Глава 16. Провидица

Димар возвращался в город Дефиат. С момента зарождения эльфийского сопротивления прошло не более трёх суток, а они уже добились некоторых результатов: найденные Элом братья—близнецы, подготовка пещеры для проживания в ней участников сопротивления. Несмотря на то, что для первых шагов уже и эти результаты были весомы, сделать ещё предстояло очень многое. Димар планировал обеспечить едой всех, кто присоединится к ним, подножной пищью и дичью из окрестных лесов им уже не обойтись. После нужно было разыскать как можно больше выживших эльфов и людей, желающих колдуну смерти. Следующим этапом в планах Димара будет поиск информации о колдуне и решений того, как его можно остановить. Планов было много, а времени мало.

«Как бы осторожно не действовало сопротивление, колдун тоже не сидит на месте. Он ищет способы добить выживших эльфов. Но зачем? Ведь он неуязвим. Или нет? Если он исследует каждый клочок земли Антарии, в поисках очередного выжившего, если оплачивает работу наёмников, чтобы те искали эльфов, значит, он боится. А вот чего он боится, нам и нужно узнать», — размышлял Димар по пути к городу.

Ирена снабдила его несколькими порциями краски для волос, не оставив без внимания то, что большинство ингредиентов и трав было испорчено гвоздями, лежащими в сумке.

Сейчас Димар задался целью исправить ошибку, освободив кузнеца из тюрьмы, а после захватить новую партию инструментов для расширения пещеры.

В город он пришёл днём. Первое, что он услышал, был стук молотка о наковальню, доносящийся из района ремесленников. Ученик всё-таки взялся за ум. Сейчас Димару нужно было найти возможность поговорить с кузнецом, а уже после этого готовить побег. Вариант был один: подкуп охраны. Но денег у Димара не было.

Как бы там ни было, без денег в этом мире никуда. И пара десятков золотых монет сопротивлению могла бы пригодиться. Будь Димар на месте Эла в ту ночь, он бы не стал мешать близнецам. Но что сделано, то сделано. Деньги были нужны, поэтому он направился к Бравому моряку за работой. Однако и здесь его ждало разочарование: всю работу разобрали. Расстроенный и совершенно потерянный, Димар вышел из трактира. У него, вот уже в который раз, не было ни одной идеи.

— Эй, парень, — окликнули его, — я слышал, тебе нужна работа. Могу кое-что предложить.

После недавнего случая Димар стал настороженно относиться к подобным предложениям, но все, же решил выслушать подошедшего. Это был мужчина, в самом расцвете сил, на вид ему было слегка за тридцать. Щетина, покрывавшая лицо, была скорее стилем, чем нежеланием бриться ежедневно.

— Здешний ростовщик Лемар, — начал мужчина, — дал одному человеку из верхнего района долг в шесть сотен золотых. Месяц назад этот человек должен был вернуть Лемару шестьсот сорок монет, но, как ты понимаешь, не вернул. Обычно мы, люди ростовщика, решаем подобные проблемы своими силами. Но здесь случай уникальный. Человек, взявший деньги — уважаемый торговец. Деньги у него есть, мы это точно знаем. Дело в том, что он не хочет возвращать долг из принципа. Мол, я человек в этом городе известный, вы мне всё равно ничего не сделаете. У Лемара тоже есть некоторые принципы, он не любит людей, не способных держать своего слова. Ты человек не здешний, поэтому, на мой взгляд, справишься с этой проблемой без осложнений. Поднажмёшь на торгаша и всё. Нужно заставить торговца вернуть деньги. Не важно, как ты это сделаешь. Кстати, торговца зовут Кенас. Справишься? В случае удачи Лемар отстёгивает сто золотых монет человеку, повлиявшему на должника. И не спрашивай, почему он платит в ущерб прибыли…

— Неплохо… Спрашивать я и не собирался… Попробовать, конечно, стоит. Работа-то непыльная. Не в курсе, на какие нужды торговец брал деньги? Я хочу знать как можно больше об этом человеке. Видишь ли, физические методы — это не моё. Существуют куда более жёсткие и действенные методы.

— Хорошо. Вот, это тебе. Пригодится, — мужчина достал из-за пазухи свёрнутый пергамент. — Здесь вся информация, что известна Лемару о Кенасе. Почитай. В нём ты найдёшь ответы на вопросы. Кстати, меня зовут Тирам. Спросишь у трактирщика как меня найти, когда работа будет выполнена.

Отдав Димару пергамент, мужчина ушёл в жилую часть портового района. Эльф, проводив его взглядом, раскрыл пергамент, пробежав по нему глазами. Почерк писавшего был аккуратным, ровным, если бы Димар не знал автора этих строк, он бы невольно подумал, что писала женщина.

«Кинас Вирт.

Торговец верхнего района. Начинал с продажи реликвий подпольным образом, где он их брал, неизвестно. Позже, скопив деньги, открыл лавку на торговой площади. По счастливому стечению обстоятельств, а может по чьему-то умыслу к нему в руки попала статуэтка Эрефа (домысел: наверняка краденая). Как позже выясняется, статуэтка принадлежит времени заселения (памятка: такая древняя вещь имеет значение не только историческое, но и религиозное). Кенас Вирт провёл выгодную сделку, по обмену статуэтки на небольшую площадь в верхнем районе (по неподтвержденным данным: в сделке принял участие Андре, управляющий города. В любом случае, никакая реликвия не стоит дома, пусть небольшого. В сделке было что-то ещё, что… Пока неизвестно). Открытие лавки в верхнем районе помогает Кенасу увеличить доходы, вскоре он может позволить себе найм рабочих. Уже через месяц на торговой площади появляются его люди. Наёмные торговцы Кенаса: Ниврок, Ошир (данные на 256 день, 321 лунного года). Они продают товары не только на площади, но и в столице. Кинас получает от Андре статус уважаемого гражданина города.

Из верхнего района города выходит для проверки рабочих, иногда принимает товары у приплывающих кораблей.

Ведёт непонятные дела с людьми портовой площади, нужно будет узнать об этом подробнее (домысел: возможно реликвии получает через них).

Взял в долг 208 дня 321 лунного года 600 золотых монет, должен вернуть 322 лунного года 25 дня, 640 монет. Деньги взял на покупку некоего, по его словам, очень ценного артефакта.

По отзывам знакомых Кенаса: ответственный человек, — чуть выше Димар увидел заметку, — (это ответственное животное не держит слова, считает, что ему всё можно, он конченый лицемер), — дальше было продолжение, — дорожит местом в общетсве, не заламывает цену.

Семья: жена Елина, дочь Кетрин.

259 день 321 лунный год»

На этом текст заканчивался, ниже стояла подпись, скорее всего самого ростовщика.

«Что ж, это лучше, чем ничего», — подумал Димар.

Отправившись на торговую площадь, он разыскал торговца по имени Ниврок. Как оказалось он и Ошир до сих пор работает на Кинаса, но Ошир сейчас жил и торговал в столице Антарии, городе Лову. Ниврок торговал в лавке различными безделушками, ничего ценного среди них не было:

— Простите, — обратился Димар к торговцу, — я коллекционер из города Лову, тамошний торговец Ошир посоветовал обратиться к вам. Я ищу реликвии, связанные с богами.

Торговец, оценивающе, оглядел Димара и, похоже, не поверил ему:

— Всё, что можно приобрести в моём магазине, вы видите на прилавках, — Ниврок указал на один из многочисленных шкафов с товарами. — В частности, там находятся интересующие вас реликвии.

— Понимаете, мне не нужны всяческие безделушки и мелкие сувениры, — Димар заметил, как передёрнуло торговца при этих словах, но он решил не обращать на это внимания и продолжил. — Я бы хотел приобрести что-то действительно ценное. Не думайте, что я бродяга. Дело в том, что я готов влезть в долги ради очередного артефакта. — Димар выдержал паузу, — Понимаете? Я не считаю нужным тратиться на дорогую одежду, роскошную мебель и прочие блага цивилизации.

— Что ж. В таком случае я могу подыскать для вас, что-нибудь подходящее. Но сначала, я хочу убедиться в вашей платёжеспособности. Какой суммой вы располагаете?

— Вынужден признать, что на данный момент я не располагаю большой суммой денег. Но, как я говорил, ради ценной вещи я могу влезть в долги. Слышал, что у вас в городе есть ростовщик, а я не местный. Улавливаете ход моих мыслей?

В это время в лавку вошёл человек, невысокий, опрятно одетый. От него за несколько метров пахло свежей древесиной. Похоже ремесленник, или лесоруб, спешащий на какой-то праздник.

— Простите, я ищу какой-нибудь сувенир. Понимаете, у моего друга сегодня день рождения. Хотелось бы что-нибудь красивое, но не очень дорогое. Можете мне что-нибудь посоветовать?

— Да, конечно. Пройдёмте сюда.

Ниврок подхватил посетителя за руку и повёл в дальний угол лавки. Там он начал один за другим показывать самые различные безделицы и глазомозолящие вещи. Димар, дабы занять себя чем-нибудь стал рассматривать сувениры, выставленные в шкафу, возле стойки торговца. Здесь были различные маски, самых разных форм и гримас, кувшины, с непонятными изображениями и хаотично изогнутыми ручками, рог единорога, наверняка сделанный из железа и покрашенный в кристально белый цвет и много чего ещё. Одна вещь приглянулась Димару, и с одной стороны в ней не было ничего особенного, но с другой, она будто манила его к себе, притягивала изяществом и красотой. Это была небольшая, примерно со средний палец в длину, фигура золотого дракона. Рядом с ним стояло множество других сувениров: фигурки единорогов, самых различных форм, гоблинов, начиная от пещерных серых и заканчивая лесными, зелёными, индулов, эльфов, и многих других существ населяющих Антарию или живших в ней в незапамятные времена. Как отметил Димар, людей среди фигурок не было, то ли они не видели важным превращать себя в сувенир, то ли посчитали, что они выше других существ, то ли попросту забыли о себе, Димар так и не пришёл к чёткому мнению об этом.

Тем временем Ниврок с покупателем вернулись, выбрав сувенир. Ниврок, обслужив покупателя и дождавшись, пока тот уйдёт, обратился к Димару:

— Так на чём мы остановились?

— Я говорил вам о том, что могу взять в долг у местного ростовщика Лемара, ради того, чтобы купить очередную вещицу.

— Ах, да, точно. Всё это хорошо, но у нашего ростовщика, как помню и у ваших, столичных, есть люди, следящие за возвратом долгов. И головорезы нашего ростовщика не дадут вам уйти и за сто метров от города, пока долг не будет возвращён.

— Не волнуйтесь, это уже мои проблемы. Так что, вы согласны?

— Хорошо. Хотя я не уверен, что вам можно доверять, но решать, продавать вам реликвию или нет, буду не я, а мой хозяин Кенас, он торговец из верхнего района. Все, по—настоящему ценные артефакты, продаёт он.

— Что ж, хорошо. Как я могу встретиться с мистером Кенасом?

— Приходите вечером в бар «Жареный поросёнок», он будет там.

— Хорошо. Удачной вам торговли, — попрощался Димар с торговцем.

Эльф вышел из лавки. Только что он смог добиться встречи с Кенасом. Всё что оставалось, убедить его вернуть долг, а после заняться освобождением кузнеца. Димар понимал, насколько его легенда о коллекционере туманна, да и упоминание ростовщика было совсем не кстати, но он почему-то твёрдо знал: Кенас будет знать, что назначил встречу человек Лемара, но несмотря на это придёт на неё. Просто для того, чтобы убедить самого себя, мол, он способен дать отворот—поворот любому человеку, связанному с его долгом.

До вечера у Димара была уйма времени. Он разузнал у местных, где находится бар «Жареный поросёнок» и отправился в казармы. Как бы там ни было, стоило разведать обстановку, глядишь и за «спасибо» охрана разрешит поговорить с пленным.

Казармы встретили Димара безлюдными коридорами, вся городская охрана будто испарилась с места обычного расположения, даже на тренировочной площадке не проводились повседневные учения. До тюрем он добрался без проблем, но у входа в тюремный отсек все же был остановлен охранником.

— Куда направляешься? — спросил страж, не столько ради интереса, сколько из-за формальности.

— В тюрьмы, или этот коридор ведёт куда-то ещё? — съязвил Димар.

— Нет. Для непонятливых объясняю, туда нельзя. Если ты, конечно, не хочешь оказаться по ту сторону решётки.

— Слушай, брат. Мне нужно поговорить с одним заключённым. Я быстро, пять минут туда обратно.

— Сказал же, нет. Тюрь мы для того, чтобы оградить бандита от общества.

— Хорошо, хорошо… Я вас понял…

Димар развернулся и неспешно отправился из казарм, насвистывая себе под нос какой-то мотив и перебирая пальцами по шершавой стене коридора. Не нужно было сейчас доводить охранника. Вдруг он всегда дежурит здесь. У спуска из района казарм Димар спросил у охранника, отдыхающего в тени стены, где все. На что получил невразумительный ответ, пробурчённый под нос.

«Что-то сегодня все не в духе», — подумал Димар и решил не доставать бедолагу, переспрашивая не расслышанную фразу.

До встречи с торговцем у Димара ещё оставалось несколько часов. Что бы ни терять время зря, он решил начать воплощение плана побега в жизнь. Первым делом он направился к единственному человеку в городе заинтересованному в освобождении кузнеца, его ученику. Пересекая торговую площадь, Димар уловил взглядом знакомое ему лицо. Он не сразу вспомнил, кто это и что его с ним связывает. Но всё же, после секундного замешательства, лицо всплыло в его памяти, это был один из приятелей Эла. Имя он не помнил. Да это было и не важно. Парень стоял возле одного из лотков с продуктами, перебирая яблоки.

— Парень, нам нужно поговорить. Меня зовут Димар. Думаю, моё имя тебе ничего не даёт. У меня есть новости от твоего друга Эла. Давай отойдём, — скороговоркой проговорил Димар, подойдя к подростку.

Парень, уронив яблоко на мостовую, обернулся к Димару:

— Что вы сказали?

— Слушай, а? Зачем яблоко уронил, а? Теперь плати за него, кто же купит побитое яблоко? — заворчал торговец.

— Да, да. Сейчас. Извините, — засуетился подросток. — Вот деньги. Я возьму только это яблоко. — Подобрав с земли фрукт, обратился он к торговцу.

Потерев яблоко об одежду, он жадно надкусил его:

— Что вы сказали? — повторил вопрос парень.

— Ты всё правильно расслышал, у меня новости от Эла. Пошли, отойдём, — поманил эльф подростка.

— Но он, же погиб при нападении на Фавер!

— Интересный вариант, но не верный. Так мы отойдём или так и будем привлекать внимание?

— Конечно.

Они отошли от торговых лавок, дабы не привлекать внимания людей делающих покупки:

— Знаешь, честно говоря, то, что я хочу тебе рассказать, лучше не слышать посторонним. Мы можем сходить куда-нибудь, где никто не услышит сказанных мной слов.

— Что ж, думаю, единственный вариант, уйти за городскую стену и поговорить где-нибудь там.

— Тогда идём?

— Ну да, меня, кстати, зовут Прут.

— Очень приятно.

«Кто этот человек? Почему он утверждает, что его друг Эл жив? И что он хочет мне сказать?», — Прута раздирало любопытство. Он совсем забыл об осторожности, отправившись в безлюдное место с незнакомым ему человеком.

Выйдя за пределы города, Димар предложил Пруту сесть на скамейку, стоявшую у заброшенного дома. То согласился и, присев, с любопытством уставился на Димара:

— Видишь ли, — начал Димар, — твой друг выжил в тот ужасный день. Не знаю, кого вы похоронили, но факт остаётся фактом, Эл — жив. Сейчас он живёт в одной из многочисленных пещер Антарии. — Димар запнулся, пытаясь подобрать нужные слова. — Видишь ли… Эл… Как ты наверное догадываешься… В общем, он — эльф. А из-за ситуации в Антарии, ему нужно скрываться… И он хотел бы видеть тебя, знать живы ли вы… Ты и его подружка.

Прут сидел и слушал, разинув рот от удивления. Про то, что Эл — эльф, он догадывался и часто подтрунивал над другом, опираясь на его схожесть, с этой расой. Но догадываться и знать, совершенно разные вещи.

— А вы скажите, как я могу с ним встретиться?

— Конечно, скажу, почему нет? Но для начала, я должен быть уверен, что ты никому не расскажешь о местоположении пещеры. Сам должен понимать, помимо Эла там живут несколько других эльфов и малейшее разглашение, даже друзьям, создаёт опасность для нас.

— Да что вы, чтобы я сдал собственного друга? — обиделся Прут на слова Димара.

— Хорошо, хорошо, извини. Но в наше время всё возможно. Надеюсь я никогда не пожалею о своём решении. Эл проживает на севере отсюда. В пещере, на острове образованном разливом реки. На берегу найдёшь мой плот. Переплывёшь на нём на остров. Только не забудь попросить у Ирены, это эльфийка живущая с Элом, вернуть плот на место. Запомнил? Сможешь добраться?

— Да, — уверенно ответил Прут, встав с лавки. — А что Эл уже нашёл себе подружку среди эльфов?

— Нет, — улыбнулся Димар, — Ирена гораздо старше его, он годится ему разве что в сёстры. И запомни, тебе придётся отречься от всего, что у тебя есть здесь. Тебе придётся жить в пещере и помогать Элу, если понадобится.

— Я не против, тем более, что здесь у меня почти ничего нет. А там друг…

— Ладно, отправляйся в путь, как посчитаешь нужным. Помни, иди строго на север, до реки. После найди на берегу плот и перебирайся на противоположный берег. Ах, кстати, это тебе, — протянул Димар кинжал, — на всякий случай. Надеюсь, этого случая не будет, но всё же. Удачи тебе и будь осторожен. Было приятно с тобой познакомиться, а теперь, извини, дела.

— Спасибо вам, мне тоже было приятно познакомиться. Долго идти до реки?

— Не больше восьми часов, — пожал плечами Димар.

— Хорошо, тогда я отправлюсь прямо сейчас, возьму некоторые вещи и пойду.

Димар усмехнулся:

— Что ты на меня смотришь? Иди. Я тебя не держу. Кстати, а что случилось с этой девушкой, Сун?

— Не знаю. После нападения она выжила. Но после похорон пропала, я её больше не видел. Где она теперь — не знаю. Но точно не в Дефиате, иначе я бы её встретил.

— Ладно, удачи тебе. Я в город.

Димар поспешил в Дефиат с чувством собственного достоинства. Просьба Эла была выполнена.

— Стойте, — окликнул его Прут. — Я не знаю, поможет вам это или нет, но в городе проживает старая эльфийка, провидица.

— Правда? — Димара удивила эта новость.

«Неужели наёмники не знают о ней», — подумал он.

— Ты сейчас в город? — обратился он к Пруту, — не мог бы ты показать, где её можно найти?

— Конечно могу, идёмте.

Прут привёл Димара к небольшой хибарке в портовом районе. Табличка, прибитая над дверью, гласила: «Алиена, потомственная провидица».

— Вот здесь она живёт и работает. Вы заходите, а я пойду собирать вещи. Ещё раз спасибо вам за столь хорошие новости.

Прут убежал. Димар ещё раз окинул взглядом дом:

«Хм, Алиена. И что я ей скажу… Здравствуйте, мы здесь колдуна остановить хотим… А вообще, почему она проживает в городе не опасаясь наёмников. Ладно, в любом случае, поговорить с ней придётся, возможно, она что-то знает».

Димар дёрнул за ручку, дверь оказалась не заперта. Из дома повеяло целым букетом самых разных ароматов.

«Ну и воняет же здесь», — подумал Димар. Сделав шаг, он вошёл в дом. Эльф будто оказался в древнем ритуальном храме. Всюду горели свечи, выдавая десятки тонких струек огня. По стенам висели самые разнообразные полотна, на одних из них были вышиты символы трёх богов, на других звёзды, а на третьих и вовсе что-то непонятное. В центре всего располагался стол, с единственным предметом на нём, хрустальным шаром.

Одна из занавесок откинулась и в комнату вошла пожилая эльфийка. Она была с головы до ног увешана всяческими побрякушками, некоторые из которых символизировали небесные тела, другие — божественные силы. В глазах эльфийки отражалась безграничная мудрость и чудовищная усталость. За спиной Алиены, прежде чем занавеска вернулась на прежнее место, Димар увидел другую комнату, обставленную совсем иначе.

— Здравствуй, Димар. Я ждала тебя.

Димар оторопел от начала разговора, он не знал чему больше удивляться: тому, что провидица знает его имя или тому, что она знала о его приходе. Хотя на то она и провидица, чтобы всё знать.

Алиена продолжила:

— Ты извини, за весь этот маскарад, — она обвела глазами комнату, — но у людей сложился стереотип о колдунах и магах, мол, не могут они без всей этой атрибутики. А как ты понимаешь, разрушить стереотип человека, означает вызвать недоверие к себе, — эльфийка говорила размеренно, будто хотела донести до Димара смысл каждого слова.

— Простите, я пришел к вам по поводу…

— Я знаю, зачем ты пришёл, — прервала его провидица. — Ты хочешь получить ответы на вопросы. Может кареня? — предложила эльфика.

— Не откажусь, думаю, у нас может получиться долгий разговор. Вы конечно уже знаете, всё, что я хочу вас спросить…

Провидица добродушно улыбнулась, потревожив множество морщин на лице:

— Ты не думай, я знаю не так много, как хочется. Я за чаем, — указала она на занавеску, из-за который недавно вышла. — Я знаю лишь то, что приходит ко мне в видениях и то, что я изучила за долгую жизнь.

Димар присел на стул возле стола:

«Интересно, а Ирена знала заранее о нашей встрече, о сопротивлении», — подумал Димар. Но вспомнив их встречу, там, в библиотеке, сделал вывод, что для неё встреча и созревший внезапно план, были такой же неожиданностью, как и для него.

Тем временем Алиена поставила на стол поднос с двумя чашками, блюдом с кусочками хлеба и небольшой баночкой с вареньем, судя по цвету, земляничным. Осторожно, дабы не пролить карень, она поставила чашку возле Димара:

— Приятного аппетита, — пожелала она Димару.

— Спасибо, и вам.

Димар отхлебнул карень, у которого оказался странный привкус:

— Простите, вы не против, если я задам вопрос о вас…

— Нет, конечно, не против. Ты же за этим и пришёл…

— В общем, не поймите меня не правильно, но почему вас не трогают наёмники? Почему вы спокойно живёте среди людей?

Эльфийка усмехнулась:

— Я знала, что ты спросишь об этом, но даже не догадывалась, что это будет первый вопрос. Ты, небось, думаешь, что я изменница? Думаешь, что я сдружилась с колдуном?

— Нет, нет, что вы… Если бы это было так, я бы не сидел и не пил бы с вами чай.

— И то верно. На самом деле Амбассор пощадил меня за то, что я рассказала ему хорошие для него вести, шестнадцать лет назад. Я ещё до уничтожения эльфов зарабатывала деньги даром, хоть это и не принято у эльфов. Возможно, это была одна из причин того, что он не убил меня сразу. — Алиена пожала плечами. — Не знаю. В общем, как и многие другие провидицы, я знала о нападении на леса. Руанскому лесу и Лоэсскому я уже ничем не могла помочь, а вот крупнейшему лесу Херосскому, я помогла, предупредив их о нападении за сутки до того, как верховная провидица увидела вещий сон. После посещения Херосского леса, я вернулась в Дефиат, надеясь спастись от колдуна. Я тогда струсила, ещё бы — великий колдун уничтожающий всех эльфов на своём пути, наверняка добрался бы и до меня. Когда эльфы всех трёх лесов были повержены…

— Притормози, но я же из Херосского леса, как случилось так, что я и моя мама ничего не знали о нападении?

— Не знаю, возможно, твоя мама знала, но не хотела говорить тебе, — предположила Алиена, — кстати, почему ты выжил?

Димар понял, что именно этот вопрос даёт разгадку. Наверняка в те дни, когда он жил в пещере и было нападение на лес. Как он жалел, что убежал… Ведь он мог помочь умением стрелять из лука в битве. Мог бы уничтожить пару десятков индулов… Хотя в том, что он выжил есть плюс, теперь у него появился шанс остановить колдуна и отомстить и за маму, и за лес, и за всех погибших эльфов.

— Не важно, так что там было, когда эльфы оказались повержены?

Алиена заговорщицки улыбнулась:

— Не хочешь не рассказывай… Так вот, когда колдун уничтожил эльфов трёх лесов, он пришёл ко мне. Как оказалось, он вырос в этом городе и знал обо мне. Я уж думала, что жить осталось секунды, начала молиться Симоргу, просила его простить за использование дара для личной наживы. Но Амбассор задал лишь один вопрос: Уничтожит ли он всех эльфов. Я, конечно, честно соврала ему, что он уничтожит всех эльфов до единого. На что он ответил, что ты, Алиена, останешься жить, пока не умрёшь собственной смертью. После этих слов Амбассор покинул мой дом навсегда. После этого ни наёмники, ни кто—либо другой не тревожат меня. На следующую ночь, после визита колдуна меня посетило видение, Амбассор убил последнего эльфа. Ударом кинжала, без всякой магии.

— Подожди, так ты видела, что эльфы погибнут, — прервал её Димар, — сам не заметив, что обращается к пожилой эльфийке на «ты». — Для чего же мы тогда создаём сопротивление, если надежды нет, если всё предрешено. — В глазах Димара чётко читалось разочарование во всём, что у него было.

— Надежда есть всегда. Ты пойми будущее не высечено на камне. Судьба твоя, Ирены и многих других эльфов не записаны ни в одной книге. Просто на тот момент, когда у меня было видение, я и многие другие эльфы уже не верили в возрождение. Они смирились с тем, что расе эльфов пришёл конец. Сейчас совсем другие эльфы и совсем другое время. Прошло шестнадцать лет. Многое изменилось. Сейчас главное не опустить руки тебе и всей твоей команде.

Димар даже не стал удивляться, что колдунье известно имя Ирены:

— Я с детства слышал, что увиденное провидицей нельзя изменить или предотвратить.

— Все мы долгое время были уверены в этом, возможно, поэтому никто не пытался изменить судьбу. Но любая война сопровождается уникальными открытиями и потрясениями. Как известно, любое разумное существо в опасных ситуациях действует эффективнее, чем в обычной жизни. А война — одна большая опасность. В общем, первый лес, на который был нанесён удар, Руанский, смог сохранить лишь одного эльфа, хотя в видении верховной провидицы погибли все. Бьют, так звали провидицу, решила попытаться обмануть смерть и ей это удалось. Её сын Эвил выжил в тот ужасный день. Я нашла его в хутрее, лежащим в кроватке и кричащим во всю глотку. Я была удивлена, но с улицы этого крика слышно не было. Главный хутрей Руанского леса будто бы жил своей жизнью. Понимаешь? Бьют сделала невозможное, она превратила хутрей в неприступную крепость, находящуюся вне времени и пространства. Насколько я знаю, это могли сделать лишь Мьюрты.

— Тогда получается, что тот хутрей недоступен даже колдуну?

— Да. Не знаю, как это получилось, но видеть его могут только эльфы. Судя по записям Бьют, которые я изучила, она не знала о могущественном колдуне, эльфы Руанского леса готовились к битве со стаей индулов, поэтому и заклятье первоначально защищала её сына лишь от индулов. Что произошло, и почему хутрей был окружён куда более мощным заклятьем, мне неизвестно. Есть только предположение, что Бьют защитила сына непроизвольно, сама не догадываясь, что у неё получилось. Я не была знакома с Бьют при жизни и очень сожалею об этом, таких, сильных духом провидиц немного было за всю историю Антарии.

Димар задумался. Он думал о эльфийке, спасшей сына, о судьбе и её неотвратимости. Вдруг в голову пришла другая мысль:

«Интересно, если Алиена знает об Ирене, знает ли она о её возможностях. Как ему казалось, Ирена ни чем не хуже этой Бьют».

— Что с тем ребёнком, сыном Бьют, выжившим в тот день? — спросил Димар, выбравшись из лабиринт мыслей.

— С ним всё в порядке, его воспитывает другой выживший. Правда я давно не слышала от них вестей, но это не причина беспокоиться. Волак наверняка бы послал Турика, случись что-нибудь.

Поймав непонимающий взгляд Димара, она пояснила:

— Турик — это сокол Волака и, по совместительству, его друг. Они с Эвилом сначала жили в хутрее Руанского леса, но после я стала опасаться за то, что заклятье недолговечно и в один день распадётся. В общем, два года назад я посоветовала им перебраться в другое место. Они нашли пещеру на берегу, недалеко от гнезда пляжных варанов. Конечно, это опасно, но сейчас варанов следует опасаться меньше, нежели всюду снующих охотников за головами.

— Прости, ты можешь рассказать мне, где находится эта пещера? Я хотел бы разыскать её и пригласить Эвила с Волаком к нам в пещеру. Они могли бы очень пригодиться сопротивлению.

— Конечно, у тебя есть карта?

— Нет, объясни на словах как её найти, я попытаюсь понять.

— Хорошо. Если двигаться от деревни Фавер к северо—востоку, ты наверняка выйдешь к пляжу. Обычно на нём пасутся несколько варанов. Если ты наткнёшься на них, ищи пещеру. Но смотри не спутай, там есть пещера, где обосновали своё гнездо вараны.

— Хорошо, я постараюсь, — Димар допив карень, поставил чашку на стол.

— Ещё заварить?

— Нет, нет. Спасибо.

— Димар, — провидица положила перед ним карту, которую она взяла из одного шкафа. — Отметь мне, где находится ваше укрытие. Возможно, я его посещу, если смогу.

Эльф ткнул пальцем в карту, все его опасения об Алиене рассеялись уже давно:

— Вот здесь.

— Спасибо. Ещё, пока ты не начал задавать другие вопросы. Когда закончишь с делами не спеши покидать город, зайди ко мне. Если Турик прилетит, я пошлю Волаку записку с местом вашей пещеры. Я жду его со дня на день, он уже давно не прилетал. Возможно, тебе даже не придётся идти к варанам.

— Хорошо, я обязательно зайду, — пообещал Димар.

«Если удастся», — подумал тут же эльф, вспомнив, для чего он пришёл в город.

— У меня к тебе, по сути, остался один вопрос: что ты знаешь о колдуне?

— Хм, актуальный вопрос, а главное правильный, я бы рассказала всё что знаю, даже если бы ты не стал меня спрашивать. Единственное, что знаю о колдуне, секрет его силы. Понимаешь, он хочет сделать людскую расу единственной в Антарии. Но он человек и ничто человеческое ему не чуждо. Он сделал большую ошибку, оставив меня в живых. Теперь я одна из немногих эльфов, знающих секрет колдуна. В общем, сила колдуна в посохе, — проговорила Алиена и остановилась, заметив, что Димар хочет что-то сказать.

— Ирена это тоже знала. Она искала информацию о посохе колдуна в библиотеках, но ничего не нашла.

— Я знаю… Я знаю об Ирене больше, чем она знает о себе, — улыбнулась пожилая провидица. — Так вот, насчёт посоха, я не закончила. Посох уникален и уникален он многим, например тем, что ему уже боле шести сотен лет. Помимо этого он совсем не требует от колдуна способности концентрации и управления энергии. Этот посох как бы живёт собственной жизнью, исполняя приказы владельца. Если, предположим, у друида посох направляет энергию эльфа, то посох колдуна сам является огромным источником магии и Амбассор лишь направляет её в нужное ему русло. У этого посоха много названий: Длань Эрефа, Глаз Дракона, Вершитель судеб…

— Что! Длань Эрефа? Не хочешь ли ты сказать… Так это что же получается, его посох, это тот артефакт, что все считали сказкой?

— Предположим сказкой эту историю, считали не все. Но ты прав, это именно тот артефакт, о котором говорится в легендах, как о частичке силы оставленной каждым братом мьюртом в нашем мире.

— Так это что получается, помимо этого посоха существуют другие артефакты, двух других братьев?

— Да, и я уверена, что колдун их лихорадочно ищет. Насколько я знаю, пока безрезультатно, иначе со света сгинула бы почти вся раса индулов.

— Прости, что перебиваю, но неужели ты думаешь, что Амбассор убьет своих верных слуг?

— Конечно, я в этом уверена, они ему ни к чему. Да и как ты думаешь, зачем он нападал на леса так необдуманно, направляя индулов как мясо? Зачем он оставил самый крупный лес напоследок? Он хотел нанести огромный урон не только эльфам, но и индулам. Как мне кажется, в его планах было покончить с расой эльфов и тут же истребить индулов. Он просто не ожидал такого числа беженцев со стороны эльфийской расы. Конечно, сейчас от тех беженцев осталось слишком мало, почти всех их истребили индулы, охотники, сам колдун. Но факт остаётся фактом, индулы ему не нужны и он готов ими жертвовать. Значит, он готов и уничтожить их совсем.

— Это не совсем логично, вам не кажется? Совсем не обязательно полководец жертвует солдатами ради полного их уничтожения.

— Как знаешь, как знаешь… Я лишь высказала тебе мысли, выводы делать тебе, — загадочно улыбнулась Алиена.

Провидица выглянула в окно, приподняв занавеску, на улице смеркалось. Ночь постепенно брала город в свою власть.

— Что-то мы заболтались… Уже вечер, тебе наверное пора. Я тебе скажу лишь одно, единственный способ остановить колдуна, лишить его посоха. Но это не так легко как кажется. И ещё одно: помни, для магии он неуязвим, а стрела и меч не успевают подобраться к нему.

— Спасибо вам. То, что вы мне рассказали — бесценно. До свиданья, — попрощался Димар, открывая дверь дома. Он настолько привык к ароматам, царившим в комнате, что свежий воздух показался чем-то инородным.

— Не забудь зайти, когда закончишь все дела, — крикнула она в закрывающуюся дверь.

Загрузка...