что у нас гостья?

Голос девочки вывел меня из транса. Я вдруг поняла, что сижу на диване, рядом Дьелен по-прежнему держит меня за руку, кто-то подставил мне под больную ногу подставку, и теперь шину, замотанную моим любимым платком, больше не скрывали лоскуты юбки. Я подняла голову и увидела женщину, переводившую взгляд с девочки на мою ногу.

Мама Дьелен была красива. Черные волосы с легкой проседью уложены в аккуратную прическу из кос, точеная шея, целомудренный вырез украшенного вышивкой бежевого платья. Но приятней всего было осознание того, что удивленная хозяйка смотрела на меня не с брезгливостью или гадливостью, которые могла вызывать ободранная и грязная незнакомка. Женщина сострадала мне. Это чувство отражалось в ее глазах, когда наши взгляды встретились.

— Вы мама Дэрека, так ведь? — спросила я, отмечая внешнее сходство.

— Да, — она насторожилась, чуть нахмурилась. — А вы кто?

— Его невеста, — выдохнула я и тут же добавила: — Он ловец. Перенес меня с Земли на отбор.

Женщина кивнула:

— Ах… Понимаю, а я уж подумала… Но что случилось? — она указала на мое разорванное платье.

— На нас напали, — пробормотала я и отрешенно сообразила, что отключаюсь. Сознания хватило только на то, чтобы отпустить руку Дьелен и постараться падать не на нее.

Когда я снова открыла глаза, увидела склонившегося надо мной незнакомого мужчину. Он одной рукой касался моей макушки, другую положил мне на грудь и что-то бормотал, чуть шевеля губами. За его плечом стояла мама Дэрека и чуть живая ждала, когда я приду в себя.

— Что с моим сыном? — голос женщины дрожал от сдерживаемых слез, а ее паника ощущалась кожей.

— Он жив. Ранен. В безопасности, — пролепетала я, еле ворочая языком. — Я знаю… поводок.

Она разрыдалась, прижимая к губам переплетенные пальцы и благодаря Огнедышащих. Мужчина забормотал отчетливей, и я как-то поняла, что он пытается восстановить мой резерв. Я хотела его остановить, сказать, что видимый дар — иллюзия, но перед глазами снова почернело.

Жуткая кислятина это зелье восстановления резерва! Даже не знаю, что меня обратно в реальность выдернуло: кошмарный вкус или быстрое действие лекарства. Все тот же мужчина отпаивал меня с ложечки, рядом в кресле плакала мама Дэрека. Я была настолько обескровлена, выжата, что дышала с трудом.

Медленно, ужасно медленно я сообразила, что лежу на диване в гостиной, куда меня привела Дьелен. Под спиной несколько подушек, чтобы я не поперхнулась этим ужасно полезным лекарством. Мужчина, сидящий рядом, красив, как и полагается дракону на четверть, а девочка на него похожа больше, чем на мать. Ровные брови, в меру полные губы, овальное лицо, чуть заметная ямочка на подбородке. Только волосы у Дьелен были черными, а не каштановыми с приятной рыжинкой. Седые пряди на висках и наметившиеся залысины выдавали возраст моего целителя. Немногим старше пятидесяти, как и отец Дэрека. Но насколько тот был ядовит, настолько этот мужчина казался спокойным, исполненным внутренней силы.

— Спасибо, господин Айет, — прошептала я между ложками.

Он невесело усмехнулся:

— Давайте будем считать, что вы обо мне ничего не знаете, кроме имени.

— Нет, я не согласна.

Он помрачнел, отвел взгляд, якобы для того, чтобы набрать еще ложку.

— Я не стану делать вид, что ничего не знаю. Дэрек очень хорошо о вас отзывался.

Короткий взгляд выдавал настороженность и удивление собеседника, но господин Айет решил ничего не уточнять.

— Вас как зовут?

— Вера, — честно ответила я, не называясь чужим именем. Просто знала, что тут оно ни к чему.

— Вера, я поделился с вами своим резервом, но и это, и зелье в вашем случае надолго не поможет. Ничего страшного, — поспешил добавить он. — Это естественно при таком расходе силы. Я не представляю, как вы выбрались, как отбились от похитителей, но вижу, сколько резерва на это ушло. Вам будет плохо несколько дней, будьте к этому готовы.

Я кивнула и послушно открыла рот, чтобы выпить ещё лекарства.

— Тесса и Олис Сьенги напали на нас. Третьего не знаю, — просипела я. — Дракон. Крылатый. Очень сильный.

— Разберемся, не волнуйтесь, — заверил господин Айет.

— А где Дэрек, вы знаете? — всхлипнула его мама.

— Наверное, в больнице стражи.

— Стражи? — неподдельно удивилась она.

— Он стражник, алхимик особого отдела.

— Но он же служил во Дворце Решений!

— Илейна, не сейчас, милая. Повремени с расспросами, — господин Айет взял жену за руку. — Нужно поехать к нему, узнать, как он.

— Но он сказал… — женщина снова всхлипнула.

— Неважно, что он сказал тогда, Илейна, — перебил ее муж. — Неважно. Мы сейчас перенесем Веру в гостевую комнату, я посмотрю, что с ногой. А ты пока соберешься. Дьелен мы вместе объясним, что случилось. Она наверняка не ложится, ждет нас.

Женщина мелко закивала, глубоко вздохнула в попытке успокоиться.

— Ты прав. Прав. Я пойду соберусь. Скажу Стетему, чтобы зашел.

Она смахнула слезы, встала.

— Дэрек будет вам очень рад, — заверила я.

— Думаете? — в ее голосе отчетливо слышалась надежда.

— Знаю.

Она робко улыбнулась, снова кивнула и поспешила выйти.

— Попробуйте допить из чашки, — предложил господин Айет, явно отвлекая меня от жены. — Не пугайтесь, если руки не будут слушаться. Такой расход резерва даром пройти не мог.

Как бы там ни было, но от зелья в самом деле в голове немного прояснялось. Я лучше ощущала поводок и эмоции Дэрека. Он чувствовал, что я в безопасности, и от счастья, которое он испытывал из-за этого, на глаза наворачивались слезы.

— Ну-ну, Вера, не плачьте, — неверно истолковав мое поведение, попросил мужчина. — Все образуется, вот увидите. Магическое истощение проходит. И не бойтесь ничего. Дом зачарован, в него без разрешения владельцев войти нельзя. Слуги, разумеется, никого без особого разрешения провести не могут. На Земле разве не так?

— Нет, — силясь успокоиться, я отпила ещё зелья. — На Земле мало магов, у еще меньшего числа есть слуги.

— Тут все иначе, но уверен, вы привыкнете со временем, — он ободряюще улыбнулся. — Здесь магическая защита дома — обычная практика. Чтобы кто-то посторонний мог зайти, ему нужно либо письменное, либо устное разрешение владельца. Либо, как в вашем случае, чтобы кто-то из хозяев ввел в дом.

— У вас не бывает краж? — отдав ему пустую чашку, удивилась я.

— Бывает, конечно. Но взломать чары, наложенные двумя драконами на четверть, очень сложно. Ни одному из Сьенги это не по силам даже с полным резервом, а вы, если судить по вашему состоянию, очень хорошо их потрепали. И во время нападения, и потом. Вам нечего опасаться. Можете отдыхать спокойно.

Звучало и в самом деле успокаивающе. К тому же в голову пришла мысль о том, что супруги Айет вдвоем поедут к Дэреку, оставив Дьелен в доме. Если бы они сомневались в безопасности жилища, ни в коем случае не стали бы рисковать дочерью.

Стетем оказался очень крупным мужчиной, драконидом, скорей всего. Этот ровесник Дэрека заверил хозяина, что справится сам и нужды в носилках нет. Стетем бережно поднял меня и отнес на второй этаж. Там, в комнатке со светлыми обоями и цветочными занавесками, суетилась худенькая девушка. Она стелила свежее белье, заметно пахнущее крахмалом.

Господин Айет недовольно цыкал, осматривая мою ногу. На полчаса, не меньше, ушел в транс, проверяя плетения. За это время я успела влажным полотенцем обтереть лицо и привести себя немного в порядок. Отражение в зеркальце стало не таким страшным. Да уж, первое впечатление я произвела незабываемое, это точно.

— Нога сломана, думаю, вы догадались уже. Хуже то, что был открытый перелом, его вправили, но… — мужчина мрачно покачал головой.

— Лучше бы не вправляли?

— Да. Откровенно говоря, не думал, что у Сьенги так плохо с резервом и ужасно с целительством.

— И что теперь?

— Теперь я могу убрать боль, но в сращивание перелома вмешиваться не буду. Во-первых, скажу честно, что боюсь не справиться с обломками формулы. Я боец, а не целитель, — он твердо встретил мой взгляд. — Во-вторых, лекарь, которого я приведу, будет судебным. Это важно для дальнейшего разбирательства.

— Звучит логично, — вздохнула я.

— Не переживайте, Вера. Опытный целитель справится с неудачной формулой и все залечит. Понадобится около недели на полное сращивание перелома, не больше.

Я только кивнула в ответ. Он не зря предупреждал, что лекарство будет действовать недолго. Тянуло мышцы, начала неприятно гудеть пустая голова.

— Отдыхайте, Вера, — поручив меня заботам служанки, посоветовал господин Айет.

Кажется, моих сил хватило на то, чтобы попрощаться с ним, но я в этом сомневаюсь.

Загрузка...