Бабарахим Машраб (А. Хайитметов)

Бабарахим Машраб является одним из замечательных узбекских поэтов-классиков, создавших свой особый поэтический стиль. Он широко известен не только среди узбеков, но и среди казахов, уйгуров и татар. Многие его произведения переложены на музыку. В народе бытуют бесчисленные предания о скитальческой жизни поэта.

Бабарахим Машраб родился, примерно, в 1657 г. в Андижане, в семье бедного ткача. Детские и юношеские годы поэта прошли в Андижане и Намангане. Существующие предания рассказывают о том, что он был очень талантливым человеком и в совершенстве овладел науками своего времени. Вместе с тем стремление Машраба к вольнодумству приводило к столкновению с ишанами и муллами. Вначале Машраб учился в Намангане у ишана Мулла Бозор Охунда и прислуживал ему. Затем Мулла Охунд передает его самому влиятельному ишану Кашгара Офок Ходже. Около семи лет прислуживал ему Машраб. Пребывание у ишана закончилось трагически для поэта: узнав о его любви к одной из своих невольниц, ишан жестоко наказал Машраба. С этого времени начинается скитальческая жизнь поэта. Он исходил пешком страны Средней Азии и Ближнего Востока. В то время в каждом городе, на каждой дороге можно было встретить скитальцев, облаченных в дервишеские одежды, не имеющих крова, живущих на подаяния. Среди них было немало людей науки и искусства. Можно предположить, что большинство стихов Машраба, дошедших до нас через "Диван Машраба", Написано именно в годы странствий.

В 1711 году по решению мусульманского духовенства Машраб был повешен правителем Балха Махмудом Катаганом из династии Аштарханидов, прославившимся своей жестокостью. Основными причинами казни Машраба являются, по-видимому, социальные разногласия, возникшие у поэта с правящей верхушкой, в особенности с реакционным духовенством.

После смерти Машраба духовенство уничтожило подлинные списки стихов поэта. Но народ знал и любил Машраба: его стихи переписывали неофициальные каллиграфы, их тайком читали и распространяли. Творческая деятельность Машраба относится к периоду междоусобной борьбы феодалов Мавераннахра и Хорасана. В результате междоусобиц страна очень отстала в экономическом и политическом отношениях, и сильно возросло недовольство народа правящим классом. Появились различные отшельнические и дервишеские группы, представлявшие разновидности суфийского учения. Это учение, появившись в IX — X веках, широко распространилось по всей Средней Азии. По словам покойного профессора Е. Э. Бертельса, суфизм настолько широк и растяжим, что под него может быть подведена любая концепция, любое мировоззрение[1]. Поэтому среди этих суфиев были такие отшельники, которые, подобно Ахмаду Ясави, призывали отречься от всего мирского и жить мыслями о потустороннем мире, а были и такие, которые выступали против основных законов шариата и не подчинялись им. Бабарахим Машраб был в числе последних. Он отрицает поклонение святой Мекке, отрицает ад и рай, выражает недовольство "земным бытием":

Без вина и без любимой в Мекку для чего пойду?

Что мне храмы и мечети — лавки ветхие, старье!

Ад вдвойне иль пять Йремов мне предложат — все равно!

Если нет свиданья с милой, ад — гнилье и рай — гнилье!

Я, поправ престол аллаха, в сущность тайн его проник.

В небе мрак. Так что ж сказать мне про земное бытие?

(Газель "Если прах я...")

Выступая против основных догм мусульманской религии, Машраб придерживался суфийского учения о боге, по которому отрицаются посредники между богом и человеком — ишаны, шейхи, муллы.

Машраб открыто признается в своих стихах в том, что не читал намазов и не соблюдал постов:

К молитвам не зови Машраба! Веди с ним речи о любви.

Безумен, от постов свободен — вот он какой, хитрец Машраб.

(Газель "Когда явился в мире этом...")

Он считает, что только с любовью к богу человек может достичь самой высокой ступени в познании абсолютной истины — соединения с богом. По мнению суфиев, появление человека на свет и каждое его действие предначертаны богом. Таким взглядом Машраб, с одной стороны, принижает роль человека в обществе, с другой — сводит на нет роль ишанов, шейхов и мулл, клеймит их в своих стихах:

К муллам не обращусь в сомненье. Какого ни возьми муллу —

Любой из них разврата, чванства и скудоумья образец.

Что мне их путаные знанья! Их путь — дорога сатаны.

Они слюною истекают, подачки пряча в свой ларец.

(Газель "Скитаюсь я в краю печам..")

Такое отношение к духовенству Машраба и других поэтов подрывало авторитет духовенства и имело в тот период прогрессивное значение. Ф. Энгельс в своей работе "Борьба крестьян в Германии" писал: "Революционная оппозиция феодализму проходит через все средневековье. Она выступает, соответственно условиям времени, то в виде мистики, то в виде открытой ереси, то в виде вооруженного восстания."[2]

Мы имеем основание сказать, что в произведениях суфийских поэтов, в частности в произведениях Машраба, в известной степени отражены гнев и скорбь народа, страдавшего в тисках феодального гнета:

Я видел тех, чей дух и тело зажаты гнетом, как в тиски,

Я видел скорбных тех, чье сердце разбито болью на куски,

Я видел тех, что днем и ночью в плену безвыходной тоски.

(Мухаммас "Повсюду о моем безумье...")

Машраб был далек от понимания законов общественного развития и искал решения социальных вопросов не в самом обществе, а в божестве.

По нашему мнению, возмущение несправедливостью жизни, недовольство социальным положением, стремление к мирским благам в творчестве Машраба преобладают над мистикой.

Машраб занимает особое место в развитии узбекской лирики. Его стихи о любви насыщены мыслью и чувством, отличаются богатством красок и разнообразием формы. Машраб воспевает свою возлюбленную, красоту ее, верность ей, он страдает в разлуке, готов перенести любые мучения во имя встречи с ней.

В многочисленных и разнообразных по форме стихах варьируется любовная тема. Лирический герой Машраба готов ради любви на любые жертвы, на самоотречение. Его возлюбленная в большинстве случаев изображается гордой красавицей, смелой, решительной, порой даже жестокой, покоряющей и сердце поэта, и весь мир;

Покрывало снимает с лица, и плененный красавицей мир

Смотрит, смотрит на облик ее, как и я, опьяненный, смотрю!

..........................................

И тогда убивающий царь-чаровница летит на коне,

Говоря: "Для неверных рабов меч жестокости я заострю!"

.........................................

Ранят черные стрелы ресниц, царь-кумир убивает раба,

Умирает Машраб от любви, не противясь кумиру-царю.

(Газель "Мой кумир надевает наряд...")

На пути к счастью, к соединению с любимой, поэт встречается с социальной несправедливостью;

Всю жизнь ищу свиданья с милой. Вельможи-псы грызут меня.

Неужто нам терпеть их вечно, собак без чести и стыда.

(Газель "О груз тоски моей...")

В лирике Машраба переплетены любовные и общественно-философские мотивы.

Поэт уделяет большое внимание художественной форме своих произведений, не делая, однако, форму самоцелью. Искусство Машраба основывается на изучении творчества великих поэтов Востока — Алишера Навои, Хафиза Ширази, Абдурахмана Джами, Джела-леддина Руми, на знании устного народного творчества. Машраб использовал различные известные в то время поэтические жанры.

Его перу принадлежит много газелей, ряд удивительных мустазадов. Мухаммасы и мусаддасы Машраба являются образцами поэтического творчества. Стихотворения Машраба отличаются совершенством художественной отделки, смелостью и оригинальностью мысли, музыкальностью. Многие газели и мустазады, мухаммасы и мусаддасы стали народными песнями.

До Великой Октябрьской социалистической револю-ции существовало два взгляда на творчество Машраба. Правящие классы, особенно духовенство, отталкиваясь от враждебного для них содержания поэзии Машраба, отрицали художественное достоинство его стихов. Для народа Машраб всегда был любимым поэтом, творцом глубоко лирических, социально острых поэтических произведений.

В советское время его произведения публиковались в узбекских антологиях и хрестоматиях. В 1958 г. Гослитиздат УзССР выпустил сборник стихотворений Машраба отдельной книгой. Стихи, вошедшие в этот сборник, отобраны из рукописей "Дивани Машраб", переписанных в XIX веке, хранящихся ныне в Институте востоковедения АН УзССР, и из литографий книги "Дивани Машраб", опубликованных в 90-х годах XIX века.

Интерес к творчеству Машраба среди русской интеллигенции Туркестана возник еще в конце XIX века. Первые подстрочные переводы стихов Машраба на русский язык были сделаны Н. С. Лыкошиным.

В "Антологии узбекской поэзии" (Гослитиздат, М., 1950) опубликовано более десяти стихотворений Машраба в переводе русских поэтов В. Державина и Т. Спендиаровой.

Предлагаемый читателю сборник "Избранное" Машраба — первый опыт публикации художественных переводов Машраба на русский язык отдельной книгой.

Владимир Липко передал богатый своеобразный мир образов Машраба, сохранил сложную традиционную форму его произведений.

Переводы В. Липко открывают русскому читателю, да и не только русскому, талантливого узбекского поэта XVII века.

А. Хайитметов

Загрузка...