Волчий цветок Волчий цветок

глава 1



Описанные события вымышлены и не имеют под собой реальной основы, все совпадения случайны, имена и фамилии также вымышлены.

***

Сегодня было плановое посещение клиники, и Лина заранее отпросилась с обеда, чтобы не опоздать. Дорога до частного загородного пансиона, занимала больше полутора часов, а по пробкам еще больше. Но в этот раз ей повезло, добралась быстро.

Зарулила на стоянку, припарковалась и, подхватив пакеты, вышла из машины. А день снежный, февральский, в воздухе синеватая дымка и сквозь нее закатное солнце. Зимний лес, огоньки на кончиках ветвей. Красиво, сказочно. Если не знать, что этот весьма дорогой закрытый пансион, в котором содержалась ее мама, на самом деле частная психиатрическая больница.

Ей до сих пор не хотелось в это верить.

Лина забылась на мгновение, заглядевшись вокруг. Наверное, оттого что слишком хорошо, празднично было на душе. Потом спохватилась и пошла по расчищенной от снега дорожке к зданию.

Мама уже ждала ее, высматривала в окно, стоило открыть дверь. Сразу подалась навстречу. Если бы не диагноз, невозможно было бы предположить, что с ней что-то не так. Уверенная, властная, по-прежнему твердый взгляд. Лина никогда не думала, что эту сильную женщину когда-нибудь сломит болезнь.

- Как ты? - Она обняла мать и села рядом, передав ей пакет.

- Хорошо, - женщина кивнула, мельком просмотрев содержимое.

Отложила пакет и спросила, глядя Лине в глаза:

- А у тебя как дела? Рассказывай. Вижу, сияешь. Что-то в жизни новое?

Ну... Если честно, новое в жизни Лины было. Однако она предпочла бы пока что об этом говорить, потому что ни в чем не была уверена. А мама, несмотря на то, что Лине было уже двадцать семь, по-прежнему детально интересовалась ее личной жизнью, и болезненно реагировала на любое умалчивание или проявление недоверия.

Вот и сейчас, она смотрела как-то слишком пристально и ждала, не хотелось лишний раз ее расстраивать. Наконец пошло улучшение. Конечно, это не излечится, но сейчас мама, во всяком случае, улыбалась и выглядела спокойной. Как до болезни. Почти.

Лина с ужасом вспомнила первый приступ, как ту ломало, эти страшные, нечеловеческие крики, и сразу же отмахнулась от этих мыслей. Теперь все будет хорошо.

- Я не знаю как сказать... - сказала она, пряча улыбку. - Но да.

Ей показалось, что у матери проскочило странное выражение во взгляде. И сразу исчезло. Она просто сменила позу.

- В общем, я познакомилась с одним мужчиной, - начала Лина и вдруг запнулась, уходя в себя. - Он... очень интересный. Такой волевой, замкнутый, интеллектуальный, жесткий. Настоящий делец. Но при этом он не рвач. Понимаешь?

Говорила об одном, а вспоминала немного другое. Например, то, что у него стальные с желтоватым волчьим отливом глаза и светлые волосы. Что он весь какой-то поджарый и собранный. Что от него веет истинной силой и какой-то непреодолимой мужской притягательностью.

И тут она поняла, что увлеклась, а мать смотрит на нее прищурившись и вскинув бровь.

- Ну мам, - пожала плечами Лина. - Это по работе. Встречались несколько раз, потом еще был фуршет. Ничего особенного, мы только разговаривали.

- И кто он?

Вряд ли его имя могло что-то матери сказать. Тем более что та давно уже изолирована от внешней жизни. И все же Лина назвала.

- Это Александр Вольский. Он несколько лет возглавляет Северный клан после смерти отца.

Поза матери не изменилась, но с ней произошло какое-то странное преображение. Затаенный интерес в глазах сменился непонятно откуда взявшимся огнем ненависти. Мать подалась вперед и проговорила:

- Он сын врага, оборотень. Ты должна отомстить. Отрави его.

- Что? - переспросила Лина.

Неужели снова приступ? Но нет, мама выглядела вменяемой и спокойной. Она уставилась на Лину странным гипнотизирующим взглядом и повторила, словно хотела впечатать ей в память:

- Ты должна его отравить.

- Я позову врача, - сказала Лина, поднимаясь с места.

***

После этого Лина ушла. Пообещала, что придет как только снова разрешат посещения. И ушла. Хотелось на воздух.

Стояла, глядя в синеющий лес. Оборотень...

Бред. А мама больна, как это ни тяжело признать.

Даже если допустить, что у матери были какие-то скрытые мотивы или другие причины, ее слова вызвали глубокое неприятие. Лина тряхнула головой, отгоняя эти странные мысли, и замерла.

Что бы ни пыталась внушить ей мать, у Лины была своя голова на плечах.

Не накладывался на этого мужчину образ врага. Никак. Может быть, в этом стыдно было признаться, но его энергетику она чувствовала это на каком-то подсознательном уровне.

***

Постепенно стемнело, синева сгустилась, стала чернильной. Темный заснеженный лес как будто потянулся к ней ближе. Лина зябко поежилась от этого непонятного ощущения и села наконец в машину.

Потом завела мотор и медленно отъехала со стоянки, провожая взглядом окна клиники. В одном из окон был силуэт.

глава 2



Вечерняя дорога в город заняла куда больше времени, чем хотелось бы. Лине пришлось постоять в пробках, на трассе в двух местах были ДТП. И потом тоже. Побила все разумные рамки и пределы.

Обычно это безумно раздражало Лину. Жаль было времени, убитого стоянием непонятно зачем и непонятно где. Физически больно, как будто яд от этого разливался в груди. Но сейчас разум был занят другим.

Все перекрывал тот тягостный осадок, что остался у нее от посещения клиники. Бывает так, западет что-то в сознание, и крутится там потом, обрастая мыслями. Мозг один за другим подкидывает варианты, но не находит решения. А под конец вообще навалилась тупая усталость.

Домой она добралась уже к девяти, выжатая как лимон. Приняла душ, даже не поужинала толком, и сразу забралась в постель, спать.

Вертелась. Сна ни в одном глазу, несмотря на усталость.

Все это время ей подспудно не давали покоя слова матери, странная реакция, когда Лина назвала имя Александра Вольского. Не удавалось отбросить их как нечто несущественное, пусть они звучали трижды бредом, но...

Почему вдруг оборотень??!

Конечно, Лина и фэнтези читала, и фильмов кучу смотрела на эту тему. Жутко романтичные истории. Все это было замечательно, но она никогда не смешивала сказки и реальность и не воспринимала все это всерьез. Другое дело - оборотни в погонах! Вот тут как раз все правда. Но. Но...?

Лина забила в поисковой строке «оборотень».

Просто наугад. И руки почему-то дрогнули, а по спине рой мурашек пронесся.

Хорошо, что она сидела в постели, потому что как-то резко стало холодно. Она зарылась в одеяло и подтянула подушку повыше. Интернет выдал девять миллионов результатов. Там было множество текстов, откровенно бредовых и не очень, картинки, видео. А ей почему-то бросился в глаза большой бурый волк на заснеженном поле. Красивый, гордый зверь.

Новая волна мурашек. Рука невольно потянулась потереть шею под волосами.

Она пожала плечами и закрыла вкладку.

Усмехнулась своим непонятным ощущениям, хотела уже отложить планшет. И все же не удержалась, залезла на страницу Александра Вольского. Сеть с готовностью выложила все.

Личная жизнь довольно аскетична. Отношений стабильных нет. Женщины. Немного. Напорист. Может переть напролом, если чего-то добивается. Родственные связи, семья?

Соцсети. Блог. Аккаунт...

Фотографии.

Просматривала с замиранием сердца и странным чувством, что сейчас она за ним подглядывает. Но, в конце концов! Он же глава Северного клана, публичная личность. Естественно, что в сети о нем множество сплетен и противоречивой информации.

Северный клан контролировал целый сегмент бизнеса. Это и промышленность, и банковский сектор, и другие отрасли непроизводственной сферы. С тех пор, как Александр Вольский стоит во главе, влияние клана только увеличилось. Это не может нравиться конкурентам, и конечно же, у него должно быть множество завистников и врагов.

...Он сын врага, оборотень. Ты должна отомстить. Отрави его.

Бред. Лина невольно передернулась.

Там было одно видео. С прошлой деловой встречи, Лина тогда тоже была там в команде генерального. Просматривала этот ролик, невольно отмечая про себя уверенную стремительность движений. Силу ощущавшуюся в нем, интеллект и скрытую эмоциональность в стальном взгляде.

Но вот он обернулся и взглянул в объектив. Прямо как будто ей в глаза. Она смутилась. Тут же закрыла все, выключила планшет и улеглась спать.

***

Сны ей снились сумбурные.

Смешалось все.

Впечатления этого дня, усталость, мысли о работе, картинки из браузера...

Матерый бурый волк на заснеженном поле. И синие цветы. Аконит.

Волк вдруг обернулся. Обжег взглядом и пошел прямо к ней. А ее словно парализовало...

Потом вдруг темнота, свет из-за двери. И голос.

- Я нашла ее.

Говорили по телефону. Лина узнала голос матери.

***

Проснулась рано со странным ощущением, что жизнь изменилась и начался какой-то непонятный отсчет. Хотелось бы сказать, что все это бред и маразм, и отмахнуться, но почему-то не получалось.

В конце концов, отсекла все усилием воли. Постаралась попасть на работу пораньше, чтобы успеть обработать информацию, скопившуюся за те полдня, что она отсутствовала, и подбить отчет до начала утреннего совещания.

С утра было много работы. Так всегда бывает, когда помимо собственного плана наваливаются неожиданные вводные. Потом напряженное совещание. Пока выработали единую позицию, пока ей удалось отстоять свои выводы и предложения, казалось, на пару килограммов похудела. К концу уже кофе хотелось смертельно.

Лина была самым молодым заместителем генерального директора, единственная в команде женщина. И не за красивые глаза досталась ей эта должность. Хотя глаза у нее действительно были красивые. Глубокого синего цвета, такого насыщенного, как будто она носила линзы. Но в ее случае можно было бы сказать, что внешность обманчива. Мало кто ожидал от миловидной блондинки, нежной и домашней на вид, такой работоспособности и твердости характера. Может быть, изначально Лина Прохорова пришла в концерн Восточного клана с подачи матери, у той были определенные связи. Она была студенткой, и за девушку походатайствовали. Но место в команде гендиректора Лина заработала сама.

Наконец совещание закончилось. Она была уже на рабочем месте, с наслаждением пила горячий кофе и просматривала информацию на своем гаджете. И вдруг в ее кабинет зашел сам генеральный. Она аж поперхнулась от неожиданности. Тут же отставила в сторону чашку и встала.

- Слушаю вас, Юрий Владимирович.

Мужчина странно на нее покосился и прошел внутрь. И пока она соображала, чем может быть вызван этот визит, проговорил:

- Вот что, Лина Максимовна...

И пауза. Поднес кулак ко рту, прищурился. А у нее от странного предчувствия все похолодело внутри.

- В эти несколько дней меня не будет. На следующей встрече с представителями Северного клана команду от нас возглавите вы.

глава 3



В первый момент Лина задохнулась. Зависла, проводя рукой по светлым волосам, а он почему-то проследил ее жест. Да так внимательно.

- Юрий Владимирович, а чем вызвана подобная перестановка?

Хотелось бы знать, что могло переиграться за те двадцать минут, что прошли после окончания совещания. Ведь вроде же все было решено и обговорено. И обычно во время отсутствия шефа команду возглавлял Воловатов.

Мужчина нахмурился, на его лице стало появляться то самое начальственное выражение «Я вами разочарован».

- Поймите меня правильно, - быстро проговорила Лина. - Мне важно знать, случилось что-то неприятное и непредвиденное, из ряда вон выходящее, или это просто эксперимент. Чтобы правильно выстроить отношения в команде.

Потому что - да. Было бы странно, если девчонку вдруг назначат в команде главной, когда вокруг полно куда более опытных мужиков, которые на этом деле зубы съели. Никого из них это не обрадует. Ее будут топить.

Неожиданное одобрение промелькнуло во взгляде шефа. Как ни странно, он оценил ее тактичность и прямоту.

- Считайте, что это эксперимент.

Теперь уже Лина нахмурилась. Значит, ее все-таки бросают под танки. И тут он проговорил:

- Обстоятельства действительно немного изменились. Но поверьте, никто не будет вас топить, наоборот, вы получите всяческое содействие команды, - тут он слегка замялся, глядя куда-то в левый верхний угол комнаты, и почесал левую бровь. - На самом деле, ваша главная задача - отвлекать внимание.

Был и такой прием, называлось, поработать «блондинкой». Но сейчас это показалось Лина оскорбительным. Она достаточно хорошо владела собой, чтобы не выдать раздражения, но видимо, что-то такое все же отразилось в выражении лица или во взгляде.

- Лина Максимовна, я прошу вас отнестись к моим словам со всей серьезностью. Поверьте, для нас это важно.

Повисла пауза. Он смотрел на нее внимательно, ждал ответа. Ситуация была довольно идиотской. Будь она немного легкомысленнее, давно бы уже визжала от восторга. А Лина пыталась просчитать последствия. Потом решила, в конце концов, ей же не обязательно выставлять себя дурой, можно просто работать в штатном режиме.

Прошло еще несколько секунд тяжелого молчания, наконец Лина сказала:

- Конечно, Юрий Владимирович. Благодарю за откровенность. Вы всегда можете на меня рассчитывать.

Ей показалось, или шеф действительно был напряжен, а сейчас выдохнул от облегчения?

- Очень хорошо. Зайдите в бухгалтерию, вам выписан аванс. После этого вместе с Воловатовым ко мне, получите дополнительные распоряжения. А дальше по своему плану сегодня. Вылет завтра. Готовьтесь.

И вышел.

Лина медленно опустилась в кресло и потянулась за своим кофе. Остыл, конечно же. Отпила глоток и отставила чашку в сторону. Потом разом подхватилась, встала и пошла выполнять распоряжения начальства.

***

Удивила сумма аванса. Хотелось спросить, зачем так много? Она вполне и без аванса могла бы обойтись, рассчитались бы потом. По факту.

После этого Лина сидела в огромном кабинете генерального, три стеклянные стены которого выходили на город, и не могла избавиться от странного предчувствия. Казалось, вокруг творится что-то странное, как будто огромный невидимый зверь ворочается.

Однако мужчины были серьезны, и по виду Воловатова трудно было определить, насколько тот недоволен ходом событий, держался он корректно. Лина заставила интуицию умолкнуть и постаралась абстрагироваться и вникнуть. Собственно, ничего нового сказано не было, прописные истины. У Восточного клана, который будут представлять они, нейтральные отношения с Северным. Конкуренции как таковой нет, в отдельных отраслях промышленности совместные проекты. Эта выездная встреча одна из серии рабочих встреч, и будет направлена на углубление сотрудничества.

Все хорошо. Если бы не одно но.

Ее личная задача - Александр Вольский.

Звучало бредово. Настолько бредово, что у нее мурашки по всему телу пошли.

- Простите, - спросила она. - Вы сказали серия встреч... Мне предстоит возглавлять команду только на этой встрече, или и на всех последующих тоже?

Мужчины странно переглянулись, губы у Воловатова вытянулись в ниточку.

- Это будет зависеть от обстоятельств, Лина Максимовна, - проговорил генеральный, складывая руки на столе.

Потом она весь остаток дня не могла избавиться от странной дрожи, набегавшей волнами.

***

А вечером, когда она уже ехала домой, ей позвонила мама. Увидев входящий, Лина вздрогнула и невольно поежилась. Однако ответила сразу.

- Привет, мам. Как ты? Все хорошо?

- Да, все хорошо. Я в порядке.

Странная пауза повисла. Потом она заговорила снова:

- Мы вчера не совсем хорошо расстались. Ты не могла бы заехать ко мне?

глава 4



Момент был неподходящий. Все наложилось сразу. Работа, неожиданные вводные генерального, новая задача, от которой Лине слегка не по себе.

Много работы. Но мама редко просила о чем-то, к тому же, они действительно нехорошо расстались. Хотелось стереть это неприятное впечатление.

- Да, мам. Я постараюсь заехать завтра в течение дня. Тебе нормально?

- Да, конечно мне нормально, девочка моя. Я буду ждать.

Еще несколько фраз. Лина спросила, не привезти ли ей чего-нибудь, и разговор прервался.

Всю оставшуюся дорогу до дома Лина размышляла. И вечером. И пока ужинала, собирала вещи в поездку, и пока принимала душ перед сном. В голове роились мысли.

Уже потом, сидя в постели с планшетом, сделала то, чего ей подспудно хотелось весь день. Лина забила в поисковой строке «оборотень». И зажмурилась на миг, как будто должно было произойти что-то волшебное.

Опять на нее смотрел с вкладки крупный бурый волк на снежном поле. Она не удержалась и погладила кончиками пальцев фото. Такое странное чувство. Мурашки...

Она тут же пождала пальцы в кулак.

Некоторое время так и сидела, теряясь в ощущениях. Потом забила «Северный клан». Браузер тут же откликнулся, выдавая информацию. Здесь было множество результатов, миллионы. Сначала, в самом верху, глянцевые, парадные. Дальше... Впрочем, дальше первой страницы она и пошла.

Потому что здесь был он. Мужчина с отливающими сталью глазами, стремительный, собранный. Смотрела, и казалось, за ним не угнаться. Вожак, он ведет, он знает. Просмотрела еще несколько снимков и ушла оттуда. Некоторое время сидела, глядя в пространство, а после открыла профиль Вольского в одной из соцсетей, просматривала посты, комментарии. В конце концов, закрыла все вкладки, улеглась и потушила свет.

Это просто работа. А сейчас ей надо спать.

***

Сон пришел странный. Как неясное воспоминание откуда-то из закрытой глубины далекого детства. В обычной жизни детские воспоминания Лины начинались с двух с половиной лет. Конкретно с того момента, как она тяжело заболела Выздоравливала с трудом.

Реальные воспоминания были обрывочные. Горячечные. Лина помнила лицо мамы, голоса, отдельные фразы, но они сливались во что-то непонятное, тягучее, мутное.

А тут так ярко.

Она бежит, зарывается носом в снег, прыгает. Так... Необычно. Свобода, радость. Боковым зрением видит, как мелькает пушистый белый мех.

И она почему-то точно знала. Что это было до.

До болезни.

***

Юрия Владимировича не было уже с утра, это значительно осложняло ситуацию и рушило планы. Прежде, чем подходить к Воловатову, Лина несколько раз перелопатила ВСЕ. Честно говоря, особо не надеялась на успех, думала, первый зам не отпустит ее в отсутствие генерального. Действительно, тот, услышав просьбу, повел себя странно. Лине показалось, что мужчина напрягся и у него что-то такое волчье проскочило в глазах.

Но отпустил.

- Хорошо, поезжайте, но не задерживайтесь, - проговорил жестко. - Вылет в 20.42. Опоздаете, Лина Максимовна, команда улетит без вас.

Потом ее еще долго преследовало это ощущение его прожигающего взгляда.

Это просто нервы, сказала она себе. Воловатова тоже можно понять, навязанный генеральным «эксперимент» ущемлял его самолюбие и профессиональную гордость. Стоит ли удивляться, что он на нее волком смотрит? Зябко поежилась, неприятно было это осознавать.

В конце концов, она решила сосредоточиться на главном.

Сейчас ей надо быстро съездить к маме и вовремя вернуться, чтобы не опоздать на рейс. Собственно, Лина подготовилась заранее, собранный с вечера чемодан лежал у нее в багажнике, оттуда она собиралась прямо в аэропорт.

Ей и в этот раз повезло, добралась без пробок. Когда Лина уже заруливала на стоянку перед клиникой, вдруг выглянуло солнце и разом осветило заснеженный лес. Так невыразимо красиво и сказочно стало, и как-то сами собой рассеялись тягостные мысли. Она вытащила гаджет и набрала маму:

- Привет, мам, я подъехала. Сейчас буду у тебя.

И даже не дослушав ответ, отбилась. Надо было еще успеть встретиться и переговорить с врачом, спросить, не нужны ли какие-то препараты. Но все быстро, буквально бегом.

Мама ждала ее, поднялась навстречу. Улыбка...

Немного странная, натянутая, выжидающая. Лине почудился неуловимый налет фальши. Однако она отбросила эту мысль и обняла мать.

- Как ты?

Эта ставшая уже ритуальной фраза прозвучала снова. Как и традиционный ответ:

- Хорошо.

И снова это чувство, что от нее затаились.

Лина захватила с собой фрукты, положила пакет на стол и уже хотела присесть. И тут мать неожиданно сказала:

- А у меня для тебя подарок.

Подарок? Честно говоря, Лина была приятно удивлена. Даже стыдно за свои домыслы стало. А та снова странно улыбнулась и вытащила откуда-то пушистый светло-серый шарф ручной вязки.

- Вот. Это тебе.

- Спасибо, зачем ты беспокоилась.

Шарф был очень приятный на ощупь и сразу понравился Лине.

- Ну же... - голос матери странно подрагивал от нетерпения. - Давай, надевай.

Лина накинула шарф на шею, с удовольствием уткнулась носом в мягкую ворсистую шерсть...

И вдруг замерла.

глава 5



Запах... Такой странный запах... Невероятный.

Ее как будто на мгновение отключило от мира. Она потерялась в ощущениях. Было приятно. И чувство, как будто какая-то новая дверь открылась. Лина потерлась лицом о пушистый шарф, который почему-то воспринимался живым существом. Она не знала, откуда такая мысль.

Секунда, и это странное погружение в нереальность прошло.

Медленно выдохнула и взглянула на маму. И опять промелькнуло на грани сознания, что та затаилась и выжидает.

- Ну как? - осторожный вопрос.

- Ой, - засмеялась Лина. - Замечательно. Спасибо, будет очень кстати. Я сегодня в горы вылетаю.

- Ах, в горы...!

На сей раз ей не показалось, глаза у пожилой женщины словно вспыхнули. Но тут же погасли.

- Надолго? - голос уже звучал ровно.

- На три дня. Командировка. Будет рабочая встреча глав кланов на выезде.

- А, понятно, - коротко проговорила мама.

Честно говоря, Лина опасалась, что сейчас снова будет обострение. Мать станет говорить эти бредовые вещи, призывать ее совершить какую-то мифическую месть, а ей придется опять вызывать ей врача. От этого становилось тошно. и в душе поднималось неприятие. Она с трудом удержала нейтральное выражение лица.

Но мать молчала, только сдержанно улыбалась. Какое-то еще время Лина осторожно приглядывалась, все-таки странное чувство, что та затаилась и недоговаривает, так и не ушло. Не самое приятное чувство. Лине пришлось одергивать себя, потому что уже черти что на ровном месте начинает мерещиться. Еще немного поболтали о разных мелочах, а потом она стала собираться.

Время поджимало, а ей еще ехать в аэропорт.

Она не хотела опоздать. Во-первых, по причине личной исполнительности и аккуратности. А во-вторых, пусть это и начальственный эксперимент, но для нее, Лины Прохоровой, это была возможность показать себя с лучшей стороны.

И да, черт побери, это карьера.

***

Из клиники она уехала с непонятным осадком и еще более странным предчувствием. Потом включился рабочий режим. Пришлось пробиваться по пробкам, обгонять, подрезать. В общем, успела.

Воловатов скользнул по ней странным взглядом, ненадолго задержавшись глазами на мягком светло-сером шарфике, в который она с удовольствием прятала нос. И вымучил улыбку.

- Как съездили, Лина Максимовна?

- Спасибо, хорошо.

- Как мама?

Лина понимала, что это просто вежливость, он задает дежурные вопросы, но какой-то нездоровый интерес мужчины был заметен.

- Она в порядке, - проговорила Лина нейтрально и отошла к остальным членам команды.

Еще немного, и объявят регистрацию. Ночью они будут на месте. А завтра...

Начнется рабочая встреча. Одна из череды многих. О том, что ей придется уже завтра сесть за стол переговоров напротив Александра Вольского, она думать отказывалась.

***

Сейчас Лина была занята разговором, стояла спиной. И не могла видеть, как мужчина, с которым она говорила только что, отошел в сторону и встал так, чтобы просматривать входы в ВИП - зал. А тот постоял, охватывая цепким волчьим взглядом пространство, потом вынул из внутреннего кармана небольшой плоский гаджет, похожий на старый кнопочный телефон. И набрал номер.

Пошел вызов. Долго. У мужчины даже вырвалось нервное движение. Однако на последних секундах ему все-таки ответили.

- Да. - женский голос звучал недовольно и властно.

Он прокашлялся, прикрыл гаджет рукой и произнес короткую фразу:

- На месте.

На том конце какое-то время слышалось тяжелое дыхание, потом женский голос произнес:

- На ней?

- Да, - с готовностью подтвердил мужчина.

- Остальной материал?

- Получил еще днем.

- Хорошо.

Разговор прервался. Мужчина странно выдохнул, словно испытал большое облегчение, и вытер ладонь о лацкан. Небольшой гаджет отправился обратно в потайной карман. Уже из другого кармана он вытащил смартфон последнего поколения. Включил, и сразу посыпались сообщения. Много. Быстро просмотрел все. Нашел среди них одно, прочитал несколько раз, потом удалил.

Уже после этого выбрал контакт, отправил вызов и бодро отчитался:

- Юрий Владимирович, все на месте. Что? Да. Нет, не опоздала. На месте. Связался. Да, получил. Все как и обговорено. Одну минуту...

В этот момент его внимание приковало движение. В ВИП - зал стали заходить первые члены команды «северных». Увидев в дверях главу Северного клана Александра Вольского, мужчина быстро свернул разговор, бросив напоследок:

- Начинаем.

глава 6



Строгий регламент всегда распространяется только на команду. Это знают все.

А глава клана - фактически его хозяин, и может позволить себе многое. Может опоздать, может не приехать вовсе или работать удаленно. Команда вывернется из себя, за это ей и платят. Если надо, десять раз за день слетает, чтобы показать, заверить, раздобыть, подписать. Вылижут, выбьют, выгрызут желаемый результат.

Потому что, если команда не справится, всех тут же сменят другими.

Теми, кто справится.

Александр Вольский никогда не позволял себе бросить своих. Наверное, потому что сам еще не закоснел и не насытился работой. И в команду, за исключением тех, кто достался ему от отца, бессменных, старался подбирать себе подобных. Чтобы рвались в бой не за страх, а за совесть. Сила, молодость, напор, он и не замечал, но буквально тащил их за собой.

Да и кроме работы, в жизни хватало интересного. Много увлечений, от ведения собственного блога, где он представал «без галстука», до интеллектуальных игр и горнолыжного спорта. Вот и в этот раз Вольский собирался в перерывах гонять по склону. Покойный отец говорил, что у него шило в заду, и он до старости так и останется мальчишкой.

Кстати, об интересном.

Сейчас, подходя к входу в ВИП - зал, глава Северного клана заметил Воловатова. Восточный клан на месте? Значит, там будет она, девушка, с которой он недавно познакомился. Должна быть. Искрящиеся синие глаза, пушистые светлые волосы, в памяти мгновенно пронеслись каким-то единым шлейфом короткие моменты их общения, в груди стало тепло. Его словно потянуло вперед.

Но до дверей оставалось еще прилично, он не мог знать точно.

Александр засек, что Воловатов с кем-то разговаривал по телефону, но увидев его, спрятал гаджет. А заодно отметил про себя, что тот стоял в стороне от своих и в блестящем одиночестве.

Секретные переговоры? Вид у первого зама в команде Восточного клана был нервозный и озабоченный. Глаза по-волчьи поблескивали.

Теперь они смотрели друг на друга. Воловатов изобразил зеркально-вежливую улыбку и формальный поклон. А взгляд-то острый, холодный. Вязкий тип, опытный. Скользкий.

Вольский кивнул в ответ и направился к дверям. Его уже не интересовало, что господин Воловатов раскланивается с его первым замом, двоюродным братом Яном. Александр скользил взглядом по группе людей, искал...

Внезапно он подался вперед. Нашел.

***

Лина стояла среди своих в ожидании вылета. Короткие разговоры на особом, понятном только узкому кругу посвященных языке, специфические шутки, смех. Некий положительный фон, сообщающий, что все в порядке. Команда. Организм, состоящий из юристов, менеджеров, журналистов, силовиков, снабженцев и многих других, чей труд бывает незаменим, но незаметен.

В этот раз придется вести ей.

Волнительно, если отбросить все мысли, немного тревожно. Странное предчувствие.

Обычно отдувались Генеральный с первым замом. А в этот раз придется ей. Конечно, с ней будет Воловатов, но несмотря все заверения Юрия Владимировича, что-то внутри подсказывало, что ей лучше не слишком полагаться на этого человека.

Потому что был во всем этом какой-то подвох, но она пока не могла понять, в чем.

Волновалась Лина еще и потому, что глава Восточного клана господин Мельнер Н.М. планировал присоединиться к ним только в последний день переговоров. И то, ненадолго.

Насколько она могла изучить поведение главы их клана за годы работы, он вообще за заседаниях появлялся редко. Возможно, потому что господину Мельнеру было уже за семьдесят и он подустал от этой вечной гонки. Молодость давно прошла, пресытился всем. Но не властью. Властью пресытиться невозможно.

Странно... раньше она не задумывалась, к чему в итоге придет ее карьера. Что будет дальше? Хотела ли она когда-нибудь себе такой судьбы? Нет.

Она снова вслушалась в тот положительный фон голосов, шумно выдохнула и улыбнулась молодому соседу из журналистов. А потом стала искать взглядом Воловатова, его вместе с остальными почему-то не было.

И вдруг заметила в дверях ВИП - зала Александра Вольского.

Мужчина стоял один.

Такой собранный и четкий, и от него буквально веяло силой. Он напомнил ей того бурого волка. В сознании снова мелькнули отголоском те слова матери.

...Он сын врага, оборотень.

Чушь. Лина не могла понять своей странной реакции, смутилась и зарылась носом в пушистый шарф.

Короткий контакт взглядами, мужчина подался вперед.

Но в следующее мгновение в зал стала заходить команда Северного клана, а сам Александр Вольский прошел вперед и теперь здоровался за руку с представителем Западного клана, выдвинувшимся ему навстречу.

Непонятное впечатление рассеялось.

Она отвела глаза и случайно наткнулась взглядом на первого заместителя Александра, его двоюродного брата Яна Вольского. Мужчина пристально смотрел на нее, а взгляд словно скальпель.

И вдруг на его появилась хищная улыбка. Как будто он искал что-то и нашел. Лине стало не по себе, как будто от его улыбки рой ледяных игл прошелся по коже. Что это вообще было?

Однако стали объявлять регистрацию, потом пошла посадка.

И Лина забыла от этом странном моменте.

глава 7



Встреча глав кланов происходила на знаменитом горнолыжном курорте, Главы обычно устраивались отдельно, потому что у каждого тут было собственное шале, а проживание команд традиционно бронировалось в лучших отелях. Подобные мероприятия всегда устраивались на высшем уровне. Так было и в этот раз. На престиже никто не экономил.

Сам перелет длился немногим больше часа. После перелета их еще какое-то время на специально выделенных видах транспорта везли до самого курорта, расположенного выше в горах. И в районе полуночи все были уже на месте.

Дальше предстояло размещение, а вот потом начиналось самое приятное.

Небольшое окошко для отдыха.

Завтра с утра начнется бешеная работа, а вечер - время относительной маленькой свободы. И большая часть команды вместо того, чтобы забиться по номерам и улечься спать, сразу после размещения отправилась отдохнуть и развеяться. Естественно, что вся развлекательная часть сейчас была к услугам ВИП-гостей. Хотя, конечно, по-настоящему ВИПами там можно было назвать от каждого клана по нескольку человек, однако это условно распространялось на всех.

Лина не пошла с остальными, она осталась в номере. О завтрашнем дне и предстоящей работе старалась не думать, просто окунулась в атмосферу и затаилась в собственном мире.

Из большого панорамного окна был шикарный вид на отели и склон. Было очень красиво, снежно, сказочно. И столько иллюминации, что светло как днем. На склоне все еще было оживленно. Лина смотрела вниз на пеструю толпу, на снег, горевший блесками в огнях прожекторов. Все сливалось перед глазами в яркую картинку и отпечатывалось в сознании праздником.

Однако всплывали на этом полотне отдельные диссонансные пятна.

Вот и сейчас она уткнулась носом в пушистый шарф, вспоминая странное. Ей в какой-то момент стало казаться, что некоторые мужчины к ней... принюхиваются. Косятся как-то по-звериному и нервно сглатывают. Причем, далеко не все. И это не зависело от возраста, профессии или места, которое они занимали в команде.

Раньше такого никогда не наблюдалось! Сначала, когда до нее только дошло, Лина, мягко говоря, была в шоке. Неужели от нее чем-то неподходящим пахнет?! Сама мысль казалась кошмарной. Долго принюхивалась к себе, вроде ничего такого. Парфюм она использовала тот же, что и всегда. Мягкий ненавязчивый запах, «только для себя», как говорится. Так и не поняла в чем дело, потом просто махнула рукой.

Сейчас копание в себе тоже ничего не дало, она вздохнула и отошла окна. Набрала сообщение:

«Мама, я приехала. Спасибо за подарок».

Потом сняла наконец с шеи шарф, с которым, кажется, успела сродниться, и опустила его на диван. Разделась и ушла в душ.

Стояла, подставляя тело под теплые струи, а перед глазами опять отрывками дневные впечатления, мысли. Она закрыла глаза. Довольно.

Вымыла волосы, высушила.

Когда она вышла из ванной, шарфа на диване не было.

***

Сначала она нахмурилась и потерла лоб, потом сложила руки на груди и отвернулась к окну. Неприятное чувство в груди... Как будто крысу увидела в собственной ванной.

Кто-то зашел сюда, в ее номер, пока она мылась в душе? Взял ее вещь. Но это же не какая-то ночлежка, это все-таки пятизвездочный отель! Как вообще такое возможно?

А документы? Мысль прошибла словно током. Она потянулась к телефону, звонить в администрацию отеля. Но вот же странность... Гаджета на месте не было. Стало откровенно жутко.

И вдруг шаги.

Лина мгновенно напряглась и обернулась на звук.

В комнату не спеша вышел мужчина. Глава Восточного клана, господин Мельнер Н.М.

У нее в первый момент голос пропал от неожиданности. Этот человек сейчас должен был находиться за много километров отсюда! Его появление здесь раньше чем через два дня не предвиделось.

И он сейчас здесь, в гостиной ее люкса? Что происходит вообще???

В руке Мельнер держал ее шарф, медленно поднес к лицу и вдохнул запах. Все это выглядело так абсурдно...

- Господин Мельнер, - неуверенно кивнула Лина и невольно попятилась. - Здравствуйте.

Мужчина кивнул и прошел дальше. Мысли заполошно заметались в голове.

- Могу я узнать, в чем дело? - проговорила Лина, оглядываясь в поисках телефона.

Как она ни старалась держаться спокойно, нервы делали свое дело. У нее от волнения тряслись руки и дрожал голос. А глава клана только скрипуче усмехнулся и знаком велел кому-то заходить.

Вошли еще четверо. Молодые мужчины, Лина узнала всех четверых. Один из их команды, менеджер. Остальные трое занимали не последние места в командах Западного и Южного кланов. Это было так дико.

Но все стало еще хуже, когда следом за ними из спальни вышел еще один человек с профессиональной камерой на плече.

- ЧТО здесь происходит? - выкрикнула Лина.

- Как ты думаешь, зачем тебя поставили во главе команды? - спросил Мельнер.

Ох, как не нравилось ей это все, ох, как не нравилось!

И все же Лина постаралась взять себя в руки и не показывать волнения. Возможно, это просто проверка, или глава хочет обговорить с ней некие секретные сведения. Но ЗАЧЕМ тут присутствие людей из других кланов - конкурентов?!

У нее не было идей, однако надо было что-то ответить.

- Я не знаю, Ноэл Маркович, это была не моя инициатива. Но я клянусь, я выполню свою работу...

- Конечно, выполнишь. А не захочешь сотрудничать, тебя сейчас разложат прямо здесь.

Что...??? Показалось, она ослышалась. Но камера, взгляды, резковатые жесты. Слишком недвусмысленно.

- Я буду кричать, - Лина попятилась.

- Никто не услышит, - спокойно проговорил глава клана.

Один жест, и ее обступили ближе. Хищные улыбочки на лицах самцов, отвратительный огонек похоти во взглядах. Волосы зашевелились у нее на затылке. Лина уже поняла, что на помощь не придет никто. Даже если она будет кричать, ее никто не услышит. Вот теперь стало действительно страшно!

- Тебя разложат здесь и сейчас, видео, как ты догадываешься, сразу пойдет в сеть. Но это далеко еще не все. Будет зафиксирована передача секретных данных представителям кланов - конкурентов.

Давящее молчание повисло. Тяжелое дыхание обступивших ее мужчин, ощущалось кожей. Казалось, она провалилась в какой-то кошмарный сон. Все уже решено, а ее просто уничтожат...

- Чего вы от меня хотите? - с трудом выговорила Лина.

Глава клана цинично усмехнулся.

- Вот это другой разговор.

глава 8



Даже сейчас Лина до конца не верила, что это происходит с ней наяву. Что не какой-то кошмарный сон. Все эти мужчины рассредоточились кто куда в ее номере, главное, что она их больше не видела.

Только господин Мельнер оставался с ней. Тот, которого она безмерно уважала как главу клана, и просто как достойного пожилого человека. Сидел в кресле и смотрел на нее, как змея на отравленное агонизирующее животное. Ничего святого. Личего личного. Просто деловой интерес.

А она... Да, это была агония.

Потому что Лина понимала, если сейчас ее вот жестко и без вариантов запрессовали, значит, ценности она для них не представляет. С ней разделаются после того, как она выполнит их условия. Нельзя показать, что она поняла это.

Ей дали время смириться, расслабиться. Принять положение и почувствовать себя в безопасности. Чтобы не дергалась...

Нельзя паниковать. Но душу уже заморозило страхом. Нельзя.

Ее взгляд прикипел к руке Мельнера. Пальцы мужчины медленно перебирали пушистый шарф, как будто гладили. И вдруг чудовищная догадка пронзила ее. Не может быть... Это было бы слишком жестоко.

А он по-прежнему смотрел на нее, ловя эмоции, понимая, что сейчас с ней происходит. Выжидая, когда она сломается окончательно.

- Можно задать вам один вопрос, господин Мельнер? - медленно проговорила Лина.

- Задавайте, - кивнул мужчина и откинулся на спинку кресла.

Голова чуть склонена набок, уголок рта кривится в циничной усмешке. Он знал, о чем она будет спрашивать, а ей было мучительно больно это произнести.

- Скажите... - Лина сглотнула колючий ком. - К этому имеет отношение моя мать?

Неожиданно Мельнер рассмеялся, сминая в пальцах шарф. Смех звучал жутко. А потом кивнул:

- Имеет. Самое прямое. Но она тебе не мать.

Такое чувство, как будто ледяной штырь воткнулся ей в грудь. У Лины дыхание сбилось от боли, она резко заморгала, пытаясь согнать предательские слезы. Наверное, лучше бы он и вправду проткнул ее насквозь.

- Есть еще вопросы?

- Нет, - пробормотала Лина, делая над собой усилие.

- Отлично.

Тон его сменился, стал деловым и жестким.

- А теперь послушай, что ты должна сделать.

***

Через пятнадцать минут все они ушли, покинули ее номер.

А Лина осталась одна, как будто никого и не было. И только стоявшая на столе небольшая початая пластиковая бутылка с минеральной водой напоминала о том, что этот жуткий разговор ей все-таки не приснился.

Она опустилась на диван, сжимая виски. В памяти снова всплыла все это тошнотворное...

Мельнер подал знак. Тот, который с камерой, вошел. В руках у него была небольшая пластиковая упаковка бутилированной воды. Кажется, какой-то местной минеральной. Мужчина поставил ее на стол, Лина еще обратила внимание, он был в резиновых перчатках.

- Вот это подольешь в стакан Вольскому, - сказал Мельнер.

А у Лина тогда вспыхнуло в голове это самое:

«...Он сын врага, оборотень. Ты должна отомстить. Отрави его».

Протест взвился из души.

- Нет, - вскинулась она. - Делайте со мной что хотите, я не стану убивать невинного человека!

- Никто и не говорит убивать.

Снова этот жуткий скрипучий смех. Старик как-то странно взглянул на нее и вдруг спросил:

- Что ты знаешь об оборотнях?

Затянулась эта кошмарная шутка, слишком затянулась! Лина и так уже была на пределе, а он дурацкие вопросы задает. Все еще смеясь, глава Восточного клана сделал знак мужчине. Тот взял из минибара стакан, налил в него немного из этой бутылки и на ее глазах выпил.

- Выберешь момент и подольешь. Меня не волнует, как ты это сделаешь. Не вздумай вылить или подменить, - жестко сказал Мельнер. - Мы найдем способ проверить. И не вздумай делать глупости. Или для тебя все будет гораздо хуже, чем ты можешь себе представить. Поняла?

- Д-да, - проговорила Лина, у которой начался озноб от страха и нервного перенапряжения.

И вот они ушли, а ее все также колотил озноб. И слезы подступали к глазам.

Не так уж глупа была Лина, чтобы не понять, что происходит. Между кланами ведется тайная война, и главная цель сейчас Александр Вольский. А она просто пешка. Расходный материал, которым в случае чего пожертвуют без сожаления.

- За что, мама? - хотелось ей спросить, женщину, которую она считала своей матерью. - За что?

А это, оказывается, и не мама вовсе...

Но кто же тогда? Ведь была же у нее мама. И какие-то мелькающие яркими обрывками воспоминания о прошлом. Лина приложила руку к горлу и поднялась с дивана. Ее просто пронизывало холодом, не согреться никак.

Еще и шарф Мельнер зачем-то унес с собой.

Глава 9



Далеко оттуда в частном загородном пансионе женщина застыла у окна, глядя в ночь. Крепкая, волевая. При первом, да и при втором взгляде на нее, никто не сказал бы, что она больна, тем более, душевно.

Стелла и не была больна.

Но то информация, как говорится, не для широкого использования. Тайна, которую хранили ценой крови. И о которой знали лишь немногие.

Оборотни. Теневая сторона жизни. Носители великой силы, которые веками роднилась только между собой. Итог - вырождение. Они потеряли главное - способность оборачиваться. Только считанные единицы сохранили эту способность.

Их называли истинными. Истинные - легенда.

Остальных запертая в человеческом теле звериная сущность постепенно сводила с ума. И тогда вместо оборота, вместо обретения истинной свободы случался дикий припадок. Как у нее. Чем больше сила, тем больше вероятность срыва, контролировать это сложно, но возможно. Такова их жизнь. А слетевшего с катушек оборотня изолируют.

И это приговор, потому что это навсегда. Отныне она заперта здесь, в четырех стенах.

ОНА!

Женщина отошла от окна и замерла у стола, скрестив руки на груди. На столе лежал гаджет. Она не смотрела на экран, он все равно погас, поглотив чернотой глупую смс от глупой девчонки.

«Мама, я приехала. Спасибо за подарок».

Жестокая усмешка исказила лицо женщины. Застарелая ненависть, зависть, не имеющая срока давности. Даже если давно уже нет той, кому она завидовала. Нет больше слабенькой младшей единокровной сестры. Блаженной идиотки умудрившейся прижить девчонку неизвестно от кого.

Она сама ее уничтожила за то, что ею заинтересовался мужчина, которого Стелла считала своим. Это была достойная месть.

От сестры осталась двухлетняя дочь, Стелла взяла ребенка себе и сделала так, чтобы даже память о сестре исчезла. Но дело в том, что мать Лины была истинной. И Лина, как оказалось, тоже.

Первый оборот, девочке было два с половиной года.

Стелла сделала все, чтобы заблокировать ее дар. Никогда она больше не обернется, с этим покончено. Но не покончено с другим.

У того мужчины остался сын.

Гаджет на столе тихо завибрировал. Она нажала громкую связь.

- Согласилась, - проговорил мужчина.

- Хорошо.

- Тебе не жаль ее? Когда его сорвет, от девчонки одни ошметки останутся.

- Нет, - проговорила она. - Подобное к подобному.

- Такая чистенькая, миленькая, серьезная. Не удивлюсь, если она все еще девственница... - причмокнул мужчина.

- Хочешь ее себе?

- Почему нет?

Это было неожиданно. И это шло в разрез с ее интересами.

- Ноэл! Вспомни, что на кону! - зашипела Стелла.

Мужчина только скрипуче рассмеялся в ответ.

- Успокойся, меня давно уже интересует только бизнес.

Она все еще шумно дышала, но заметно успокоилась.

- Шарф у тебя?

- Угу.

Она не видела мужчину, просто знала, что тот сейчас зарывается лицом в шарф, связанный из шерсти маленькой оборотницы. Млеет, закатывая глаза, втягивает в себя ее запах.

- Надо, чтобы шарф дошел до того, кому предназначен.

- Дойдет, - проговорил мужчина и прервал разговор.

***

Сначала Лина вообще думала, что не уснет, но, видимо, организм, истощенный эмоционально, просто отключился. Сработали механизмы защиты. Ночь прошла в тяжелом сне, больше похожем на полузабытье, полное неясных образов, голосов и ощущений.

Утро было как выход из небытия. Все, произошедшее вчера, казалось жутким нереальным сном. Только небольшая пластиковая бутылка, стоявшая на столе, напоминала, что никакой это не сон, все реально. И ей надо думать, как изловчиться, чтобы... Отравить человека?

Как круто изменилась ее жизнь.

Наверное, к такому нельзя подготовиться. Лина привыкла к основательности, к целостной картине мира. К тому, на что всегда могла опереться. А теперь не было ничего! Выбили почву из-под ног.

Из всего, что у нее еще вчера было незыблемого, осталась только необъяснимая уверенность, что Александр Вольский не может быть плохим человеком.

Господи... Какое детское выражение, плохой человек...

Люди не бывают плохими или хорошими, черными или белыми. Они бывают только плохими в той или иной степени. Себя-то Лина до сегодняшнего утра относила к хорошим! Гордилась собой, в церковь ходила иногда, со спокойной совестью зажигала свечи. Кто она теперь?! С ее страхом, отчаянием и желанием выжить. Затравленное животное, вот кто она теперь.

Довольно сказала она себе. Должен быть выход.

Ушла в душ и долго мылась то горячей, то холодной водой. И размышляла, перебирала шансы. Потому что та часть души, которая сейчас рефлексировала, не мешала голове оставаться ясной. Если бы Лина не умела собраться в нужный момент и мыслить четко и быстро, черта с два она бы чего-то в своей жизни достигла.

Итак, что она имела.

Господин Мельнер, глава Восточного клана и, условно говоря, «наниматель», обозначил задачу, однако не обозначил сроки исполнения. Но и прежней задачи с нее никто не снимал. А значит, надо работать. И безупречно выглядеть, чтобы никто ничего не заподозрил.

Между кланами идет тайная война. Открыто декларируют и договариваются об одном, а на деле происходит другое. Судя по тому, что с Мельнером вчера были еще представители Западного и Южного кланов, сейчас эти три клана объединились, чтобы свалить Северный. Точнее, главу Северного клана. Александра Вольского.

И сделать это хотят ее руками.

Он ей нравился так, как мужчина может нравится женщине.

Подставить ЕГО, а может быть, даже убить? Нет.

Найти выход?

Как??? У нее и времени-то на размышления нет... Но должен же быть выход!

Сдаваться нельзя.

***

Лина привела себя в порядок и вышла из номера.

Окаянная бутылка из-под минералки лежала в сумке. Они четко продумали упаковку для яда. В таком виде его можно спокойно таскать с собой, держать на виду. Это не вызовет подозрений.

И кстати, ей самой надо держаться естественно. Ее поведение не должно вызывать подозрений у «нанимателя», иначе он задействует новые рычаги давления. Это сложно, когда внутри все дрожит от чувства опасности, и дыбом встают мелкие волоски на затылке.

Держать себя в руках, улыбаться, отвечать впопад. Высидеть завтрак со всей командой, когда кусок не лезет в горло. Но надо. Нужны силы, чтобы держаться.

Она спустилась в ресторан.

глава 10



Труднее всего было в первый момент.

Войти в зал, где сидели члены ее команды. Улыбнуться, не дергаться, спокойно положить рядом с собой сумку, в которой лежит эта бутилированная гадость. Вести себя естественно. Есть с удовольствием. Или делать вид.

Не подозревала, что может быть такой хорошей актрисой.

И вдруг она заметила за дальним столиком того менеджера из их команды. Алекс Перов, он приходил с Мельнером в ее комнату ночью. Ее словно кипятком ошпарило. А потом показалось, что вся кровь отливает куда-то прочь, а вены заполняет ледяной ужас.

Мужчина улыбнулся ей и помахал рукой.

Страх сдавливал горло так, что невозможно дышать. Она видела, как Перов поднимается со своего места и идет к ней. Все силы ушли на, что не сорваться с места.

- Лина Максимовна, вам плохо? Вы побледнели.

Сосед по столику. Заметил. Надо брать себя в руки. Срочно!

И Лина выдохнула:

- Ох, черт... накатило что-то. Кажется, этот йогурт... - она заставила себя улыбнуться и откинулась на стуле.

Алекс Перов уже почти добрался до нее. Несколько шагов до их столика, и все.

- Кхммм, не все йогурты одинаково полезны? - произносит парень.

Хороший парень, Иван Мечников, из журналистов Надо же, как может помочь бородатая шутка. Она смогла овладеть собой, взглянула на него и усмехнулась, пряча нос в ладонях:

- На то похоже. Это было ошибкой.

Главное не смотреть в ту сторону...

- Лина Максимовна, добрый день. Вы позволите? - Алекс уже добрался до нее.

- Добрый, - откликнулась она. - Прошу.

У него доброжелательная улыбка и открытый взгляд, невозможно заподозрить, что этот человек мог вчера спокойно изнасиловать ее. Или убить. Если бы Мельнер приказал. Ее жизнь может считаться в относительной безопасности только пока она держит себя в руках. Надо успокоиться. НАДО.

- Сейчас, одну минутку.

Сосредоточиться.

Она подтянула к себе сумку, не спеша открыла и вытащила влажную салфетку. Обтерла руки и над верхней губой.

- Ну вот, все хорошо.

И так же не спеша закрыла. Заметила, как Перов скользнул быстрым взглядом по содержимому сумки и задержался на бутылке. Потом перевел взгляд на нее.

Надо брать инициативу в свои руки.

- Алекс, у вас были ко мне какие-то вопросы?

- Да, Лина Максимовна. И если вы не возражаете, я хотел бы обсудить. Но не здесь, - он оглянулся и пожал плечом. - Завтрак все равно закончился.

Сплошное притворство.

- Да, конечно, - она выдала зеркальную улыбку.

Встала, подхватывая сумку.

- Пойдемте, Алекс, расскажете по дороге.

***

Теперь надо было выйти с ним из зала, делая вид, что они говорят о работе. Как только они отошли оттуда, и мужчина убедился, что рядом никого нет, он тут же ловким движением утянул ее в сторону и подтолкнул за пилон. Лина сразу почувствовала себя загнанной в угол. не спасала стеклянная стена, через которую был виден склон и заснеженный лес. А мужчина неуловимо изменился, выпуская на миг того вчерашнего, циничного и бездушного.

- Дай сюда, - проговорил он, протягивая руку.

Страшно было. Лина ничего не могла с собой поделать, дрожали руки, когда она вытаскивала из сумки пластиковую бутылку. Он внимательно посмотрел, принюхался к крышке. В глазах вдруг вспыхнуло что-то волчье, животное, взгляд остановился на ней, и не сразу, но потух.

- Не вздумай вытворить глупость. За тобой будут постоянно следить, - сказал он, с нехорошей улыбкой возвращая ей бутылку. - Я здесь не один.

Он уже ушел, а Лина все стояла, глядя на заснеженный лес. Ее трясло, не могла успокоиться. А собственно, на что она надеялась? Конечно они будут следить за ней.

Значит, надо быть осторожнее.

И все равно должен быть выход. Должен!

Она замерла, скрестив на груди руки, и вдруг услышала знакомый голос:

- Лина Максимовна...

Вольский.

Господи... Куда деваться, как он ее нашел???

Лина на миг сжалась от ужаса, готовая провалиться сквозь землю, исчезнуть. Но это был большой просторный холл, одна стена которого, выложенная из грубого камня, имитировала скалу, а другая, витражная, выходила на поросший лесом склон. И больше ничего. Здесь невозможно было скрыться.

- Здравствуйте, Лина Максимовна, - проговорил мужчина, подходя ближе.

А у нее язык отнялся, смогла только кивнуть. Пальцы невольно стиснули сумку ,в которой лежало приготовленное для него зелье. Ей хотелось застонать и зажмуриться, но она улыбнулась.

Между ними оставалось не больше двух щагов. Вольский замер, на мгновение его глаза прикрылись, он как будто втянул в себя воздух. А когда открыл, в них была странная жажда и что-то еще. К Лина от него потянулась буквально осязаемая волна тепла и непонятных эмоций. Миг прошел.

Мужчина подался вперед. Ей казалось, она не должна, не имеет права, но удержаться было невозможно, она первой протянула ему руку.

- Здравствуйте, Александр Александрович.

Наверное, это было неправильно. Нельзя...

Взял. Мягко накрыл второй, и ее рука сразу утонула в его больших ладонях. Улыбнулся доброжелательно, но жажда так и не исчезла из глаз, наоборот, добавилось нечто неуловимое. Что-то вроде упрямства и... вины? Лина так потерялась в ощущениях, что совершенно забыла и о том, что за ними следят, и о том, что ей поручили сделать. Вернее, она уже мысленно сказала всему этому «нет».

Однако ей напомнили. Перов возник в конце холла за спиной Александра Вольского, сверкнул на ее взглядом и исчез. Черт...

Она так и не заметила, что руку ее он не отпустил. Потом опомнилась и отняла.

- Какими судьбами вы здесь, Александор Александрович? - спросила она, потому что надо было что-то говорить.

Он уклончиво шевельнул бровями, красивые губы едва заметно дрогнули в улыбке, и вдруг нахмурился.

***

Александр вчера не отказал себе в удовольствии погонять по склону. Пусть они добрались уже ночью, но ночь была ясная, и склон хорошо освещен. Светло как днем. Катался недолго, получив приятную нагрузку и волну удовольствия, возврашался в номер. В одном месте, недалеко от группы деревьев, его буквально развернуло.

Запах. Манящий, нежный. Как будто что-то внутри него, обладающее собственной властью и волей потянуло его туда, и он пошел на одних инстинктах, как дикое животное, и в тот момент изменилось все, обоняние, зрение, восприятие.

В снегу за деревьями заметил какой-то сероватый пушистый комок. Именно это притягивало его, он поднял. Это был вязанный шарф. Александр узнал запах.

Сначала был ошарашен. Как, откуда это здесь? Надо вернуть. Но чем дольше держал ее шарф в руках, тем меньше хотелось с этой вещью расстаться.

Он разыскал девушку утром, до начала заседания, с мыслью вернуть.

Но увидел, и понял, что не отдаст. Оставит себе частицу ее.

Почему он так подумал? Неважно.

Она задала вопрос. Вольский заставил себя улыбнуться и проговорил:

- Пойдемте в конференц-зал, я вам по дороге расскажу.

***

Лина видела его людей в отдалении, это была небольшая, но передышка.

глава 11



Идти до конференц-зала оттуда было не так уж далеко. Они шли рядом, Александр говорил, а Лина слушала его, а внимание невольно раздваивалось. Одна ее часть хотела привычно утонуть в его стальных глазах, интонациях его голоса, в его силе. В какой-то мощной и одновременно доброжелательной волне, которую посылал ей его интеллект. А другая сейчас умирала от волнения, словно сгорала на медленном огне.

Потому что ей НАДО было предупредить его.

А подходящей возможности не было. Мучительное, выматывающее состояние. И тысячи мыслей в голове.

Во-первых, как ей вообще начать? И с чего начать? Ведь это не скажешь в двух словах.

Во-вторых, поверит ли он ей? Как постараться донести до него, объяснить. Слишком серьезные обвинения, а у нее никаких доказательств. Будет ее слово против...

Чем она докажет, что все эти люди действительно вломились вчера к ней в номер и угрожали? Ничем. Если они смогли попасть в запертый номер, значит, и камеры могли подчистить, и заткнуть рот кому надо.

Говорить с ним нужно в спокойной обстановке и наедине. А не перед началом заседания перед десятками глаз в коридоре. Будет ли у нее такая возможность?

Умом понимала, что лучше выждать. Но ее просто разрывало от необходимости начать этот разговор, хотя бы намекнуть. Иначе она не выдержит, вести заседание не сможет. А стоило только ей подумать открыть рот, как обязательно рядом возникал Перов или кто-нибудь из вчерашних. И тогда по ней прокатывалась волна страха.

Да, люди Вольского тоже были рядом, но они четко соблюдали дистанцию, давая главе своего клана личное пространство.

Она почти впала в отчаяние. Мужчина что-то такое сказал на ходу, Лина механически улыбнулась. И вдруг Вольский остановился, посмотрел на нее пристально и проговорил, хмурясь:

- Лина Максимовна, что с вами?

- Что? - спохватилась она, защитным жестом хватаясь за горло. - Со мной все хорошо.

- ЧТО хорошо? Ты же звенишь вся от напряжения, Лина....

Мужчина вдруг неуловимо подался вперед, прожигая ее взглядом, но так же быстро все это и исчезло, он снова был доброжелателен и спокоен, а голос звучал мягко и корректно:

- Вы уверены, Лина Максимовна?

Как будто ей привиделся странный огонь в его глазах и эта вспышка. Рука невольно снова потянулась к горлу, а он проследил ее жест и почему-то сглотнул отводя глаза.

Лина подумала, может быть сейчас? Вроде бы, момент подходящий, главное - начать. Передвинула вперед сумку. Мужчина внимательно смотрел на нее, брови хмурились.

- Александр Александрович, я...

Шаги сзади. Послышался голос:

- Добрый день.

Воловатов.

Они находились уже в фойе конференц-зала. И вокруг глаза. Лина повернулась к первому заму, понимая, что он тоже, скорее всего, тоже один из них, и все равно в покое ее не оставит. И проговорила:

- Добрый день, Михайл Романович.

Момент был испорчен.

Мужчины кивнули друг другу, и между как-то вдруг ощутимо повисло напряжение. Они напомнили Лине двух волков. Александр Вольский смерил первого зама тяжелым взглядом, а Воловатов сразу же перешел на деловой тон.

- Мое почтение, - коротко поклонился Вольскому и обратился к ней. - Лина Максимовна, пора, прошу вас, заходим.

Он ждал, Лине пришлось пройти за ним в зал. Признание откладывалось до следующего удобного момента. Ничего, подумала она, впереди еще перерыв.

***

Вольский еще следил за Линой взглядом, а вокруг него уже собиралась вся команда Северного клана. Подошел его первый заместитель, Ян Вольский, сын дяди Влада, брата отца. Номинально Ян возглавлял команду, однако, когда рядом глава клана, какими бы высокими ни были позиции Яна в бизнесе, он всегда оставался вторым.

Ян нередко беззлобно подшучивал по этому поводу, но дальше шуток дело не заходило. Александр считал, что в вопросах семейного бизнеса на брата можно положиться. Да, Ян честолюбив, но они прежде всего команда.

- Привет, - легонько толкнул его в плечо Ян и встал рядом.

Лина Прохорова задержалась у входа в конференц-зал, Роман Воловатов, как и положено джентльмену, пропускал ее вперед. Ян прищурился, глядя на девушку. Александр заметил, как сверкнули волчьим голодом по самке глаза братца, и вдруг почувствовал, что его слегка душит галстук. А Ян как-то мгновенно встряхнулся и теперь уже обернулся е нему. Странноватая улыбка на лице. Завел разговор о теме предстоящего заседания. Александру пришлось подавить инстинкты и полноценно включиться. Осадок остался непонятный.

Он так не понял, зачем Ян вообще начинал этот разговор. А тот сказал вдруг:

- Я понял, Саша.

И кивнул. Повисла пауза.

- Ты заходишь? - спросил Александр, времени до начала оставалось еще порядка пяти минут минут.

- Да, через минуту буду, - Ян доброжелательно усмехнулся.

Улыбка красила его лицо.

Он был моложе Александра, мельче и тоньше в кости. Вольские крупные костистые мужики, светловолосые со серо-стальными глазами, а Ян пошел в породу матери, кареглазый, весь такой сладкий и теплый на вид. Однако Александр знал, что внешность обманчива. Ян мог не колеблясь вырвать горло врагу. Разумеется, все это не в прямом смысле, образно выражаясь.

- Ладно, не задерживайся, - бросил он брату и пошел в зал.

Его с самого начала тянуло пойти следом за девушкой. Он и раньше относился к ней по-особенному, а со вчерашней ночи был просто сам не свой. «Надышался». Мужчина усмехнулся и весь сконцентрировался на том, что сейчас снова ее увидит.

Потому он и не мог заметить, как изменилась улыбка брата.

Медленно сползла с лица как маска.

- Ян Владиславович, ваш кейс, - подошел личный помощник.

Он просто мотнул головой, отправляя знаком помощника в зал, и задержался на месте еще несколько секунд, чтобы встретиться взглядом с одним из менеджеров Западного клана, тот медленно опустил веки два раза.

Знак. Все получилось. Теперь надо помочь им остаться наедине.

Противречивые чувства захлестнули Яна. С одной стороны, запертый в нем волк ощущал привлекательность самки и вставал на дыбы. С другой...

В первый момент он задохнулся, вспотели ладони. Однако в следующий же миг овладел собой, на лице возникло обычное выражение. Такое привычно доброжелательное, за которым практически не видно ненависти, притаившейся во взгляде.

Ян ненавидел Александра Вольского.

И было за что.

***

Сколько Ян себя помнил, Саша был впереди. А он - тень.

Но теперь у «тени» появился шанс выйти из тени.

глава 12



Непонятное волнение Александр испытывал еще со вчерашней встречи в аэропорту. Как будто это был некий посыл судьбы, вопрос на ответ. Правда, и сам вопрос был размыт. И ни во что не оформлялся у него в голове, а тем более, ответ. Просто чувство, неуправляемое, на грани эйфории.

Дело в том, что...

За день до этого ночью он завис в своем паблике, бывает и такое, когда вечно занятый делами глава клана может выкроить для себя немного личного времени просто для общения. И там он не почти всесильный хозяин четверти всего бизнеса страны глава Северного клана Александр Вольский, а просто Саша. Просто мужик в домашних джинсах, тапочках на босу ногу и расстегнутой почти до пупка клетчатой рубахе.

Поговорить, поспорить в комментах с мужиками. Не важно, кто из них таксист, кто сантехник, а кто менеджер среднего звена или слаботочник. Там авторитет набирает не за бабло, которое у тебя в кармане, а за то, что ты есть внутри.

С некоторых пор у него завелся тролль. Заходил под ником Sh.

И какой бы Александр ни выложил пост, от Sh приходили едкие уничижительные комментарии. Целые ветки. Поднимал с завидным упорством. Выводил постоянных комментаторов до матюгов и ора капсом. А его всегда колол в одно и то же больное место.

...Ущербный.

...Никогда не станешь полноценным.

...Сколько ни лезь из шкуры, никогда не станешь собой.

А в тот последний раз хейтер съязвил по поводу его поста и вообще выдал странную сентенцию:

...Ты никогда не найдешь правду, даже если она будет у тебя перед глазами.

Надо было либо слишком жестко прикалываться, либо знать о нем слишком много. Нигде и никогда Александр Вольский не распространялся о своей волчьей крови. Неполноценной, к сожалению. Способность к обороту его род утратил уже давно, и это была трагедия. Как и для каждого, наделенного истинной сущностью и не имеющего возможности реализоваться. На любой тролльский комментарий Александр мог ответить легко. А эти всегда били точно в цель.

Но даже не о том он сейчас вспомнил. А это свое ощущение.

...Нашел.

Он тогда увидел ее.

А ночью после этого, нашел вещь, принадлежавшую ей. Странный знак. Странная цепь событий. И притяжение, которое он не мог отрицать, если бы даже захотел.

Однако сейчас, войдя в конференц-зал, он начисто забыл то, о чем думал.

Вот это был сюрприз.

Вольский с удивлением увидел, что Лина занимает место за столом переговоров прямо против него. Воловатов поместился рядом, но его роль второстепенная. Команда с боков. Представлять на встрече Восточный клан будет она.

Девушка будет вести команду матерых волков?

Он сразу включился в игру.

***

Это был необычный поединок.

Против него сейчас выступала на переговорах девушка, к которой он испытывал ярко выраженный мужской интерес. Неплохой ход Мельнера. Вольский усмехнулся про себя. Александр не дал бы ей поблажку, но и не собирался топить. Пришлось спрятать свой интерес поглубже и решать исключительно деловые вопросы.

Но с ней и это было увлекательно. Как фехтование или флирт, но гораздо, несоизмеримо тоньше по воздействию.

Казалось бы, слабый противник. Беленькая, нежная. Тонкая кожа, пушистые светлые волосы, серо-синие, меняющие цвет блестящие глаза и мягкие губы. А запах... Лина сидела напротив, и он едва сдерживался, чтобы не втянуть в себя напоенный ею воздух. Это и осложняло задачу, заставляя его сосредотачиваться, и вносило нотку острой пикантности.

И да, она, несмотря на всю свою женственность и мягкость, не завалила переговоры. Роман Воловатов, постоянно следивший за ней, как будто только и ждал, когда она допустит ошибку, и если и помог ей, то очень незначительно.

Был во всем этом один странный момент, невольно зацепивший Вольского. Обычно он к Воловатову относился спокойно, признавая за ним умение держаться, упорство и высокий профессионализм. Но сегодня этот старый опытный волк бесил Александра, потому что он просто кожей ощущал, что Лина едва заметно вздрагивает, стоит Воловатову обратиться к ней или приблизиться. Впрочем, его раздражали все самцы, которые сегодня вокруг девушки вертелись. Потому что она нервничала.

Это не было заметно внешне, но он почему-то очень остро чувствовал малейшие изменения ее состояния. Как какие-то тревожные вибрации, это выводило из себя и заставляло нервничать его зверя. Лина вообще показалась ему не в себе.

В принципе, новое назначение, ведущая роль на переговорах, все это могло выбить ее из равновесия, но если так, Александру хотелось ее подбодрить. Сказать, что все получилось. Однако что-то его все время смущало.

Потому что несмотря на вполне успешно проведенный первый раунд, в девушке не чувствовалось удовлетворения. И это было странно. Наоборот, чем ближе время подходило к завершению утренней части заседания, тем острее он ощущал тревожные нотки в ее состоянии. Взгляды, короткие, нечитаемые, чуть более резковатые жесты, дыхание.

Он как будто настроился на ее волну и улавливал некий сигнал. Но не мог понять смысл.

Близился перерыв. Около часа свободного времени.

Александр хотел поговорить.

Дорогие мои читатели )))

Я нахожусь в дороге, потому пока не могу отвечать на комментарии. Но я обязательно отвечу всем позже. Заранее благодарю за понимание )))

Я вас всех очень люблю )))

глава 13



Время перерыва между заседаниями подошло. Участники начали подниматься со своих мест, и Александр тоже встал, собираясь пригласить Лину вместе пообедать. Она взглянула на него с непонятным чувством, как-то странно улыбнулась. Как будто, хотела что-то сказать, потому что развернулась корпусом в его сторону.

И тут ее неожиданно остановил Воловатов.

Это мгновенно напрягло, потому что девушка вздрогнула, оборачиваясь к коллеге по клану, и у нее проскользнуло нетерпеливое движение. Александр не выдержал, подошел. Воловатов продолжал что-то говорить ей, и при этом смотрел в его сторону. Чем дальше, тем меньше нравился Вольскому этот вязкий тип.

- Лина Максимовна, - проговорил он, игнорируя Романа Воловатова. - Пообедаем вместе?

Внезапная тревожная вспышка в ее глазах, Александр видел, что она хотела ответить.

- Прошу прощения, - вмешался Воловатов. - Но нам необходимо обсудить несколько вопросов до начала второго раунда.

Лина опять как-то странно взглянула на него и вымученно улыбнулась. И снова у него создалось впечатление, что она хотела что-то ему сказать, а Воловатов этому мешал. Александр почувствовал, как раздражение поднимается к горлу. Смерил Воловатова взглядом, держался тот твердо. Действительно деловые интересы, или...?

Вольский решил проверить.

- Кстати, Роман Михайлович, - перешел он на официальный тон. - Я потом хотел переговорить с вами по одному вопросу.

- Разумеется, я к вашим услугам, - опять корректно, но твердо.

И до отвращения раздражающе.

***

Отошел.

Стороннему наблюдателю поведение Вольского не показалось бы необычным. Но Воловатов-то знал, что привязка уже начала работать, и главу Северного клана просто ведет от запаха этой самки. Его самого вело, однако препарат, который он принимал, снимал тягу оборотня. За это приходилось расплачиваться ломотой во всем теле, но ему нужно было четко вести операцию и иметь холодную голову.

Сейчас Воловатов цепко следил за поведением девушки.

Лина нервничала и, судя по всему, собиралась выложить все карты Вольскому. Этого нельзя было допустить. Она должна выполнить все, что на нее возложено. Не хочет добровольно, значит, придется создать ей условия.

***

К сожалению, Лине так и не удалось во время перерыва переговорить с Александром. С ней все время был Воловатов, глаз с нее не сводил. И рядом еще маячили Перов и другие, постоянно напоминая, что время идет. А ей хотелось крикнуть:

- Да что же вы все от меня хотите! Вы же видите, у меня нет возможности!

И пусть бы этой возможности не было и дальше. Но давящие взгляды не оставляли сомнений в том, что ей как-то придется выполнить. Ощущение, что ее загоняют в тупик, только усиливалось. Вторую половину сегодняшнего заседания она с трудом высидела. Хорошо, что во второй половине было больше обзорных вопросов.

Наконец все закончилось, правда, пришлось пережить еще короткий фуршет.

Оставался свободный вечер. Воловатов наконец оставил ее в покое, но она не могла подойти к Вольскому с предложением переговорить вечером наедине. У него могли быть свои планы. Однако он подошел к ней сам.

- Лина Максимовна, - сейчас Вольский был вежлив и корректен. - Поужинаем, а потом я предлагаю небольшую прогулку. Что скажете? А за ужином можно обсудить кое-какие завтрашние вопросы.

Лина невольно оглянулась, с удивлением отмечая, что ее соглядатаи как-то внезапно исчезли. А предложение звучало так заманчиво и в то же время, по-деловому. Никакой грязи, просто общение. Ей вдруг захотелось забыть к чертовой матери всех этих моральных уродов с их чудовищными планами как страшный сон. Тем более, что ей очень нравился этот мужчина.

- Да, - улыбнулась она. - Я с удовольствием.

Ужинали они, естественно, у всех на виду. Поднять волновавшую ее тему снова не удалось, но он рассказывал, и Лине было интересно. И как-то отошло на задний план все плохое. А за это время наступил вечер. Сквозь панорамные окна виден был лес, склон и люди на нем. Опять снег, синеватая мгла и огни, сказочно и красиво.

- Теперь на прогулку? - спросил он, когда ужин был съеден.

Да, прогулка идеальный момент, подумалось ей. Они наконец останутся вдвоем, и там не будет прослушки.

- Да, только, наверное, надо бы переодеться, - сказала Лина, оглядывая свой деловой костюм.

Он кивнул и вдруг предложил:

- А хотите прокатиться по склону?

В тот момент в этом мужчине было столько мальчишеского, заразительного. Она смутилась.

- Я? Но я не умею.

- Ничего страшного, я научу.

- Но у меня нет снаряжения.

- А прокат?

В конце концов, они договорились встретиться внизу в холле, и Лина побежала переодеваться. Спортивной одежды у нее с собой не было, она просто вытащила из чемодана джинсы, большой мохнатый белый свитер, дутую курточку и шнурованные меховые ботинки. Взяла на всякий случай, и вот, пригодилось.

Оделась, глянула на себя в зеркало, смотрелось хорошо. И тут же нахмурилась. Сумка с проклятой отравой лежала на тумбочке в прихожей. Она уставилась на сумку, потом вытащила бутылку и подумала, что надо бы отдать ее Вольскому. Пусть отддаст на анализ, или что-то еще с ней сделает.

И в это время зазвонил оставленный на столе ее телефон, Лина поставила бутылку на тумбочку и пошла в гостиную. Подняла гаджет, посмотрела - незнакомый номер. Неприятно стало почему-то, тревожно. Не ответила, дождалась, пока прекратится вызов.

Она уже повернулась, собираясь выйти, подняла глаза и обомлела. В прихожей стоял Вольский, в руке держал ту самую бутылку. Крышку отвинчивал. Лина успела только беззвучно ахнуть, глядя, как он подносит бутылку ко рту и отпивает содержимое.

глава 14



Безумно тяжело было сдерживать себя рядом с ней. Потому что чувствовал, его ведет рядом с ней, застилает разум. Моментами просто накатывало нечто неконтролируемое. Но Александр терпел, чтобы не спугнуть, не отвратить, не потерять доверие.

Он даже отпустил ее ненадолго, потому что, да, ему надо было взять передышку. Девушка ушла к себе, а он быстро переоделся и стал ждать, в конце концов, недолго же. Но в какой-то момент его просто неудержимо потянуло к ней.

Непонятная жажда, чувство, что ей может угрожать опасность без него, желание защищать. Чувства смешались в какой-то адский коктейль. Противиться было невозможно. Сам не понял, как оказался у дверей ее номера. Глупо было торчат там, но Александр ничего не мог с собой поделать.

А когда вдруг понял, что дверь открыта...

Он просто вошел.

Тихо, словно крадущийся хищник, тихо, чтобы не напугать. Еще не зная, как будет объяснять свое присутствие здесь. Первое, что Александр увидел там - ее изящные лодочки, лежавшие на полу бочком. Он задохнулся возбуждением. Как будто ему много было надо! Черт бы его побрал, ему дико нравился запах, он готов был вылизать ее маленькие ножки. И не только...

Мгновенно пересохло в горле.

На тумбочке в прихожей лежала сумка Лины. А рядом небольшая початая пластиковая бутылка с водой. Немного странный запах, Александр инстинктивно насторожился. Но в тот же время он онпредставил, что она касалась горлышка губами, и отпил глоток.

***

Он... пил эту гадость.

Лина онемела в ужасе. В ушах зазвенели слова женщины, которую она все еще по привычке называла мамой:

...Ты должна его отравить.

Она же всеми силами противилась, хотела избежать этого!

И сделала ровно то, о чем ее эта страшная женщина говорила.

Боже, какая досадная случайность, что она вытащила эту проклятую бутылку с отравой именно сейчас! Что она так глупо забыла ее на тумбочке в прихожей!

ЧТО теперь будет, Господи... Если с ним случится что-то плохое, она же никогда себе этого не простит. Как теперь после этого жить?

Дыхание сбилось, крик замерз в глотке. Лина в шоке смотрела, как он, словно в замедленной съемке, запрокидывает голову и отпивает глоток. Как дергается кадык и катится комочек по крепкой загорелой шее. Господи, он был такой красивый в теплом сером свитере и в облегающих стройные ноги джинсах. Ей хотелось плакать от бессилия.

Хотелось зажмуриться, но не получалось закрыть глаза.

Прошла длинная как год секунда, одна, другая. Наконец мужчина отнял от рта бутылку и извиняющимся голосом сбивчиво произнес:

- Я думал... У тебя было открыто. Ничего, что я вошел? - и пожал плечами, показывая на бутылку в своей руке. - Прости, не удержался. Ты не против?

Казалось бы, все хорошо. Все хорошо, правда? Но у него стали неуловимо меняться глаза. Мужчину повело и шатнуло вперед.

Лина наконец отмерла. Еле смогла выдавить сквозь сведенное горло:

- Саша...

И бросилась к нему.

- Саша! Отдай это сюда, отдай! Саша!!!

Отняла. А он смотрел на нее странно. И слушал очень заинтересованно, но словно не понимал, что она говорит. Зрачки глаз... что-то такое творилось с его зрачками, они как будто вытягивались. И вдруг он судорожно вздохнул, подаваясь к ней, и замер. Кулаки сжались.

Боже. Отравила. Отравила!

Руки затряслись, бутылка выскользнула, обдавая ее брызгами.

Но в следующий миг вдруг все сменилось.

Рывок - мир опрокинулся, стал иным. Иные цвета, запахи, восприятие. Как в странном сне.

Какие-то обрывки мыслей. Тела, живущие своей жизнью, отдельной от разума. Ощущения такие яркие, на грани. Блаженный Хаос! Объятия, губы, руки. Страсть.

Еще в том диком сне был волк, он... А может, то была она?

***

Когда Лина проснулась, долго не могла вспомнить, кто она и где находится.

Медленно возвращалось сознание.

Ей смутно помнилось, что здесь творился какой-то погром. Но вроде ничего не разворочено, хотя в номере царил беспорядок. Разбросанная одежда, смятая, скомканная постель.

Истома во всем теле. Лина вдруг так ярко вспомнила его ненасытные губы там. Свои ощущения... А память возвращалась кусками и побрасывала фрагменты картин из вчерашнего «сна». Она закрыла глаза, наливаясь стыдом.

Получается, они с Вольским вчера просто переспали?

Лина осела на подушки, тревожно стало. Потому что на каком-то моменте ясные воспоминания просто обрывались - и дальше тупик. Так может, это ей почудилось, а в той бутылке была какая-то наркота? Ведь был же волк... Волк смущал.

А если не привиделось, то как теперь смотреть Вольскому в глаза?

глава 15



Его люди всегда были рядом с ним, но, в то же время, расстоянии. Защищали, и одновременно давали главе Северного клана личное пространство. Эта связка работала настолько четко, что иногда Вольский забывал о том, что он не один.

Вот как в этот раз, когда он кинулся за ней как одержимый. Уже войдя к Лине в номер, ощутил легкий укол совести, но остановиться уже не мог. Эта странная вода, не то минеральная, не то... Только проглотив, Александр почувствовал привкус - аконит. Волчий цветок. Смерть для разума.

А рядом была ОНА.

Сейчас его накроет, начнет корежить, провоцируя оборот, которого не может быть. И он в припадке умопомрачения разорвет и покалечит Лину. Или еще хуже, он может ее убить. Кровавая муть встала перед глазами, ужас от осознания.

Единственное, о чем он мог в тот момент думать - это как удержать вырывающееся на свободу безумие, не навредить! Любой ценой! Не позволить зверю вырваться. Но желание, темное, непреодолимое, уже отшибало мозги.

Потом был провал.

Он не сознавал, что творил. Но это было так блаженно и правильно. Это замыкало цикл, поднимало над безумием, над собой, над самой жизнью. В момент оргазма он отключился.

Когда в первый раз пришел в себя, он был волком.

Восприятие стало другим, звуки, краски, все изменилось. Четыре лапы плохо слушались, и волчий цветок все ревел в крови, отнимая разум, но волк, которым он был, четко осознавал, что рядом с ним его пара. И она без сознания. Кровь. Девственная кровь на ее бедрах. Ей может быть больно, волк откуда-то знал, что его слюна должна залечить.

Беречь. Охранять. Он берег... Пока его снова не выключило. Быстро и безжалостно.

На этот раз он очнулся мужчиной.

Голым мужчиной в разгромленном номере. А девушка, которую он...

Александр пришел в ужас. Неужели он изнасиловал ее в припадке безумия? Лина спала в коконе из смятых простыней и собственных светлых волос. Такая нежная. Ее пьянящий сладкий запах смешивался с ароматом страсти и снова будил в нем желание.

Рев крови в ушах. Проклятый аконит еще не выветрился, сознание мутилось и раздваивалось, с этим что-то надо было делать. Мужчина затряс головой, отгоняя наваждение. С трудом поднялся на ноги и потянулся укрыть. Страшно было заглянуть Лине в лицо, он ведь не помнил, что творил.

Укрыл ее покрывалом, кое-как, шатаясь и цепляясь за стены, подобрал с пола свою одежду. Дверь, ведущую в спальню, он прикрыл, а вот нато, чтобы одеться уже не хватило сил. Он так и побрел к выходу из номера, сжимая ком одежды в трясущихся руках.

Выйти не успел, дверь тут же отворилась, и в номер бесшумно влетели двое из его людей. Один высунулся в коридор и молча дал сигнал тем, кто остался снаружи. Александра подхватили и быстро унесли оттуда. Что произошло дальше, Вольский не знал, потому что снова отключился.

Пришел в себя уже в номере.

- Охранять, - еле слышно выдавил сквозь зубы.

- Сделано, - ответил его начбез. - Люди выставлены у дверей. Врач осмотрел, девушка в порядке. Глава...

Нет. Не сейчас.

- Хорошо. Спасибо. - Он вскинул руку, прикрывая глаза. - Пусть на утреннем заседании мое место займет Ян. Все. Теперь оставьте меня.

У начбеза было много вопросов, и главный из них буквально дрожал на языке, но он только кивнул. Приказ главы клана был выполнен немедленно и беспрекословно.

Как только его люди вышли, Александр Вольский скинул с себя всю одежду и, неслышно ступая, вышел на террасу заснеженную своего номера. Босые ноги тут же зарылись в снег и заледенели. Он должен был выветрить к чертовой матери дурь, гулявшую в его крови, делавшую его непредсказуемо опасным. Но несоизмеримо важнее было проверить, не привиделось ли ему то, во что он не смел поверить.

Второй этаж, невысоко.

Мужчина застыл, сосредотачиваясь на ощущениях.

Через минуту с террасы вниз скользнул большой бурый с подпалинами волк.

глава 16



Это был очень нервный день. Слишком много завязано на один ключевой момент. Много труда, интриг и ожиданий. Потому что Вольские во главе Северного клана слишком долго мозолили глаза всем. Старого главу убрали вчистую, и точно так же намеревались избавиться от сына. Только Александра Вольского даже не пришлось бы убивать. Все предстояло сделать хрупкой девушке со светлыми волосами, на которую тот запал.

Глава Восточного клана Ноэл Мельнер следил за ходом операции непрерывно. Девушку вели весь день, буквально загоняя, как овцу в загон. В какой-то момент, когда он понял, что все, девчонка обречена, что-то зашевелилось в черствой душе старого мертвого волка. Но он не отдал приказа остановить операцию, наоборот. Наблюдая по камерам слежения, как Александр Вольский подходит к двери ее номера, он перезвонил Стелле.

Дождался, когда та ответит, и проговорил:

- Он идет к ней. Довольна?

Странный взрыв эмоций донесся с того конца. Спустя несколько секунд женщина ответила:

- Подобное к подобному. Что отец к матери, что сын к дочери. Ненавижу.

Старик ядовидо рассмеялся, глядя на монитор:

- Не жалко? Она ведь все-таки называла тебя мамой почти двадцать пять лет.

- Нет. И довольно об этом.

- Ну как скажешь.

И отключился, продолжая следить за тем, как другой мужчина, молодой и сильный, ведомый притяжением, озираясь входит в номер и тихо притворяет за собой дверь. Это был острый момент. Мельнер невольно напрягся. Его буквально затопило лавиной противоречивых чувств. Дикая смесь алчности, сожаления и возбуждения.

Подобные зрелища вставляют почище любых наркотиков.

Он ждал. По плану женщина должна подлить аконит Вольскому в еду или в... не важно во что! Мельнер от неожиданности резко подался вперед и выругался, не замечая, что опрокинул стакан, вода полилась тонкой струйкой под стол.

Глава Северного клана сам сделал все.

Острый момент. Очень острый! Редкий случай, когда накладка только упростила задачу и приблизила финал. Сейчас ему осталось смотреть, как Вольский в буйном припадке начнет рвать девчонку. И снова Мельнер ощутил искру жалости к жертве, но ни за какие блага жизни он сейчас не отвел бы взгляд от экрана.

Но.

То, что он увидел, было невозможно.

Смотрел, и не верил тому, что видел. На его глазах тот, кого эта доза аконита должна была превратить в обезумевшего зверя, обернулся волком. По-настоящему, как истинный. Без балды.

Разочарование от осознания упущенных возможностей. Досада чудовищная.

На его месте мог быть он. Должен был.

Потому что это был шанс обрести силу и молодость, забыть о скорой смерти, о болезнях. Ноэл дернулся звонить Стелле, но потом застыл на месте, кулаки сжались. В тот момент он ее люто ненавидел. Мельнер вспомнил свой разговор со Стеллой до мелочей.

...Тебе не жаль ее? Когда его сорвет, от девчонки одни ошметки останутся.

...Нет. Подобное к подобному.

...Такая чистенькая, серьезная. Не удивлюсь, если она все еще девственница...

...Хочешь ее себе?

...Почему нет?

...Ноэл! Вспомни, что на кону!

Вспомни, что стоит на кону. Для нее! А он повелся.

Стеллу интересовала только месть. Любой ценой. Мельнер был циничен и жесток, однако его самого передергивало от этой женщины. Сначала уничтожила сестру, теперь с легкостью отдала на смерть племянницу, которую растила почти с рождения. с единственной целью - отомстить мужчине за то, что тот полюбил другую. Совсем как античная Медея*, которая ради того, чтобы отомстить мужчине, разлюбившему ее, убила собственных сыновей.

...Вспомни, что на кону!

Ноэл помнил, что ей тогда ответил.

...Меня давно уже интересует только бизнес.

Бизнес. Однако он тогда не знал всего. Не видел возможностей. Если эта беленькая самочка оказалась настолько уникальной, что смогла сделать полноценным одного волка, значит, получится и для другого. И да, он хотел ее для. Стелла не ошиблась. У старой твари нюх. Но куда больше он хотел обрести своего волка.

Неожиданный поворот, он считал, девчонка отработанный материал, а теперь ее ценность выросла неимоверно. Дрожь прошила его, предчувствие успеха. Мельнер какое-то время не отрываясь смотрел на спящую в смятой постели обнаженную девушку со светлыми волосами, потом откинулся в кресле и закрыл глаза.

Момент эмоционального всплеска прошел, мышление стало холодным и острым, как лезвие. Мужчина снова взглянул на монитор, теперь его интересовали данные с других камер. У дверей ее номера торчала охрана Вольского.

Берегут самку главы своего клана? Мельнер беззвучно засмеялся и прошипел:

- Вот оно теперь твое слабое место Сашенька. Надави сюда, и ты выполнишь любые требования, по горящим углям босиком пойдешь.

Глава Восточного клана подозвал одного из своих людей.

Примечание:

* - Медея - одна из ключевых фигур мифа об Аргонавтах.

глава 17



Планы поменялись. Теперь Мельнеру нужна была Лина Прохорова совершенно для других целей. Как только один из его людей приблизился, Мельнер проговорил:

- Карла ко мне.

Через минуту к нему подошел человек, некрупный и не выразительный внешне, однако от него исходила такая колючая энергетика, что это заставляло ежиться любого. Светло-серые глаза смотрели прямо, холодные и безжалостные, как у волка. Мельнер смерил его взглядом, вытащил ключ-карту от закрытого убежища и протянул ему.

- Принесете девчонку. Ясно?

Человек молча кивнул.

- ПРИНЕСЕТЕ, а не приведете. Отключить сразу же, она не должна знать, видеть, понятно? Взять без шума. И мне плевать, сколько там людей Вольского. Не справитесь...

- Все будет сделано, глава.

Ноэл Маркович смерил его тяжелым взглядом и мотнул головой.

- Пошел.

Камеры он перед этим выключил, сейчас включил снова. Потому что хотел это видеть. Потому что старого, пресыщенного морального урода, каким он был, мало что могло пробить на возбуждение. А это зрелище заставляло трепетать его мертвого зверя.

***

Когда Лина проснулась, на улице была еще ночь.

Она так и сидела в кровати, тревожно озираясь по сторонам. А произошедшее обрисовывалось все с большей четкостью, превращаясь в грубую реальность, в которой уже не было места домыслам.

В конце концов! Она же взрослая девушка, работает в головном офисе крупнейшего концерна, представляет на переговорах главу Восточного клана. Какие волки? Глупости! Если она начнет кому-то рассказывать свои фантазии, ее просто сочтут сумасшедшей. И место ей будет рядом с мамой Стеллой. В закрытом санатории, психушке по-простому.

Вот и нечего выдумывать себе идиотские оправдания.

Она подперла ладонью лоб и закрыла глаза.

Все просто. И стыдно до тошноты.

А стоило подумать, что вообще-то она на деловой встрече переспала с главой Северного клана, так не отмоется ведь теперь. И меньшее, что ей могут вменить, это нарушение профессиональной этики, а на самом деле - и слив информации конкурентам, и промышленный шпионаж. Пропала к чертям ее карьера.

Теперь на ее репутации менеджера навсегда модно ставить крест. Ее просто в следующий раз не подпустят к переговорам. И самое неприятное, что она сама во всем виновата во всем. Она и Мельнер.

Лина только одного не могла понять, зачем Мельнеру было затевать все это? Запугивать ее, обманывать, шантажировать, подсовывать какую-то наркоту с выраженным возбуждающим действием. Чтобы выбить ее из бизнеса? Чушь. Мельнер мог бы просто ее уволить.

И тут она вспомнила о камерах. И похолодела.

То есть, все это видело еще и неизвестно, сколько людей???

Господи, какой кошмар, что же теперь делать? Лина подскочила немедленно. Ну почему к ней так медленно возвращается способность соображать?! Только сейчас дошло окончательно, что все это наверняка окажется выложенным в сеть уже утром. И будет картина маслом...

Она истерически расхохоталась, давясь сухими рыданиями. Неизвестно, что там с привидевшимся ей в каком-то дурмане волком, но волчий билет она получит точно! После этого ее не возьмут ни в одну нормальную фирму даже уборщицей. Разве что в супермаркет.

Но было во всем этом и другое.

Ей становилось ужасно досадно и обидно, стоило подумать, что так все вышло с Александром Вольским. Это же она опоила его какой-то гадостью и спровоцировала на секс. Потом наверное, мужчина очнулся и понял, что случилось. Теперь он будет презирать ее. Ненавидеть.

Эта мысль была убийственной.

И все-таки она заставила себя подавить панику. Ей надо уехать. И сделать это Лина решила завтра же рано утром, все равно теперь нет никакого смысла оставаться здесь. Плохо, что так вышло, обидно. Но что уж вышло.

Надо было еще собрать чемодан и, наверное, как-то связаться с генеральным, предупредить Юрия Владимировича, что она увольняется. Заказать билет. Транспорт какой-нибудь, добраться до аэропорта.

Но сперва она, конечно же, быстро вымылась. Потом стала разыскивать телефон. В перевернутой вверх дном спальне гаджета не было, Лина вышла в гостиную своего люкса, стала искать там.

И вдруг услышала шум и странную возню.

Как будто кто-то ломился к ней в номер, и драка прямо за дверью. А потом короткие сухие хлопки. Чеееееерт! Похоже на выстрелы с глушителем. Лина в ужасе шарахнулась обратно в спальню. А комната не запирается, спрятаться негде.

Что теперь делать???

Она застыла, вцепившись в дверную ручку, и не заметила, как за ее спиной беззвучно отворилась балконная дверь.

глава 18



Когда месяц назад на Яна Вольского вышел Мельнер и предложил участие, в первый момент у того был шок. Трудно было переварить, настолько великая возможность ему представилась. Старый Ноэль видя его ошрашенную физиономию, сказал тогда:

- Даю тебе на размышление один день.

Но день не понадобился, Ян согласился сразу.

Возглавить Северный клан, сменить брата на посту главы? Да, чтоб он сдох.

Об этом он мечтал всю свою сознательную жизнь. К тому же, Мельнер обещал что Ян никоим образом не будет замешан в устранении Александра. Это было важно.

- Ты же понимаешь, что глава клана должен быть безупречным и чистым, - скрипуче усмехнулся глава Восточного клана.

- Конечно, Ноэль Маркович, - ответил тогда Ян, опуская взгляд.

Не нужно было старому извращенному гаду видеть, того, что мелькнуло в тот момент в его глазах. Ян понимал, что мышеловка. Что он влезает невероятно опасную игру. Но такой жирный кусок! Он просто не мог отказаться.

***

И пошел этот дико напряженный месяц. А вся последняя неделя, предшествовавшая этой выездной встрече - вообще. Тяжело далось это Яну Вольскому, особенно в плане моральном. Мучительно было сдерживаться, гасить нетерпение. Чувствовать себя стреноженным, выхолощенным, как охотничий пес, застывший в стойке над добычей, не имея возможности сожрать. Надо было ждать «косточку», а он устал ждать.

Днем Ян вынужден был непрерывно следить за двоюродным братцем Сашей, улыбаться ему, решать с ним вопросы, держаться в границах. Когда он давно сам мог решать все вопросы, связанные с бизнесом. Он МОГ.

- Потерпи, - говорил Мельнер, противно посмеиваясь. - Недолго осталось. Столько терпел, подумаешь, еще один месяц. Это ничего не меняет.

И он терпел.

А когда становилось совсем невмоготу, выходил на охоту Sh.

Sh - от Shadow. Тролль. Ян становился им на час, на два. И уж тогда-то мог жрать братца Сашу живьем. Добираясь до его горла, чувствовать, как тот истекает кровью. Жаль только, что в переносном смысле.

А утром он ему улыбался. И хлопал по плечу по-братски.

Что было хорошего в Сашке, он никогда не чванился в приватной обстановке. Да и вообще, Александру Вольскому не свойственно было раздувать свое ЧСВ, как Мельнеру, например. Или тем двоим, главам Западного и Южного кланов. Прост, но не прост был двоюродный братец Саша. Всегда мог кого угодно подавить одним только взглядом.

Ян так не мог.

И за это ненавидел двоюродного брата еще больше.

Тяжелая была неделя, нервная, но ничто в сравнении с тем, как пришлось изойтись нервами за этот первый день рабочей встречи. Потому что все на глазах. Ян Вольский не мог смириться с тем, как это Мельнер мог доверить всю миссию той блондинке, Лине Прохоровой. Да, он видел, что брат на нее запал, но разворачивалось все так медленно, вяло, что в любой момент могло сорваться.

Он сидел в своем номере, подрагивая от напряжения, вестей ждал, когда явился начбез Александра, и сообщил наконец заветные слова. В первый момент Ян оглох от звона в ушах. Он больше не тень, теперь это ЕГО клан, его бизнес! Потом дошел смысл.

...Пусть на утреннем заседании мое место займет Ян.

- Как ты сказал? - переспросил он начбеза.

- Александр Александрович просил передать, чтобы вы завтра на утреннем заседании заняли его место, - повторил мужчина.

Это не вязалось. Александр сейчас должен был сейчас...

Уж точно не распоряжения насчет бизнес передавать. Это Ян сообразил быстро. Что-то пошло не так? Накладка? Мозг заработал с колоссальной быстротой, ища, где что могло сорваться, и какой процент вероятности, что он где-то мог обляпаться или засветиться.

Однако никакие из этих чувств на лице его не отразились.

- А почему не сам? Что-то случилось? - спросил ровным тоном.

Каково же было узнать правду...

Ян словно вомут с темной водой провалился.

Сашка трахнул эту беленькую бабу, Лину Прохорову, под аконитом и смог обернуться волком? Это было за гранью понимания. Начбез уже ушел, а он все переваривал.

Но тугодумом Ян никогда не был, полученная информация в голове сварилась. Вожделенное место главы клана было почти у него в руках, но теперь, раз братец не рехнулся, все отложилось на неопределенный срок. Но.

Но! Теперь ему нужна была эта Лина Прохорова.

Если он хочет получит результат, действовать надо быстро и незаметно. И при этом остаться в тени. Полезный навык.

Быстро и незаметно Ян мог.

глава 19



Надо было сперва убедиться, что его не контролируют. А то папаша Мельнер, чтоб его в аду черти драли, обожал держать всех на коротком поводке. Ян и дернуться не мог с того момента, как согласился играть с ним в одну игру. Даже его собственные телохранители все теперь работали не на него, а на Ноэла Марковича.

Но тут уж он придумал, как их отвлечь и на некоторое время ослабить поводок. Ему нужно было часа два, три для верности. И план у него был, отличный план, осталось только привести его в исполнение.

Для начала он вызвал одного из своих телохранителей и выдал:

- Бабу мне.

Нечасто, но иногда на выездных встречах он требовал себе проституток в номер. И тогда они землю рыли, выискивали ему дорогих девиц. Это не должно было удивить или вызвать подозрения, но Ян все-таки счел нужным добавить:

- Отметить временное повышение хочу, - и криво усмехнулся.

Телохранитель молча кивнул, но почему-то замешкался

- Чего вылупился! - рявкнул на него Ян. - Не видишь, дерьмо! Накрылось тазом все!

- Как скажете, Ян Владиславович, - инстинктивно пригнул голову тот. - Вам брюнетку или блондинку.

- Любую. Только быстро.

Мужчина кивнул и ушел.

Ян Вольский откинулся на спинку дивана, разложил руки крестом и прикрыл глаза. Если сейчас старую сволочь Ноэл следит за ним, пусть убедится, что он нашел себе занятие на ночь. Кривая ухмылка наползла его губы, знал бы сейчас Мельнер, что за мысли крутятся у него в голове. .

Достало его это все. Быть на вершине бизнеса и перед кем-то еще скакать на цырлах. Все, не будет больше этого. У него и для Мельнера был сюрприз припасен. Зажился, старый извращенец.

Прошло минут десять.

Глаз Ян не открывал, на часы не смотрел, ощущал внутренним чутьем. Долго! Но не успел он так подумать, в номер поскреблись, доставили девицу. Кстати, блондинку.

Труднее всего сейчас было изображать равнодушие.

Потому что с этой минуты время действительно пошло.

- До утра не беспокоить, - сказал он телохранителю.

Потом обернулся к девице. Та широко и многоообещающе улыбнулась.

- Как вы хотите? Я умею все, вам понравится...

- Я хочу молча, - сказал Ян, указывая на дверь спальни своего номера. - Зашла, свет потушила, разделась, легла в постель и жди. Быстро.

Девица на него вытаращилась, но сделала все, как он велел. А он выждал несколько минут, сходил запереть номер. На самом деле, еще раз глянуть на маленькую поэтажную схему пожарной эвакуации, висевшую на стене в прихожей. И только потом зашел в спальню и закрыл за собой дверь. Там было темно, только белела постель, на которой устроилась девица.

- Молодец, - негромко проговорил Ян, успокаивающим тоном. - Хорошо.

Надо было еще задвинуть шторы. Плотные шторы не пропускали света фонарей, теперь в спальне стояла просто кромешная темень. Все равно риск был, но Ян решил, что вряд ли люди Мельнера стали бы устанавливать тут еще и ночное видение. Еще несколько секунд - взять кое-что на ощупь и положить в карманы. Звякнули ключи, девица тихо охнула. А он приблизился к кровати и позвал:

- А теперь иди сюда, ко мне. Только молча, помнишь?

Снова шевеление в темноте, девица из постели вылезла и неуверенными шагами пошла к нему. Перехватил ее Ян очень быстро, прижал спиной к груди, закрыл ладонью рот, а другой рукой передавил сонную артерию. Какое-то время она брыкалась, потом обмякла и заснула.

К утру он вернется, алиби для Мельнера обеспечено.

Уложил ее в постель, натянул черную балаклаву и бесшумно выскользнул на балкон.

***

Дальше надо было БЫСТРО.

Если то, что он услышал о братце Саше правда, тот наверняка приставил к Лине Прохоровой свою охрану. В номер они не полезут, значит, будут торчать в коридоре.

А ему оставался балкон. И замечательно, что архитектору показалось заманчивым устроить по фасаду опоясывающие террасы и балконы. Какое-то время Ян прикидывал как попасть в номер Прохоровой, номер был на этаж выше и на пять номеров правее.

Схему он помнил. И на балкон нужного номера он влез довольно быстро, теперь надо было выждать снаружи. Она не задергивала шторы, и ему было видно, как девушка мечется по номеру, собирая в чемодан какие-то тряпки, а потом заперла дверь спальни и замерла в испуге.

Ян решил пора. Отомкнуть балконную дверь было несложно, еще в детстве научился это делать тихо и незаметно. Открыл и шагнул в номер. И вовремя, потому что с другой стороны был слышен шум. Похоже, там идет настоящая война? Ян беззвучно усмехнулся и подошел к девушке со спины.

Сейчас надо было осторожно, чтобы она не начала истерить.

- Постарайтесь не кричать, Лина Максимовна, - проговорил он, когда та шарахнулась от него в испуге. - Я пришел вам помочь.

Какое-то время она смотрела на него расширенными от страха глазами, потом прошептала:

- Вы от Саши, да? От Саши?

От этого ярость желчью поднялась к горлу. И тут успел раньше него, гад! Но ничего, Ян собирался отыграться и взять свое.

- Да, я от Саши, - кивнул он, стараясь говорить спокойно. - Лина, нет времени, надо спешить.

- Да, да, - бормотала девушка. - А он? Как он? С ним все в порядке? Почему он не пришел?

Сколько вопросов. Почему женщины не могут заткнуться вовремя?

- Он сейчас занят, - коротко бросил Ян и потянул ее на балкон.

***

Конечно, с неуклюжей испуганной девицей все происходило значительно медленнее, чем хотелось бы. Ян адски нервничал и торопился.

Но вроде удачно все. Их никто не засек, девушка не истерила, вела себя тихо. Теперь ему надо было незаметно отогнать со стоянки машину, а потом...

Ближайший дешевый мотель.

- Куда мы едем? - спросила она, дрожа от нервного перенапряжения и холода.

- В одно безопасное место, - проговорил Ян, ведя машину. - Там ты сможешь переждать, пока тут все успокоится.

Она молча кивнула и замерла, сцепив руки. Потом вскинулась:

- А Саша? Он придет?

Хотелось рявкнуть, чтобы заткнулась, однако он и тут сдержался.

- Да, Саша придет...

Договорить Ян не успел. Резкий удар, машину занесло и выбросило на обочину в снег. Похоже было на столкновение, только не видно, с чем. Но чудес же не бывает! А они отъехали уже прилично, и кругом лес.

Ян выругался и вылез из машины, проверить, что произошло.

На расстоянии нескольких метров стоял и скалился на него большой бурый волк.

глава 20



В первый момент Ян обомлел.

Бесконечно длинные, растянутые в целую жизнь доли секунды... Наконец наваждение отпустило, и он метнулся назад к машине. Но дверь машины как-то чудесным образом захлопнулась у него за спиной. С характерным звуком щелкнули и заблокировались замки, а Ян замер, глядя в глаза волку.

А волк шагнул к нему и зарычал, обнажая клыки, и вдруг плавно и незаметно перетек в другую форму, становясь человеком. Теперь перед ним стоял Александр Вольский. Полностью обнаженный и босой. Прямо на снегу.

Чееееерт...

Оборотень. Настоящий, истинный. Знал ведь, просто до конца не верил. Даже сейчас, когда увез девчонку, до конца не верил, что такое возможно в принципе. Он слышал о том, что истинный одним взглядом может подчинить, заставить ползать. Но о них давно уже остались одни легенды. А теперь Ян задыхался от ужаса, глядя на живого истинного, и чувствовал, как у него подгибаются колени.

Мысли мгновенно проносились в голове, а противный липкий холод острыми иглами страха врастал в позвоночник. Ни шевельнуться, ни слова не вымолвить.

Брат скользнул взглядом по машине, увидел в ней Лину. Как было не увидеть, если та скакала там и стучала в стекло, обезумевшая идиотка. Ян предположить не мог, что тот выкинет в следующую минуту и разрывался от напряжения. А тот нахмурил брови и неспешно так спросил:

- Что здесь происходит, брат?

Чертов юродивый, животное! Однако от этих слов ужас немного отступил, и оттаял примерзший к гортани язык. Как будто ему разрешили говорить. И Ян вдруг успокоился, потому что ситуацию еще можно спасти. Главное, правильно подать.

- Я? - он неловко взмахнул руками, оглядываясь на машину, в которой приникла к стеклу и что-то пыталась докричаться Лина. - Я Лину вывез. Спас от Мелнера. Он...

Голый человек, внимательно слушающий его, посреди заснеженного леса смотрелся жутко. Яна уже колотило от холода, слова сами собой иссякли. А вот Александр похоже, не чувствовал ни холода. И отвечать или как-то реагировать не спешил.

Молчание повисло.

Еще пара по-звериному плавных и текучих шагов, и брат встал к нему почти вплотную.

- Он за ней охоту устроил, а я вывез... - не выдержал затянувшейся паузы Ян.

Александр смотрел на него какое-то время, потом наконец спросил:

- Если ты ее спас, почему от тебя так несет ложью, ненавистью и страхом, брат?

Словно громом прошибло. Яна только немного отпустило, а от этих слов его накрыла новая волна ужаса. Руки дрожали, а зубы выбивали чечетку. Он понимал только одно, сейчас надо держаться, незаметно отвлечь его и попытаться...

- Я нервничал! Испугался! Ты сам подумай, когда на тебя прет волк!

Нелепая ситуация. Крайне нелепо все, а ведь был в шаге от желаемого. Он должен был уже сегодня стать главой Северного клана, а вместо этого оказаться тут, в лесу, один на один с волком.

Ян проклинал все на чем свет стоит. Выперся один без телохранителей! Чистый идиотизм. Далась ему эта баба, и оборот тот на черта не сдался. Сто раз пожалел, что решил обойти Мельнера, надо было не дурью маяться, а вместе валить братца!

А тот нехорошо усмехнулся и зашел сбоку, словно обтекая его. Жутко. По-звериному склонил к плечу голову и спросил:.

- Про Мельнера, что он за ней охоту устроил, ТЫ откуда знаешь? Ну-ка, расскажи.

Черт...!!! Яна выморозило изнутри снова. Он понял, что некстати он ляпнул, а тот его подловил.

Выбора не осталось. У него в кармане был глок, все это время Ян пытался незаметно, не делая лишних движений, его вытащить. Сейчас просто рванул руку из кармана. К черту все! Пусть сдохнет раз и навсегда!

***

Что творилось сейчас с Линой...

Она не верила своим глазам. Волк? Все-таки волк? Саша... Все так невероятно... И страшно!

И дико!

Страшно было за Сашу, он же голый в снегу, он... Заболеет! Простудится!

Пыталась кричать, выбраться из машины, но ее как будто не слышали, а двери заблокировались. И это тоже было страшно, но она подумала, ладно, закончат и придут, не будут же они вечно там на холоде торчать. В конце концов, у мужчин могли быть свои дела. Хотя какие дела могут быть на морозе у голого?! Черт...

Стала ждать и вслушиваться, пытаясь угадать, о чем они говорят. И вдруг в какой-то момент инстинктивно поняла, что Ян хочет убить Сашу, н буквально зашлась криком.

***

Волк среагировал на крик своей пары мгновенно, так же, как раньше он среагировал на ее страх и нашел, чтобы защитить. Сейчас он снова видел угрозу и чувствовал ее страх. Волк взял контроль над телом мгновенно и вгрызся, перекусывая руку, державшую пистолет, раньше, чем прогремел выстрел.

Однако опасность ушла, и человек вернулся обратно.

Ян корчился на снегу, воя и прижимая к себе висевшую на сухожилиях кисть. Отчаянно ругался, проклинал его на чем свет стоит, грозил. Александр смерил его взглядом, спокойно поднял пистолет и зашвырнул его далеко в снег. А сам пошел к застрявшей на обочине машине.

Прежде всего он должен был позаботиться о Лине, все остальное потом.

глава 21



Уже подходя к машине, Александр сообразил, что она могла испугаться, и замер на полпути. В груди все налилось страхом, что может замкнуться, отгородиться от него. Волк сильно переживал этот момент, не мог даже помыслить, что это может встать между ним и его парой.

Но он теперь такой, себя уже не изменить. К тому же, надо было торопиться.

Его не беспокоил Ян. Ян больше не угроза, ему в ближайшее время будет чем заняться, если его не отключит болевой шок и потеря крови. В том, что двоюродный брат не даст себе отключиться и не умрет, Александр был уверен. Ян всегда цеплялся за жизнь, «грыз», вот теперь пусть грызет и добирается до ближайшего жилья, где ему окажут помощь.

А вот Мельнер представлял опасность. Глупый мальчишка Ян сам выложил ему все карты одной своей оговоркой. Обретя истинную сущность, Александр обрел и новые, немыслимые возможности. Чувствовать эмоции любого оборотня, читать его тайные мысли. И только мысли и эмоции свой пары волк сейчас не мог угадать, не решался услышать.

Мужчина сделал усилие над собой, встал у водительской двери, приложил к ней раскрытую ладонь. Александр еще не знал всех новых своих новых возможностей. Но некоторые вещи он просто мог. Мог мысленным приказом заблокировать замки в машине, потому что нужно было защитить пару. Мог разблокировать теперь, когда опасность миновала.

- Лина, открой, - проговорил Александр, выглядело все нелепо, но он старался говорить спокойно.

Девушка закивала испуганно, но тут же открыла.

- Ты... как ты? - она вся дрожала от холода, страха и волнения, и все-таки беспокоилась за него, а не за себя.

- Прости. Я голый, и это так дико. Но если...

Она ни слова больше не дала ему сказать, бросилась обнимать, дрожа, заливаясь слезами.

- Я так испугалась, Саша. Они хотели убить тебя, - и снова слезы, она задохнулась, затрясла головой. - Живой, слава Богу! Живой...

Что он чувствовал в тот момент? Прижимал к себе, боясь спугнуть свое счастье. Его приняли таким, как он есть. И по сравнению с этим все стало там пустым и малозначительным. Хотелось все забыть и...

Но все же он опомнился.

Опасно реальна. Надо было укрыть, обезопасить Лину во что бы то ни стало. Она его жизнь, его главная драгоценность. Разбираться с остальным он будет потом.

- Лина, - сказал, осторожно отстраняя ее от себя, все-таки дико было, что он голый. - Давай, надо выехать отсюда. А по дороге расскажешь, что случилось.

Она вдруг спохватилась.

- Ой, тебе же одежду надо какую-то. Ты же не можешь в таком виде. Ты простудишься!

- Не бойся, не простужусь, но одежду - да, не помешало бы.

Он стал осматриваться по салону. Это была машина Яна, на переднем сидении валялась сброшенная им впопыхах легкая черная куртка. Одежда врага. Не до соображений этики, Александр быстро накинул ее на себя. Ключ торчал в зажигании, он усмехнулся, никакой из Яна похититель, если он этим не озаботился.

Завел мотор и...

Машина застряла на обочине. Мороз. Все уже успело схватиться. И если бы не его новые возможности, они бы так и остались торчать тут всю ночь. Немного силы, мысленный приказ, и их уже вынесло на обочину. Александр отогнал машину от этого места, до ближайшей «ямы» на дороге. Остановился и полез в багажник. Как он и ожидал, там много чего нашлось. В том числе запасная сумка со снаряжением. Горнолыжный костюм, термобелье, ботинки... Все это было кстати, вот тут Ян неплохо подготовился. Александр зацепил это все и сразу обратно в машину.

- Лина, смени меня, я оденусь, - бросил на ходу.

- Хорошо, - пробормотала она, перелезая вперед.

Осторожно тронула машину, а он стал быстро потрошить сумку. Александр был крупнее Яна, далеко не все ему подошло, но все же кое-как оделся. И сразу:

- Давай, пусти меня за руль.

Волк беспокоился, Лина была взволнована, чувствовала себя неуверенно, а зимняя дорога коварна. Успокоился, только после того, как сел за руль сам.

- Ну все, теперь рассказывай.

Как ни странно, после того как он оделся, успокоилась и она, утихли взбудораженные эмоции. Теперь Лина устроилась рядом на переднем сидении и смотрела на него. Прежде всего спросила:

- Саша, а куда мы едем?

Он пожал плечами, хмыкнул:

- Есть у меня тут один знакомый спасатель. К нему. Устроит нас на ночь, а утром посмотрим. От машины надо избавиться.

Девушка помолчала, потом тихо выдохнула:

- Ты туда вернешься?

Что волк мог ей ответить? Что не оставит врагов безнаказанными? Что глотки им вырвет в прямом и переносном смысле? Но только после того, как он будет уверен, что она в безопасности.

- Посмотрим, - проговорил он и напомнил: - Рассказывай.

- А что рассказывать. - уткнулась в ладони Лина. - Меня ведь шантажировали, заставили, чтобы я отравила тебя аконитом. Я не хотела, мне стыдно Саша...

- Все хорошо, Лина, перестань. Все очень хорошо. Очень, - и потянулся коснуться ее.

Александр как раз мог себе представить, чего именно они добивались. Что он спятит, его упекут в психушку, а клан достанется Яну. Да и черт с ним! С ней что было бы?! Он же просто разорвал бы ее, если бы не... Волк зарычал, стискивая зубы.

- Кто, Лина. Я должен знать.

- Ну... про Мельнера ты уже знаешь, - сказала она. - Но, наверное, я все же должна начать с самого начала. Моя мать... Хотя нет, теперь выяснилось, что она мне не мать. Не важно. Она уже какое-то время живет в частном загородном пансионе. В психушке, то есть. Я навещаю ее часто. Так вот, как только она услышала о тебе, она сразу сказала, что ты сын врага, и я должна тебя отравить. Я подумала, это просто бред, она же сумасшедшая. А потом, перед самым моим отъездом сюда она подарила мне вязанный шарфик. Такой мягкий, пушистый... Кстати, он пропал.

Странная догадка промелькнула Александра.

- Имя, - проговорил он. - Как зовут твою мать? Имя.

- Стелла.

Сложилось все в мозгу! Он даже замер на миг от неожиданности, а потом сжал кулак и проговорил:

- А вот с этого момента давай поподробнее.

глава 22



Это было неожиданно. Мужчина так странно отреагировал, когда она начала рассказывать. Лина уставилась на него приоткрыв рот. Нет, не испугалась, но...

- Что ты хотел узнать? - проговорила она осторожно.

Видела, как хмурятся его брови, а рот перекашивает горькая усмешка.

- Все, что касается той, кого ты назвала Стеллой.

Неприятный холодок пробежался по позвоночнику. Лина и так уже поняла, что с женщиной, которую привыкла считать матерью, связаны какие-то тайны.Теперь стало просто страшно.

- Я не знаю, что именно ты хочешь услышать, буду рассказывать, а ты задавай вопросы.

Мужчина кивнул.

- Мама... - Лина запнулась, прикрывая рукой горло, все-таки непросто было враз перечеркнуть то, что она считала истиной всю жизнь. - Стелла всегда, сколько я ее помню, была очень сильной и волевой женщиной. И она всегда плотно опекала меня и контролировала мою личную жизнь. Иногда меня коробило, но она, даже после того как это с ней случилось, болезненно реагировала на любое умалчивание или проявление недоверия. Наверное, потому у меня и не было личной жизни, - она снова замялась. - Не было секса. Ну, ты понимаешь...

Лина смутилась и отвела глаза, а он нашел ее руку и крепко сжал.

- Ты не представляешь себе, как я этому рад, - услышала она его тихий голос, пропитанный чисто мужским самодовольством.

- Что? - потрясенно пробормотала Лина.

- Прости. Я знаю, я ужасный собственник. Но ты не представляешь, ЧТО ты для меня значишь.

Теперь он смотрел на нее, и что-то такое светилось в его глазах, что ей просто хотелось утонуть в нем и раствориться.

- Лина моя, Лина, - прошептал он и потянул ее руку ко рту.

Прижался губами, затих. Потом резко сказал:

- Рассказывай.

Она вздохнула, говорить об этом совсем непросто.

- Стелла всегда была очень сильной женщиной. В буквальном смысле. И здоровья это касалось тоже, она никогда не болела, только один раз. И это было очень страшно, Саша. Ее так корежило! Она кричала и бесновалась, крушила все. Я успела выскочить наружу и заперла входную дверь. Ее тогда смогли зафиксировать только всемером. Крепкие мужики. В общем, теперь она в «Маховичах»*.

Лина некоторое время молчала, потом продолжила:

- Знаешь, потом такой силы припадки уже не повторялись. И если не знать, она даже могла бы показаться нормальной. Но я-то знала, что она все время на препаратах, - Лина мрачно усмехнулась. - А в остальном здоровье у нее крепкое, не то, что у меня. Я очень сильно болела в детстве, так сильно, что чуть не умерла. И потом тоже бывало.

Все это всколыхнуло много неприятного, она замерла, глядя на стекло, к которому прилипал снег. Саша молча вел машину, потом проговорил:

- Насчет припадка.

А Лина сразу же перевела на него взгляд.

- С ней произошло именно то, что должно было произойти со мной. На это рассчитывал Мельнер. Так бывает, когда у оборотня срывает башню, его накрывает оборот, а внутренняя сущность не может вырваться на свободу. И тогда человек превращается в обезумевшее животное. После такого припадка изолируют навсегда. Мы не афишируем свою природу и прячем спятивших, это наши тайны, за которые отвечают головой. А ты оказалась втянута.

Он шумно вздохнул, сглатывая, а после выдал:

- Стелла оборотень, Лина, такой же, как и я. Просто мне повезло, что ты оказалась рядом.

Ей стало жутко, стоило представить, что могло, вернее, должно было случиться.

- Саша... - у нее слезы навернулись на глаза. - Я не хотела, Саша...

- Я знаю, - мягко проговорил он и притянул ее к себе.

Она все еще вздрагивала, прижимаясь к нему, когда мужчина заговорил:

- Постарайся вспомнить, когда ты болела, в каком возрасте. И как.

- Мне было очень плохо, Саша, очень. Черноту помню, красное марево перед глазами... Когда это было? Кажется, мне было два с половиной года, или около того. И примерно с этого возраста я себя помню. И Стеллу, вернее маму, я уже запуталась сама. Но знаешь... - Лина нахмурилась. - Мне кажется, есть и более ранние воспоминания, они такие странные, как будто я бегу по снегу, зарываюсь в него носом... И белый мех, я его почему-то помню...

- Лина, - начал мужчина. - Я никогда не думал, что мир может быть так тесен. Представь себе, я знаю, кто такая Стелла.

Александр зло усмехнулся.

- Мне тогда было десять, отец недавно развелся, вряд ли я мог оценивать адекватно. Да и сейчас не разберешь, что там было в том проклятом треугольнике. Короче. Стелла добивалась моего отца, а тот выбрал другую, ее младшую сестру. Я слышал несколько раз от отца, что Стелла жестоко отомстила ему потом. Правда не знаю, как. А та женщина, она бесследно исчезла почти сразу, я даже имени ее не знал. Знаю только, что у той женщины был ребенок, девочка двух лет. Девочку тогда взяла на воспитание Стелла. Потом отец умер, все это забылось. И вот...

- Боже... - Лина задохнулась ужасной догадкой. - Так мы с тобой...

- Нет, нет, успокойся, мы не брат и сестра. Это было до того, как отец с твоей мамой познакомился. Но я о другом, Лина, - он посмотрел ей в глаза. - Тот белый мех, который ты помнишь... Ты оборотень, белая волчица.

- Я...?

- Да. Потому ты пахнешь для нас так безумно сладко, - он подался к ней, шумно по-звериному втягивая воздух, потом отодвинулся и снова нахмурился. - Но в тебе не чувствуется зверя, как будто его отрезали, заблокировали. Я слышал о таком. Есть... ритуал.

Так нелепо звучало, поверить невозможно. Но что-то из далекого забытого прошлого откликалось в ней на его слова. Дрожало ожогом, детским страхом и болью, как оборванный нерв.

- Я бы никогда не смог обернуться, если бы не ты, - жестко проговорил Саша, сжимая кулак. - Это чудо, Лина. Легенда!

И вдруг усмехнулся, качая головой.

- Я должен благодарить Мельнера! И моего ублюдочного братца Яна.

А потом он вдруг развернулся к ней всем корпусом и сказал:

- Я устрою тебя в безопасности. И на некоторое время уеду.

Холодно вдруг, тревожно стало. Он почувствовал, притянул ее к себе.

- Мне надо разобраться с ними, понимаешь? А потом мы покажем тебя одному магу.

Примечание:

* - вымышленный топоним, обозначение частной психиатрической клиники

глава 23



Магу? Лина вздрогнула, волна холодных мурашек пробежала по плечам.

- Зачем? - спросила она.

- Возможно, ритуал обратим. Но даже если нет, надо проверить.

Ей вдруг стало не по себе. Выходит, такая как она есть, она ему не нужна? Не подходит? Ну да, он же волк.

- Лина, - позвал Саша, касаясь ее рукой. - Ну что ты опять себе надумала?!

- Так, - проговорила она, пряча лицо.

- Посмотри на меня.

Негромко, но очень строго. Она не хотела, но не могла не повернуться.

- Никогда не смей думать, что не нужна мне, или что-то в этом роде, что сейчас пришло в твою голову. Ты моя истинная. Без тебя я не смогу жить. Сдохну от тоски, понимаешь?

Столько силы сейчас было в его взгляде, что она невольно застыла, глядя на него.

- То, что ты помнишь как тяжелую болезнь, скорее всего последствие ритуала блокировки, - проговорил Александр.

И вдруг выругался, стукнув кулаками по рулю:

- Только такая мстительная стерва как Стелла могла пойти на подобное. Это же... Чудовишно! А тем более - сотворить такое с ребенком! Родная кровь!

Стало страшно его гнева, хотя и знала, что гнев направлен не на нее. Видя ее состояние, Александр взял себя в руки и сказал уже спокойнее:

- Из-за этого ты медленнее развивалась, потому что это высасывает из тебя силы. Отсюда и болезни, и...

Он скользнул взглядом по ее телу, а Лина вдруг покраснела. Да, она действительно опаздывала в развитии, у нее и месячные очень поздно появились, уже после двадцати двух лет. И вообще, она подозревала у себя фригидность, потому что ей никто не нравился до него, не хотелось и пробовать.

- Надо снять с тебя это проклятие.

- Хорошо, - сказала Лина.

***

Как-то незаметно они приехали. А вот куда? Лина не следила за дорогой, и теперь понятия не имела, где находится. Небольшой поселок, снежный лес кругом, в стороне утепленные бытовки, кубиками поставленные друг на друга, к ним вела расчищенная дорога. Александр подъехал к бытовкам, остановился и сказал:

- Посиди минуту, я сейчас, - потушил в салоне свет и вышел.

Без него стало дискомфортно, как-то сразу надвинулся лес и темнота вокруг. Лина уже приготовилась ждать, однако вернулся он очень быстро. И с ним еще какой-то мужчина. Тихо переговорили, потом Саша сел за руль, а тот мужчина выгнал из гаражного блока внедорожник, и они снова куда-то выехали.

Она не стала спрашивать, он сам сказал:

- От этой машины надо избавиться.

Дальше была дорога. Куда-то в горы, Тот, другой мужчина ехал впереди, а Саша следом, сосредоточенно вел машину и молчал. Полчаса, час? Видимо, сказался отходняк от стресса, Лина погрузилась в оцепенение, просто смотрела в стекло, но как будто ничего не видела и не чувствовала. Очнулась, когда Саша тихо сказал:

- Приехали.

Оказалось, прошло не больше двадцати минут. Он помог ей выйти и отвел в сторону. А потом они с тем мужчиной столкнули машину вниз. Лина не видела, просто слышала грохот. Обратно ехали на внедорожнике того мужчины.

- Это Максим, - сказал Саша и сел за руль.

Знакомиться пришлось уже по дороге. Если честно, Лина так устала от всего, что у нее на разговоры просто не осталось сил. Мужчины еще что-то негромко обсуждали между собой, а она затихла на заднем сидении и стала клевать носом.

В какой-то момент почувствовала, что ее бережно берут на руки и несут куда-то. Встрепенулась.

- Тише, тише, все хорошо, спи.

Саша. Она уткнулась носом в его грудь. Так на руках он и занес ее в одну из бытовок, устроил на кровати. И... Нет, рядом не лег.

Лина мгновенно проснулась, почувствовав пустоту. Увидела, что он собирается, спросила:

- Ты куда?

А он взглянул на нее, помедлил с ответом, но все же сказал:

- Мне надо вернуться. Я ненадолго.

- Саша... - прошептала она.

Снова стало тревожно, Лина села на кровати, прижимая ладонь ко рту. Тогда он отложил в сторону куртку, подошел и прямо в одежде лег рядом. Прижал ее к себе, сильно, но бережно.

- Спи.

И стал гладить по волосам.

Она сама не заметила, как уснула.

***

Заснула. Он нехотя разжал руки, встал и вышел.

Максим ждал его снаружи, Александр молча взглянул на него, тот кивнул:

- Можешь не беспокоиться, я присмотрю.

- Спасибо. - Коснулся его плеча.

А потом направился к припаркованному у бытовок внедорожнику. Через несколько минут он отъехал. Максим еще некоторое время стоял снаружи, затем вошел внутрь и запер за собой дверь.

***

Еще через некоторое время за темным окном одной из бытовок шевельнулся огрызок пленки, служивший занавеской, и тенью мелькнул силуэт. Мужчина отошел вглубь.

Вытащил гаджет, дисплей загорелся, он выбрал контакт и отправил данные с гугла и сообщение:

«Она здесь».

глава 24



Тихо было в бытовке, необычайно тихо. Искусственно созданное поле, в котором можно уловить любой сигнал. Возможности и способности-то у людей разные. Даже сообщение, отправленное со смартфона, можно уловить в радиусе тридцати метров. От него остается шлейф, примерно как у сигнальной ракеты.

Максим Моторный застыл в полумраке освещенной маленьким светодиодным ночником и поморщился, массируя переносицу. Сообщение он отследил.

Неприятно, но этот вариант они с Сашей Вольским тоже предусматривали.

Потом оглянулся на дверь, спит девчонка, намаялась, жаль, придется будить. Очень скоро здесь будут гости. Мужчина вытащил из кармана пластиковый телефон, простейший, кнопочный. И отправил в известный адрес всего одну цифру - 1.

А дальше надо было действовать быстро.

Он подошел к спящей девушке и осторожно коснулся ее плеча рукой.

- А? - подкинулась она, светлые волосы растрепанные, глаза сонные.

И вдруг дернулась и села на кровати, во взгляде стал отчетливо проявляться испуг.

- Что... случилось? В чем дело.

Мужчина качнул головой.

- Все в порядке. Тише. Вставайте, Лина, мы уходим.

- Куда? Зачем? - вскинулась она, лепеча шепотом.

- Вас выследили, здесь сейчас будут люди Мельнера.

- Я...

Он видел, недоверие, потому протянул ей тот пластиковый телефон и сказал:

- Здесь один номер, можете набрать, Саша ответит.

- С-спасибо... - пробормотала девушка, наживая кнопку вызова.

- У вас одна минута, - сказал Максим и отошел, давая ей немного личного пространства.

А сам подхватил рюкзак и стал быстро упаковывать. Краем уха он слышал короткий разговор, буквально несколько слов. Потом девушка прервала вызов и вернула ему телефон.

- Все нормально?

- Да, я...

- Вот, наденете это поверх, - перебросил ей непромокаемый теплый комбинезон и унты.

- А мы разве не поедем? - спросила она.

- Чтобы нас снова отследили?

Девушка кивнула.

- Да, простите. Я не подумала.

Оделась она действительно быстро, через десять минут они были полностью готовы. Какие-то вещи хотела взять с собой. Максим велел все оставить тут. Кроме, разве что, документов.

- Теперь ни звука, слушаться меня сразу и беспрекословно, - велел он.

Потом потушил ночник, и они направились к выходу. Оказывается, у бытовки имелся еще и второй выход, через техническую дверь. Оттуда в сторону стоявших у леса емкостей вела утоптанная тропинка. Максим передал ей один рюкзак, тот, что поменьше и показал знаком, чтобы шла по тропинке к лесу.

А теперь был его ход.

Снова накинуть полог тишины, убрать все звуки, все следы их ментального присутствия. Мужчина замер, сосредотачиваясь, закрыл глаза. Когда он их открыл и выставил вперед руки, с его ладоней сорвалась струя огня, охватывая кусок двери. Бытовка быстро загорелась.

Теперь магическое пламя не погасить, пока не выгорит то, на что оно было направлено. Сгорит ли при этом тот, кто решил ради личной выгоды предать свой клан и вызвал сюда бригаду Мельнера? Вряд ли. Он сейчас сидит в засаде, ждет гостей, а значит, точно не спит. С моральной дилеммой было покончено, Максим развернулся в сторону леса и быстро нагнал ждавшую его за емкостями девушку.

- В лес, - одними губами приказал, и чуть не волоком потянул ее в сторону.

И вовремя. Не успели они удалиться в лес метров на триста, послышался характерный звук - вертолет.

- Это они? За мной?! - испуганно пробормотала девушка.

Мужчина оглянулся в сторону весело горевших бытовок и кивнул.

- Угу.

И вдруг хмыкнул саркастически.

- Будет у Саши что предъявить Мельнеру. Хороший повод размазать эту старую тварь по асфальту тонким слоем.

***

Честно говоря, Лина мало что понимала и потому ужасно нервничала. Они опять куда-то убегали, только сейчас с ней был этот человек, Максим, и он делал совершенно невероятные вещи. Этот фейерверк... Она до сих пор не могла поверить.

Единственное, что как-то успокаивало и давало силы - то, что сказал ей Саша по телефону:

- Ничего не бойся. Иди с Максом, он выведет.

- А ты? - спросила она.

- Я потом найду.

И отключился.

А теперь они шли куда-то по ночному заснеженному лесу. Сзади, не так уж далеко, между прочим, доносился шум, голоса обрывками. Потом на некоторое время все смолкло, и Лина слышала только свое шумное дыхание. И вдруг снова голоса за спиной, громкие, как будто их преследовали. Стало страшно. Спросила, преодолевая дрожь:

- Они нас не найдут?

- Нет, - ответил ее молчаливый спутник. - Я убрал все ментальные следы, они нас попросту «не видят».

Лина вдруг почувствовала, что сердце ухает куда-то.

- Как же тогда Саша нас найдет? - пробормотала она.

И тут он улыбнулся:

- Найдет. Волк всегда найдет свою истинную.

Вдруг так неимоверно тепло стало от этих слов, как будто жаркий цветок расцвел в душе. Она спрятала улыбку и тихонько спросила:

- А куда мы идем?

- Выше в горах есть заброшенная сторожка.

Она хотела спросить, а зачем они туда идут? Но сосредоточилась на дороге, добраться до места - было сейчас самое важное, все остальное потом.

глава 25



В том, что предательство развязало главе Северного клана руки, Максим был прав. Потому что туда слетелись ведь не только люди Мельнера. Вольский и свои бригады отправил.

А там, в месте, на которое указали координаты со спутника, только полыхающие останки бытовок и бегающий вокруг с выпученными глазами тот самый "активист", что подал людям Ноэля Мельнера сигнал. Метался в шоке, и ничего в происходящем понять не мог. Видел, как отъехал Моторный (если уж быть точным, видел он то, что Максим хотел ему показать, не меньше, и не больше), а девушка на тот момент была на месте одна.

Вся операция должна была пройти быстро и тихо.

Теперь при таком диком сырборе скрыть предательство было уже невозможно. Пошли разборки, война чуть не началась прямо там. И она разразилась бы со всей бессмысленной мощью, если бы Вольский своим приказом не остановил все до выяснения на уровне глав кланов.

Но его люди накрыли людей Мельнера прямо в процессе. Это был прецедент.

А Лину потом искали все. Перерыли догоревшие дымящиеся бытовки, останков не нашли, но нашли кое-какие вещи, частично обгорелые, которые удалось опознать. Прочесали весь лес вокруг в радиусе нескольких километров. Никаких следов, она словно растворилась.

***

Александр знал, что делал. Прежде всего, он вывел из игры свою пару. Обезопасил ее и тем самым развязал себе руки.

Сразу, как только получил условленный сигнал и переговорил с Линой, он выбрал место на дороге, где удобнее было оставить машину Максима. Одежду снял, спрятал все в снегу. А после перекинулся, и рванул к отелю напрямик через лес. Крупный бурый волк домчался быстро. Одним мощным прыжком взлетел на террасу своего номера, перекинулся обратно. И дальше уже действовал человек.

Прежде всего, появившись среди своих, Вольский быстро выслушал доклад и приказал отправить бригаду туда, где сейчас творился небольшой армагеддон. Потому что время шло на минуты. Он знал, что Лину там не найдут, но это был реальный шанс поймать Мельнера на горячем. Точно так же, как он до того словил на горячем Яна. И он этот шанс намерен был использовать по максимуму.

Следующий приказ касался бизнеса.

- Я отменяю всю программу встречи. Отправить срочное обращение главам Восточного, Западного и Южного кланов. Завтра в семь утра... - бросал он прямо на ходу, одеваясь.

- Александр Александрович, в семь могут не успеть. два часа ночи ведь уже... - попытался вмешаться его второй зам.

- Мне плевать. Не явятся, получат войну на уничтожение, - рыкнул он и продолжил. - Завтра в семь утра экстренный сбор. Будет мое обращение. Все.

И уже одевшись, выдал:

- Найти Яна и привести ко мне.

***

Двоюродного брата доставили примерно через час. Руку свою баюкал, кисть, висевшую на ниточке.

- Дай мне руку спасти! Ты...! - подвывал он, стуча зубами.

- Дам. Успеется, - спокойно проговорил Александр, глядя на него.

Противно. Столько ДЕРЬМА в душонке у брата. Ненависть, алчность, жажда власти. И дикий страх. Читал он теперь и ту мелочную мстительную возню. Sh - Shadow. Тролль. Подумать только.

Он видел, что Яну больно, что того колотит озноб. Знал, что если помедлить еще немного, кисть придется отнять. Негуманно? Но ведь Ян фактически приговорил его. Со спокойной совестью, с улыбкой. Похлопывал по-братски по плечу, а сам с нетерпением ждал момента, чтобы с ним расправиться. Когда он влипнет по самые... и подорвется на медовой ловушке. А потом у него сорвет крышу, и он рехнется, превращаясь в неуправляемое разъяренное животное. Все для того, чтобы упечь того, кого он называл братом, в психушку, а самому занять его место.

Хуже того, Ян отдал на растерзание Лину. И только благодаря чуду, случившемуся с ними, она осталась жива и невредима. Иначе... Александр скрипнул зубами. Тяжелый взгляд скользнул по согнувшейся фигуре двоюродного брата.

Что ж ты не язвишь, Sh? Вот он я, давай, не стесняйся, полей меня дерьмом, как ты это делал всегда. Что, кишка тонка вживую? А сдать с потрохами старой сволочи Мельнеру не тонка была?

И все же, он не собирался уничтожать двоюродного брата, какой бы продажной тварью тот ни был. Потому что они семья.

А вот к Ноэлю Мельнеру у Александра Вольского был особый счет.

Сейчас, зная о том, что во всем этом деле непосредственно участвовала Стелла, он был уверен, что и к смерти отца приложил руку Мельнер. Мало ему было богатства, власти, не наигрался в свои садистские игры, мерзавец? Мало было Восточного клана, решил прибрать к рукам еще и Северный.

С отцом не вышло, взялся за него. И ведь Александр хорошо понимал, что Ян, который так рвался на его место, старому мертвому волку на один зуб. Ноэль бы его в два счета сожрал. А с ним не вышло.

И не выйдет. Теперь не выйдет уже никогда.

Ян стонал в голос, прижимая к груди руку. Александр надавил новообретенной силой, заставляя его умолкнуть. Тот затих и в ужасе на него уставился.

- Сейчас тебя подштопают, - сказал Александр. - Завтра в семь экстренный сбор глав кланов. Будешь сидеть рядом со мной.

Тот втянул голову в плечи, кося глазами от страха, затряс головой, а Александр негромко рыкнул:

- Убрать его. Прооперировать, и чтобы завтра в семь утра мог сидеть за столом. Все.

Раненого увели, держа под руки, а он подошел к большому панорамному витражу у выхода на террасу и застыл, глядя на заснеженный лес.

Он мог бы сейчас быть рядом с Линой.

Мужчина откинул голову назад и шумно втянул ноздрями воздух. Гаджет пришлось оставить в лесу. С Максом связаться недьзя, но волк чувствовал свою истинную на расстоянии, он постоянно вел ее. Отслеживал биение сердца... Лина сейчас спала.

Пока не закончит здесь, пойти к ней Александр не мог.

А до семи утра еще почти три с половиной часа.

Можно было, конечно, попытаться лечь спать, но он не видел смысла, спать у него все равно не выйдет. Мужчина отошел от витража, сел в кресло, закрыл глаза и стал ждать. Молча, тихо, с тем безмерным терпением, с которым волк стережет добычу.

глава 26



Главы кланов явились к назначенному времени, никто не опоздал. Нечасто объявлялся экстренный общий сбор, для этого должна быть действительно серьезная причина.

Александр мерил шагами холл перед конференц-залом. Ему уже доложили, что все на месте, но он ждал последнего участника. До семи оставалось еще около десяти минут, когда в холл вошел сначала Ноэл Мельнер, а за ним Хавьер Морано (Южный клан) и Павел Руд (Западный). Вольский замер на месте, глядя на вошедших и приветствовал кивком каждого.

Из этих троих оборотнями были двое, Ноэл Мельнер и Хавьер Морано. Смуглый южанин Хавьер имел весьма характерную внешность, выдававшую в нем «латинскую» примесь. Как он сам иногда шутил о себе, фестивальное дитя. А если уж быть точнее, его отец, чилиец по происхождению, в свое время учился в Москве. Он и оставил сыну звучное имя, а так же кровь ягуара.

Павел Руд единственный из глав кланов был обычным человеком. Если можно назвать обычным человеком огненного мага. Впрочем, все собравшиеся сейчас в холле, обычными людьми не были.

Оглядев глав, Александр остановил свой взгляд на Мельнере.

Старый волк хорошо держался, если он и нервничал, его мог выдать только сухой блеск глаз. Заметив, что Вольский на него смотрит, он спросил с трескучим смешком:

- Кого мы ждем?

- Сейчас, - кивнул Алесандр. - Будет еще один человек, и начнем.

Мельнер демонстративно огляделся, мол, кого еще ждать, главы все на месте? И погрозил ему пальцем:

- Смотри, если ты вытащил старика из постели ради какого-то пустяка...

Александр не ответил. Он просто посмотрел на него.

***

В отличие от волков, весьма многочисленных в своей общине, но каким-то образом умудрившихся бездарно истрепать генофонд и практически утративших способность к обороту, Хавьер Морано был одиночкой в своем клане. Жену искали искали по чуть ли не по всему бассейну Амазонки. Истинной парой она ему не стала, зато Хавьер был полноценным ягуаром и мог обращаться.

Сейчас, проследив этот взгляд Вольского, сразу понял, в чем дело.

Возможности! Сам Хавьер в данный момент такой силой и властью не обладал.

Он бросил взгляд на Руда, тот тоже внимательно наблюдал за происходящим. У Руда, как и у него, команда состояла из в основном из волков и людей. Как и у Мельнера.

Похоже, серьезности ситуации не понимал один Мельнер. Или он просто играл дурака.

- Разумеется, Александр, - проговорил Хавьер. - Мы подожем твоего человека.

А Павел Руд молча кивнул.

***

Яна Вольского, зеленого после операции и накачанного обезболивающим и энергетиками, привели ровно за две минуты до начала. Александр мельком взглянул на двоюродного брата, костюм сидел на нем немного косо, и руку он поджимал. Но главное было не это. Главным был животный ужас, мелькнувший в его взгляде.

Хотелось ведь все по-хорошему, по-братски. Но, к сожалению, доброту и хорошее отношение многие принимают за слабость.

Теперь все, кто должен был присутствовать, были на месте.

- Прошу, - проговорил Александр, приглашая всех в конференц-зал.

Как в замедленной съемке заходили мужчины и рассаживались за большим столом. Главы и по три человека от команды.

- Ну, и зачем ты нас созвал? - глумливо спросил Мельнер, хлопая о столу ладонью, когда все это произошло..

Наверное, просто провоцировал Вольского, нарывался, испытывал на прочность. Но это он зря.

Заявление было коротким. Александр ради этого даже встал с места и стоя произнес:

- Ноэл Мельнер, глава Восточного клана, обвиняю тебя в организации покушения на меня. В разжигании войны между нашими кланами. И в преступлении против истинной пары.

Как волной прошлось по залу эхо его слов. Обвинения были серьезные, но для каждого оборотня, сидевшего здесь сейчас, обвинение в преступлении против истинной пары было самым страшным. Потому что это за пределами человеческой морали, тут срабатывает звериное начало. И оно в своем праве.

Мельнер сжался, втягивая голову в плечи, а потом рассмеялся, откидываясь на стуле.

- А ты сперва докажи! Нечего голословными обвинениями бросаться. Мои юристы...

Договорить он не успел. Александр просто ударил силой, вынуждая его к обороту. Выбрасывая вмиг все то звериное, что скрывалось в мертвом волке. Мельнер забился в конвульсиях, рыча и пытаясь вырваться из тисков силы. Остатки разума в глазах почти мгновенно погасли, осталось лишь запертое в человеческом теле обезумевшее животное. Но Александр не давал зверю бесноваться, он удерживал его.

С мест повскакивали и шарахнулись в стороны, потому что пригнуло каждого оборотня в этом зале. Даже Хавьер замер, вцепившись отросшими когтями в стол.

Это и была власть истинного вожака, которой невозможно не подчиниться.

- Пусть теперь тебе помогут твои юристы, - проговорил Вольский, так же резко прекращая припадок.

Мельнер осел на пол, тяжело дыша. Теперь он был тих и безопасен, только глаза пусты. Его немедленно подбрали и отвели в угол, туда, где стояли запасные кресла. Отныне Мельнер навсегда выбыл из всех игр и из бизнеса, и остаток жизни ему предстояло провести в психушке. Мир оборотней имел свои жесткие законы.

В наступившей жутковатой тишине Павел Руд спросил настороженно:

- Чего ты хочешь?

Сейчас Северный клан мог подмять по себя всех, а Александр Вольский, при желании, мог бы стать единоличным лидером. Правителем. Властью, которая стоит над правом и государством. Если бы этого хотел.

- Каждый работает в своем направлении, как и прежде, - проговорил Александр, обводя взглядом зал. - Официальной компенсации от вас мне не нужно. Своих людей, замешанных в заговоре, наказывать будете сами. И еще, нужно решить, кто возглавит Восточный клан.

Хавьер Морано дернулся, пытаясь что-то сказать, его остановил Павел Руд. Он встал и сказал:

- Мы принимаем твои условия.

Вольский кивнул, вставая с места. Здесь он почти закончил, остальное сегодня доделает Ян. Не сдохнет.

- А теперь прошу меня простить, - проговорил он и пошел к выходу из зала.

И ни одного вопроса не последовало, настолько действенной оказалась простая демонстрация силы и власти.

Сейчас волк торопился, чувствовал, что Лина проснулась.

Остальное потом.

глава 27



Потихоньку выныривать из сна было приятно. Лина не сразу открыла глаза, еще понежилась в постели. В деревянном домике посреди леса было тепло, в печке потрескивали поленья. Макс еще с ночи растопил круглую чугунную печку - буржуйку.

Видно было, как на полу пляшут огненный блики. И запах... Изумительный запах смолы, хвои, жареного хлеба и каши с мясной тушенкой.

Запах и выгнал Лину из постели. Максим возился у стола, раскладывал тарелки. А ей вдруг стало неудобно, что она проспала все на свете.

- Доброе утро, - пробормотала Лина и села на постели.

Вчера, когда только пришли посреди ночи, в домике было холодно, а она так устала, что полезла спать как была, одетая и в носках, только комбинезон сняла. Тогда она думать ни о чем не могла, только голову положить на подушку. А сейчас это оказалось даже хорошо, тут одна маленькая комната, переодеваться было бы негде.

- Проснулась? - мужчина обернулся, поставить большой чайник на печку, и бегло улыбнулся ей. - Умывальник там.

А Лина засмотрелась в окно. Там в синеватом свете утра - зимнее чудо. Дикий лес, укрытый белым покрывалом, сказочный, настоящий. Огромные ели, снег и безмолвие. Как будто в сказку попала.

- Умывайся и иди есть. Надо подкрепиться хорошенько, а то с вечера не покормил, Саша с меня за это шкуру спустит, - напомнил ей Максим.

Вот кстати.

Она быстро поплескала на себя из умывальника, вытерлась полотенцем. Пригладила волосы перед маленьким зеркалом, висевшим на стене. А после села за стол, взяла из его рук тарелку с кашей и спросила:

- А как вы с Сашей познакомились?

Мужчина, сейчас она могла его хорошо разглядеть, был, наверное, ровесником Александра. Крепкий, тренированный, жилистый. Короткая черная бородка у висков чуть курчавилась. Черные волосы, живые темные глаза. Улыбчивый.

Он хмыкнул, поведя бровями.

- Давно это было. Мы с ним познакомились еще в детстве.

- Ммм? - внятно не вышло, в это время рот у Лины был набит кашей.

- Тогда я его от смерти спас. Случайно. Саша чуть не утонул. А потом он меня спас. И помог сильно, и всю жизнь прикрывал.

Он взглянул на Лину, и не дожидаясь расспросов, сам сказал:

- У меня тогда открылся огненный дар, - мужчина молчал секунду, глядя на свои ладони. - Случился первый неконтролируемый выброс, я бы спалил все к чертям, и сгорел сам, а он вытащил меня. Нашел мне наставника. Я ведь сирота, заниматься мной было некому.

На какое-то время воцарилось молчание.

- Спасибо вам, Максим, - пробормотала Лина. - Теперь вот, вы и меня спасли.

- Ерунда, - отмахнулся тот. - И давай уже на ты.

- Ну да, - она уткнулась в свою опустевшую тарелку, и вдруг неожиданно для себя попросила: - А можно мне еще каши?

***

Все, что рассказал Максим, только добавило штрихов к характеру того Александра, которого она знала. Хотя Лина изначально видела, насколько этот человек отличался от людей, точнее не людей, окружавших ее всю жизнь. Наверное, потому и потянулась к нему всей душой, а может...

Саша говорил, что она его истинная, и что в ней тоже заключена белая волчица. Эти мысли вызывали неясный трепет и надежду. Ей очень хотелось ему верить.

И конечно же, она скучала без него и ужасно нервничала, как он там.

Максим занялся своими делами, а она, незаметно вздохнув, в очередной обернулась к окну. И вдруг замерла. Сердце заколотилось, выпрыгивая из груди.

По поляне перед сторожкой неслышно двигался большой бурый волк.

глава 28



- Саша...! - прошептала она и бросилась наружу.

- Куда! - успел только рявкнуть Максим. - Сперва оденься!

Но Лина уже не слышала, выбежала прямо на поляну, навстречу волку. Кинулась к нему, падая коленями на снег, обняла за шею, зарываясь пальцами в его густой мех. Волк на мгновение замер, потом лизнул ее в щеку и тихонько заворчал, подталкивая носом с торону дома.

- Да я говорил ей, - послышался голос Максима. - Но она разве ж послушает.

Лина посмотрела назад, а тот стоял на крыльце, держал в руке спортивные брюки. Для Александра. Ей стало немного неловко. А Волк взглянул серьезно, и снова подтолкнул ее к дому. Послушалась, убежала обратно, и сразу к печке. Там незаметно было, но она успела замерзнуть. Через минуту в домик вошли оба.

Саша был уже успело обернуться и надеть спортивные штаны, а теперь на ходу натягивал футболку. Лина невольно залюбовалась, такой мужественный и красивый. А он уже обнимал ее, прижимая к груди, ворчал, совсем как волк:

- Лина моя, Лина...

Шумно выдохнул и затих. А потом спросил, очень внимательно глядя ей в глаза:

- Как ты? Ничего не беспокоит?

- Хорошо, - пробормотала она, улыбаясь. - Я очень хорошо.

Это была правда, она себя замечательно чувствовала, ни следа от вчерашней усталости. Даже ноги не стерла, хотя идти по снегу пришлось далеко.

- Я подлечил немного, пока Лина спала, - вроде как оправдываясь сказал Максим.

- Спасибо, брат, - очень серьезно сказал Саша, все еще вглядываясь в ее лицо, как будто, что-то искал.

Потом отстранился. А Лине стало беспокойно.

- Что-то случилось? - нахмурилась она.

- Нет, все хорошо, - и повернулся к Максиму. - Вызов Бэргэну послал?

Тот кивнул, опуская веки:

- Сразу. Но хорошо было бы полнолуния дождаться.

- Хорошо, но ты же знаешь, нет времени ждать.

- Саша, что? - спросила она тревожно глядя на обоих.

- Ничего, все хорошо, милая. Просто тебе понадобятся силы. Будем обратный ритуал проводить, выпускать твою белую волчицу.

Господи... Это так неправдоподобно звучало, поверить было невозможно. Но вот же передней Саша, значит, нет ничего невозможного, каким бы бредовым это ей ни казалось.

И все-таки страшно.

- Когда, - спросила Лина, защитным жестом складывая руки на груди.

И тут же снова оказалась в его объятиях.

- Сегодня к ночи.

- Так быстро? - она невольно поежилась.

- Это не быстро, но раньше якута сюда было не доставить. - и чувствуя, что она напряглась, стал гладить по волосам. - Так надо, чем быстрее мы это сделаем, тем быстрее ты будешь в безопасности.

Черно-красные болезненные воспоминания выплыли из глубины подсознания. Жар, боль, страх. Тот самый детский страх. Она все-таки призналась:

- Я боюсь, Саша.

- Не бойся, я буду рядом. И я клянусь тебе, что уничтожу всех, кто это с тобой сделал когда-то.

Такая сила звучала в его голосе, что она невольно вздрогнула. А мужчина мягко взял ее лицо в ладони и повторил:

- Таков закон, Лина. Они знали, на что шли.

***

До вечера было далеко. Лина сидела притихшая, пока мужчины ели и возились по дому. Саша рассказал про Мельнера, и что теперь Восточный клан временно без головы. Ей было не жаль Ноэла Марковича, все уважение, которое она когда-то испытывала к этому человеку, улетучилось мгновенно, стоило только увидеть его истинное лицо. И наверное, была высшая справедливость в том, чтобы он получил именно то, что готовил ей и Александру.

- Не хочешь возглавить Восточный клан? - спросил Александр у нее в шутку.

- Нет, что ты!

После того, как она воочию убедилась, что это за нелюди, у Лины не было ни малейшего желания с ними работать.

- Ну как хочешь. Можешь заниматься любым делом, какое тебе по нраву. А захочешь руководящую должность в клане - милости просим.

Она пока не знала, чем хочет заниматься. Может быть, исследованиями.

- Погоди, - сказала Лина, нервно усмехнувшись. - Надо еще обратный ритуал пережить.

Он был необычайно серьезен, когда сказал:

- Ничего не бойся. Я буду рядом.

***

К вечеру Максим сложил на поляне перед хижиной большой костер. Лина сидела внутри, а Саша стоял на поляне, смотрел вверх. И это казалось так странно.

Однако она скоро поняла в чем дело. Над поляной завис небольшой вертолет. Высадил человека, мужчину, какие-то вещи с ним, рюкзак и что-то большое круглое. Они обнялись с Сашей и Максом.

А потом это началось.

Ритуал.

Саша упомянул якута, однако Лина подумать не могла, что это будет самый настоящий якутский шаман. Но сейчас, когда наступила ночь и Бэргэен начал свой танец у костра, она не могла сдержать дрожь. Бубен грохотал, а Лине казалось, вместе с его ударами из нее рвется наружу душа.

Ей дали немного чистого спирта, много нельзя, не удержит транс, и поставили у костра. Саша, обратившись волком, стоял рядом. И в какой-то момент, когда облачность расчистились, и на черно-синем небе стала видна ослепительно-белой долькой луна, он вдруг задрал голову и...

Он пел волчью песню, звал ее. А бубен грохотал в ушах, под диафрагмой, снаружи, внутри, рвал тьму в клочья, властно требовал:

- Выходи на свет! Выходи!

Но ей же страшно было высунуться... Страшно... Лина отступала, перебирая тонкими ногами, закрывала глаза. И вдруг как будто что-то большое рванулось из нее, и страх пропал. А ее бросило вниз.

Когда она смогла видеть, совсем как во том давнем детском сне, перед глазами был пушистый снег, в который хотелось зарыться носом. И белый мех.

эпилог



Прошло три года.

Снова зима, новогодние каникулы.

Большой деревянный дом в лесу. Настоящий терем.

Раннее утро. Лина слышала сквозь дрему тихий шепот и шорохи, но не стала открывать глаза, только улыбнулась. Потихоньку выныривать из сна было приятно. Глаза не стала сразу открывать, еще понежилась в постели. В камине потрескивали поленья. Несмотря на то, что в доме было отопление, Саша всегда разжигал камин. Потому что она любила живой огонь.

Видно было, как на полу пляшут красно-рыжие блики. И запах... Изумительный запах смолы, хвои... Запах свежезаваренного чая. Саша заварил и оставил для нее фарфоровый чайничек в спальне на столике.

Запах и выгнал Лину из постели. Она сходила в ванную, а потом с кружкой терпкого ароматного чая прильнула к большому панорамному окну. А там как в сказке - дикий лес, укутанный белым покрывалом. Синеватый свет утра, огромные ели и снег.

А на поляне перед домом большой бурый волк и два маленьких пушистых шарика-волчонка. Один покрупнее, бурый с подпалинами - Сан Саныч, а другой белый - Олеся. Близнецы. Большой волк припадал на лапы и отпрыгивал, а волчата нападали на него, смешно катаясь на коротких лапках, норовили вцепиться крохотными зубками, повизгивали.

У всех троих рот до ушей.

Она тихо застыла, любуясь. Ее семья. Муж и дети.

Саша вывел малышей на прогулку с утра пораньше, чтобы ее не будить. Хотелось выпустить на волю свою волчицу и тоже с ними побегать. но у нее с утра еще была работа. Лина спрятала нос ладонях, покачала головой и пошла готовить завтрак. Сейчас нагуляют аппетит, придут голодные... как волки.

Непростыми были эти три года.

Саше пришлось немало повоевать, пока все устаканилось, и наметился какой-то паритет в кланах. Потом еще был суд над всеми участниками заговора. А там сеть оказалась такая, что проросла во все кланы как поганая раковая опухоль. И одной из ключевых фигур всего этого оказалась женщина, которую она звала мамой. Непростой суд, обычному человеческому правосудию неподвластны внутренние дела оборотней. И наказания у них другие, суровые и жестокие. Но ведь у них и другая жизнь. Хотя, наверное, для Стеллы самым страшным наказанием было видеть живыми Сашу и ее.

Но это все осталось в прошлом, и Лина запретила себе вспоминать тот кусок жизни. Больно, горько. И бесплодно.

Завтрак был готов, каша и оладьи с джемом, сметана. молоко.

Выложила все это красиво на стол и выглянула в окно. К возне на поляне уже приобщились и другие действующие лица. Несколько телохранителей увлеченно кувыркались в снегу с малышней. А папа волк стоял рядом. Вскинул взгляд на окно, будто сказал:

- Ну видишь, разыгрались, их сейчас не загнать. Скоро.

Она махнула рукой и прошептала:

- Ладно.

Не каждый день ему так удается поиграть с детьми. Глава Северного клана, у него же дел невпроворот. Допила чай, стянула с тарелки оладушек и сжевала на ходу. Потом вытерла руки - и за ноутбук.

Работать в клан Лина так и не вернулась. Ни в Восточный, ни в Северный. Карьера тоже потеряла для нее прежнюю значимость. Наверное, Лина потому так упорно и продвигалась по иерархической лестнице, что так ее программировала Стелла. После всего, что с ними произошло, в этом уже просто не было смысла.

Сейчас Лина вела очень важный для всего мира оборотней проект.

Ущербность, невозможность оборота, и ад, если этот процесс каким-то образом запускался и выходил из-под контроля. Ей пришлось видеть это на примере Стеллы и Мельнера. Что далеко ходить, они сами с Александром чуть не стали жертвами. И вот тут-то и было главное, с чего, собственно, и начался проект.

Конечно, ей нисколько не было жаль ни Мельнера, ни Стеллу. Но многие другие оборотни, которым всю жизнь приходилось ходить на волосок от бездны. Вот им помочь, хотя бы частично облегчить положение, чтобы они не попадали после срыва в психушку до конца своих дней, а излечивались и возвращались к нормальной жизни.

В основу лег Сашин случай. Он ведь был единственным, которому удалось преодолеть безумие, спровоцированное аконитом. Обернуться полноценным волком, обрести новые возможности, стать не просто истинным, а истинной легендой. С его уникальными способностями он мог править миром, встав во главе самого многочисленного и мощного волчьего сообщества. Однако не такой он был человек, ему это просто не было нужно.

Александр Вольский сам предложил этот проект и открыл финансирование. Под исследования был выделен закрытый научно - медицинский центр, в котором они с Линой первыми прошли все обследования. Работы велись больше года, и вот наконец недавно были получены результаты.

Из их с Сашей крови были выделены специфические белки-катализаторы, влияющие на мутацию генов оборотничества у волков. Грубо говоря, с помощью этих особых белков запускался процесс починки сломанного гена. Уже на основе выявленных белков-катализаторов синтезировались в лаборатории ферменты.

А из этих ферментов и вытяжки из аконита была создана вакцина. Еще, конечно, предстояли эксперименты в клинических условиях, и надо выявить все возможные побочные эффекты. Но начало положено, и если все удастся, это вернет к нормальной жизни сотни и тысячи оборотней.

Снаружи послышался шум и детские голоса. Вернулись. Ну вот, сейчас они папой еще полчаса будут возиться в ванной, потом одеваться, завтракать и дербанить наряженную специально для них маленькую елку. Значит, у нее есть еще почти час, чтобы поработать над проектом.

Лина улыбнулась и кликнула на экране ноутбука папку с названием:

«Волчий цветок».

Загрузка...