Возвращение

Глава 36

Мы просидели в пещере до утра. Снаружи то и дело слышались урчащие звуки и недовольное рычание. Однако к нам никто не подбирался. Звери обходили это место стороной. И мне оставалось только гадать почему. Вряд ли они боятся ту здоровую образину, что выскочила на нас. В подземельях кроется нечто более ужасное, чем заплесневевший кэукэгэн. Ведь не он зажёг эти огоньки, и не он вселял страх в диких животных, что плутали по горным дорогам. Скорее всего, монстр, которого мы лишили головы, славно дремал где-нибудь глубоко в подземельях, пока нечто более жуткое не пнуло его по большой заднице.

Но не я один так думал. Ник посмотрел на меня и поделился мыслями насчёт гниющего монстра.

— Мне тоже так кажется, — ответил я. — Здесь живут мору. Те ещё твари. Каждые пять лет выбираются наружу и убивают десятки ванов…

Говоря об этом, не мог сдержать закипающую ненависть. Эти твари убили Ясу. Женщину, которая нашла меня и приютила, став мне бабушкой. Я любил её, пока… пока мору не прорвались за стену.

Ник тактично промолчал, видя моё состояние. И, чуть выждав, поинтересовался:

— Дай угадаю. Я попал как раз в тот момент, когда подошёл срок к их очередной вылазке?

— Ага, ты весьма фартовый парень, — ответил я.

— Даже спорить не буду, — хмыкнул тот. — Ладно, давай, веди меня, Сусанин.

С этими словами он поднялся и первый выбрался наружу.

— Не боишься, что кто-нибудь может оттяпать тебе голову? — спросил у него, когда выбрался следом. Всё же он вёл себя довольно неосторожно.

— Боюсь, — честно признался Ник. — Но, думаю, что моя голова мало кому понравится.

Он повернулся и оскалился, обнажив на короткий миг клыки Тени. От подобного зрелища меня передёрнуло.

— Ты хоть представляешь, насколько это мерзко?

— Не особо. Я с такой гримасой уже давно бегаю, так что… — занудно протянул он и осмотрелся. Ночью сорвался небольшой снежок, и дорогу слегка припорошило. Но зато теперь мы отчётливо видели кровавые следы. — Я вот понять не могу, если здесь никто не живёт, то какого чёрта бродят хищники?

— Наверное, их как-то приманивают более продвинутые твари. И тогда хищник становится жертвой, — ответил я, осматривая кровавые следы. — Что ж, значит, я был прав. Ночью лучше прятаться. Тем более здесь.

— Думаешь, это мору?

— Не знаю, но мне это не нравится. У моего клана и так проблем выше крыши, так ещё и это новое вторжение. Ведь кэукэгэна что-то или кто-то спугнул.

Это плохо, очень плохо. Какая тварь может быть страшнее лохматого огромного монстра? Кто способен спокойно жить посреди полчищ мору? Я одновременно хотел и боялся получить на это ответы. Ведь если узнаю, то вряд ли останусь довольным. И буду страстно желать, чтобы это оставалось в неведение, и никогда не выбиралось отсюда.

Занятый своими мыслями, медленно двинулся вперёд. Ник пошёл за мной чуть позади. Видимо, смекнул, что сейчас меня лучше не доставать. И за это я был благодарен.

Путь был непростым. Ноги так и скользили по снегу и обледенелой дороге. Казалось, стоит оступиться, и полетишь вниз, как на аттракционе, вот только там тебя поджидает не бассейн, а… я даже не знаю, что там. Может распахнутая пасть того самого чудища, что спугнула кэукэгэна? Очень даже может быть.

Ник несколько раз уже поскользнулся и жутко ругался. Я понимал, что ему невтерпёж добраться до вершины. Собственно, как и мне. Хотелось воспользоваться своей скоростью и устремиться туда. Но я понимал, что это может быть опасно. Кто знает, что нас ждёт впереди. Мой знакомый так же желал, как он выразился, нырнуть в тень и полететь, слово птица. Не знаю, как это происходит, но решил его притормозить.

— Здесь могут быть ловушки, которые опасны даже тебе. Тэнгу не просто обезьяны с палками. Они веками скрывались от глаз ванов и даже богов. Уверен, кто-кто, а тэнгу точно умели ловить тень.

— Ну, может быть, — пожал он плечами и вроде немного успокоился.

— Эй, друг, — из сумки показался сандаль. — Хочешь новое хокку? Только что сочинил.

Ник усмехнулся и обратился уже ко мне.

— Твой сандаль похож на драг-дилера. Не замечал?

— Да-а, — протянул я с улыбкой на лице. — Есть такое. Когда я только сюда попал, он быстро подсадил меня на пошлые стишки.

— Но, но, — наигранно возмутилась говорящая деревяшка. — Это не обычный наркотик, а высокое искусство.

— Ну да, истории про гейшу с мечом? — переспросил я.

— А народу нравится.

— Что за гейша? — заинтересовался Ник.

— Вот видишь, — победно возвестил сандаль. — Стоит только одному узнать о моём таланте, как больше не сможет унять любопытство.

— Да, да, да, — я покачал головой и отвернулся.

Мы медленно поднимались по узкой дороге, а бакэ-дзори всё же заговорил своим пафосным голосом:

Гейша осталась нагая,

Ронин не верит глазам.

Её меч больше его!

— Эм, — Ник замялся, не зная, что и сказать. — Всё?

— Это же хокку, — вместо сандаля ответил я. — Трёхстишья.

— Да знаю, просто выглядит каким-то незаконченным.

— К этому надо привыкнуть, — улыбнулся в ответ. — У каждого своё понятие об искусстве.

— Верно, — согласился парень, а потом обратился к стихоплёту: — Так это и есть хокку, который только что придумал?

— Нет, конечно, — вновь возмутился тот. — Но ты ведь спрашивал про гейшу, вот я и рассказал. А новый, это…

Но он не успел продолжить, так как сверху раздался взрыв.

Ник ухватил меня за плечо и окружил нас дымчатой полусферой. Мы замерли, выжидая и осматриваясь. Справа высокая скала, вскарабкаться на которую можно только при помощи магии или специального снаряжения. Слева всё та же мрачная пропасть. И чем выше мы поднимались, тем больше казалось, что мгла живая и пульсирует. Тянет к нам свои тонкие щупальца, желает схватить и пожрать. Но каждый раз отступает, будто что-то её отпугивает.

Может, это из-за Тени моего приятеля? В нём спрятана огромная Мощь, о которой парень даже не подозревает. Или подозревает, но не научился пользоваться. Точного ответа у меня не было. Надеюсь, он всё же сможет совладать с Тенью и сам поглотит её, иначе их миру, а может быть и нашему, грозят серьёзные неприятности.

Минута бежала за минутой. Тишина напрягала. После взрыва не раздалось ни единого звука. И вряд ли он произошёл сам по себе. Чёрная дымка, образовавшая защитную сферу, ходила волнами. Ник не убирал её и правильно делал. Возможно, именно сейчас за нами кто-то наблюдает и ждёт момент, чтобы атаковать.

— Они могут выжидать, — пробормотал парень, будто прочитав мои мысли.

— Знаю, — также тихо ответил я. — Там, видишь?

Указал наверх, где появилась тонкая струйка дыма. Она тянулась от того места, куда мы направлялись, от заснеженного пика. Но была настолько слабой, что её и не сразу разглядишь.

— Да, — кивнул он в ответ. — А эта гора, случайно, не вулкан?

— Насколько я знаю, здесь такого никогда не было.

— Ясно, значит, это не стихийное извержение. Может, какой зверь попал в ловушку твоих красномордых приятелей?

Глупые шутки. Мне такое не нравится.

— Я не помню тэнгу. Какие они мне после этого приятели?

— Даже не позвонили?

— Иди в задницу, — отмахнулся я. — Звери здесь не бродят. Они чувствуют опасность и магию, обходя такие места стороной.

— А мы, как самый «умные», лезем прямо в…

— Я бы попросил не выражаться, — из сумки послышался голос сандаля. — Это моя прерогатива.

— Ладно, — хмыкнул Ник и убрал защиту. — Думаю, уже можно.

— Никто не нападает, — согласился я. — Если бы хотели остановить, то сделали это ночью или рано утром.

— Собственно, ночью мы сражались с огромным кэу…фэном?

— Кэукэгэн. Я же говорил, лучше не пытайся. Но вряд ли его натравили специально на нас. Это больше походило на бегство, чем на атаку. Кэукэгэн спасался.

— От кого может убегать такая образина? — удивлённо переспросил Ник.

— Не знаю, — я пожал плечами и посмотрел на вершину. — Но боюсь, что это скоро выясним.

Мы поднимались всё выше и выше. За всё время после взрыва ничего так и не произошло. Дымок, тянущийся с вершины, вскоре исчез. А вокруг воцарилась зловещая тишина. Даже бакэ-дзори не осмеливался выбираться из сумки и рассказывать свои похабные хокку.

Вскоре дорога утонула в снегу. Пришлось пробираться по колено в сугробах. Но, как ни странно, чужих следов не заметили. А значит, что никого, кроме нас, здесь быть не должно.

— Если только не выбрались из горы, — пробормотал Ник, не отводя взгляда от вершины, до которой осталось несколько дзё.

— Мору, — сказал я. — Это могут быть они.

— Человеко-кроты?

— Ну как-то так, да, — кивнул в ответ. — Что-то мне подсказывает, скоро вновь выберутся из своих нор.

— И нападут на ваши земли? — он повернулся ко мне. — А почему бы вам стены не построить? Ну, или войска поставить на границе с горами?

— Всё это есть, — произнёс я. — Так мы и защищались всё это время. Только иногда этих тварей бывает так много, что никакие стены их не остановят, — взглянул на парня. — Здесь же мир фэнтези. Вот только магов маловато. Их, наверное, можно по пальцам пересчитать. Воины вооружены луками и мечами.

— М-да, такое себе развлечение. А разве порох у вас её не изобрели?

— Здесь Япония. А порох изобрели в Китае.

— Но это в нашем мире. В этом всё может быть иначе. Ты расскажешь главе клана про этот волшебный порошок и тогда…

— Тогда я стану одним из тех, кто создал оружие массового уничтожения, — скривился я.

— Это да, — кивнул тот. — Но на данный момент, без него ваши люди погибают…

— Ваны.

— Один чёрт. Если не создать достойное оружие против мору, то рано или поздно вы проиграете.

Ник говорил правильные вещи. Пока существует такая опасность, как мору, нам необходимо мощное вооружение. Возможно, именно пушки и помогли бы справиться с прочной шкурой монстров. Но если об этом узнает Ямадзаки? Он и так создают чудовищ различных мастей. А здесь настоящее оружие. Что тогда?

Что делать?

— Наверное, ты прав, — вздохнул я и покачал головой. — Но где нам раздобыть залежи серы и селитры?

— Ну, это уже точно не ко мне, — усмехнулся Ник. — Ты лучше знаешь местную географию. Тебе и флаг в руки.

— Ага, — пробормотал я. — С человеком, разорванным на части.

— Парню, носящему такой огромный меч, как-то непристойно строить из себя пацифиста.

— Я убиваю монстров.

— А как же тот купец, которому шею сломал?

— Хочешь сказать, что он ван? — я остановился и внимательно посмотрел на парня. Он не знал того, что знаю я. Не был там, когда эти ублюдки издевались над Мэй. И не несёт ответственности за смерть её семьи. — Извини, Ник, но здесь мы расходимся во мнениях.

— А вот и нет, — добродушно улыбнулся он. — Мне кажется, ты на верном пути. Но это непростое бремя. Мне не раз пришлось переступать через себя… — в тот момент его голос дрогнул. — Я убивал, и теперь проклинаю себя за это. Но иного выбора нет.

— Как знать, — я пожал плечами и продолжил путь.

Это не тот разговор, который должен был произойти между двумя друзьями. С другой стороны, когда это мы успели подружиться? Просто два человека, которые вместе идут к одной цели. Ни более, ни менее.

Не знаю, чем руководствуется Ник. Но не могу отрицать, что и на его долю выпало немало испытаний. Возможно, он лишил жизни многих людей, которые были того недостойны. Но мне не хотелось об этом думать, ведь он казался хорошим парнем.

И когда я подумал обратиться к нему, понял, что Ник так и продолжает стоять внизу. Что с ним? Опять разговаривает со своей Тенью?

— Идём? — я тихо позвал его.

Ник вздрогнул, криво улыбнулся и кивнул. Всё же непростой он человек, ох, непростой. Остаётся надеяться, что нам больше не придётся скрестить клинки.