8

Дарси взглянула на Алека так, будто он с луны свалился. Увидев выражение ее лица, тот мысленно обругал себя кретином. Ведь он собирался медленно подвести Дарси к идее замужества, а не обрушивать свои соображения с маху.

Алек долго размышлял о том, что делать с Майклом. Оплатить обучение мальчика в хорошей школе? Это освободило бы парнишку из-под влияния матери, но одновременно удалило бы от дома, вырвало из привычной обстановки, а эта мысль была ненавистна Алеку, Он хотел помочь племяннику, а не причинять ему боль.

Алек взвесил возможность перемещения Дарси с сыном из Мэнсвилла в какое-нибудь другое место, где он смог бы за ними присматривать. Возможно, в Мельбурн, где находится его главный офис. Там Алек подыскал бы им жилье, оплачивал счета, определил бы Майкла в школу — Но чем тогда стала бы заниматься в свободное время Дарси? — подумал он. Кто даст гарантию, что она не обзаведется любовником? Не то чтобы Алека слишком волновала вероятность этой перспективы, нет. Но рядом с матерью будет находиться Майкл. Хорошо ли мальчику расти в подобной атмосфере?

И все же необходимо было что-то предпринять. Джона не вернешь, но для его ребенка можно кое-что сделать. Колеся по окрестностям Мэнсвилла, Алек впервые задумался о том, не забрать ли мальчика у Дарси. Законных оснований для этого практически нет, но для чего он содержит целую армию юристов? Пусть они занимаются формальной стороной дела, Только как быть с душевной травмой, которая, конечно, будет нанесена парню?

Но самое главное — Майкл нуждается в отце. Он хорошо воспитан, несомненно благодаря влиянию Джона. Однако все это уже в прошлом, а сейчас рядом с ним осталась только мать.

Вот так у Алека и созрело окончательное решение: мальчику нужен отец, а Дарси — мужчина способный обеспечить ее жизнь. Кто может лучше справиться с этими двумя задачами, как не сам Алек? Только как отнесется к этому Дарси.

Она будет вить из тебя веревки, парень. Ведь тебе достаточно лишь взглянуть на нее, и ты вспыхиваешь страстью как порох!

Ну это мы еще посмотрим, подумал он. Я и сам не подарок. И вообще, к дьяволу все это. Нужно жениться на ней, и точка. Логичнее ничего не придумаешь…

Только не надо было выкладывать эту идею сразу, скрипнул зубами Алек, глядя в изумленное лицо Дарси.

— Прошу прощения? — произнесла она по прошествии едва ли не целой минуты. — Мне послышалось или ты действительно сказал, что… — ее голос пресекся.

Повисла пауза, которую Алеку мучительно захотелось заполнить. Еще остается возможность сказать, что Дарси неправильно его поняла. Он еще может все переиграть, изменить план, от которого ему самому становится не по себе. но уж слишком много поставлено на кон. Алек сам возложил на себя обязанности по отношению к ребенку Джона и сейчас просто обязан их выполнить. Таким образом, ему не остается ничего, кроме как собраться с духом и подтвердить собственные слова:

— Я сказал, что тебе придется выйти за меня замуж.

Дарси еще пристальнее вгляделась в его глаза, а потом сделала нечто такое, чего он совершенно не ожидал, — рассмеялась.

— Выйти за тебя? — выдавила она в промежутках между приступами хохота. — Ты правда предлагаешь мне…

— Да.

Алек поджал губы, и Дарси вновь схватилась за живот.

Его обуял приступ гнева. Девять лет назад эта мерзавка прыгала бы от счастья, предложи он ей замужество. Это стало бы для нее подарком судьбы, позволявшим вырваться из постылого трейлерного парка. Досадно, что Алек тогда этого не понял.

— Я ничего не предлагаю, — заметил он ледяным тоном. — Тебе придется стать моей женой.

— Послушай, я читала, что в старину существовал обычай, при котором один брат женился на вдове другого брата, чтобы таким образом обеспечить ее благополучие, но…

— Плевать я хотел на нее дурацкие обычаи! — взорвался он. — Меня интересует только Майк. Ты не в состоянии вырастить его в одиночку.

— Какое благородство! — язвительно фыркнула Дарси. — Как будто не ты исчез из Мэнсвилла неизвестно куда и девять лет глаз не казал! А сейчас явился как снег на голову и изображаешь рыцаря в сияющих доспехах.

Яростно сверкнув глазами, Алек схватил ее за плечи и с силой тряхнул.

— Это ты виновата, что между мной и Джоном пробежала черная кошка! Тебе во что бы то ни стало надо было получить фамилию Бенинг.

— О да': Ведь это огромная честь для любой женщины!

— Говори что хочешь. А я поступлю так, как считаю нужным. У Майка будет отец.

— Кровь не водица, верно? — горько усмехнулась Дарси. — Странно ты себя ведешь. То годами не общался с братом, а то вдруг…

— Да, я был не прав, признаю. И не собираюсь повторять былую ошибку. В моих силах позаботиться о том, чтобы Майк вырос таким, каким хотел видеть его Джон. Сама подумай, разве это плохо?

Дарси прищурилась.

— Иди ты к черту, Алек! Я лучше сдохну , чем выйду за тебя…

В тот же миг его пальцы больно впились в ее плечи.

— Детка, ты усложняешь ситуацию.

— Правда? — Горло Дарси стиснул спазм. — А, понимаю! Тебе грезилось, что, выслушав твое великодушное предложение, я рассыплюсь в благодарностях?

— Ты всегда была умницей, Дарси, но сейчас болтаешь глупости.

— Ничего не поделаешь. Тешь себя мыслью, что в один прекрасный день я сильно пожалею об отказе от столь лестного предложения.

— Послушай, объясняю еще раз. Твое будущее зависит от того, позволю ли я тебе остаться в этом доме и дам ли немного денег. Что ты собираешься делать? Снимешь захудалую квартирку в Бендиго и будешь зарабатывать на жизнь, служа официанткой? Воистину достойное существование для Майка!

Его слова пугающим образом соответствовали планам Дарен, но она ни за что не призналась бы ему в этом.

— Тебе бы кино снимать! Слезливые мелодрамы!

— Да подумай же о сыне! Ведь сама заявила, что любишь его!

— Ну и сволочь ты… Даже сомневаться не смей в моих чувствах к Майклу! Мой ребенок, для меня все.

— Тогда не противься тому что я желаю вырастить его, как собственного сына.

От слов, об истинности которых Алек даже не подозревал, сердце Дарси едва не разорвалось, Под ее ногами словно закачалась земля, пошатнувшись, она оперлась рукой о стол.

— Нет.

Глаза Алека сузились.

— Я ведь могу заставить тебя, — тихо, но с угрозой произнес он. — Ты этого хочешь?

— А что ты можешь сделать? — Дарси принуждено улыбнулась. — Добиться моего согласия пыткой?

— Очень соблазнительное предположение. Но этого не потребуется.

— Вот как?

— Да. — Алек сунул руки в карманы и смерил ее презрительным взглядом.

Дарси независимо вздернула подбородок.

— Возможно, ты собираешься отвести меня под венец под гипнозом. Так знай, я кое-что о нем знаю. Смотрела передачу по телевизору. Все это не более чем шарлатанство.

— Подобные сложности ни к чему. Я просто заберу у тебя Майка.

Дарси похолодела.

— У тебя ничего не выйдет. Он — мой сын и…

— Сын моего брата, ты хочешь сказать.

— Нет мой! И вообще, я больше не желаю слушать эту чушь! Какое право ты имеешь врываться в мою жизнь после стольких лет и учить меня, что хорошо, а что плохо?

— Как мой брат сошелся с тобой?

— Не твое дело.

— Ошибаешься! Я знаю, как это произошло. — Шагнув к Дарси, Бенинг снова схватил ее и прижал спиной к стене. — Только не говори, что в один прекрасный день Джон постучал в дверь вашего трейлера и сказал: «Привет, Дарси! Я брат Алека. Если будешь в чем нуждаться, дай мне знать».

Дарси уставилась на него в испуге. Он говорил с издевкой, но все сказанное было поразительно близко к истине.

— Всю историю можно прочесть по твоим глазам, крошка. Уверен, что Джон сыграл роль доброго самаритянина, но перед этим ты выдавила слезу и пожаловалась на одиночество… Тебе несложно было обтяпать это дельце. Бедняга Джонни наверняка даже не подозревал, что на свете существуют такие пройдохи, как ты. Даже меня тебе в свое время удалось облапошить, хотя мой отец предупреждал, что с тобой опасно связываться.

— Твой отец?

— Да, — блеснул Алек взором. — А я отвечал, что ему не о чем беспокоиться. Что я возьму свое и на том конец.

Его слова обожгли Дарси словно кнутом. Она давно догадывалась, что уже в юности Алек был не так прост, но сейчас он лично подтвердил ее худшие предположения.

— Ну что ж… — Она облизнула губы. — В таком случае мы друг друга стоим. Ты добился от меня, чего хотел. То же самое я сделала по отношению к тебе. Потому что никогда не любила тебя. Слышишь? Никогда!

На кухне повисла тишина. Дарси и сама была поражена собственной ложью, но именно в ней сейчас заключалась ее единственная защита против Алека Бенинга.

— Наконец-то ты сказала правду, — тихо произнес тот.

— А почему бы и нет? Ведь между нами давно все кончено.

— Ничего подобного. Существует Майк. И вследствие этого тебе придется стать моей женой.

Дарси показалось, что она ослышалась.

— Ты снова за свое? Мне казалось, что абсурдность этой идеи стала тебе очевидна.

— Напротив, я убедился в ее логичности.

— И ты готов затеять весь этот фарс с браком только из-за воображаемых моральных обязательств перед сыном своего брата?

— Я всего лишь выдвигаю практичное предложение, которое одним махом решит множество проблем. Тебе нужны деньги и крыша над головой. А Майку требуется отец.

— И все-таки меня не покидает ощущение, что это своеобразная месть. Ведь в конце концов я выбрала Джона, а не тебя.

Лицо Алека потемнело.

— Ты выбрала моего брата, как паук выбирает муху. Мне повезло, я спасся.

— Итак, ты полагаешь, что мы поженимся и все будут счастливы.

— Майк точно будет. И этого достаточно. Я чувствую, что полюблю его, как собственного сына.

Дарси проглотила комок в горле.

— Нет.

— Похоже, ты вообразила, что у тебя есть выбор, — холодно взглянул на нее Бенинг. — Так знай, что он отсутствует.

— Мы снова возвращаемся к сцене с применением гипноза.

— Если ты меня вынудишь, я отберу у тебя сына. Обращусь в суд и потребую опекунства над племянником, — А тебя не волнует, что это будет означать я Майкла?

— Разумеется, волнует! Не считай меня идитом. — Алек нервно провел пальцами по волосам. — Мне совершенно не хочется разлучать Майка с тобой, но я сделаю это, если у меня не окажется выбора. — Он помолчал. — У меня нет сомнений, что мальчик любит тебя, а ты — его.

— И что же, я должна быть благодарна тебе за проницательность?

— Послушай, множество людей заключают браки по гораздо менее весомым причинам, чем благополучие ребенка!

— И в то же время существует множество семей, где дети растут без отца.

— Верно. Только они не носят фамилию «Бенинг» и о них некому побеспокоиться.

— Какое благородство! — рассмеялась Дарси.

— Майку здесь плохо. Ведь ты сама сказала, что дети не принимают его в свой круг.

— Поэтому мы и собираемся переехать отсюда. Если мне удастся удачно устроиться на новом месте…

— Трейлерные бродяги всюду останутся таковыми.

— Тебе нравится оскорблять меня, верно?

— Я просто констатирую факт. — Голос Алека стал жестче. — Если тебя не заботит Майк, подумай о себе. Я предлагаю гораздо больше, чем мог дать тебе по завещанию Джон. Только хочу сразу предупредить: отказа в физической близости я не потерплю.

Дарси подняла на него глаза. Его зубы были стиснуты, глаза блестели сталью. Он отдавал себе отчет в каждом произнесенном слове. Сердце Дарси дрогнуло, но она постаралась скрыть свое состояние. Если Алек почует ее слабость, он атакует без промедления.

— Знаешь что? Мне уже не семнадцать, и я больше не глупая девчонка с городской окраины. Ты не запугаешь меня угрозами.

— Тебе тоже следует кое-что узнать обо мне, детка. Я никогда не угрожаю. Я делаю.

— В этой стране ни один судья не решится отобрать ребенка у матери и отдать чужому человеку.

— Майк мой племянник, ~ глухо возразил он. — Если бы обстоятельства сложились по-иному, я мог бы быть его отцом.

Слова Алека эхом отдались в голове Дарси. Комната словно покачнулась.

— Эй! Что с тобой? — послышался его встревоженный голос. — Только не вздумай снова па дать в обморок!

Вслед за этим Дарси почувствовала поддержку его сильных рук и безвольно приникла головой к широкому мужскому плечу.

— Дарси?

— Я в порядке… — вяло прошептала та.

— Тебе лучше сесть. Хочешь, принесу воды?

Дарси с усилием выпрямилась и покачала головой.

— Брось, мне нужно совсем другое. Прошу тебя, не поступай со мной так жестоко!

— Ах вот в чем дело, — успокоился Алек. В его голосе зазвучал сарказм. — Снова демонстрируешь актерские навыки?

Дарси поняла, что нет смысла разубеждать его в фальшивости ее полуобморочного состояния. Он уже составил собственное мнение на сей счет.

— Алек, пожалуйста…

— Не трать времени понапрасну, крошка. Перед тобой две возможности. Выходи за меня замуж, и ты останешься с Майком. Откажись — и тогда ты предстанешь перед судом. Выбирай.

— Как ты можешь?.. — прошептала Дарси.

— Только не делай из этого трагедию! Я предлагаю тебе стать миссис Алек Бенинг. У меня найдется дюжина приятельниц, которые сочли бы подобное предложение лестным.

— Я не вхожу в их число.

— В семнадцать лет ты думала иначе.

Алек даже не подозревал, как рассмешил Дарси этим заявлением. В те времена ему было далеко до его нынешнего положения, и в кармане у него не было ни гроша. Все, чего хотела от него Дарси, так это любви.

— В общем так, — устало произнесла она. — Мне надоел этот разговор. Уходи.

— Ты повторяешься, детка. — Алек неспешно обвел ее взглядом с головы до ног. — Помнится, в прежние времена ты, наоборот, просила меня остаться.

— Я и тогда была хорошей актрисой, — не удержалась Дарен, с удовольствием увидев, как потемнели глаза Алека.

~ — Мой тебе совет, золотце, — тихо произнес он. — Поостерегись. Ты недооцениваешь меня. — Он потихоньку приближался. — Я никогда не проигрываю.

— Потому что воюешь нечестно.

— Нет, детка. Просто я сражаюсь до победы. Тебе бы следовало крепко задуматься над этим.

— Тебе тоже не мешает пораскинуть мозгами. — Голос Дарси дрожал. — Не забывай, что существуют общественные организации, способные защитить меня.

— Разумеется! Только при этом они превратят историю Майка в сенсацию. О нем будут трубить все газеты.

— А ты не боишься, что Майкл возненавидит тебя за то. что ты оторвешь его от меня?

Ведь он будет скучать по мне.

— Ничего, дети быстро привыкают к новой обстановке. А если мальчик все же будет несчастлив, то виновата в этом будешь в первую очередь ты. Со своей стороны, я объясню Майку, что всего лишь хотел создать крепкую семью.

— Не Майку, а Майклу. Моего мальчика зовут Майкл. А ты… ты… просто слов не подберу! Алек быстро сократил оставшееся между ними расстояние и взял лицо Дарси в ладони. Ты не противься. Тебе понравится быть моей женой, — хрипло произнес он. — Ты уже и так носишь мою фамилию. А вдобавок получишь деньги. Единственное различие в том, что тебе понравится в постели мужа.

Дарси почти ничего не видела из-за слез. Она изо всех сил старалась не расплакаться перед ним. Не стоит доставлять ему такое удовольствие.

— Лучше я уйду в монастырь.

— Ты так же отвечала моему брату?

— Никогда! Я любила Джона. — По крайней мере, это было правдой. Джон действительно являлся лучшим другом Дарси, единственным человеком, кто был по-настоящему добр к ней.

— Любила? — прошептал Алек. — И так же стонала в его объятиях, как в моих?

— Наши с тобой отношения давно в прошлом. И между нами не было любви. Один только… секс.

Бенинг с силой прижал ее к себе и заставил посмотреть в глаза.

— Верно. Правда, я никогда не забывал о той единственной ночи, но к дьяволу все это. Ответь мне! С Джоном ты испытывала то же самое?

Дарси смотрела на человека, — которого когда-то безумно любила, и размышляла, как он среагирует, если она скажет правду. Ответ напрашивался сам собой. Алек не поверит ей. Все их прошлое было построено на лжи, корни которой проросли слишком глубоко.

И сейчас снова приходилось лгать. Ради собственного спасения.

— Нет, — сказала она. — С Джоном было по другому. Да и как же иначе? Ведь тебя-то я не любила…

Едва договорив, Дарси вскрикнула от боли, потому что Бенинг больно ухватил ее за волосы. Его глаза побелели от ненависти.

— Любовь! — произнес он и рассмеялся. — Ты не знаешь, что это такое! Мы с тобой одинаковы, детка: никогда не позволяем эмоциям брать верх над рассудком,

— И после этого ты заявляешь, что моему сыну будет лучше с тобой? С человеком, не имеющим сердца?

— Любовь к ребенку совсем другое дело. А когда мужику втемяшится в голову, что ему нужна одна-единственная баба, он становится слюнтяем.

И не успела Дарси опомниться, как Алек переместил руку с ее затылка на талию, стремясь прижать ее нижнюю часть тела к своим бедрам, где явственно ощущался выступ горячей твердой плоти.

— Вот именно, — произнес он, следя, как лицо Дарси наливается краской. — То, что мужчины и женщины испытывают друг к другу, не имеет никакого отношения к любви. В юности я этого не понимал. Тогда я так сильно желал тебя, что ошибочно принял это чувство за нечто особенное. — Он склонился над Дарси, и она кожей ощутила его дыхание. — Ты прояснила для меня истину, детка. Все это только страсть… И, черт бы меня побрал, я все еще хочу тебя!

С этими словами он впился в губы Дарси жадно и властно. Поцелуй был грубым, даже вызывающим, но ее это не тревожило. Напротив, Дарси даже была рада бесцеремонности Алека, потому что если бы он был нежен с ней… Если бы был нежен, то-..

Вероятно, он знал или догадывался, что Дарси тоже желает его и, вопреки собственным чувствам, противится тому, что происходит. Наверняка так и было, потому что губы Бенинга вскоре перестали быть жесткими и поцелуй обрел новую окраску…

— Дарси… — шепнул Алек.

Внезапно словно вновь вернулось то волшебное лето их юности, когда малейшее прикосновение обладало особым смыслом, когда Дарси была влюблена. И эта неожиданная перемена породила в ней столь отчаянное желание близости с ним, что все остальные мысли исчезли из ее головы.

Издав слабый невнятный звук, она обвила шею Алека руками. Тот хрипло застонал и снова прошептал ее имя, как будто это было единственное известное ему слово.

— Дарси… Не противься…

Она повиновалась. Раскрыла губы и с готовностью впустила его язык. Он просунул руки под джинсы Дарси, ладонями обжег обнаженную кожу. Затем отыскал заветное местечко меж ее ног и, ощутив там влагу, понял, что желанен.

Дарси застонала, подавшись навстречу прикосновению его пальцев.

— Да. — Выдохнула она. — Да…

— Мама!

Детский шепот словно взорвал тишину. Взрослые мгновенно отпрянули друг от друга. Затем обернулись и увидели стоявшего на пороге кухни Майкла. Он был в пижаме, с взъерошенными волосами и держал в опушенной руке любимого тряпичного тигренка, хвост которого волочился по полу.

— Мама, что ты делаешь?

Дарси подумала, что она и сама хотела бы это знать.

Загрузка...