ЧАСТЬ VIII. Хохот мечей, шепот безумия

Глава 33. Дороги Безмирья


Легкий ветер колыхнул лапы могучей ели, и стеклянные игрушки, которыми она была украшена, весело зазвенели. Какая-то девушка-игрок, разговаривавшая со своим спутником громко, но неразборчиво, схватила его за рукав и нетерпеливо потащила куда-то. Едва не сбив с ног группу других игроков, пронесся крошечный зеленый гоблин в красном колпаке с белой оторочкой, за спиной у него был мешочек, и один из игроков тут же громко воскликнул: «Ивент!» — и бросился следом за гоблином. Но догнать гоблина ему не удалось: он почти сразу же растянулся на снегу, а странное существо преследовали уже другие игроки. Словно испуганная ими, пробежала по заснеженной площади Вэллнера легкая поземка.

— Ну, и что мы будем делать дальше? — нетерпеливо спросил Киф.

Я обернулся, чтобы посмотреть на него, и обнаружил, что взгляды всех моих спутников обращены ко мне.

— Э-э… Наверное, нужно узнать, как дела у Рейда и Селейны.

— Понял! — тут же бодро откликнулся Тим. — Сейчас напишу им.

И он с головой ушел в свой интерфейс: не только его взгляд сфокусировался на том, что больше никто не видел, но и руки его заработали с чем-то незримым.

— А еще, если мы планируем оставаться здесь, нужно зарегистрироваться в гильдии. Так, Боггет?

Инструктор кивнул.

— И найти жилье, хотя бы временное, — продолжил я, чувствуя, что смелею. — Первое время можем брать простые заказы и…

— Скучно! — возразил вдруг Киф. — Скучный, скучный план!

— А ты что предлагаешь?

— Двинуть отсюда куда-нибудь, и чем раньше, тем лучше! Здесь же неинтересно совсем. Квестов нормальных нет, одна стандартная социалка, ничего особенного не происходит. Да и вообще, тут зима сейчас. Ты к гнездам виверн хочешь по пояс в снегу пробираться? А больше я вот даже не знаю, куда тут можно сходить. И зачем. Природные ингредиенты для алхимии тоже не достать. — Он повернулся к Боггету. — Может, в Нимзенд рванем? У меня свиток портала есть, как раз дотянет.

— Простите, что вмешиваюсь, — заговорил Лэнди. — Но тут, вообще-то, есть неподалеку одна локация, Подземелье Туманных Жриц. Можно там монстров пофармить. Там круто, говорят… Эй, вы чего?

Я не успел придумать, как объяснить Лэнди, почему мы все, кроме Кифа, вдруг помрачнели. Но как раз магик и спас положение:

— Ой, да мы там были уже! — беззаботно заявил он. — На фарм каждый день из города не набегаешься, далековато, а лут так себе.

— Но рядом же деревня какая-нибудь есть наверняка. Если…

— Рейд зовет в гости, — перебил его вдруг Тим, не отрывая взгляда от своего интерфейса. — Селейна в походе со своим отрядом, отлучиться не может, у них миссия. Но она пообещала, что дня через три прибудет сюда, в Вэллнер.

Дочитав, он взглянул на нас.

— Ну, вот, значит, пока что мы останемся здесь, — сказал я, обращаясь к Кифу. Я хотел лично убедиться в том, что с нашими друзьями все в порядке, и готов был спорить с магиком и дальше, если это потребуется. Но ссориться с ним мне не хотелось, к тому же мне самому было интересно посмотреть Безмирье, и поэтому я добавил: — А потом и правда можем отправиться куда-нибудь.

— Ладно, — Киф задорно тряхнул челкой. — Если мы не идем навстречу приключениям, надо узнать, какие приключения можно найти, не сходя с места! Заглянем в гильдию?

— Я не пойду с вами, ничего? — спросил Лэнди. — Не подумайте, что я вас бросаю, просто…

— Да иди уже по своим делам, — добродушно сказал Тим. — Я тебе заявку кинул. Примешь?

— Ой, точно! Сейчас! Прости! — слегка покраснев, Лэнди принялся что-то менять в воздухе перед собой. Тим, улыбаясь, подмигнул мне. Я ответил ему кивком головы. Да, это было необычно и забавно — общаться с настоящим игроком.

— Ну, все, я побежал! Спасибо, что выручили! Еще увидимся! — помахав нам рукой, Лэнди заспешил с площади в сторону лавок.

— Интересно, куда это он, — вслух подумал Тим.

— За свитком портала, я полагаю, — ответил Боггет. — Надеюсь, денег у него хватит. А то пешком он отсюда будет долго выбираться.

— Зависит от того, куда он хочет попасть, — возразил Киф.

Инструктор хохотнул.

— Да куда бы ни хотел! Это же Крайние земли, отсюда в любом направлении все далеко! Между прочим, если бы мы все-таки решили отсюда портануться, он бы снова нам на хвост сел.

Киф кивнул.

— Но он, кажется, неплохой парень. И может пригодиться. Так что хорошо, что Сэм прихватил его с собой.

Магик и инструктор обменялись понимающими взглядами.

— И в чем дело? — поинтересовался Тим.

Боггет ухмыльнулся.

— Потом объясню. А сейчас пойдемте в гильдию. Вы уже как четверть часа снова в Безмирье и, похоже, покидать его в ближайшее время не собираетесь. Так что пора последовать совету Адельвайса.

Несмотря на то, что Вэллнер, по словам Кифа, ничем особенным не отличался, в отделении гильдии было довольно людно. Игроки толпились у стенда с заданиями и около конторки из темного дерева, единственной здесь. За конторкой работала миловидная шатенка с кошачьими ушками. На ней было форменное светло-коричневое платье, отделанное кружевами цвета сливок. Девушка улыбалась всем, но явно не справлялась с таким количеством работы, хоть и очень старалась. Увидев нас мельком, она улыбнулась еще шире и громко произнесла:

— Добро пожаловать в гильдию «Парящие в поднебесье»! — и тут же повернулась, чтобы ответить на вопрос какой-то искательнице приключений.

Боггет уверенно подошел к конторке и, не обращая внимания на возмущенные взгляды остальных посетителей, наклонился к девушке и четко произнес:

— Код двенадцать восемьдесят четыре тридцать один зет.

Девушка на секунду замерла с широко распахнутыми глазами.

— Будем надеяться, он еще работает…

А потом произошло нечто удивительное: девушка раздвоилась, причем одна из получившихся двойняшек, как ни в чем не бывало, продолжила заниматься посетителями, а вторая повернулась к нам и заговорила:

— Здравствуйте, меня зовут Маэринн. Чем я могу быть Вам полезна?

— Первичная регистрация, создание личного кабинета.

Девушка улыбнулась.

— Принято! Прошу за мной!

Она вышла из-за стойки и повела нас в к небольшой двери, до этого совсем не бросавшейся в глаза. Боггет пропустил нас с Тимом вперед, но, хотя в дверной проем мы вошли друг за другом почти след в след, каким-то образом получилось, что в комнате я оказался один. Это была обычная небольшая комната с двумя окнами и шкафами вдоль стен. На стене в проеме между окон в обрамлении темно-синей ткани висело деревянное панно с изображением птицы — символ этой гильдии. Посреди комнаты стояла на тонких металлических опорах большая голубая сфера, источавшая неяркий пульсирующий свет. Сфера была полупрозрачная, и внутри нее вращается несколько магических печатей. При соприкосновении символы без труда проходили друг сквозь друга, лишь загораясь ярче на стыках. Маэринн стояла рядом. Дверь за моей спиной была закрыта.

— Пожалуйста, подойдите сюда, — сказала девушка. — Введите, пожалуйста, имя и пароль. Пароль нужно повторить дважды. Имя и пароль может содержать буквы, цифры и другие символы.

Передо мной в интерфейсе появилась полупрозрачная панель с тремя длинными горизонтальными окошками. Маэринн молчала в ожидании. Ее кошачий хвостик игриво помахивал.

— Имя — Сэймор. Пароль…

В верхнем окошке появились было буквы, но едва я попытался перейти к следующему, как буквы исчезли.

— К сожалению, пользователь с именем «Сеймор» уже существует. Пожалуйста, выберете другое имя.

Девушка говорила с добродушием, но однообразие фраз и интонаций сбивали с толку. Впрочем, наша давняя знакомая Зарина из «Белого льва» была такой же.

— Э… Сэм?

Результат был таким же.

— К сожалению, пользователь с именем «Сэм» уже существует. Пожалуйста, выберете другое имя.

Я задумался. До этого момента мое имя отображалось у меня в статах, и Безмирье не имело ничего против. Что же теперь было не так? И как я должен поступить? Хотя, один раз я ведь уже поменял имя — правда, тогда это вышло случайно. Но, может, получится и на этот раз.

— Имя — Сэй Морр.

Послышался чей-то короткий смешок — словно позвонили в хрустальный колокольчик. Верхнее поле заполнилось, и, когда я перешел к следующему, буквы не исчезли.

— Принято! — обрадовала меня Маэринн. — Имя нового пользователя — Сэй Морр. Уважаемый Сэй Морр, пожалуйста, введите пароль. Пароль нужно повторить дважды. Пароль может содержать буквы, цифры и другие символы.

Ну, это должно быть легче, чем имя.

— Лачуга Боггета. Подойдет? Лачуга Боггета.

Оба оставшихся поля заполнились.

— Принято! Пожалуйста, проверьте свои персональные данные.

Я понятия не имел, что она от меня хочет, поэтому просто сказал:

— Все верно.

Клавиша внизу панели сменила цвет, одна панель исчезла и появилась другая, занявшая почти все видимое пространство. На ней отображались мои характеристики. Маэринн посмотрела на меня озадаченно, моргнула, затем моргнула еще раз.

— Данные устарели, — наконец сказала она. — Требуется обновление данных. Пожалуйста, подойдите сюда и приложите ладонь к дата-сфере.

Как только я увидел эту штуку, я понял, что до этого дойдет. Но если бы это было опасно, Боггет бы нас с Тимом предупредил, так что я, ничего не опасаясь, приблизился и приложил ладонь к сфере.

Это был опрометчивый поступок.

Нет, я не испугался. Испугаться я не успел. Я не успел даже убрать руку со сферы — все произошло слишком быстро. Я сообразил лишь, что что-то происходит не так, как должно, даже с учетом нашей необычности: печати внутри сферы закрутились быстрее, символы в них озарили комнату голубым сиянием, но вдруг они замерли, сложившись в одну большую сложную печать, и точно такие же печати, только гораздо больше, появились на полу комнаты, потолке и стенах. Я словно оказался в шкатулке, расписанной изнутри сияющей краской. Силуэт Маэринн замер и странным образом изменился — девушка будто бы стала плоской, нарисованной, а затем дрогнула раз, два и исчезла в разноцветной ряби. На ее месте появился необычный юноша. Он был стройный, белокожий, в причудливой одежде, похожей на хламиду священнослужителя. У него были длинные волосы голубого цвета, завязанные в хвост. Он не стоял на полу, а висел над ним и смотрел на меня светло-серыми, серебрящимися глазами. Когда наши взгляды встретились, он улыбнулся и кивнул, а затем исчез. В тот же миг исчезли и печати — все, кроме той, что была внутри сферы, но и она рассыпалась на прежние, более простые печати. И все же перед тем как это произошло, я понял, что уже видел эту печать раньше. Где и когда, я не помнил, но я определенно уже видел ее.

Как только странный юноша исчез, Маэринн вернулась на свое место. Она снова была объемная, настоящая. Как ни в чем не бывало, она произнесла:

— Благодарим за регистрацию в гильдии «Парящие в поднебесье»! Будем рады видеть вас в любое удобное для вас время!

Я понял, что все закончилось. Сосредоточившись на интерфейсе, я обнаружил, что мои показатели изменились. Теперь я был сорок третьего уровня, объем шкал здоровья и маны увеличился. Основные характеристики остались прежними, но количество свободных очков, которые можно было по ним распределить, увеличилось до ста шестидесяти пяти (путем нехитрых вычислений я понял, что это очки за все уровни, которые я набрал после десятого, исходя из пяти очков за каждый уровень). Дополнительные характеристики не изменились. Параметры выносливости, скорости, скрытности и так далее тоже остались прежними, но, насколько я помнил объяснения Кифа, они изменятся, как только я распределю очки опыта. А еще вместо моего прежнего имени на месте ника значилось: «Сэй Морр». Надеюсь, друзья не станут надо мной смеяться.

Выйдя из комнаты, я снова оказался в зале гильдии. Народа стало меньше, но близняшка Маэринна была по-прежнему завалена работой. Моих спутников видно не было. Я вышел из гильдии и обнаружил их на улице. Они ждали меня. Боггет сидел на низком каменном ограждении парка, остальные стояли рядом.

— Что-то ты долго, — сказал Тим. Его уровень скорректировался и теперь был тридцать девятым. Ник над его головой изменился тоже — к нему добавились цифры «127». Заметив, куда я смотрю, Тим объяснил: — Это все, что я смог придумать!

— Добавить цифры?

— Ну да. Игроки часто так делают, посмотри по сторонам.

Действительно, у многих игроков в никах были цифры. Как я теперь знал, это нужно было, чтобы ники не повторялись.

— А почему сто двадцать семь?

Тим хитро улыбнулся.

— А это чтобы не забыть, какого уровня я собираюсь достичь.

— Всего-то?

— Для начала, — он посмотрел на мой ник. — О, да ты теперь Сэй Морр?

— Мне нравится, — влез в разговор Киф. — Сэй — звучит красиво.

Ну вот, ни тела прежнего, ни имени — докатились…

— Зовите меня как раньше, пожалуйста, — я перевел взгляд на инструктора. — Боггет, а откуда у тебя пятнадцать уровней взялось? Ты же был пятьдесят третьего, а теперь шестьдесят восьмого.

— А, я тоже решил данные обновить. Теперь можно будет и экипировку поприличнее надевать, и квесты получше брать.

— А как связаны уровни и экипировка?

— Здесь у многих вещей есть дополнительные характеристики, — напомнил Боггет.

Я кивнул.

— Почти у всех.

— Есть вещи с хорошими характеристиками, но они имеют ограничения — скажем, броня с прибавками к силе и ловкости или с защитой от магии. Но экипировать ее может только игрок выше, например, восемнадцатого уровня. Механика мира такова, что, если игрок этого уровня еще не достиг, броня просто не экипируется. Мы же ее экипировать можем, но, если нашего уровня не хватает, дополнительных характеристик у брони не будет — они просто отключатся, и все. Это будет обычная вещь. То же самое с оружием и амулетами.

— Между прочим, если бы вы зарегистрировались в какой-нибудь гильдии сразу же, как только попали в Безмирье, уровней на этом вы могли бы поднять больше, — заметил Киф.

— Почему? — спросил Тим.

— Потому что для каждого нового уровня нужно набрать больше опыта, чем для предыдущего, там действует математическая прогрессия. Если бы вы затянули с этим еще сильнее, то вместо десяти-пятнадцати уровней получили всего семь или пять, а то и того меньше. Но все это не так уж и важно. У нас есть дело поинтереснее.

— О чем ты?

Киф хищно улыбнулся.

— Распределение очков опыта! Я жду — не дождусь…

— Э, нет, Киф. Рано, — Боггет поднялся со своего места.

— Это почему еще?

— Потому что! — он бросил быстрый взгляд на нас с Тимом. — Нужно сесть и спокойно разработать грамотные билды. Сейчас на это нет времени. Так что зайдем в гостиницу, оставим лишние вещи — у меня и у Тима все в инвентарь не влезет, как ни крути. И в путь.

Киф удивился.

— Так мы все-таки куда-то отправляемся?

— К Рейду, — напомнил я. — Мы идем в гости к Рейду.

Гостиница не заняла у нас много времени. Нам с Кифом комнаты пока не были нужны, поэтому мы просто ждали Тима и Боггета внизу, в обеденном зале. Инструктор задерживался. А вот Тим вернулся быстро — вероятно, не стал разбирать вещи, просто оставил их в комнате.

— Так, теперь понятно, зачем нужен пароль, — сказал он, подсаживаясь к нам.

— О чем ты? — спросил я.

— Ой, тут все очень интересно устроено. Когда просто входишь в комнату, это обычная гостиничная комната, больше ничего. В зависимости от гостиницы, конечно, комнаты будут разные, но не в этом дело. А если войти в свою комнату… Сэм, тебе надо самому это попробовать. Ты словно оказываешься в каком-то пространственном кармане. То есть, это тоже комната, но Боггет сказал, что никто, кроме меня, в нее без моего ведома не попадет. Там можно оставить личные вещи, и никто их не тронет. Я сам там буду в абсолютной безопасности. И в любой гостинице, или другом месте, где сдают жилье, или даже в гостях я смогу попасть именно в эту комнату. А еще ее можно настраивать — менять размер, мебель, даже вид за окном. Правда, это за дополнительную плату, но все равно удивительно.

— Обязательно попробую. Но, думаю, после регистрации в гильдии меня еще долго тут ничего не удивит.

Тим нахмурился.

— А что такого было с регистрацией?

Я было открыл рот, чтобы рассказать о странном смехе, печатях и появлении юноши с голубыми волосами. Но тут в моей голове отчетливо пронеслось: «Не говори. Сейчас не говори об этом, Сэй Морр. Пожалуйста».

Если большинство от удивления открывают рот, то я свой, наоборот, от удивления захлопнул. Я, конечно, был склонен порассуждать сам с собой в своих мыслях. Но отличить свой собственный голос от чужого я все-таки был способен.

— Знаешь, это было довольно необычно, — осторожно произнес я.

Тим задумался.

— Ну… Пожалуй.

«Интересно, — подумал я. — А что если с ним произошло что-то подобное и он тоже сейчас услышал просьбу не рассказывать об этом?» Мне стало досадно. Мне не хотелось, чтобы какая-то подозрительная личность со своими тайнами вмешивалась в отношения между мной и моими друзьями. Я снова открыл рот, чтобы все рассказать. Я был готов к тому, что снова услышу голос в своей голове, и был готов проигнорировать его просьбу или приказ. Но никакого голоса я не услышал. Вместо этого у меня поперек горла встал комок, и я не сумел произнести ни слова. Наверное, я побледнел и со стороны выглядел испуганно.

— Сэм, что случилось? — встревоженно спросил Тим.

— Я… Нет… Ничего… Просто я…

На большее меня не хватило. Я сам был ошеломлен не меньше своего друга: в воздухе передо мной на уровне горла вертикально висела сияющая голубая печать. Она была не такой большой, как та, что я видел в шаре, но и не маленькой, и ее рисунок был такой же, я был в этом уверен. И я точно, точно уже где-то видел эту печать.

— Сэм, — медленно и каким-то непривычно-глубоким, вязким голосом произнес Киф. Прищурившись, он всматривался в печать, и на его губах блуждала странная улыбка. — Да ты же…

Затем он посмотрел мне в глаза и вдруг оглушительно расхохотался.

К тому времени как вернулся Боггет, мы успели выяснить, что с Тимом ничего необычного при регистрации не случилось. Он прошел следом за своей версией Маэринн в отдельную комнату, ввел имя (не с первого раза, конечно, но все же) и пароль, приложил ладонь к сфере и увидел, что его показатели изменились. Затем Маэринн поблагодарила его за регистрацию и предложила обращаться в гильдию в любое удобное время. Я же так и не сумел рассказать о том, что случилось со мной. Написать об этом я тоже не смог: не получилось сделать это ни на бумаге, ни с помощью интерфейса — в первом случае мне просто физически не удавалось написать на листке слова, во втором слова попросту исчезали, едва я дописывал их. В конце концов я прекратил эти бесполезные попытки: как бы я ни старался использовать иносказания, мир каким-то образом понимал, какую именно информацию я хочу донести, и сопротивлялся этому. В поисках подсказок я углубился в интерфейс и обнаружил, что в списке квестов у меня появился еще один, вот только прочесть его название и описание мне не удавалось — символы были незнакомые. Я смог понять лишь, что его статус — «предложенный», то есть я мог согласиться на его выполнение или отказаться от него. Ограничений по времени для принятия решения я не обнаружил. Как ни странно, об этом рассказать мне удалось, и, выслушав меня, Киф удовлетворенно кивнул.

А еще я наткнулся на давнее письмо от Лэнди с тем, что он назвал «видеозаписью», и переслал его Тиму. В результате мы посмотрели бой Сынка и Смугляка — удивительно было наблюдать за фигурками так, как если бы я видел это своими глазами. Выиграл, кстати, Смугляк, но, на мой взгляд, противники были практичеки равны друг другу. Пока мы с Тимом обсуждали это (заодно мне пришлось рассказать и о том, при каких обстоятельствах я познакомился с Лэнди), Киф сидел и расстраивался, потому что, как я внезапно выяснил, ни добавить его в друзья, ни написать ему письмо почему-то не получалось. Впрочем, когда наконец-то пришел Боггет, он снова развеселился.

Инструктор понял по выражению наших лиц, что что-то произошло, и сердито спросил:

— Что случилось?

Киф одарил его лучезарной улыбкой.

— Квест мирового уровня. Скрытый. Пока только у Сэма. Но, возможно, и нам что-нибудь достанется!

Я мог только молить всех известных богов, чтобы моему легкомысленному другу не пришлось расплачиваться за то, во что я каким-то образом ввязался.

В тот же день мы двинулись в путь. Деревня около Драконьего моста (как я для себя его называл) находилась недалеко от Вэллнера. Теперь, когда мост был восстановлен, оживленный тракт снова шел через деревню, и нам удалось договориться с одним торговцем, который путешествовал вместе с семьей, — он согласился подвезти нас в своей повозке за совсем небольшую плату. С учетом того, что дорога была заснеженной, это была настоящая удача. С другой стороны, мы лишь пожинали плоды собственных трудов: это ведь благодаря нам удалось восстановить мост.

По дороге я все пытался вспомнить, где и при каких обстоятельствах я мог видеть ту печать, но ничего мне в голову так и не пришло. Зато пришло новое письмо от Лэнди — он интересовался, не поменялись ли наши планы, поскольку сам собирался через пару дней навестить нас. Я ответил, что мы его дождемся, а заодно поделился впечатлениями о бое, который мне благодаря Лэнди все-таки удалось увидеть. Я рассказал о том, что думаю, довольно подробно, но отнюдь не потому что мне так хотелось это обсудить. Да, бой Сынка и Смугляка был интересным, сложным, но для меня было важнее освоить саму технику переписки. Я видел, как это делает Тим: он набирал слова с помощью специальной панели с буквами и знаками. В моем интерфейсе тоже такая была, но была и возможность как бы надиктовать текст, и я старался обучиться именно ей. Махание руками в воздухе меня все-таки смущало.

К вечеру мы добрались до деревни. Встречать нас к околице вышла Арита. Боггет связался с ней, и она нас ждала. Выглядела она поправившейся, похорошевшей — вероятно, ее супруг наконец-то вернулся домой. Вместе с ней нас встречала ее старшая дочь. Заметив, как подросла девочка, я неожиданно вспомнил о том, сколько времени прошло с тех пор, как мы были здесь последний раз. Боггет прощался с добродушным торговцем и его семьей — они направились к постоялому двору, который снова работал. Киф о чем-то оживленно беседовал с Аритой. А я стоял, ошеломленный внезапно пришедшей мне в голову мыслью.

— Сэм, с тобой все в порядке? — спросил меня Тим. — На тебе лица нет.

— Да… Тим, если пересчитывать время, сколько мы здесь не были?

Он ненадолго задумался.

— Два года. Да, примерно два года.

— Два года… — шепотом повторил я.

Все правильно. Восемь месяцев по времени нашего мира, которые я провел неизвестно где, обернулись двумя годами здесь, в Безмирье. Для меня этого времени как будто бы и не было — мне казалось, что битва с Проклятым Гуру в Подземелье Туманных жриц была всего недели две назад. Но для Кифа, Тима и Боггета прошло восемь месяцев, я все время забывал об этом. А для Рейда и Селейны прошло два года. Между мной и моими друзьями стояли не границы миров, а нечто большее. Нас разделяло время. На протяжении этого времени меня не было рядом ни с одним из них, я не знал, что с ними происходило, чем они жили, о чем думали, к чему стремились. Наверное, можно было бы попытаться заполнить эту пропасть, подробнее расспросив обо всем Рейда или Селейну, но я прекрасно понимал, что слышать рассказ о жизни своего друга совсем не то же, что делить с ним его жизнь. Теперь, подумав об этом, я не знал, как заговорю с Рейдом.

Я так увяз в собственных мыслях, что Боггет дозвался меня только со второго раза, да и то лишь после того, как Тим дернул меня за руку. Мы двинулись по деревенской улице. Уже стемнело, но в окнах горел свет, на снегу лежали прямоугольники цвета топленого масла. Некоторые домики были занесены снегом по самые окна, около других были расчищены широкие площадки. К дому, куда нас вела Арита, вела аккуратная тропинка.

Здесь нас тоже ждали: заслышав шум, на порог, широко распахнув дверь, вышел рослый широкоплечий мужчина, в котором я с трудом из-за отросшей бороды узнал Рейда. Он широко улыбнулся, за руку поздоровался с Боггетом, облапал меня с Тимом и даже потрепал Кифа.

— Ну, здорово, здорово! Заходите! — даже голос Рейда теперь звучал иначе — ниже и глуше.

В доме было натоплено, от щедро накрытого стола сытно пахло едой. Навстречу нам вышла молодая хозяйка, та самая светловолосая девушка, которую я видел лишь однажды, когда ее младший брат случайно выбежал нам навстречу. Девушку звали Люсия, и ее брат Корн, подросший, как и дочка Ариты, тоже встречал нас. Люсия улыбалась, но улыбка ее была тревожной, и весь вечер она разрывалась межу нами, гостями ее дома, и двумя маленькими детьми, близнецами, девочкой и мальчиком. Это были дети Рейда.

— В прошлом году угол дома выправил и конек новый поставил, — рассказывал Рейд. — В следующем надо будет комнату еще одну пристроить, а то тесновато.

Он заматерел и, если не остепенился, то, по крайней мере, приосанился. Регистрироваться в гильдии Рейд не стал, но и так его уровень вырос до сорок девятого, а из-за разницы во времени между нашим миром и Безмирьем он стал еще старше меня. Рейд был рад меня видеть, и было заметно, что у него от сердца отлегло, когда он узнал о том, что я жив. Смотрел он на меня по-прежнему сверху вниз, только теперь не как главарь банды на новичка или напарник Боггета на инструкторского ученика-помощника, а как взрослый мужчина на юношу — было что-то покровительственное в его взгляде. Не то чтобы это так уж сильно задевало меня. Но теперь, когда Рида была для меня потеряна, я, слушая, с какой гордостью Рейд говорит о своем доме, хозяйстве, жене и детях, с удивлением поймал себя на мысли о том, что было бы не так уж и плохо, если бы в свое время Рейд отбил Риду у меня. Он сумел бы позаботиться о ней.

Вечер прошел весело, но для меня все было как в тумане. В глубоких сумерках, когда Люсия отправилась готовить для нас постели, зашел разговор о событиях двухлетней давности. Со свойственной ему бестактностью завел его, разумеется, Киф, но я был благодарен магику. Сам бы я ни за что не набрался смелости, чтобы спросить Рейда, почему он решил остаться в Безмирье.

— Да не было у меня никаких особых мотивов, — ответил Рейд, захмелевший от домашнего пива собственной варки. — Я поступил так просто потому, что захотел, а она… — он кивком головы указал на комнату, где возилась Люсия, — не стала возражать. — Рейд вдруг прямо посмотрел на меня, словно не Киф, а я его спрашивал о причинах его поступка. — Знаешь, Сэм, меня всегда раздражали все эти сопливые истории — типа помог девушке, потому что влюбился, или спас старика, потому что у самого есть старый больной отец, или позаботился о брошенном ребенке, потому что потерял младшего брата или сам когда-то потерялся. Как будто бы что-то такое нельзя сделать просто так!

Я кивнул. Я понимал его. Но сам я вряд ли бы отважился на что-то подобное — так круто изменить свою жизнь, причем не ради себя, а ради другого человека. Мне следовало наконец-то признать: что бы ни произошло, мне никогда не превзойти Рейда. Сам он никогда не станет всерьез указывать мне на это, и мне его не превзойти поэтому тоже.

Мы неплохо провели вечер, а когда наутро наш маленький отряд засобирался в дорогу, Люсия то и дело с тревогой смотрела на Рейда. Она боялась, что мы его сманим, что он уйдет и оставит ее, как когда-то поступили ее жених и старший брат. Но Рейд не ушел. У него и в мыслях такого не было. Он очень тепло попрощался с нами и наказывал не забывать его, заезжать в гости. И лишь напоследок он отозвал меня в сторону и, нахмурившись, попросил:

— Сэм. У меня, это… Там мать осталась. Сможешь ее проведать при случае?

— Когда мы уходили, с ней все было в порядке, — сказал я. Еще до того, как мы отправились в эту деревню, я решил, что не заговорю об этом сам, если Рейд меня не спросит. Но он спросил, и я был готов ответить. — Она сейчас не одинока и ни в чем не нуждается. Но я не разговаривал с ней лично, поэтому не знаю подробностей. Я просто навел справки, понимаешь? Рейд, я не был уверен, что смогу вернуться в Безмирье, так что…

— Я тебя понял, — перебил меня Рейд. Он крепко пожал мою руку. — Спасибо.

На этом мы и расстались.

С дорогой обратно в Вэллнер нам повезло меньше: возвращаться пришлось пешком. На середине пути Тим получил письмо от Селейны.

— Они уже в Вэллнере, — сообщил он.

Думаю, на моем лице отразилось сожаление о том, что мы до сих пор не добрались до города. Мне очень, очень хотелось увидеться с Селейной, причем как можно скорее. После встречи с Рейдом мне казалось, что в общении с ней я смогу найти утешение.

— Если бы у нас были лошади…

— У меня есть свиток портала, — напомнил Киф. — Он на дальнюю дистанцию, жалко, конечно, но мы ведь еще добудем, правда? — он достал из инвентаря и протянул мне плотно свернутый пергамент. — Заодно научишься пользоваться этими штуками.

Я было потянулся за свитком, хотя мне было неловко принимать такой дар, но тут заговорил Тим.

— Подожди, Киф. Лошадь — не лошадь, да и не ездовой маунт, но кое-что у нас есть, — Закопошившись под одеждой, он достал из внутреннего кармана какой-то маленький предмет и протянул его мне.

Это был простой деревянный свисток со шнурком. Точнее, свисток владельца питомца, на его боку можно было вырезать свое имя — и я прекрасно знал его. На этом свистке имя владельца было когда-то вырезано, но теперь оно было соскоблено, на плотном полированном дереве остался грубый шрам. Боль, которую я почувствовал, была настолько реальной, что у меня закружилась голова.

— Она просила передать его тебе, — сказал Тим. Видя мою реакцию, он быстро добавил: — Если ты откажешься, я все равно не смогу его вернуть, ты же понимаешь. А ему наверняка скучно и грустно сидеть там одному… Ну, где он у вас сидит…

Я покрутил свисток в руке. Прощальный подарок от Риды.

— Значит, ты виделся с ней?

— Да, пару раз. Мы помирились.

— Хорошо.

— А еще она попросила передать тебе свое благословение.

— Благословение? Что это значит?

Тим пожал плечами.

— Не знаю. Наверное, что она хочет, чтобы у тебя все было хорошо.

Я кивнул. Может быть, Рида действительно хочет этого… Что ж, я тоже хочу, чтобы у нее все было хорошо. Очень, очень хочу. Я любил ее и больше не сердился на ее поступок. И в то же время я все еще не мог избавиться от недоумения, вызванного ее поведением.

Свистеть правильно без помощи свистка я не умел, поэтому воспользовался свистком. Флипп появился сразу же — косматый, здоровенный, довольный тем, что его выпустили на свободу, он толкнулся мне в бок с такой силой, что я едва устоял на ногах, и рыкнул от удовольствия. Затем он повернулся и, высунув огромный лиловый язык, лизнул Кифа.

— Фу! — завопил магик, жмурясь и отбиваясь от копны шерсти, которая лезла к нему ласкаться.

— Когда-нибудь он тебя сожрет, — не без удовольствия заметил Боггет.

— Сэм, забери его! Эй, чего ты улыбаешься?..

Я и правда улыбался, хотя мне было очень грустно. А еще я как новый владелец питомца видел показатели Флиппа. Никакой особой информации о нем, правда, не было — ни вида, ни породы. Просто «питомец, монстр» — а это было видно и невооруженным глазом. Уровень у Флиппа был восемнадцатый из двадцати пяти возможных. Такие показатели, как сытость, бодрость и здоровье, были на максимуме.

— Забирайся на него, он отвезет тебя в Вэллер, — сказал Тим. — Я думаю, он справится. А мы вас догоним.

Я подозвал Флиппа, потрепал его по холке, примерился. Пока мы странствовали по Безмрью, управляться с лошадью я кое-как научился. Но Флипп был не лошадью. Это был крупный монстр, седло и уздечка не предусматривались.

— Залезай на него и держись крепче, — сказал Киф. — Давай, это может сработать.

Я знал: когда магик говорил такие вещи, больше всего ему хотелось посмотреть, что из всего этого получится. Киф был очень любопытным существом.

Скрепя сердце, я вскарабкался на Флиппа, устроился на его загривке, покрепче вцепился в бурую шерсть. В конце концов, однажды Флипп уже нес меня на себе. Правда, тогда я был без сознания. А вот на этот раз мне отключаться никак нельзя: подбирать меня, если я свалюсь с Флиппа, будет некому.

— Ну, это… Вперед?..

Флипп повернул в мою сторону голову и, хотя глаз его не было видно из-за шерсти, я чувствовал, что он смотрит на меня.

— Вперед, — попросил я. — Пожалуйста.

Флипп фыркнул. Киф фыркнул тоже. В этот момент оба монстра были как никогда похожи друг на друга: оба смеялись надо мной.

— Боггет, что я должен сделать?

— Попробуй тронуть его бока пятками, как лошадь, — посоветовал инструктор.

Лица его в этот момент я не видел, а по интонации не мог угадать, всерьез он это сказал или нет, поэтому просто последовал его совету. Может, мне нужно было тронуть Флиппа совсем чуть-чуть…

— А-а-а!..

Монстр сорвался с места в радостный галоп. Чтобы удержаться, я сжал его шерсть в руках так сильно, что у меня свело пальцы. Если бы не пассивный навык «Каменная кожа», я бы просто изрезал ладони — надеть перчатки я не догадался. А еще пришлось стиснуть зубы, чтобы не оббить их друг об друга.

— Счастливого пути! — зловредно прокричал мне вслед магик.

До Вэллнера я добрался быстрее, чем это было бы, будь у меня лошадь. Флипп двигался длинными скачками, но при этом так быстро, что управлять им я бы не смог, даже если бы захотел. К счастью, монстр оказался достаточно маневренным для того, чтобы огибать попадавшихся нам на дороге путников. Когда показались стены Вэллнера, я с ужасом подумал о том, что будет, если я не смогу остановить Флиппа. Но, к счастью, когда я натянул его шерсть так, как если бы это были поводья, он послушался, замедлился и постепенно остановился.

Когда я понял, что Флипп перестал двигаться, я чуть не свалился с него. Тело закостенело от напряжения и холода, но при этом самого меня трясло от только что пережитого путешествия. Хорошо, что от городских ворот до гостиницы нужно было еще какое-то расстояние пройти пешком — так у меня было время, чтобы прийти в себя. Впрочем, был во всем этом и плюс: каждый миг рискуя слететь с Флиппа, я все это время не думал о предстоящей встрече с Селейной.

Войдя в город, я спрятал Флиппа, пообещав, что еще выпущу его, и направился к гостинице. Издалека заслышав шум, я понял, что Селейна прибыла в Вэллнер не просто не одна — компания, сопровождавшая ее, была отнюдь не маленькой.

На первом этаже гостиницы было накурено так, что потолочные балки терялись в сизом дыму. Было шумно: пил и веселился отряд наемников, только что удачно завершивший какое-то дело. Несмотря на то, что здесь были представлены различные расы и их причудливые смеси, все посетители были игроками. Заливисто взвизгивал рожок, стучали каблуки отплясывающих под эту музыку девиц. Когда я вошел, никто не обратил на меня внимания, и я, в свою очередь, тоже постарался сделать вид, что меня никто особенно не интересует. Тем не менее, я оглядел всех присутствующих в зале и за одним из столов обнаружил того, кого искал. Двинувшись по проходу, я не удержался и издалека окликнул:

— Селейна!

Она обернулась, но тут же путь мне преградили двое громил-наемников — человек и полутролль.

— Чего тебе надо? — сиплым басом спросил тролль.

— Айгер, Брим, это мой друг! Сэм! — раздался позади них голос Селейны. У меня мурашки пробежали по коже — так я был счастлив снова слышать его.

Наемники слегка расступились. Селейна проскользнула между ними, и в следующий миг мы крепко обнялись. От Селейны пахло горько-сладким дымом костра, палой листвой, а еще чем-то резким, тяжелым, мускусным — так пахнут звери. Краем глаза я заметил, как насторожились остальные наемники, сидевшие за ближайшими столами, особенно один из них — явно вожак, рослый скуластый мужчина с гривой седоватых волос, в которые была вплетена всякая мелочь вроде бусин и перьев. Смотрел он на нас странно — не поворачивая головы, но скосив глаза.

— Вернулся, — прошептала Селейна, и мы наконец-то немного отстранились друг от друга.

Я кивнул. Селейна улыбалась, хотя на ее щеках блестели две тонкие дорожки от слез. Если бы я увидел ее вдруг вот так, вблизи, то, возможно, в первую минуту и не узнал бы. Селейна была… открытая. Другого слова, чтобы описать ее теперь, у меня не было.

— Пойдем, — она взяла меня за руку и повела к маленькому столу, чудом оставшемуся свободным этим вечером. Проходя мимо серогривого вожака, Селейна сказала ему: — Это мой друг. Мы очень давно не виделись.

Вожак кивнул и отвернулся, делая вид, что расслабился. Если бы не мой опыт работы в бестиариуме, я бы не заметил, как он одним взглядом указал нескольким своим подчиненным следить за тем, чтобы я не причинил Селейне вреда.

— Рассказывай, — потребовала она, усадив меня на лавку и устроившись напротив. Нам подали выпивки, но Селейна, кажется, этого даже не заметила. Она подалась вперед и вся превратилась во внимание. Я покачал головой.

— Это ты рассказывай.

Она рассмеялась. Рассмеялась! Так легко и естественно, как будто бы и раньше делала это в каждой подходящей ситуации. Наверное, недоумение на моем лице было выражено слишком явственно, и Селейна, смутившись, опустила голову.

— Ну, чего ты на меня так смотришь?

— Прости. Ты такая…

Она не удержалась и снова хихикнула.

— И ты прости меня.

Первая неловкость прошла, и она подняла голову. Глаза ее были влажны, на губах блуждала мягкая улыбка.

— Ты один?

— Нет. Со мной Киф, Боггет и Тим. Они прибудут чуть позже.

Селейна кивнула. Спрашивать о Риде она не стала.

— Давно вернулся?

Я пожал плечами.

— Как сказать… Меня где-то носило восемь месяцев. Потом выбросило в нашем мире. Через пару недель мы смогли попасть сюда, — я подался вперед. — Я очень хотел повидаться с тобой и Рейдом.

— Рейд недалеко отсюда. Помнишь деревню с призрачным драконом? Он вернулся туда.

— Я знаю. Мы как раз ездили навещать его.

И я рассказал Селейне о нашем путешествии в деревню около Драконьего моста.

— Удивительно, правда? — выслушав меня, спросила Селейна.

Я кивнул, соглашаясь, хотя ничего удивительного в этом я не видел. Наоборот, это была самая обыкновенная жизнь.

— А ты чем занималась все это время?

Селейна выпрямилась и со слегка забавной гордостью произнесла:

— Тем же, чем и раньше. Магией.

— Нисколько в этом не сомневался. Однако выглядишь ты… — я демонстративно уставился на ее наряд.

Селейну можно было принять за кого угодно, только не за мага. Больше всего она походила на разбойницу: белая блузка, черный корсет, широкий пояс с массивной пряжкой, коричневые кожаные штаны со шнуровой от бедер до голени, замшевая обувь. Косы, к которой я так привык, не было. Теперь Селейна носила волосы собранными в высокий конский хвост, чем будто бы отдавала странную дань Боггету. Новая прическа Селейне шла, придавая ее облику нечто дерзкое. Но самым странным в ее внешности была все-таки еще одна деталь наряда. За спиной Селейны был не плащ, а что-то вроде платья из плотной темно-коричневой ткани, сложенного и закрепленного с помощью застежки на шее и пояса на талии. Рукава этого платья были убраны под широкие парные браслеты на запястьях, а длинный подол свисал с края лавки. В целом выглядело это красиво, но чересчур уж необычно.

— Это мантия мага, — пояснила Селейна. — Если меня видят в одежде мага, я превращаюсь в приоритетную цель. А так меня сложно отличить от простого наемника. Я ее перешить хотела, да навыка пока не хватает — там не только швейное мастерство нужно, но и работа с артефактами. К тому же, если ее перешивать, она утратит часть характеристик. Можно было бы вообще ее не носить, но это легендарный предмет, дает приличные прибавки, особенно к защите.

— А почему бы тебе не носить броню? Наверняка можно подобрать что-то подходящее.

Селейна покачала головой.

— Тяжелая броня накладывает серьезные ограничения на использование местной магии. Правда, это каким-то образом не касается заклинаний, которые я изучила в нашем мире. А с учетом того, что я могу использовать магию без визуальных эффектов да и заклинания могу произносить про себя — сам понимаешь, противники обнаруживают меня далеко не сразу… Если вообще обнаруживают. А союзники держатся за меня всеми силами, — она кивком головы указала в сторону расположившегося в трактире отряда. — Столько привилегий… Мне даже неловко порой.

— А как ты попала в отряд наемников?

— После того как все ушли, мы с Рейдом вернулись в Вэллнер. Он почти сразу же покинул город, а я пошла регистрироваться в гильдию искателей приключений. Так получилось, что там было очень много народа, но все пришли за квестами, а мне была нужна регистрация. Одна из сотрудниц отвела меня для этого в специальную комнату — ты ведь тоже уже зарегистрировался, понимаешь, о чем я говорю, да? Так вот. Я сделала все, что нужно, и данные в моем интерфейсе изменились. А когда я вышла, в зале гильдии вдруг стало очень тихо. Потом почти все, кто там был, ринулись ко мне с криками. Я чуть не испугалась, — Селейна выделила голосом последнее слово и многозначительно посмотрела на меня. — Но все оказалось совсем не страшно. Они просто увидели мой уровень и расу и стали наперебой приглашать в группы, звать на квесты. А потом все расступились и ко мне подошел Эрон, — Селейна кивком головы указала в сторону серогривого. — «Пойдем со мной. Ты будешь защищать моих людей, а я буду защищать тебя», — так он сказал. Вот так я и оказалась в этом отряде, — Селейна улыбнулась. — Я с ними уже два года. Здесь весело, хотя порой бывает и страшно. А сам Эрон сказал, что не успокоится, пока не захватит для меня какой-нибудь замок.

Я понимал, что за смысл стоит за ее словами. Между Селейной и этим Эроном было нечто большее, чем отношения командира и подчиненного. Но это, кажется, пошло Селейне только на пользу. Она стала гораздо уверенней в себе, и ничего страшного в том, что нынешний ее избранник не совсем человек. Вернее будет.

— Так что там с твоей расой? — спросил я.

— А, тебе же не видно… Подожди, сейчас.

«Игрок Селейна хочет добавить вас в друзья. Принять заявку? Да/Нет».

Как только я выбрал «Да», под ником Селейны появилась новая информация. Теперь там значился уровень, класс и раса. Девяносто третий, маг.

— Серафим? — переспросил я с недоумением.

Селейна кивнула.

— Очень редкая раса. Говорят, серафимы живут в Небесном Граде и почти никогда не покидают его. На поднебесных островах и на земле иногда рождаются их потомки — нефилимы. Но я чистокровный серафим. Понятия не имею, как я оказалась в нашем мире.

«Наверное, на это были причины, — подумал я. — Но это уже другой квест».

— С расовой точки зрения у меня чуть ли не стопроцентная предрасположенность к магии, — продолжила Селейна. — Это многое объясняет. Знаешь, серафимы…

И она принялась мне рассказывать об особенностях своей наконец-то выясненной расы. Я слушал ее и не мог понять, получаю ли я от встречи с Селейной то, чего ждал. Да, я убедился в том, что с ней все в порядке, что она в отряде, вожак которого ее защищает, и что она занимается тем, что умеет лучше всего и, кажется, все-таки любит, и что место в ее жизни, от которого когда-то отказался Рейд, теперь занято кое-кем другим. Да, она явно обрадовалась, увидев меня живым, — даже расплакалась. Конечно, как только мы вернулись в Безмирье, Тим сообщил ей, что я жив. К тому моменту, как мы встретились, ее первая радость уже поблекла. Но в тот момент… Почему она не пришла в Вэллнер сразу же, как только узнала, что мы вернулись? Тим же сразу написал ей. Да, она была в рейде со своим отрядом. Но неужели она не смогла бы найти возможность оказаться в Вэллнере, если бы хотела этого достаточно сильно? Или, может быть, она просто сочла, что мы точно встретимся и нет смысла так уж торопиться?.. И Рейд — конечно, он позвал нас к себе в гости, стоило ему узнать о нашем возвращении. Встреча была теплой, дружеской, расстались мы хорошо. И все же создавалось впечатление, что мы вторглись в жизнь своих друзей и отвлекли их от их собственных дел. Новый мир увлек их, и они разошлись по своим дорогам, а мы все — прежде всего, я — словно остались на месте, так никуда и не двинувшись.

— И что ты намереваешься делать дальше? — спросил я, когда она закончила свой краткий экскурс.

— Ничего особенного. Пока что я состою в отряде Эрона, и меня это устраивает. Но если тебе понадобится моя помощь, сообщи мне об этом.

— С чего ты взяла, что мне может понадобиться помощь?

Селейна смотрела на меня. Взгляд ее был пристальным.

— А разве ты вернулся в этот мир просто так?

Мне стало не по себе от этого взгляда. Я вдруг отчетливо понял, что Селейна видит то, что я тщательно прячу даже от самого себя. Более того — она в силу своего характера может довольно свободно говорить об этом.

— Да, я хочу кое-что выяснить, — признался я наконец. — Но на квест это пока не похоже, — я попытался свести все к шутке.

Селейна приняла это, кивнула.

— Тем не менее, можешь рассчитывать на меня, — сказала она.

— На нас, — поправил ее низкий, надтреснутый голос. Позади меня, слегка нависая надо мной, стоял серогривый. — Никуда я своего мага в одиночку не отпущу.

Невидимость, в которой он пребывал до этого, была хороша — скрывала даже звуки дыхания. Вот только запах замаскировать ему не удалось, так что я уже давно знал о его присутствии, просто не подавал вида. Теперь, когда он сам решил разоблачить себя, я мог свободно посмотреть на него. Эрон Шмидт, разбойник, уровень скрыт. Сердце у меня сжалось, но совсем не от страха.

— А я никуда еще не ухожу, — произнесла Селейна.

— Я тебя понял, — покладисто ответил Эрон и, подмигнув мне, снова исчез. Я его больше не видел, но вряд ли он продолжил подслушивать наш разговор.

— Селейна, — заговорил я. — Он же…

— Знаю, — она мягко перебила меня. — Он игрок. Ну и что?

Я медленно перевел дыхание и, тщательно подбирая слова, произнес:

— Он же не понимает, что ты не бессмертна. Мы ведь даже не знаем, сможешь ли ты… как я. Вернуться. Если что-нибудь случится…

Селейна пожала плечами.

— Я сказала ему, что, если погибну, то оставлю его навсегда. Он согласился принять меня в отряд на этом условии и поклялся защищать меня. Его люди защищают меня тоже.

— Но ведь это совсем не то! Разве ты не понимаешь? Одно дело — быть игроком, ничем не рисковать и покинуть отряд, если тебя убьют, но воскреснуть и играть дальше. И совсем другое дело — быть… как мы.

— Как мы? Сэм… — она вздохнула. — А ты знаешь, кто мы? Есть в этом мире для нас название?

Я промолчал. О безмирниках Селейна знала, но, поскольку она не произнесла этого слова, было ясно, что оно ее не устраивает.

— В отряде меня за глаза называют искин, — продолжила она. — Я не совсем понимаю, что это означает, но это точно не ругательство. Это слово означает что-то важное и особенное. Они так и говорят Эрону: «твой искин». И они действительно защищают меня, Сэм. Иногда — ценой собственной жизни. Они не сомневаются в том, что, если я умру, то покину их отряд, потому что для меня это будет окончательная смерть. Хотя сама я в этом не уверена. Если честно, мне хотелось бы знать, смогу ли я вернуться после смерти. Это так любопытно. Если бы можно было как-то это выяснить…

— Селейна. Не смей.

Она улыбнулась.

— Вот и он мне то же самое говорит, — Селейна скосила глаза в сторону стола, за которым снова сидел вожак. Сделала это она по-волчьи, совсем как сам Эрон. — Не беспокойся об этом, Сэм. Пожалуйста.

Я сдался. Селейна умная, она знает что делает. Если она так доверяет этому человеку…

— Любишь его? — спросил я бестактно.

Селейна посмотрела на меня с удивлением, а потом улыбнулась так, словно я был ребенком, которому приходилось объяснять элементарные вещи.

— А как ты думаешь, Рейд любит ту девушку?

Такой поворот разговора поставил меня в тупик. Я задумался. Вспомнил, как Рейд впервые увидел Люсию, как вел себя после.

— Не знаю. Он будет хорошим мужем и отцом, в этом я уверен. Но, возможно, он путает любовь с жалостью.

Селейна удовлетворенно кивнула.

— А если я не люблю, то с чем тогда я путаю любовь? С чувством равенства? — она подалась вперед. — А ты, Сэм?

В глазах Селейны плясали озорные огоньки. «Я же не спрашиваю тебя, почему ты вернулся в Безмирье без Риды, — говорил ее взгляд. — Но я подозревала, что ты вернешься без нее». Я улыбнулся, покачал головой.

— Ты сердишься на нас с Рейдом? — спросила Селейна.

Я удивился.

— Почему я должен на вас сердиться?

— Мы ведь не вернулись в наш мир, хотя ты сделал очень многое для того, чтобы мы получили такую возможность.

Я пожал плечами.

— Я сделал не больше, чем все остальные. Эта возможность была результатом общих усилий. Вы сами решали, воспользоваться ей или нет.

Селейна кивнула.

— И все-таки Тим, Киф и Боггет вернулись, а мы остались здесь. Мы не отправились домой, чтобы дождаться тебя, — взгляд моей собеседницы был пытливым. — Ты не считаешь, что это было неправильно?

Я бы мог поделиться с Селейной своими соображениями на этот счет. Я думал так тогда и до сих пор считаю, что многие из тех, кто попал в другой мир, хотят вернуться не только из-за своих родных и близких. Конечно, для многих это самая важная, если не единственная причина. А у кого-то есть любимое дело, обязательства или неоплаченный долг. Но все это не так важно, ведь не каждый день выпадает возможность начать жизнь заново, с головой окунуться в увлекательные приключения. Возможно, большинство из тех, кто истово хочет вернуться в родной мир, на самом деле просто-напросто хотят рассказать о том, что с ними произошло. Рассказать свою историю — яркую, в чем-то веселую, в чем-то грустную или даже страшную, но неизменно увлекательную и необычную. Стать героем такой истории — вот самое большое искушение. Я мог бы рассказать Селейне об этом. Но ведь она имела в виду совсем иное. Фактически, она спрашивала меня, не считаю ли я, что она и Рейд меня предали. Она ждала моего ответа. Но я молчал, не зная, какими словами воспользоваться, чтобы они не показались неискренними, и тогда Селейна заговорила снова.

— Рейд слишком твердолобый, чтобы сделать это, так что придется мне. Сэм… Прости нас. Понимаешь, пока мы все были вместе, ты был как воздух, которым мы дышали. Ты связывал всех нас. Но когда тебя не стало, каждый получил возможность идти своим путем.

Я почувствовал, как в горле засвербело, и потер нос, пытаясь перебить ощущение. Расплакаться от слов Селейны в присутствии всего ее отряда — этого еще не хватало.

— Сэм?..

Мне хотелось объяснить Селейне, что мне, разумеется, грустно оттого, что теперь нас троих разделяет столь многое, но в то же время я понимаю, что иметь собственную жизнь, как бы ты ни был привязан к своим друзьям, — это нормально. Но я не знал, как правильно выразить это.

— Я не сержусь на вас, — сказал наконец я. — Никогда не сердился, даже не думал об этом.

Она кивнула, принимая мой ответ. Глаза ее снова блестели. Так мы и сидели какое-то время, глядя друг на друга и разговаривая без слов. Это было удивительно.

— Где ты остановился? — спросила вдруг Селейна.

— Я нигде не остановился. Но здесь, кажется, еще есть свободные комнаты.

— Остальные тоже прибудут сюда? Мне хотелось бы с ними увидеться.

— Да, конечно.

— Хорошо. А ваш новенький придет? Тим писал мне о нем. Я хотела бы с ним познакомиться.

«Ваш новенький», — полоснуло мне по слуху. «Ваш». Выходит, Селейна все-таки уже не считает себя членом нашей команды. Но при этом она считает новым членом нашего отряда Лэнди — по крайней мере, так она поняла Тима. Такое отношение Селейны к своему статусу по-настоящему расстраивало меня. Что касается Лэнди, считать его членом нашего отряда я пока не мог, но все же ответил:

— Да, он будет здесь через пару дней.

— Значит, он меня не застанет. Мы уходим завтра.

Я удивился.

— Завтра? Так скоро?

— Да. Время не ждет. Но я не уйду, пока не повидаюсь с Тимом. Это было бы не честно. Хотя тут можно легко писать друг другу письма, это все равно не то. — Селейна улыбнулась нежно и немного грустно. — Знаешь, Сэм… Помнишь, я когда-то сказала, что хотела бы освоить профессию летописца? Сейчас она у меня есть. Но первым, что я написала, было письмо отцу — туда, в наш мир. Боггет взялся передать его. Сэм… Если у тебя будет возможность каким-то образом связываться с нашим миром, скажи мне об этом. Я бы предпочла знать, что с моим отцом все в порядке.

Я кивнул. Вторым человеком, о судьбе которого я справился перед тем, как уйти в Безмирье, был господин Гилмур. Как и с матерью Рейда, лично я с ним не виделся. Я не знал, что было в письме, которое написала ему Селейна, и не хотел давать ему надежду на то, что, возможно, увижусь с его дочерью, потому что сам не был уверен в этом. Но с господином Гилмуром тоже было все в порядке. Я рассказал Селейне все, что мне удалось узнать, и пообещал ей, что при случае выполню ее просьбу.

Какое-то время мы еще сидели вдвоем, потом наемники оживились — подоспела новая порция еды и выпивки. Селейна взяла меня за руку и подвела к одному из столов, за которым было свободное место. Так я оказался между остроносым конопатым парнем и еще одним полутроллем, а передо мной возникла тарелка с кашей и мясом, добрый кусок ржаного хлеба и здоровенная кружка с пивом.

Пирушка продолжалась до ночи. А к ночи явились Боггет, Тим и Киф, усталые настолько, словно только что втроем прошли Подземелье Туманных Жриц до самого конца, но все же готовые присоединиться к общему веселью. Я даже не удивился, когда выяснилось, что и в отряде Эрона у Боггета нашлись знакомые. Так уж выходило, что расставание в этом мире было только иллюзией. Оно ничего не значило, пока все были живы и хотели снова встретиться друг с другом, — лишь бы только хотелось этого.

Когда настало время расходиться, хозяин гостиницы показал мне свободную комнату, и я наконец понял, о чем с таким восторгом говорил Тим. Можно было войти в обычную комнату гостиницы и провести ночь в ней, а можно было, введя в окошки выплывающей панели имя и пароль, оказаться в совсем другой комнате. В отличие от гостиничной, довольно большой, но протопленной слишком щедро и поэтому душноватой, эта другая комната была маленькой, с ровной температурой. В ней совершенно ничем не пахло. Меблировка была разной, высота потолков отличалась тоже — в гостинице мебель была проще, потолки — выше. Маленькая комнатка была чище, в ней не было даже пыли. И все же, выбирая между двумя комнатами, я остановился на гостиничной. Несмотря на то, что в своей личной комнате я, как говорил Тим, мог быть в полной безопасности, чувствовал я себя в ней словно в запертом ящике. Даже вид из окна, который можно было изменить, казался простым рисунком — иллюзией пространства, которого на самом деле нет. Я не пробовал распахнуть окно, но не удивился бы, если бы выяснилось, что это невозможно.

Вернувшись в гостиничный номер, я лег в постель и почти сразу же уснул. Утром сквозь сон я услышал, как отряд наемников отбывает. За окном брезжил тусклый сероватый рассвет, моя комната выстыла за ночь, и казалось, весь мир выстыл тоже, и я был в нем один, совсем один.

Я не пошел прощаться с Селейной, мы попрощались заранее, еще вечером. Но, открыв интерфейс, я обнаружил письмо от нее с пожеланиями удачи во всех моих начинаниях, какими бы они ни были.

— Да, я хочу кое-что выяснить, — повторил вслух я слова, сказанные Селейне накануне.

Может быть, это и в самом деле был квест мирового уровня, как считал Киф. А может быть, все это не стоило и выеденного яйца — даже в настоящей жизни не всегда удается предугадать такие вещи, что уж говорить о Безмирье. Но это было единственным, чему я мог посвятить себя теперь. И я не сомневался в том, что, если дойдет до дела, мои друзья меня поддержат. Каким бы дурашливым ни был иногда Киф, в одном он был прав: вернуться в Безмирье, чтобы жить здесь обычной жизнью, — да, это был слишком скучный план.


Глава 34. Подземелье: рестарт


— Я тоже хочу питомца, — сказал Тим, глядя, как я разлегся на полу гостиничной комнаты около весело потрескивающего камина, удобно привалившись к боку Флиппа.

Позже, когда я вспоминал о том, что случилось, я снова и снова приходил к выводу, что именно с этого разговора наши приключения в Безмирье будто бы вышли на новый уровень.

— Это не проблема, — ответил Киф. — Можно купить какую-нибудь зверушку, маленькую или уже взрослую. А можно взять квест на получение питомца. Ты хочешь какого-то конкретного или пока не знаешь? В Безмирье множество разных существ.

Селейна отбыла со своим отрядом, за окном разыгралась метель, и мы маялись от безделья. Гостиница была устроена очень удобно: несколько номеров группировались в блок, имевший общую комнату, что-то вроде гостиной, в которой можно было проводить время. В нашем блоке было пять комнат — одна пустовала, и так было даже лучше, потому что я мог выпустить Флиппа, не опасаясь, что кто-то посторонний будет этим не доволен. Впрочем, можно было считать, что свободны две комнаты: очевидно, решив обитать в гостиной, Киф своим номером не пользовался тоже. Он обложился едой и методично ее поглощал, поначалу подкармливая Флиппа прямо с рук. Но Флипп уже давно насытился, а Киф, кажется, только вошел во вкус.

— А ты сам-то что за существо? — спросил я его, наблюдая за тем, как исчезает пирог с гусятиной и овощами. Спрашивал я его, конечно, не всерьез. Но и Киф ответил несерьезно:

— Я молодой растущий организм! Мне нужно много энергии. Особенно на тот случай, если мы все-таки куда-нибудь пойдем.

— Да куда ты пойдешь в такую погоду? — спросил Тим. Он хотел разобрать принесенное с собой оборудование, но делать на нем все равно было нечего, и он скучал.

— Погода нам не указ. Если хотите, можем хоть сейчас прямо в саванну какую-нибудь перенестись или даже в тропики. Я знаю одно местечко, там на комодских варанов поохотиться можно. Сладостей местных поедим заодно…

— Какое отношение вараны имеют к комодам?

Киф хохотнул.

— Никакого, — ответил Боггет. Он дремал, полулежа в кресле. Я только совсем недавно понял, что это наемничья привычка: отдыхай всегда, когда есть возможность, потому что уже в следующую минуту тебе может понадобиться твой меч. — Просто они так называются по месту, где их обнаружили, — остров Комодо. Это здоровенные хищные ящерицы, весят как два взрослых человека, а сами легко справляются с добычей, которая в восемь-десять раз превосходит их по весу. Жрут все: не только мясо, но и кости, копыта, шкуры. Слюна токсична. В общем, те еще зверушки.

— Ну и зачем нам охотиться на таких опасных тварей?

— Это весело, — ответил Киф. — А еще с них лут хороший падает: зубы, когти и глаза, они в кузнечном деле идут и алхимии, редкие и дорогие очень. Можно еще шкуры брать, но их дорого не продашь. Крафтеры с ними не любят работать, там дополнительных ингредиентов много нужно.

Тут у меня мигнул значок, оповещающий о новом письме.

— Лэнди спрашивает, где мы и можно ли к нам зайти, — сказал я.

— О, тот белобрысый разбойник? — воскликнул Киф. — Давай, зови его сюда. Он забавный.

Уже через пару минут Лэнди был в нашей гостиной. Он не стряхнул снег со своей накидки, и теперь по ней струились тонкие темные ручейки. С нашей прошлой встречи он подрос на один уровень. Изменения в наших уровнях он заметил тоже.

— Это где вы успели так подняться? Грац вас всех! А это что? Питомец? Твой, Сэм? Ой, а что у тебя с ником?

Слишком много вопросов.

— Да, это мой питомец. Его зовут Флипп, — Я поднялся с пола, и потревоженный монстр утробно заворчал, устраиваясь поудобнее. Лэнди смотрел на него во все глаза. — А ник мне пришлось изменить немного. Зови меня, как раньше, Сэмом.

— Ладно. А твой питомец — что это за порода? Или правильно говорить «вид»?

— Понятия не имею. Мне его подарили.

— А, ясно. А что он умеет?

— Охотиться, — я подошел к Лэнди, снял его накидку и, встряхнув, повесил около камина. Может, я вел себя слишком фамильярно, но на полу и так уже образовалась лужа — этакий полумесяц из воды. Когда я обернулся, то обнаружил, что Лэнди смотрит на меня с недоумением.

— И что это сейчас был за чит? — спросил маленький разбойник.

Я не понял вопроса и в поисках поддержки оглядел своих спутников. Тим, кажется, ничего не понимал тоже, Киф просто выжидал, а Боггет смотрел на меня так, словно я только что добавил неприятностей в его жизнь. Лэнди хлопал глазами.

— Не скажешь, да? И как вы так быстро уровни набрали, тоже секрет? Ну, ладно…

— Скажем так: мы закрыли кое-какой квест, — ответил я. — Ты, я смотрю, тоже прибавил уровень. Грац тебя.

— А, да, спасибо, — Лэнди снова заулыбался. — Я тоже кое-какие квесты позакрывал, поэтому и не появлялся так долго. — Он потянулся к сумке, висевшей у него на поясе, вытащил из нее несколько свитков и протянул мне. — Вот. Они не на дальние расстояния, но все равно пригодятся. Вы меня выручили. Я думал, как сказать спасибо, чтобы это были, ну, не просто слова, а что-нибудь полезное. Я решил, свитки портала подойдут.

— О, это отличная мысль, — одобрил Боггет. Он потянулся, встряхнулся, прогоняя сон, и сел ровно. — Они расходуются так быстро, что не успеваешь замечать. Бери, Сэм.

— Открой обмен, — попросил Лэнди, но я уже взял свитки и убрал их в инвентарь. Маленький разбойник уставился на меня во все глаза, но было некогда выяснять, что его так удивило. Если я совершил какую-то оплошность, я уже не мог это исправить.

— Может, отметим это? — предложил Киф.

— И каким же образом ты хочешь это отметить?

— Он хочет устроить вылазку, — ответил я за магика Боггету.

Киф фыркнул.

— Какой ты проницательный!

Я развел руками.

— Это просто кто-то слишком предсказуем.

— Ах, так? Знаешь, я сейчас специально для тебя придумаю такое…

— А может, и правда сходим куда-нибудь? — спросил Тим. — Лэнди, что ты об этом думаешь?

Он пожал плечами.

— Я бы сходил. Времени у меня сегодня еще много, но я не знаю, какие локации есть в окрестностях. Я слышал только о Подземелье Туманных Жриц, но вы же туда не пойдете.

Легкий холодок пробежал по моей коже, словно я почувствовал чье-то дыхание.

— Почему ты так считаешь? — спросил я.

Лэнди нахмурился.

— Вам ведь, кажется, там не понравилось или что-то вроде того…

Боггет усмехнулся.

— Вроде того. Сэм, ты сейчас это серьезно?

— Что?

— Ты действительно хочешь туда пойти?

Я пожал плечами.

— А почему бы и нет. Можем поохотиться в первой части подземелья. Дальше идти не обязательно.

— А дальше мы без Селейны и не пройдем, — мрачно произнес Боггет, поднимаясь. — Или без кого-то вроде нее. В общем, без мага-дамагера там делать нечего. Но в первой части, да, мы поохотиться можем. Ты прав.

Он встал посреди комнаты, уперся руками в бока и внимательно посмотрел на меня. Взгляд был тяжелым, настороженным.

— Сэм, я хочу тебя кое о чем спросить. Ты правда готов снова пойти туда?

Я кивнул.

— Зачем?

На этот вопрос мне отвечать не хотелось. Но что-то мне подсказывало, что инструктор знал ответ или, по крайней мере, догадывался о нем.

— А ты как думаешь? — наконец задал я встречный вопрос.

Боггет еще какое-то время буравил меня тяжелым взглядом. Потом ухмыльнулся.

— Ладно. Пошли.

Вот так совершенно внезапно мы во второй раз отправились в Подземелье Туманных Жриц.

Лэнди пришлось подождать, пока мы экипируемся и возьмем оружие. За этими приготовлениями он наблюдал молча, явно удивляясь происходящему. Тим спросил его:

— Что-то не так?

Маленький разбойник только покачал головой:

— Странные вы ребята.

Тим улыбнулся.

— Это да. Жалко, что ты с нашей Селейной еще не познакомился.

Мне было грустно слышать эти слова: я-то знал, что Селейна уже не считала себя «нашей». Но говорить об этом с Тимом я не стал. Мало ли как могут сложиться обстоятельства — может быть, наш отряд еще соединится и мы сходим не в один рейд… Наивные надежды. Но я ведь могу позволить их себе, пока от этого никому нет вреда, верно ведь?..

— Внутрь подземелья перенестись нельзя, — объяснял Боггет, пока мы выходили из гостиницы во двор. — Так что выбирай точку, наиболее близкую ко входу.

— Ущелье подойдет?

— Да.

— Хорошо. Все готовы?

Мои спутники закивали и сгрудились. Я вытащил свиток портала. Я хотел спросить Боггета, что мне нужно делать. Но все каким-то образом получилось само собой: я все еще думал об ущелье перед Подземельем Туманных Жриц, а вытаскивая свиток, взмахнул им в воздухе. В следующую секунду свиток исчез, а мы все оказались между покрытых трещинами каменных стен, почти что сходящихся над нашими головами. К небу тянулись корявые оголенные ветви растущих на уступах деревьев, у их корней лежал снег.

— Как быстро! — воскликнул Тим. — Удобная магия!

— Не то слово, — Боггет поправил воротник отороченной мехом куртки. — Ну, что, идем? Ах, да, тебе же нужно кинуть группу…

Он повернулся к Лэнди, одновременно работая со своим интерфейсом. Но тут маленький разбойник, отступив на несколько шагов, остановил его.

— Подождите.

Вид у Лэнди был напряженный, серьезный. По его стойке можно было предположить, что он готовится защищаться.

— В чем дело? — спросил Боггет.

— Кто вы такие? Вы же не обычные игроки, правильно? Вы читеры? Бета-тестеры? Или, может, вы нелегалы? Понимаете, мне просто не нужны проблемы.

Мы молчали. Лэнди переводил взгляд с одного из нас на другого. Не дождавшись ответа, он принялся объяснять свои догадки.

— У вас откуда-то взялось по десять-пятнадцать уровней всего за несколько дней. Это еще ладно, можно с хаями прокачаться. Но вы не отображаетесь на карте локации! Ники меняете, как хотите. Его, — он пальцем указал на Кифа, — невозможно добавить в друзья. — Лэнди наконец посмотрел на меня. — Сэм, а ты можешь взять любую чужую вещь. Я это понял еще там, на арене, когда ты помогал мне надевать броню.

— На какой еще арене? — сердито спросил Боггет. Я предпочел проигнорировать его вопрос — расскажу потом, когда разберемся с этой ситуацией.

— Ведете вы себя странно, — продолжал Лэнди. — Как будто все действия совершаете в реальности. Но такого же не бывает. Что с вами не так?

Замолчав, он снова принялся оглядывать нас. Я бы предпочел, чтобы Лэнди сам придумал какую-нибудь теорию, объясняющую все странности нашей команды, а мы бы только подтвердили его догадки. Но тут заговорил Боггет.

— Боишься куда-то с нами идти?

Все взгляды в этот момент были устремлены на Лэнди. Мальчишка не выдержал, обмяк, отвернулся.

— Я не боюсь, — пробормотал он. — Просто вы странные, и все. Когда я встретил Сэма в той локации… Когда я увидел всех вас… Там ведь больше никого не было! Я несколько дней искал — только неписи, ни одного игрока! Я думал, это тестовая локация. А здесь… — Он вдруг поднял голову и снова прямо посмотрел на меня. — Сэм, когда ты активировал свиток, у меня даже запроса на разрешение переноса не появилось! Просто сообщение: «Внимание! Вы будете перенесены в локацию „Подземелье Туманных Жриц“ через 0 секунд»! — он снова обвел взглядом всех нас. — Знаете, с вами, конечно, интересно, вы необычные и все такое. Но я не хочу застрять еще где-нибудь вроде той локации!

— О какой локации он говорит? — спросил меня Тим.

— О городе с ведьмачьим училищем, — ответил я, с трудом сдерживая улыбку.

— Тебя никто не держит, — произнес Боггет. — Можешь уйти порталом в любой момент. Если у тебя своих не осталось, Сэм тебе даст. Да, Сэм?

Я кивнул. Лэнди на секунду поджал губы — ему было стыдно.

— Я не это имел в виду. Я просто хотел…

Он не договорил, замолчал.

— У тебя ведь время ограничено, так? — напомнил я ему. Лэнди неохотно кивнул. — Решайся уже, идешь ты с нами или нет.

Лэнди помялся еще пару секунд. А потом, собравшись с силами, гордо вскинул голову и сказал:

— Я иду.

— Тогда принимай приглашение в группу, — сказал Боггет. — Опыт на всех поровну, так что, если повезет, ты сегодня еще два-три уровня поднимешь.

Лэнди насупился.

— Эй, я иду с вами не для того, чтобы вы меня по уровням протащили!

— А я этого и не говорил. Поэтому не рассчитывай, что мы будем тебя защищать. Умрешь — твои проблемы.

— Ладно. Но хоть вещи-то прихватите?

— Сэм возьмет.

Он посмотрел на меня.

— Возьмешь?

— Возьму.

Может, Боггет и не собирался защищать Лэнди, но за всех в нашей команде он говорить не мог. По крайней мере, я постараюсь присмотреть за этим мальчишкой. Но, если он погибнет, я не буду слишком уж корить себя за это. Лэнди игрок. Он, в отличие от нас, на самом деле ничем не рискует.

На этом мы закончили обсуждение и наконец-то двинулись в подземелье. Перед самым входом инструктор остановился.

— Я иду первым. Киф, ты за мной, прикрываешь Тима. Сэм, вы с Лэнди замыкающие.

— Эй, а как же разведка? — заныл Киф. — Это ведь моя обязанность!

— На данный момент твоя обязанность следить за тем, чтобы никто не вынес нашего хилера.

— Но…

— А когда у нас появятся проблемы, ты будешь кайтить.

— Я? — магик с недоумением ткнул себя пальцем в грудь. Боггет обернулся и одарил его злорадной улыбкой.

— Ага. Заметь, я сказал не «если», я сказал «когда». Так что готовься.

— Ладно… — Киф сник, но я чувствовал, что расстроился он только для вида. Все это было похоже на представление, ритуальную игру перед намечающейся битвой. И словно подтверждая мою догадку, магик вдруг воспрянул духом и заговорил: — Слушай, а может, вы с Сэмом тогда вместе танковать будете? А я присмотрю за ребятами.

Боггет покачал головой.

— Только если мы будем двигаться достаточно быстро. Иначе монстры зайдут к нам со спины.

— А в чем проблема? Давайте пройдем подземелье на скорость.

Боггет задумался, потер подбородок, посмотрел на меня, затем на Тима. Под конец он оценивающе оглядел и Лэнди.

— Интересная мысль. Ребята, как насчет побегать?

— Я не против, — ответил Тим.

— Я тоже, — отозвался Лэнди.

— Боггет, а в чем разница? — спросил я.

— Проходим подземелье за ограниченное время, — пояснил вместо инструктора Киф. — Боггет, сколько там? Сорок минут? Я так и думал. Двигаемся быстро, валим все, что видим, — ну или удираем, так тоже можно. Как Боггет и сказал, если что, я буду кайтить.

— Что значит «кайтить»?

— Агрить монстров и убегать от них, не давая себя догнать.

— Понятно. Неплохой план.

— Ну, попробуем? — спросил Боггет.

— Давайте.

— Тогда приготовьтесь — сейчас побежим! — он что-то переключил в интерфейсе. Я получил какое-то оповещение, но отмахнулся от него. Главным был таймер, который появился среди моих панелей. — Три, два… Вперед!

И мы побежали.

Когда навстречу выскочил первый монстр — это был не простой грифон, а уже усиленный маской, — меня отчетливо передернуло. Я словно на мгновение перенесся в прошлое и поймал себя на мысли, что мне нужно защитить Риду, а Селейна сможет сама постоять за себя, к тому же там, на ее фланге, есть еще Рейд… Но ни Риды, ни Селейны и Рейда на этот раз с нами не было. Когда я вспомнил об этом, Боггет уже расправился с монстром.

— Подбирай лут! — скомандовал он Лэнди. — Сэм, не спи, за мной!

И мы побежали дальше. Я взял себя в руки, подстроился под темп Боггета, и монстров, попадавшихся нам на пути, мы уничтожали без проблем — остальным даже не приходилось вмешиваться. Немного мы задержались в одной из довольно больших пещер, где нам навстречу выскочило полдюжины крупных и сильных особей. Киф, как и планировалось, прикрывал Тима — тот поддерживал нас стрельбой из лука и иногда даже простыми заклятьями, но свой жезл держал наготове. Лэнди тоже бросился в битву. На левой руке у него были длинные когти — три лезвия, крепившиеся поверх тыльной стороны ладони. Ими можно было не только нанести, но и парировать удар. Что касается правой руки, то я поначалу счел, что в ней у разбойника маленький нож. Но потом заметил еще одно небольшое лезвие с другой стороны кулака и не только резанные, но и рваные раны, которые оставляли его атаки на шкурах монстров, и догадался, что у Лэнди багнакх — те же лезвия-когти, только более короткие, согнутые и спрятанные в ладони. Крепились они как обычный кастет. Когда-то такое оружие я видел у одного из приятелей Рейда, но мне, к счастью, не пришлось наблюдать его в действии. Как я видел теперь, это была довольно опасная вещь, и следовало признать: управлялся Лэнди со своими когтями весьма умело. Вот только в какой-то момент…

— Ай! Это еще что за гадость?..

Лэнди вытащил из-за шиворота и отбросил в сторону крысу, свалившуюся на него с потолка.

— Крысы, — ответил я. Одновременно пришлось защититься от атаки монстра и пнуть еще одну крысу, подвернувшуюся под ногу. — Их тут много.

— Хочешь сказать, ты не знал, что они здесь водятся? — удивился Боггет. — Гайд не удосужился почитать?

— Да все как-то быстро произошло, и я…

— Берегись! — мне пришлось одной рукой оттащить мальчишку в сторону, а плечом сбить атаковавшего нас монстра.

— Сэм, спасибо!

— Кончайте болтать! — крикнул инструктор. — И под ноги смотрите!

Зал мы покинули вовремя — крыс в нем становилось столько, что они могли превратиться для нас в проблему, а девушки с волшебным клинком, способным заморозить потолок, среди нас не было. Интересно, что Рида сделала с подарком Ариты? Сохранила у себя или положила в сокровищницу храма? Или, может быть, отдала своей тетке?..

Вспышка боли в боку вернула меня к реальности.

— Сэм, какого черта? — рявкнул Боггет.

— Прости! — я уже сориентировался и ответил на атаку ранившего меня монстра. Но инструктора это не удовлетворило. Расправившись со своим противником одним неточным, но очень злым и результативным ударом, Боггет обернулся. Он запыхался, его дыхание было хриплым и прерывистым.

— Сэм, я тебя дважды спросил, хочешь ли ты сюда вернуться. Дважды! Мог подумать, прежде чем отвечать? Или ты соберешься и будешь драться как надо, или я исключаю тебя из группы и ты вылетаешь из данжа. Дождешься нас у выхода. Мне еще один твой труп не нужен, ты меня понял?

— Я все понял, Боггет! Больше не повторится!

— Я тебя предупредил. Тим, подлечи его!

— Уже сделано!

— А, точно. Хоть кто-то быстро соображает… Все, не спим, вперед, вперед!

И мы побежали дальше. Проход сузился, мне пришлось отстать от Боггета, зато Тим и Лэнди оказались рядом. Киф замыкал.

— Сэм, может, и правда не надо было… — тихо на бегу заговорил Тим.

Я стиснул зубы. Мне хотелось возразить ему, но дело было в том, что Тим мог оказаться прав: может, мне действительно не стоило соглашаться на все это. До последней минуты, пока мы не вошли в подземелье, я не думал, что все будет настолько похоже.

— Я справлюсь, — ответил я.

И вдруг я ощутил острое чувство стыда. Все было точно так же, как с теми боями, в которых мы участвовали вместе с Лэнди: арена, трибуны, гул голосов… и ощущение, что ничего на самом деле тебе не угрожает. Я не мог вернуться в прошлое и помочь Риде, когда она сражалась против дрессированных зверей под гомон и улюлюканье толпы. И сейчас я не мог переиграть то, что однажды уже случилось, — я не мог не погибнуть тогда, что бы я сейчас ни делал. Поход в это подземелье не дал бы мне ощущение реванша, даже если бы мы решили пройти подземелье до конца, вплоть до Проклятого Гуру. Даже если бы мы, невзирая на отсутствие Рейда, Селейны и Риды, победили его — хотя это, конечно, было невозможно. Боггет говорил: Безмирье — это в голове. Что мне нужно было сделать со своей головой, чтобы перестать думать обо всем этом?..

В этот момент мы выбежали в пещеру, где в прошлый раз сражались с боссом локации. Здесь нас поджидала целая стая грифонов. Я заорал и бросился на монстров.

— О, Сэм скилы вжал, — заметил Лэнди. — Давай, вали их, я прикрою!

Я слышал его голос, но не видел его даже боковым зрением. Все мое внимание было сосредоточено на моих противниках — на грифонах с масками, на странных несчастных зверушках, которых я колол и кромсал, выплескивая свою боль, обиду и горечь.

— Эй, Сэм, полегче! — окликнул меня Боггет. Но по его интонации я понял, что он не имеет ничего против истребления грифонов. Просто беспокоится обо мне.

— Босс локации! — воскликнул Тим.

— Ой, все! — в тон ему отозвался Киф. — Я собираю эту шушеру, а вы бегите дальше. Мы должны успеть!

Киф окутался фиолетовой аурой, и все монстры подземелья, в том числе только что явившийся грифон в каменной маске, ринулись к нему. Не мешкая, Киф вскочил на один из уступов стены, тут же перепрыгнул на другой, затем на третий и, наконец, скрылся из вида в одном из коридоров.

— К выходу, быстрее! — скомандовал Боггет. — Времени почти нет!

И мы побежали к выходу.

В том, что с Кифом все будет в порядке, я не сомневался. Пусть мы были знакомы не так уж давно, я успел заметить: Киф не делает ничего такого, что может обернуться для него фатальными последствиями. Хотя, конечно, рискует он сильно, часто и с удовольствием.

Не прошло и нескольких минут, как мы выскочили из подземелья и оказались в уже знакомой крошечной долине, расположенной между двумя частями подземелья. Отбежав от входа, мы остановились, чтобы отдышаться. Я с удивлением заметил, что снега здесь нет: мы оказались по голени в густой зеленой траве. Я поискал глазами след от нашего костровища двухлетней давности и, конечно, ничего не нашел.

— Ой! А откуда опыта столько? — удивленно воскликнул Лэнди. — Двадцать седьмой… Нет, у меня теперь двадцать восьмой уровень!

— Грац тебя, — сказал Тим.

— Киф босса локации завалил, — не отвлекаясь от интерфейса, пояснил Боггет. — Молодец, уложился. А за скоростное прохождение опыта больше дают, если кто не в курсе. И лут должен быть поинтереснее. Посмотрим, что Киф притащит. Подождем его здесь.

— Боггет, я отойду? — осторожно спросил я.

— Да, разумеется, — он отмахнулся, делая вид, что мои намерения совсем его не интересуют.

Я направился вглубь долины. Отступившие во время последнего боя чувства снова нахлынули на меня. Я шел, стараясь торопиться, но в то же время ощущал, что ноги переставляются все медленнее. Тем не менее, путь был не такой уж и длинный, и довольно быстро я добрался до места, в которое хотел попасть, — ради которого решился снова отправиться в это подземелье.

Здесь все было почти по-прежнему. Словно защищая от дождя и снега, утес нависал над скромными могилками: простым, едва различимым в траве холмиком, деревянным крестом с косыми плашками и столбиком со шнурком, почти потерявшим свой цвет. Четвертую могилу обозначал столбик с поперечиной сверху. Один ее край был несколько раз обмотан шнурком, на котором висел расколотый деревянный оберег. Золотистый глазок из него выпал и, наверное, потерялся.

— Что ты здесь делаешь? — спросил Лэнди, неслышно подойдя ко мне.

— Да так. На могилку свою смотрю.

Маленький разбойник нахмурился.

— В смысле? У нас же не бывает могил.

— Иногда бывают.

— Сэм… Я, конечно, все понимаю, но, может, хватит…

— Точно-точно, хватит! — услышал я позади голос Кифа. С широкой довольной улыбкой он в компании Тима и Боггета приближался к нам.

— Ты в порядке? — спросил я магика.

— В полном.

— А как ты босса локации победил?

— Я его заманил в узкое место и запинал по-быстрому.

— А говорил, что с одного удара его не свалишь.

— Так я и не с одного. К тому же, я сегодня не дрался почти, у меня маны полный бар был, — Киф наконец приблизился к нам вплотную. — О, а ты свою могилку нашел? И как тебе? Прости, поставить памятник как-то руки не дошли. Но, когда мы в следующий раз завалим Проклятого Гуру, можем притащить сюда его череп. Интересно будет смотреться, как думаешь?

Бестактность Кифа отлично приводила в чувства — почти так же, как грубая ругань Боггета. Но самым интересным было то, что я в этом не очень-то и нуждался. Я думал, что испытаю гораздо более глубокие переживания, когда приду сюда. Но я почти ничего не чувствовал. Ну, жил. Ну, умер. Ну, с кем не бывает… Сейчас ведь я стою здесь вполне себе живой. И, кажется, больше ничего не имеет значения.

— Может, надо было цветочков принести? — продолжал вслух размышлять Киф. — Почтить твою, так сказать, память.

— Постойте, так это действительно могила Сэма? Настоящая? — спросил Лэнди. Он не мог понять, правду мы ему говорим или просто дурачимся.

— Ну да.

— Но у игроков же не бывает могил! Только кокон с вещами остается, и все! Ну или надгробие, с которого, опять-таки, можно вещи взять. Только если кокон кто угодно может подобрать, с надгробия можешь забрать свои вещи только ты сам. Я такие видел, эта опция есть у игроков с элитными аккаунтами. А здесь что, настоящие захоронения?

— Хороший вопрос! Можно попробовать раскопать и посмотреть, что там.

— Да ничего там нет, — вступил в разговор Боггет. Он, похоже, принял правила игры Кифа. — За два года все перегнило и растворилось.

— Ничего подобного! — возразил магик. — Здесь климат такой, что труп в земле может долгие годы храниться! Буквально как мумия!

— Откуда, интересно, у тебя такие познания?..

— Сэм, — окликнул меня Тим. — Если ты увидел, что хотел, может, пойдем отсюда?

Я кивнул. Забавно: я смотрел на собственную могилу, но, забыв о ней, вслушивался в разговор своих спутников. Я беспокоился о Кифе. Боггет же не знает то, что знаю о нем я. Все эти шуточки про познания Кифа в области захоронений — как бы они не оказались слишком жестокими для моего друга.

— Идемте, — громко сказал я. — Киф, ты был прав.

— О чем это ты?

— Умирать не страшно. Противно, досадно. Но не страшно, это точно.

Киф посмотрел на меня с удивлением, но ничего не сказал. Боггет только ухмыльнулся. Мы двинулись к выходу из подземелья.

Обратно в гостиницу, точнее, в ее двор, мы вернулись порталом. Заметив кислое выражение лица Лэнди, я спросил:

— Что, у тебя опять не спросили согласия перед переносом?

— Ага.

— Ничего, мы найдем, чем его утешить, — Боггет хлопнул мальчишку по плечу, тот аж пошатнулся. — Пойдем-ка, скинем дроб вендерам. Посмотрим, сколько мы сегодня заработали. Не знаю, как у тебя, а у меня инвентарь битком. — Повернувшись ко мне, Тиму и Кифу, он добавил: — А вы идите в гостиницу. Мы скоро вернемся.

И, панибратски приобняв Лэнди за плечи, Боггет повел его прочь с гостиничного двора в сторону площади и лавок.

— С ним ведь будет все в порядке? — спросил Тим.

Киф фыркнул.

— Да что с ним случится-то? Он же игрок.

— Ага. Но он считает, что мы тоже игроки.

Что ответить Тиму, я не знал. Но я не думал, что нам стоило беспокоиться о Лэнди. Ход мыслей нашего инструктора был мне понятен, и я вполне одобрял его действия.

Следуя распоряжению Боггета, мы отправились в гостиницу. Через некоторое время Боггет вернулся, и он был один.

— А где Лэнди? — спросил Тим.

— Ушел. У него время кончилось. Он же игрок, к тому же с дешевым аккаунтом.

— И что ты ему наврал про нас? — спросил я.

Боггет осклабился.

— Мы тестируем новое оборудование, предполагающее полное погружение пользователей в мир игры. Максимально возможная имитация реальных действий и ощущений. Но это большой секрет.

— Понятно. И ты думаешь, Лэнди в это поверит?

— Уже поверил! Видели бы вы, как загорелись его глаза.

— Ты сказал ему, что он тоже может в этом поучаствовать?

Боггет вдруг стал серьезным.

— Нет. Я что, идиот?

— Извини.

— Я просто разрешил ему играть с нами, если ему этого хочется. В исследовательских целях.

— И какая от этого польза?

— Информация. Пока не знаю, как объяснить ему, почему у нас нет доступа к форумам и чатам, но я что-нибудь придумаю.

— Например, что мы слишком заняты, чтобы заниматься этим?

— Вроде того. Или пусть думает, что это проверка его полезности. А если он не спросит, то и придумывать ничего не придется.

— Форумам? — переспросил Тим, выразительно намекая на то, что ему требуются объяснения. — Чаты?

— Это что-то вроде библиотеки, которая доступна игрокам через интерфейс, — Боггет растянулся в кресле, которое, похоже, становилось его персональным. — Информация там хранится не в виде книг или свитков, а сразу в виде текстов и изображений. А еще в этой библиотеке можно общаться с другими игроками. Но на самом деле это не одна библиотека, а несколько, и все они являются частью огромной, просто бесконечной библиотеки с таким количеством информации, что ее объем не поддается исчислению. Так вот, у нас доступа к этой библиотеки нет. А у Лэнди есть, поскольку он игрок.

— Получается, с его помощью мы можем найти любую информацию об этом мире? — догадался Тим.

— Если такая информация существует, то да, можем.

— Потрясающе.

Боггет кивнул. Он замолчал на секунду, явно набираясь решимости, чтобы заговорить снова, а потом произнес:

— У меня когда-то тоже был доступ к этой библиотеке. Но я его потерял.

— Когда погиб?

— Нет. Когда попал в Безмирье.

В комнате воцарилась минутная тишина. Впрочем, чтобы сложить два и два и получить результат, много времени не потребовалось.

— Боггет, ты был игроком, — сказал Тим. — Ты играл в этот мир и жил настоящей жизнью в своем мире. Так? И у тебя тоже было два тела: реальное и здешнее.

Инструктор кивнул.

— А что случилось потом?

Он пожал плечами.

— Потом я просто попал сюда. И мое цифровое тело стало моим настоящим.

— Цифровое?

— Тело игрока.

— А что случилось с тобой в твоем мире?

— Понятия не имею. Думаю, я там просто исчез.

— И ты никогда не пытался это выяснить?

Боггет помрачнел.

— Если честно, я бы не хотел это узнать.

— Почему?

— Потому что… — он поморщился.

У меня снова возникло это чувство: словно я общаюсь не с человеком старше меня на десять лет, а с ровесником. И теперь у меня были основания полагать, что интуиция не обманывала меня. Если нынешний облик Боггета был плодом этого мира, то и настоящий возраст инструктора мог быть совсем иным.

— А что если ты настоящий лежишь в коме, из которой никогда не выйдешь, да? — заговорил Киф. Боггет посмотрел на него с удивлением, но также в этом взгляде промелькнул испуг. — Или ты умираешь, а это предсмертные галлюцинации твоего сознания, которые вот-вот оборвутся и наступит вечная чернота. Или ты уже умер, и нет никакого рая или ада, и нет никакой надежды на следующую жизнь — все останется навсегда так, бессмысленно и бесконечно, — Киф усмехнулся. — Ариэл частенько говорил о таких вещах в последнее время. Если честно, я думаю, что он потихоньку сходит с ума. Не советую тебе идти по его стопам. Но если ты решишься, у нас есть способ все выяснить. Сэм ведь умеет ходить между мирами и даже способен переводить других.

Боггет нервно сглотнул. Странно было видеть инструктора одновременно таким взвинченным и таким растерянным.

— Нельзя проложить путь в мир, который ты никогда не видел.

Киф поморщился, отмахнулся.

— Ой, дай ему только время, он и не такому научится. Кстати говоря, Сэм… — он достал из инвентаря и протянул мне металлический амулет в форме шестиугольника с крупным красным камнем посередине. Вещица была габаритная, безвкусная, и впечатление усиливала массивная металлическая цепь. Я бы предпочел, чтобы ко мне вернулся мой прежний деревянный оберег. Но Кифа эстетическая сторона явно не беспокоила: — Держи. Это с босса подземелья упало.

«Медальон Кнарха Серого. Уникальная вещь, сетовый предмет. Ограничения по кассу: только для мага. Ограничения по уровню: от сорокового уровня и выше. Состав сета: медальон Кнарха Серого, браслеты Кнарха Серого, пояс Кнарха Серого. Прибавки к характеристикам: плюс десять к интеллекту, плюс двенадцать к скорости восстановления маны, плюс пять к силе ментальных атак».

— Киф, ты ничего не путаешь? Может, это лучше отдать Тиму?

Магик покачал головой.

— Ему не пойдет. Раскрой подробное описание. Эта вещь не для хилера. Она именно для мага.

Подробное описание у меня и так было открыто. Но оно мне ничего не объясняло.

— Не очень понимаю разницу. Но в любом случае я же не маг.

Киф прищурился.

— Ну, это только пока.

В комнате снова на какое-то время стало тихо. Затем Боггет с шумом втянул воздух в грудь.

— Киф прав. Если мы хотим и дальше брать квесты и проходить подземелья, нам нужен маг, раскаченный в сторону нанесения урона противнику. Такой, как Селейна.

— Но ведь лучше нее все равно никого не будет, — тихо сказал я.

— Да, — легко согласился инструктор. — Но за неимением гербовой бумаги пишут и на простой.

— Постой, — я начал кое-что соображать. — Ты хочешь, чтобы я стал магом? — Я посмотрел на Кифа. — Вы оба этого хотите?

— Мне все равно, — сказал Киф. — Главное, чтобы тебе было интересно.

— Мне, по большому счету, тоже, — ответил Боггет. — Но, если мы хотим быть полноценной командой, нам нужен маг-дамагер. Пока что у нас танк в моем лице, начинающий хилер и очень приличный вор. Можем, конечно, позвать в команду мага со стороны. А можем переучить тебя, Сэм. Ты милишник, боец ближнего боя с уклоном в урон. Можно раскачивать тебя и под танка…

— Что это значит? — нетерпеливо перебил Боггета я.

— Я — танк, — он ткнул себя пальцем в грудь. — У меня высокая сопротивляемость практически ко всем видам урона. Я должен сдерживать противника, пока все остальные его лупят. Магией я не владею в принципе. Это не из-за класса или раскачки, это из-за моего… происхождения. Но у меня есть артефакты, и я могу комбинировать классовые навыки так, что это сходит за магию достаточного уровня. А еще для того, чтобы быть танком, нужен определенный склад характера. Не каждый способен сносить удары, когда сдержать противника важнее, чем контратаковать или сбежать. Для этого нужны злость, упрямство и самоконтроль.

— Ну, для любого класса нужен определенный склад характера, — возразил Киф. — У мага должен быть гибкий ум и хорошая память. А вор должен быть немного трусливым и нечестным.

— И что, ты часто врешь?

— Иногда вру, да, — Киф подмигнул. — Но чаще просто не договариваю.

— А вообще что такое «танк»? — спросил Тим.

— В моем мире так называют металлические боевые машины, которыми управляют люди, — ответил Боггет. — Страшная сила даже в одиночку.

— Вот и я о том же, — снова встрял Киф. — Если у нас уже есть один танк, зачем нам второй?

— Второго не надо, — согласился инструктор. — А вот маг — да, нужен. И именно специализирующийся по урону, чтобы Тим мог сосредоточиться на лечении. Тим, не сочти, что я тебя недооцениваю. Как лучник ты очень хорош, да и другими талантами не обделен. Просто есть вещи, которые невозможно совмещать.

Тим кивнул.

— Я понимаю. Это как если бы лекарством занялся Киф.

— Именно!

— Эй, я, вообще-то, кое-что в этом плане умею, вы же знаете!

— Но ты не хилер. Хотя да, что у Тима, что у тебя, по сути, гибридная раскачка. Ты же не столько вор, сколько ассасин.

— Я вор, не оскорбляй меня!

— А еще у тебя есть магические скилы, верно?

— Даже не думайте об этом! Я на мага переучиваться не собираюсь.

— А тебя никто и не заставляет. У нас ведь есть Сэм.

— Простите, но у меня крайне скромные способности в области магии, — наконец заговорил я. То, о чем говорили Боггет, Киф и Тим, одновременно и смущало, и притягивало меня. — Я могу использовать только низкую ведьмачью магию, да и то не очень эффективно.

— И это говорит человек с навыком «Слова», способный создавать коридоры между мирами, — Киф картинно закатил глаза. — О том, как ты с твоей подружкой чистой силой лупите, я вообще молчу.

— Насчет «Слова» ты мне сам говорил, чтобы я был осторожнее при его использовании. Коридор между мирам не боевой навык, как ни крути, и оба они поглощают ману так, что очень быстро ничего не остается. А моя ведьмачья магия ни в какое сравнение не идет с тем, что умеет Селейна.

— Маны у тебя мало, потому что интеллект низкий, — пояснил Боггет. — Вот вложишь в него очки опыта… Сколько их у тебя, кстати?

— Сто шестьдесят пять.

— Отлично. А у тебя, Тим?

— Сто сорок пять.

— Замечательно! Эти очки нужно распределить по основным характеристикам, за счет этого увеличатся объемы баров маны и здоровья и дополнительные параметры изменятся. Только делать это надо с умом, — Боггет потянулся роскошно, как сильный и спокойный дикий зверь. — Тим, ты что-нибудь хотел бы изменить в своей раскачке?

— Я хотел бы узнать, как можно ее улучшить.

— Хорошо. А ты, Сэм? Готов стать магом?

Никогда не думал, что услышу такой вопрос.

— Я не уверен, что у меня получится. Моя сила…

— Твоя сила в Безмирье никак на это не влияет. Здесь магия, как бы объяснить… Часть механики мира. Как и все остальное, кстати. Если сейчас все очки опыта Тима вложить в силу, он тобой стенку пробьет с одного удара. Понимаешь? Есть очки опыта — можешь вложить их во что угодно. Для мага важен интеллект. Чем выше этот показатель, тем объемнее бар маны и тем сильнее и разнообразнее заклинания ты можешь использовать. А сами заклинания изучаются у мастеров, по книгам или просто покупаются на свитках. А еще, если станешь магом, мечом махать ты не разучишься, хотя придется подумать, какие в дальнейшем навыки брать и как их сочетать. И с экипировкой могут быть сложности.

— Я знаю. Селейна говорила, что здесь маг не может носить тяжелую броню.

— Ну так и не будешь. Ты ее и сейчас-то не стремишься носить. А надо будет — придумаем что-нибудь, не переживай.

— Я не переживаю, но…

— Так ты согласен?

Мне не хотелось отвечать. Я понимал, что Боггет и Киф говорят разумные вещи. Если мы не хотим брать в наш отряд кого-то со стороны, кто-то из нас самих должен стать магом. Моя кандидатура на эту роль выбиралась методом исключения. У Боггета не было способности к магии, к тому же у него, как и у Кифа, класс был уже сформирован. Тим в отношении магии был куда талантливее, чем я, но хилер нам был нужен тоже, а на поддержку и атаку одновременно никаких сил не хватит. И я бы согласился — если бы Боггет на меня так не давил. «Вот бы Селейна вернулась», — подумал я. У нас ведь даже была одна свободная комната — как раз для нее.

Словно услышав мои мысли, Боггет прикрыл глаза и произнес:

— Ладно, Сэм. Извини. Не хочешь — так не хочешь.

— Я хочу, — это было правдой.

Боггет приоткрыл один глаз.

— Тогда в чем дело?

Все в том же.

— Я не думаю, что справлюсь.

Боггет усмехнулся.

— Пока не попробуешь — не узнаешь. Но я тебя могу заверить, что все получится. Механика мира универсальна. Киф, хоть ты скажи ему…

— А что я могу сказать? Я ему амулет мага уже отдал, — запрокинув голову, он добавил: — В инвентарь не клади только. Чтобы он работал, он должен быть экипирован. Могу и еще что-нибудь подкинуть, у меня есть. Хочешь, покажу, Сэм?

Я сдался.

— Ладно, давайте попробуем. Что от меня требуется?

— О, это уже разговор по делу! — Боггет повеселел. — Для начала закажем еды и выпивки. А потом сядем и рассчитаем для тебя, Сэм, и для Тима правильное распределение очков характеристик и прикинем, какие навыки и заклинания вам понадобятся.

— И как сделать так, чтобы они друг с другом не конфликтовали, — добавил Киф. — Это работа до ночи, Боггет, так что закажи еды побольше.

— Мы сегодня неплохо заработали, так что можем даже пирушку закатить, — ответил инструктор. Хорошее настроение не покидало его, и мне было немного неловко из-за того, что он так радуется моему согласию. — Хоть до ночи, хоть на всю ночь.

Боггет как в воду глядел: до темноты с расчетами и схемами раскачки мы не уложились. Я и Тим уже клевали носами, а Киф и Боггет все еще спорили, составляя все новые и новые варианты. Они так увлеклись, что говорили едва ли не на птичьем языке, изобиловавшем терминами и жаргонными словечками. Говорили они быстро, и мы с Тимом их почти не понимали, несмотря на подсказки языковой системы Безмирья. Наконец Боггет заметил, что от нас никакого толка, и нас отправили спать.

К тому моменту, как это случилось, голова у меня гудела так, что я, не вдумываясь, последовал бы любой инструкции Боггета, какую бы они мне ни дал. Но стоило мне лечь в постель, как я понял, что устал не настолько, чтобы спать. Наверное, дело было в голосах Боггета и Кифа: они звучали убаюкивающе. Теперь же, в тишине, я снова слышал собственные мысли, и сон отступал.

Я стал думать о прошедшем дне. Вылазка, предпринятая сегодня, была более чем опрометчивой: нас было всего пятеро, без мага атакующего подкласса, к тому же наш новенький разбойник не отличался большой силой, а у меня все еще были ограничения на количество наносимого урона из-за того, что я погиб. И все же я ни о чем не жалел. Маленький столбик с перекладиной — мне нужно было это увидеть. А то мне казалось, что меня разыграли каким-то особенно жестоким способом и я не знал, кого в этом винить.

С тех пор, как я в очередной раз пришел в себя в домике Боггета, я не единожды пытался вспомнить обстоятельства своей смерти и то, что было потом, в течение следующих восьми месяцев. Я ничего не помнил об этом времени, более того — я, как ни старался, не мог ощутить, что это время прошло. Я осторожно подкрадывался к черной дыре в моей памяти и испытывал беспричинное чувство тревоги, которое нарастало по мере того, как я пытался вспомнить хоть что-нибудь. Потом, если я осмеливался двигаться дальше, холод сочащегося из этой черноты ужаса все-таки вынуждал меня остановиться. Но, как бы далеко я ни заходил, ощущение прошедшего времени все равно не появлялось. Я словно уснул накануне и проснулся с утра и теперь пытался вспомнить ночной кошмар, оставивший ощущение страха, но накрепко забывшийся при пробуждении.

Вот и теперь, лежа в постели, я решил сделать это снова. Закрыв глаза, я устремился вглубь черноты, поселившейся внутри меня, и, как и много раз до этого, почувствовал тревогу. Казалось, если сосредоточиться на этом ощущении, можно было почувствовать, что оно гладкое и прохладное. В какой-то момент тревога переходила в страх. Он тоже был прохладным и гладким, но немного липким, и чем плотнее он становился, тем тяжелее было дышать. Я лежал на постели и в то же время двигался — медленно шел в непроглядном мраке. Страх нарастал, перерождаясь в мерзкий, унизительный ужас. Я уже доходил до этого — до состояния, когда разум готов вывернуться наизнанку, лишь бы перестать осознавать все это. Меня тянуло назад, прочь из этой темноты, в постель, где, дожидаясь нисхождения благостного сна, лежит мое тело. Но мне так хотелось продвинуться хотя бы еще чуть-чуть вперед…

Мне кажется, я физически сделал этот шаг — и очутился в темноте полностью. То есть, я забыл о том, что лежу в постели, и в полной мере почувствовал себя стоящим в темном пустом пространстве. Страха не было — его как отрезало. Темнота, как при использовании навыка, была зыбкой, я чувствовал это всем своим существом. А передо мной в этой зыбкой, податливой темноте… От удивления я очнулся, открыл глаза. Но и наяву я увидел перед собой то, что, как я думал секунду назад, мне просто снится. Ощущение зыбкости мира постепенно отступало, оставляя ощущение влажной прохлады на коже — словно кто-то медленно стаскивал с меня невидимое шелковое покрывало. Я все еще лежал в постели, а в воздухе надо мной висела сложная печать с голубыми светящимися символами. Я действительно уже видел ее раньше. Теперь я наконец-то вспомнил, где и когда это было.


Глава 35. Питомец для Тима и новое приключение для всех (1)


Наутро я проснулся рано. За окном едва брезжил рассвет, все мои соратники еще спали — Боггет и Тим в своих комнатах, а Киф прямо в гостиной, свернувшись на одном из кресел трогательным клубочком. После вчерашнего ужина и дебатов здесь царил хаос, но убираться, пока все еще спят, я не решился. Я умылся, вышел во двор. Жалко, что с нами не было Рейда — даже спарринг устроить было не с кем.

— Привет! — раздался вдруг рядом со мной незнакомый голос. — Скучаешь?

Я повернулся и увидел парня немногим старше меня. Он был темноволосым, с веселыми глазами. Игрок, сорок четвертый уровень. Ник необычный: Ладноок Яснопонятно.

— Привет. Ага.

— Мне тоже скучно. Ты мечник? Как насчет ПВП?

— Давай.

«Игрок Ладноок Яснопонятно предлагает вам дружеский поединок. Принять предложение? Да/Нет». Я принял вызов и достал из инвентаря меч и щит. Убирать их туда было куда удобнее, чем постоянно таскать с собой.

Хорошего поединка не получилось: парень вынес меня третьим же ударом, угодившим мне прямо в грудную клетку. Странно это было — видеть, как меч противника пробивает тебя насквозь, но чувствовать только легкое жжение. Хоть Киф и говорил, что на дуэли погибнуть нельзя, они безопасны, несколько неприятных мгновений я все же пережил. Но в том месте, где должна была быть рана, всего лишь возникло неяркое зеленое свечение, да и оно быстро исчезло. Следа от удара мечом не осталось даже на одежде. Ладноока столь быстрое мое поражение явно смутило.

— Ты чего?

— Не проснулся еще.

Второй раунд был не намного лучше первого: хоть я и продержался чуть дольше, Ладноок победил. В технике боя я ему не уступал, но он был сильнее и быстрее меня, и сократить разрыв мне не удавалось, даже используя ускорение и усиление. В общем, пока я берег свои очки опыта, этот парень, как и полагалось игроку, вложил их в силу, ловкость и удачу, и, хотя по уровням мы были практически равны, в честном бою мне было нечего ему противопоставить. На этот раз, если бы механика мира не сработала, я бы лишился руки и умер от раны в боку.

— Извини. Я сегодня, кажется, не в форме.

— Ничего, — парень убрал меч в ножны. — У тебя интернет медленный, да? Поверь, это не повод для комплексов. Разрешение скинь до минимума, тогда быстрее прогружаться будет. Но графика, конечно, будет уже не та. Ну, бывай! — он помахал мне рукой и скрылся из виду.

— Что, еще одного друга-игрока завел? — спросил Тим, спускаясь с крыльца.

— Нет, — я повернулся к нему. — Доброе утро. Просто мне было интересно, насколько очки опыта влияют на характеристики.

— Доброе. И как прошел эксперимент?

— Удовлетворительно. Мечник моего уровня с распределенными очками легко меня вынесет, если я не использую дополнительные навыки. — Я вспомнил, что окна комнаты Тима выходят на гостиничный двор, и спросил: — Мы тебя разбудили своей возней?

— Нет. Я в личной комнате спал, туда ни единого звука не проникает.

Мы вернулись в гостиницу и, поскольку Боггет и Киф проснулись тоже, принялись наводить порядок в нашей общей комнате. Следовало убрать этот бардак хотя бы для того, чтобы за завтраком развести новый.

— Ну, так что вы придумали для нас с Сэмом? — спросил Тим.

— С тобой все более-менее просто. Всего несколько вариантов, да и те однотипные. Вот, взгляни, — Киф протянул Тиму пачку исписанных и изрисованных листков. — А с Сэмом сложнее. Вариантов тоже несколько, но они очень разные, и достаточно далеко путь развития персонажа просчитать не получается, — мне тоже досталась кипа бумаг. — Выбирайте. Хотя, если вам обоим ничего из этого не придется по душе, мы придумаем что-нибудь еще.

— Если что-то непонятно, спрашивайте, — предложил Боггет.

Я и Тим дружно углубились в изучение записей. Через какое-то время я услышал голос Тима:

— Мне все нравится, но я хотел бы внести кое-какие изменения. Если я сделаю вот так, это ничего не испортит, как считаете?..

Сам я не мог похвастаться такой решимостью. Варианты, предложенные мне Боггетом и Кифом, были хороши, но выбрать из них какой-то оказалось сложно. Один, правда, был практически идеальным: я мог выбрать класс паладина и сочетать магию и силовые приемы. Но стоило мне об этом подумать, как на память приходил Арси, следующий за Черным Принцем. Я понимал, что это не должно меня останавливать, и все же не мог преодолеть своих эмоций. Вторым очень хорошим вариантом был подкласс рыцаря света, какой был у Адельвайса. Он был ориентирован на физические атаки, которые можно было подкреплять магией, причем перспективы их развития и улучшения рисовались колоссальные. Но все же это было не совсем то, чего от меня ждали мои спутники. Я просмотрел остальные варианты и вернулся к тому, что был третьим. Он предполагал выбор класса мага, причем возможности совмещать магические и физические навыки и усиливать одни другими он почти не давал, чем сильно уступал первым двум вариантам. Однако именно этим он меня и привлек. Как ни странно, этот вариант соответствовал тому плану, который я когда-то изложил Лэнди: постепенное освоение не противоречащих друг другу навыков совершенно разных классов. Почему бы не начать приводить его в действие?

Кроме того, выбор характера магии оставался за мной. Подробнее изучив записи, я понял, что могу выбрать магию двух природных элементов — основного и дополнительного — и еще один вид магии неэлементального типа. В качестве магии природных элементов я остановился на огненной магии как основной и воздушной как дополнительной. Мой выбор основного вида магии объяснялся довольно просто: я видел ее в действии, не сомневался в ее эффективности и рассчитывал на то, что знакомый мне специалист по ней — конечно же, Селейна — найдет время, чтобы обучить меня ее азам и хитростям. Так у нас будет причина видеться чаще. Что касается вида дополнительной магии, то комбинировать его с основным можно было только по определенному принципу. Так, вместо воздушной магии я мог выбрать магию земли, но не воды, потому что водная магия противоречила огненной. Я счел, что огонь и воздух отлично подойдут друг другу.

В отношении магии неэлементального типа у меня были следующие варианты: магия света, магия тьмы, бытовая магия, некромантия и ментальная магия. Я мог вовсе отказаться от стихийной магии и выбрать два типа магии из этого перечня, среди расписанных на листках вариантов были и такие. Но это бы фактически полностью лишило меня возможности еще хоть как-то развить мои навыки воина. Поэтому я углубился в изучение пояснений к этим видам магии. Из кратких замечаний я узнал, что магия света — это все виды прибавки к характеристикам, или бафы, и вызов сущностей, которые могли бы оказать поддержку. Подклассом в такой магии был жрец, и не составило труда догадаться, что именно такой магией владела Айна. Правда, у нее наверняка было что-то еще — например, из магии тьмы, хотя я пока не знал, можно ли их сочетать и, если можно, то как это делать. Магия тьмы, соответственно, представляла собой дебафы — проклятия, снижающие характеристики противников. Также она включала вызов темных сущностей вроде злобных духов или демонов. Бытовая магия была идеальным решением для крафтера, мне она не подходила. С некромантией я связываться не хотел, я не стал даже читать пояснения, относящиеся к этому виду магии — с меня и так было достаточно маленького холмика в долине между двумя подземельями. Впрочем, все предыдущее я прочел только из уважения к работе Боггета и Кифа. Еще даже не дойдя до соответствующего пояснения, я выбрал ментальную магию. И мое решение диктовалось не только тем, что у меня уже было «Слово» — строго говоря, этот навык не в полной мере укладывался в направление ментальной магии.

Может, не стоило пытаться освоить этот довольно сложный, трудоемкий и потому непопулярный вид магии. Это было нерационально — ведь еще вчера я не чувствовал никакой уверенности в том, что у меня вообще получится хоть что-нибудь. Но мне было интересно, что я смогу сделать — как с ее помощью сумею повлиять на своих врагов и помогу соратникам. Да и та голубая печать внутри моего сознания — что-то мне подсказывало, что это имеет отношение к ментальной магии. Кроме того (как я узнал, все-таки снизойдя до пометок на полях страницы), этот вид магии подразумевал работу с информацией. А информация была очень важна в Безмирье — особенно для таких как мы.

— Ну, что, выбрал? — нетерпеливо спросил Боггет, заметив, что я закончил перебирать листки и глубоко задумался над одним из них. Я поднял взгляд и обнаружил, что и Боггет, и Киф выжидающе смотрят на меня. Я вытащил из пачки страницы, на которых был расписан выбранный мной вариант, и помахал ими. Киф и Боггет переглянулись, и Боггет злорадно осклабился.

— Вы опять на меня спорили! — догадался я.

— Ага. И тощий проиграл. Он думал, ты выберешь пала.

— Пала?

— Паладина. Или, в крайнем случае, рыцаря света. Но я-то знаю тебя получше, — Боггет толкнул под ребра Кифа. Тот покачнулся, стараясь сохранять невозмутимость, хотя выражение его лица было кисловатым.

— Считай, что я тебе поддался. Нельзя же все время выигрывать.

Я улыбнулся — я совсем не сердился на них. И я был рад тому, как они поладили.

— А что ты выбрал, Тим?

— Стану полноценным баффером, как и собирался, — сказал он. — Уклон в лекарство и поддержку. Но лук не брошу, это мое. А стихийную магию я изучать не буду вообще. Попробую объединить магию света и бытовую.

— Бытовую? — удивился я.

— Ага, — подтвердил Киф. — Это его собственная идея.

Я хотел спросить, почему Тим решил сделать такой выбор, но понял, что уже знаю ответ: если я хоть в чем-то разбирался, бытовая магия в сочетании с его интересом к конструированию и одной уже выбранной профессией даст прекрасное сочетание — маг-артефактор.

— У меня мастер-статус в профессии ювелира, — сказал Киф. — Я подучу тебя.

Тим выглядел довольным — он явно был рад тому, что его усовершенствование плана одобрили.

— Ага, — согласился Боггет. — Но сначала нам придется закупиться свитками с заклинаниями. На несколько штук денег хватит, но это едва покроет базовый уровень освоения магии, а нам нужен, как минимум, продвинутый. Киф, может, тряхнем инвентарями?

Магик пожал плечами.

— Я не против. Но я бы с большим удовольствием сходил в рейд. Знаешь, в какое-нибудь стоящее местечко…

Инструктор закатил глаза.

— Опять ты за свое…

Тут я обнаружил, что мне пришло письмо от Лэнди.

— Наш маленький разбойник снова разыскивает нас, — доложил я. А затем с некоторым недоумением добавил: — Боггет, он пишет, что выполнил твою просьбу. О чем ты его просил?

Инструктор самодовольно заулыбался.

— Киф, ты хотел рейд? Будет тебе рейд, — сказал он.

Когда через пару минут к нашей компании присоединился Лэнди, все встало на свои места.

— Ты же хотел питомца, верно? — спросил Лэнди у Тима. — Насколько я понял, обычные питомцы вроде тех, что можно взять у вендеров, вас не интересуют, а те, что на аукционе, слишком дорогие для вас. Я подобрал несколько квестов, которые помогут получить уникального питомца. Вот, держите, — и он переслал нам довольно много записей, снабженных очень реалистичными иллюстрациями. Какое-то время мы их изучали.

— Там можно грифона получить — правда, квест довольно сложный, многоступенчатый, — Лэнди наскучило сидеть в тишине, и он заговорил снова. — Есть квест на археоптерикса — это птица, хотя больше похожа на летающую ящерицу, по-моему. Раскачка долгая, но в итоге помощник будет сильный. Может на себя урон принимать, так что для мага хороший вариант. А можно завести ктулха. Они прикольные, на осьминожек похожи, только в воздухе плавают и мозги высасывают. Ментальный дамаг, в общем. А еще…

— Я хочу собаку, — проговорил Тим.

— Просто собаку? — удивился Киф. — Да ее же можно в лавке купить, хочешь — щенка, хочешь — взрослую. Но зачем тебе обычная собака? Я думал, ты хочешь что-то особенное.

Я передвинул на панели перед собой послание Лэнди так, чтобы видеть, о чем говорит Тим. Речь шла о небольшой лайке белого цвета с умной и милой мордашкой.

— Я хочу собаку, — упрямо повторил Тим. — И она не будет обычной. — Он посмотрел на Лэнди. — Ты знаешь, где это место?

— Имеешь в виду, могу ли я туда портануться? В саму локацию — нет. Но я бывал в городке неподалеку, так что смогу вас провести.

— Хм… — Боггет внимательней вчитался в описание предполагаемого питомца. — Вообще-то, вариант неплохой. Собака компенсирует твою уязвимость во время каста. По крайней мере, от нападения с ближней дистанции она тебя защитит. Я только не понимаю, как она попала в твой список, Лэнди.

— О, я так увлекся, что решил обзор сделать, — с гордостью сказал маленький разбойник. — Я вам потом ссылку кину, оцените. А пока я собирал информацию, наткнулся на упоминание не очень популярных, но интересных квестов, связанных с питомцами. Этот, который на собаку, вообще-то цепочка, причем начинается с простой социалки, а кончается полным трешем. На этап социалки достаточно минимального уровня, а вот до конца не дойдешь, если ты ниже тридцатого, к тому же в одиночку квест не сделать. В общем, он для тех, кто хочет результат сразу. Такое не бывает популярным. Но зверушка того стоит, я думаю. Если вы готовы, можем пойти прямо сейчас.

Тим, кажется, был только за такой поворот событий, но Боггет произнес:

— А как насчет завтра, Лэнди? Завтра ты свободен? Сегодня у нас есть кое-какие дела.

— Ладно, — легко согласился Лэнди. — Завтра так завтра. Встречаемся в это же время?

— Если тебе удобно.

— Мне удобно! Тогда сегодня я пошел?

— Да. Спасибо за все.

— Не за что, — Лэнди направился к двери. На прощание он напомнил: — Обзор посмотрите обязательно!

— Что за питомец, расскажите хоть, — попросил Киф, когда Лэнди ушел.

— Белая лайка с голубыми глазами, — ответил Тим. — Среднего размера, шерсть гладкая, хвост колечком. Активная, выносливая, быстрая, отлично развиты слух, зрение и нюх. Хороший компаньон и охотник. Послушная, исполнительная, напугать практически невозможно.

— И что в этом необычного? Можно было бы выбрать питомца, который усиливал бы тебя во время боя или принимал на себя урон.

— Я такое существо просто призвать могу, когда захочу, — возразил Тим. — То есть, пока не могу, но смогу со временем. А собака будет со мной постоянно.

— И что?

— Не догадываешься? — спросил Боггет. — Быстро обучаемый сторож и охотник с резистом к ментальным атакам. А еще компаньон и активный помощник.

Я бы к этому добавил, что Тим просто не способен завести питомца, которому пришлось бы переносить урон вместо него самого.

Киф вскинул руки ладонями к нам.

— Вы так говорите, будто бы я имею что-то против!

— А что, нет? Вообще-то, на это похоже!

— Вообще-то нет! Мы же не мне питомца заводим.

— А что, ты тоже хочешь питомца? — спросил я.

— Конечно!

— И какого же?

— Дракона, разумеется!

— Киф, ты сам как питомец! — заметил Тим. — По крайней мере, Сэму все время приходится тебя кормить!

— Это не так! — возразил я. — Вообще-то, я не один этим занимаюсь.

Киф насупился, моя компания залилась смехом.

— Кстати, может, правда поедим? — предложил вдруг магик. — А то у нас сегодня еще много дел.

— Вот, я же говорил! Повремени пока с питомцем, Киф. Двух драконов мы не прокормим.

Тим и Боггет рассмеялись снова. А Киф вдруг посмотрел на меня как-то странно — почти испуганно. Но буквально через мгновение веселость вернулась к моему другу.

— Давайте есть уже! — потребовал он.

После завтрака мы приступили к тем самым делам, о которых говорили Киф и Боггет. Они заключались в распределении очков опыта. Тим вложил в интеллект почти все свои очки, оставив немного для ловкости и удачи, и наконец-то выбрал класс. У меня в интеллект ушло чуть больше половины очков. Остальное я распределил по другим характеристикам. Класс выбирать не стал. Не буду этого делать, пока не возникнет острая необходимость.

— Ну, что, можем идти?

— Не так быстро, Сэм, — Боггет попивал квас из большой деревянной кружки и никуда не торопился. — Тебе сначала научиться ходить нужно.

— В каком смысле?

— Встань.

Я встал. Голова закружилась, я будто бы приподнялся над полом, а потом оказался сидящим на нем. Впрочем, так и было: вместо того чтобы просто встать, я умудрился подпрыгнуть и от неожиданности упал.

— Что это было?

— Результат распределения очков по силовым характеристикам. У тебя теперь на каждое действие будет уходить намного меньше усилий. Если будешь двигаться, как раньше, все вокруг поломаешь и сам покалечишься.

— И что мне делать? — я осторожно поднялся с пола.

— Учись двигаться правильно. Ели бы ты распределял очки опыта постепенно, то рост характеристик почти не ощущался бы. А так ты стал более сильным очень резко. Но ты не переживай, ты быстро привыкнешь. Я же — видишь? — ничего не ломаю. Если, конечно, это не является моей целью, — и он снова приложился к кружке с квасом.

Я аккуратно повел рукой по воздуху. Никаких отличий от того, как рука двигалась раньше, я не ощутил.

— Давай помогу, — Киф спрыгнул со своего места и подошел ко мне.

— Эй, не здесь! — крикнул Боггет.

Но было поздно. Магик ринулся на меня, я инстинктивно уклонился и снова оказался на полу, на этот раз опрокинув табурет. Чувствовал я себя странно: я словно был марионеткой, способной двигаться самостоятельно, но при этом кто-то все равно дергал меня за ниточки, увеличивая силу и амплитуду движений. Это сбивало с толку. Тело было будто бы не совсем мое.

— Вставай, — потребовал Киф. — И попробуй меня поймать.

— Киф! — возмутился Боггет.

— Да ладно тебе! У него сопротивляемость к физическому урону тоже должна была повыситься, так что не убьется.

— Можете хоть оба убиваться. Но вы же тут все разнесете!

— А, ну, это да. Ну и что? Сэм, хватит валяться, поднимайся!

Я как раз пытался встать так, чтобы снова случайно не прыгнуть. Нарушения чувства равновесия не было, но в остальном было непросто.

— Запомни эти ощущения и то, как ты с ними справляешься. Если на тебе окажется усиливающая экипировка с большой прибавкой к характеристикам, будет примерно то же самое.

Я наконец встал, шагнул к Кифу, подаваясь вперед. На этот раз я сумел удержаться на ногах.

— Вот, неплохо! — магик отступил на пару шагов, не глядя запрыгнул на спинку дивана. Я вспомнил, как он порхал по пещере Проклятого Гуру.

— Киф, сколько у тебя в ловкости?

— Секрет! Поймаешь меня — может, скажу!

Краем глаза я заметил, как Боггет закрывает ладонью лицо.

Поддаваться на провокацию Кифа я не намеревался. Просто подошел и осторожно сел на диван. Киф рассмеялся и плюхнулся рядом.

— Ты двигаешься, будто бы ты хрустальный и все вокруг хрустальное тоже. Это перебор.

— Знаю. Но я не понимаю, как рассчитать силу движения. Я ее не чувствую.

Магик хлопнул меня по плечу.

— Боггет правильно сказал, ты привыкнешь, и быстро. Просто не думай об этом. Давай потренируемся еще.

Он вскочил с дивана, я встал следом. Запоздало заметил, что на этот раз проблем не возникло. Я рассчитал усилия машинально, с учетом предыдущего опыта. Кажется, я начал понимать, что от меня требовалось…

— Вашу мать! — воскликнул Боггет, когда мы все-таки перевернули стол. Он успел подхватить кувшин с квасом, но все остальное полетело на пол. Киф заливисто хохотал надо мной, растянувшимся на остатках мясной подливки.

— Сэм, у тебя здоровье просело, — заметил Тим.

— Я запястье потянул, кажется. Но этого типа я все равно достану!

— Не достанешь!

Киф юркнул за спину Боггета.

— Слушайте, может, на улицу пойдете играть в догонялки?

Я попробовал ухватить Кифа за лодыжку, но тот увернулся и ловко подставил вместо себя табурет. Мои пальцы стиснули его ножку. Дерево хрустнуло и обратилось в щепки.

— Если мы выйдем на улицу, весь город соберется посмотреть на это представление. Сэм же потом умрет со стыда! Ты этого хочешь?

— Я хочу, чтобы вы угомонились! Оба!

Я предпринял еще одну попытку достать Кифа и снова потерпел неудачу.

— Может, я тебе помогу, Сэм? — предложил Тим, занося руку для магического пасса.

— Двое на одного? — притворно возмутился Киф. — Так не честно!

Боггет осклабился.

— Черт с вами! Двое против двоих!..

Как мы не разнесли гостиницу, остается загадкой. С грохотом, криками, ругательствами и смехом, отпуская шуточки, мы носились по комнате, словно дети. Я был самым неуклюжим, но было заметно, что и Тиму тоже нужно приноравливаться к обновленному показателю своей ловкости. Боггет делал вид, что пытается достать меня. Киф, как всегда, дурачился. Поймать его я так и не смог, зато все-таки сбил со спинки дивана, запустив в полет подвернувшуюся под руку подушку. Рассчитывать силу замаха, как и прочих движений, я уже был вполне в состоянии. Наконец все мы выдохлись и распластались на полу среди устроенного нами бардака.

— Придурки, — закрывая глаза локтем, прошептал Боггет. — Полные придурки…

Затем последовал поход в магическую лавку за свитками с заклинаниями, после которого Боггет отвел нас во двор гильдии, оказавшийся неожиданно большим и отлично расчищенным. Однако здесь было совсем не людно: в углу двора, около поленницы под большими раскидистыми деревьями, стояли, переговариваясь, два крепких местных мужика, а у глухой задней стены здания гильдии, вдоль которой располагалось несколько макивар, находился игрок. Заняв место у одной из макивар, он атаковал ее с помощью магии, затем менял экипировку и атаковал снова.

— О, тебе это тоже предстоит, Сэм, — заметил Боггет. — У всех, кто хочет сочетать магические и физические атаки, очень тонкий баланс между уроном и экипировкой. Сам в этом убедишься, когда потренируешься на одной из этих штук.

— А Тим? — спросил я.

— А Тим будет тренироваться на тебе!

Мы прошли к дальней стороне двора, и Киф немедленно забрался на остатки толстой красной каменной кладки, которые, наверное, когда-то были одной из стен здания. Сверху он мог обозревать весь двор и комментировать происходящее. Для полноты картины не хватало чего-то, что Киф мог бы жевать. Он тоже запоздало понял это и погрустнел. Но я предвидел такой поворот событий и протянул ему несколько бутербродов, прихваченных из гостиницы. Инвентарь сохранил их теплыми.

— Держи, — в свою очередь Боггет протянул мне свиток. Тиму новые свитки он уже отдал. — Начнем с него. Это заклинание из школы магии огня. Простое, контактное. На первом уровне это «Лепесток пламени». Прокачаешь до третьего — превратится в «Огненную вспышку». Бросить это заклинание ты не сможешь, но подожжешь все, к чему прикоснешься. Давай, изучай.

Изучить заклинание оказалось совсем несложно. Как только я взял свиток в руки, он распознался и появилась надпись: «Желаете изучить данное заклинание? Да/Нет». Я выбрал «Да», и у меня появился еще один значок на небольшой вертикальной панели справа. Еще один — потому что два там уже было. Насколько я понимал, там были символически обозначены «Слово» и мой странный «Вход в».

— Сделал. Что дальше?

— Просто вытяни руку ладонью вверх и активируй заклинание.

Я последовал инструкциям Боггета и удивился, как быстро и легко получил результат. Как только я мысленно утопил значок, на моей ладони вспыхнул крошечный огонек — действительно, «лепесток» пламени. Он совсем не жегся, только мана постепенно начала убывать.

— Погаси.

— Как?

— Сожми ладонь.

Я послушался, и пламя погасло.

— Тим, твоя очередь. Восстановление маны и сокращение времени отката заклинания.

— Понял, — мальчишка потянулся за посохом.

Так мы развлекались какое-то время. Я прокачал заклинание до второго уровня, и оно превратилось в «Огненный цветок» — теперь я мог держать на ладони целый венчик из лепестков пламени. Потом Боггет решил изменить правила игры. Он заставил меня экипироваться и использовать заклинание снова. К моему удивлению, «Огненный цветок» снова превратился в «Лепесток огня».

— Понял, как это работает? — спросил инструктор. Затем он повернулся к Тиму. — Баф на магический урон.

— Есть.

Доля секунды — и в моей ладони снова целая горсть огоньков.

— Думаю, принцип понятен, — сказал Боггет. — Сэм, вот остальные заклинания. Изучай, прокачивай.

Мне досталось заклинание ментальной магии, еще одно заклинание огня и заклинание воздуха. Заклинание ментальной магии должно было заставить противников остолбенеть от страха. Оно называлось «Аура ужаса» и действовало не на конкретного врага, а на площади определенного радиуса, который должен был увеличиваться вместе с моим ростом в уровнях. Огненное заклинание было способно сдержать противника и при этом наносило ему урон. Оно тоже было трехступенчатым: начиналось с «Огненных шипов», продолжалось «Огненными терниями» и заканчивалось «Стеной огня». Воздушное заклинание не было связано с левитацией, как я втайне надеялся. Это был «Воздушный щит», которым при умелом использовании можно было не только защититься, но и ударить. Что именно было у Тима, я не спрашивал, но не сомневался в том, что и ему Боггет подобрал заклинания грамотно.

Я довольно быстро прокачал «Огненные шипы» — красивое заклинание, предстающее в виде тонких огненных веток, из которых росли ярко-алые шипы, — и научился управляться с «Воздушным щитом». Меня поражало то, с какой легкостью мне давалась магия. Поражало — и расстраивало. Так всегда бывает: если прикладываешь недостаточно усилий для достижения результата, он перестает казаться значительным. В моем же случае прикладывать усилия не приходилось вовсе — механика мира все делала за меня.

Когда мы освоились с тем, чему научились, а Киф, заскучав, едва ли не заснул прямо на стене, инструктор заговорил снова.

— Так, а теперь попробуем сделать то, что Лэнди назовет читерством, если увидит, — оглянувшись и убедившись в том, что игрок покинул двор, произнес Боггет. — Сэм, доставай свой «Лепесток» и опускай его на землю.

Я послушался. Огонек вспыхнул на ладони и легко перекинулся на землю, когда я прикоснулся к ней. Он по-прежнему тратил ману, которая сгорала в маленьком ярком пламени.

— Славно. А теперь сосредоточься и заставь его двигаться.

Я не понял.

— Как?

— Как хочешь. Можешь просто сдвинуть пламя с места, можешь сделать огненную дорожку.

Я нахмурился. Могу, значит?..

Я постарался сосредоточиться и толкнуть пламя силой мысли. Никакого результата. Тогда, может, стоит воспользоваться маной?.. Огонек заплясал выше и ярче, но с места не сдвинулся. Когда я увеличил количество маны еще, он почти что превратился в «Огненный цветок», но других изменений не последовало.

— Не так, Сэм, — сказал Киф. Он сел, свесил ноги со стены. — Вспомни, как ты управляешь своими навыками. Не с помощью интерфейса, правда? Ты делаешь это интуитивно. Тебе ведь не нужно нажимать на кнопку, чтобы поднять руку. Попробуй сделать то же самое с заклинаниями.

— Хочешь сказать, можно управлять заклинанием как навыком?

— Не просто можно, но и нужно, — магик спрыгнул со стены, потянулся. — Вообще-то, игроки управляют своими навыками точно так же, как заклятьями, то есть с помощью интерфейса. У тебя там панель быстрого доступа к заклинаньям должна быть. Место на ней ограничено, и игроки на нее помещают то, чем пользуются чаще всего. Интерфейс, конечно, полезная штука. Но для тебя было бы лучше, если бы ты и тем, и другим управлял, минуя его, — Киф подошел ко мне. — Ты же чувствуешь свои навыки, верно? А игроки здесь никогда не почувствуют ничего подобного… — он искоса взглянул на Боггета. — Да и в своем мире, возможно, тоже.

Инструктор кивнул.

— Давай, ты справишься.

И я попробовал вызвать ощущение зыбкости окружающей действительности, волшебной ее проницаемости и пластичности — то особое состояние, которое я для себя называл гранью навыка. Безмирье откликнулось сразу, как будто ждало этого. А когда это произошло, я направил силу своей воли на огонек, заставив его двигаться. По земле побежала узкая пылающая дорожка.

— Умница! — похвалил меня Боггет. — Сэм, не прекращай. Киф, твоя очередь!

— Понял!

В отличие от магика, я замысел инструктора не понимал, но от меня этого и не требовалось. От меня требовалась реакция: когда впереди моей огненной дорожки появилась небольшая магическая печать, созданная Кифом, я сообразил, что от меня требуется попытаться ее обогнуть. С первого раза не получилось, со второго тоже, зато с третьего я не только обогнул печать, но и, вынудив пламя двигаться быстрее, заставил его сделать петлю вокруг печати и подобраться к Кифу.

— Ловишь на лету! — удовлетворенно сказал Боггет. — Считай, что твоим домашним заданием будет придумать, как ты можешь управлять и другим огненным заклинанием. Только велосипед не изобретай — превращать «Вспышку» в «Стену огня», например, нет никакого смысла. А пока просто потренируйтесь.

— Что такое велосипед? — спросил я.

Но Боггет не ответил. Легко ему было говорить, просто наблюдая за нами! Я же наконец-то стал чувствовать, что действительно использую магию, то есть трачу на что-то силы. Как ни странно, это обрадовало меня, потому что прибавило реалистичности происходящему. Мы упражнялись так довольно долго: Киф ставил ограничения, я пытался обойти их, Тим поддерживал меня. Я научился не только создавать дорожки, но и сдвигать маленький одиночный огонек. Под конец я исхитрился и разделил линию пламени надвое. Но после этого буквально сел на землю от усталости. В голове с непривычки звенело, будто после удара. Обе огненных дорожки, бесконтрольно продлившись еще немного, погасли.

— Очень хорошо, — сказал Боггет. — А теперь еще кое-что.

Я посмотрел на него снизу вверх с мольбой во взгляде, чем тут же явственно напомнил себе Кифа.

— Не переживай, от тебя многого не потребуется. Вызови «Воздушный щит» и держи его, сколько сможешь.

Я поднялся. Выполнить просьбу Боггета сейчас может быть непросто. Но это не означало, что я не попытаюсь.

«Воздушный щит» вызвался легко. Это было интересное заклинание: оно как бы стягивало и уплотняло воздух передо мной, и, прилагая усилия, я мог сделать его крепче или слабее, больше или меньше. Щит легко вращался во всех плоскостях, которые подразумевали защиту от удара, даже от атаки снизу — например, какого-нибудь мага, решившего взорвать почву прямо у меня под ногами, или монстра, обитающего в толще земли.

— Хорошо, Сэм. Достаточно. Теперь просто поддерживай его. Тим, ты должен взять заклинание под свой контроль. Забери его у Сэма.

Тим клонил голову набок.

— Как?

— Маной. И волей. Сначала попробуй подпитывать его вместе с Сэмом. А потом перетягивай к себе.

Поддерживать «Воздушный щит» было несложно, поэтому я мог следить за попытками Тима выполнить распоряжение Боггета. Влияние его маны я не чувствовал, только заметил, что щит стал тяжелее и нестабильнее. А вот когда Тим попытался притянуть его к себе… Это было похоже на то, как если бы на моей руке была перчатка и кто-то пытался стянуть ее.

— Сэм, не сопротивляйся.

— Я стараюсь!

Тим старался тоже. У него не было такого опыта работы с навыками, как у меня, и ему было сложнее. Но в конце концов у него получилось. Здорово было видеть его сияющие глаза, когда он полностью взял «Воздушный щит» под свой контроль и заставил его висеть перед собой. Щит у Тима был не такой ровный, как у меня, однако теперь он принадлежал ему одному. Маг, не владеющий воздушной магией, — и контролирует воздушное заклятье! Тут было чем восхититься.

Я стал постепенно убирать свою ману из щита, и тот заколебался сильнее.

— Рано, Сэм. Забери его обратно.

Я тихонечко взвыл — волевое направление маны утомляло быстро и сильно.

— Не ныть! Работать! Ты же собираешься стать могущественным магом?

— Уже не знаю…

— Что?!.

— Да, да, собираюсь! — я снова полностью управлял щитом.

— То-то же, — Боггет удовлетворенно кивнул. — Давайте-ка повторим это еще раз.

Пока мы повторяли упражнение, инструктор пояснял:

— «Воздушный щит», конечно, не абсолютная защита, есть гораздо лучше. Но принцип действия у них у всех одинаковый: чем ты сильнее, тем плотнее и больше можно сделать щит. Но, в отличие от печатей и барьеров, защитить им кого-то на расстоянии нельзя… Все, молодцы, хватит. А теперь Киф покажет вам, почему я хочу, чтобы Тим научился брать это заклинание под контроль. Да, Киф?

— Без проблем, — магик подошел ко мне и, не церемонясь, потребовал: — Давай сюда. — Оглядев нас с Тимом, он, рисуясь, добавил: — И если что, имейте в виду: заклятий школы воздуха у меня нет.

Маны на то, чтобы держать «Воздушный щит», у меня еще хватало, но я послушно передал его. Киф уверенно взял заклинание под свой контроль, покрутил воздушную линзу так и этак — и вдруг перевернул ее параллельно земле и ловко вскочил на нее. В тот же момент щит взмыл в воздух на высоту двух человеческих ростов.

— Посмотрите на меня! — воскликнул Киф. — Я властелин мира, муа-ха-ха!

— Научишься так же, и фиг кто тебя с земли достанет, — сказал Боггет Тиму.

— А в форме шара его сделать можно? — тут же спросил мальчишка.

— Умница! — похвалил его Боггет. — Да, можно. Но тогда ты сам сможешь использовать только дистанционные заклинания. Все, что ты создашь внутри шара, останется внутри — ну или разнесет его на куски.

— Понял. Спасибо, Боггет!

— Не за что! Со временем научитесь друг другу и другие заклинания передавать, если захотите. Так можно не со всеми поступать, но в школах стихийной магии подходящих заклинаний полно. А на сегодня это все. Киф, спускайся!

— Ни за что, муа-ха-ха! Пресмыкайтесь передо мной, жалкие букашки!

Боггет прищурился.

— Сэм, достань его.

— Боггет, нет! Он же упадет!

— Он ловкий, как кошка!

— Нет!

— Ладно, тогда я сам…

— Все, я все понял, спускаюсь! — Киф спланировал на землю, щит исчез. — Какие вы жестокие люди!

— Эти жестокие люди сейчас тебя накормят.

— О, этим жесто… Я хотел сказать, этим прекрасным людям пришла в голову замечательная мысль!

На этом наша тренировка завершились, и мы вернулись в гостиницу. Киф болтал без умолку, несмотря на набитый рот, а Тим почти не разговаривал, и по выражению его лица было видно, что мысли его блуждали где-то очень далеко, пораженные открывавшимися возможностями.

— Боггет, а ты много знаешь о магии, — заметил я.

— Ага. Я пытался ей научиться. Но ты сам видишь, каковы мои успехи.

— А ты все еще хочешь этого?

Боггет ухмыльнулся и взглянул на меня с притворным злорадством.

— Ну уж нет! Пусть этим занимаются те, у кого есть способности!

И снова он показался мне более молодым, чем выглядел. Странные штуки творило с нашим инструктором Безмирье.

На следующий день нам предстояло опробовать то, чему мы научились. Лэнди явился вовремя. Бодрый, одетый в новую куртку с десятком кармашков на всех возможных местах, он ворвался в нашу гостиную и, поприветствовав всех, спросил:

— Ну, что, отправляемся?..

Уже через пару минут мы стояли на оживленной площади небольшого городка. Перед моими глазами висела панель с оповещением:

«Внимание! Вы находитесь в городе Глиняная Горка! Внимание! Город Глиняная Горка — это обычная зона! Будьте внимательны! Добро пожаловать!»

«Ладно, будем иметь в виду», — подумал я, сбрасывая ее.

Я огляделся. Местечко располагалось на возвышенности, а самым приятным было то, что здесь уже было совсем тепло: никакого снега и даже слякоти, ясное солнце и легкие белые облака на небе, россыпь крошечных ярко-зеленых листьев на деревьях и кипы каких-то белых цветов с приятным сладким ароматом, напоминавшим запах ванильного сахара. Здания, окружавшие площадь, были облицованы глянцевой разноцветной плиткой и казались сказочными. Впечатление усиливали башенки и фигурные украшения карнизов. Местные жители были почти все светловолосые, одежда их была белых, зеленых и коричневых цветов. Среди горожан мелькали игроки, одетые более ярко и разнообразно. Некоторых девушек называть одетыми было не совсем правильно, но я уже привык к тому, что игроки в Безмирье мало чего стесняются. Такие уж тут были порядки.

— Как раз вовремя, — сказал Лэнди. — Сейчас начнем.

— Что от нас требуется? — спросил я.

— Предоставьте все мне!

И он двинулся по направлению к гостинице, от крыльца которой к неподалеку стоящей карете направлялась красивая пара местных жителей. Мужчина был светловолосым, женщина — шатенкой. Одеты они были как аристократы: на мужчине был синий камзол с золотыми галунами, на женщине было длинное лилово-розовое платье, отделанное широкими кружевами и расшитое мелкими серебряными бусинками. Мужчина вел женщину под руку. Выглядели они как супруги, что подтверждалось именами: лорд Ульрих Керн, леди Магдалина Керн. Лэнди прошел мимо них, но едва они разминулись, он остановился и поднял что-то с земли.

— Прошу прощения, сэр! Вы, кажется, обронили.

В руке Лэнди была замшевая мужская перчатка.

— О, благодарю! — откликнулся обернувшийся мужчина.

В этот момент к паре подбежал мальчишка-посыльный и протянул мужчине конверт.

— Ульрих, нас ждут, — нетерпеливо произнесла женщина.

— Одну минуту, дорогая. Это от бургомистра.

Мужчина развернул письмо, углубился в чтение, нахмурился. Лэнди стоял рядом и ничего не предпринимал.

— Дорогая, боюсь, наш визит к твоей кузине отменяется. У меня появились срочные дела.

— Но, милый… Ты ведь обещал…

— Или, быть может, ты сама навестишь ее?

— Но ведь нам еще нужно купить подарки для племянников и…

— О, я уверен, ты справишься с этим, — он достал и протянул супруге небольшой кошелек. — И о себе не забудь, — Он чмокнул супругу в щеку. — А чтобы тебе было не о чем беспокоиться… — Мужчина повернулся к Лэнди и заговорил. — Молодой человек, не будете ли вы так любезны сопроводить мою дражайшую супругу во время небольшого променада по лавкам? Я был бы очень обязан вам.

— С радостью, если леди не против моего общества, — Лэнди галантно поклонился. Тронутая этим женщина улыбнулась.

— Леди не против, — сказала она. — Но я не могу отправиться к Литиции в одиночку, это ведь выезд за город, Ульрих.

— Молодой человек, нет ли у вас достойных друзей, готовых сопроводить мою супругу? Не сочтите, что я сомневаюсь в ваших способностях. Но я предпочел бы, чтобы моя жена была под надежной защитой.

— Да, разумеется, господин Ульрих! — Лэнди повернулся к нам. — Группа?..

Передо мной возникла панелька с предложением вступить в созданную Лэнди группу и сразу же за ней еще одна с предложением принять квест. Он состоял из двух частей: сначала сопровождение супруги господина Ульриха во время ее прогулки по лавкам, затем ее охрана во время поездки к кузине. В качестве награды предлагалась небольшая сумма денег. Я или соглашался, или автоматически покидал группу, поскольку квест был групповым и выдавался лидеру — в данном случае Лэнди. Я согласился. Тем временем Ульрих распрощался с женой и, поцеловав ей руку, торопливо устремился в сторону ратуши. Мы приблизились к Лэнди. Магдалина Кен выглядела немного растерянной, на ее щеках алел легкий румянец.

— Благодарю за то, что согласились сопровождать меня, — сказала она. — Это очень мило с вашей стороны. А теперь идемте.

Мы последовали за женщиной. Сопровождая ее, мы обошли несколько лавок, в которых она, не жалея выданных мужем денег, покупала подарки. Относить их к экипажу приходилось тоже нам. Мне сложно было представить, что у лорда Керна так удачно возникли неотложные дела и не нашлось слуг, чтобы сопровождать его супругу, но я не стал задумываться, почему обстоятельства складывались именно так. В конце концов, мы сейчас были искателями приключений, мир подыгрывал нам.

Пока мы ходили по лавкам, стороной пронесло грозу — до нас донеслись отдаленные раскаты грома и свежий горьковатый запах. Наконец, все покупки были сделаны, и первая часть квеста закрылась. Леди Керн села в экипаж и предложила Лэнди составить ей компанию. Тот охотно согласился. Боггет устроился рядом с возницей, мы с Тимом заняли место позади экипажа, Киф, разумеется, забрался на крышу. Мы двинулись в путь. Дорога была недальней, и, выехав за город, мы довольно скоро увидели обширное поместье с большим каменным особняком в центре ухоженного парка. Я задремал по пути и, когда вы въехали за ворота, не сразу сообразил, что проснулся: и парк, и особняк удивительно напоминали те, что принадлежали госпоже Алозии, тетке Риды. Вероятно, мое недоумение хорошо читалось на моем лице.

— Тоже заметил, да? — спросил Тим. — Представь, она сейчас нас встретит.

— Нет, Тим. Нет. Такого не может быть.

К счастью, нас встретила действительно не госпожа Алозия, а дворецкий и еще двое слуг. И почти сразу же навстречу гостье, проявляя свое нетерпение, вышла леди Литиция, сама хозяйка особняка и поместья. Это была рослая шатенка в кокетливой шляпке и костюме для верховой езды. Как только она сбежала со ступеней крыльца и, обняв свою кузину, расцеловалась с ней, закрылась вторая часть квеста. Я впервые услышал негромкий мелодичный звон, сопровождавший оповещение о том, что мной получена денежная плата в награду за выполнение квеста.

— Круто, — сказал Тим. У него было то же самое.

— О, а это те люди, которые сопровождали тебя? — поинтересовалась госпожа Литиция, заметив нас. — Здравствуйте, уважаемые искатели приключений! Рада приветствовать вас в моем поместье! Надеюсь, вы не сильно утомились за время дороги? Дело в том, что вы могли бы оказать мне одну услугу, очень важную, поверьте.

— Что случилось, госпожа Литиция? — спросил Лэнди, продолжая разыгрывать свой галантный спектакль. Лицо женщины исказилось так, словно она вот-вот могла заплакать.

— Моя Пышечка, рыжий шпиц. Она убежала. Я взяла ее с собой на конную прогулку — знаете, она такая резвая, так любит побегать! Но тут началась гроза, Пышечка испугалась и убежала. Я не сумела ее догнать, а из-за грозы мне пришлось вернуться в поместье. Я собиралась отправиться на ее поиски, но, может быть, вы окажете мне эту услугу? Обещаю щедро наградить вас, если отыщете мою малышку и вернете ее домой!

Мы с Тимом переглянулись — еще свежи были воспоминания о девочке, которая бесконечно теряла козлика.

— С удовольствием, леди, — Лэнди принял квест, и передо мной снова возникла панель с подробной информацией. На этот раз нужно было найти рыжую болонку Пышечку, изображение прилагалось. Наградой были деньги и щенок с псарни госпожи Литиции для одного из членов группы, выполняющей квест. Также говорилось, что, если мы выполним задание до полуночи, нас ждет дополнительная награда.

— Скажите, где вы совершали прогулку?

— Вдоль леса, что западнее поместья. Пышечка бросилась в самые заросли.

— Мы разыщем ее, можете не сомневаться, — заверил разбойник. Он повернулся к нам и, довольно улыбаясь, произнес: — Вот теперь начнется хардкор!

Покинув поместье, мы сначала просто шли по дороге, затем свернули на широкую тропу, которая вывела к опушке леса и, сузившись, потянулась вдоль него.

— Что там в гайдах пишут? — спросил Боггет у Лэнди. — На этот раз ты их почитал?

— Разумеется, — по тону разбойника было заметно, что такие сомнения в его предусмотрительности оскорбляли его достоинство как искателя приключений. — Шпиц прячется в корнях старого дуба, это недалеко отсюда. Но, чтобы туда добраться, нужно пройти через старое кладбище.

— Что на кладбище? Мертвяки?

— Конечно. Там еще старая церковь есть с катакомбами, данж.

— О, можно будет клады поискать, — заметил Киф.

— Каких уровней нежить? — спросил Боггет.

— Солдаты от восемнадцатого до двадцать пятого, но есть лейтенанты тридцать второго — сорок первого, генералы в районе пятидесятых уровней и лич шестьдесят шестого. Но, судя по описаниям, их там не много. Проблема в другом.

— И в чем же?

— По пути можем на волколаков наткнуться. Стаи хоть и небольшие, по три-пять особей, но их тут много и перемещаются они хаотично. Чтобы точно обойти их, заранее маршрут не проложить.

— Уровни высокие?

— Обычные волколаки от тридцать седьмого до сорок третьего, вожаки пятидесятых уровней. Но в сумерках у них урон повысится и регенерация, а еще резист будет на ментал, хотя и не полный.

— Нормально. Успеем до сумерек.

Лэнди кивнул.

— Должны успеть, — он повернулся ко мне. — Если я вылечу или у меня время кончаться будет, я тебе полномочия лидера группы передам, сдашь квест за меня.

Я кивнул. Если нужно будет — разберусь, Боггет с Кифом помогут.

— Сюда, — скомандовал Лэнди, сверяясь с картой на своем интерфейсе, и углубился в лес. Необычный это был лес: пока мы шли вдоль него, казалось, что подлесок довольно густой. На самом же деле пространство между деревьями было почти пустым, а земля чистой, утоптанной. Она была серо-желтого цвета, кое-где попадались россыпи мелких камней. Кусты встречались редко, лоскутки низкой и неестественно-яркой зеленой травы смотрелись сиротливо. И еще что-то с этим лесом было не так — вот только я пока не мог понять что.

— О, черт, мобы! — воскликнул Лэнди. — На девять часов, три особи. Ну, вот кто им сказал, что мы тут, а?..

— Рандом, мать его систему, — со злобной веселостью ответил Боггет и вытащил меч. Бросив короткий взгляд на меня и Тима, он добавил: — Эти твари быстрые и прыгучие! Высокий уровень регена, так что старайтесь бить на поражение с первого раза!

Едва он договорил, как на поляну выскочило зверье — три существа, похожие на волков, но с более длинными задними лапами, напоминающими заячьи, и огромными когтями на передних лапах. При этом плечевой пояс был узкий, а голову чудом не перевешивала здоровенная челюсть. В описаниях у каждого их них значилось отнюдь не «Волколак», а «Пятнистый грызун». Двое были тридцать восьмого уровня, один тридцать девятого. На шкурах вдоль спин у них действительно виднелись более темные пятна.

«А этим созданиям, должно быть, сложно передвигаться с такими когтями», — подумал я, активируя «Ауру ужаса». Все три зверя уже оказались в нужном радиусе, и я рассчитывал, что остановлю всех. Но резко застыли, вздыбив куцую шерсть на загривках и спинах, только двое. С одним тут же расправился Боггет, второго пронзила точно в глаз стрела Тима, усиленная заклинанием. Третий волколак прыгнул и на секунду завис на стволе дерева под углом, противоречащим всякой логике. Так я узнал, что моя «Аура» не срабатывает на противнике, если тот оказывается достаточно высоко. А волколак узнал, что не стоит прыгать по деревьям, если рядом есть существо, которое считает воздух территорией своего обитания.

Туша зверя упала на землю, Киф спрыгнул следом и тут же ее лутнул.

— О, Тим, лови колечко на меткость!

— Быстро вы, — заметил Лэнди.

— А чего тянуть-то? — спросил Боггет. В голосе его слышалась гордость от того, как слаженно мы сработали, пусть и уровни монстров были небольшими. — Идем дальше.

Хотя формально лидером группы был Лэнди, командовал вылазкой Боггет. Меня это устраивало: инструктор взбодрился и, кажется, та давняя проблема, о которой он мне рассказал, пока не беспокоила его.

— Может, вызвать Флиппа? — спросил я.

— Тебе решать, — ответил Боггет. — Твой же питомец. Но если ты хочешь знать мое мнение — да, в этой локации он будет полезен.

Я достал свисток и позвал Флиппа. Как всегда, он сначала полез ласкаться, затем обежал нашу компанию, сунул морду под ближайший куст. Там что-то пискнуло и сочно захрустело у Флиппа на зубах. Мне пришло оповещение о получении опыта моим питомцем за убийство кролика.

На следующую стайку волколаков мы наткнулись примерно через четверть часа. Их снова было трое, но на этот раз среди них был вожак, оказавшийся значительно сильнее своих состайников. Волею случая он достался мне, и я своими глазами увидел, как волколак восстанавливается после ранения, если удар его не убил. Впрочем, и на этот раз бой окончился быстро. Пока я возился с одним волколаком, Боггет убил второго. Третьего, к вящему ужасу Лэнди, целиком умял Флипп, буквально налету вцепившись в хребет зверя и свалив его на землю. Волколаки порадовали нас в качестве трофеев клыками, шкурами, горстью мелких монет и зельем для восстановление маны, которое, как и единственное выпавшее кольцо, отправилось Тиму.

Мы двинулись дальше, и я наконец понял, что было не так с этим лесом: звуки. Пока мы шли вдоль опушки, раздавались голоса птиц и шелест листвы. Но птицы не замолкали, когда мы проходили мимо, чтобы потом снова приняться за свои песни. И сейчас, пока мы шли по лесу и сражались с монстрами, хор птичьих голосов звучал ровно, словно ничто не могло потревожить этих беспечных пичужек. И следов того, что буквально только что здесь прошла гроза, не было никаких.

В настоящем лесу такого быть не могло.

— Мы уже почти на месте, — сказал Лэнди, сверяясь с картой. Он указал вперед. — Нам туда!

Деревья расступились, открыв низкий земляной вал, обозначавший границу кладбища. За ним виднелись пологие могильные холмы, кое-где увенчанные серыми мшистыми камнями. Далее можно было разглядеть полуразрушенные скульптуры, покосившиеся узорчатые кресты и даже несколько склепов. Силуэт старой церкви был виден плохо, словно его, несмотря на еще ранний час, уже окутывал полумрак. Вдруг послышался странный звук — нечто среднее между скрипом несмазанных дверных петель и сдавленным криком живого существа. Кажется, даже сам воздух потемнел, как это бывает перед грозой. Между могил появился сизый туман, в нем тут и там начали вспыхивать крохотные язычки голубого пламени.

— Начинается, — произнес Лэнди.

Полускрип-полукрик повторился. На этот раз прозвучал он ближе и отчетливей, и от него пробежал мороз по коже: разыгравшееся воображение помогало угадывать в этом звуке слова. Я напрягся, ожидая, что сейчас могилы вскроются и оттуда поползут полуистлевшие мертвецы, источающие запах гнили, и мне придется сражаться с ними. В ведьмачьем училище нас к такому не готовили — в нашем мире ничего подобного не было и не могло быть. По крайней мере, нам так говорили… В общем, я приготовился бояться.

Послышался новый звук, сухой, щелкающий, а также раздалось бряцание оружия и амуниции. Я ошибся: мертвецы не вылезли из-под земли, они двигались нам навстречу из глубины кладбища. Это было четыре скелета — один шел чуть впереди, остальные отставали. Просто скелеты, едва прикрытые обрывками одежды, с весьма скромными уровнями. Их вооружение составляли ржавые мечи, дубинки, топоры. У одного был щит и кистень, голову другого прикрывал пробитый шлем. Ветер был со стороны кладбища, но он доносил только запах пыли. Волколаки хоть пахли псиной и мускусом. «Совсем как командир отряда Селейны», — мстительно подумал я. И тут же мне стало грустно: была бы сейчас с нами Селейна, от кладбища бы уже камня на камне не осталось.

Поймав себя на этих мыслях, я почувствовал, что успокаиваюсь. Спина выпрямилась, плечи расслабились.

— Бояться нечего, — услышал я ровный голос Боггета. — Это простые солдаты, они слабые и медленные. Когда покажутся другие, будьте внимательней: лейтенанты довольно быстрые, генералы сильные и хорошо защищены. Сэм, ментал на нежить не действует, так что не трать ману попусту. Мы с тобой впереди. Тим, ты за нами. Ну, что, пошли фармить?

— Я клады пока поищу, — сказал Киф. — Не возражаете?

— Да иди уже, тощий.

— Если что, зовите!

— Можно я тоже? — проводив Кифа взглядом, спросил Лэнди.

— Иди. Только постарайся никого не сагрить. Притащишь паровоз — голову оторву.

— Я все понял!

Лэнди тоже скрылся из вида.

— Боггет, что такое «паровоз»? — спросил Тим.

— Это когда за игроком гонятся монстры, а он не может оторваться и приводит их к остальным игрокам. — Боггет покрутил в руке меч, критично оглядывая его, затем поменял на другое оружие — металлический шар с шипами на длинной рукояти. — От дробящего урон больше будет, — пояснил он. — А вообще, паровоз — это такое средство передвижения. Возможно, Тим сможет его собрать, и мы будем разъезжать на нем по Безмирью, как только здесь проложат рельсы.

И закончив эту странную тираду, Боггет бросился с упоением крушить скелеты. Мы с Тимом переглянулись. Во взгляде моего друга была тревога, но я только пожал плечами.

— Не подпускай их к себе, — напомнил я. — И смотри, если они все воины, то здесь могут быть и лучники.

Тим кивнул. Боггет тем временем расправился с тремя скелетами из четырех, оставив мне того, что был в шлеме, и двинулся вглубь кладбища. Мой противник удручал меня своей медлительностью — было в ней что-то зловещее, усыпляющее бдительность, и я до последнего ждал, что скелет вдруг «оживет» и примется атаковать меня с удвоенной силой и скоростью. Но этого так и не случилось. После очередного моего удара он просто обратился в россыпь сломанных костей, оставив в качестве лута свой ржавый меч, дырявый шлем и несколько монет. Я подобрал только деньги.

Отбежав в сторону, Флипп из любопытства ударил один из праздно шатающихся скелетов лапой, повалил его на землю и потоптался сверху, ломая кости. Затем он вытянул из-под останков кусок полуистлевшего одеяния, без удовольствия пожевал его и, разочаровавшись, вернулся ко мне.

Идти за Боггетом было скучно. Он расправлялся с противниками прежде, чем те успевали подобраться к нам. Но так продолжалось совсем недолго: среди простых скелетов-воинов стали появляться лейтенанты и генералы. Они двигались иначе и были экипированы не в пример лучше своих собратьев. Боггет как раз схлестнулся с генералом — довольно большим скелетом в полном доспехе, вооруженным топором, — когда появился еще один лейтенант. Обогнув меня и моего очередного противника, он, словно соображая, что делает, попытался напасть на Тима. Тим выставил барьер. Скелет не мог его преодолеть, но бился об него так остервенело, что становилось страшно. При этом он, хоть связок у него уже давно не было, издавал свистяще-хрипящие звуки. Такое кого угодно из равновесия выведет.

— Сэм!..

Драться с лейтенантом я не хотел, у меня на него были другие планы. Боггет говорил, что ментальная магия на нежить не действует. А что насчет стихийной?

Проведя обманную атаку, я коснулся пальцами плеча скелета, и того объяло веселое пламя. Скелет стал стремительно терять силы, но — что меня немало удивило — двигаться медленнее они при этом не стал. Я мог дождаться гибели противника, просто уворачиваясь от его ударов. А еще можно было применить другое огненное заклинание. Но я, изловчившись, просто снес лейтенанту голову. После этого бедняга обрел покой.

Дойдя до середины кладбища, Боггет остановился. Мы сблизились с ним и стали постепенно перемалывать ходячие скелеты в лежачие кости. Ничего страшного в этом не было, но и ничего интересного — тоже. Однако в какой-то момент со всех сторон раздались жуткое загробные завывания, и инструктор закричал:

— Волна!

Количество скелетов вокруг нас сразу увеличилось. Я использовал «Огненные шипы», чтобы сдержать и замедлить нежить. Тим расстреливал скелеты издалека. Боггет крушил все, что попадалось под его страшное оружие. Я старался помогать ему. Свой меч я убрал в инвентарь, поменяв его на палицу, взятую у одного поверженного генерала. Инструктор прав, дробящее оружие против этой нежити куда эффективней.

Мы пережили еще две волны, и я при поддержке Тима прокачал свои «Огненные шипы» до «Огненных терний» — ветки превратились в лозы, которые могли опутать противника, — а Боггета можно было поздравить с новым уровнем. Скелетов вокруг нас почти не осталось, так что мы, фактически, зачистили кладбище. Но вдруг послышался голос Лэнди.

— А-а-а! Я лича сагрил!

Маленький разбойник бежал, перепрыгивая через могилы, а следом за ним, хрипло завывая, летел скелет в рваном фиолетовом балахоне, развевающемся на ветру. В руке у скелета был посох с сияющим навершием, и из него время от времени вылетали яркие алые лучи. В Лэнди лич пока еще не попал ни разу. Но мальчишку это не очень-то радовало: за ним увязалась еще парочка уцелевших обычных скелетов.

— Беги сюда! — позвал его Боггет.

— А можно?

— Быстрее, а то паровоз соберешь!

Ни в чем больше не сомневаясь, Лэнди резко сменил направление и устремился в нашу сторону.

— Тим, как только подлетит, запирай его в барьер. Два удержишь? Понадобится защита от магии. Затем ты, Сэм. Жги его, сколько сможешь. Если те мелкие подгребут, они тоже на тебе, понял?

Я кивнул. Лэнди был уже совсем близко. Перепрыгнув через очередное захоронение, он пронесся мимо меня — я на мгновение увидел его перепуганные, но горящие глаза. Тим за моей спиной как раз закончил читать заклинание, и лич, преследуя добычу, резко дернулся, остановился, потому что ровно под ним в воздухе загорелась большая темно-синяя печать. Лич взвыл, вскинул руку с посохом, с нее в нашу сторону понеслись лучи. Второй барьер, выставленный Тимом для нашей защиты, выдержал. Настала очередь контратаки: Боггет снова взял в руки меч и шарахнул по нежити с каким-то усилением, явно магическим — об этом говорило белое сияние, окутавшее лезвие, а затем устремившееся с него по траектории удара, и вопль лича. Помня распоряжение инструктора, я использовал на скелете сдерживающее заклинание. Сдерживать его было не так уж и важно — эту функцию выполняла печать Тима. Но мои «Огненные тернии» постепенно лишали противника сил. Конечно, простой огонь был бы гораздо эффективней, но возможности прикоснуться к личу у меня не было.

Боггет продолжил атаковать лича, чередуя приемы и не давая тому снова воспользоваться посохом. Поддерживая заклинание пламени, я оглянулся, чтобы проверить, как там скелеты, которые увязались за Лэнди. Выяснилось, что с одним из них маленький разбойник уже расправился самостоятельно и теперь небыстро, но настойчиво приканчивал второго.

Жизнь лича — если к таким существам применимо слово «жизнь» — была уже в красном секторе, когда Боггету не удалось в очередной раз помешать его колдовству. Лучи из посоха снова понеслись на нас. Барьер Тима не выдержал и разбился. Я успел выхватить Тима из-под атаки и оттащить в сторону — ловкости и скорости у меня теперь на такое хватало с лихвой. Но в ту же секунду лич взял посох обеими руками, поднял его над головой и громко заверещал. Этим звуком меня оглушило и словно прибило к земле. Я потерял контроль над огненным заклинанием, сдерживающая печать исчезла тоже. Тим рухнул на колени рядом со мной, выронил жезл и, сжимая голову руками, закричал.

— Ментал! — крикнул Боггет. — Держитесь, это не продлится долго!

По тому, как перекосилось его лицо, я понял, что инструктору тоже не сладко. Его сопротивляемость к этой атаке была высока, но занести меч и ударить снова он пока не мог. Где-то поблизости совсем по-собачьи заскулил Флипп — он был очень уязвим для ментальных атак, это я узнал еще во время битвы с отрядом Говарда. Я отозвал питомца — от него теперь не было толку, и ни к чему было заставлять его мучится, пусть пока передохнет. Сам я был бесполезен тоже. Пусть мне было не так плохо, как Тиму, — всего-то звон стоял в голове, словно по ней ударили, — я никак не мог сообразить, что делать. Мысли путались.

Крик монстра прекратился так же резко, как и начался. А еще за это время лич успел немного восстановить свое здоровье.

— Тварь… — просипел Тим, поднимаясь. Жезл снова был в его руке. На ресницах блестели слезы. — Дрянь какая!

— Ничего страшного, — сказал я. — Мы его уделаем, Тим. Я даже знаю как.

— Тим, барьер! — потребовал Боггет. — Держи его на месте!

— Да, Тим, нам нужен барьер, — подтвердил я. — Сделаешь?

Тим молча кивнул и принялся читать заклинание. Лич плавал в воздухе, но Боггет все же сумел помешать его еще одной магической атаке, прежде чем под скелетом снова появилась печать.

— Что теперь?

— Доставай лук.

Если я не могу дотронуться до лича рукой, то мы донесем до него мое пламя другим способом.

— Я тебя понял.

Когда первая окутанная пламенем стрела пронзила балахон скелета, Боггет ошарашенно оглянулся на нас. Затем он довольно осклабился и показал нам большой палец. Лича охватило пламя, и я жег его, не жалея. Боггет атаковал его с помощью своих приемов. Вместе мы добили его до того, как он сумел применить свою ментальную атаку снова. И воспользоваться посохом он больше не сумел ни разу.

— Молодцы! — похвалил нас инструктор, когда с личем было покончено. Как и остальные скелеты, он осыпался горсткой изломанных костей. Взглянув на все еще хмурого Тима, Боггет сказал: — Давай, лутни его.

Добычей с лича стал его посох, балахон (все такой же рваный, но, как ни странно, совсем не попорченный огнем) и связка ключей.

— О, вы уже все? — послышался голос Кифа. Он неторопливо шел в нашу сторону, неся за шкирку, как кота, круглую рыженькую собачку с выпученными глазами. Приблизившись, Киф продемонстрировал свою добычу: — Смотрите, что я нашел. Жалко, в инвентарь нельзя убрать. Придется так тащить.

— А ты ее на землю поставить не пробовал? — со скептическим тоном спросил Боггет. — Может, она сама побежит?

Киф на секунду задумался.

— Да, за кем-нибудь из вас, наверное, побежит.

Он опустил собаку на землю, и та сразу же словно ожила: залаяла, засуетилась, закрутилась на месте.

— Киф, как ты думаешь, что это? — спросил Тим, протягивая магику ключи. Тот взял, повертел в руке, вернул Тиму.

— Оставь на память или выброси. Этот тайник я уже выпотрошил.

— И не только его, я правильно понимаю? — спросил я.

Киф хитро улыбнулся.

— Все тебе расскажи…

— Можем возвращаться, — сказал Боггет. — Идемте.

— А тебе не кажется, что мы кого-то забыли?..

Лэнди лежал в траве между могильных холмиков, широко раскинув руки. Он снова прибавил в уровне, но был уже ни на что не способен. Заслышав наше приближение, он скосил глаза и жалобно заныл:

— Я сейчас умру-у-у…

— Не умрешь, — авторитетно заявил Боггет. — У тебя не здоровье просело, а бодрость.

— Да знаю я, — Лэнди сел, потер затылок. — Мне ее вечно не хватает.

— Ну так в выносливость очки вкладывай. И еду с собой таскай. Или хотя бы воду. Бодрость можно через здоровье подтянуть.

— Знаю! — на этот раз голос Лэнди звучал почти обиженно. — Но ловкость и удача мне тоже нужны!

Боггет усмехнулся и протянул Лэнди маленький розовый пузырек.

— Твою удачу Киф притащил. Надо сдать ее Литиции, пока не стемнело. На, пей, и пойдем. Грац тебя, кстати.


Глава 36. Питомец для Тима и новое приключение для всех (2)


Выбраться из леса до сумерек мы не успели, потому что сумерки наступили довольно внезапно. Одни птицы замолкли и заголосили другие. Небо потемнело, лес потемнел тоже, но при этом идти, не сбиваясь с дороги, было еще возможно. С другой стороны, мы могли идти, не сбиваясь с направления, и в потемках — карта в интерфейсе подсказывала направление.

Боггет шел впереди, вполголоса поругиваясь себе под нос: потеря дополнительного вознаграждения волновала его не так сильно, как риск встретить еще одну стаю волколаков. Мы шли следом. Пышечка резво трусила рядом с Лэнди, который о чем-то болтал с Тимом.

— Там впереди что-то есть, — сказал вдруг Киф.

Наша компания остановилась, мальчишки притихли. Боггет вгляделся в темноту. Я последовал его примеру, но смог различить только какой-то крупный темный сверток, лежащий на земле. Он не опознавался.

— Как ты думаешь, это что-то опасное?

— Не знаю, — беспечно ответил магик и двинулся вперед. — Может, сходить посмотреть? Вдруг это какой-нибудь квест валяется…

Не успел он сделать и нескольких шагов, как вспыхнувшая в воздухе перламутровая печать с силой ударила и отбросила его. Киф легко перевернулся в воздухе и приземлился, припав на одно колено.

— Вот теперь я точно хочу посмотреть, что это! — заявил он.

Сверток тем временем зашевелился, попытался заползти за ближайший куст, затем приподнялся и вдруг резко, словно надломившись посередине, обрушился на землю и затих. Какое-то время ничего не происходило.

— Может, просто обойдем? — предложил Лэнди.

— Я пойду посмотрю, что там, — сказал я. — Киф, вытащишь меня, если что.

— Разумеется.

— Подожди, — потребовал Тим. Достав жезл, он прочел заклинание, и у меня под ногами появилась печать защитного барьера. — Все, теперь иди.

Я сделал шаг вперед, и печать сдвинулась вместе со мной. Замечательная магия.

Я осторожно приближался к лежащему на земле свертку, и в нем все явственнее угадывались очертания человеческого тела. Длинные белые волосы разметались по земле, ладонью вверх беспомощно лежала тонкая светлая рука. Когда я подошел совсем близко, я уже не сомневался.

— Это девушка, — сказал я. Присев, я аккуратно потянул ткань, в которую была закутана фигура. — Она без сознания. Думаю, она сильно ранена.

— Думаешь? — спросил Киф. Он уже спешил ко мне.

Ткань в моих пальцах была влажной от крови.

— Уверен.

— Тим, как насчет света? — спросил Боггет, когда мы все собрались вокруг неожиданной находки.

Тим зажег над нами россыпь желтоватых огоньков разных размеров — не без ревности я отметил, что у него это получилось не хуже, чем у Риды, а рассеянный свет был даже мягче, приятней. Я осторожно перевернул девушку на спину, поднял ткань. По комплекции девушка была высокой и жилистой, но грудь у нее была крупная, женственная. Одежда была изорвана. Две крупные рваные раны — в животе и боку — сильно кровоточили. Еще на теле девушки было множество синяков и царапин, а около правой ключицы, пузырясь и извиваясь, расползалась мерзкого вида сиреневая клякса. Девушка была местной, остальные данные были скрыты. Однако и так несложно было догадаться, что она не принадлежит к человеческой расе: кожа девушки имела серо-металлический цвет, а уши, показавшиеся из-под длинных, совершенно белых волос, были тонкие и острые.

— Тим, вылечи ее. Сможешь?

— Думаю, да.

Он прочел заклинание, и фигуру девушки окутало мерцающее зеленое сияние, в котором угадывались крошечные листья и цветы. Раны девушки перестали кровоточить и начали затягиваться.

— Все, — с шумом выдохнул Тим. — Больше не убрать. А вот эту штуку — вообще…

— Эта штука по моей части, — сказал Киф.

Он уселся на землю и протянул ладонь над пузырящейся кляксой. Та дернулась, словно возмущаясь, потом забурлила еще сильнее и вдруг, оторвав свои отростки от кожи девушки, сползла с нее и потянулась прочь. В ее движениях чувствовалось едва ли не оскорбленное достоинство.

— Сэм!

Я поджег кляксу, и та, взвизгнув, исчезла. А у меня прибавилось опыта и наконец-то открылось «Познание» — оказывается, я только что уничтожил магического монстра-проклятие и теперь мог его изучить. Но я смахнул оповещения — не до этого было сейчас.

— Давайте заберем ее с собой, — предложил Тим. — Я ее еще подлечу попозже.

Кажется, Боггет хотел согласиться. Но тут послышался протяжный волчий вой.

— Черт! — воскликнул Лэнди. — Надо было быстрее уходить!

— И бросить ее так? — возмутился Тим.

Лэнди нахмурился.

— Это квестовая непись, что с ней будет-то? У нее работа такая — раненной в лесу валяться. А вот нас сейчас сожрут, и придется квест на твою собаку заново проходить.

Тим подобрался.

— Не сожрут, — сказал он. Уверенности в его голосе не было.

— Тим, у тебя еще мана есть? — спросил Боггет.

— Есть. И эликсиры есть про запас. А зачем?

— Просто так спрашиваю, — инструктор поднялся, выпрямился. В руке у него был меч.

Из темноты на нас медленно шли три темные волкообразные фигуры. И только я подумал о том, что эти звери выглядят гораздо более крупными по сравнению с теми, которых мы видели днем, как еще двое — быстрые, словно ветер — нагнали и перегнали своих состайников. Высоко подпрыгнув, они бросились на нас.

Времени на то, чтобы выработать какую-нибудь стратегию, не было. Я не успевал даже достать свисток, чтобы позвать Флиппа, — я хранил его в инвентаре для надежности. «Надо срочно учиться правильно свистеть», — подумал я. Двое волколаков быстро заходили с боков, трое шли в лобовую. Нас тоже было пятеро, но мы представляли собой не такую команду, в которой каждый мог бы взять на себя по одному зверю.

— Сэм, мой правый, твой левый! — скомандовал Боггет. — Киф, задержи остальных!

Магик взметнулся в воздух. Он нагло разминулся с одним из зверей, даже хлопнул того по холке, а когда тот осклабился и повернул морду, чтобы цапнуть обидчика, в горло ему прилетела стрела Тима. Волколак рухнул на все четыре лапы передо мной, напряг шею — обломки стрелы упали на землю. Рана тут же затянулась. Зверь утробно зарычал. Был он в полтора раза больше меня и куда мощнее.

— Тим…

— Не волнуйся. Ты справишься.

На долю секунды у меня возникло острое, щемящее чувство — мне показалось, что позади меня стоит Рида и произносит эти слова. Беда была в том, что я не мог вспомнить, говорила ли так мне Рида хоть когда-нибудь или я только воображал звучание ее голоса.

Тем временем Киф добрался до наступающей троицы и осыпал их чем-то похожим на искрящуюся пудру. Звери замедлились и словно потеряли ориентацию в пространстве.

— Кромешная пыль! — воскликнул Лэнди.

— Восхищаться потом будешь! — злобно одернул его Боггет. Он уже сцепился со своим противником. — Ты же тоже рога, сделай что-нибудь!

— Он может восхищаться мной всегда, когда захочет! — возразил Киф. На него, как это частенько бывало в минуты опасности, нашло шутливое настроение.

— Я попробую! — серьезно отозвался Лэнди.

Он ушел в режим невидимости, подкрался к одному из зверей и полоснул его по горлу своими когтями, а потом попытался пробить бок.

— Не могу! У меня урона не хватает!

Тут уже я не выдержал — урона ему не хватает, сопляку…

— По глазам бей!

— О, прошел! — в голосе Лэнди было больше удивления, чем радости. И в каком мире нужно жить, чтобы не знать такие простые вещи?..

В это же время Киф тихой тенью упал на одного из волколаков и, словно весил в десять раз больше, чем на самом деле, прижал его к земле. На мгновение вспыхнула магическая печать, и волколак, дернувшись, затих. Третий зверь было бросился на Кифа, но тот уже исчез в темноте. Лэнди же все прыгал вокруг раненного им монстра, не позволяя ему достать себя, но и не нанося серьезного урона — противник был явно не по силам ему. Может, я бы и понаблюдал за боем Лэнди или за тем, как месит своего волколака Боггет, но у меня тоже был враг. Я попробовал активировать «Ауру ужаса», она должна была захватить, по крайней мере, трех зверей. Эффекта почти не было, мой противник лишь встряхнул шкурой и снова зарычал.

— Тихо, — сказал я. — Тихо…

И очень осторожно запел ведьмачью колыбельную. Зверь подвигал ушами, прислушиваясь к звуку моего голоса. Глаза его стали щуриться. Конечно, мне его не усыпить. Но еще немного, и он начнет покачиваться в такт песни — тогда я смогу выбрать момент для такого удара, после которого он не поднимется. И я…

— Тим, хил! — раздался вдруг голос Боггета.

Я, и сам успевший немного уйти в транс колыбельной, сбился, резко очнулся — и зверь очнулся тоже. Он тряхнул тяжелой головой и, гневно оскалившись, ринулся на меня. Я ударил его чистой силой наотмашь, принял его удар на щит, ткнул мечом — больше наугад — но ранил, разозлив тем самым зверя еще больше. Он уронил меня, навалился, принялся драть когтями щит, одновременно пытаясь дотянуться до моего горла. Из пасти волколака тошнотворно воняло. Он был настолько сильным и тяжелым, что я не мог откинуть его или хотя бы выбраться из-под него. Для нового удара чистой силы мне не хватало места, чтобы размахнуться. Вывернув руку, я достал до шкуры зверя, вызвал огонь. Волколак покрылся пламенем, отскочил, но тут же встряхнулся, и пламя погасло, не причинив зверю серьезного урона. Я использовал «Огненные тернии» — они сработали лучше. Зверь, горя, снова пошел на меня, но движения его были медленными. Думая о том, попробовать ли применить «Ауру ужаса» еще раз или не стоит, я отступил на шаг, затем еще на шаг. Теперь за мной была раненая девушка. А спиной я прижимался к спине Тима. Краем глаза я заметил, что Боггет разобрался с одним зверем и теперь кромсал другого. В руках у него был добытый сегодня на кладбище топор.

— Он в порядке? — тихо спросил я.

— Уже да.

— Хорошо. Приглядывай за ним.

— А ты?

— А за мной присмотрит Киф. Да, Киф?

Мой друг тут же перестал быть невидимым. Он стоял слева от меня, спокойный и обманчиво-расслабленный.

— И как ты это сделал?

Я улыбнулся.

— От тебя моими бутербродами пахнет.

В этот момент зверь снова бросился в атаку. Я взвесил все: два волколака уже мертвы, третьего Боггет добьет, куда он денется, четвертого связал схваткой Лэнди — хотя от него немного толку, зверь занят им, а значит, не станет атаковать Тима и ту девушку… наверное. Но, с другой стороны, нас страхует Киф. Я решил рискнуть. За миг до того, как принять атаку зверя на остатки щита, я сконцентрировал всю свою силу и всю свою волю — а потом направил их на волколака, вложив в одно-единственное слово.

— СЛУШАЙСЯ!

Надо же как-то навык прокачивать, верно?..

Мана рухнула в ноль, перед глазами замелькали черные точки. Но сквозь них я увидел, что зверь замер и смотрит на меня с недоумением. «Интересно, — подумал я. — А для дальнейших приказов мана нужна или так получится?» Я поднял меч и указал на волколака, с которым сражался Боггет.

— Напади на этого зверя. Убей его.

Волколак совершенно по-собачьи повернул голову. В его взгляде было все то же недоумение и совсем немного любопытства. И тогда я понял: зверь воспринял чистую волю и силу, но смысл слов для него оставался непонятным. Пусть я говорил на языке этого мира, волколак не знал этого языка.

Я должен был что-то придумать — например, создать у себя в голове образ того, как один волколак нападает на другого и убивает его, — а потом попытаться передать этот образ моему противнику. Но у меня не получалось. Не то чтобы мне было так трудно представить битву двух чудовищ. Просто в силах Боггета я был уверен, а этот зверь больше не был опасен для меня. Его внимательный взгляд не позволял мне совершить с ним такое. И тогда я на секунду вызвал у себя в мыслях образ самых густых зарослей, какие я только видел в этом лесу, и постарался показать их зверю.

— Уходи.

Это волколак понял. Он встрепенулся, повернулся и, взмахнув хвостом, исчез в сумерках. Я не удержался на ногах и осел на землю. Словно откуда-то издалека послышался победный рык инструктора, и тут же визгливо, чуть не плача, заголосил Лэнди:

— Да помогите же вы мне! Добейте его кто-нибудь! А лучше подержите, чтобы я его добил!..

— Сэм, не стоило, — непривычно-серьезным голосом сказал Киф, ставя меня на ноги.

— Думаешь, Лэнди что-нибудь заметил?

— Нет, конечно. Он, скорее всего, сочтет, что ты зверя убил и уже лутнул его.

— Тогда в чем дело?

— Это опасно. Я же говорил тебе.

— И это все? Киф, отвечай.

— Да.

Я начинал сердиться.

— Что — да?

И тогда мой друг посмотрел на меня зыбким, плавающим взглядом, и произнес:

— Да… Хозяин. — Губы Кифа растянулись в диковатой улыбке. Он словно силой заставил себя закрыть глаза и проговорил: — Сэм, я сам чуть за этим волколаком не ушел. Что бы ты тогда без меня делал, а?

— Тебя зацепило «Словом», — догадался я, чувствуя, как у меня внутри все холодеет.

— Ага, — Киф говорил, не открывая глаз. — «Слово» — это не прямой приказ, Сэм. Это аура силы и воли. По крайней мере, до тех пор, пока ты не научишься обращаться с ним как следует.

— И… Сильно я тебя?

— Нет. Скоро пройдет. Но если ты задумаешь повторить такое, я предпочту оказаться подальше, — он приоткрыл один глаз и улыбнулся настолько двусмысленно, насколько был способен. — А то мало ли чего тебе придет голову…

— Идиот! — обругал я его. В том, что магик приходил в себя, я не сомневался. И тут же я вспомнил о том, кто еще мог оказаться в зоне действия моего «Слова». Но, поискав глазами Тима, я успокоился. Он залечивал разодранное в очередной раз плечо Боггета и никаких признаков подчинения мне не выказывал.

— Так, вторая попытка выбраться из леса, — сказал Лэнди.

Я посмотрел на его статы.

— Грац тебя еще разок за сегодня.

Лэнди рассердился.

— Я с вами пошел не для того, чтобы вы меня по уровням тащили! Я что, виноват, что у меня уровень такой маленький и у вас опыт режется, а у меня, наоборот, прибавляется?

— Да никто тебя в этом не обвиняет, — сказал Боггет, подходя к нам. Выглядел он очень усталым, но и очень, очень довольным. — Правда, давайте выбираться отсюда. Еще один пак мы не потянем.

— А что будем делать с ней? — спросил Тим, указывая на девушку. Та, кажется, в сознание больше не приходила.

— Возьмем с собой. Сэм, уложи ее на щит… А, черт, у тебя же маны нет. Тим… Хотя нет, не надо пока. Мало ли…

— Есть у меня мана, — я полез в инвентарь за пузырьками, выданными когда-то Боггетом. — Сейчас все сделаю.

«Щит ветра» не потреблял много маны, так что я создал его без труда. Как только я его перевернул, Тим и Лэнди уложили девушку на него, как на носилки, и я еще немного приподнял щит над землей.

— Не знал, что его можно так использовать, — сказал Лэнди.

— Гайды читай, нуб, — незлобно заметил Боггет.

Довольно скоро мы наконец-то выбрались из леса.

— Я с Кифом останусь здесь, мы разобьем лагерь, — сказал Боггет. — А вы идите, сдайте квест.

— Может, вам лучше сразу отправиться в город? — предложил Тим.

— А ее ты куда денешь? — инструктор кивнул в сторону девушки, которую я уложил на траву. — Местных нельзя перемещать с помощью портала.

— С помощью стационарного — можно, — похвастался своей компетентностью Лэнди. Мол, читаю я гайды, читаю.

— Ты где-нибудь здесь видишь стационарный портал или мага-порталиста? Иди сдавать квест уже.

— Ладно…

В поместье нас встретили с фонарями. Госпожа Литиция тискала Пышечку, которая визжала от радости и пыталась облизать всю окружающую действительность. Деньги мы уже получили и теперь ждали второй части вознаграждения. Наконец Пышечка была поставлена на свои четыре крошечные лапки и госпожа Литиция повела нас на хозяйственный двор, где располагались псарни. Не успели мы достаточно приблизиться к постройкам, в которых держали собак, как оттуда донеслась такая знакомая по бестиариуму вонь, что у меня приятно защемило сердце.

— Снежинка ощенилась не так давно, но щенков уже можно забирать, — говорила Литиция, проходя между вольерами. Ее питомцы — разномастные гончие и легавые — заливались лаем, и хозяйке приходилось перекрикивать его. Напротив одного из вольеров она остановилась, отворила дверцу и вошла внутрь. Она долго возилась с крупной белой лайкой и выводком ее щенков, ласкала их, что-то приговаривала, наконец выбрала одного и вынесла его из вольера.

— Первая в помете, самая крепкая, — сказала она, демонстрируя щенка — белый комочек шерсти с умильной мордочкой и торчащими в разные стороны бойкими лапками. — Или, может быть, хотите кобелька?

Тим завороженно потянулся к собаке, позволил понюхать руку. Щенок ткнулся носом в его пальцы, лизнул их.

— Нет, пусть будет эта. Он славная. Спасибо.

— Ну и замечательно, — госпожа Литиция вручила Тиму щенка и заперла вольер.

— То, что ты хотел? — поинтересовался Лэнди.

— Да. Спасибо тебе, — голос Тима звучал как-то рассеянно, и я понял, что он вчитывается в описание питомца.

— Как назовешь?

— Как назову? Не знаю. Я еще об этом не думал.

— Правда? Ну, ты даешь! Да некоторые только и заводят питомца, чтобы дать ему какое-нибудь прикольное имя.

— Да? Например?

— Ну… Собака Простособака. Или Песец, в смысле полный, — Лэнди подмигнул.

— По-моему, это не очень забавно.

— А если питомец зубастый, то его можно назвать Лыба!

— Тоже так себе.

— Да что ты понимаешь! Тут некоторые даже персонажей с такой целью создают! У меня двоюродная сестра играет, так ее тут зовут Карина Небесная.

— И что?

— Сокращенно — Кара. Кара Небесная, понимаешь? Везет ей, у нее полный аккаунт, можно имя выбирать, какое нравится… Она за мага играет, кстати. Уже семьдесят первого уровня.

Мы покинули поместье и шли по темной дороге. Щенок угомонился и дремал у Тима за пазухой. Лэнди, возбужденный успехом затеянного им предприятия, болтал без умолку, и это действовало на меня успокаивающе. Никакие опасности нам не угрожали, но я на всякий случай позвал Флиппа, и он, оклемавшийся после ментально атаки лича и довольный сегодняшней охотой, затрусил по дороге рядом с нами.

— Кстати, Сэм, я не знал, что ты прокачиваешь магию, — заговорил со мной он. — Почему ты не использовал ее при прохождении того подземелья?

— Потому что у меня ее тогда еще не было.

Он скосил глаза и одарил взглядом, полным недоумение.

— Странная вы команда. Баффер с луком, мечник-маг, вор-лекарь… С вашим командиром-то хоть все в порядке?

Я подумал о том, что Боггет не владеет магией и вообще он когда-то был игроком, а теперь является частью этого мира, как и все мы. Но раскрывать секреты инструктора и заодно всей нашей компании я не намеревался. Поэтому я просто улыбнулся и сказал:

— Нет.

Лэнди прикрыл глаза и покачал головой.

— Странная команда, — повторил он. — Не понимаю я: вы хорошо сражаетесь, уровни у вас не маленькие. Но вы двое не знаете простых вещей.

«О, самые простые вещи порой оказываются самыми сложными», — пришла мне в голову мысль совершенно в духе Кифа — я даже как будто бы услышал ее озвученной его голосом. А вслух я произнес:

— Можно подумать, ты все знаешь.

Тим смутился.

— Ну, я еще низкого уровня — по сравнению с вашими.

— Мы тоже еще низких уровней — по сравнению с теми, которых собираемся достичь.

Лэнди скептически посмотрел на меня, а Тим улыбнулся, молча соглашаясь со мной. Так, весело болтая, мы и шли. Наконец показался огонек костра, который развели Киф и Боггет.

— Ну, как? — спросил инструктор.

Тим развернул плащ и продемонстрировал спящего щенка.

— Маленький совсем, — сказал Киф.

— Вырастет.

— Конечно, вырастет! А если будешь его кормить такими же странными вещами, какими Сэм кормит свое чудовище, то вырастет из него что-нибудь интересное!

— Флипп не чудовище, — возразил я.

— Конечно, — легко согласился Киф. — Может быть, когда-то он тоже был простой собакой…

— Флипп, съешь его.

Монстр вопросительно рыкнул, затем повернулся к Кифу и лизнул его своим длинным лиловым языком.

— Фу! Флипп! Противный, противный!..

Я рассмеялся. Киф и монстр-утилизатор прекрасно ладили.

— А где девушка? — спросил вдруг Тим. — У меня мана восстановилась, могу подлечить ее еще, если надо.

Я поискал взглядом вокруг костра, но никого не обнаружил.

— Она ушла, — сказал Боггет.

— Ушла? — удивился я. — Она ведь была ранена.

— Да, но Тим же вылечил ее раны. Она пришла в себя и сказала, что должна идти.

— И что, на ней никакого квеста не было? — спросил Лэнди.

Боггет поморщился.

— Был, но запутанный и с непонятным вознаграждением. Мы решили отказаться.

Я насторожился. Чересчур обтекаемо говорил инструктор.

— Да, мы решили отказаться, — поддержал его Киф. — Слишком хлопотно.

Чтобы Киф отказался от приключения? Да ладно!.. Если слова Боггета я еще мог принять на веру, то после сказанного Кифом я уже не сомневался, что с девушкой и прилагавшимся к ней квестом что-то было не так.

— Может, тогда вернемся в город? — предложил я. У меня еще оставались свитки порталов, которые дал Лэнди.

— Отличная мысль, — Боггет поднялся. — А завтра скинем лишний дроб и подберем тебе магический жезл, Сэм. Думаю, ты уже сможешь с ним управляться.

— А тот, то упал с лича, не подойдет?

— Не подойдет. Он для магов тьмы и некромантов. Давай, доставай свиток.

Я планировал перенести нас в Вэллнер, но свиток не сработал. Оповещение подсказало, что выбранная точка находится слишком далеко. Все свитки, что у нас остались, были на совсем малые расстояния.

— Может, тогда вернемся в этот городок — как его, Глиняная Гора?

— Глиняная Горка, — поправил меня Боггет. — Давай.

На этот раз портал сработал без проблем — мы оказались во дворе гостиницы.

— А я даже рад, что мы остаемся здесь, — сказал Киф. — Тут уже снега нет.

— Мне пора, — произнес Лэнди. — У меня время…

— Погоди. Для тебя есть пара заданий.

Лэнди подобрался. Его готовность выслушать Боггета и выполнить его поручения со стороны выглядела очень трогательной.

— Во-первых, посмотри на аукционах посох на мага сорок пять плюс, предпочтительно то, что подойдет стихийнику-огневику с дополнительным уроном в ментал. Во-вторых, выясни, где выпадают части сета Кнарха Серого — все, кроме медальона. Может, кстати, какие-то из них тоже на аукционе найдутся.

— Понял! Это все?

— Еще нет, — по жестам Боггета я понял, что он работает с интерфейсом. — Купи свитков порталов разной дальности. Денег не жалей, завтра будет еще.

— Сделаю! Теперь все?

— На сегодня — да. Спасибо.

— Не за что! Это вам спасибо, было весело! До завтра!

И Лэнди, взмахнув рукой, круто повернулся на пятках и растаял в воздухе.

— Зачем он ушел в режим невидимости? — спросил Тим.

— Он не ушел в режим невидимости, — ответил Боггет. — Он из игры вышел. Он же игрок, не забывайте. Идемте. Кстати, сейчас интересную штуку вам покажу…

Гостиница, в которую мы вошли, была маленькой и опрятной — мы словно оказались внутри кукольного домика. Несмотря на поздний час, нам навстречу вышла светловолосая женщина средних лет в зеленом платье и белом переднике. Ее голову украшала косынка.

— Приветствую вас, уважаемые искатели приключений! Желаете снять комнаты?

— У нас уже сняты, — ответил инструктор. — Ларс Боггет, «Синяя заря».

— Добро пожаловать, мастер Боггет, — женщина слегка поклонилась. — Ваши комнаты на втором этаже, по коридору направо. Прикажете подать ужин?

— Да, — в один голос сказали мы с Кифом, опередив Боггета.

Инструктор усмехнулся.

— Да. На четыре персоны.

— «Синяя заря» — это что, пароль? — спросил я, пока мы поднимались по лестнице.

— Да, пароль. А еще… кое-что еще, в общем. Расскажу как-нибудь потом. Может быть, — бросив на меня короткий взгляд через плечо, Боггет осклабился. — А теперь то, что я обещал.

Он распахнул дверь — и мы оказались в нашей прежней гостиной, которая должна была остаться в Вэллнере. Единственным отличием был накрытый к ужину стол. Парок над горшочками с жарким поднимался такой ароматный, что я невольно сглотнул.

— И как это возможно? — спроси Тим, входя в комнату.

— Механика мира, — ответил инструктор. Он прошел в гостиную, на ходу скидывая экипировку. — Снимаешь комнаты в одной гостинице и, пока платишь, можешь пользоваться ими, где бы ты ни оказался. Это как доступ в личные комнаты, только для группы и с меньшей защищенностью от вторжения. Небольшие кланы и просто сыгравшиеся команды искателей приключений часто используют их как штабы.

«Небольшие кланы или сыгравшиеся команды искателей приключений», — повторил я про себя. Мне хотелось это запомнить.

— А что будет, если перестать платить?

— Ничего, просто не сможешь сюда попасть. При этом тебе никто не запрещает снять в любой гостинице обычный номер и из него войти в свою личную комнату.

— А если внести плату, то можно будет попасть сюда снова?

— Ага. Так что не стесняйся, ставь свою лабораторию, — Боггет уселся за стол и первым делом налил себе вина. Тим смутился.

— Вообще-то, я ее уже собрал. В личной комнате.

Боггет усмехнулся.

— Что, боишься, что кто-нибудь позарится на твои склянки?

— Нет, дело не в этом! Просто я не хочу никому мешать. А личная комната — она ведь поглощает звуки и… все остальное, в общем.

— В том числе и урон — например, от взрыва, — догадался я. — А еще, если ты в ней какой-нибудь ядовитый газ синтезируешь, то он из нее не выйдет. Но, с другой стороны, и мы не сможем туда попасть. Это значит, что, если с тобой что-то случится, у нас не будет возможности тебе помочь. Ни единого шанса.

Наверное, мои слова прозвучали чересчур зловеще — Тим сжался, втянул голову в плечи.

— Я не собираюсь делать ничего такого. Я так, на всякий случай…

— А случаи бывают всякие, — подлил масла в огонь Боггет.

— Я просто начал изучать местную алхимию, и все, честное слово. А там на начальных уровнях ничего опасного — травы, в основном, и минералы. Лечебные мази, простые эликсиры на здоровья и ману…

— Ядовитые зелья, взрывчатые смеси и горючие жидкости, — безжалостно закончил за него Киф. — Я знаю, у меня алхимия прокачена. Не до мастера, правда, но все же.

— Тим, Сэм прав, — снова заговорил Боггет. — Если ты ненароком распределишь себя по стенам своей личной комнаты, мы об этом узнаем только по посеревшему значку в списке группы. А если и будет шанс тебя спасти, мы не сможем им воспользоваться.

— Ладно, — сдался Тим. — Я перенесу лабораторию из личной комнаты в обычную.

— Вот и молодец, — одобрил Боггет. Тим обиженно вскинулся.

— Но если здесь что-нибудь случится, я…

Инструктор расхохотался.

— Не «если», Тим. Правильно говорить «когда»: «Когда здесь что-нибудь случится…»

Тим насупился. Боггет продолжал хохотать.

— Если здесь что-нибудь случится, — сказал я, сделав ударение на первом слове, — это будет нашей общей проблемой, а не только твоей. Значит, разобраться во всем будет легче.

На следующее утро я отправился вместе с Боггетом к скупщикам — сбывать нашу вчерашнюю добычу: органические материалы (студентом ведьмачьего училища я сдавал такое мастеру Титту) и мелкий дешевый дроб, который инструктор называл трэшэм или мусором. Порядок был таков, что, если мы брали задание в гильдии, то там же и следовало отчитываться. Если мы добыли что-то по собственной инициативе, можно было и отнести это в гильдию, и продать скупщикам — среди них были как местные, так и игроки — и выставить на аукцион. Как я понял, аукцион представлял что-то вроде торговли с опорой на механику мира — продавец и покупатель договаривались о сделке и совершали ее с помощью интерфейса, даже не видя друг друга. Но доступ к аукциону был только у игроков.

Когда мы вернулись в гостиницу, нас ждал Лэнди. Тим сдержал свое обещание и теперь собирал свою небольшую алхимическую лабораторию в обычной комнате, его щенок крутился около него. В описании собаки появилась кличка и уровень — Ласка, один из пятнадцати. Киф сидел рядом на полу и с видом гуру что-то вещал о взаимодействии химических элементов.

— О, привет! — воскликнул Лэнди, когда мы вошли. — Боггет, я нашел, что ты просил, посмотри. Сэм, держи свитки. А еще наконец-то обзор по питомцам доделал, ссылка в письме, увидишь.

— Привет. И когда ты все успел? — удивился я. — Ты же говорил, что у тебя время ограничено.

Лэнди хитро прищурился.

— В игре — да. Но интернет у меня безлимитный. Я вам сейчас нужен? А то хочу быстренько кое-куда сбегать.

— Конечно, иди, — отпустил его Боггет, уже погрузившийся в чтение. — Спасибо за работу!

— Не за что! — и Лэнди вприпрыжку выбежал из комнаты.

— Он такой энергичный, — сказал Киф.

— Как ты, когда речь заходит о квесте, — заметил Боггет.

— Кстати, о квесте, — спросил я небрежно. — Что за задание было у той девушки?

Возникла секундная пауза.

— Да я даже вчитываться особо не стал, — произнес инструктор. — Увидел, что цепочка с неизвестным количеством заданий и что награда не обозначена, и отказался.

До того, как ответить мне, они с Кифом обменялись взглядами. Сделали они это быстро, но я все-таки заметил. Значит, признаваться они не хотят? С чего бы?..

— Ясно… А что там пишет Лэнди?

— Он прислал список магических жезлов, которые могут тебе подойти, и кое-что насчет твоего сета. Я не уверен, стоит ли его собирать, но сейчас посмотрим, что там с остальными предметами, где они, можно ли их купить, какие на них квесты… А еще он пишет, что сегодня в городе проходит фестиваль кузнечного мастерства. Хотите сходить?

— Хотим, — Киф подался вперед. — Если, конечно, тебе не нужны мои мудрые советы по поводу оружия для Сэма. А ты сам разве не хочешь сходить?

Боггет поморщился.

— Я просто хочу посмотреть, что вообще есть. Знаете, мне еще не приходилось подбирать оружие для мага, я никогда не играл за этот класс. А Лэнди накопировал всего подряд, так что я с этим долго провожусь.

— Какой ты стал серьезный, Боггет, — заметил я. Инструктор осклабился.

— Либо вы идете гулять, либо вы идете прокачивать магию!

— Гулять! А может, и покачаемся немного, делов-то, — Киф поднялся с пола и аккуратно оттащил Тима от оборудования. — Давайте дадим нашему мудрому лидеру возможность предаться пьянству и разврату… — в Кифа полетел кувшин — первое, что попалось под руку Боггету. — В смысле, погрузиться в пучину познания, ай!..

— Боггет осторожнее! — Тим попытался закрыть собой свою полусобранную лабораторию. Но кувшин благополучно пролетел мимо и, не задев увернувшегося Кифа, вылетел в открытое окно. Послышался звук разбивающейся посуды.

— Хотите повторить его траекторию или через дверь выйдете? — вежливо поинтересовался Боггет. Мы предпочли оставить его одного как можно скорее.

— Что это с ним? — спросил Тим, когда мы вышли из гостиницы. Щенок трусил рядом с ним. — Не ожидал, что выбор твоего оружия так важен для него.

— Дело не в этом. Смотри.

Я переслал Тиму письмо со всеми данными, собранными для Боггета. Лэнди отправил мне копию, поскольку я был заинтересованным лицом. Письмо было очень большое и представляло собой разрозненные куски информации и иллюстраций, которые сопровождались отзывами и комментариями других игроков, зачастую переходившими в жаркие споры или свободное общение. И что-то мне подсказывало, что эти отзывы и комментарии интересовали нашего наставника едва ли не больше, чем основные описания предметов. Ведь это были голоса людей из его мира. Неудивительно, что Боггет вцепился в них так жадно. В них — и в самого Лэнди. Правда, кое-что удивляло меня: если Боггет так тосковал по общению, почему он сам не сблизился с кем-нибудь из игроков? Здесь же это было проще простого.

Тим понимающе кивнул.

— Интересно, а мы можем для него что-нибудь сделать?

— Пока не знаю, — уклончиво ответил я. У меня была одна мысль на этот счет, я обдумывал ее с тех самых пор, как увидел глазами Лэнди бой между Смугляком и Сынком. Но говорить и, если уж честно, даже всерьез размышлять об этом было еще слишком рано.

Фестиваль кузнечного мастерства проходил на центральной городской площади, которая по этому случаю была украшена флажками и гирляндами из бумажных цветов. Здесь было шумно: повсюду сновали игроки, кричали зазывалы и торговцы, раздавались удары кузнечных молотов и лязг оружия. Площадь казалась совсем небольшой, но было ясно: чтобы обойти ее теперь, понадобится немало времени.

Для начала мы направились к подмосткам, на которых игроки-кузнецы демонстрировали оружие, созданное своими руками. Одно было чуднее другого: топор с лезвием в виде кривых солнечных лучей и полумесяцами вдоль длинной рукоятки, что-то вроде сдвоенного серпа, лезвия которого были способны одновременно раздвигаться в разные стороны, копье с наконечником в виде изящного букета цветов, стебли которых срастались в острие. Больше всего было мечей и топоров. Обычного размера и огромные, цельные и покрытые отверстиями, гладкие и с гравировкой, все они представляли собой результат буйства фантазии. Игроки красовались со своими творениями.

— Это оружие нового поколения! — смело заявлял игрок в очках с толстыми круглыми линзами. В руке у него было что-то вроде метлы с металлическими лезвиями вместо прутьев, к рукояти была приделана цепь с гирькой. — Я назвал его «Святое очищение». Никто не устоит перед «Святым очищением»!..

Описания предметов были открыты, и, читая их, я довольно быстро понял, что это не столько боевое, сколько художественное оружие. Характеристики были весьма скромными. Но ведь кто-то, заметив привлекательную форму, вполне мог попытаться улучшить содержание, и какое-нибудь из этого причудливого оружия вроде топора с тремя лезвиями или скрученного спиралью меча в будущем могло стать по-настоящему смертоносным.

— Пожалуйста, возьмите! — к нам подошла девушка с большой корзиной, в которой лежали голубые бантики. Можно было взять один из них и прикрепить к костюму игрока, оружие которого понравилось больше всего. Игрок, набравший больше всего бантиков, должен был получить какой-то приз.

Потолкавшись по ряду лотков, на которых продавали всевозможные кованые изделия — от мечей и доспехов до изящных брошей и шпилек — мы направились к палатке, где рослая смуглая женщина-игрок с роскошной копной рыжих волос прямо на глазах зрителей обрабатывала кусок металла. На женщине был кожаный передник, надетый поверх расклешенной кожаной юбки и лифа, который был не шире полоски кожи, перетягивающей ее лоб. Женщину звали Лагда Вирд, была она мастером-ковалем сто восемнадцатого уровня и соответствующей комплекции. Не отрываясь от работы, она давала пояснения:

— Кованый клинок по остроте никогда не сравнится с прокатным. Все дело в обработке металла. На станке металл просто раскатывают в пластинку нужной толщины, а потом затачивают. При ковке из металла выбивают дурь — эй, не ржать! «Дурью» называют окалину, которая образуется при плавке. А еще ковка убирает пузырьки воздуха и трещины. И структура металла становится другой. Когда металл льют, в нем образуется что-то вроде комочков, зерен. При ковке эти комочки размельчаются, металл становится плотнее. Но слишком плотным он быть не должен, иначе клинок сломается. Кстати, прокатный клинок из-за этого сломать довольно трудно — он слишком мягкий.

— Но тупой, — задалось из толпы.

— Сам ты тупой! — женщина резко выпрямилась и ткнула молотом в сторону говорившего. — Оба клинка острые, если их заточить. Но не оба одинаково хороши. Элли! Эй, Элли, иди сюда!

На зов женщины прибежала светловолосая девочка лет десяти в ярком желто-зеленом платье и сандалиях. Это тоже был игрок — Алексиэль91, разбойница, тридцать шестой уровень.

— Уже пора? — спросила она мелодичным голосом.

— Еще нет. Но показать кое-что мы можем.

— Ладно! — девочка вытащила два совершенно одинаковых с виду ножа и продемонстрировала их зрителям.

— Один из них кованый, другой прокатный, — сказала Лагда. — Сами по описаниям видите, какой из них какой. Заметьте, оба новые, прочность стопроцентная. Размер, форма, вес — все идентичное. А теперь смотрите, чем они отличаются.

Лагда вытащила из-да палатки стойку, на которой был повешен пеньковый канат. Стойка была сколочена из толстого дерева и явно весила немало, но Лагда справилась с ее передвижением, не напрягаясь.

— Элли, покажи, — попросила она.

— Ага!

Встав напротив каната, девочка замахнулась и легко перерубила его. Лагда поправила канат, чтобы он стал прежней длины, и девочка в точности повторила движение, но уже с другим ножом в руке.

— И чего? — спросил кто-то из зрителей.

— Не так быстро, — ответила Лагда.

На стойке вместо одного висело уже два каната, скрепленные нитью. Девочка снова замахнулась, ударила и перерубила два каната сначала одним, затем другим ножом. Я не мог не любоваться тем, как она двигалась: ее тело словно скручивалось, а рука ударяла легко и хлестко. Локоть девочка не выставляла, удар совершался за счет движения кистью. При этом, какой бы нож девочка ни держала, движения были совершенно одинаковыми. Когда очередь дошла до трех канатов и оба ножа перерубили их, кто-то в толпе воскликнул:

— А, я понял! У них прочность по-разному проседает!

Я тоже уже заметил это — понижение характеристик отображалось в открытых описаниях обоих ножей. Характеристики кованого ножа снижались медленней.

— Именно! — похвалила догадливого зрителя Лагда, крепя на стойку связку из четырех канатов. Кованный нож перерубил их, прокатный застрял в третьем канате. Обвинить в этом Элли было невозможно: девочка двигалась безупречно.

— А какой рекорд по числу канатов? — спросил кто-то.

— В реальном мире — девять. А здесь рекорд еще не поставлен, — женщина-кузнец развела руками. Вернувшись к наковальне, она снова взяла в руку молот. — А теперь поговорим о заточке…

Мы пошли дальше. Посмотрели на девушку в одежде из тончайших разноцветных тканей, танцующую с блестящими кинжалами под звуки флейты. На флейте играл парень, сидевший на коврике, и тут же были разложены другие кинжалы — на продажу. Потом мы купили перекусить с лотка торговца-местного и посмотрели несколько поединков мечников. Поединки устраивались для новичков — участники должны были быть не выше двадцатого уровня. В качестве награды победителям доставалось что-то из простой латной экипировки. Киф отчаянно болел за участников, пытался подсказывать им и громко расстраивался, когда у его фаворитов ничего не получалось. Впрочем, в общем гомоне толпы его было не слышно.

Потом меня уговорили поучаствовать в примерке доспехов. Какой-то крупный магазин представлял на фестивале свои товары, несколько красивых девушек в декоративной броне завлекали покупателей, и мне пришлось позволить им надеть на меня полный латный доспех. Все происходило на глазах у прохожих, и я чувствовал себя неловко, к тому же Киф, не унимаясь, дразнил меня. Но в то же время я видел, что большинство игроков-мужчин очень хотели бы оказаться на моем месте. Что ж, выполнив свою задачу, я с радостью уступил его им.

Погуляв еще немного, мы набрели на огороженный участок, где проходило соревнование между метателями ножей.

— Не хочешь поучаствовать? — спросил я Тима. Тот качнул головой — резче, чем это было нужно, как мне показалось.

— Нет. Давайте просто посмотрим.

Соревнование проводилось в нескольких категориях, по которым участники были распределены в зависимости от уровней. В качестве мишеней использовались обычные деревянные щиты с изображением разноцветных кругов. Ножи вонзались в них с жутковатыми глухими ударами.

— А пойдемте к гильдии, — предложил вдруг Тим.

— Ты что, хочешь взять квест? — притворно ужаснулся Киф. — Втайне от Боггета?

— Нет. Но ты же сам сказал ему, что мы, может, не только погуляем, но и потренируемся.

Здание гильдии стояло с восточного края площади. Это была двухэтажная постройка, покрытая розовой штукатурной и отделанная белой лепниной, — сахарный домик, а не место выдачи опасных заданий. Но в само здание мы не пошли, а обогнули его. Расчет оказался верным: здесь тоже был двор и тоже стояли макивары. А еще здесь было полно игроков, которым не терпелось опробовать только что приобретенное оружие и экипировку.

— Пойдемте во двор гостиницы, — предложил я. — Может, там нам повезет больше.

По сравнению с двором гильдии двор гостиницы был крошечным и невероятно загроможденным. Однако подходящую колоду мы все-таки нашли. Улыбаясь, Тим вытащил из инвентаря перевязь с метательными ножами, некогда принадлежавшую Рэккену, — боевой трофей, утаенный даже от Раэна.

— Я не доставал их с тех пор, как мы были в Безмирье в прошлый раз, — Тим вынул один из ножей и покачал его на ладони. — Они в инвентаре застряли.

Легкий взмах кистью — и стальное перышко впилось в волокнистую плоть дерева. Тим сделал шаг в сторону, на ходу доставая еще два ножа и отправляя их следом за первым. Один вошел прочно, второму не хватило инерции и он, едва коснувшись колоды кончиком, упал на землю.

— Как они тебе? — спросил я. — Может, нужно было присмотреть что-нибудь получше?

— Они неплохие. Для того разбойника они были даже слишком хороши. Но для меня это не важно, — Тим отошел от колоды на несколько шагов и бросил нож с большей силой. Клинок вошел глубоко и прочно. — Я не могу пользоваться ими в настоящем бою, я еще в Подземелье Туманных Жриц понял это. Странно: выстрелить из лука в человека или животное я могу. А бросить в них нож — я имею в виду, всерьез, так, чтобы на поражение, — не получается.

Еще один клинок полетел в колоду.

— Но когда ты дрался с Рэккеном, у тебя это получилось, — напомнил я.

Тим кивнул.

— Вот с тех пор и не могу.

Мне вдруг пришло кое-что в голову.

— Помнишь, что сказал Боггет, когда Киф предложил купить для тебя комплект метательных ножей?

— Что он хотел бы избежать ситуации, в которой мне пришлось бы их использовать. Конечно, помню, — Тим быстро бросил оставшиеся три ножа, заставив их выстроиться ровно друг под другом, выпрямился, расслабился. — Думаете, он жалеет меня?

— Нет. Причем здесь это? С луком ведь ты управляешься без проблем. Просто Боггет, скорее всего, рассчитывал, что, если мы превратимся в настоящую команду, ты станешь именно хилером.

Тим улыбнулся.

— Ты правда так считаешь? Хочешь сказать, он изначально распределил наши роли?

Я пожал плечами.

— Может быть.

Тим задумался. Он подошел к колоде, собрал ножи, вернулся на исходную позицию.

— Знаешь, а это вполне вероятно, — сказал он, машинально примериваясь к очередному броску. Возможно, именно потому что Тим думал о чем-то постороннем, бросок вышел безупречным. — Сам Боггет — танк, как он себя называет. Это лобовая атака, ближний бой, связывание противника схваткой. Киф — вор и разбойник. Это разведка, слежка и неожиданные нападения, — еще один безупречный бросок.

— А еще покорение противника красотой и обаянием, — встрял Киф.

Тим кивнул, не отвлекаясь от своего рассуждения.

— С Селейной и мной все просто — маг атакующего подкласса и маг-лекарь, — еще два ножа вошли в колоду. Почти сразу же к ним добавился третий. — И Рейд — силовая поддержка. А еще с нами был Вен — отличный мечник, но не танк. И оба они лучше всего дерутся, когда вступают в бой не первыми, а вторыми. Идеальные дамагеры. — Тим бросил еще один клинок и посмотрел на оставшиеся в его руке два ножа. — Арси я не считаю. И если то, что ты сказал, верно, то Боггет его не принимал в расчет тоже. Остаетесь вы с Ридой. Какие роли инструктор выделил для вас?

Я усмехнулся.

— Мы были запасными, Тим. Если бы что-то случилось с тобой, Рида бы стала хилером. Если бы не только Вен нас оставил, но и Рейд или что-то случилось бы со мной, Боггет дал бы ей в руки меч, и она бы взяла. Я был мечником поддержки, но, если бы не было Кифа, мне пришлось бы взять на себя его роль. Теперь, когда с нами нет Рейда и Селейны, я продолжаю оставаться воином, но должен еще и занять место мага.

— Все это звучит логично, — произнес Киф. — Но не очень весело.

— А кто говорит о веселье? Это жизнь, Киф.

— И что, жизнь, по-твоему, не может быть веселой? Да с такими убеждениями ты себе тут никогда девушку не найдешь!

Киф, как всегда, был восхитительно бестактен. Я хотел сказать ему, что и не пытаюсь — у меня есть девушка, которую я люблю, и я не собираюсь что-то менять, даже если она отказалась остаться со мной. Но объяснять Кифу тонкости человеческих отношений было занятием неблагодарным. Он любил только мир, в котором жил, — свое Безмирье.

— Знаешь, Сэм, а все это не так уж и плохо, — произнес Тим. — Помнишь, как сказал Лэнди? Баффер с луком, мечник-маг, вор-лекарь…

— И Старый Псих, — не удержавшись, закончил я. — Просто Старый Псих.

Тим рассмеялся.

— Да. Но ты же понял, что я имею в виду, — передумав бросать два последних ножа, Тим пошел подбирать уже брошенные. — Киф, что ты думаешь об этом?

— Я думаю, что мы самая интересная и самая необычная команда, — уверенно заявил магик. — Пока мы еще в начале пути, но придет день, и мы станем лучшим отрядом во всем Безмирье! У нас будет собственный замок, украшенный трофеями и картинами с нашими подвигами, и огромная сокровищница, и статуи в залах славы по всему миру…

Вернувшись, Тим принялся убирать ножи в перевязь.

— …Менестрели сложат о наших подвигах песни, мы станем легендами, и нашими именам будут поучать нубов! — Киф заливался соловьем. Забавно, но его предсказания сбылись: нас ждал и замок, и подвиги, и сокровища с трофеями, и место в легендах этого мира. Но тогда никто из нас, конечно, всерьез не думал об этом.

Тим улыбался. Но вдруг уголки его губ дрогнули, и лицо приобрело странное выражение.

— Что случилось, Тим?

Он поднял голову и посмотрел на меня. Его улыбка стала шире.

— Здесь спрятан еще один нож, Сэм, — сказал он.


Глава 37. Сплошные сюрпризы


К вечеру вернулся Лэнди. Боггет все еще изучал присланные им материалы, Тим заканчивал сборку лабораторного оборудования, Киф, опять усевшись на пол рядом с ним, что-то вещал. Так что я прихватил тарелку с печеньем и кружку горячего шоколада и вместе с Лэнди вышел на просторный балкон нашей общей комнаты, который находился как раз над гостиничным крыльцом. С него открывался вид на двор перед зданием и улицу. В отличие от Вэллнера, в Глиняной Горке балкон не был завален снегом и прекрасно подходил для времяпрепровождения. Здесь даже была большая деревянная лавка под козырьком, подвешенная на цепи. На ней мы и устроились.

— Ты сегодня в игре дольше, чем обычно, — заметил я.

— Я просто выходил днем и теперь снова зашел. Ну, как, ты посмотрел мой обзор?

— Прости, у меня не получилось, — я не лгал. В еще одном письме, полученном от Лэнди, была запись: «Обзор тут!» А дальше следовала длинная строка из символов, которые меняли цвет, если я пытался прикоснуться к ним. Но больше ничего не происходило. — А ты можешь мне прислать свой обзор так же, как ты прислал бой на арене?

Расстроившийся было Лэнди взбодрился.

— Разумеется. Это все из-за того оборудования, которое вы тестируете, да? Боггет говорил мне об этом. Получается, у вас нет доступа в сеть?

— Типа того.

— Не проблема… Вот, сделано. Смотри давай.

Я открыл только что пришедшее письмо, в нем оказалась запись. Но она была совершенно не похожа на ту, что я видел до этого. На фоне стены, заклеенной яркими картинками, на диване с кремовой обивкой сидела полненькая смуглая девчонка лет четырнадцати с длинными блестящими черными локонами, к которым было прицеплено множество маленьких разноцветных бантиков. На щеке красовалась крохотная золотая звездочка. Одета девчонка была в свободное черное платье с блестками, на шее висели бусы.

— Здравствуйте, дорогие зрители и подписчики моего канала! С вами снова я, Лера Эланлис, и сегодняшний обзор будет посвящен квестам, с помощью которых можно получить необычных питомцев. Но перед тем как начать, хочу вам напомнить про одну замечательную игру — о квестах в ней, кстати, и пойдет речь…

Девочка говорила бодро, задорно. По мере ее рассказа на панели передо мной появлялись разноцветные картинки, некоторые даже двигались. Среди представленных на них питомцев нашлось место и для щенка Тима. Девочка рассказала о квесте, который нужно пройти, чтобы его получить, упомянула о скелетах на кладбище и волколаках. Говорила она все это голосом Лэнди.

— …На этом все! Подписывайтесь на мой канал, ставьте лайки! И до следующих встреч!

— Ну, как? — спросил Лэнди, рассчитав, когда запись должна была закончиться.

Я был настолько ошеломлен, что не мог произнести ни слова.

— Здорово, — наконец выдавил я из себя и попытался улыбнуться. — Извини, задумался. А почему у тебя имя такое странное — Лера Эланлис?

— Так оно же латиницей пишется. Leerа_Alonless — игра слов, понимаешь? А вообще, меня действительно Лерой зовут, — Лэнди улыбнулся по-новому, кокетливо. Меня передернуло.

— Я думал, ты парень.

— Ну да, в этой игре у меня мужской персонаж. Но это же никак не влияет на характеристики и… — Улыбка вдруг сошла с лица Лэнди. — Не надо было тебе этого говорить, да?

Я промолчал. Настроение Лэнди испортилось. Он поднялся.

— Я не хотел тебя обидеть. Я знаю, что раскрывать свою настоящую личность в играх не принято. Но я подумал, что мы могли бы подружиться. Извини. Я, пожалуй, пойду.

Выглядел Лэнди так, будто бы вот-вот расплачется. Я постарался взять себя в руки. Ну, да, он оказался девчонкой — и что с того? Притворяться кем-то другим в природе многих людей… И не людей тоже — Киф ведь строил из себя девушку, а я его за это все-таки не убил. И я ведь знал, что у игроков по два тела — одно цифровое, как говорил Боггет, а другое настоящее. Вполне естественно, что они могут отличаться. К тому же, насчет возраста Лэнди у меня заблуждений не было — я и раньше относился к нему как к подростку. Мне не следовало так резко реагировать на его признание… Да. Но одно дело — знать о чем-то, и совсем другое — столкнуться с этим лицом к лицу.

— Не уходи, — попросил я. — Если у тебя еще есть время, не уходи, пожалуйста.

А еще я только что видел кусочек чужого мира. Интересно, это был тот же мир, в котором когда-то жил Боггет, или какой-то другой?.. Мой тайный замысел приобрел чуть более ясные очертания.

Лэнди посмотрел на меня с удивлением.

— Я не обиделся. Просто это было… неожиданно. Садись. Печенья хочешь? — я протянул ему лакомство. Во взгляде Лэнди появилось недоверие, но он все же снова сел на лавку и медленно протянул руку. «Словно подманиваю щенка», — пронеслось у меня в голове. Тем временем Лэнди осторожно взял печенье. Я разжал пальцы, и тут уж пришлось удивляться мне: лицо мальчишки озарила искренняя радостная улыбка.

— Получилось! — воскликнул он. — У меня получилось!

— И что же у тебя получилось?

— Я смог взять это! Не через обмен, а просто так!

Для меня в этом не было ничего удивительного, но для игрока, вероятно, взять что-то в руки, минуя интерфейс, было очень необычно. Лэнди надкусил печенье.

— А у них бафы на удачу, — сказал он. — Маленькие совсем, правда, но все равно, дай еще пару штук. — Я протянул ему миску, Лэнди выгреб из нее горстку печенья и убрал в инвентарь. — Вот бы еще вкус был или хотя бы запах! А то оборудование, которое вы тестируете, будет создавать ощущение вкуса?

Я пожал плечами. Признаваться, что никакого «оборудования» не существовало и для меня это был самый настоящий мир со вкусами и запахами, я не собирался.

— Я еще хотел спросить себя кое о чем. Если можно, конечно. Мы же в одном языковом кластере играем, верно? Если уж все так сложилось… — Лэнди робко покосился на меня. — Мы могли бы познакомиться в реале. Я могу приехать, если не очень далеко.

Я молчал. Щеки мальчишки вспыхнули.

— Я не настаиваю! Просто ты проводишь в игре столько времени, и я подумал, что на это должны быть какие-то причины. Где ты живешь?

Я улыбнулся.

— Здесь.

Лицо Лэнди вновь стало грустным. Он вздохнул, отвернулся.

— Дурацкий разговор. Прости.

Я понимал ход его мыслей. Лэнди считал, что я игрок, который проводит здесь дни напролет, потому что у него — то есть, у меня — в настоящем мире, скорее всего, какие-то проблемы. Может быть, я не могу ходить, или меня не выпускают из дома, или у меня сложности с общением — в общем, должна быть веская причина, чтобы отказаться от настоящей жизни и уйти в игру с головой. А еще я видел, что и Лэнди, и та девочка на записи очень одиноки. Им обоим больше всего хотелось иметь друзей.

— Мы не сможем встретиться в реале, — сказал я. — Но здесь можем видеться, когда захочешь.

Лэнди посмотрел на меня недоверчиво.

— Парень ты или девушка — не важно, — добавил я.

Он улыбнулся. Мне захотелось рассмеяться — когда я решил, что смогу притворяться игроком, я не думал, что дойдет до такого.

Вдруг на улице послышался шум. Он выбивался из обычных монотонных звуков и поэтому привлек мое внимание. Выглянув за перила, я заметил светловолосую девушку, бежавшую к гостинице. Она двигалась рывками, прихрамывая на одну ногу, и почти не пыталась прятаться. Ее преследовали несколько человек, я заметил у них оружие. Когда девушка вбежала во двор гостиницы, один из них, на секунду обернувшись, крикнул остальным:

— Да быстрее же! А то опять уйдет!

Девушка сделала еще несколько шагов и рухнула на колени посреди двора. Плечи ее дрожали, длинные белые волосы почти касались земли. Один из преследователей — тот, что шел первым, — сбросил темп и уверенно вошел во двор. В руках у него появились два тонких золотистых клинка, ярко блеснувших в сумерках. Остальные загонщики — их было примерно полдюжины — рассыпались цепью позади своего лидера. Мечник двинулся к девушке.

Борясь с легким чувством тошноты, я встал, оперся рукой на перила и сиганул с балкона. С учетом увеличенных за счет очков опыта показателей такой прыжок теперь не представлял для меня сложности. Краем глаза я видел, как Лэнди подается вперед, чтобы увидеть, что заставило меня так поступить.

— Прикрой, — шепнул ему я.

Оглянувшись, я прочитал в его глазах вопрос.

— Как?..

Как хочешь, Лэнди. Может быть, ты сообразишь позвать кого-нибудь на подмогу. Если придется драться, она мне понадобится.

Я приземлился перед самым носом девушки. Она вздрогнула всем телом и всхлипнула, но головы не подняла и убежать не попыталась. Очевидно, она приняла меня за одного из своих преследователей и смирилась с тем, что ее сейчас убьют. Мечник тем временем остановился и с удивлением посмотрел на меня.

— Сэм?.. Что ты здесь делаешь?

Я пожал плечами.

— Играю. Живу.

Он опустил клинки и двинулся вперед. Я напрягся, и он, будучи опытным воином, это заметил, остановился.

— Это наша добыча. Ты что-то имеешь против?

Я кивнул. Клинки в руках мечника едва заметно повернулись — он поменял их угол для того, чтобы атаковать. Но я оказался быстрее — черкнул по земле носком сапога, и по ней побежала тонкая дорожка пламени. Сделав быструю петлю вокруг меня и девушки, огонь лег дугой перед мечником и взметнулся чуть выше его коленей.

Да, магию мы сегодня прокачивали тоже, как и требовал Боггет. Я замучил Тима — опыта, который он набрал, помогая мне, ему хватило, чтобы прокачать пару своих заклинаний и получить следующий уровень. А я научился управляться с пламенем так, как мне этого хотелось.

Мечник замер. В моей ладони тоже появилось оружие.

— Ты… — он вдруг усмехнулся. — Похоже, ты это серьезно.

Повернув голову, он скомандовал через плечо своим спутникам:

— Уходим.

И они исчезли.

Несколько мгновений я стоял неподвижно, прислушиваясь к сумраку. Затем убрал меч, погасил пламя и склонился над девушкой.

— Все закончилось. Идем.

Она подняла голову, и я увидел ее лицо, залитое слезами. Глаза у девушки были серебряные.

— Идем, — повторил я.

Подняться девушка не смогла, и я, недолго думая, взял ее на руки. То ли я стал настолько сильнее, то ли девушка была очень легкой — я почти не чувствовал ее веса.

Когда я поднялся со своей ношей на крыльцо гостиницы, навстречу мне выскочил Лэнди. Вид у него был перепуганный.

— Сэм, что случилось?

— Это та девушка из леса, — ответил я, аккуратно огибая его. — Она нашла нас. И сейчас кое-кто ответит мне на пару вопросов.

Теперь, когда опасность миновала, во мне волнами поднималась злость. Я занес девушку в нашу гостиную, мельком бросил взгляд на Боггета и Кифа, окликнул Тима, который до этого играл со своим щенком на полу около камина, но, встревоженный шумом, вскинул голову.

— Тим! Помоги мне, пожалуйста!

Я уложил девушку на постель в свободной комнате. Она попыталась что-то сказать, но голоса не было слышно. Лэнди принес лампу, и в ее свете мы с Тимом осмотрели девушку. Она снова была ранена: длинный порез шел по ребрам с правой стороны, чем-то с очень кривыми краями было распорото бедро. Удивительно, что она вообще могла передвигаться.

— Я займусь ей, Сэм, — сказал Тим. — Иди.

Я послушно вышел в гостиную. Если бы потребовалась перевязка, я бы остался. Но у нас был хилер, а у хилера были мана и отличные навыки, а значит, можно было обойтись без тазиков с теплой водой, мазей, швов и бинтов. После работы Тима у девушки, скорее всего, даже шрамов не останется.

В гостиной меня ждала тишина. Гневно смотреть на Кифа было практически бесполезно, поэтому я испепелял взглядом Боггета. В конце концов инструктор сдался, шумно вздохнул.

— Прости, Сэм. Было ясно, как ты отреагируешь, если узнаешь. Поэтому лучше было бы, если бы ты ничего не узнал.

— О чем? О том, что Вен здесь? — хоть извинение Боггета и потешило мое самолюбие, я не мог успокоиться так быстро. — Или о том, чем он занимается? Как вы вообще узнали, что это был Вен?

— Когда Эйвен пришла в себя, она довольно точно его описала, — сказал Киф. — Ошибиться было трудно.

— Эйвен?

— Так ее зовут.

— Хорошо. И что Вену от нее нужно? Она вам рассказала? Какой на ней квест?

Ответом мне была тишина.

— Извини, Сэм, — повторил Боггет. — Но она всего лишь квестовый непись. Не стоит принимать все так близко к сердцу.

Это было последней каплей. Негодование, клокотавшее во мне, выплеснулось наружу.

— Близко к сердцу? О чем, ты Боггет? Какая непись? У меня руки в ее крови! Не знаю, зачем, но Вен и его люди хотели ее убить. А она пришла сюда. Она пришла к нам, Боггет! Она рассчитывала на нашу помощь!

И тут лицо инструктора посерело. Он медленно, очень медленно повернулся и посмотрел на Кифа.

— Ты…

Магик сжался в кресле и закрыл голову руками.

— Ты принял квест! Киф! Мы же договорились!

— Прости! — пискнул Киф. — Я думал, ничего плохого не случится. В крайнем случае, просто сольем его, и все.

Боггет закрыл глаза и медленно перевел дыхание, чтобы успокоиться. Нормальный цвет постепенно возвращался к его лицу, но мне по-прежнему было жутко. Я еще не видел инструктора таким.

— Ты кретин, Киф. Чертов кретин, — хрипло произнес Боггет. — Нам не вытянуть этот квест! Отказывайся. Сейчас же.

— Ладно…

— Нет, Киф, — возразил я. — Стой. — Я снова посмотрел на Боггета. — Сначала вы мне расскажете, в чем дело.

Инструктор поморщился.

— Да ничего особенного. Эта девушка — квестовая непись, ей нужно добраться из точки А в точку Б и при этом выжить. Любой из искателей приключений или группа может взять квест на ее сопровождение и охрану.

Слова Боггета сбили меня с толка.

— И в чем сложность?

Боггет громко хлопнул ладонями по подлокотникам кресла.

— А сложность в том, что к этой же неписи привязан квест на ее убийство, и взять его может тоже любой игрок или группа игроков, — он поднялся и прямо посмотрел на меня. — Если девушка доберется до места назначения живой, выигрывает охрана. Если она погибает, выигрывают охотники. Такое вот соревнование, и награда в обоих случаях довольно высока. Теперь ты понимаешь, Сэм? Понимаешь, во что мы ввязались?

Я медленно кивнул.

— Чтобы убить девушку, охотникам нужно уничтожить тех, кто будет ее защищать.

«И похоже, что до нас еще уже кто-то защищал — иначе бы она не добралась до этих мест, — добавил я про себя. — Вот только предыдущие ее защитники не пережили встречу с отрядом Вена».

— Именно! А этот идиот принял квест на ее охрану! — Боггет ткнул пальцем в Кифа.

— Эй, полегче, — наигранного чувства вины и стыда в голосе Кифа больше не было.

Я потер пальцами лоб.

— Я все понимаю… Кроме того, как в этом замешан Вен.

— Думаю, ему нужна награда за выполнение квеста, — предположил Боггет.

— Ему?

— Или тому, кто послал его.

В гостиной снова стало тихо. В этой тишине особенно отчетливо послышались шаги Лэнди и Тима. Дверь в комнату, куда я отнес девушку, не была закрыта, и они слышали весь наш разговор.

— Как Эйвен? — спросил я, оборачиваясь.

— Уснула, — Тим пересек комнату и устало опустился в кресло. — С ней все будет в порядке.

— На какие уровни рекомендован квест? — спросил Лэнди.

— Семьдесят плюс, — ответил Боггет. — Но против нас будут игроки, а в такой ситуации заранее не угадаешь. Может быть, против нас будет кучка нубов, которую можно выкосить, как траву. А может, будет два-три хай-левела, которые выкосят нас, — он аккуратно скосил глаза в сторону Лэнди, затем снова оглядел нас. — А мы все знаем, что этого допускать никак нельзя.

— Вена сложно назвать нубом, — сказал я, кивком головы дав Боггету понять, что я уловил смысл его слов. Тим кивнул тоже. — Но кто его сопровождал, я не разглядел.

— На них были плащи, маскирующие имена и уровни, — заметил Лэнди. — Дорогой шмот.

— Ну, так что, мне отказываться от квеста? — спросил Киф.

— Отказывайся, — произнес Боггет.

— Не надо, — одновременно с ним сказал Тим. Я посмотрел на него с удивлением. Тим пояснил: — Мы спасли эту девушку дважды, и я дважды лечил ее. Будет жаль, если ее все-таки убьют. Но теперь, когда Вен знает, что мы ее защищаем, может, он отступится от своих планов? Сегодня же он ушел. В крайнем случае, мы можем попытаться договориться. И вообще, возможно, задача перед нами стоит не такая уж и сложная. Мы ведь не знаем, какой путь девушка уже проделала. Может быть, ее цель совсем близко. Давайте дождемся, когда она проснется, и расспросим ее обо всем. Тогда и решим, что будем делать дальше.

Мы переглянулись. Я кивнул в знак согласия с Тимом.

— Хорошо, — сказал Боггет. — Так и поступим. Но с одним условием: сегодня вы все спите в личных комнатах. И не покидаете их до утра, что бы ни случилось. Ясно? А для тебя, Лэнди, будет особое задание.

— Посмотреть, что есть на форумах по этому квесту? — догадался маленький разбойник.

— Именно.

На том мы и разошлись. Я вошел в личную комнату и снова почувствовал себя запертым в коробке. Но делать было нечего: мы пообещали инструктору, что позаботимся о своей безопасности. Иначе он мог вышвырнуть Эйвен на улицу — с него бы сталось.

Спал я плохо и проснулся рано, когда только-только начало светать. Первым делом я покинул личную комнату и вышел в гостиную, чтобы убедиться в том, что ночью никто не покушался на Эйвен. К счастью, там все было в том же порядке, что и накануне. Мои соратники еще спали. Дверь в комнату Эйвен была приоткрыта, и я осторожно подошел к ней. Оттуда доносились какие-то тихие звуки. Сначала я решил, что у девушки после перенесенных ран началась лихорадка, поэтому она часто дышит и вертится в постели. Но, заглянув внутрь, я понял, что ошибался.

Девушка стояла посреди комнаты ко мне спиной. На ней было только нижнее белье, рассеченная и заляпанная кровью туника лежала на полу около постели. Эйвен неторопливо, но и не жалея собственного, только-только вылеченного тела, разминала плечи. Я видел, как ходят мышцы под ее кожей на спине, как проступают и исчезают лопатки. Чуть ниже правой у Эйвен была татуировка — длинная цветущая лоза, и она будто бы извивалась в ритме движений девушки. Закончив с разминкой, Эйвен принялась наклоняться в стороны и тянуться, как это делают мечники перед спаррингом. Я наблюдал за ней, зачарованный плавностью и красотой ее движений. Где-то на задворках сознания трепетала мысль о том, что я, вообще-то, подглядываю, а это неприлично. Но меня это не останавливало.

Эйвен не останавливалась тоже: теперь она делала наклоны, без усилий доставая до пола ладонями, и разминала бедра. Наконец она опустилась на пол, по-прежнему оставаясь спиной ко мне, и принялась за растяжки. Вот тут я понял, что мне следовало уйти раньше, пока я еще мог. Последний раз я был с Ридой слишком давно, и сейчас она была слишком далеко от меня, и не было никакой надежды, что я смогу обнять ее и привлечь к себе, а потом долго целовать и ласкать, прежде чем наконец насладиться ей — так, как хотелось мне сейчас насладиться этой девушкой. Тело Эйвен, стройное, гибкое, было восхитительно. Мои глаза видели одно, но воображения рисовало другое — то, что может быть, если я сейчас войду в ее комнату. Меня охватило острое, почти болезненное желание. Мое тело кричало. Я тихонько прикусил пальцы, чтобы попытаться заставить его замолчать.

В этот момент Эйвен, распластавшись на полу, скосила глаза в сторону двери. Разумеется, она заметила меня, причем совсем не сейчас, а гораздо раньше. Легко, но неторопливо поднявшись, она подошла, взглянула мне в глаза.

— Я просто хотел узнать, все ли в порядке, — я попытался оправдаться. Жар заливал мое лицо.

— Сейчас узнаешь, — сказала Эйвен и потянула меня за одежду в комнату.

Шквал эмоций пронесся через меня, потом наступило мгновение абсолютной, звенящей тишины. А в следующий миг мы вместе оказались на полу.

Я никогда не знал девушек, кроме Риды, и не хотел знать. Но Эйвен и не была девушкой. Это было воплощенное желание, гладкая кожа и пламя под ней. Стоило мне закрыть глаза, как я переставал понимать, где ее руки и сколько их. Эйвен оплетала, окутывала меня собой, и я наполнялся сладким соком и хотел, чтобы она выжала из меня этот сок. Я потерял счет времени и забыл о том, что в любой момент может проснуться кто-нибудь еще — если он войдет сюда, то застанет нас. Никаких мыслей больше не было — Эйвен вылакала их из меня своим языком. Когда же я наконец достиг наивысшей точки удовольствия, она напряглась вместе со мной, и тихонько, трогательно вскрикнула, и вместе со мной же расслабилась.

— Вот, видишь, все в порядке, — прошептала она. — Как тебя зовут?

— Сэм, — мой голос был хриплым.

— А я Эйвен. Меня хотят убить. Сэм, пожалуйста, защити меня.

Передо мной появилась панель с предложением квеста. Я принял, не задумываясь.

За завтраком Киф, поглядывая в мою сторону, так ехидно улыбался, что я решил, что он видел меня с Эйвен. Но когда Боггет спросил его, в чем дело, он ответил:

— Сэм квест принял. Мне оповещение пришло — мол, у меня теперь есть соратник.

Боггет, и так не отличавшийся этим утром хорошим настроением, помрачнел еще сильнее.

— Мы же договаривались, — сквозь зубы процедил он. Я понимал, что он прежде всего думает о нашей безопасности, и мне было стыдно из-за того, что я нарушил наш договор.

— Может, все-таки выслушаем ее? — Тим кивком головы указал на девушку, сидевшую с нами за столом. — Эйвен, расскажи нам, что случилось.

Эйвен вела себя тихо, сдержанно. Спустя несколько минут после того, как я ее оставил, она вышла из своей комнаты в новой чистой тунике фиалкового цвета и накидке, закрепленной крупной брошью, а еще в ее статусе теперь отображалось имя и уровень — шестьдесят первый. Где она взяла одежду и украшение, я не знал, списал все на механику мира. Когда Тим обратился к ней, она подняла голову, оглядела нас и произнесла:

— Мое полное имя — Эйвен Лан Аэстер, я принадлежу к древнему клану дроу. Довольно долго у нашего народа не было настоящего правителя, наследник был слишком юн, а регент не мог претендовать на трон. Все это время корона дроу тайно хранилась в нашем клане. Но в этом году наш наследник достигнет совершеннолетия, и мы должны были передать ему корону. Однако несколько дней назад на наш клан вероломно напали. Численность врагов была велика, и я не знаю, скольким дроу из нашего клана удалось выжить. Я была вынуждена бежать, чтобы спасти корону. Сейчас она у меня. Но меня преследуют и пытаются убить. Пожалуйста, помогите мне добраться до города дроу Арракона. Мой народ не останется в долгу и щедро заплатит вам за спасение короны и наследницы клана Аэстер.

Закончив, она слегка склонила голову.

— Я никакой короны при ней не заметил, — сказал я.

Боггет поморщился.

— Сэм, не тупи. Корона — это дроб, он выпадет, если ее убить, — он повернулся к Кифу. — У тебя карта до Арракона открыта? Где это?

— Далековато, — Киф был погружен в интерфейс. — Пешком не дойдем. Но можно сократить дорогу — в Арраконе есть стационарный портал.

— Значит, нам нужно добраться до ближайшего города со стационарным порталом, верно? — Спросил Тим.

— Ага. До Гинсенгбурга. Это всего день пути, если на лошадях. Или давайте искать мага-порталиста, который нас прямо отсюда добросит либо до Гинсенгбурга, либо сразу до Арракона.

— Да где мы мага-порталиста найдем? — Боггет был по-прежнему мрачен.

— Лэнди найдет. Ему не долго. Но мы и сами добраться до Гинсенгбурга сумеем.

— Постойте, — заговорил Тим. — Я правильно понимаю, что мы сейчас уже обсуждаем квест? Значит, мы его принимаем?

Мы переглянулись. Эйвен сидела молча, глядя на собственные руки, сложенные на коленях.

— Черт с вами. Давайте, — сказал Боггет.

Передо мной появилось оповещение, что у меня появился соратник — отныне Эйвен, наследницу клана Аэстер, защищает игрок Ларс Боггет. Тут же возникло еще одно, точно такое же, но в нем речь шла уже о Тиме.

— Группа? — предложил я. В этот момент я чувствовал себя настоящим игроком, и не мог с уверенностью сказать, чего мне хотелось больше — защитить девушку или обыграть Вена.

Эйвен подняла голову и улыбнулась.

— Благодарю вас, отважные искатели приключений! Вы не пожалеете о сделанном выборе!

— Надеюсь, — буркнул Боггет. Но было заметно, что думает он уже о другом. — Киф, поделись картой. Что там за маршрут?..

Когда все было наконец согласовано, встал вопрос о том, как провести остаток дня. Оставить Эйвен без присмотра мы не могли, а так как в гостинице она была в относительной безопасности, нам тоже не следовало уходить далеко. Строго говоря, нам вообще не следовало покидать комнаты — за нами могли следить. Вен видел только меня и, может быть, Лэнди. Если он не знает, что с нами Тим, Боггет и Киф, это станет нашим преимуществом.

Я заглянул в описание квеста и узнал, что один игрок или группа игроков может взять его сколько угодно раз. По его условиям, если в процессе выполнения задания Эйвен погибнет, игроку или группе можно взять квест снова, но проходить его придется с самого начала. Если же девушка оставалась жива, но игрок погибал, он терял право продолжить выполнение задания — для него квест считался проваленным. Сопоставив эти сведения с собственными наблюдениями, я сделал вывод, что до нас Эйвен действительно уже кто-то защищал, и, скорее всего, это были обычные игроки. Но они не справились с заданием, а значит, не должны были иметь к нам никаких претензий.

После того как мы приняли квест на защиту Эйвен, девушка успокоилась и стала более раскованной. Она не старалась понравиться нам, но была мила, охотно поддерживала беседу о всякой ерунде и часто улыбалась, особенно Тиму, который изо всех сил пытался ее развлечь. Ласка уже давно лежала у девушки на коленях. Щенок уснул, мусоля краешек ее накидки, и Эйвен рассеянно поглаживала его. При этом она ничем не выдавала того, что было между нами, и мне было неловко оттого, что я никак не мог разобраться, хотел ли я, чтобы она вела себя иначе, или нет. А когда приблизилась ночь, все стало еще сложнее.

— На нас могут напасть, — напомнил Боггет. — Кто-нибудь должен забрать Эйвен в свою личную комнату.

— Это возможно? — удивился Тим.

— Если вы связаны квестом — да.

— Вот ты и забирай, раз сам это предложил, — хитро прищурившись, сказал Киф.

Боггет одарил его взглядом, который, если бы имел физический вес, превратил бы магика в блин.

— Ты за кого меня принимаешь?

— За нормального здорового мужчину. А что, не стоит?

— Я тебе сейчас объясню, что стоит, а что не стоит.

Киф развел руками.

— Ничего не поделаешь, среди нас нет ни одной девушки. Кому-то придется сегодня ночью вести себя прилично. Если, конечно, ты настаиваешь на своей идее.

— Я настаиваю. Мне все равно, кто из вас это сделает. Я просто хочу спокойно выспаться. Завтра нам предстоит тот еще денек.

— А что кто-то не выспится, тебя не волнует? — Киф продолжал дразнить инструктора. Тот постепенно доходил до точки кипения.

— Может, бросим жребий? — предложил Тим. — Только пусть участвуют все, в том числе и ты, Боггет.

— А может, спросим сначала у Эйвен? — сказал я. Мне не легко далось выдержать ровный тон фразы. — Может быть, она не согласна на такое.

Боггет ухмыльнулся.

— Я согласна, — сказала Эйвен. — Пожалуйста, позаботьтесь обо мне.

В этих ее словах было столько двусмысленности, что мне снова стало жарко.

— Может, ты даже скажешь, с кем ты готова провести эту ночь? — спросил у нее Киф. — В смысле, в чьей комнате.

— Это не важно. Я не сомневаюсь в благопристойности ваших намерений.

А стоило бы, — подумал я. По крайней мере, я за себя не отвечал.

— Хорошо, — Киф вспорхнул со своего места. — Тим, пиши на бумаге наши имена и кидай в эту миску. Пусть Эйвен вытянет одну.

Тим принялся выполнять просьбу Кифа. «Если он не напишет на всех четырех бумажках свое имя — а он слишком честный, чтобы так поступить, — то у меня есть шанс», — подумал я. Мне было стыдно за свои мысли. Но я смотрел на Эйвен, послушно ожидавшую, когда Тим закончит, и мои глаза буквально поедали ее. Сердце бухало в ушах так, что заглушало остальные звуки. Я искренне надеялся, что никто из моих спутников не испытывает того же — это было бы несправедливо.

Секунды тянулись мучительно долго. Наконец Тим протянул миску Эйвен, и та, закрыв глаза, опустила в нее руку. Киф хлопнул в ладоши, потер руку об руку.

— Ну, великий рандом, удиви нас, — сказал он.

Эйвен вытащила бумажку. Я почему-то не удивился, когда увидел на ней свое имя.

Киф с размаху хлопнул меня по плечу.

— Поздравляю! Смотри, не упусти свой шанс!

Я был счастлив. Но странное это было счастье — к нему примешивалась горечь вины и стыда. И совершенно не хотелось встречаться взглядом с Тимом: не нужно было обладать большой наблюдательностью, чтобы заметить, что девушка ему нравилась. А я забирал ее без всякого на то права.

Боггет подошел ко мне и тихо сказал:

— Все в порядке, не стесняйся. Это просто один из сценариев квеста. Иди.

Когда мы с Эйвен остались наедине, она улыбнулась и положила руки мне на плечи. Мне вспомнилось, как уверенно она вытащила бумажку с моим именем и как из последних сил еще тогда, в лесу, с помощью волшебной печати отбросила Кифа, потому что сочла, что он собирается напасть на нее.

— Ты владеешь магией? — спросил я.

— Немного. Достаточно, чтобы добиваться желаемого, — она потянулась ко мне губами, раскрывая их, как раскрывает свои лепестки цветок.

На этот раз наша близость не была такой торопливой и ошеломительной. В нашем распоряжении была кровать, большая и не испачканная кровью, и уж точно никто не мог помешать нам. Но от этого мое желание не было менее острым. Эйвен втягивала меня в себя уверенно и настойчиво и в то же время была такая податливая, что, кажется, сожми я ее пальцами чуть сильнее, и она просочиться сквозь них, чтобы в следующий миг обрести прежнюю форму и снова прильнуть ко мне. Ее глаза и волосы будто бы светились, но сама она была мраком, чувственным и нежным.

А еще — теперь я не сомневался в этом — Эрин была гораздо опытнее, чем я. Немного смущая меня, она — без слов, только с помощью движений — предлагала мне делать с ней такие вещи, которые не приходили мне в голову даже в самых смелых фантазиях. Ее тело говорило с моим на понятном ему языке, и это было восхитительно. Пожалуй, впервые, дойдя до пика наслаждения, я был готов продолжить, не останавливаясь.

Все-таки в том, что звук из личной комнаты не проникал вовне, был огромный плюс. Можно было сколько угодно кричать самому и вынуждать кричать кого-то другого.

После Эйвен лежала у меня на плече, дыша ровно и спокойно, а я никак не мог избавиться от ощущения неправильности на своей левой ладони. Точно так же, как Эйвен сейчас, когда-то у меня на плече частенько лежала Рида. Моя рука помнила ее мягкий теплый бок и никак не могла осознать его замену иным, гладким, плотным, упругим телом. Эйвен остывала так же быстро, как и разогревалась, и сейчас ее кожа была приятно-прохладной. Я осторожно поглаживал ее кончиками пальцев.

— Когда мы прибудем в Арракон, ты останешься там? — тихо спросил я.

— Разумеется, — голос Эйвен был тягучий, словно нектар. — Это мой народ, я должна жить с ним. А чего бы ты хотел?

— Чего бы я хотел… — я задумался. Это был отличный вопрос, чтобы перевести разговор на другую тему, потому что эта мне резко разонравилась. Я продолжил в полушутливом тоне: — Даже не знаю. Я же искатель приключений. Наверное, я бы хотел заработать много денег, заиметь свой дом, жениться на хорошей девушке…

Я почувствовал, как тело Эйвен напряглось. Она перевернулась, приподнялась и, взглянув мне в глаза, прошептала:

— Не смей.

Ее взгляд был настолько прямой и серьезный, что я растерялся.

— Что?..

— Не смей этого делать. Можешь думать об этом сейчас, если это придает тебе сил перед битвой. О том, что заведешь свой домой, женишься на хорошей девушке… Но не смей так поступать. Лучше погибни где-нибудь — быстро и по глупости, так, чтобы об этом никто не узнал.

Под конец ее тирады ее голос становился все злее, и последние слова она едва ли не цедила сквозь зубы. Я был ошеломлен.

— Эй, успокойся, — Я погладил Эйвен по спине. — Чего ты?

Она обмякла, снова положила мне голову на плечо.

— Извини. Нашло что-то… — она ткнулась носиком мне в шею, лаково поцеловала. — Передохнешь еще немного или продолжим?

— Передохну, — ответил я с полной уверенностью, что мы сегодня не остановимся на достигнутом. Но уже через пару минут я спал, как убитый. Мне снилась сияющая голубая печать и звонкий смех в темноте.


Глава 38. Дорога через Гинсенгбург


Как только солнце начало садиться, я сменил Тима на козлах. Мы как раз въехали в небольшую лощинку. Каурая лошадка, которую мы арендовали вместе с фургончиком, бодро бежала по укатанной дороге. Слева и справа от меня, качаясь, поскрипывали магические фонари. Они только что загорелись.

День прошел без приключений: мы выехали из Глиняной Горки затемно и по дороге останавливалась всего один раз, чтобы покормить лошадь и дать ей возможность отдохнуть. Если нас в пути так ничто и не задержит, то примерно к полуночи мы доберемся до Гинсенгбурга. Единственное, что меня беспокоило — до сих пор почему-то не появлялся и не отвечал на письма Лэнди. Но, с другой стороны, он ведь был игроком, у него вполне могли появиться неотложные дела в его настоящем мире.

Накануне мы подробно обсудили несколько вариантов дальнейших действий. Мне больше всего нравился план, согласно которому мы могли бы отвлечь группу Вена и провести Эйвен маршрутом, которого он от нас не ожидает. Но, к сожалению, в чистом виде этот план был невыполним. Механика мира, в стольких случаях помогавшая нам, на этот раз играла против нас: Эйвен была отмечена на личных картах охотников как цель, и спрятать ее было невозможно. Существовало, правда, заклинание, превращающее точку в диапазон на карте, и Киф им владел, но применить на ком-то, кроме себя, он не мог. Возможности найти мага-порталиста без помощи Лэнди у нес не было, а Боггет сильно злился на мальчишку еще и потому, что у него могла быть полезная нам информация. Но и ждать, пока Лэнди объявится, мы не могли тоже: это позволило бы охотникам собрать больше информации о нас самих и выстроить свою стратегию. Поэтому Боггет решил подтолкнуть их к тем действиям, которые будут на руку нам самим. Ну и без подстраховки не обошлось, конечно же.

Дорога шла прямо, ветви деревьев проплывали над моей головой. Пока что все было спокойно: вечерние птицы тянули свои трели, в траве стрекотали насекомые. Но когда наш фургончик достаточно углубился в лощину, раздался наконец тот самый звук — треск, с которым падает заранее подрубленное дерево. Рухнув, кипа зелени впереди скрыла дорогу. Я натянул поводья, остановив лошадь довольно далеко от появившейся преграды, и принялся ждать.

С местом для засады Боггет угадал. Но дальше отряд Вена мог повести себя разными способами: напасть на фургон разом со всех сторон, атаковать небольшими группами с разрывом во времени и с разной стратегией, выйти на дорогу для лобового столкновения, оставив кого-то в резерве, и так далее. Вариантов было много, а мы не знали, сколько у Вена людей. Может быть, позапрошлой ночью я видел всех. Может быть, это была только часть его отряда. Так, как, например, волколаки, они на наших личных картах не отображались — их присутствие скрывала специальная экипировка, и алый маркер на поле появлялся только тогда, когда противник оказывался замеченным.

Сидя на козлах в свете фонаря, я представлял собой отличную мишень. И я ждал, что в меня полетит стрела или арбалетный болт. Я не опасался их, потому что был под защитой Тима. Но, возможно, наши противники тоже видели эту защиту, поэтому избрали другую тактику. Справа сверху дрогнули листья, скрипнули ветви, и на меня набросился рога. В сумерках влажно блеснул кривой кинжал. Противник был в плаще, скрывающем статы, поэтому ничего о его уровне я сказать не мог. Мы свалились с козел и покатились по земле. В этот момент еще один рога спикировал на мое место и тут же рухнул под ноги лошади со стрелой из лука в груди. Боггет выпрыгнул из фургончика и сцепился с двумя выскочившими на дорогу мечниками. Орудовал Боггет топором — грубо, но эффективно — и у его противников было немного шансов остаться в живых. Мой же рога был ловким, быстрым и будто бы скользким, но создавалось странное впечатление, что драться он не умел — попытался сыпануть мне в лицо каким-то порошком, а когда я поджег эту взвесь прямо у него перед глазами и его откинуло взрывом, ушел в режим невидимости и стал издалека закидывать меня дротиками. Я вытащил из инвентаря щит и прикрылся им, в то же время отвечая на атаку накинувшегося на меня еще одного мечника. Сначала я хотел ударить его чистой силой и разорвать дистанцию, но потом решил, наоборот, сблизиться с ним — так моему роге будет сложнее попасть в меня своими дротиками, если он захочет продолжить кидать их. В паузе между двумя ударами я окинул взглядом поле боя и заметил, что нападающих, как и в прошлый раз, примерно полдюжины. Но я наверняка видел не всех, да и сам Вен еще не показался. Это был еще не настоящий бой — так, разминка.

Вдруг над дорогой пронесся ледяной вихрь, и я получил уведомление об уроне холодом и дебафе переохлаждения. Там, где дорогу перекрыло дерево, стоял человек в мантии и с посохом в руке — классический маг. Посмотрев вниз, я увидел ледяную корку, приморозившую мои ноги к земле. В это время мой противник решился на финальный удар. Я не мог ни отразить его, ни уклониться, но все-таки это было опрометчивым решением с его стороны: не бросая настоящий щит, я создал поверх него воздушный и просто поднял мечника на нем и перекинул через себя. Потом присел и прижал ладонь ко льду. Будь это мой родной мир, лед бы таял довольно долго. Но здесь он исчез почти сразу же — у меня как раз хватило времени на то, чтобы чуть сдвинуться в сторону и парировать удар моего противника, который уже тоже оказался на ногах. Я совсем забыл о роге — и зря, потому что, стоило мне сцепиться с мечником, он решил атаковать меня со спины. Сработало заклинание Тима — рогу откинуло и оглушило ударом. Маг скастовал новое заклинание, на этот раз с неба посыпались ледяные лезвия. Выручил снова барьер Тима, куполом накрывший фургон и ближайшее пространство. Мне наконец удалось ранить моего противника — всего лишь в бедро, но зато глубоко. Добавив ему в челюсть краем щита, я отступил к фургону. Мы трое — я, Тим и Боггет — стояли почти что рядом. На дороге лежало несколько раненых охотников — а может, среди них были и убитые. Но, чтобы занять их место, появились новые — они обходили нас, выстроившись цепью. Я насчитал десяток. Плюс маг-дамагер. Интересно, а хилер у них есть?..

— Сэм, — скомандовал Боггет.

— «Аура ужаса»!

Перед моими глазами возникло оповещение, но я смахнул его, не читая, и поэтому не сразу понял, что заклинание не сработало — только тогда, когда Боггет, бросившийся в атаку, встретил мгновенное сопротивление ничем не пораженного противника. Инструктор тоже сообразил, что заклинание не прошло, и отпрянул назад. А потом из тени деревьев на дорогу выступила еще одна фигура. Несмотря на то, что ее голову прикрывал капюшон, я без труда узнал Вена. Сделав несколько шагов, он остановился, оставаясь за спинами своих людей.

— Сдавайтесь, — сказал он. — Вам не справиться, вас слишком мало. Отдайте нам Эйвен.

— Не могу, Вен, — ответил я, вальяжно покачивая клинком. Я знал, это раздражало профессиональных мечников. — У меня квест на ее защиту.

Лицо Вена скривилось.

— Ну почему именно ты? Неужели так сложно было играть где-нибудь в другом месте! — в его руках появились золоченые сабли, и он двинулся на нас.

— Стой, — попросил его я. Тон моего голоса заставил Вена остановиться. Я ни на секунду не сомневался в том, что Вен уже достаточно освоился в Безмирье и знал, в чем отличия между игроками и такими, как мы. Я продолжил: — Мы оба знаем, чем сейчас рискует каждый из нас. Ты видишь мой отряд. Я не вижу твоего. Но ты понимаешь, что я имею в виду, правда, Вен? Ты уверен, что хочешь этого?

Я видел, как на скулах Вена заиграли желваки. Он злился. Мне было непонятно, почему для него так важно выполнить этот квест, но, кажется, у него была на это веская причина. Впрочем, у меня тоже были причины не уступать ему.

— Просто отдайте нам девушку, — повторил Вен.

— А если мы не согласимся?

— Что ж, тогда…

Соратники Вена напряглись, приготовившись к атаке. Маг скинул посох. Но тут полог фургона приподнялся, и на землю осторожно спустилась девушка, закутанная в плащ. Следом за ней, уже с гораздо меньшей деликатностью, из фургона выпрыгнули еще двое, тоже закутанные в плащи. Их комплекция и шум, который они при этом произвели, не позволяла усомниться в том, что это мужчины, причем в доспехах и с оружием.

— Хватайте ее! — приказал Вен.

Я буквально видел собственными глазами красный маркер цели на его личной карте и картах его подчиненных, который безоговорочно указывал на девушку. Но тут она сняла с головы капюшон.

Видеть лицо Вена в этот момент дорогого стоило. Рядом с нами стояла Селейна. Двое ее сопровождающих — игроки-хаи, которых нам в поддержку выделил Эрон — тоже сняли капюшоны, чтобы были видны ники, уровни и принадлежность к отряду наемников с отнюдь не скромной репутацией.

— Извини, Вен, — сказал я. — Эйвен с нами нет. Ее украли.

— Кто? — возмутился кто-то из отряда Вена.

Я улыбнулся.

— Самый лучший вор в этом мире.

Вен выругался, сплюнул.

— Я не знаю, как ты это сделал. Но ты за это ответишь! — он отвернулся и скомандовал своему отряду: — Уходим!

И они снова отступили. Я наблюдал за темными силуэтами в плащах, пока они окончательно не затерялись в сумерках. Хоть я и прекрасно держал лицо, на душе у меня было тревожно: это была победа, но победа не в войне, а только в одном из сражений. И я не сомневался, что Вен попытается взять реванш. Нам следовало поторопиться.

— Хорошо, что не пришлось с ними драться. Пустая трата сил и времени, — произнесла Селейна своим жутковато-спокойным голосом, от которого у меня потеплело на сердце. Как все-таки здорово, что некоторые вещи не меняются.

— Это на твоем уровне пустая, — ответил Тим. — А нам бы пришлось повозиться. И не факт, что мы бы справились.

— Мы бы не справились, — сказал Боггет. — Спасибо, что выручила.

Селейна улыбнулась.

— Не за что. Зовите еще. Если действительно нужно будет драться — зовите тем более.

— А ничего, что за услугу для нас рассчитываться придется тебе? — спросил Тим.

— Да какие между нами счеты! — она повернулась к своим спутникам. Одного звали Марик Черт, он был копейщиком сто семнадцатого уровня — темноволосый парень с нахальной улыбкой. Другого, тоже воина, звали Одиночка777, его уровень был сто тридцатым. На вид ему можно было дать лет сорок, он был седоволосым, по левой стороне лица шел длинный вертикальный шрам. Сейчас он был вооружен алебардой, причем держал он ее в левой руке.

— Ребят, уберите то дерево, пожалуйста! — попросила Селейна.

— Угу, — Одиночка направился к дереву, на ходу меняя алебарду на обычный топор. Парой ударов он разрубил дерево на аккуратные чурбаки и просто распинал их. — Дорога свободна, королева!

Тим деликатно кашлянул.

— А они тебя любят, — заметил я.

— Я их тоже люблю, — ответила Селейна игриво и вдруг с неожиданной серьезностью добавила: — Но вас я люблю больше.

Путь до города занял у нас еще около часа. Теперь, когда наш план сработал, можно было воспользоваться порталом, но острой необходимости в этом не было. Нам оставалось преодолеть совсем небольшой отрезок пути. Выходя из лощины, дорога взбиралась на возвышенность, и перед нами внезапно открылся вид на усыпанный огнями огромный город, посреди которого на темной скале, напоминавшей пень гигантского дерева, сиял сказочный замок.

— Гинсенгбург, — сказал Боггет. — Много слышал о нем, но никогда еще здесь не был.

К городу вел длинный пологий спуск. Ворота, несмотря на поздний час, были гостеприимно распахнуты, хотя по обеим сторонам от них и стояла стража. Над воротами висел герб города — большое синее полотно в желтой окантовке, в центре которого было изображено растение с ярко-зелеными крупными листьями и венчиком алых ягод. Когда мы проходили под высокой каменной аркой, из-под нее уже привычно прозвучало:

— Внимание! Вы входите в город Гинсенгбург! Внимание! Город Гинсенгбург — это обычная зона! Будьте внимательны! Добро пожаловать!

Дело оставалось за малым — найти любую гостиницу. Как раз одна располагалась справа от ворот. Боггет торопливо зашагал к ее крыльцу. Киф и Эйвен уже должны были ждать нас.

— Добро пожа… — начал служащий из-за стойки, но инструктор перебил его.

— Ларс Боггет, «Синяя заря».

— Здравствуйте, мастер Боггет! Ваши комнаты… — заговорил расплывшийся в улыбке служащий. Но Инструктор не слушал его, он уже направлялся к лестнице.

— Эй, нам доступ кинь! — напомнил Марик.

Когда мы вошли в комнату, Киф и Эйвен действительно уже ждали нас. Хоть я и понимал, что с девушкой все в порядке — иначе я бы получил оповещение о том, что квест провален, — у меня все равно отлегло от сердца только тогда, когда я увидел ее своими глазами. Не то чтобы я за эти два дня так привязался к Эйвен. Просто она доверилась нам, и это было важно.

— С возвращением! — поприветствовал нас Киф. — Как я вижу, все получилось?

— Да, все получилось, — ответила Селейна. — Давай, меняй нас обратно. А потом мы проводим вас до портала.

Спутники Селейны разместились в креслах, а сама она прошла на середину комнаты и встала напротив Эйвен. Киф достал из инвентаря большой свиток, развернул его так, чтобы он оказался между девушками, и прочел заклинание. По обеим сторонам свитка появились узорные зеленые печати, девушек окутало сияние, и какое-то время крошечные светящиеся зеленые точки отделялись от фигур и впитывались в печати. А потом печати поменялись местами, пройдя через свиток, и исчезли. Сияние погасло тоже.

— Сделано! — провозгласил Киф. — Можем ид…

Остаток фразы поглотил грохот, с которым вылетели оконные рамы и часть стены. Я успел только выставить руки перед собой, чтобы прикрыть лицо.

— «Оковы Тиамат»! — зычно прокричал кто-то, и я понял, что больше не могу пошевелиться. Передо мной повисло оповещение о воздействии обездвиживающего заклинания. Дверь грохнула, распахиваясь во всю ширь. Послышался топот. В пыли, заполнившей комнату, замелькали человеческие фигуры.

— Какого… — начал где-то за моей спиной Марик, но это было все, что он сумел сказать. Раздался глухой стук — словно на пол упало что-то каменное — и почти сразу же послышался второй такой же.

Киф попытался уйти в невидимость, но его выбили из нее и еще кинули под ноги какое-то зелье — он стал задыхаться. Эйвен, Селейна и Тим, как и я, не могли сдвинуться с места. Что было с Боггетом, я не видел, но по возне в пыли и обломках где-то слева понял, что он сражается. Продолжалось это, впрочем, недолго — рыки и ругань Боггета свидетельствовали о том, что его повалили и скрутили.

«Сопротивляйся, — сказал я себе. — Ты же можешь. СОПРОТИВЛЯЙСЯ!»

Напрягшись изо всех сил — так, что заскрипели зубы — я повел рукой, чтобы вытащить оружие. Тут же кто-то резко ударил меня сзади по ногам и, схватив за руки, вывернул их за спиной. Я оказался на коленях. Попытался вызвать в ладонях пламя, чтобы высвободиться. Но тот, кто меня держал, дернул меня за руки вверх, и я, сбившись с каста, взвыл от боли в плечах и ткнулся носом в пол.

Вдруг резкий порыв ветра очистил помещение от пыли, и наконец-то открылась полная картина происходящего. Напавших на нас было не меньше десятка, и по экипировке я узнал отряд Вена. Правда, маг с ними был другой — сухощавый старик с лысым черепом, острыми, плотно прижатыми к нему ушами, зеленоватой кожей и крупным овальным камнем, вдавленным прямо в лоб. Судя по статам, игрок, Гар Син, колдун сто шестьдесят второго уровня. Без труда поддерживая свои «Оковы», он вытащил свиток и заставил его сгореть голубым пламенем. У меня в ушах резко и пронзительно зазвенело. Это было заклинание, полностью блокирующее использование магии — так подсказал мне интерфейс.

Послышались звуки шагов, и в комнату вошло еще трое. Одного я не знал, но одет он был как маг. Двумя другими были Вен и Амир Ди'Асанн. Маскировка больше не скрывала их данные. Более того: Безмирье опознавало их как игроков. Вен был семьдесят девятого уровня, класс — воин, ассасин. Эйр был двести четырнадцатого уровня. Класс не отображался.

— Добрый вечер! — громко произнес Черный Принц на ходу. — Простите за грубость, но мы торопимся.

Он пересек комнату и остановился напротив Эйвен. Перед глазами у меня потемнело. Где-то на полу завозился Боггет, коротким быстрым ударом его заставили угомониться.

Я понимал, что шансы противостоять незваным гостям у нас мизерные. Но я не мог просто стоять на коленях и смотреть на то, что будет делать Черный Принц. Я был уверен, что он собирается убить Эйвен. Я попытался вырваться.

Черному Принцу не пришлось даже смотреть в мою сторону, чтобы отдать приказ. Он бросил короткий взгляд на Вена, и тот, вытащив саблю, приставил ее к моему горлу.

— Не двигайся, — произнес он.

Это не было похоже на угрозу, скорее это была просьба. Но от этого мне было не легче. Гнев и бессильная злость криком рвались из груди. Все повторялось: девушке, которую я взялся защищать, грозила смертельная опасность. А я опять не мог ничего сделать. Я не хотел смотреть на то, что случится. Но и закрыть глаза я не смел.

«Прекрати! — одернул я себя. — Проваленное задание не стоит этого. Боггет прав, Эйвен всего лишь непись. Это не Рида, с ней ничего плохого не случится. Даже если ее сейчас убьют, она возродится, чтобы другие игроки могли взять ее квест…» Не помогало…

Я вдруг одернул себя. Это не должно было помогать. Как ни удивительно, именно в ту минуту я, кажется, случайно обнаружил корень болезни, называемой «проклятьем хиро». Когда воспринимаешь игру всерьез и переживаешь за персонажей, как за настоящих людей, а с ними случается такое, что-то внутри начинает сопротивляться, чтобы ты не потерял рассудок от боли, обиды, страха, беспомощности — или всего вместе взятого. А потом это чувство просто прогрессирует, и через какое-то время ты уже не можешь заставить себя относиться к происходящему как к реальности. Даже если больше всего в жизни хочешь этого. И это — начало конца. Такой ты Безмирью не нужен. Оно не потерпит подобного отношения. Если ты попал сюда, ты обязан жить по-настоящему и по-настоящему все испытывать. Иначе тебе здесь нет места.

Интересно, а что случилось с Боггетом, что у него началось «проклятье хиро»?..

Тем временем Черный Принц встал напротив Эйвен. Она была по-прежнему неподвижна, даже глаза неотрывно смотрели в одну точку. Эйр взмахнул рукой… Сердце у меня остановилось. Но следом за движением принца в воздухе всего лишь появилась целая россыпь панелей, похожих на те, что составляли мой интерфейс. Черный Принц искоса взглянул на меня и улыбнулся, наслаждаясь произведенным эффектом.

— Есть одна девушка, — заговорил он, манипулируя панелями. Те двигались следом за его пальцами, раскрывались, и Эйр стирал на них одни записи и вносил другие. — Я очень хочу, чтобы она стала моей королевой. Но мне еще только предстоит завоевать ее руку и сердце. Один человек сказал, что подарок в виде короны дроу может ей понравиться. И она это подтвердила.

Черный принц утопил какую-то кнопку, и из груди Эйвен, окутанная золотистым сиянием, медленно выплыла изящная корона из темного металла, украшенная гладко отполированными алыми камнями. Эйр взял ее одной рукой, а другой достал из инвентаря серебряную корону с причудливыми зубчиками и ярко блестящими черными и прозрачными камнями и аккуратно поместил ее на место той, что забрал. После этого он смахнул панели, и они исчезли. Черный принц повернулся к Селейне.

— Пожалуйста, прими этот скромный подарок, — сказал он, протягивая ей корону обеими руками. — Пусть он украшает твою голову, ибо меньшее тебя не достойно! — И вдруг, сменив пафосный тон на обычный, он добавил: — Ах, да, ты же не можешь двигаться. Тогда я сам примерю ее на тебя, если не возражаешь.

И он аккуратно надел корону на голову Селейны.

— Ну, на сегодня все! — Черный Принц хлопнул в ладони. — Всем спасибо! Мы уходим!

Клинок Вена исчез в ножнах, руки, державшие меня, отпустили. Я покачнулся, оперся ладонями в пол, но не упал. Наоборот — я подался вперед.

Я не знал, что я сделаю. У меня не было никакого плана — и, если оценить ситуацию здраво, никаких шансов у меня не было тоже. Но после всего, что он вытворил, я просто не мог позволить ему вот так просто уйти.

— Эйр!..

Что-то сильно ударило меня одновременно в голову и грудь. Сильно — но не больно: просто так ударило. Я почувствовал, что откидываюсь назад.

— Тим, хил! — где-то очень далеко заорал Боггет.

А потом настала темнота. Оказавшись в ней, я почувствовал себя сбитым с толку: я словно бы стоял в огромном помещении — настолько огромном, что стен и потолка его не смог бы, наверное, разглядеть даже при свете, — и в то же время я ощущал, что это помещение замкнутое. Если здесь и были двери, они были закрыты. А в темноте передо мной, высотой примерно в мой рост, сияла уже знакомая голубая печать.

Время шло, ничего не происходило, и я решил приблизиться к печати. Я даже протянул руку, чтобы коснуться ее — вдруг это могло что-нибудь повлечь за собой. Но ничего особенного не случилось. Символы были гладкими и прохладными на ощупь, и было странно, что они, вполне материальные, висят в воздухе строго на определенных местах и не падают.

Вдруг я почувствовал что-то странное у себя за спиной. Сначала я даже не понял, что это, но потом все же узнал это ощущение — там стоял ужас, тот самый, что не подпускал меня к воспоминаниям о моей смерти. Но я будто бы каким-то образом прошел сквозь него, даже этого не заметив, и теперь он был не передо мной, а позади меня — стоял темным монолитом. Монолит был не таким уж и большим: если бы я захотел, я мог бы довольно быстро обойти его по периметру. Но я не хотел. Он не был интересен мне. Мое внимание привлекала печать. И как только мои мысли вернулись к ней, я понял, что за ней может быть спрятано то, что я так хотел вспомнить.

Я снова потянулся к печати. На этот раз от моего прикосновения по ней пробежали искры, а потом… Страха не было — была только короткая яркая вспышка. А когда я открыл глаза, оказалось, что я лежу на полу нашей гостиной. В голове немного шумело, но я без проблем сел и огляделся.

— Наконец-то, — устало выдохнул Тим.

Он сидел на полу около меня, его жезл лежал рядом. Камень, укрепленный в навершии, посерел, по нему шла широкая трещина. Следующей я увидел Эйвен. Она сидела на краешке дивана, живая и здоровая, но будто бы немного сонная. Киф сидел рядом, подобрав под себя ноги. Он был пыльный, как вылезший из подвала кот, и слегка шальной, но никаких повреждений у него я не заметил. Селейна сидела в глубоком кресле напротив них. Выражение ее лица было спокойным настолько, что всем, кто когда-либо осмеливался перейти ей дорогу в прошлом или намеревался сделать это в будущем, было лучше самостоятельно завернуться в саван и ползти на кладбище. Боггет стоял позади нее, положив ладони ей на плечи. Его пальцы едва заметно сжимались и разжимались. Разбитая физиономия инструктора уже начала отекать, но более серьезных травм, кажется, не было. Корона дроу валялась на полу у дальней стены. А еще в нашей комнате откуда-то взялись два небольших надгробья с никами «Одиночка777» и «Марик_Черт» и классами соответственно. Вместо дат жизни были обозначены уровни.

— Я его убью, — тихо произнесла Селейна. — Если он действительно игрок, я буду убивать его, пока он не откажется от игры. Если он безмирник, я буду убивать его до тех пор, пока его душа не обратится в прах.

— Он не игрок и не безмирник, — сказал я, поднимаясь. Судя по всему, пробыл я без сознания не очень долго. — Он что-то другое. И у него полная башка причуд.

Селейна чуть повернула голову. Ее взгляд нашел меня и медленно на мне сфокусировался.

— Ты его оправдываешь?

— Нет. Но ведь он не убил нас, хотя мог.

Боггет кивнул.

— Да, тот маг снес тебе ровно девяносто девять процентов здоровья. Ювелирная точность.

— Он нашел способ извлечь корону из Эйвен.

— И при этом посмеялся над нами.

— Для хай-левела это нормальное поведение.

Селейна прищурилась.

— По-моему, ты все-таки оправдываешь его.

— Ты в Безмирье без году неделя и будешь рассуждать, что нормально, а что нет? — возмутился Боггет. Селейна напряглась, и инструктор поспешил взять себя в руки. — Не знаю, Сэм… Но в чем-то ты, пожалуй, прав. У этого типа полно причуд.

— Селейна, что это вообще за история с короной? — спросил я.

Она прикрыла глаза.

— Это было довольно давно, еще до того, как ты вернулся, Сэм. Этот человек нанял наш отряд для выполнения задания. Ничего сложного: прокачка его людей и параллельно добыча ресурсов. Платил золотом, не скупясь, но и не соря деньгами. Он тогда был в маскирующей экипировке, все звали его просто «Эйр», а Вена с ним не было. Я не узнала его. Я же видела его до этого всего один раз, ночью, раненым, мне и в голову не могло прийти, что Эйр и Черный Принц — одно и то же лицо, — она невесело улыбнулась. — Я только сегодня вспомнила, что Арси тоже называл его «Эйр».

Я кивнул — с помощью магии Селейна стала свидетелем разговора, который состоялся между мной и Арси с Веном, когда они решили отправиться к Черному Принцу.

— Пока он находился в нашем отряде, он вел себя очень дружелюбно. Много шутил, дурачился. Заигрывал с девушками, в том числе со мной. Теперь, когда я вспоминаю его поведение, я понимаю, что он уделял мне слишком много времени и внимания, а с другими девушками флиртовал для того, чтобы это не бросалось в глаза. Как-то вечером у костра зашел разговор, дурацкий, как это часто бывает у мужчин, — о том, с помощью каких подарков можно снискать расположение девушек из нашего отряда… Вообще-то, было весело. Маленькая стройная эльфийка, мечтающая о тролльей боевой секире, — это ведь и правда забавно. Когда очередь дошла до меня, кто-то из ребят сказал: «Ей понравится разве что корона дроу, не меньше!» Я тогда улыбнулась и ответила: «Может быть». Я не думала, что кто-то примет это всерьез, тем более Эйр. А то, что он сказал сегодня… — не договорив, она замолчала.

— Может быть, он говорил не всерьез, Селейна.

— Но, может быть, он говорил всерьез. Он такой человек — с ним никогда нельзя быть уверенным, серьезен он или шутит. Теперь я понимаю это.

Я кивнул. Мне это довелось понять немного раньше.

— Ты все-таки спасла ему жизнь, — напомнил я. — Наверное, это произвело на него сильное впечатление.

— Ты тоже спас его жизнь, — возразила Селейна. — Но на тебе он жениться не хочет.

Тут голос подал Киф.

— Да кто б ему позволил.

— Киф, ты пугаешь меня, — признался я.

— О-ой, я сам себя пугаю… Простите, я после того элика еще не отошел. Голова гудит, а лечить нельзя… Да и нечем.

Селейна подалась вперед.

— Все, хватит, спасибо. Пусти, пожалуйста.

Боггет приподнял ладони, и она встала с кресла, пересекла комнату и подняла с пола корону, которую сама же, скорее всего, и отправила в полет.

— Если он серьезен в своих намерениях, меня ждет непросто будущее, — сказала она, рассматривая изящную работу с металлом и камнями. — Такие люди, как Эйр, обычно добиваются своего.

— А как же Эрон? — спросил я. — Разве ты не можешь рассчитывать на него?

Селейна посмотрела на меня.

— Сэм, Эрон игрок. Мы оба знаем, что это значит, — она убрала корону в инвентарь. — На вас я могу рассчитывать в полной мере. А на него — нет. То, насколько мы с ним близки, не имеет значения. Он никогда не будет воспринимать происходящее здесь достаточно серьезно.

Я снова был вынужден с ней согласиться. Я и сам уже столкнулся с тем, что игроки могут оказаться легкомысленными, необязательными, чересчур жадными, могут и помочь, и отказать в помощи без особых на то причин или попытаться убить тебя просто ради развлечения. В этом не было ничего странного: для них ведь это была не настоящая жизнь, они приходили в Безмирье развлекаться, и мы были не вправе требовать от них серьезного отношения. Вон, Лэнди до сих пор не появился… Смешно сказать: я даже немного беспокоился о нем. А еще я испытал прилив гордости — все-таки Селейна между нами и игроками выбрала нас. И пусть сейчас она большую часть времени проводила с отрядом Эрона, связь между нами не разрушилась.

Вдруг в коридоре снова послышался топот, и в гостиную ввалились Марик и Одиночка. Оба были в экипировке, но она уступала той, что была на них прежде.

— Всем привет, мы вернулись! — бодро поздоровался Марик. — Блин, меня так даже мобы в песочнице не выносили! Где тут мое надгробье?.. Вот не взял бы я элитку, сейчас бы ты подобрал мой кокон, не надо было бы сюда переться.

— Или твой кокон подобрал бы кто-нибудь другой, — сердито ответил Одиночка.

Оба почти одновременно приложили ладони к надгробным камням, оставшимся на месте их гибели, — те сразу исчезли — и принялись менять экипировку.

— Прости, Селейна, — сказал Марик. — Мы лузеры. Но вы каким-то образом квест все-таки не слили, я смотрю?

Селейна улыбнулась. Улыбка была неискренней.

— Да, все в порядке. Можно сказать, мы разошлись миром. Пойдемте к порталу.

Выйти из гостиницы теперь можно было, не таясь. Но это почему-то не радовало меня. Сопровождая Эйвен, мы всей нашей большой, позвякивающей железом компанией проследовали к одной из площадей, посреди которой сиял голубой портальный круг в изящной золотой оправе. В сумерках это выглядело особенно красиво, к тому же через портал постоянно кто-то уходил и приходил. Вообще, несмотря на поздний час — а может быть, наоборот, благодаря этому — на площади и окрестных улицах было довольно людно. Кажется, такие крупные города, как Гинсенгбург, никогда не затихали полностью.

Эйвен все это время вела себя как ни в чем не бывало. Я специально наблюдал за ней — со стороны все было в порядке. Поэтому я долго обдумывал то, что хочу сказать, и все-таки решился — отозвал Боггета в сторону, заговорил:

— Послушай, Боггет. Если мы вернем ее… такой. Неужели они ничего не заметят? Я имею в виду, не заметят подмены?

Боггет задумался.

— Если я правильно понял то, что сделал Эйр, то да, они ничего не заметят.

— А есть способ это проверить? Извини, может, я зря беспокоюсь, просто…

— Я тебя понял, — инструктор оборвал мою сбивчивую речь. — Ты прав, Сэм.

Он повернулся и позвал:

— Эй, Марик! Мы тут с Сэмом поспорили. Квест, который мы сейчас делаем, — как в нем корона дроу вообще выглядит?

— Да я-то откуда знаю? Сейчас посмотрим, — он сделал в воздухе несколько жестов, потом словно нажал на десяток невидимых клавиш. Затем его рука на секунду замерла, после чего снова задвигалась. Мне и инструктору одновременно пришло по письму. — Вот, глядите. По мне, довольно миленькая. Тут еще другие изображения есть, но это с официальной страницы игры. Скорее всего, предмет абгрейдили. Такое бывает, когда авторские права на дизайн нарушаются или разработчикам тупо заняться нечем.

Мы с Боггетом переглянулись. Марик переслал нам изображение той самой короны, которую в Эйвен поместил Эйр. Я улыбнулся.

— Давай поделимся с ними квестом. Пускай сдадут его и получат вознаграждение. Может, при их уровнях им оно и не покажется большим, но все равно так будет правильней.

— Заодно и на портал тратиться не придется, — одобрил нашу идею Киф. За время прогулки он пришел в себя в полной мере, что подтвердила его следующая фраза: — А сэкономленные деньги потратим на еду!

— Тим, что ты думаешь об этом?

Тим пожал плечами.

— Мне все равно. Если с ней точно ничего не случится, я не против.

Я отчетливо ощутил его настроение: мы были в шаге от выполнения квеста, мы выиграли, Эйвен была жива и здорова. Но почему-то казалось, что мы ее все-таки потеряли.

— С ней ничего не случится, — заверил его я. — Эй, Марик, а вы с Одиночкой за нас квест сдать не хотите?

Марик выразительно изогнул бровь.

— В смысле? А награда? А экспа? Вам же меньше достанется.

— Да фиг с ней. Вы же со смертью часть опыта потеряли.

Одиночка наморщил лоб.

— Да немного совсем. И вообще, мы же не за оплату договаривались — так, по знакомству помочь.

— Тогда считайте, что это наша просьба, — сказал Боггет и посмотрел на Селейну.

— Я сдам, идите, куда вы так торопитесь, — сказала она. — Заодно посмотрю на столицу дроу, давно хотела ее увидеть.

«Внимание! Отныне Эйвен, наследницу клана Аэстер, защищает игрок Селейна».

— А я согласен, — казал Марик. — Опыт лишним не бывает!

«Внимание! Отныне Эйвен, наследницу клана Аэстер, защищает игрок Марик_Черт».

— Марик, не хорошо малышей обижать, — укорил его Одиночка.

— Это они-то малыши? Ладненько! Но, может, я и сам еще не взрослый!

Селейна повернулась к нам.

— Мы пойдем.

— Спасибо, Селейна. Еще увидимся.

И они вошли в портал, забрав с собой Эйвен. Я попытался поймать на прощание взгляд ее серебряных глаз, и мне это удалось. Но во взгляде Эйвен не было ничего особенного. Она лишь улыбнулась мне мило, но невыразительно и исчезла в голубом сиянии.

— А я думал, ты захочешь взглянуть на город дроу, — сказал Боггет.

— Они ведь живут в подземельях, да? Что-то мне туда не хочется.

Мы уже собрались покинуть площадь, как вдруг портальный круг засветился ярче, и из него звенящей и гомонящей волной высыпало несколько десятков игроков в голубых плащах и накидках с одним и тем же символом — белым кругом, внутри которого, деля его на одинаковые секторы, остриями к центру сходились четыре белых стрелы. Площадь мгновенно оживилась.

— Это «Целестион»!..

— Смотрите, это же клан «Целестеон»!..

— Круто! Топы!..

— Да они же только что из рейда!..

— Вау!..

Между тем игроки все прибывали. Уровни у них были от сто сорокового и выше, оружие и экипировка внушали уважение. Игроки рассредоточивались по площади, и повсюду сияли улыбки и звучали радостные голоса — кто-то уже хвастался подвигами, кто-то демонстрировал трофеи. Воины вернулись из рейда явно победителями, и их поклонники нетерпеливо требовали новостей. Особенно плотная их группа окружила лидера, стоявшего вместе со свитой и знаменосцами. Это был паладин триста четырнадцатого уровня по имени Северозар — белокурое божество в сияющих серебряных доспехах с изысканной белой гравировкой, на полторы головы выше самого высокого игрока из тех, что были на площади, и, кажется, шире в плечах даже тех, кто принадлежал к расе троллей. Шлем паладин держал в руках, из-за его плеча виднелась рукоять роскошного меча. Поверх его доспехов тоже был плащ, но цвета на нем располагались наоборот: сам плащ был белым, а круг и стрелы — голубыми.

Если бы я не поддался настроению толпы и не впал бы в благоговейный трепет, разглядывая отряд высокоуровневых игроков и его сияющего лидера, я бы заметил, что Боггет тянет меня за локоть. Но когда я наконец обратил на это внимание, было поздно. Что-то кому-то говоря и между делом оглядывая толпу своих почитателей, юный бог заметил нас. Лицо его на секунду застыло. А потом он медленно двинулся в нашу сторону.

Толпа расступилась, освобождая ему дорогу. Паладин смотрел так, что ошибиться было невозможно — он шел именно к нам. Я оглянулся на своих спутников. Тим недоумевал, как и я. Киф, как всегда, с любопытством ждал, что же будет дальше. А Боггет стоял с таким лицом, будто бы под ним сейчас были доски эшафота и это палач неторопливо, но уверенно шел к нему, покачивая закинутым за плечо топором.

Приблизившись, паладин остановился. Их с Боггетом разделяло несколько шагов — абсолютно пустое пространство, невозможное при скоплении такого количества народа. Боггет смотрел на паладина снизу вверх и по сравнению с ним казался маленьким и щуплым. Паладин смотрел на Боггета с высоты своего роста и величия. Но вдруг его прекрасное лицо исказила гримаса, отчего он вдруг стал похож на ребенка-переростка, который вот-вот заплачет. Стиснув зубы, паладин прошептал:

— На твоем месте должен был быть я.

«Лучше бы мы пошли провожать Эйвен», — пришло мне в голову.

Боггет отступил на шаг, но игроки позади нас стояли так плотно, что нам было некуда деться.

— Сэм, портал! — крикнул Боггет.

Свиток был уже у меня в руке.

— Стой!

Паладин протянул руку в металлической перчатке, но она схватила воздух. Сияющие пальцы — последнее, что я увидел, перед тем как мы оказались перед крыльцом гостиницы. Боггет немедленно ринулся внутрь. Но вернуться в гостиницу оказалось недостаточно. Боггет встал посреди нашей чудесным образом восстановившейся гостиной, покрутил головой.

— Уходим отсюда. Немедленно. Сэм, покажи свитки порталов. Все, что есть.

Я послушно протянул ему кипу свитков, которыми нас обеспечил Лэнди. Боггет бегло оглядел их, прочитывая описания.

— Отлично, — он вытащил свиток на дальнюю дистанцию. — Значит, так. Собирайте все, что вам может понадобиться, в инвентари. Но не перегружайтесь. Остальное оставьте здесь, никуда не денется.

— А что нам может понадобиться? — спросил Тим. — Мы же не знаем, куда идем.

Боггет поморщился.

— Ничего особенного. Там будет поселение, будут люди. Но в ближайшее время мы не будем жить в гостиницах или на постоялых дворах, — Боггет принялся собирать свою экипировку. — Считайте, что это поход.

— Внезапно! — прокомментировал Киф. Ему ничего собирать было не нужно.

Вдруг мне пришло оповещение — начислился опыт, добавилось денег.

— Селейна квест сдала, — сказал я.

— Ага, — подтвердил Киф.

— Ой, а мне предмет упал в инвентарь! — воскликнул Тим. — Боггет, посмотришь?

Он неохотно поднял голову.

— Что там?

— Перчатки на рогу от тридцатого уровня, — он вытащил их из инвентаря и протянул инструктору. Тот разочарованно нахмурился.

— Мелочь какая.

— Естественно, мы же квест в самом конце приняли — считай, не сделали ничего, — сказал Киф.

— А можно я их Лэнди отдам? — спросил Тим.

— А чего ты у меня-то спрашиваешь? Отдай, если хочешь, твой же дроб, — Боггет покрутил перчатки в руках и вернул их Тиму. — Пусть на аукцион кинет.

— Нет, я имел в виду, можно я отдам их ему совсем? Он как раз тридцатого уровня стал.

— Да делай, что хочешь, я же сказал.

— Вообще-то, он их не заслуживает, — с едва заметной наигранностью заявил Киф. — В квесте с Эйрин он не участвовал. И где только его носит?..

Тим пожал плечами.

— В реале, где же еще. Он же игрок.

В этот момент раздался громкий торопливый стук в дверь.

— Кого еще принесло? — с неудовольствием спросил Боггет.

— Это Лэнди, — ответил я. Он вошел в игру всего несколько минут назад, но успел отправить мне уже три письма. — Пустить?

— Ну, пусти.

Лэнди с шумом ворвался в комнату.

— Простите меня! — воскликнул он прямо с порога. — Никак не мог прийти раньше! Понимаете, у меня две тройки в четверти получилось, по физике и по математике, мне родители вообще запретили подходить к компьютеру, представляете? Я сейчас у Каринки в гостях, она меня пустила… уф… Простите меня, пожалуйста! А вы квест с короной дроу уже сделали, да? Я столько всего пропустил… Ой, а что, вы куда-то собираетесь?

— Да, мы уходим, — сказал я. В общем-то, мы уже были готовы выступать, куда бы Боггет ни намеревался отправиться.

— А можно с вами?

— Нет, — резко ответил инструктор. — И вообще, Лэнди…

На ресницах мальчишки блеснули слезы.

— Ну я же не виноват! Так получилось! Что я должен сделать, чтобы вы меня простили? Скажите! Я все сделаю!

Мне стало неловко за их обоих.

— Да не надо ничего делать! — Боггет нахмурился, но, пожалев Лэнди, добавил: — Пока. Просто какое-то время тебе лучше держаться от нас подальше. И если кто-то спросит, не болтай много. Да, играл с нами, да, сделали вместе пару квестов. И все. Ничего необычного ты не заметил. Никаких контактов с нами у тебя нет. Понял? Это для твоего же блага.

Опешивший Лэнди неуверенно кивнул.

— Но хоть переписываться-то с вами можно?

Боггет криво ухмыльнулся.

— А то! Обязанности, которые ты на себя взял, никто не снимает.

Лицо Лэнди озарилось улыбкой.

— Понял! Это что-то секретное? Вы же мне потом все расскажете, да?

— Да, да, расскажем. Ты все понял?

— Да!

— Тогда иди.

— Хорошо!

И Лэнди унесся так, словно опаздывал на свидание. Напускная веселость исчезла с лица инструктора.

— Нам тоже пора, — сказал он. — Уходим.


Загрузка...