Истина познается в сравнении

Рассуждая о том, какие поэмы достойны внимания, а какие нет, я решил предложить читателю выдержки из произведений классиков. Оказывается, между некоторыми из них лежит, в прямом смысле слова, пропасть. Но это моя субъективная точка зрения. Для примера приведу отрывки из поэм А. С. Пушкина – В. В. Маяковского, М. Ю. Лермонтова – А. А. Блока, И. И. Козлова – М. И. Цветаевой, А. И. Подолинского – А. А. Ахматовой, К. Ф. Рылеева – И. А. Бродского.

«Братья разбойники»

Нас было двое: брат и я.

Росли мы вместе; нашу младость

Вскормила чуждая семья:

Нам, детям, жизнь была не в радость;

В этих четырех строках проходит как бы часть жизни братьев. Можно без сомнения сказать, что была она не из легких. Ясность мысли здесь очевидна.

«Флейта-позвоночник»

Память!

Собери у мозга в зале

любимых неисчерпаемые очереди.

Смех из глаз в глаза лей.

Былыми свадьбами ночь ряди.

Из тела в тело веселье лейте.

Пусть не забудется ночь никем.

Я сегодня буду играть на флейте.

На собственном позвоночнике.

«Собери у мозга в зале любимых неисчерпаемые очереди». При всем моем желании и искреннем стремлении к пониманию красоты в поэзии, вижу, что эта строка вызывает полное недоумение. А дальше – больше. И, наконец, «Я сегодня буду играть на флейте. На собственном позвоночнике». Здесь уже воображение автора можно соотнести к определенной стадии помешательства.

«Мцыри»

Ко мне он кинулся на грудь:

Но в горло я успел воткнуть

И там два раза повернуть

Мое оружье… Он завыл,

Рванулся из последних сил,

И мы, сплетясь, как пара змей,

Обнявшись крепче двух друзей,

Упали разом, и во мгле

Бой продолжался на земле.

Несомненно, сильное сравнение, захватывающее своим сюжетом: «Обнявшись крепче двух друзей…»

«Двенадцать»

…Опять навстречу несётся вскач,

Летит, вопит, орет лихач…

Стой, стой! Андрюха, помогай!

Петруха, сзаду забегай!..

Трах-тарарах-тахтах-тахтах!

Вскрутился к небу снежный прах!..

Лихач – и с Ванькой – наутёк…

Ещё разок! Взводи курок!..

Трах-тарарах! Ты будешь знать,

. . . .

Как с девочкой чужой гулять!..

Утек, подлец! Ужо, постой,

Расправлюсь завтра я с тобой!

А Катька где? – Мертва, мертва!

Простреленная голова!

Что, Катька, рада? – Ни гу-гу…

Лежи ты, падаль, на снегу!

Чему могут научить такие строки: «Летит, вопит, орет лихач» или «Петруха, сзаду забегай!» или «Лежи ты, падаль, на снегу!» или «Трах-тарарах! Ты будешь знать, Как с девочкой чужой гулять!..» Такое впечатление, что автору общение с деклассированными элементами доставляет немалое удовольствие.

«Чернец»

Здесь на соломе, в келье хладной,

Не пред крестом я слезы лью;

Я вяну, мучуся, люблю,

В печали сохну безотрадной;

Весь ад, все бешенство страстей

Кипят опять в груди моей,

И, жертва буйного страданья,

Мои преступные рыданья

Тревожат таинство ночей.

Строка, рифма, слово – здесь все на своих местах. Эмоции переполняют героя поэмы. Переживая за него, невольно сочувствуешь ему, хотя он взял на душу грех, что видно из текста.

«Горы»

Гора горевала (а горы глиной

Горькой горюют в часы разлук),

Гора горевала о голубиной

Нежности наших безвестны.

Интересно, как это могут горы глиной горькой горевать в часы разлук? Даже если предположить, что горы являются одушевленными предметами, такую несуразицу простить трудно автору этих строк. Здесь налицо эксперимент, который заслуживает название – «провал».

«Нищий»

И, как безумный, долго я

Очей недвижных не сводя,

Стоял над бездной; стыла кровь,

Хладела грудь; но младость вновь

Спасла мне жизнь – и я опять

Стесненной грудью мог дышать!..

Высокий стиль! Здесь Поэзия пишется с заглавной буквы!

«Реквием»

И упало каменное слово

На мою еще живую грудь.

Ничего, ведь я была готова,

Справлюсь с этим как-нибудь.

У меня сегодня много дела:

Надо память до конца убить,

Надо, чтоб душа окаменела,

Надо снова научиться жить.

А не то… Горячий шелест лета,

Словно праздник за моим окном.

Я давно предчувствовала этот

Светлый день и опустелый дом.

Текст стихотворения разочаровывает. Он явно не соответствует заглавию своими банальными выражениями: «Справлюсь с этим как-нибудь; Надо снова научиться жить; У меня сегодня много дела». Повторения «каменное, окаменело» в одном стихотворении говорит о том, что автору не хватает запаса слов. Что касается «памяти», которую автор желает «до конца убить», не выдерживает критики, как и выражение «Горячий шелест лета». Лето не может шелестеть – шелестит листва.

«Войнаровский»

И ты печально не гляди,

Не изъявляй мне сожаленье,

И так жестоко не буди

В моей измученной груди

Тоски, уснувшей на мгновенье.

Какой слог! Как замечательно сказано о тоске! Какой мастер слова!

«Речь о пролитом молоке»

"Бога нет. А земля в ухабах".

"Да, не видать. Отключусь на бабах".

Творец, творящий в таких масштабах,

делает слишком большие рейды

между объектами. Так что то, что

там Его царствие, – это точно.

Оно от мира сего заочно.

Сядьте на свои табуреты.

Воспринимать серьезно такой набор слов никак нельзя.

Плыть по течению, как известно, намного проще, чем противостоять общепринятому мнению специалистов. Поверь, читатель, в свои возможности. Ставь под сомнение аргументы, которые они приводят для того, чтобы выдать желаемое за действительное, и тогда ты сможешь идти по свету с открытыми глазами, а не как слепец.

4.06.15

Загрузка...