Глава вторая

Кэл дважды проверил седло на невысокой кобылке, а потом ободряюще потрепал пятнистую лошадку по холке.

«Женская эротика». Эти слова эхом звучали у него в голове, словно ярко подсвеченные неоновыми огнями. Он тряхнул головой, пытаясь прогнать их, а заодно и образ Лорен Таунсенд, изучающей его этими своими холодными синими глазами. «Сосредоточься». Курсы обучения верховой езде были не лучшим местом предаваться пустым размышлениям.

— Ну, давай, малыш, забирайся сюда, — обратился он к мальчугану, стоявшему рядом. Несмотря на явный испуг, парнишка выполнил команду Кэла. Мгновение спустя он уже сидел на спине кобылки, сияя от удовольствия. Вот такая работа Кэлу нравилась. Если бы его брак сложился по-другому, у него мог уже быть свой сын, которого бы он обучал…

Черт побери, он снова отвлекся. Вернувшись к действительности, он показал мальчику несколько основных команд, а потом принялся наблюдать, как тот их выполняет.

Уголком глаза Кэл следил за Лорен, которая, как оказалось, уже ездила верхом раньше. Один из его ковбоев помогал ей взобраться на лошадь, мышастого мерина. Глядя, как она одним прыжком взлетела в седло, Кэл решил, что она, в общем-то, не нуждается в помощи. Но когда она попыталась заставить нетерпеливо перебирающего ногами мерина стать ровно, тот попятился. И чем упорнее она пыталась утихомирить лошадь, тем сильнее та пританцовывала.

Кэл шагнул вперед и схватил коня под уздцы.

— Стоять, Бак. — Он посмотрел на Лорен. — Проблемы?

— Как вы догадались? — Лицо ее залилось краской.

— Думаю, что знаю, в чем ваша проблема. — Он оценивающе окинул взглядом ее английские сапоги для верховой езды, облегающие икры. Они немного не сочетались с белой стетсоновской шляпой, которые они роздали всем гостям, но все равно смотрелись неплохо.

— Ну, так скажите мне.

Он решил, что ему нравится смотреть на нее, на то, как она горделиво возвышается над ним, сидя на лошади. Ему пришлось сделать над собой усилие, чтобы отогнать образ Лорен в одних только черных сапогах и больше без ничего. Интересно, а она пишет как раз об этом? Нет, наверное. Что-то подсказывало ему, что посетившая его фантазия была исключительно мужской.

— И что же я делаю неправильно, Эйнштейн?

— Вы привыкли к лошадям, выдрессированным на английский лад, правильно?

— Естественно! Вот почему он меня не слушается.

— Именно так. Эти лошади выучены на западный манер. Они реагируют на касание повода к шее, а не на натяжение мундштука во рту. Попробуйте сами, — предложил он, отпуская уздечку. — Прикоснитесь поводом к правой стороне шеи, и он повернет налево.

Она так и сделала, и на лице у нее отразилось явственное удовольствие, когда лошадь повиновалась.

— Это так непривычно. — Она заставила Бака попятиться. — А как насчет ног?

«Да, как насчет ее ног?» Вчера он не мог оторвать взгляда от ее лица. Холодные синие глаза и пухленькая нижняя губка, которую она так чопорно поджимала. Но стоило ему увидеть, как она садится на лошадь, и он уже не мог не думать о том, как ее стройные ноги охватывают его.

— Он попятится, если вы нажмете ногой, — хриплым голосом откликнулся Кэл.

Черт, ну почему она сказала ему, что пишет эротические романы? Наверное, именно поэтому секс не идет у него из головы.

— Отлично, англичане делают то же самое.

Похоже, она не подозревала о том, какие плотские мысли одолевают его. Он сдвинул шляпу на затылок.

— Поскольку уроки вам больше не нужны, я займусь теми парнями, которые нуждаются в этом.

Лорен была рада, когда Кэл ушел. Теперь она наконец могла сосредоточиться на том, чтобы унять исходящие от Бака недовольство и страх. Хотя она была благодарна Кэлу за то, что тот помог ей советом. Она почувствовала, как моментально успокоился Бак.

Лорен исполнилось пять, когда она впервые поняла, что чувствует животных так, как это совсем не умеют делать другие люди. Как-то она заявила матери, что находит смешным, что у их ленивого кота такие шустрые мысли, похожие на летящих жуков. Мать попыталась объяснить ей, что представить и понять мысли кота вообще невозможно. Когда же Лорен продолжала упорствовать, она разозлилась. После этого Лорен держала подобные открытия при себе.

Не то чтобы мысли, не то чтобы эмоции — это было нечто среднее. Ощущение. Вообще-то она улавливала его отзвуки у всех животных, но особенно сильно, когда сидела верхом на лошади.

Именно поэтому она и не могла вспрыгивать на лошадей так, как другие ее знакомые девчонки. С выездкой все обстояло вполне благополучно, но от нее ожидали, что она будет принимать участие в скачках, а она не могла справиться с ощущением страха лошади перед прыжком через барьер или яму с водой. К облегчению Лорен, родители, разочаровавшись в ней, переключили свое внимание на ее сестру, которая подавала большие надежды.

И, хотя она никогда и никому не обмолвилась о своем «даре», он стал причиной того, что она решила посвятить себя ветеринарии. К счастью, все, включая ее ассистентку Хитер, просто приняли как должное тот факт, что она обладала экстраординарными инстинктами. Одних видений было достаточно, чтобы ее сочли ненормальной; не хватало еще, чтобы ее посчитали некоей разновидностью доктора Дулитла.

Очень жаль, что ее талант не распространялся на человеческие существа. Она задумчиво покусывала губу, чувствуя, как внутри нарастает тревога. Она ощущала бы себя намного увереннее, если бы могла улавливать мысли убийцы. К несчастью, люди для нее оставались непроницаемыми, как кусок металла.

Волнение Бака под ней нарастало. Господи, она надеялась, что привыкнет к подобной чувствительности лошади под собой, потому что, скорее всего, ей придется провести в седле много времени.

Чтобы встретиться со всеми гостями, решила она, лучше всего будет ездить по всем маршрутам. Прошлым вечером в столовой она обнаружила, что не в силах дожидаться, пока придут все постояльцы. Ей придется часами торчать во время каждой трапезы. Не говоря уже о том, что это будет смертельно скучно, таким поведением она наверняка возбудит подозрение окружающих. Хотя, скорее всего, сегодняшний день можно считать неудачным. Женщины, которую она искала, потенциальной жертвы убийства — в группе не было.

Наконец все отправились на первую, пробную, прогулку. Кэл и другие ковбои — он называл их «вранглерами», как джинсы, — повели всю группу из загона через луг. Она почувствовала, что Бак вновь занервничал, торопясь вперед, но на этот раз она справилась с ним, желая держаться немного позади, на тот случай, если к ним присоединятся новые всадники.

Часом позже Лорен вместе с отставшими наездниками одной из последних выехала из узкого ущелья на заросший густой травой гребень скалистой гряды. И только когда всадники разъехались веером, у нее появилась возможность обозреть тот грандиозный вид, который им был обещан. От восторга у нее перехватило дыхание.

На горизонте, на фоне темно-красного вечернего неба, сине-серыми мазками вырисовывались предгорья. А четыре пика стояли рядышком, словно шипы на спине спящего дракона. Вот оно!

Торопясь спешиться, она неловко спрыгнула со спины лошади и подвела Бака поближе к краю каньона. Внутри у нее все сжалось.

Она сознавала, что должна радоваться тому, что так быстро нашла нужное место, но теперь, стоя здесь, она вдруг почувствовала, как на нее снова нахлынул тот давешний ужас.

— Боитесь высоты?

Лорен вздрогнула, резко повернулась и оказалась лицом к лицу с Кэлом Таггертом.

— Нет, — возразила она, прижимая руку к груди, чтобы унять бешено бьющееся сердце.

— Похоже, этот вид не произвел на вас особого впечатления.

— Ну что вы, он просто замечателен. В самом деле. — А потом, видя, что скептическое выражение не сходит с его лица, она добавила: — Знаете, я вообще-то и в самом деле немножко боюсь высоты.

— Надеюсь, не слишком, — растягивая слова, проговорил он. — Обычно по вечерам мы приезжаем на Сансет-ридж (Закатный кряж). Так что вы сможете вволю им полюбоваться.

Сдвинув шляпу на затылок, он направился к остальным, чтобы предупредить их держаться подальше от края утеса. Лорен перевела дух. Если они часто будут приезжать сюда, тогда ей стоит побыстрее привыкнуть к этому. Ведя своего коня на поводу, она присоединилась к остальной группе.

Через двадцать минут в сгущающихся сумерках они тронулись в обратный путь. Стоило им миновать ущелье и начать спускаться с кряжа, как Лорен сразу же почувствовала себя спокойнее. Впрочем, не успела она расслабиться, как на нее обрушилась новая волна напряжения. Рядом с ней пристроился Кэл на танцующей гнедой кобыле.

— Ну, и как вам показался Бак?

— О, мы подружимся, я уверена. Он очень терпелив.

— Да, с ним работали настоящие профессионалы, — откликнулся он.

Она искоса взглянула на него, и у нее перехватило дыхание. Он сидел в седле как влитой. Казалось, он ничего не весит, так легко он покачивался в такт шагам лошади, с прямой и одновременно расслабленной спиной. Он выглядел так естественно, что казалось, будто они с лошадью образуют одно целое. В общем-то Лорен сама совсем неплохо ездила на лошади, во всяком случае в юности, но до Кэла ей было далеко. Она закрыла глаза, пытаясь обрести такую же гармонию со своим конем, и слегка ссутулилась, чтобы ее выпрямленная спина не была такой напряженной. Бак моментально и радостно отреагировал, и она довольно улыбнулась.

— Я тут подумал, может быть, вам подобрать лошадь поноровистее, поскольку для меня очевидно, что вы опытная наездница.

Она бросила на него острый взгляд. Впрочем, радость оттого, что он сделал ей комплимент, быстро померкла при мысли о том, что под ней окажется более норовистое животное. Она знала, что у нее хватит физических сил подчинить себе и более упрямое животное, но пришла в ужас, представив, как ей придется разбираться в исходящих от него волнах психической энергии.

— Благодарю вас, нет. Думаю, мне вполне подойдет то, что есть, неторопливое и спокойное животное.

В его глазах, прикрытых тяжелыми веками, внезапно появилось чувственное выражение.

— Это разумное решение, мэм. Но если вам захочется кого-нибудь быстрого и дикого, свистните мне, и я все устрою.

Лорен не успела открыть рот, чтобы ответить, как Кэл пришпорил свою лошадь, пустив ее галопом. Он проскакал добрых четверть мили, прежде чем она спохватилась и закрыла рот. Помимо воли она ощутила приятное возбуждение. В его самоуверенной и даже развязной манере все-таки было что-то притягательное, черт бы его побрал. Особенно после того, как она заметила этот его обжигающий взгляд.

В задумчивости Лорен закусила нижнюю губу. Какая жалость что она приехала сюда совсем не на каникулы, не для того, чтоб отдохнуть и закрутить романчик. Она нисколько не сомневалась в том, что этот лихой ковбой с легкостью обеспечил бы ей и первое, и второе, если бы только у нее хватило духу. А вот в этом о была совсем не уверена. У нее недоставало для этого ни природных данных, ни нужного опыта.

Кроме того, у нее было дело. И она не могла позволить себе отвлечься.


Кэл придерживался твердого убеждения, что любой, кто осмелился проехаться на лошади, должен соответствующим образом позаботиться о ней. Вот почему все верховые прогулки заканчивались тем, что всадники скребли и чистили своих коней. К счастью, большинство гостей получали удовольствие от этого занятия. Сегодня, взяв новую группу, он продемонстрировал туристам основные навыки ухода за животными на своей кобыле, Сиене. После этого Кэл нашел время для каждого всадника, показывая всем по очереди, как дать лошади команду поднять ногу, как правильно брать копыто и как чистить его шомполом.

Когда он добрался до Лорен, та уже ловко орудовала шомполом над правым задним копытом Бака.

— Похоже, вы уже проделывали это раньше.

Она взглянула на него и вернулась к своему занятию.

— Да, и достаточно часто, должна признаться.

Она отпустила копыто Бака и выпрямилась, держась за поясницу, словно стараясь унять боль. Он вздрогнул, представив себе, что это его руки обнимают ее, унося боль с собой.

Черт, да что же в ней такого, что он не мог отвести от нее глаз? Она была высокой, но при этом не казалась жердью, как многие современные женщины, которых заносила сюда нелегкая. Но при этом она не обладала и стандартно-пропорциональной фигурой, со всеми надлежащими выпуклостями, которые обычно привлекали Кэла. Бедра у нее были узкими, груди — маленькими. Даже волосы, черные как вороново крыло, были коротко подстрижены. На первый взгляд она выглядела по-мальчишески. Но, вот странность, от нее исходила некая атлетическая женственность, которая восхищала и приводила его в трепет.

Она станет ему хорошей партнершей, когда он наконец убедит ее лечь с ним в постель.

Мысль оформилась в решение и решимость. И, скорее всего, убедить ее не составит особого труда, судя по тому, как у нее перехватило дыхание от его откровенного внимания.

— Ему нравится, когда его чистят скребницей, — задыхаясь, произнесла она, вызвав улыбку на губах Кэла, — но больше всего ему по душе, когда ему чистишь копыта. Он прямо-таки не мог дождаться, пока я примусь за них.

«Он не мог дождаться?» Можно подумать, что она умеет читать мысли животных и при этом получать удовольствие от ухода за ними.

— Это вам Бак сам сказал?

Она покраснела.

— Это и так понятно. Он похож на нас, когда мы не можем вычистить ногти, после того как повозились в грязи.

От проведенной аналогии он скривился. Ему хотелось найти повод для продолжения разговора, но она закончила приводить Бака в порядок, а другие будущие конюхи требовали его внимания.

— Если вы закончили, просто передайте его Брэди.

Интересно, ему показалось или она на самом деле просветлела, когда он махнул рукой в сторону Брэди? От неожиданного чувства у него свело судорогой желудок. Ревность. Когда же он последний раз испытывал ее уродливое прикосновение? Должно быть, ни разу после Марлены. Да и тогда не слишком часто. Те чувства, которые он вроде бы питал к ней, быстро угасли, когда стали очевидны ее пороки.

В его положении чувствовать ревность, сравнивать и сопоставлять себя с парнишкой, который годится ему в сыновья… это просто смешно. Да, конечно, Брэди похож на этого актеришку, но ведь он совсем еще мальчишка.

Он ему не соперник, решил Кэл, направляясь к следующем гостю.

Разве что она и в самом деле предпочитает молоденьких.


Лорен выругалась про себя, отдавая поводья Брэди. Меньше всего ей хотелось привлечь внимание к себе и к своему необычному дару у нее было такое чувство, что если убийца по-настоящему заинтересуется ею, то узнает ее. Точно так же, как она молилась, чтобы узнать его. Этот мужчина сидел у нее в голове. Она наверняка почувствует его.

Но когда она заметила голодный взгляд Кэла, то сказала первое, что пришло ей в голову.

Да, пожалуй, ей следует держать рот на замке и обходить этого ковбоя с жарким огнем в глазах десятой дорогой.

Пытаясь прогнать неожиданное и пугающее разочарование, она направилась к себе в домик, чтобы дать отдых натруженным мускулам.

На протяжении последующих четырех дней Лорен весьма успешно претворяла в жизнь свое решение избегать Кэла. Разумеется, дело облегчалось еще и тем, что он попросту отсутствовал. Он отправился с группой гостей, состоящей исключительно из мужчин, на ночную прогулку по пустынной и дикой местности. Лорен воспользовалась моментом, чтобы выудить как можно больше сведений у Делии, стараясь не мучаться чувством вины, оттого что она злоупотребляла доверием бесхитростной женщины.

Кроме того, каждый день Лорен отправлялась на короткие групповые прогулки, надеясь отыскать блондинку из своего видения. К пятнице она страшно натерла ягодицы, у нее ныла спина, но она боялась, что, пропустив одну-единственную выездку, навсегда утратит свой последний шанс спасти жизнь этой женщине. С другой стороны, Сансет-ридж больше не вызывал у нее головокружения от страха.

А потом Кэл вернулся. Глупо, но она воспрянула духом, хотя по-прежнему намеревалась избегать его. Он позволил ей еще пару дней прятаться среди других всадников, но хитрый блеск в его глазах дал ей понять, что он легко разгадал ее уловку.

Сегодня, однако, ей не удалось избежать его внимания. Сегодняшняя прогулка подразумевала ночевку, хотя и не под открытым небом, как это было, когда Кэл ездил с мужской группой. Наоборот, путешествие было обставлено по высшему разряду. Они должны были ехать верхом все утро, остановиться на обед, а затем разместиться на ночь в одном домике с настоящими кроватями и даже с освещением и горячей водой. Впрочем, Лорен подозревала, что желающих найдется немного.

Она оказалась права. Явившись в паддок со своей флягой и биноклем, она обнаружила, что там нет никого, кроме Кэла. Он стоял, прислонившись спиной к ограждению, поставив ногу в сапоге на нижнюю планку и сдвинув шляпу на лоб — выглядел он, как заправский ковбой.

Лорен недоуменно осмотрелась.

— Что? Я пришла слишком рано?

— Нет, как раз вовремя.

Сердце у нее учащенно забилось.

— И это все? Только вы и я?

— Это вас беспокоит?

Еще бы это ее не беспокоило! Она ощутила прилив радостного возбуждения.

— Конечно, нет. Но вряд ли можно считать это разумным использованием вашего времени, а?

— Все зависит от того, что вы понимаете под словом «разумный».

Она не собиралась вступать в дискуссию по этому поводу.

— Но я всего лишь одна из ваших гостей. Если никто больше не заинтересовался, лучше забыть об этом. В конце концов, значение имеют только желания большинства.

Он опустил ногу и, оттолкнувшись от ограждения, подошел к ней ближе. Она подавила желание попятиться.

— Да, но нам небезразличны желания всех наших гостей.

В его глазах искрился легкий вызов, и это возбуждало ее намного сильнее, чем неприкрытое сексуальное желание. Ей вдруг впервые пришло в голову, что то насмешливое выражение, которое она время от времени замечала в нем, с равным успехом могло относиться как к нему самому, так и к его клиентам.

— Вам не очень-то нравится ваше занятие, правильно?

На его лице не дрогнул ни один мускул, но оно мгновенно лишилось всякого выражения.

— Поверьте мне, я очень серьезно отношусь к этому занятию. Я вкладываю в него всю душу, всю энергию, и ничто не помешает мне сделать так, чтобы оно процветало.

— Я вовсе не ставила под сомнение ваши намерения, — ядовито парировала она. — Я всего лишь спросила, нравится ли вам оно.

— А я дал вам тот единственный ответ, который вы могли получить. А теперь ваша очередь отвечать. Мы едем или остаемся?

Лорен уже собралась было воскликнуть: «Конечно, остаемся», но тут Кэл выругался. Проследив за его взглядом, она увидела, что к ним приближается женщина.

Это была она. Блондинка.

Она оказалась даже красивее, чем в ее видениях. От нее исходили волны первобытной сексуальности, пока она вела к паддоку гнедую кобылу. Лорен обратила внимание на то, что лошадь оседлана. Она заметила и то, что обычно самоуверенный Брэди, следовавший за женщиной по пятам, имел вид оленя, застигнутого фарами охотничьей машины.

— Черт, Марлена, отправляйся обратно в постель. Тебе еще нельзя вставать.

Вместо того чтобы стушеваться от такого приветствия, Марлена рассмеялась.

— Кэл, дорогуша, не волнуйся. Я не собираюсь играть с тобой. — Голос у нее был низкий, с волнующей хрипотцой, вполне под стать умопомрачительной фигуре.

— Рад слышать. Я предложил тебе кров, а не развлечения.

Услышав это, Лорен резко повернулась и бросила на Кэла острый взгляд. Даже если он испытывал неловкость, то ничем не проявлял этого, если не считать легкой напряженности в развороте плеч.

— Это самое меньшее, что мог бы сделать супруг, я бы сказала.

Супруг? Так Кэл женат? На жертве в ее видении?

Бывший супруг.

— Да какая разница. — Марлена пожала плечами, словно ее нынешний cтатус не имел особого значения. — Но я и не рассчитываю на то, что ты станешь развлекать меня, милый. Я вполне могу сама о себe позаботиться.

— Можно подумать, я этого не знаю.

На сей раз его слова, произнесенные монотонным, безразличным голосом, попали в цель. На какое-то мгновение женщина выглядела уязвленной. А потом на губах у нее вновь расцвела понимающая улыбка.

— Брэди составит мне компанию.

Кэл метнул взгляд на Брэди.

— Вот как?

— У меня сегодня выходной, — покраснев, пробормотал Брэди. Кэл пожал плечами.

— Это твои похороны. — Повернувшись к Марлене спиной, он пронзил Лорел яростным взглядом. — Вы едете или остаетесь?

Великий Боже, она никуда не хотела ехать в такой взрывоопасной компании, не говоря уже о том, что они отправляются в пустыню, да еще с ночевкой. Эмоции, которые, как искры, высекались между членами этой странной троицы, вызвали у Лорен стойкое ощущение беспокойства, поселившееся у нее где-то в животе. Но как раз поэтому она и не могла позволить себе остаться. Если она искала мотив убийства, то, похоже, нашла его. Старый, как мир.

Не говоря уже о двух подозреваемых.

Лорен глубоко вздохнула.

— Еду, — сказала она.


Загрузка...