Возлюбленная короля

Лето, 2024 год

Лондон

Маленький цветочный магазин на Парк лэйн, 22

Белая сирень идеальна для юной девушки. Лаванда, как символ преданности. Распустившиеся белые розы, чтобы мисс поняла искренность. Парочка розовых пионов принесут счастье и цветы яблони на удачу.

— Может вот эти добавим? Элеонора любит желтый цвет, — обратился ко мне молодой мужчина, указав пальцем в стеклянную витрину.

Желтая гвоздика. Красивая, но приносит разочарование. Ни в коем случае!

— Вы хотите, чтобы она Вам отказала? — спросила я у покупателя.

Мужчина напрягся, его лицо стало серьезным, и он отрицательно покачал головой, словно отгоняя ненужные мысли.

— У вашей будущей жены прекрасный вкус и гвоздика символизирует преданную любовь, но не желтая, сэр. Не желтая…

— Доверюсь, Вам, — одобрительно кивнул он в ответ.

Букет был практически готов. Чарующий аромат свежесрезанных роз, медовые оттенки пиона… Не удержалась и сделала глубокий вдох. Это благоухание завораживает и точно надолго остается в памяти юной девушки, которую этим вечером попросят сделать самый важный шаг в ее жизни — согласиться стать женой.

— Сколько детей Вы хотите? — спросила я у молодого человека, который не мог скрыть свою повышенную тревожность. Постоянно дергал себя за ворот строгой, белой рубашки, не сводя глаз с многообразия цветов в вазах.

— Как минимум троих! — воскликнул он в ответ.

Не долго думая, я отрезала пару футов от клубка с атласной ленты зеленого цвета.

Зеленый — цвет плодородия. Уверена, что у них их будет четверо!

— Вам понравилось? — с энтузиазмом спросила я, когда букет был готов.

— Агата, вы настоящая волшебница! Это просто великолепно! — воскликнул он, сияя от восторга.

Мужчина расплатился и аккуратно взял букет в свои руки. В этот момент мои пальцы слегка коснулись его ладони, и я ощутила, как она была холодной. Такая ледяная!

— Не переживайте, я уверена, что мисс скажет Вам заветное “да”, — постаралась я успокоить его. — Сэр, вот возьмите это. — Протянула мужчине хлопковый мешочек, в котором лежали засушенные астры. — Астра принесет Вам удачу в любви!

Мужчина поблагодарил меня и прежде чем открыл дверь моего магазина, обратился ко мне:

— Скажите, Вы владеете какими-то магическими способностями?

— С чего Вы так решили? — удивилась я такому неожиданному вопросу.

— Все мои знакомые, которые приходили к Вам за букетами… Как бы это правильнее сказать, получали всё, что хотели.

Еле сдержала свою улыбку.

— Я Вас разочарую, но я не верю в магию. Я просто люблю цветы.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 1

Это был понедельник. Я закрыла свой маленький цветочный магазин на десять минут раньше, чем обычно. Весь день шел дождь и мне хотелось хоть как-то себя порадовать. Все мои мысли были сосредоточены на том, как успеть за свежими булочками с помадкой, которые мисс Дорис собиралась достать из духовки всего через несколько минут.

— Агата? Ты промокла до нитки! — воскликнула мисс Дорис, увидя меня на пороге своего кафе. — Как всегда забыла зонт дома?

Я всего лишь пожала плечами в ответ. Но зонтик я не оставляла дома — у меня его никогда и не было. Ведь я люблю дождь. Мне нравится гулять под его каплями, особенно когда они теплые и нежные. Иногда я едва сдерживаюсь, чтобы не разуться и не пойти босиком по лужам. Я не боюсь промокнуть — наоборот, мне хочется слиться с дождём, он омыл меня и сделал чище.

Моя бабушка говорила мне, что многие люди боятся дождя, не потому что боятся намочить свою одежду. Они бегут под крыши и хватают зонты, боясь что дождь смоет с них краску. Смоет с них маски.

— У меня его нет, — честно призналась я.

— Ну ты и чудачка, Агата! — ответила мне мисс Дорис, переведя свой взгляд с моего лица на мои ноги. Босые ноги.

Да! Я не смогла отказать себе в таком наслаждении — пройти пару кварталов, шлепая босыми ногами по теплым лужам.

— Но хоть туфли свои ты не забыла! — рассмеялась в голос женщина. — Ты как раз вовремя, Агата! Я только что достала булочки с шоколадной помадкой!

— И кофе с корицей, — немного смущенно улыбнулась я, заметив, что вода с моих ног намочила придверной коврик. И я быстро обулась в свои легкие босоножки, которые все это время держала в руке.

— Никакого кофе! Тебе нужен согревающий пунш!

“Тоже неплохо!” — промелькнуло в моей голове, и, поблагодарив мисс Дорис, я устроилась в укромном уголке напротив старинного камина, где весело трещали поленья, а свет от огня создавал на потолке причудливые тени.

Я закрыла глаза и стала наслаждаться звуком дождя, стучащего по крыше уютной кофейни, треском дров в камине и тихой приятной музыкой. Ароматный запах кофе смешивался с ароматом сосновых бревен, из которых был создан этот райский уголок. Это была семейная кофейня с богатой историей. Здесь всегда было так уютно и тепло, что мне хотелось лишь одного — чтобы этот вечер длился вечно, и весь мир вокруг замер. Но мое маленькое счастье не продлилось долго — мой мобильный телефон издал неприятный звук.

— Агата, — услышала я шепот моей сестры сквозь тихие всхлипы, как только приложила динамик телефона к уху.

— Луна? Ты плачешь?

— Уже нет.

— Что случилось, милая?

— То, о чем ты меня и предупреждала.

— Он вернулся к жене… — произнесли мы одновременно.

Вот только Луна добавила еще:

— Чёртов подлец!

Я тоже хотела добавить пару эпитетов, но вовремя прикусила язык.

— Где ты, милая?

— Там, где меня никто не сможет найти, Агата, — полушепотом ответила мне Луна.

Я почувствовала, как мое сердце сжалось от беспокойства…

Ну вот! Булочки и согревающий пунш стремительно исчезли из моего списка дел, и менее чем через час я уже вбежала в уютный дом нашей бабушки, который вот уже как пару лет пустовал, но несмотря на это всё ещё сохранил свой уют. В гостиной на полу сидела Луна, закутанная с головой в теплую, мягкую ткань. Её фигура казалась такой хрупкой и уязвимой, что сердце сжалось от нежности и беспокойства.

— Луна? — немного неуверенно позвала я свою сестру, аккуратно приподняв край пледа. Точно такой же домик мы делали с ней в детстве, когда хотели убежать от всех, спрятаться от суровости реального мира. — Что ты здесь делаешь?

— Прячусь от всех, — спокойно ответила мне девушка, но в её голосе была слышна дрожь.

Луна подняла на меня свои глаза, и я увидела, как весь её идеальный вечерний макияж черными дорожками растёкся по щекам. Волосы, которые всего пару часов назад она уложила в аккуратную прическу, теперь были растрепаны. Такой уязвимой я еще никогда её не видела.

Луна сделала глоток из бутылки с шампанским, которую держала в руке, и улыбнулась мне, печально приподняв уголки губ.

— Я прячусь, Агата, — шепотом объяснила мне свое странное поведение Луна. — Прячусь от него. Ты ведь не расскажешь ему, что я здесь? Пожалуйста, только не говори ему! И если он снова придет ко мне и позовёт пойти с ним, пожалуйста, не отпускай меня.

Её хрупкая рука крепко сжала мои пальцы, и она снова попросила меня ни в коем случае не рассказывать ему, где она прячется.

— Кажется, ты перебрала с шампанским, Луна, — подметила я очевидное. — Отдай мне, пожалуйста, бутылку.

Я потянула руку к бутылке, но моя сестра резко схватила меня за запястье и словно обезумевшая затараторила:

— Агата! Пообещай мне, что ты ему не расскажешь! Пообещай мне, Агата!

— Конечно, не расскажу, милая, — постаралась ответить я как можно спокойнее, хотя внутри меня закралась настоящая тревога за её душевное состояние.

Луна, казалось, искала в моих словах поддержку, и, наконец, доверившись мне, она передала в мою руку бутылку.

— Может, расскажешь мне подробнее о том, что произошло на этот раз? — спросила я свою сестру, облегченно выдохнув.

Нежно провела рукой по её голове, как будто успокаивая маленького ребенка, который впервые осознал, что мир вокруг него полон жестокости и несправедливости.

— Не хочу... А помнишь, как в детстве нам говорили, что у нас в роду были ведьмы? — вдруг спросила Луна, и я заметила, как в её черных глазах вспыхнули вишневые огоньки, полные загадки и тревоги.

Я не верила в проклятия и тем более в каких-то там ведьм, но её слова заставили меня на мгновение задуматься, хоть я ей этого и не показала.

— Это всё сказки, Луна, — отмахнулась я с легким раздражением.

— Нет, это правда! — продолжила настаивать она и её голос напомнил тот самый шёпот, который мог бы разбудить даже самые глубокие страхи. — Помнишь, как бабушка говорила, что одна из таких ведьм наложила проклятие на наш род?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Нет, Луна. Не помню, — ответила я, хотя внутри меня всплыли смутные воспоминания о бабушкиных историях, полных мрачных тайн и старинных легенд.

Не знаю, солгала или нет я своей сестре, ведь в детстве я искренне верила в те сказки, которые рассказывала нам бабушка.

— Она прокляла весь свой род по женской линии, сама мучаясь от боли предательства. Она хотела, чтобы ни одна женщина из ее рода никогда не познала истинного чувства любви, — продолжила сестра, сделав свой голос ниже. В детстве она делала так, когда рассказывала мне страшилки. — Она была уверена, что любовь приносит лишь страдания, разочарования и боль. Но истинная любовь прекрасна! Вот дура же!

Я снова посмотрела на эту девушку с красными заплаканными глазами. И мне было не припомнить, чтобы она так часто плакала, пока не встретила этого Вилли! Без сомнений, прародительница рода Флауэр не была ведьмой, но она определенно была умной женщиной!

— Зачем? Зачем она это сделала, Агата? — с этими словами Луна кинулась мне на шею и крепко сжала в объятиях.

— Она хотела защитить нас, — решила подыграть я ей.

— Защитить? Посмотри на меня! Посмотри, Агата! Из-за нее я сейчас сижу здесь, а не в ресторане с Вилли! Да еще и с потекшим макияжем!

Она винила не того. Точно не того! Все знали, что Вилли Питерс был бабником и сердце Луны было ни единственным, которое ему удалось разбить…

— Я набрала его, — решилась Луна стать более откровенной. — Мы должны были встретиться в нашем любимом ресторане. Сегодня три года, как мы стали парой. А он…

— Переспали, Луна, — перебила я свою сестру, попытавшись навести порядок у нее в голове. — Милая, вы не могли быть парой. Вилли женат.

— Это неважно! — отмахнулась она от моих слов.

— Это очень важно, Луна! — запротестовала я в ответ.

Луна резко вырвала бутылку шампанского из моих рук и одним большим глотком опустошила её.

— Ты осуждаешь меня? Винишь во всем?

— Луна, ты с ним только потому, что решила, что он твой идеальный мужчина, а он с тобой, потому что ты ему удобна. Как же ты не понимаешь, что ему просто удобно иметь личного секретаря и любовницу в одном лице!

От моих слов Луна скривила губы и демонстративно отвернулась, скрестив руки на груди.

— Ты никогда не любила его, да и он никогда не обещал тебе любви, — продолжила я озвучивать вслух правду, которой боялась моя сестра.

— Чертова бабка! — прошипела Луна. — Хорошо! Ты права! Возможно, так оно и есть! — неохотно согласилась со мной моя сестра. — Но я так хочу влюбиться и чтобы меня любили. Любили по-настоящему!

— И ты действительно думаешь, что во всём виновато какое-то проклятие? Не будь глупой, Луна! Тебе ведь не пять лет!

— А что насчёт тебя? — с вызовом ткнула в меня своим изящным пальчиком Луна.

— Мне просто никто не нравится! — отмахнулась я.

— Но тебе уже двадцать три, Агата!

— И что с того? Мой возраст здесь ни при чем! Просто никто не вызывает у меня интереса, Луна! А, похоже, и я им тоже не нравлюсь!

Это была чистая правда! Современные мужчины с татуировками, ухоженной бородой и беспроводными наушниками в одном ухе никогда не привлекали меня. И я сама не могла понять, почему… Возможно, дело в том, что мне просто не о чем было с ними говорить. Их мир казался мне чуждым и поверхностным, как яркая обёртка, за которой нет ничего настоящего. И все свидания заканчивались лишь добрым рукопожатием...

— Посмотри на себя! Как ты можешь не нравится мужчинам? Во всем виновата наша пра пра пра пра бабка! Ведьма! Из-за нее мы обречены на несчастье. Ненавижу Вилли, — всхлипнула Луна. — И бабку нашу тоже!

— Я… я не знаю.

А я и правда не знала. Я понятия не имела почему чувствовала себя чужой в своей же жизни!

— Давай откроем его, а? — резко выпалила Луна, указав пальцем на старый сундук нашей бабушки, который стоял в углу комнаты.

— Нет, — сурово отрезала я.

— Ты же не веришь в проклятья! — ухмыльнулась мне в ответ Луна.

— Но бабушка сказала, что его нельзя открывать!

Луна закатила глаза и уверенным шагом направилась к сундуку.

— И что наша мама ее не послушала и вот к чему это привело… Но ты ведь знаешь, Агата, что наша мать просто бросила нас! Видите ли, не справилась с тем, что преподнесла ей судьба и просто исчезла из нашей жизни! Чертова эгоистка! И сундук нашей бабушки не может быть в этом виновен!

Я не боялась самого сундука! Меня пугала сама мысль о том, что человек может исчезнуть бесследно, словно его никогда и не существовало.

— Разве тебе никогда не было интересно, что там внутри? — с игривой улыбкой спросила Луна.

Я отрицательно покачала головой. Даже если интерес и возникал, страх всегда оказывался сильнее. Луна не стала медлить и, приложив немного усилий, приподняла тяжёлую деревянную крышку.

— Ничего особенного! Пара платьев из пятидесятых и… книга. Книга! Это книга заклинаний! — воскликнула Луна с восторгом, поднимая в руках старинную книгу в кожаном переплете.

— Луна, ты что, пересмотрела все сериалы про ведьм?

Не обращая внимания на мои слова, Луна начала перелистывать страницы одну за другой, пока её взгляд не остановился на чем-то особенном. В горле у меня застрял тугой комок страха. Я не верила в магию, ведьм и колдовство, но в глубине души знала, что открывать эту книгу было ошибкой. Нет, я чувствовала, что этого делать нельзя!

— Я была права! Смотри, здесь есть рецепт любовного зелья!

— Не может быть!

— Посмотри сама.

Дрожащими руками я взяла книгу и быстро пробежалась глазами по идеально выведенным буквам. Текст был написан тушью, плавными и уверенными линиями, словно каждая буква хранила в себе тайны, которые не должны были быть раскрыты.

Приворотное зелье

Нанести немного розового и лавандового масла на свечу. Поставить свечу в чашу с родниковой водой и лепестками цветов.

Гибискус для страсти.

Белая камелия для обожания.

Жасмин индийский для преданности.

Плоды шиповника для истинного наслаждения.

— А еще боли… — еле слышно произнесла я.

Дать догореть дотла в ночь большой луны.

Добавить пару капель воды в вино любимого.

— Надо попробовать! Я уверена, что Вилли больше не сможет оторваться от меня! — радостно захлопала в ладоши Луна.

— Нет, Луна! Даже если это правда, шиповник тут точно лишний! — попыталась я вернуть здравый смысл своей сестре.

— Лишний? Не знала, что ты увлекаешься магией, сестричка! — озорно поддразнила она меня.

— Не говори ерунды и закрой эту книгу!

Я попыталась вырвать книгу из её рук, но, несмотря на её неуверенную походку, в руках у неё было достаточно силы, чтобы отдернуть её от меня.

— Прекрати, Агата! Мне просто интересно! Не будь занудой!

Луна стала быстро переворачивать страницу за страницей, а я все думала над тем, что прочитала. Тот, кто написал это точно разбирался в растениях и цветах намного лучше меня!

Но почему тогда добавил шиповник? Неужели, кто-то так сильно желал любви, что готов был обречь себя на мучения?

— Вот! Смотри! Я нашла то, что нам нужно! — выкрикнула моя сестра, вырвав меня из моих размышлений.

Я взглянула на свою сестру, в глазах которой засиял лучик надежды. Луна была самым наивным существом, с которым мне когда-либо приходилось сталкиваться...

— Как изменить то, что уже свершилось, — воодушевленно произнесла Луна.

— Это бред! Невозможно изменить то, что уже случилось!

Луна провела пальцем по странице и громко прочитала то, что было написано:

— Вербена, ирландский мох и зверобой.

— Ирландский мох на удачу и защиту. Зверобой для сил. Вербена, как усилитель для трав, — как можно тише прошептала я себе под нос.

— Ну, а что делать то надо? Хм! — Луна нахмурилась, а потом как можно дальше откинула от себя старую книгу. — Ты была права. Мы обречены!

Разочарованная не только своей жизнью, но и всем миром, девушка снова потянулась за бутылкой с алкоголем и недовольно скривила лицо, когда увидела, что она пуста. Мы одновременно обессиленно опустились на пол.

— Нет, милая, это не выход.

— А что мне еще делать? Всё оказалось лишь выдумкой. Магия и даже любовь — тоже вымысел!

Луна легла мне на ноги и я стала гладить ее по волнистым угольным волосам. Точно так же, как она гладила меня, когда мы обе были маленькими девочками, но только Луна на пару лет старше меня.

— Ты помнишь слова? — тихо прошептала моя сестра.

Конечно, я их помнила! В отличие от Луны, я не помнила нашу маму, но она всегда рассказывала мне о ней как о самой красивой женщине с густыми светлыми волосами и прекрасным голосом.

— Ты мигай, звезда ночная… — тихо запела я. — Где ты, кто ты — я не знаю. Высоко ты надо мной, как алмаз во тьме ночной…

— У тебя голос, как у нее, — всхлипнула Луна.

— Только солнышко зайдет, тьма на землю упадет…

Я завидовала сестре, ведь она даже не могла представить, как сильно я мечтала хоть раз услышать голос нашей матери…

Луна уснула у меня на коленях, а я, погруженная в свои мысли, смотрела на старинный сундук. Что-то невидимое тянуло меня к нему, и я не могла понять, что именно это за чувство.

Осторожно поднявшись на ноги, чтобы не разбудить Луну, я подошла к сундуку и открыла его. Мои пальцы скользнули по мягкой коже книги, и в этот момент я впервые задумалась: а вдруг магия действительно существует? Кто-то ведь это написал. Кто-то верил в это.

Рядом с книгой я заметила мешочек из грубой хлопчатобумажной ткани. Поднеся его к носу, я ощутила насыщенный, многогранный аромат травы Милосердия, который наполнил меня теплом и надеждой.

Высыпала содержимое пакетика себе на ладонь и по комнате прошелестел какой-то холодный ветерок. Я обернулась, уверенная в том, что порыв ветра открыл одну из старых ставней, но окна были закрыты. Дрожь пробежала по телу.

Вербена. Ирландский мох. Зверобой.

— И как сухой травой можно ИСПРАВИТЬ ТО, ЧТО УЖЕ СВЕРШИЛОСЬ?

Стоило мне произнести последние слова, как произошло нечто невероятное.

Воспламенилась! Трава на моей ладони воспламенилась! Я попыталась стряхнуть пылающую траву со своей руки, но ничего не вышло. Словно я стала одним целым с ней и теперь вместе с сухоцветами пылала моя ладонь. Но я ничего не ощущала. Ни жжения, ни боли. Ровным счетом ничего.

— Чёрт возьми! — воскликнула я, не в силах осознать, что происходит. — Луна! Луна, помоги мне!

Мой голос дрожал, но я пыталась как можно громче крикнуть имя сестры, но она так и не проснулась. Словно оглохла!

Трава догорела до остатка, пламя исчезло и остался лишь дым. Я тихо выдохнула.

Бред какой-то!

Я сделала глубокий вдох, и в тот же миг горький дым заполнил мои легкие. Комната закружилась перед глазами. Быстро отыскала взглядом свою сестру, которая продолжала видеть свои сны. Ее мирно спящее лицо стало последним, что я увидела, прежде чем потеряла сознание.