Дарья Волобуева Во имя мести


Пролог

Шёл 1883 год.

Тихо и мирно спал город Фраген.

Дождь шёл с вечера. Выл сильный ветер, переплетая голые ветви деревьев. Не было слышно ничего, кроме шума дождя и свиста ветра. Но ближе к утру тучи рассеялись, и во мгле забрезжил свет. Первые лучи солнца отражались в лужах, а звёзды стали меркнуть на бледно-синем небе. По городу расстелился густой туман. Мелкий дождик всё моросил, продолжая постукивать по крышам домов, по которым неустанно лились струи за ночь собравшейся воды, пополняя огромные лужи.

Из-под навеса одного из домов выбежал иссиня-чёрный кот, чья шерсть казалась тёмным пятном. Он остановился и дёрнул хвостом, озираясь по сторонам. Его пушистая шерсть вскоре намокла и прилипла к бокам, а с усов закапала вода. Кот подобрался, прыгнул на крышу дома и скрылся, сверкнув зелёными глазами.

Ранние птицы, спрятавшиеся от дождя, стали выбираться из укрытий, и, распушив перья, начали весело перекликаться. Столько вестей не поведанных…

Наконец, даже малейший ветерок перестал тревожить измученные, скрипучие ветки голых деревьев. Ветер полностью стих и воздух наполнился свежестью и прохладой. Стояла прекрасная тишина, изредка прерываемая пением ранних птиц.

В таком безмятежном спокойствии оглушительно прозвучал крик. Мольба о помощи. Этот ужасный вопль доносился откуда-то издалека, а будто бы звучал совсем рядом. Он заставлял волосы на голове стать дыбом. Душераздирающий зов, разбудивший немало народу, доносился из старинного поместья знатной семьи.

Люди, которых разбудил этот крик, выбежали на улицу посмотреть, что стряслось, но крик резко оборвался, и всё вокруг вновь поглотила тишина, в этот раз показавшаяся мрачной и зловещей. Не сговариваясь, люди замерли в ожидании. Они переглядывались друг с другом, видимо, думая о самом худшем. Долго прислушиваться не пришлось, крик повторился.

Только это был детский визг, длившийся не более секунды. Тут же последовали несколько выстрелов, приглушённых расстоянием.

Неравнодушные люди стали будить ещё народ: зазывали во всё горло; стучали в окна. Другие же сразу кинулись в сторону старинного поместья, на помощь несчастным.

Только когда они прибежали, помощь их была не нужна.

Было выбито несколько окон в этом всегда красивом и ухоженном здании. Взломана и распахнута входная дверь, через которую был виден кавардак, царивший в доме. Во дворе, один на другом валялись братья-близнецы. Их тела были в грязи, а головы в крови.

А на самом видном месте из толстых палок и мелких сучьев было выложено:

«Кровавый Штурм».

Скоро приехала полиция и разогнала зевак по домам.

Глава 1

Тусклое солнце предвещало о начале зимы. Ветки дерева неподвижно застыли. Сейчас, в вечернем тумане, они казались голыми и безжизненными. Кусты, росшие неподалеку от деревьев, вроде совсем недавно выглядели аккуратно. А в зимних сумерках тонкие побеги придавали им зловещий вид.

Лучи зашедшего солнца уже давно потухли, и город утонул в синем, непроглядном мареве.

В саду одного небольшого старинного поместья залаяла собака, но слуга уже показался на крыльце с едой для неё. Уже стемнело, и большинство людей погасили свет в своих домах, настроившись на отдых. На улицах было безлюдно. Но свет из окон небольшого дома ещё слабо освещал маленький клочок земли в саду.

Слуга, накинув плащ, направился в сторону лающей собаки, которая, увидев его, начала прыгать и вилять хвостом. Бросив голодному зверю кусок мяса, слуга круто развернулся и быстрым шагом поспешил в дом. Вдруг, мощный порыв ветра скинул капюшон с головы этого человека, и в эту же секунду капли застучали по сырой земле. Сквозь шум дождя можно было услышать, как довольная собака, зажав в пасти кусок мяса, затаскивает его в будку, звеня цепью.

Слуга плотнее укутался в плащ и бегом преодолел расстояние, отделявшее его от крыльца.

Синие тучи полностью скрыли звёзды, и всё, что можно было увидеть теперь – лишь далёкие-далёкие вспышки молнии.

Одинокая ворона грузно приземлилась на ветку дерева, распушившись, втянула голову и уснула под холодным дождём.

Слуга устало снял плащ с тощих плеч и отряхнул его, а затем повесил на место. Во тьме его лицо казалось суровым, а редкие седые волосы выделялись белизной.

Что-то зашевелилось в тёмном углу, после, послышались шаги. Мужчина выронил свою трубку и сделал шаг назад. Где-то опять ударила молния и грянул гром.

– Не пугайтесь, – прозвучал спокойный голос из тёмного угла.

Слуга облегчённо вздохнул:

– Я Вас не признал, сэр Лютик, – проговорил он, нагинаясь, чтобы подобрать с пола свою трубку.

Перед слугой стоял человек, лет тридцати трех, чей худой силуэт был едва заметен во мраке. Он задумчиво устремил взгляд светло-карих глаз на сад, натянув на плечи старый сюртук и неотрывно наблюдая за яростным ливнем.

– Какой прекрасный вечер, не правда ли, мистер Уэбер? – спросил тот человек, не переводя взгляд.

Слуга удивлённо поднял брови, моргнул и покосился на сад, где бушевал ливень.

– Для всех по-разному, – пожал плечами он и выпустил из трубки облачко дыма. – Прошу меня больше так не пугать, сэр.

Сэр Лютик вздохнул, наслаждаясь запахом сырости. Дождь с ещё большей яростью забарабанил по крыше навеса. Струи ледяной воды стекали и мерно стучали по мокрой земле. Тучи плыли по ночному небу, подгоняемые сильным порывистым ветром, который не уставал переплетать ветви деревьев. Еще одна вспышка молнии осветила темный сад на мгновение, вскоре пророкотал гром. Ворона, что спала на одном из деревьев, подняла голову и отряхнула насквозь мокрые перья. Оглядевшись по сторонам, не таится ли где опасность, ворона снова погрузилась в дремоту, поняв, что ей ничто не угрожает.

Сэр Лютик, не моргая, всматривался во тьму, глубоко погружённый в мысли.

– Каюсь, – так же тихо и бесстрастно ответил молодой человек, даже не глядя на своего собеседника. Засунув руки в карманы сюртука, он повернулся к своему слуге.

– Бенжамин сел на поезд?

Мистер Уэбер выдохнул облачко дыма и кивнул.

– О, да, Ваш кузен сел на поезд, и сейчас, верно, уже в Стоунграде. – оповестил слуга и вдохнул ещё табаку. – Он передал Вам, мистер Хоупер, что скоро вновь приедет.

Хоупер вновь устремил взор на сад, залитый дождём.

Где-то завыла собака, и её вой смешался с шумом ливня. Та собака, которую недавно покормили мистер Уэбер, проворно выскочила из будки и тоже залилась лаем.

Лютик заметил, как его слуга рассерженно фыркает, хмуря брови.

– Иди на место! – прикрикнул на собаку мистер Уэбер, угрожая кулаком.

Собака в последний раз обиженно гавкнула, и, вся промокшая шмыгнула обратно в будку. Долго ещё раздавался вой дворняжек, но собака не осмелилась ослушаться хозяина.

Волосы Хоупера были мокрые от брызг воды, но он лишь плотнее натянул сюртук на худые плечи. Очевидно, ему было холодно, но ночной ливень завораживал.

Мистер Уэбер опустил трубку и выдохнул последнее облачко дыма.

– Довольно притягательное зрелище,– заметил Лютик, выставив руку под дождь. – Сад прекрасен в ночное время суток. Особенно в бушующую стихию, – он убрал руку, отряхнул её, и засунул обратно в карман. – Знаете, кажется, что стоять можно вечно. Стоять и наблюдать. – Хоупер понизил голос, будто бы говоря с самим собой. – В свете дня не видно того, что замечаешь ночью. Мир становится узким и чуждым. Как будто что-то таинственное скрывается за тёмной завесой.

Мистер Уэбер хмыкнул и покачал головой.

– Опять тайны? – лукаво спросил слуга, глядя на господина смеющимися глазами. – Вы похожи на маленького ребенка, который не играет с игрушкой из принципа. Не узнаю Вас, сэр Сидней.

Лютик слабо улыбнулся и вновь повернул голову, глядя на сад, и подставив лицо потоку ветра. Постепенно он становился все серьёзней, и тень улыбки вскоре пропала.

– Правильно ли я Вас понял?.. – протянул Сидней Хоупер, склоняя голову на бок.

– Не иначе, – кратко ответил слуга.

– Так задайте же вопрос полностью. – приказал молодой господин.

Повисло недолгое молчание. Пожилой слуга еле слышно вздохнул.

– Почему Вы не берётесь расследовать дело об убийстве семьи Лотерфей? – задал вопрос мистер Уэбер, с преувеличенным вниманием разглядывая свою трубку. – О них уже все газеты исписанные, а Вы, сэр, признайтесь, все их прочли. Все до единой! Вы испытываете немалый интерес к этому делу, Вас, сэр, можно понять, Вы же сыщик, но одно не понятно всем: почему Вы не берётесь за это страшное дело?

Сид Хоупер вновь улыбнулся и опустил голову. Дождь захлестнул сильным потоком плащ, висевший на крючке. Сверкнула молния. Мощный раскат грома прозвучал совсем рядом.

Лютик поднял голову, но улыбка бесследно исчезла с его лица. Ему не раз задавали этот вопрос, и в этот раз он отвечал точно так же, как и всегда:

– Я не стану напрашиваться в добровольцы. Сейчас дело в руках нашей полиции, а просить кого-либо я не собираюсь. – он сделал шаг к двери и задумчиво посмотрел в глаза своего слуги. – Когда-нибудь они сами передадут дело в моё распоряжение.

Мистер Уэбер раскрыл рот и поднял брови от удивления. Он не мог понять, шутит ли молодой господин, или говорит в серьёз.

– То есть, – робко вставил он. – Вы не возьмётесь за дело, пока Вас не попросят? Из-за гордости? – изумлённо протянул слуга. – Вы можете раскрыть дело инкогнито. Вы так делали иногда, почему же не сделать так и сейчас? Вы же работаете не из-за денег.

Хоупер утвердительно кивнул.

– Вернее – вынужден работать. – тихо буркнул он и дальше уже обратился к собеседнику. – Да, но даже мне они нужны, – объяснился сыщик. – Я уже думал над инкогнито, но в данное время это не выгодно. И, во всяком случае, частный сыщик – я. Это ко мне люди должны обращаться за помощью, а не я к ним.

Слуга всё ещё удивлённо смотрел на него, но уже понимал, что в словах господина есть смысл.

– Но если преступника не поймают? – попытался возразить мистер Уэбер. – Если произойдёт ещё одно преступление?

– Согласитесь, это не мои проблемы, – серьёзно отозвался Сид Хоупер, стоя на пороге. – Мистер Уэбер, давайте зайдём в дом. Право же, поздно.

Слуга рассеянно кивнул и что-то невнятно пробормотал. Вместе с господином он вошёл в дом. Дверь закрылась и сад погрузился в кромешную тьму.

Глава 2

Было чудесное утро. За окном, саду светило бледное зимние солнце, не способное прогреть землю. После вчерашнего ливня остались только размытая земля и лужи, в которых отражалось серое небо. На улице ещё разгуливал легкий, но прохладный ветер, который загнал собаку в будку.

«Видимо, не скоро Фраген увидит такой же знатный ливень,» – с насмешкой подумал Хоупер и отвернулся от окна.

Он сидел в зале, в кресле, положив ноги на мягкий пуф. Ему только что подали горячий кофе, а служанка несла свежую газету.

– Доброе утро, сэр Лютик, – громко и с улыбкой поприветствовала его старая служанка, быстрым шагом направляясь к нему.

Сид еле заметно вздрогнул, отвлечённый от своих раздумий. Но улыбка тут же расплылась по его лицу.

– Доброе, доброе, миссис Доналсон! – так же радостно и горячо воскликнул Лютик, вставая с места и слегка поклонившись.

Сэр Сидней проявлял к ней немалое уважение и доверие из-за того, что она служила у его дяди,– который тоже был частным сыщиком,– и была с Сидом с самого его детства. Хоупер не раз просил служанку уйти на покой, уверял, что будет отсылать ей денег каждую неделю, но та лишь отнекивалась: «Да что мне, старой вдове, ещё делать? Работать у Вас, сэр, мне только в радость!»

Служанка подошла к Сиду и вручила свежую газету. Тот с благодарностью взял её и поставил кружку кофе на маленький столик. Потом с укоризненной улыбкой посмотрел на миссис Доналсон.

– Ну зачем? У меня и свои ноги есть, – вздохнул он, качая головой. – Я и сам могу сходить за газетой, миссис Доналсон,– произнёс Хоупер, усаживаясь в кресло и открывая газету. – Но всё же, огромное спасибо! – тепло поблагодарил он служанку.

Сид взял кружку с кофе и сделав несколько глотков, стал листать газету.

Миссис Доналсон кивнула и удалилась.

За окном разбушевался ветер, и дерево, росшее возле окна застучало ветками по стеклу. Послышался тихий и неприятный скрежет.

«Да что ж такое?» – нахмурился Хоупер, покосившись на окно. Ветка ещё раз прошлась по стеклу. – «Нужно озадачить мистера Уэбера,» – решил он, отворачиваясь.

Допив свой кофе, Сид услышал приглушённый расстоянием визг собаки.

– Мистер Уэбер! Покормите собаку, – тут же отдал распоряжение Лютик.

Послышались торопливые шаги по коридору, а за тем хлопок двери.

«Тишина?» – изумился Сидней и перевёл взгляд на газету, просматривая заголовки.

«Столица отказывает Горной Земле в деньгах на новые раскопки!»; «Собака напала на человека!»; «Разлив реки в Гаутесе! Затоплено четырнадцать домов!»

Он нетерпеливо перелистнул страницу. Всё не то! Нужен другой заголовок…

«Где же он?»

Глаза Хоупера бегло изучали содержимое страниц и искали важное.

Сид уже начал волноваться о том, что об этом деле не написали в газетах, как его взгляд упал на один из заголовков.

«Ах, вот он» – выдохнул сыщик и с удовлетворением принялся читать.

«Последние новости об убийстве семьи Лотерфей.» – прочёл он. – « Дело об ужасном убийстве не стоит на месте. Полиция утверждает, что преступников трое. Этой ночью, пока мы все спали, полиция не смыкала глаз, разыскивая убийц. По подозрению в страшном преступлении задержан мистер Марк Лоулер. Его волос и цветом, и длиной, совпадает с волосом, найденным на месте происшествия. На допросах мистер Лоулер молчит, дать показания отказывается.

Ещё, добросовестно помогать полиции вызвался кинолог из Бенвера, Джеррард Солт.

С такими умами остальным преступникам несдобровать. Очень скоро мы все узнаем их имена.»

–Ну-ну, – хмыкнул Хоупер и поднялся на ноги, держа в руках газету.

Он вышел из большого зала и направился вверх по лестнице, по пути выбросив газету в мусорное ведро.

Взгляд у него был туманный, как утро после грозы. Левой рукой Сид держался за перила, а правая была в кармане. Сыщик сузил глаза и сжал губы, в эту минуту его мозг тщательно анализировал все известные факты.

Осталось несколько ступенек до второго этажа. Вдруг, взгляд Сиднея прояснился. Он нахмурился и стиснул зубы от резкой, острой боли в ноге, которую он повредил пол года назад, за поимкой преступника. Боль исчезла так же резко, как и появилась. Хоупер сделал ещё пару шагов, хромая на правую ногу, и остановился.

Послышались тихие, лёгкие шажочки, а вскоре из-за угла вышла горничная, она протирала мебель от пыли. Эта горничная казалась совсем юной девушкой из-за своих больших зеленых глаз, в которых мелькнул страх. Она не ожидала увидеть кого-то за углом.

– Доброе утро, сэр – поздоровалась служанка с молодым господином.

– Доброе, доброе, – бесстрастно кивнул тот, пребывая в задумчивости. – Хлоя, Вы уже прибрали на чердаке?

Девушка смущённо опустила голову.

– Нет, – еле слышно проговорила она, не глядя на господина.

– Вот и хорошо, – сказал Сид и прошел мимо неё к лестнице, ведущей на чердак.

Хлоя удивлённо подняла голову, с недоумением глядя ему в след. Заметив, что господин снова хромает, она сделала два неуверенных шага и спросила:

– Сэр, Вы хромаете? Давайте я позову врача! – предложила она и сорвалась с места, как её остановил как всегда спокойный голос Сида Хоупера:

– Не стоит мисс, – не оборачиваясь покачал головой он, поднимаясь по лестнице.

Приложив силу и открыв люк, он уселся на полу старого чердака, который представлял из себя маленькую комнатку, заставленную коробками и прочим хламом. В занавешенное круглое окошко просачивался тусклый солнечный свет, который освещал это тесное помещение.

Сидней бесшумно закрыл деревянный люк, подобрался и поднялся на ноги, слегка хмурясь от боли в ноге. Прихрамывая, сыщик подошёл к большой куче коробок, где некоторые были открыты.

Он аккуратно взял верхнюю коробку и поставил её на́ пол. Чихнув от пыли, Лютик достал какую-то тряпку из старой коробки, постелил её на пыльный, холодный пол, и сел.

С интересом малого ребёнка он склонился над коробом, просматривая содержимое.

«Должно быть, там старая одежда,» – предположил Хоупер, доставая потрёпанные временем брюки – «О, это брюки Бенни. Помнится мне, как они ему нравились,» – улыбнулся он, вспомнив своего кузена маленьким.

Сыщик вновь опустил руку в коробку и достал шарф. Тёплый, чёрный, вязанный.

«Это был любимый шарф дяди Уильяма!» – ошарашенно округлил глаза Сид. – «Я помню! Помню, как он аккуратно был сложен на полочке, помню, как дядя небрежно одевал его, как…» – ему стало так грустно, что он не смог закончить мысль.

Сложив шарф именно так, как в последний раз видел его у покойного дяди, Лютик вздохнул.

С печальными воспоминаниями раннего детства, он достал из коробки старую трубку, принадлежавшую его деду. Хоупер не помнил деда, он знал что это его трубка по выжженной надписи: «Гарольд Хоупер».

Пожав плечами, Сид отложил трубку и вновь запустил руку в "ящик воспоминаний". На этот раз он вытащил потрёпанную кожаную сумку.

«По-моему, я ходил с ней в школу,» – предположил Сидней, кладя сумку рядом с трубкой. Засунув руку, и ожидая увидеть какую-нибудь старую вещь, с которой связанна история, сыщик достал чёрную детскую рубашку.

Руки Сида Хоупера немного задрожали, зрачки сузились. Он сжал губы, нахмурившись.

«А в этом…» – его окутали воспоминания. Вот, он весь бледный, в этой чёрной рубашке, стоит и смотрит куда-то остекленевшими влажными глазами. А дядя Дэвид и тётя Мэри его тщетно пытаются отвлечь и утешить, но он даже не обращает на них внимания, куда-то неотрывно глядит. – «В этом я провожал дядю Уильяма в последний путь.»

Глаза его затуманились от горя. Он уже давно смотрел не на рубашку, а сквозь неё. Настроение его в конец было уничтожено. Затем, Сид запихнул вещь обратно в коробку, вслед за ней последовали туда же трубка, брюки и сумка. Небрежно поместив в коробке вещи, Хоупер швырнул её наверх, в гору таких же старых коробок. Та ударилась о стену, повалилась на бок и упала на пол вместе с другими несколькими "ящиками воспоминаний".

Сидней Хоупер ходил по маленькому чердаку от стены к стене. В конце концов он остановился у тумбочки с выдвижными ящиками.

Мысли его были мрачны, они также они были посвящены, что случается очень редко, философским вопросам.

Наконец остановившись, Лютик присел на небольшую старую тумбу с выдвижными ящиками. Незаметно, один из ящиков покатился и оставил зазор, в котором виднелась тёмно-красная кожаная тетрадь.

Сыщик в момент переключил внимание и взглянул на тетрадь. Он с интересом полностью открыл ящик. Взяв в руки тетрадь в кожаной обложке, где была надпись: «Note book», Сид внимательно рассмотрел её.

Это была толстая книжка бардового цвета, с множеством закладок. Хоупер перевернул обложку и увидел подпись, написанную знакомым подчерком: «William Hoper»

«Это его записная книжка,» – догадался Лютик, рассматривая исписанные страницы тетради.

Сидней долго листал страницы записной книжки дяди, а за тем, открыв тетрадь на самой середине, где было пусто, сыщик взял перо и написал с новой строки:

«Sid Hoper»

Глава 3

"Какое же серое утро," – подумал Тобиас Франк, глядя в унылое небо.

Он вздохнул и быстрым шагом направился к одному старому поместью, где четверо человек переговаривались о чём-то, сблизив головы. Трёх из них Тобиас знал, но четвёртого видел впервые.

"Кто это?" – задался вопросом Тобиас, пристально вглядываясь в незнакомого человека.

Редкие мелкие камушки зашумели под ногами парня, когда он подходил к той группе. Ветер неожиданно взлохматил рыжие волосы Тобиаса, но тот пригладил их рукой. Чёрный ризеншнауцер, сидевший у ног незнакомца, тут же вскинул морду и посмотрел на парня.

Седой мужчина с повязкой на левом глазу, улыбнулся и приветливо кивнул Тобиасу, когда тот подошёл.

– А вот и Тобиас Франк, – представил его седой мужчина неизвестному для Тобиаса человеку.

– Доброе утро, полковник Ги́нслоу, – вежливо пожал он руку полковнику, затем майору Нирсону, и в конце протянул руку незнакомцу.

– Джеррард Солт, – представился тот, – Приятно познакомиться, – улыбаясь, бросил он.

Теперь Франк мог прекрасно разглядеть этого человека. У Джеррарда Солта были тёмно-русые волосы; карие глаза, в которых еле различим зрачок; чуть вздёрнутый нос и небольшой шрам на правой щеке. Также Тобиас заметил и был смущён тяжёлым и проницательным взглядом этого нового знакомого.

Майор Нирсон, как всегда, стоял скрестив руки, делая серьёзный вид, хмуря брови и о чём-то размышляя.

– Должно быть, с кинологом Солтом мы в два раза быстрее раскроем это дело, – пробурчал Нирсон. – Кинология, всё-таки, сила. – он немного помолчал и перевёл взгляд на полковника. – Чего мы ждём?

– Скоро подойдут другие наши коллеги, – пояснил он.

– На улице холодно, – сказал майор Нирсон, зябко поёжившись. – Зайдёмте в дом.

Молодой Тобиас Франк уже давно не слышал их разговора, мысли унесли его далеко от коллег.

"Такое сложное преступление нам не раскрыть, даже с помощью соседних городов," – осознавал парень. – "Полиция не привыкла к таким "ярким" убийствам. Почему же они не хотят осознавать этого?" – ответ на вопрос сам пришёл ему на ум, – "Стыдятся. И не хотят просить помощи у привыкшего человека,"– робкая мысль не давала покоя Франку. – "Может, всё же, стоит спросить?"

– Давайте попросим помощи! – выпалил Тобиас и, все недоумевающе взглянули на него. – Напишем письмо местному сыщику.

Все четверо переглянулись, Нирсон скривил губы, а Тобиас с нетерпением ждал ответа. Полковник озадаченно пожал плечами, кинолог Солт, нахмурившись, задумчиво опустил голову. Лишь спустя несколько секунд майор Нирсон заявил:

– Нет.

Тобиас вопросительно посмотрел на него, глубоко оскорблённый, что от его идеи так легко отказались. Но, Нирсон, который был намного упрямее Тобиаса Франка, лишь беспечно дёрнул плечами.

– Среди нас уже есть сыщик, – пояснил майор. – Правда, мистер Франк?

Каким бы терпеливым не был Тобиас Франк, но он насупился и вызывающе взглянул на коллегу. Нирсон холодно моргнул.

– Да, – с напряжением протянул Франк, пытаясь оставаться спокойным. – Но два сыщика лучше одного, – подметил он.

На удивление Тобиаса, майор лишь улыбнулся и закатил глаза.

– Вы меня не так поняли, мистер Франк, – фыркнул мистер Нирсон и отошёл.

Подул холодный ветер, завывая в трубе старинного поместья Лотерфей, вид которого теперь всем внушал ужас.

Чёрный ризеншнауцер зевнул, слегка повиливая хвостом. Джеррард Солт засунул руки в карманы сюртука, а полковник Гинслоу поёжился от мороза.

– Что ж, господа, – вздохнул Гинслоу, вглядываясь в даль. – наших помощников не видно на горизонте, мы начнём без них.

* * *

Луна уже стояла на макушке неба, когда Тобиас Франк шагнул за порог своего номера в гостинице. Парень зевнул во весь рот и устало понурил плечи. Сняв потрёпанный пиджак и повесив его на вешалку, Франк устало побрёл в соседнюю комнату, залитую звёздным светом. Тобиас обессиленно упал на кровать. Он слишком устал, чтобы переодеваться. Сонно прикрыв глаза, парень уже было стал засыпать, как что-то вспомнил.

Франк распахнул глаза и медленно сел.

Взгляд его пал на письменный чёрный стол, незаметный в тёмной комнате.

"Письмо," – сощурился он, решая писать или не писать. – "Нирсон был не прав, когда поставил полицию выше сыщиков," – думал Тобиас. – "Я покажу ему как он ошибается, и сыщики раскроют это дело." – убеждал он сам себя. Вдруг, Франк вспомнил хмурого Джеррарда Солта. – "Не уверен, что с прибытием этого джентльмена дела пойдут в гору," – с сомнением почесал затылок молодой сыщик, пристально глядя на письменный стол. – "Всё-таки, нам нужна помощь."

Тобиас резко встал с кровати. Взяв из стопки бумаг, лежащих на полочке, один лист, Франк выдвинул стул, достал перо, чернильницу, и усевшись за стол, начал думать что писать и кому.

Тыкая в подбородок кончиком пера, Франк глубоко задумался. Вздохнув, он устремил взор зелёных глаз на сумку, с которой приехал в столицу. Нахмурившись, молодой сыщик подошёл к ней. Открыв сумку, он недолго в ней копался, а потом достал склеенный справочник. В нем парень стал листать страницы.

"Хм… Где тут Фраген?" – искал Франк в своём журнале.

Найдя букву "Ф", Тобиас остановился.

Пролистав старые страницы, он наткнулся на прошлогодние:

«Сидней Хоупер раскрыл дело!»

"Сидней Хоупер?" – склонил он голову на бок. – "Что-то знакомое."

Парень перелистнуть несколько страниц назад и прочёл заголовок.

"Уильям Хоупер!" – изумился Франк. – "Ах вот почему это имя мне кажется знакомым."

Закрыв журнал и положив его на место, Тобиас улыбнулся.

"Ну полно, я знаю кому писать".

Глава 4

Лучи солнца кое-как пробивались сквозь маленькую занавеску, висевшую над окошком чердака. Из этого маленького окна был виден лес, где деревья росли на приличном расстоянии друг от друга. Всё остальное пространство иногда заполняли колючие кусты, под которыми каждую зиму, каким-то чудом, оказывались скорлупки от орешков. Одна пушистая виновница этого беспорядка, шурша палой листвой, остановилась рядом с одним из таких кустов и, озираясь по сторонам, начала раскидывать листики, а добравшись до земли, вырыла небольшую ямку, где лежали три орешка. Взяв в передние лапки один, она небрежно бросила скорлупу под куст и закопала ямку.

Слабый порыв ветра всколыхнул верхние ветки деревьев, росших в саду у Хоупера. Прогоняя надоедливых ворон со своей территории, привязанная собака сидела у будки на стрёме. Одна такая пернатая нахалка подлетела к собачей будке и стала собирать остатки пищи. Залившись визгливым лаем, собака набросилась на птицу, но та уже взлетела, возмущённо каркая.

Сид проснулся от уличного шума и поднял голову с коробки, на которой, видимо, уснул.

"Что я делаю на чердаке?" – была первая его мысль, но потом он начал соображать. –"А, я вчера, всё-таки, пересмотрел старые вещи."

Он осмотрелся, вспоминая, по какому порядку упаковывал весь этот хлам, но так и не вспомнив, пожал плечами. Сид закрыл старую книжку, которую он читал всю ночь и уже хотел подняться на ноги, как в деревянный люк чердака громко постучали. Не ожидав этого, сыщик вздрогнул и откинулся назад, но голос, приглушённый деревом, возвратил его в реальность.

– Мистер Хоупер! Сэр, Вы там? – чётко прозвучал оклик мистера Уэбера.

Хоупер поднялся на ноги и, перешагивая коробки, подошёл к люку. Присев на корточки и открыв его, он посмотрел вниз и увидел своих слуг.

Мистер Уэбер стоял впереди друх дам, и если он выглядел уверенно, то на мисс Хлою Эдис было страшно смотреть: она была белая, как мел, а руки ее судорожно сжимали передник. По миссис Доналсон нельзя было сказать, что она напуганна, но выглядела она весьма встревоженно.

– Доброе утро, – примирительно улыбнулся Сидней, глядя на слуг.

В ответ он услышал напряжённое молчание. Прислуги переглянулись.

– Мы думали, что с Вами что-то случилось, – с укором проговорила миссис Доналсон. – Вас не было на завтраке, а когда я принесла завтрак в Вашу комнату, то обнаружила, что постель не тронута, а в комнате никого нет.

Хоупер стал невозмутимо спускаться по лестнице. Он поравнялся со слугами, пригладил рукой торчащие волосы – хотя это ничего не исправило – и, засунув большие пальцы в карманы штанов, прошёл между мистером Уэбером и мисс Эдис.

– Мне срочно нужен кофе, – оповестил Сид, подходя к лестнице, ведущей на первый этаж.

Уже идя по ровному полу, Хоупер задумался о том, как долго он может провести без кофе, но в, конце концов, решил об этом не думать.

Проходя мимо мусорной корзины, Сид заметил, что она пуста, хотя вчера в ней валялась выкинутая им газета.

"Странно," – сузил глаза сыщик, прошествовала мимо и усевшись в кресле. – "Мусор выкидывают тогда, когда корзина полная, либо оттуда скверно пахнет. Но из-за газеты корзина полной не стала, так что выносить пустой пакет будет тот, кому делать нечего." – затуманенные мыслями светло-карие глаза Сиднея смотрели в одну точку. – «Допустим, что мусор не выкинули. Значит, кому-то понадобилась эта газета." – сыщик бросил внимательный взгляд на мелькнувшего в коридоре мистера Уэбера. – "Хм, мистер Уэбер редко читает газеты. Иногда, когда он мне их приносит, я уверен, что перед этим он стоит перед почтовым ящиком читает её первым. Но в то утро газету мне принесла миссис Доналсон,» –подметил Сид, подперев голову рукой. – "Но я хорошо знаю своего дворецкого. Уэбер никогда не полез бы в мусорную корзину газетой, какой бы интересной она не была." – нахмурился он.

Миссис Доналсон принесла ему горячий чёрный кофе и молча удалилась на кухню.

"Доналсон недавно сама говорила, что находит газеты полной ерундой," подумал Хоупер, делая несколько глотков кофе. –"Мисс Эдис," – склонил голову сыщик. – "Она бы, вполне, могла…"

– Сэр Лютик! – послышался в коридоре голос дворецкого, а затем хлопок двери.

Мистер Уэбер шёл навстречу Сиднею, держа в одной руке свежую газету, а во второй конверт.

– Вам письмо!– сообщил тот, останавливаясь рядом с ним.

Сыщик взял протянутый конверт и внимательно посмотрел на штемпель.

– Отправитель живёт в Северной Земле, во Фрагене, – еле слышно пробормотал Сид и провёл пальцем по бумаге. – Бумага качественная, недешёвая.

– Письма читают, сэр, – в нетерпении съязвил слуга, но молодой господин сделал вид, что не заметил этого. – Вы откроете конверт?

Миссис Доналсон и мисс Эдис, заинтересованные новостью, уже стояли и во все глаза смотрели на молодого господина.

"Так я и думал," – улыбнувшись хмыкнул Хоупер, глядя на конверт.

– Присядьте, дорогие мои, – интригующе произнёс Сид. – Думаю, новость вас удивит.

Слуги послушно сели перед ним и с любопытством заглядывали в глаза сыщика, пытаясь понять о чём он думает.

Хоупер развернул конверт и увидел само письмо, написанное аккуратным подчерком, наклоненным вправо. В письме было сказано:

«Мистер Сидней Хоупер!


Я надеюсь, Вы не сочтёте вольностью с моей стороны, что я пишу Вам. Прошу прощения, но это очень важно. Я считаю, единственный, кто может обличить этих негодяев, это только Вы. Я прошу Вас прийти 4-го декабря, в два часа дня на Хилл-стрит, где произошло ужасное убийство семьи Лотерфей, и помочь нам раскрыть это дело.

Заранее спасибо. Уважающий Вас,

Тобиас Франк. »

Сид уже не сдерживал ликующей улыбки, ведь это дело зацепило его интерес. Он опустил письмо и обвёл взглядом слуг.

– Ну, что ж, – вздохнул мистер Уэбер с улыбкой. – Вы добились своего, сэр. Теперь то Вы возьметесь за это дело?

– Да, – сдержанно кивнул сыщик. – Четвёртое декабря – сегодня. И я буду на месте в назначенное время.

Дворецкий удовлетворённо кивнул головой, но голос миссис Доналсон, прервавший тишину, прозвучал, как гром среди ясного неба:

– Не соглашайтесь, сэр Лютик, – серьёзно произнесла старая кухарка, а Хлоя кивнула, согласная с ней. – Нутром чую, дело плохо кончится. Сэр Уильям дел много раскрыл, да вот на одном таком и…

– Хватит! – повысил голос Сид, вставая с кресла. – Что за бред! – процедил он, сквозь сжатые зубы. – Я раскрыл уже много более сложных дел, раскрою и это. – заявил он без самолюбия, но с неприсущей ему жёсткостью. – Из одних газет я знаю больше, чем полиция. – Хоупер обернулся и посмотрел на мистера Уэбера. – Оповестите меня, когда настанет время выходить.

Дворецкий с уверенностью кивнул. Пока только он поддерживал решение своего господина.

– Отлично, – бросил Сидней, залпом выпил остывший кофе и направился к лестнице. – Если что, я у себя.

Только он сделал несколько шагов, как почувствовал, что кто-то схватил его за руку. Чуть повернув голову, Сид увидел мисс Эдис.

– Что случилось? – недоумевающе нахмурился сыщик, пытаясь освободить руку.

– Можно я на три-четыре часа отлучусь к сестре – прошептала она, впиваясь в него полными страха глазами.

– Конечно, – пробормотал Хоупер, и только тогда, Хлоя разжала пальцы и сорвалась с места.

Прищуренным взглядом светло-карих глаз Сид посмотрел ей вслед, много чего не понимая. Потом, с серьёзным лицом поднялся на второй этаж, чуть хромая на правую ногу.

* * *

Маленькая комнатка, похожая на подвал, освещалась одной свечой. При таком свете были видны два силуэта: девушки и мужчины.

– Брось это дело, прошу, брось! – горячо шептала девушка, всхлипывая. – Давай уедем в другую страну! – умоляла она.

– Ну полно, полно, – утешал молодой человек. – Если всё, что ты сказала раньше, правда, то ехать в другую страну – это уж слишком подозрительно – ласково уверял он – Всё будет хорошо, вот увидишь. Всё хорошо… Только жди…

Глава 5

Серые тучи скрыли тусклое зимнее солнце. Снег в Северной Земле выпадает к концу января. Так что сейчас о зимней и холодной поре давал знать ледяной ветер, разгуливающий по улицам столицы.

Два воробья, прыгая по промёрзшей земле, негромко перекликались. Перелетев на низкую ветку молодой лещины, один воробей оставил поиски еды и решил вздремнуть. Второй, покрутив маленькой крапчатой головкой, улетел в другое место.

Позади молодого воробушка, дремавшего на ветке, мелькнул серый хвост, а затем блеснули два зелёных глаза. К птице стремительно пробирался кот. Шерсть его свалялась в колтуны, видимо, зима принесла трудности этому задире. Ловким прыжком он преодолел разделявшее их расстояние и прибил птицу к земле. Схватив воробья за крыло, кот скрылся за углом.

Тобиас торопливо шагал по туманной улице, закутавшись в тёплый плащ. Носы его ботинок блестели от ходьбы по росистой траве, которая росла возле отеля "Туманный берег", где молодой сыщик ненадолго остановился.

Парень завернул за угол, и чуть не наступил на серого кота, доедавшего свой обед. Потревоженный кот испугался и бросился бежать на другую сторону улицы.

Франк переступил через объедки и пошёл дальше.

Вскоре была видна каменистая дорожка, ведущая к дому Лотерфей. Уже идя по этой дорожке, Франк увидел какого-то человека, который стоял к нему спиной и разглядывал забор, ограждающий дом убитой семьи. Тобиас сразу понял, что это тот самый Сидней Хоупер.

Молодой сыщик, решив поскорее познакомиться с ним, перешёл на бег. Остановившись в нескольких шагах от него, Франк уже набрал воздуха, чтобы поздороваться, но стоявший к нему спиной человек, его опередил:

– Здравствуйте, Тобиас Франк, – произнёс Сид Хоупер и повернулся к собеседнику.

Тобиас невольно удивился, ведь думал, что Сидней его не заметил.

Перед парнем стоял молодой человек, одетый, как ему показалось, слишком легко: сюртук его был распахнут, а под ним была только рубашка.

"Но откуда он узнал, что за его спиной стою именно я?" – не понимал Тобиас.

Увидев растерянность в глазах Франка, Сид пожал плечами:

– Я Вас увидел тогда, когда Вы повернули, – объяснился Сид Хоупер. – На улице было безлюдно, ведь мирным зевакам страшно ходить по Хилл-стрит, а Вы шли к этому мрачному дому торопливо и уверено. Помните то письмо которое Вы мне прислали? Взглянув на подчерк, мне, почему-то, сразу представился молодой парень. Завидев Вас, я ждал пока Вы подойдёте, но Вы были слишком далеко, так что я решил осмотреть дом по-лучше.

Тобиас изумлённо вытаращил глаза, не ожидав такого потока информации. Конечно, теперь всё ясно и понятно, но было ещё то, чего Тобиас объяснить не мог.

Сидней вздохнул.

– В общем, добрый день, мистер Франк, – протянул руку Хоупер, переменив тему.

– Да-да, – растерянно поздоровался Тобиас. – Весьма добрый.

– Гм,– ухмыльнулся Сид, пряча руки в карманы. – Ну наконец-то Вы что-то сказали. Я уж думал, что мой монолог не закончится, – добавил он, и парень слегка рассмеялся.

– Простите, – произнёс он. – Просто Вы меня очень. – сказал молодой сыщик, улыбаясь.

Порыв холодного ветра заставил Тобиаса поёжиться и засунуть руки под подмышки.

Сид стоял слегка нахмурившись, погружённый в размышления и глядя куда-то в даль. Франку на миг захотелось проследить за ходом мыслей этого, несомненно, опытного сыщика.

Решив посмотреть, не идёт ли кто, Тобиас обернулся и увидел, как кинолог, полковник и майор, а с ними ещё кто-то четвёртый, уже завернули и направляются к ним по каменистой дорожке. Он уже хотел сообщить об этом Сиднею, как заметил, что тот смотрит именно на них.

– Они ведут с собой доктора,– пробормотал под нос Сид, обращаясь больше к себе, чем к собеседнику.

* * *

– Мы почти дошли, – сказал полковник Гинслоу, глядя на доктора Морисона.

Худощавый, черноволосый, высокий мужчина средних лет кивнул.

– Мистер Франк на сей раз пришёл первый, – заметил Нирсон и тут же увидел человека, стоявшего рядом с ним. Он нахмурился и с глубоким непониманием добавил: – Лютик?!

* * *

"Откуда он знает, что это доктор?" – хмыкнул Тобиас и встретил строгий взгляд идущего навстречу майора Нирсона.

Франк опустил глаза в пол и повернулся к нему спиной.

Уже скоро все четверо подошли к дому семьи Лотерфей. Ризеншнауцер, семенивший рядом с кинологом Солтом, отошёл и уселся поодаль. Полковник Гинслоу и Франк пожали друг другу руки, затем, молодой сыщик решил познакомиться с высоким худым человеком, которого Сид назвал "доктором".

– Здравствуйте, – кивнул он. – Меня зовут Тобиас Франк. Я частный сыщик из Керивейла.

– Роберт Морисон, – представился тот, изучающе глядя на парня. – По профессии доктор.

Тобиас Франк на стал показывать своё удивление. Вежливо удалившись, он наткнулся на мистера Нирсона, который продолжал мерить его ледяным взглядом.

– А Вы, как всегда, прислушиваетесь к мнению старших, – укоризненно промолвил майор. – Кажется, я дал ясно понять, что отказываюсь от помощи сыщиков.

В разговор вмешался Хоупер, который только что вёл беседу с полковником.

– Не стоит набрасываться на мистера Франка, – сказал он примирительно. – Он, ведь, хотел как лучше. Позвать на помощь, когда в ней нуждаются – это естественно. Но если Вы, майор, считаете иначе, то вспомните себя в молодости, может, и Вы были не идеальны.

Тобиас с благодарностью посмотрел на сыщика, но тот уже обратился к полковнику Гинслоу:

– Раз уж я здесь, то мне бы хотелось осмотреть весь дом и понять, как произошло убийство. Если вам угодно, после этого я могу удалиться и вести собственное расследование, оставив вас на неверном пути, – Сид обвёл собравшихся пронзительным взглядом и ещё раз медленно проговорил: – Если вам так угодно.

Полковник Гинслоу нахмурился и покачал головой.

– Нам так не угодно. Оставайтесь, – твёрдо произнёс он. – Этого просит не только мистер Франк, не только я, а весь Фраген и, даже, возможно, вся Северная Земля. Вы обязаны остаться.

Хоупер долго смотрел на седого полковника прищуренным взглядом.

– Вся страна? – с сомнением тихо протянул сыщик. – Пожалуй, полковник, Вы переборщили, – хмыкнул он. – Но я останусь, ибо мне интересно.

Тобиас Франк перевёл дух.

"Он может нам помочь, как никто другой," – понимал парень.

Говоря последние слова, Сидней изучающе посмотрел на Джеррарда Солта, который ответил ему спокойным взглядом. Сид протянул руку кинологу.

– С Вами я ещё не здоровался, – заметил Хоупер.

Солт вежливо кивнул, снял перчатку и пожал руку сыщику.

– Мистер Солт. Я не ошибаюсь? – уточнил Сидней.

Тобиас дёрнул бровью. Что-то смутило его в выражении лица Сида. Неожиданное и непонятное волнение вдруг заполнило душу.

"Это что-то знакомое", – убеждённо подумал Франк. – "Но где я это мог видеть?"

– Да, всё верно, – вновь надел перчатку Солт, в то время, как Хоупер смотрел на его пса.

– Какая хорошая собака, – похвалил он, поглаживая пса по голове. – И как же зовут такого красивого ризеншнауцера?

– Дик, – ответил Джеррард Солт, и пёс посмотрел на хозяина.

– Неплохо, – подметил Сид и в задумчивости отошёл. – Итак, – бодро произнёс он, обводя взором присутствующих и останавливаясь на полковнике. – Мистер Гинслоу, я попрошу Вас помочь мне при осмотре места преступления. Доктор Морисон пойдёт с нами.

Одноглазый полковник кивнул, и ведя за собой сыщика и доктора, прошёл во двор. Калитка закрылась, и всем оставалось только ждать.

Глава 6

Седой полковник с повязкой на левом глазу открыл дверь в дом Лотерфей.

"Он много работает" – подумал сыщик, переступая порог. – "По крайней мере, его правый рукав сюртука немного стёрся."

Только оказавшись внутри этого здания, Сид заметил всю глубину его беспорядка, наведённого бандитами. На полу валялись комки грязи, были видны отпечатки ботинок. Хоупер почувствовал дуновение холодного ветра.

"Сквозняк," – понял он. – "Где-то разбито окно."

Сидней осмотрелся. Грязные следы в нижней части стены вызвали в нем лёгкое изумление. Он сощурился в раздумьях.

– Постойте-ка, полковник, – попросил

Хоупер, разглядывая испачканную стену.

Гинслоу вздохнул и покачал головой:

– Эти отпечатки внушали большие надежды, – сказал он, подходя к сыщику. – Но, это подошвы ботинок убитого мистера Лотерфей.

Сид нахмурился и попытался представить это.

"Ну конечно!" – хмыкнул он.

– Они сняли свою обувь и надели ту, которая о них ничего не расскажет, – невесело улыбнулся Хоупер.

– Именно, – согласился полковник Гинслоу. – На стене отпечатки подошв трёх туфель,– оповестил он, указав кивком на три пары мужских ботинок, принадлежавших убитому.

– Вы уверены? – тут же спросил Сид, склонив голову на бок.

Старый полковник и доктор Морисон вопросительно переглянулись.

– Уверен ли я? – непонимающе переспросил Гинслоу. – Но в чём, мистер Хоупер? К чему Вы клоните?

Хоупер перевёл внимательный, изучающий взгляд на грязную стену. Не мигая, он всматривался в следы несколько долгих секунд. После, он в задумчивости опустил голову.

– А вот уверен ли я? – еле слышно пробормотал Сид. Помолчав, он подошёл к обуви мистера Лотерфей, на которую ему указал полковник.

Сыщик присел на корточки и стал рассматривать ботинки, взяв в руки один из них.

– Я надеюсь, никто их не мерил, – обронил Сидней и покосился на полковника.

– Ну и шуточки у Вас, Лютик, – ответил за него доктор Морисон.

Хоупер пожал плечами и буркнул:

– Кто сказал, что я шучу?

В руках он держал чёрную мужскую туфлю сорок третьего размера. Судя по блеску, туфля была новая. Просунув ладонь внутрь, сыщик стал медленно водить кончиками пальцев по внутренней её стороне. Минуты две он сидел в таком положении, то надевая разные туфли на руку, то снимая их и хватаясь за другие, пытался что-то нащупать.

"Вот!" – зрачки Сида расширились и, он с преувеличенным вниманием и осторожностью провёл пальцем по внутренней стороне туфли. – "Так я и думал!"

Хоупер снял туфлю с руки и поднялся. Доктор Морисон и полковник Гинслоу пытливо впились в него взглядом.

– Итак, на внутренней стороне носка туфли слегка потёрта кожа, там же она и поцарапана ногтем большого пальца. Причем довольно отчётливо, – доложил Сидней.

– То есть, – подал голос доктор. – Человек, который надевал эту обувь, имел размер больше сорок третьего?

– Да, – подтвердил сыщик. – Я считаю, сорок пятый.

Хоупер вновь подошёл к стене, на этот раз, к нему присоединились Гинслоу и доктор.

– Порыв ярости? – почти уверенно предположил мистер Морисон. – Странно, и похоже на месть, – он слегка повернул голову, глядя на Сида, надеясь, что тот подтвердит его догадки, но сыщик не заметил взгляда. – Ведь если бы преступники не знали жертв, они бы так не старались… А тут… – он замолчал.

– Вы правы, – медленно кивнул Хоупер. – Да, это порыв ярости, – шепотом он добавил: – который их и выдаст.

"Следы. С ними что-то не так," – заметил Сидней. – "Я не понимаю."

– Подайте, пожалуйста, те ботинки, – попросил Хоупер, не отводя взгляд.

Ему принесли три пары туфель. Вот, он опять присел, только теперь, стал сравнивать рисунок на подошвах с отпечатками на стене. Достав из внутреннего кармана сюртука записную книжку, Сид набросал точное расположение следов.

"Рисунок первой пары ботинок совпал с большинством отпечатков,"– отметил сыщик и зачеркнул все те следы, которые совпали.

– Уберите, – бросил Сидней, выставляя туфли, не отрываясь от набросков.

"Вторая пара совпала со многими следами," – подумал он, зачеркивая таковые и переходя к третьей паре. – "Отпечатков осталось немного."

– Третья пара совпала только с двумя отпечатками. Остальные четыре отпечатка оставлены другими ботинками, – голос Хоупера прозвучал как гром среди ясного неба. – Теперь я точно уверен.

Доктор Морисон поднял брови, а полковник подался вперёд, нахмурившись.

– Это следы ботинок убийцы! – воскликнул Гинслоу.

– Предоставьте это мне, – сказал Сид, поднимаясь и засовывая руки в карманы.

Полковник Гинслоу кивнул, вид его делался всё мрачнее с каждой минутой.

– Пройдёмте дальше? – нарушил молчание доктор.

Мистер Гинслоу без всяких слов повернулся и повёл Морисона и сыщика в следующую комнату.

Это была просторная кухня с большим овальным столом, накрытым мокрой скатертью.

От внимательного взгляда Хоупера не укрылось выражение лица полковника Гинслоу. Он сделался хмурым и задумчивым. В какой-то момент, Сиду показалось, что тот хочет что-то сказать, но молчит. Хоупер не стал его спрашивать.

"Захочет, сам расскажет," – решил он.

Сыщик подошёл к столу и провёл рукой по скатерти. Вдруг, он резким движением скинул её.

– Зачем вы это сделали, сэр? – поинтересовался Сидней, в упор глядя на мистера Гинслоу.

– Стол занимал много места, – тут же последовал ответ. – Он был разломлен на две части. Мы подпёрли его стулом. И под ним мы нашли волос Марка Лоулера, который сидит в данный момент за решеткой.

Загрузка...