Глава 14

В последующие несколько дней ситуация и впрямь начала накаляться, и не только в отношениях Джин и мистера Совершенство.

Холли заметила их напряженность, когда в следующий раз пришла к Адаму, чтобы воспользоваться его компьютером. Пока она проделывала свои махинации за его письменным столом, он лежал на полу и, как всегда, рисовал. Каждый раз, когда Холли украдкой посматривала на него, она ловила на себе его взгляд. Слегка улыбнувшись, она возвращалась к своим делам. Она читала послание для Парня из Бруклина, которое прислала Страстная кондитерша.

«Дорогой Парень из Бруклина, — говорилось в нем, — если твои блюда хотя бы наполовину столь же хороши, как твои письма, то я не могу представить себе ничего лучшего, чем твой ресторан по соседству. Но мне не хотелось бы лишать такого удовольствия народ Китая, поэтому сначала открой там свой ресторан».

Ого! Джин казалась такой остроумной и счастливой. Холли настолько увлеклась чтением сообщения, что не заметила, как Адам достал фотоаппарат и сфотографировал ее за компьютером.

Холли продолжала читать про себя. «Не правда ли, в этом есть какое-то особое удовольствие, — писала Джин, — когда готовишь для других людей. Я всего лишь кондитер, но в свои торты я вкладываю столько же творчества и страсти, сколько художник вкладывает в свои полотна. Когда же мой труд завершен, все, что я сделала,всего лишь торт. Но с другой стороны, Мона Лиза никого не насытит».

— Ну и дела! — громко воскликнула Холли. — Здорово сказано, мамочка. — Она заметила, что Джин вышла из системы: Страстная кондитерша — режим ожидания, — и поняла, что ей предстоит потрудиться. Склонившись над клавиатурой, она принялась печатать.

«Дорогая Страстная кондитерша, — писала Холли, представляя себе голос идеального мужчины. — Так, значит, творчество и страсть, да? Я начинаю тебя понимать…» Холли еще немного подумала, еще несколько раз взглянула на Адама и добавила еще пару строк к своему посланию. — А что до Моны Лизы, то через пару тысяч лет все устанут от ее улыбки, но хороший шоколадный торт с орехами не надоест никогда».

* * *

Джин не могла поверить своим глазам, когда прочитала письмо. В тот вечер, занимаясь приготовлением очередного сказочного торта, она то и дело бегала к компьютеру, чтобы поддерживать «разговор» с мистером Совершенство. Сначала она пристроила к своему шоколадному торту в виде замка карамельную башенку — и тут же бросилась в комнату, чтобы написать ему. Потом она трудилась над сверкающим рвом, наполненным абрикосовым сиропом, а затем спешила проверить, не пришло ли от него ответа.

«Дорогой Парень из Бруклина, — писала она. — Вообще-то я достаточно скромная, но только не в данном случае: я делаю шоколадный торт с орехами лучше всех в мире».

Он ответил почти сразу же: «Ну, коль на то пошло, то я делаю лучшее домашнее мороженое».

Джин понравился ответ. «Мороженое и шоколадный торт, — написала она. — Отличная пара. Она глубоко вдохнула и решилась написать то, о чем давно думала. — Это как раз то, чего я ищу. Пару, кого-то, в ком я могла бы видеть только лучшее и кто мог бы видеть только лучшее во мне».

* * *

Холли под псевдонимом Парень из Бруклина читала все, что писала ее мама. Она все время вспоминала слова из письма на следующий день на уроке физкультуры, когда наблюдала за Адамом на другом конце баскетбольной площадки. Он тоже смотрел в ее сторону. Встретившись взглядами, они просто улыбнулись друг другу.

Той ночью Холли тоже улыбалась, лежа в постели и глядя на подаренный Адамом рисунок принцессы, который висел у нее на стене. Рисунок озарял свет полной луны, сияющей над ее окном.

Та же луна озаряла комнату Адама, где он, лежа в постели, делал новый рисунок принцессы Холли.

Ту же луну видела Джин. Она выглянула из окна своей спальни и с тоской посмотрела на восток, туда, где находится Китай.

А Бен, настоящий Бен? Он в «Ривер Бистро» помогал Амбер выбирать свадебный торт. Но что-то тянуло его к двери. Он стоял на пороге ресторана, глядя на полную луну и чувствуя ее манящую силу.

Загрузка...