Мессер Раиса Давыдовна






Книга рассказывает о жизни и творчестве ленинградского писателя Льва Канторовича, погибшего на погранзаставе в пер­вые дни Великой Отечественной войны.

Рисунки, помещенные в книге, принадлежат самому Л. Канторовичу, который был и талантливым художником.

Все фотографии, публикуемые впервые, — из архива Льва Владимировича Канторовича, часть из них — работы Анастасии Всеволодовны Егорьевой, вдовы писателя.

В работе над книгой принял участие литературный критик Александр Рубашкин.





Каждые два года в Доме писателя имени Маяков­ского в Ленинграде проводится конференция молодых литераторов. Они проходят в помещения Дома мимо ме­мориальной доски с именами писателей, погибших в дни войны с фашизмом. Некоторые из них были моложе участников нынешних конференций. Их жизнь оборва­лась на самом взлете, но успели они немало. Об одном из них— ленинградском писателе и художнике Льве Владимировиче Канторовиче — эта книга.

Но она не только о нем, но и о его поколении, кото­рое всю свою сознательную жизнь готовилось и готовило других к схватке с врагом. Сейчас нам кажется стреми­тельным повзросление молодых людей в 20—30-е годы. Это повзросление связано было с высоким чувством от­ветственности у тех, кто шел защищать границы Страны Советов, покорял Северный морской путь, устанавливал первые авиационные рекорды. «Время — вперед!» — таков был лозунг, который могли претворить в жизнь револю­ционные воля и энергия.

В наши молодые годы моложе казалась и литерату­ра. Двадцатипятилетний Александр Фадеев опубликовал «Разгром», двадцатитрехлетний Михаил Шолохов на­печатал первую часть «Тихого Дона» (и это не было его дебютом). Так же рано входили в литературу и другие бесспорно талантливые писатели. Хорошо помню огром­ный успех совсем юных авторов «Республики Шкид» Г. Белых и Л. Пантелеева. В 1929-м у нас в Ленинграде вышел первый роман девятнадцатилетнего Ю. Германа.

Очень рано стал писателем и Лев Канторович. Он работал в литературе около девяти лет, погиб в три­дцать. И к этому времени давно уже не ходил в начи­нающих. «Холодное море», «Пост номер девять», «Кутан Торгоев», «Полковник Коршунов», «Бой»... Одна книга следовала за другой.

У Льва Канторовича не случайные литературные при­страстия, в них отражено время. С начала 30-х годов и до последнего дня писатель пристально изучал жизнь. Это было в ту пору, когда мальчишки играли в погра­ничников и полярников, как теперь в космонавтов. О пограничниках снимались фильмы и ставились пьесы. О них пели песни: «И бойцу на дальнем пограничье от Катюши передай привет...», «На далеких берегах Амура часовые Родины стоят...» Стали легендарными имена пограничников Карацюпы и Коробицына. Молодые люди мечтали быть похожими на этих героев.

С такими героями подружился и писал о них Л. Кан­торович. После службы в пограничных войсках в 1933 году он как бы остался сверхсрочником. Он видел в защитниках рубежей страны людей, которые прини­мают на себя первый удар. В трудный час писатель оказался рядом с ними.

Товарищи Канторовича помнят его молодость, силу, энергию, говорят о красоте и мужестве. Он живет в их памяти. Читатели знают лучшие его произведения. «Че­ловек — это то, что не умирает вместе с телом, но оста­ется в общем движении живых», — заметил как-то пи­сатель Петр Павленко. Обращаясь к жизни Льва Влади­мировича Канторовича, мы скажем о его пути и книгах, о его рисунках, о том, что осталось после яркого и муже­ственного человека:


Пусть в часы величия и славы

Вместе с нами выйдут на парад

Канторович, павший у заставы,

Инге[1] не вернувшийся назад.


(Е. Рывина)



Загрузка...