Мы, мечтатели, мечтали,

Задыхаясь в городах,

О далёких светлых далях,

О чужих краях.

Редьярд Киплинг

Человеческий ум слабоват, даже если соотносить его с сугубо личными проблемами, какие каждому индивиду приходится решать, как от этого ни увиливай. И человеческий ум тем более слаб относительно сложностей мира, в котором людям приходится жить, поскольку другого у них нет. Можно утверждать, что человеческий мир для человеков же и необъятен. Выручает их лишь то, что обычно по частям можно приблизительно судить о целом, а также то, что для текущего выживания требуется знать не очень уж много, из-за чего даже менее интеллектуальные существа типа собак или мух с этой задачей в целом более-менее справляются. Правда, многие из них всё-таки мрут раньше времени, особенно мухи.

Путешествия во всякие дальние страны — занятие довольно дорогое, отнимающее силы и время, местами опасное. Предпринимают их, как правило, не столько от заеденности любопытством или скукой, сколько из стремления самоутвердиться через личное покорение пространств и позирование на фоне известных объектов. Проблема самоутверждения хоть через что-нибудь более или менее приличное никогда не была мне совсем уж чужда, но также лелеялась надежда, что будет получаться решать её не простым фотографированием себя на узнаваемых фонах, а вдобавок выявлением чего-то важного, что другими было оставлено незамеченным — возможно, по причине отсутствия стремления заметить либо вследствие замороченности неправильными теориями. Ведь делают же иногда люди открытия и на избитых тропах (да ещё какие) — где до них многие-многие другие лишь скользили взглядами по окрестностям и ни за что не зацеплялись!

Поездки в чужие края как экономически целесообразный способ самоутверждения срабатывают только тогда, когда самоутверждающихся в этих местах соотечественников ещё не очень много. Для доказательства достижений и для привлечения к ним внимания используются фотографии, путевые заметки, сувениры, трофеи, а также просто специфические местные вещи, которые можно употреблять вместо тех, что доступны и на родине. Впрочем, заслуживающее интереса иногда находится совсем рядом, но для большинства самоутвержденцев является непривлекательным, потому что вследствие своей доступности оказывается не подходящим для выпячивания ими своих беспокойных личностей.

* * *

Поездка сама по себе ещё не обогащает человека внутренне. Скажем, некоторые собачки много путешествуют вместе с хозяевами и много где разнюхивают следы справления нужды, оставленные другими собачками, а также справляют нужду сами, но возвращаются почти такими же (или нет?!), какими уезжали. Я полагаю, что если у думающего человека после поездки в какое-нибудь место ради осмотра чего-то там не возникли хоть сколько-нибудь значимые соображения по поводу чего-то увиденного — или хоть чего-нибудь — то поездка была полезной разве что в качестве демонстрации наличия свободного времени и денег таким же хорошим людям, как и сам ездивший. Ну, допускаю ещё, что какие-то невыразимые, но благоприятные подвижки случаются глубоко в подсознании.

* * *

Мне и моим ровесникам, боюсь, посчастливилось застать самый благополучный период в истории если не человечества, то Европы уж точно: мировых войн не было, больших европейских — тоже. И от голода умирало на планете всего только около миллиона людей в год, да и то лишь в отсталых странах. Ресурсов ещё хватало на всякую совсем уж ерунду, а разнообразные загрязнения среды обитания, хотя и накопились в больших количествах, но ещё позволяли местами если не пить из ручья, то хотя бы собирать ягоды и тут же есть их без существенного увеличения содержания радиоактивной и всякой прочей дряни в организме. Пассажирская авиация была почти вездесущей и относительно дешёвой, гостиничное дело было развитым, имелась возможность бронировать номера в отелях и покупать билеты на транспорт через интернет, визы почти в любую страну более-менее выдавались (а то и не требовались), большие государства не грызлись между собой и не вводили друг против дружки «санкций», которые бы задевали путешественников. Ограничителями для путешественников были в основном время и деньги. Если отпуск у тебя составляет только один месяц в году, то много ведь не разъездишься. И если надо выгуливать не только себя, но и свою семью на просторах планеты, это оказывается особенно затратно.

* * *

Много (= больше меня) путешествуют ради впечатлений те, кому не удаётся получать из этих впечатлений сколько-нибудь обильный «сухой остаток», а ведь хочется, и они всё надеются и надеются, что за следующей границей им, наконец, откроется, ага.

На самом деле они ездят скорее со следующими целями:

— чтобы выглядеть людьми, которые могут позволять себе путешествия;

— чтобы производить впечатление бывалых;

— чтобы заполнять душевную пустоту;

— чтобы отдыхать от родственников, соседей, друзей, а то даже от соотечественников в целом;

— чтобы заниматься интимными делами (кого это ещё интересует).


Проницательному человеку с кругозором и творческими замашками бывает достаточно одной качественной поездки, чтобы надолго загрузить себя информацией для размышлений, и из этих размышлений почти всегда что-то выходит — в виде текстов или как-то ещё.

* * *

Польза от закордонных поездок состоит, среди прочего, в том, что избавляешься от некоторых аберраций мировосприятия и, может быть, обретаешь новые, но всё-таки на более высоком уровне понимания человеков. К примеру, я излечился от россиецентризма и патриотизма (точнее, стал патриотом стран этак тридцати сразу, причём у них между собой бывают те ещё трения — как у Ирана с Израилем, к примеру, — и тут хоть разорвись), углубил и уточнил свой антизападнизм, закрепил свой сионизм, ослабил до приличного состояния свой бытовой антисемитизм, обострил свой бытовой и политический ксенофобизм в отношении негров, китайцев, индусов и др. (но без выхода за пределы здравого смысла, надеюсь), принял ислам, точнее, исламскую культуру (на все столпы ислама меня не хватает, сорри). Главное — я ни разу не сожалел о средствах и времени, потраченных на поездки, хотя сожалею много о чём другом.

Только нехватка денег, слабость здоровья, преклонный возраст — уважительные причины сидения дома, иначе ты — человек, который отказывается от существенной информации о мире, но отважно берётся о нём судить с чужих слов, оправдываясь тем, что так или иначе о большинстве вещей он судит с чужих слов — и ничего, живой, пусть и с нелучшими политическими предпочтениями.

* * *

Я не думаю, что посещение ста с лишним стран идёт человеку на пользу. Оптимум — наверное, где-то около 70 стран, а то и менее. Причины следующие.

Во-первых, полноценное изучение страны (а зачем ещё путешествовать? чтобы отметиться и прослыть?) требует больших затрат времени: на подготовку поездки, на собственно поездку, на обработку её результатов. Не останется этого самого времени на прочее в жизни. А если готовиться, ездить и обрабатывать СОКРАЩЁННО, это халтура, имитация, ввод общественности в заблуждение.

Во-вторых, если серьёзно относиться к путешественнической деятельности, идёт переполнение себя информацией, и ты не успеваешь её обрабатывать даже подсознанием, не говоря уже о делании чётких обобщений и выводов. Тут, как с потреблением пищи: имеются естественные пределы, и лучше не втискивать в них как можно больше изо всех сил, а соблюдать меру и брать качеством, иначе тебе же и поплохеет.

В-третьих, чем больше таскаешься, тем больше шанс свернуть себе шею. Особенно в странах «второй очереди», в которых процветает преступность (их, кстати, толком и не посмотришь всё равно). В очень зрелом возрасте неестественное завершение своих дней, вроде как, уже немножко и кстати, но в возрасте среднем — и тем более в молодом — дополнительный риск нормальным людям совсем ни к чему.

В-четвёртых, надо и честь знать: 1) пожалей биосферу (ты же не на своих двоих пробираешься за дальний кордон, а сжигаешь топливо); 2) оставь что-то другим людям, не тяни на себя по-жлобски всё одеяло.

В-пятых, слишком большая настойчивость в путешественнических делах подозрительна: может, какое-то нехорошее шило торчит у тебя в задних мягких тканях и не даёт тебе сидеть ровно. Скорее всего, это комплекс неполноценности и/или неспособность самоутвердиться более общественно-полезными и более дешёвыми способами.

* * *

Иногда таки обостряется проблема «чем бы заняться?». Если ты не совсем бестолковый, то проблема куска хлеба и крыши над головой рано или поздно оказывается надёжно решённой. Далее, недопрогресс ведь худо-бедно обеспечивает людям кое-какое свободное время и кое-какие материальные возможности — не всем подряд, разумеется, но, может, ты как раз из счастливчиков.

Расширять и декорировать своё жилище и набивать его ненужным барахлом сверх разумной достаточности нет смысла, так что возможности сладострастного, но более-менее толкового шоппинга рано или поздно заканчиваются: всё, чем есть резон запасаться, оказывается запасённым уже на десятилетия вперёд, а родственники норовят шопиться самостоятельно и бывают ничуть не довольны, когда ты пытаешься им навязать что-то из своих избыточных приобретений.

Собирать книжки надоедает, когда понимаешь, что и из уже собранных вряд ли успеешь прочесть хотя бы 10%, да и те больше подпортят тебе зрение и в конце концов тоже осточертеют. Вдобавок при твоей дивной памяти можно уже лет через пять читать их по новому кругу, так что держать большое их количество — это абсурд.

Женщины со временем тоже наскучивают: открывать в них что-то новое, интересное всё менее получается, они своим внешним и внутренним устройством очень похожи одна на другую, болтают одну и ту же ерунду и несут тебе своими капризами больше напрягов, чем радостей.

Политика тебя аналогично разочаровывает: там всё — по дурацкому кругу, но вырваться из него почему-то хочешь лишь ты, а другие его даже не замечают.

Извращений ты боишься, психотропов тоже, значит, с этих сторон тебе тоже ничего не обломится.

Творчество немножко занимает тебя, но ввиду обилия конкурентов получаются большие сложности со сбытом продукта, а работать единственно ради самолюбования — это быстровато приедающаяся радость. Потом, всё свободное время творить ведь не будешь: как минимум, требуется вдохновение, а оно появляется не всегда.

Общаться тебя не тянет, ругаться — тоже, потому что приедается и это, да и смысл ведь нужен, а опыт подсказывает, что в этом его почти нет. Опыт — вещь жуткая: лишает тебя [глупых] светлых надежд, чуть ли не ставит на грань депрессии.

Тратиться на добрые дела — тоже фу: твоё мизантропское нутро — категорически против. Всё тот же опыт говорит, что люди этого не заслуживают и хватит с них уже того, что ты их не убиваешь и не гадишь им, как они — тебе.

И вот тут-то приходят на помощь ПУТЕШЕСТВИЯ: благодаря им ты оказываешься как бы при деле, причём потенциально очень важном. Ты и развиваешься, и рискуешь какое-то как бы открытие сделать. Или новый смысл жизни для себя отыскать. Или случайно, но очень кстати, встретиться с кем-то или чем-то. А ещё ты сближаешь между собой нации, уменьшаешь вероятность войны, кого-то подкармливаешь своими тратами (всё-таки доброе дело, да). Наконец, у путешествующего, как правило, немножко выше, чем у домоседа, шанс нечаянно убиться и прекратить эту сложную мороку под названием «жизнь» (когда тебе уже немножко за сорок, такая перспектива пугает всё меньше, лишь бы это было не больно и уцелела семья).

Правильное путешествие (= в основном пешочком) — это очень полезное для здоровья занятие: ты двигаешься на свежем воздухе, немножко облучаешься солнцем, твои глаза отдыхают от книжек и компьютера, ты цепляешь в чужих краях новые инфекции (= расширяешь набор своих иммунитетов), возможно даже, принимаешь в организм дефицитные в ваших краях микроэлементы. Просто ходить кругами по парку какому — это же невыносимо скучно, а по новым местам — почему бы нет?

В путешествиях, как правило, организм мобилизуется и некоторые мелкие недомогания отступают или исчезают совсем. Ты весь как бы встряхиваешься, воля крепчает, ум обостряется, улучшается сон [и стул], растрясаются и рассасываются всякие нехорошие отложения в организме. Правда, возможны мозоли и потёртости, царапины от колючих растений, покусы и ужаления от всяких насекомых.

Конечно, сидя дома, будешь иметь больше времени на размышления о жизни и других сложных вещах (дело полезное), но сложность в том, что мысли сами собой рождаются слабовато, а путешествия как раз немало их стимулируют.

Детей воспитывать — тоже дело нужное, но не перебарщивать бы. Вдобавок лучшее воспитание — показывать самим собой хороший пример благополучного человека, а кто может выглядеть прекраснее матёрого путешественника, возвращающегося из дальних далей с обилием впечатлений и фотоснимков, заграничной пылью на обуви, [подозрительными прыщами на коже,] иноязычными фразами на языке и кое-какими интересными вещицами в глубинах рюкзака?

Вот если и путешествия приедаются, тогда твоё дело уж точно швах.

* * *

Уже и одна лишь подготовка к путешествию существенно бодрит и экзаменует (кстати, заслуживающая внимания идея: подготовился, НО НЕ ЕДЬ). Ты вдруг с удивлением обнаруживаешь, что ни для чего серьёзного ты толком не экипирован: ни для войны, ни для перехода на нелегальное (лесное?!) положение, ни для стихийного бедствия, ни тем более для конца света (вроде бы всё должно было сохраниться с предыдущей — недавней! — поездки, но всё-таки как-то подрассосалось или почему-то перестало влезать в рюкзак). Аварийный набор слабоват, вещи недособраны и слишком громоздки, размеры рюкзака маловаты, а рюкзачные шлейки пришиты ненадёжно, обувь не достаточно удобна для того, чтобы ноги выдерживали 6–8 часов марша. Всё слишком тяжёлое, слишком большое, но и слишком нужное, чтобы не брать с собой.

У тебя куча всяких потребностей, без удовлетворения которых ты будешь напрягаться, мучиться и болеть, а то даже умрёшь, только, может, не сразу. За всё это ты как мизантроп начинаешь с удвоенной силой ненавидеть человечество с его псевдопрогрессом, не обеспечившее тебя готовым продуманным компактным и лёгким снаряжением, достаточным комфортом в транспортных средствах и гостиницах, достаточным ассортиментам мелочей первой необходимости в массовых «торговых точках». Ты начинаешь люто завидовать питекантропам, собакам, улиткам и т. п. за то, что они обходятся (или обходились, пока не вымерли) совсем или почти совсем без имущества: своими силами, разными встроенными способностями своих организмов (правда, и мрут ведь они, как мухи, а ты всё ещё жив, тьфу-тьфу).

Любая мелочишка, любая недопришитая пуговица может ведь стать причиной больших неприятностей, ввергнуть тебя в денежные расходы, отнять драгоценное время, а то и причинить существенный вред твоему единственному организму или даже совсем прикончить его. Скажем, перебегаешь улицу перед несущимся автотранспортом (иногда без этого никак), а тут вдруг отрывается ремешок твоей сумки, и она падает на проезжую часть (у меня такое было в Стамбуле). Полсекунды твоего промедления — и тебя уже может не стать как мыслящей личности.

Начинаешь, вроде, собираться за пару недель до старта (а людям говоришь, что «всегда готов»), но всё равно куча дел остаётся на последний день и даже на последний час. И что-то ж всё равно остаётся недоделанным, твоя подготовка — недошлифованной, и очень редко удаётся выйти из дома вовремя, а не в крайний срок. И уже в дороге ты с замираниями сердца мысленно пересматриваешь свой багаж и свои подготовительные мероприятия, чтобы обнаружить, а что же ты упустил или перепутал на этот раз?!

Уфф! Кажется, ничего существенного. Транспорт тронулся, процесс пошёл… Теперь задача №1 — [купить сувениры] вернуться живым, остальное уже не так важно.

* * *

Собираясь в какую-нибудь страну, я стараюсь использовать какую-то информацию о ней, в том числе видеорепортажи. Так вот, некоторые из них меня раздражают. Это те, в которых «путешественник» много маячит в собственном кадре и неспешно трындит про каждый свой [пердёж] чих. Такое — неуважение к зрителю. Такое может умилять, по-моему, только очень незанятых человечков, не знающих, как убить время. Я люблю репортажи, которые насыщены важными вещами, а не самолюбованием на заграничном фоне.

* * *

Я исхожу из того, что человеческий мир пока что остаётся в некоторых своих существенных вещах непонятым, и из-за этого не удаётся сделать его более благополучным — вопреки желанию очень многих. Да, именно так: люди не вполне понимают мир, который себе досоздали и в котором живут.

* * *

Первого негра я увидел вблизи, когда мне было года четыре и я уже худо-бедно разбирался в том, какого цвета должны быть люди. Я его испугался, хотя это был, наверное, очень добрый негр и хотел меня позабавить. Поскольку мои счастливые годы прошли по преимуществу в расово и языково однородной среде, меня до сих пор удивляет, что где-то живут люди, которые существенно иначе, чем мы, выглядят и говорят, но при этом проявляют такие же, как у нас, эмоции и даже способны пользоваться такими же, как у нас, компьютерами, только с несколько другими символами на клавиатуре. И вот я езжу, чтобы привыкнуть к этому многообразию, но привыкание всё как-то не наступает: благоприятное для этого время было упущено в молодости.

* * *

Слегка расставим точки над «ё»: отнюдь не я виноват в моей неусидчивости. Сначала я был «невыездным» — благодаря коммунякам, позже я перестал быть «невыездным» — благодаря антикоммунякам — но у меня не было денег на поездки. Поэтому, когда появилась реальная возможность таскаться за пресловутый бугор, я повёл себя, как пёс, который полжизни сидел на цепи, а потом с неё вдруг сорвался. И теперь лучше не становиться между мной и Забугорьем. Ну, на самом деле я помчался вон из Отечества не совсем сразу: был период привыкания к свободе, мировому пространству, аэропортам, чужому транспорту, системе бронирования гостиниц через интернет и т. п. Сегодня я — «гражданин мира», с кучей обрывков чужих языков в голове, со знанием всяких «засад» на транспорте, в гостиницах, апартаментах и хостелах, с отличным навыком выбора маршрутов и пристанищ, с чутьём на всякие-разные угрозы, начиная с кулинарных. Кто-то ездит в любимые места, а я езжу во все страны подряд, начиная с более доступных и стараясь не бывать в одном месте дважды (хотя и повторные визиты, если случались, приносили новые личные открытия и немалое удовольствие). И я плохо себя чувствую, если приходится проводить на Родине три свободных дня подряд (weekends — ещё ладно, если зубы держать стиснутыми) вместо того, чтобы съезжать на это время хоть куда-нибудь. Я мечтал быть «международным бродягой» и я стал им (правда, лучше было бы лет хоть на 15 пораньше). Прорвался «в мир, открытый настежь бешенству ветров», предложенный мне Жюлем Верном, Робертом Стивенсоном, Райдером Хаггардом, Луи Буссенаром и ещё много кем.

* * *

Мне нравится, когда в голове мешанина языков и городов, в кошельке — монет разных стран и не успеваешь разгрузить чемодан или рюкзак после поездки, как уже надо собираться в следующую. Это как если проживать много жизней вместо одной: значительно продлить своё существование невозможно, но заполнить жизнь впечатлениями, которых хватило бы на несколько жизней, — такое вполне по силам и по средствам.

* * *

Минусы путешествий:

— денежные расходы;

— затраты времени: не только на собственно путешествия, но также на их подготовку и на обработку их результатов;

— новые инфекции;

— повышенный риск покалечиться, а то и убиться;

— нередкий дискомфорт;

— психическое напряжение и порча себе нервов — из-за всяких «засад», из-за опасения дорогостоящих ошибок и в отбивании чужих попыток нажиться на путешественниках.

* * *

Недели через две после старта (иногда раньше, иногда позже) путешествие начинает приедаться: сказывается перегрузка впечатлениями и хождениями. Из гостиницы выбираешься всё позже. И если вначале ты бросался с фотоаппаратом на каждую мелочь, то потом уже спокойно относишься и к пропуску значительных объектов (говоришь себе: так или иначе всего не посмотришь).

А ещё начинает что-нибудь раздражать — в аборигенах, в их образе жизни, в устройстве их городов. И зреет мысль: а не пора ли уже с поездками покончить? Ведь толком не обработана даже та информация, которую ты уже нарыл.


О том, почему лучше бережно относиться к чужому этническому своеобразию.

Всякий народ имеет какие-то важные для его выживания внутренние особенности и/или внешние обстоятельства, которые обеспечили ему становление и последующее существование среди других народов: не позволили оказаться затоптанным или раствориться в других.

Всякий народ дал, даёт или может дать человечеству что-то ценное и что-то вредное. Положительные и отрицательные вклады не всегда очевидны и не всегда востребованы, вдобавок точная мера для них отсутствует.

Люди, заимствующие чужое, зачастую уничтожают не худшее (или не намного худшее) своё — занимавшее то место, которое пошло под чужое.

У разных народов есть множество вещей аналогичных, но не связанных общим происхождением, а также множество вещей неодинаковых, но имеющих общий корень.

* * *

Когда присматриваешься к нескольким цивилизациям сразу, то обнаруживаешь, что каждая из них самодостаточна в области литературы, скульптуры, живописи, музыки и пр. и не имеет острой нужды в заимствованиях. Привнесение чужого означает в такой ситуации не обогащение культуры, а оттеснение аналогичного своего. В каждой существующей цивилизации физиологически и социально востребованные эстетические комплексы давно созданы, причём с большим избытком, так что отдельный индивид освоить их практически не в состоянии и к тому же не испытывает потребности в этом. Художественных ценностей, востребованных повсеместно («трансцивилизационно»), существует очень немного, да и в отношении тех надо ещё смотреть, жаждутся они массами или навязываются им местными эстетствующими элитками. Даже если взять такой всепроникающий идейно-символьный комплекс, как христианство, то и здесь обнаруживается, что в каждой цивилизации его эстетически оформляют существенно по-своему и что, к примеру, африканские христианские негры видят Иисуса, его апостолов и иже с ними несколько иначе, чем китайские христианские монголоиды.

* * *

Любую свою поездку, даже в места не очень дальние, я рассматриваю преимущественно как продолжение образования и как исследование — в части таких предметов, как этнография, культурология, архитектура, градостроительство, религиоведение, а где-то и география, и чуть-чуть лингвистика. Я всегда хотя бы немного учу язык страны, в которую еду. И всегда возвращаюсь домой с едва подъёмным количеством электронных фотографий и с какими-нибудь вещественными «материалами», которые потом захламляют мою квартиру. Это книги, газеты, использованные билеты, мелкие обломки камней и т. п. Есть, к примеру, жменя красного песка, который я вытряс из своей обуви после экскурсии в Вади Рам.

* * *

Есть одно сомнительное занятие: разгонять тучи на астральном уровне. Буквальные и фигуральные. Не знаю, насколько это так на самом деле, но по ощущениям — таки да: ты их разгоняешь, и они разгоняются. Над той местностью, в которую ты настропалился, и непосредственно над тобой. Главное — не откладывать это дело и не расслабляться.

Затеяв подготовку к очередной поездке, сперва чувствуешь неуверенность и страх перед возможной жуткой погодой, землетрясениями, наводнениями, нашествиями чего-нибудь и вообще неопределённым чёрт знает чем — и гадаешь, не идёт ли это из той части твоего подсознания, которая отвечает за предвидение и/или за связь с «космосом», но потом вдруг наступает момент перелома, и тебе начинает представляться, что разгон будущих облаков пошёл и что вообще всё будет хорошо, если ты будешь мощно хотеть этого и продолжишь что-то там распихивать в стороны в непонятно каком астральном пространстве. «Высшие силы» наверняка отыскали у себя ресурсы для реализации твоих скромных хотелок, включили твой маленький план в свой большой, и теперь всё у тебя получится, как обычно, то есть, в основном хорошо. Серьёзные препятствия будут заблаговременно убраны с твоей дороги (а мелочи будут оставлены на ней единственно для того, чтобы держать тебя в форме).

За несколько недель до более-менее сложной поездки начинаешь настраиваться на неё: пропихивать в астральной плоскости свою концепцию последующих событий плюс мобилизовывать в себе всё, что можно и нужно. В почти гарантированном тебе будущем благодаря указанному пропиху разгоняются сгущения атмосферных вод над нужными тебе местами, у забастовщиков на транспорте ослабляется желание бастовать, у террористов — желание терроризировать, у полицейских — цепляться к честным людям просто так.

На твоём пути болезнетворные бактерии и кусачие животные дохнут без видимых причин, преступники устраивают себе дни отдыха, водители транспортных средств забывают принять наркотики. А ещё не горят гостиницы, не обрушиваются перекрытия, не срабатывают взрыватели, а автоматы Калашникова демонстрируют все возможные задержки при стрельбе.

Твой организм укрепляется, твоя сообразительность обостряется, твои языковые навыки прибавляют в качестве. Ты вживаешься в роль неприметного матёрого путешественника, в маршрут, в страну назначения (её великолепие заранее открывается твоему внутреннему зрению во всю ширь).

Всякие мелкие неполадки в твоём теле становятся меньше числом и тяжестью. Ты встряхиваешься, освежаешься, бодреешь, молодеешь, становишься сильнее физически и устойчивее психически. Обостряется твоё чувство опасности и чувство направления, выверяется ход твоих внутренних часов, повышают свою восприимчивость твои органы всяких ощущений.

Ты веришь в свои силы, но не расслабляешься. Ты боишься, но не дрожишь. Ты чувствуешь: Аллах — наверняка в основном за тебя, несмотря на пропущенные намазы, немытые ноги, зажиленный закят и прочие крупные недоработки.

Ты — удачник и баловень (предусматривающий и рассчитывающий, впрочем, почти всё). Ты молодецки прорываешься в промежутках между ураганами, землетрясениями, наводнениями, отключениями электричества, магнитными бурями, массовыми беспорядками и эпидемиями разных гриппов. Ты пробиваешь себе путь через возможные препятствия, отталкиваешь не нужные тебе случайности и подгребаешь под себя нужные.

Ты, конечно, не маг, но тоже на что-то способен (так кажется): краем сознания поддерживаешь в небе самолёт, в котором летишь; не позволяешь поезду, в котором едешь, сойти с рельсов; останавливаешь мелкую течь в днище парома, на котором плывёшь, и т. д.

Ты наверняка снова забудешь взять в дорогу что-то особо нужное и/или сделать накануне что-то особо важное — и наверняка снова как-нибудь выкрутишься, блеснув изобретательностью и познаниями.

Ты определённо вернёшься — целый и невредимый — хотя, возможно, было бы лучше уже где-то (чего уж там!) и остаться насовсем.

* * *

Изучение национальной еды — это важная часть экспедиции в другую страну. Не разберёшься с едой — не поймёшь и местного национального характера, находящегося с ней в состоянии обоюдного влияния.

Виды пищи, подлежащей исследованию:

— натуральная еда (специфические свежие фрукты, овощи и т. п.);

— уличный фаст-фуд;

— ресторанная еда (дороговатые блюда);

— магазинная еда, не нуждающаяся в дополнительной обработке: консервы, выпечка и т. п.;

— повседневная домашняя еда.


Аспекты исследования пищи:

— своеобразие;

— эффектность вкуса;

— состав;

— полезность для здоровья;

— санитарный уровень приготовления;

— скорость и сложность приготовления;

— стоимость.


Выводы из исследования пищи:

— насколько народ своеобразен;

— у кого народ делал заимствования;

— от чего народ получает основные удовольствия;

— насколько народ утончён в культуре;

— и т. п.


Сильная национальная кухня — основание для национальной гордости, средство заманивания туристов и приобретения (прикармливания) друзей.

Национальную кухню надо сохранять, шлифовать, развивать, защищать и пропагандировать как национальное достижение, национальное достояние, одну из основ для национального единения, средство обеспечения здоровья нации, инструмент её глобального влияния.

Путь к сердцам людей лежит по преимуществу через их желудки. Кормите нацию правильно, и она будет стоять стеной за текущую власть и сможет сворачивать горы.

* * *

Опасности, подстерегающие путешественника:

— плохая погода;

— ошибки планирования действий распознавания ситуации и пр.;

— транспортные катастрофы;

— экзотические инфекции и инвазии;

— травмы;

— пищевые отравления, диарея;

— солнечные ожоги;

— преступники;

— беспокойные соседи (в гостинице, самолёте и т. п.);

— потеря ценных вещей;

— недосып;

— перенапряжение;

— нападения животных (собак, обезьян, змей, малярийных комаров, мухи цеце, медуз и т. п.);

— стихийные бедствия (землетрясения, цунами, наводнения, снежные заносы, оползни, сели, лавины);

— нарушения транспортного сообщения по политическим причинам;

— забастовки транспортников;

— террористы, массовые беспорядки, революции, войны;

— перерасход денег из-за успешности чьих-то попыток их из вас вытащить всякими уловками.


Не считаться со всем этим могут только не особо умные люди. И если прикидывать вероятности и тяжести перечисленного, то существенно ослабляется желание вставать с обжитого дивана. Какие-то очень большие проблемы должны достать думающего индивида, чтобы он всё-таки решился на сколько-нибудь дальнее путешествие, пусть даже хотя бы в соседний город.


Непременные спутники путешествия:

— дополнительные расходы;

— дополнительные траты времени, в том числе на подготовку и на подведение итогов;

— дополнительные риски и напряги;

— отсутствие вас в вашем основном месте пребывания (а отсутствующий ведь всегда неправ).


Что всё-таки заставляет путешествовать: стремление…

— чуть лучше разобраться с мироустройством;

— открыть для себя новые возможности;

— присмотреть себе лучшее место обитания;

— повысить свой статус;

— отдохнуть от родственников и соседей;

— с кем-то познакомиться;

— свернуть себе шею (только внезапно, быстро и небольно).

* * *

Типы путешествий:

1) по затратам на проживание:

— пятизвёздочные;

— четырёхзвёздочные;

— трёхзвёздочные;

— двухзвёздочные;

— однозвёздочные, палаточные;


2) по используемым транспортным средствам:

— на общественном транспорте;

— на личном автомобиле;

— на мотоцикле;

— верхом, на гужевом транспорте;

— на велосипеде;

— пешком;

— на малоразмерном гребном судне;

— на малоразмерном парусном судне;

— и т. д.


3) по сложности:

— пляжно-шоппинговые;

— отметочные (отметиться при достопримечательностях);

— с углублённым исследованием местности, репортажные;

— с научным исследованием;

— экстремальные.

* * *

Для людей с несколько мизантропичным мировоззрением привлекательность путешествий обеспечена тем, что в них можно отдыхать от соотечественников, то есть, от наиболее приевшейся разновидности человеков. Иностранные глупости переносятся легче отечественных, потому что не опостылели, труднее идентифицируются в качестве глупостей, возбуждают исследовательское любопытство, ради удовлетворения которого ты как раз и потянулся в чужие дали. К тому же если ты сам припёрся в гости, ты должен проявлять снисходительность к хозяевам. А ещё в гостях надо ведь быть вежливым — хотя бы из соображений безопасности. А чтоб быть вполне вежливым внешне, надо быть вежливым и внутренне. Иначе говоря, мизантроп в путешествиях немножко отдыхает от самого себя.

* * *

После 5–7 часов шатания по чужому городу, уже далеко не первому в текущей поездке, у меня обычно бывает только одно желание: лечь и поспать. И мне становится почти безразлично, где я и зачем. И только разве что на краю сознания шевелится ещё какая-нибудь мысль, обычно следующая: так ли уж это было мне нужно? Чтобы выглядеть большим путешественником — знатоком разных стран, а также человеком, который «может себе это позволить» и достаточно волевой и сообразительный, чтобы всякое такое выдерживать? В самом деле, толку от созерцания разных городов и прочих местностей не очень много. Первые тридцать-пятьдесят объектов — ещё куда ни шло, а дальше в основном получаются повторения.

Покупать в поездках что-то, не идущее непосредственно в дело, — занятие малосмысленное, потому что в доме и без того полно сомнительно полезных вещей (книг, ножей и т. п.).

Эффект от всяких вылазок в чужие города, боюсь, сводится в основном к тому, что новыми впечатлениями затираются старые, профукиваются денежки, теряется время, изнашивается обувь.

Якобы я собираю по чужим краям нужный для чего-то «материал». В самом деле, собираю. Только он потом чаще просто лежит пластами, потому что нет времени в нём копаться.

После поездки я стараюсь выдавить из себя в письменной форме хоть что-нибудь об увиденном. Если не напишется ничего нового и не совсем мелкого, значит, поездка никаких сильных впечатлений не принесла, то есть, я либо чего-то не доглядел, либо чего-то не допонял; в общем, мотался зря, и надо ехать снова.

* * *

Путешествия как средство самоутверждения. Самоутверждаться, к сожалению, бываешь вынужден, иначе прозябнешь, не пропихнёшься ни к каким благам. Если не возвысишь себя в глазах окружающих хоть чем-нибудь, тебя будут считать ничтожным человечком: обходить при повышении зарплаты и должности, отодвигать тебя локтями, игнорировать твои идеи, отвергать твои кавалерские ухаживания, смотреть в твою сторону в последнюю очередь (кроме случаев, когда надо выбирать, от кого бы избавиться или кем бы пожертвовать). Это — ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ, прошитое в инстинктах. От этого не уйти. И путешествия как средство самоутверждения — как раз не худший вариант. Они хороши хотя бы потому, что могут быть сравнительно маловредными для твоего здоровья, малоопасными для твоей жизни и не ложащимися тяжким грузом на природную среду.

Если самоутверждаться, к примеру, большим дорогим автомобилем и/или большим дорогим домом, то природная среда пострадает сильно, даже при условии, что автомобиль не будет сильно вонять, а дом — отапливаться. Путешествующий же на чужом (общественном) транспорте индивид почти не занимает дополнительного места под солнцем.

Самоутверждаться каким-нибудь творчеством — это наивно: твой креативный продукт, скорее всего, проигнорируют, каким бы он ни был, если ты не привлечёшь к нему внимания хоть каким-то способом (кстати, можно и путешествиями). А если привлечёшь, так ведь отравишь жизнь бедолаге-конкуренту. А вот отравить жизнь путешественнику-конкуренту невозможно, потому что ему весьма хорошо от его перемещений уже самих по себе (конечно, если он не рвёт своего седалища на каком-нибудь Эвересте, Южном полюсе и т. п.).

Путешественник, вернувшийся домой живым-здоровым (а это не очень сложно), — почти всегда в плюсе, тогда как творческий человек, чего-то там наклепавший, но потом не сумевший пристроить, смотрится куда более жалким, чем индивид, который клепать мастерписы даже не пытался и соответственно сберёг время и силы для чего-то более надёжного (для тех же путешествий).

Домоседы будут уверять тебя, что твои путешествия — пустяки и бесполезная трата денег, но на самом деле это у них будет заговаривание зубов самим себе. Но пусть эти ребята и дальше прирастают к земле родной: чем больше таких, как они, тем эффектнее будут смотреться твои пространственные достижения и тем ближе ты будешь к светлым образам Колумба, Магеллана, Беринга, Ливингстона, Пржевальского, Марко Поло и барона Мюнхгаузена.

* * *

Куда надо бы ехать, бросив всё, а не получается.


Остров Эльба (тот самый, куда ссылали Наполеона). Гористо-лесистый, с речками и водопадиками, с архитектурными шедевриками.


Урбино. Старинный городок в центральной Италии. Очень итальянистый. С огромным герцогским замком, который ныне музей. (Я присмотрел этот городок в немецком детективном фильме «Das Urbino Krimi»: у немцев завелась похвальная манера снимать детективы, действие которых происходит в очень картинных городках; это прибавляет фильмам качества).


Люнебург. Потрясающий старинный город в Германии, в 50 км от Ганновера. На реке, с впечатляющей набережной.


«Романтическая дорога» (Romantischer Weg) в южной Германии: цепочка городов с обилием блистательной старины. Любой из этих городков достоин того, чтобы в нём зависнуть хотя бы на несколько дней.


Сокотра. Архипелаг из 4-х островов в Индийском океане, чуть южнее Аравийского полуострова. Площадь 3796 кв. км. (для сравнения: площадь острова Крит составляет 8261 кв. км). Принадлежит Йемену. Гористый. Горы красивые. Имеет уникальный растительный и животный мир. Есть следы Олдувайской культуры, которым не менее 1.4 млн лет (!!!). Яркие и крупные архитектурные достопримечательности наличествуют.


Деревня Даргавс в Северной Осетии. На кладбище — множество древних мавзолейчиков.

«С осетинского название этого села переводится как „защитник ущелья“. Однако его нередко называют „городом мёртвых“ из-за размеров местного некрополя.

По примерным подсчетам, здесь похоронено около 10 тысяч человек. По традициям осетин VII-X веков, тела не предавались земле, а располагались на возвышении — считается, что так стали делать под влиянием зороастрийцев.

Неподалеку от Даргавса находятся Мидаграбинские водопады. Зейгалан — один из самых высоких в России: вода из тающего ледника пролетает 648 метров. С наступлением холодов ледник замерзает, оставляя на скалах наледь и сосульки.

В Даргавс легче всего приехать из Владикавказа с экскурсией на автобусе либо по горной дороге на автомобиле.»


«Музей-усадьба Измайлово (Измайловский остров, Городок им. Баумана) — бывшая боярская и царская усадьба на реке Робке, в настоящее время входит в состав Московского государственного объединенного художественного историко-архитектурного и природно-ландшафтного музея-заповедника (МГОМЗ). Усадьба располагается на одноимённом острове в центре искусственного Серебряно-Виноградного пруда. С XVI века хозяйство Измайловской вотчины было самым передовым в России, но к концу XVIII века постепенно пришло в упадок. Ряд исследователей считает, что именно в Измайлове родился будущий император Пётр I. В XIX веке на территории бывшей царской усадьбы по приказу Николая I была открыта Военная богадельня для ветеранов российской армии. После революции 1917 года заведение было заброшено. С конца XX века усадьба несколько раз реставрировалась…» (Википедия)

В Измайлово я таки съездил, и у меня это место большого восторга не вызвало. Считаю, что по московским меркам оно — так себе, парк районного значения. Много большее впечатление на меня произвело Крутицкое подворье, тоже в Москве, на которое я попал случайно, не ведая о нём ничегошеньки. Кстати, это уже не в первый раз у меня так: что-то растрынженное не смотрится, а случайные открытия местечек, о которых в интернете и путеводителях молчок или почти молчок, вызывают эффект, близкий к потрясению. Подозреваю, дело не только в специфике моих вкусов и в поверхностности моей подготовки к поездкам, но также в ущербности источников информации, попадающихся на глаза.

* * *

Уровни комфортности путешествий в части ночлега и транспорта:

— VIP-очный;

— комфортный: 4- и 5-звёздочные гостиницы, личный автомобиль и т. п.;

— полукомфортный: 2- и 3-звёздочные гостиницы, общественный транспорт;

— некомфортный: хостели, палатки, пешедрал;

— экстремальный: под забором и в аналогичных местах.


Аспекты экстремальности:

— природный: неблагоприятный климат, эксцессы стихии и т. п.;

— бытовой: неудобства, плохая вода, шумы, агрессивные домашние животные и т. п.;

— социальный: массовые беспорядки, высокий уровень преступности, расовая неприязнь и т. п.


По таким показателям, как познавательные возможности, затраты, напряги, опасности, вредности, сложность организации, бытовые удобства, оптимальным является полукомфортный уровень. Лично я предпочитаю его.

* * *

Много что может превратить вашу поездку в кошмар. Среди прочего, это ваши собственные вещи. Бывает, что даже начинаешь завидовать собаке — за то, что она прекрасно обходится даже без карманов, не говоря уже о рюкзаке, кепи, солнцезащитных очках и пр.; что она может позволить себе не бриться, не чистить зубов, не стирать носков и т. д.

Как собираться в поездки. В принципе всегда должен быть наготове более-менее комплектованный рюкзак [на случай войны, землетрясения и т. п.], но во всякой поездке есть нюансы, к которым надо тщательно подстроиться, потому что цена ошибок и недоработок — лишний вес багажа, дополнительная трата денег, потеря времени, здоровья и т. п.

Вещи, которые берутся в дорогу, бывают трёх типов:

— используемые часто;

— используемые редко;

— возимые на всякий случай (нехороший, хороший).


Вещи, используемые часто, должны лежать отдельно от прочих вещей. Прочие вещи даже могут остаться ни разу не распакованными в течение всей поездки.

Совместно используемые вещи, должны храниться рядом, в наборах. Это…

— предметы для чистки зубов, ухода за кожей, полоскания носоглотки, бритья;

— кухонные принадлежности: ложка, кружка, нож, кипятильник, тарелки;

— еда, витамины;

— блокнот, ручка, карандаш, бумага для письма;

— паспорт, билеты, бронь гостиниц, план поездки, страховка и т. п.

— предметы одежды.


Ещё разряды вещей:

— особо ценные вещи (паспорт, деньги, билеты); хранить их надо так, чтобы их было трудно украсть;

— вещи, особо значимые для физического выживания (ножи, полотнище пластиковой плёнки, туалетная бумага, пластиковые пакеты, дежурная куртка, аптечка, неприкосновенный запас еды, сетка от москитов, универсальное полотнище, скотч, шлёпанцы, шумозащитные наушники, тонкий пластиковый плащ от дождя);

— особо малые и лёгкие вещи (примеры: пластиковые пакеты, тонкие верёвки): их можно брать много на всякий случай, не особо увеличивая вес багажа;

— плоские вещи, которые лучше не мять; их надо хранить совместно; в рюкзаке их место — возле самой спины;

— хрупкие вещи; для них требуется какой-то жёсткий контейнер; в багаже надо обкладывать его мягкими вещами;

— острые вещи; их можно помещать в тот же жёсткий контейнер, что и хрупкие вещи;

— мягкие вещи; в багаже надо использовать их как амортизаторы; ещё они годятся в качестве импровизированной подушки; они должны быть упакованы в пластиковые пакеты — на случай контакта с водой и для того, чтобы багаж имел некоторую плавучесть;

— прочие вещи.


Почему шлёпанцы важны для выживания: потому что это запасная обувь на случай, если основная порвётся или будет украдена.

Некоторые вещи, возимые не в одном экземпляре, лучше хранить не в одном месте, а в нескольких местах — чтобы была выше вероятность того, что в нужный момент эти вещи окажутся под рукой. Вот они:

— деньги;

— пластиковые пакеты;

— ручки для письма;

— верёвки;

— влажные салфетки;

— туалетная бумага.


Желательны копии основных документов, хранимые отдельно от оригиналов. Это копии…

— паспорта;

— плана поездки;

— распечаток броней гостиниц;

— билетов.


Места хранения вещей:

— карманы;

— поясная сумка;

— малая сумка через плечо (как бы большой навесной карман);

— малый рюкзак (который можно брать в салон самолёта и который помещается на багажную полку в автобусе);

— основной багаж (большая сумка, большой чемодан на колёсиках, большой рюкзак).


Возможные проблемы с вещами:

— незаметно выпало из кармана;

— забыл на скамейке;

— украли;

— вырвали из рук, сорвали с плеча;

— не помнишь, где что лежит;

— спрятал и забыл, куда;

— трудно дорыться до нужной вещи;

— слишком большой вес, слишком большие размеры багажа;

— затерялся багаж;

— вещи попортились из-за механических воздействий;

— багаж промок.


Вещи для не совсем хорошей (= типичной) гостиницы:

— тройник (а то и удлинитель на 2-3 розетки) — на случай дефицита так называемых sockets;

— компактный светильник — на случай тусклого освещения и соответственно невозможности нормально читать;

— кружка, кипятильник, тарелка.


Потолок моих достижений по компактизации при одиночной поездке: рюкзак, плотно вписывающийся в размеры самолётной «ручной клади» (55 x 40 x 25 см), весом около 7 кг, с притороченной сложенной сумкой приблизительно такой же вместимости и со способностью выдержать ещё килограммов 12 запросто (выдержал бы я сам). В случае шоппингового обострения я уже на месте прикупаю на обратный путь большую сумку или чемодан на колёсиках (это бывает заметно дешевле и удобнее, чем сдавать багаж при полёте ТУДА).

В одной поездке я, как правило, меняю 4–6 локаций (= бронирую 4–6 гостиниц). На первые 2-3 локации, если сдерживаться в покупках, хватает рюкзака. Потом в ход идёт притороченная сумка. В отличие от чемодана, её удобно запихивать себе под кресло в автобусе (а рюкзак при этом [едва] помещается на коленях: на землю и на пол я его не кладу по причине брезгливости). В последней или предпоследней локации, если родня надавала множество поручений, иногда случается закупка дополнительной ёмкости.

На перепродажу я ничего никогда не покупал: обстоятельства меня настолько ещё ни разу не прижимали.

* * *

Чтобы не тратить много времени на сборы в поездках со множественными заселениями в отели, палатки и т. п., надо держать вещи в «контейнерах» — и размещать в них вещи так, чтобы они по преимуществу в контейнерах и оставались — и извлекались оттуда лишь для использования, а потом тут же возвращались на место. В качестве контейнеров могут применяться пластиковые коробки всяких размеров, в крайнем случае пластиковые пакеты.

Типы контейнерных наборов:

— аптечка;

— принадлежности для чистки зубов и полоскания носоглотки;

— кремы;

— принадлежности для приёма пищи;

— прочие мелочи.


При «контейнерном» подходе обустройство на новом месте сводится к расстановке вскрытых контейнеров.

Разумеется, некоторые вещи могут помещаться в контейнеры и не сообразно своему назначению, если эти вещи туда хорошо ложатся и обеспечивают полное использование объёма: компактность багажа очень важна.

* * *

Что брать с собой в поездку и чего не брать.

Почти в любую поездку лучше брать с собой плавки: купания, бывает, выпадают неожиданно. И я не имею в виду посадку самолёта на воду и т. п. — тьфу-тьфу.

Насчёт полезности кипятильника у меня есть большие сомнения. По-моему, в современных условиях он может быть очень нужным разве что в такой ситуации: питьевой воды нет и в ближайшее время не будет, в отеле течёт из крана непонятно что, и ты должен эту водопроводную воду на всякий случай хотя бы прокипятить.

* * *

Некоторые гостиничные трюки:


1. Запасать пластиковую бутыль с водой из-под крана — на случай пропажи воды в водопроводе (обычно это случается вскоре после пропажи электричества, поэтому начинайте запасаться водой хотя бы тогда, когда электричество вдруг исчезло; кстати, на подобный поворот событий требуется и фонарик или свечка плюс зажигалка).


2. Держать бутыль с водой в морозильном отделении холодильника — на случай пропажи электричества и на случай необходимости отключить на ночь слишком шумящий холодильник.


3. Заклеивать на ночь скотчем щели по контуру входной двери, если из коридора воняет. Широкую щель под дверью затыкать жгутом из бумаги или пластикового пакета.


4. Если воняет из сливного отверстия в душе, закрывать это отверстие куском пластиковой плёнки — на время, когда душем не пользуетесь.


5. Всякую использованную тару (пластиковые бутылки и т. п.), если её не слишком много, не выбрасывать до момента отъезда: она — ваш материал на случай каких-то аварийных импровизаций.

Из пластиковой бутылки можно вырезать себе стакан побольше, а какой-нибудь поддончик использовать в качестве тарелки.


6. Возить с собой пластиковую скатерть (отрезок пластиковой плёнки хотя бы): если едите в номере, не придётся тревожиться за то, что испачкаете стол. И пластиковое полотнище может пригодиться ещё много для чего.


7. Возить с собой специальную одежду для ношения в гостинице и тапочки. Одежда и тапочки должны быть такие, чтобы при необходимости можно было использовать их и на улице. Одежда нужна хотя бы для того, чтобы при приёме пищи не заляпать свой основной костюм. И, может быть, в ней доведётся и спать.


8. Свой мусор не выбрасывать в мусорницу (её могут не опорожнять ежедневно), а помещать в пластиковый пакет (каждый день новый) и выносить из номера самостоятельно. Иначе вы рискуете заполучить процесс гниения чего-нибудь в мусорнице и необходимость вступать в переговоры с обслуживающим персоналом. Пакеты, годные для сбора для мусора, обычно заводятся после закупок еды. Но лучше вдобавок взять с собой в поездку и небольшое количество специальных пакетов для мусора: они, среди прочего, могут сгодиться и для упаковывания чего-нибудь.


9. Не оставлять в свободном доступе где-нибудь на столе то, что может сойти за мусор, а на самом деле является нужной вам вещью: старательная уборщица может отправить это ваше добро туда же, куда и всякие отходы.


10. Если вы останавливаетесь в гостинице не более, чем на несколько недель, то вам вряд ли понадобится уборка номера, и лучше отказываться от неё, когда предлагают. Разумеется, если вы не неряха. Это будет ваша маленькая любезность принимающей стороне. К тому же посторонние будут меньше трогать ваши вещи, что тоже неплохо.


11. Перед уходом из номера приводить свои вещи более-менее в порядок — на случай, если кто-то к вам всё же заглянет в ваше отсутствие. Надо производить хорошее впечатление на персонал гостиницы: это всегда срабатывает положительно, да и вам самому будет приятно.


12. При выселении из гостиницы приводить свой номер более-менее в порядок и убирать свой мусор: следовать правилу «не плюй в колодец». Обычно люди ценят такое, тем более в гостиничном бизнесе, где нехороших клиентов хватает. Как вы — к миру, так и мир — к вам. Ну, более-менее.


13. Никогда не «качать права» с персоналом гостиницы: быть дружелюбным, входить в положение других (всякие поломки, недоработки и ошибки неизбежны). В принципе люди ведь стараются. Лично я наглецов в гостиничном бизнесе не встречал, да такие там и не очень задерживаются. Тщательнее выбирайте гостиницу — по отзывам, по баллам, через анализ расположения на карте местности — и у вас почти не будет проблем. Наслаждайтесь своей способностью ладить с людьми, и вам вряд ли наплюют в тарелку.


14. Путешествовать по возможности в несезон: в отеле будет меньше постояльцев, а значит, меньше шума, больше выбора номеров.


Смена гостиничного номера, бывает, решает какую-то проблему в нём, а бывает, лишь заменяет её на другую (возможно, ещё худшую, только проявится эта проблема не сразу). Поэтому если недостаток у номера небольшой и компенсируемый своими силами, то лучше и компенсировать его молча, а не менять шило на мыло.

* * *

Как менять деньги так, чтобы потом не рвать на себе волосы:


1. Заранее выяснить в интернете курс обмена в обе стороны.

2. Заранее разведать, где самые невыгодные курсы (как правило, в аэропорту).

3. Заранее прикинуть расходы и определиться, какую сумму будете менять (а также какие обстоятельства и насколько могут изменить эту сумму), а не решайте это в последний момент.

4. Не бросаться на первый попавшийся обменник, как Матросов на амбразуру, а покружить по местности, подумать.

5. Заранее прозондировать, нет ли каких подвохов с купюрами в чужой стране (к примеру, могут подсунуть бумажки, вышедшие из обращения или ещё не вышедшие, но девальвированные раз в 100).

6. Сначала спросить про «комиссию» («комиссионный сбор»). Если имеется скидка при обмене большой суммы, вам и так не преминут об этом сказать.

7. Заранее посчитать, какое количество местных денег вы должны получить на руки.

8. Проверить полученные деньги (их количество и качество), не отходя от кассы.

9. Если своего ума на всё не хватает (обычное дело, чего уж там), пользуйтесь умом других: посмотрите, пользуется ли этот обменник спросом у других путешественников и как они реагируют на курс валют.

10. Учитывайте, что, как правило, лучше недоменять деньги, чем поменять слишком много. Соль в том, что в некоторых странах (в Турции, к примеру, обмен не очень-то и нужен: доллары и евро вполне в ходу, а ещё ведь местами можно расплачиваться банковской карточкой).


За любую недоработку на подготовительном этапе потом придётся дополнительно платить.

Ясное дело, что почти наверняка «нагреют»: вопрос лишь в том, как именно и насколько. Подвох будет, скорее всего, не в форме криминального обмана (недосчитают, подсунут фальшивые бумажки), а в каких-то уловках. Скажем, увидев ваши колебания, начнут проникновенно уверять, что в других местах курс обмена ещё хуже, хотя куда уж более.

Нередко бывает достаточно обменять в аэропорту очень небольшую сумму: чтобы хватило денег на автобусный билет до города. Но если вы уезжаете сразу же в маленький не очень туристический город, там можно потом и вовсе не найти способа выгодно поменять деньги.

* * *

Как правильно бронировать отели:


1. Бронировать лучше очень заранее: тогда значительно больше выбор, а то и ниже цены. Лично я стараюсь это делать месяцев за 9 до заезда.


2. Бронировать всегда с возможностью отмены брони: мало ли как сложится жизнь.


3. Никакой предоплаты, даже если обещают её вернуть в случае чего: нефиг баловать.


4. Бывает дешевле бронировать без посредников, напрямую на сайте отеля. А посредников типа booking.com использовать только для поиска отеля. Но, скажем, booking.com обеспечивает некоторую защиту интересов клиента — и в случае некоторых затруднений с заселением, не бросает, а старается помочь выкрутиться. Если же бронировать напрямую на сайте отеля, то отель может и «кинуть» клиента (а вот разлаживать отношения с booking.com этот отель не захочет). И у маленьких отелей может попросту не быть своего сайта для бронирования.


5. Существует ряд конкурирующих сайтов для бронирования, и если подходящего отеля нет на одном их них, такой отель может отыскаться на другом.


6. Если бронировочный сайт доверительно сообщает что-нибудь, вроде «остался только один номер», не паниковать: наверняка это всего лишь запугивают, чтобы вы скорее бронировали и не сбежали к конкурентам.


Бронировочные сайты — как правило, то ещё дерьмо в современном стиле: с ненужными наворотами, стремлением что-то впарить, навязать «бесплатную рассылку» какой-нибудь своей дряни, от которой потом легко не отпишешься. А ещё они все очень хотят запомнить номер твоей кредитной карточки, чтобы хакерам было что красть. Кстати, всякие продающие сайты иногда для этого это используют один подлый трюк, за который я бы собственноручно проволакивал некоторых под килем (практиковалось такое жуткое наказание в британском парусном флоте): проставляют за тебя «птичку», что ты согласен на то, что данные твоей карточки запомнятся. Заметишь эту мелкую птичку — уберёшь её. Не заметишь — попался, жди беды.

А ещё у меня есть фобия (правда, лёгкая), что если я бронирую номер на себя одного в новой для меня и не шибко «развитой» стране, то мне в этот номер КОГО-НИБУДЬ подселят — и это будет не прекрасная дама, конечно. Причина указанной фобии — в моём страшном советском прошлом (в СССР ведь так и делали: там в гостиницах снимался не номер, снималось койко-место, и тебя никогда не спрашивали, с кем ты предпочёл бы соседствовать — см. комедию «Мимино»). Постепенно я привык к тому, что в «цивилизованных странах» никого [к тебе] ко мне не подселяют, но когда еду в какую-нибудь шибко далёкую экзотичную страну, лёгкое сомнение снова начинает у меня шевелиться: мало ли у них там что, на то ж и экзотика. Потом, если берёшь спальное место в купе поезда, обычно именно так ведь и получается (никто тебя не спрашивает, хочешь ли ты иметь под боком крикучих младенцев, соплючих маразматиков, прокуренных мачо в подпитии, волосатых женоподобиков, сосущуюся парочку и т. п.), и тут уже не глупая рудиментная фобия, а печальная путешественническая реальность наших текущих дней. Благо, стали хоть иногда указывать, какие вагоны/места — для собачников, обкурков и альтернативно одарённых (differently abled) — и то уже хорошо.

* * *

На что обращать внимание при бронировании отеля:


1. Средний оценочный балл от постояльцев. Если на бронировочном сайте booking.com он ниже 8.5 (из 10 возможных), то лично для меня там почти наверняка будут большие проблемы. Впрочем, этот балл, подозреваю, может нагоняться отелем по сговору с некоторыми клиентами или с умельцами. Вдобавок разных людей — разные требования. Бывают слишком чувствительные клиенты, которых жутко раздражает, к примеру, если им 3 дня не меняли постельного белья.


2. Количество отзывов об отеле. Чем оно больше, тем точнее оценка отеля от клиентов. Малое количество отзывов или их полное отсутствие — это ОЧЕНЬ подозрительно. Плохой отель может сменить название и избавиться таким образом от «хвоста» отрицательных отзывов, но ничего существенного не сделать для улучшения качества обслуживания. Новый отель всегда очень рискован.

Отзывы без развёрнутых комментариев не надёжны. Надёжны отзывы, в которых есть конкретные похвалы и конкретные претензии, а не общие фразы.


3. Характер свежих отзывов. К примеру, если возле отеля появилась шумная строительная площадка, старые отзывы этого не отразят.


4. Конкретные жалобы постояльцев. Лично я обращаю внимание в первую очередь на отрицательные отзывы: если они убедительны и касаются моих «слабых мест», я быстро перехожу к следующему варианту. Но кто-то способен впасть в ярость, к примеру, из-за отсутствия обещанного фена. Отрицательные отзывы подобных людей можно игнорировать.


5. Контингент постояльцев. К примеру, не желательна популярность отеля у каких-нибудь байкеров или любителей повеселиться с применением алкоголя.


6. Расположение отеля. Хоть что-то хорошее должно быть недалеко: если не достопримечательность «всемирного значения», то хотя бы автовокзал какой. Если из отеля придётся добираться до нужных мест долгим хождением или транспортом, то от дешевизны отеля будет мало толку. Далее, район должен быть малоопасным в тёмное время суток.


7. Ночной шум. Наличие рядом дискотек и ресторанов может стать почти что личной катастрофой. Ресторан может оказаться даже прямо в отеле, и это будет не хаханьки, если там устроят какой-нибудь сабантуй.

(Однажды в Аксарае, который в Каппадокии, я вынужденно поселился аж в 4-звёздочном отеле, но по крайней мере на последнем этаже — чтобы хоть никто из постояльцев не топал над головой — но вечером открылось, что ещё выше этажом расположен ресторан и его вентиляция ревела так, что хоть святых выноси (из жалости), а потом ещё и клиенты начали бить копытами и двигать стулья. В этим отеле я ТРИ РАЗА менял номер за один вечер — из-за слишком сильного шума. Такого ужаса со мной прежде никогда не было, максимум две перемены в одном отеле в Египте да и то не сразу, вот вам и 4 звезды, ну их на фиг.)

Также могут невыносимо шуметь некоторые кондиционеры. Ещё возможные причины шума: слишком тонкие стены между номерами, шумные соседи сверху, близость reception, хождение клиентов ночью по коридорам и лестницам (поэтому лучше селиться в конце коридора и подальше от лестницы), массовая ночёвка ворон или галок на деревьях поблизости, дворовые собаки в зоне коттеджной застройки, даже петухи с их очень ранним ку-ка-реку (я сталкивался с таким во Влёре, Албания, а закрывать на ночь окно я не мог, потому что воняло из сливного отверстия в душевой).

И лучше, чтобы отель выходил фасадом не на улицу (тем более не на перекрёсток), а в переулок или располагался в глубине квартала, а то даже сада. Чем шире изображена улица на карте, тем шумнее будет эта улица на местности.

При наличии в отзывах хотя бы одной жалобы на ночной шум я отбраковываю отель сразу (ну, если имеется выбор, а в принципе даже в шумном отеле могут иметься довольно тихие номера).

Надо принимать в расчёт устройство отеля: если имеются номера с окнами не на улицу, то больше шанс найти там тихое место. Бывает, окна номеров выходят в «световые колодцы» — или же окон нет вовсе. Это даёт наибольшую защиту от уличного шума (но, конечно, не защищает от шума, источники которого — в самом отеле).


8. Качество Wi-Fi. Даже если вы не интернет-зависимый человек, нередко требуется что-то посмотреть или с кем-то связаться.


9. Набор телеканалов: во-первых, ходить целыми днями не сможешь, а во-вторых, изучение местного телевидения — это часть изучения страны.


10. Отношение персонала отеля к клиентам. Как ни странно, оно не всегда заботливое.


11. Качество и цена еды в отеле, если таковая предлагается.


12. Требование внесения залога. Желающих брать залог лучше игнорировать: нефиг баловать, очень многие прекрасно справляются и без залога. Вообще, бойкотировать всех, кто заявляют какие-то особые капризы (если не бойкотировать, то капризность в отельном бизнесе будет только нарастать; не уменьшаться же).


13. Наличие супермаркетов и забегаловок поблизости.


14. Возможность бесплатной отмены брони.


15. Чёткая оговорённость, что номера отеля — для non-smokers.


16. Отсутствие жалоб на грязь и грубость. Конечно, грязь — ничто в сравнении с ночным шумом, а на грубость можно не нарываться, но если таковые присутствуют, то отель — скорее всего для [низкопробного] нетребовательного контингента (иммигрантов, каких-нибудь работяг и т. п.) с разными сопутствующими эффектами.


Некоторые вещи, очень важные при оценивании отелей, никогда не попадают в описание их на сайтах для бронирования. и могут быть выяснены лишь по отзывам недовольных клиентов и по рекламным фотографиям. Эти важные вещи таковы:

— сколько в отеле номеров;

— сколько у отеля этажей;

— где находится и когда закрывается ресторан отеля;

— насколько интенсивно используется транспортом улица, на которой располагается отель;

— как располагается отель относительно этой улицы: примыкая к тротуару или на некотором удалении;

— куда развёрнуты окна номеров отеля: на улицу, во двор, в световой колодец и т. п.


Лично меня только радует отсутствие у отеля таких чреватых шумом «благ», как ресторан и лифт.


На что не обращать внимания при бронировании отеля:


1. На количество звёзд. Лично у меня в 4-звёздочных отелях проблемы и всякие сложности случались чаще, чем в 3-звёздочных. Причём некоторые из этих проблем 4-звёздочных отелей были порождены именно их многозвёздочностью (поэтому 5-звёздочных отелей я и вовсе боюсь).

В 4-звёздочных отелях…

— многовато всяких технических наворотов, так что, бывает, без посторонней помощи не включишь ни телевизора, ни кондиционера (я ненавижу разгадывать технические ребусы на пультах управления, — и вообще ненавижу псевдопрогресс);

— как правило, тяжёлые, сильно хлопающие двери номеров, открывающиеся с помощью карточек;

— в дверях номеров — навороченные замки: изнутри номера открываются простым поворотом ручки, так что никогда нет полной уверенности, что ты на ночь именно запер дверь, а не просто закрыл её: проверить-то можно только снаружи, а ты — внутри;

— всегда в наличии ресторан — потенциальный источник мощнейшего низкочастотного шума;

— частоватая уборка номеров, из-за которой лично я чувствую себя слишком большим бременем на теле человечества;

— встречаются опасные излишества (скажем, я в одном отеле в Конье, Турция, чуть не выбил себе зубы, врезавшись головой в дополнительную стеклянную дверь — слишком чистую, чтобы быть замеченной в полутьме);

— всё равно есть и ночные шумы, и тусклость освещения.


2. На слащавые отзывы на сайте самого отеля. Вообще, на слащавые отзывы. Обращать внимание больше на критические. Правда, сталкивался я и с тем, что критические отзывы бывают клеветническими, в порядке конкурентной борьбы (случается, конкуренту приписывают наличие клопов: на современных людей такая опасность действует сильнейше, я сам ёжусь от одной только мысли об этих тварях…).


Низкая цена проживания в отеле — это всегда подозрительно.

Если отель предлагает трансфер, это интересно только при расположении отеля у чёрта на куличках либо в лабиринте Старого города, потому что в иных случаях просто такси может оказаться значительно дешевле, и это не говоря уже об автобусах и трамваях.

Прочие блага типа наличия автопарковки, условий для домашних животных и грудных младенцев, разумеется, меня не интересуют. Я также безразличен к наличию кондиционера (более того, шум от соседского кондиционера может оказаться для меня невыносимым).

Надо учитывать, что номера в одном и том же отеле могут существенно различаться комфортом (а постояльцы — предпочтениями), так что один клиент может совершенно искренне и обоснованно клясть отель, другой — восторгаться тем же самым отелем (а то и тем же самым обстоятельством).

Когда я бронирую отель, то оговариваю в «особых требованиях» следующее:

— no noise in the night (= last floor, last door in corridor, garden view);

— room for non-smokers;

— two separate beds.


Когда заселяетесь в отель, лучше предварительно посмотреть номер, который вам дают (первое дело — прикинуть, насколько он будет шумным ночью, когда припрутся все соседи и когда аборигены начнут шастать под окнами туда-сюда на своих мотоциклах и мотороллерах).

Широкая двойная кровать в гостиничном номере вместо двух кроватей — какой-то бич, дурацкий заскок нынешней вырождающейся цивилизации. Двойная кровать обычно ходит ходуном, когда кто-то второй на ней ворочается. Бывает, что отель всем хорош, кроме вот этой страшной двойной кровати, а альтернативы нету. На такие ужасные случаи я даже беру с собой в групповые поездки надувной матрасик, чтобы в крайнем случае пристроиться на полу.

Кстати, меня раздражает терминология, используемая в описаниях отелей и их номеров (но это — моя личная проблема, о да). К примеру, я долго привыкал к тому, что double room — это не двухкомнатный номер и не два смежных номера (с общими «удобствами» или с межкомнатной дверью — жутко звукопроницаемой, конечно), а всего лишь номер с двумя кроватями, стоящими в удалении одна от другой — в отличие от twin room, в котором две такие же кровати стоят рядом (кстати, в таким случае я их — если поселяюсь не один — элементарно раздвигаю, чтоб были одна от другой подальше). И я, если честно, всё время забываю, чем отличается отель типа B&B (bed and breakfast) от просто отеля с завтраками.

Типичные дефекты номеров даже в более-менее хороших отелях:

— негде разложить вещи;

— негде развернуть дастархан;

— нет даже стаканов, не говоря уже о чайнике;

— нет тряпки для протирания стола и пр.;

— негде развешивать мокрые вещи для просушки.


Более редкие проблемки в отелях, апартаментах:

— иссякание туалетной бумаги;

— отсутствие мыла;

— дребезжание подвижных оконных рам от ветра;

— дребезжание чего-нибудь на крыше в сильный ветер;

— запахи с кухни;

— закупорка слива в умывальнике;

— вонь из сливного отверстия душа;

— москиты, мухи.


Материалы для решения отельных проблемок: скотч, верёвки, газетная бумага, пластиковые пакеты.

Бывает, через дверные щели в номер идёт нехороший запах — табачный или с кухни. В этом случае щели по краям двери затыкаются на ночь газетной бумагой или порезанным пластиковым пакетом либо заклеиваются скотчем. Только и всего.

* * *

Диапазон впечатлений при заселении в забронированный, тщательно выбранный отель бывает от «какое хорошее место!» («самое то!», «мечта поэта!» и т. п.) до «о, ужас! куда я попал?!». Про «ужасы» могу сказать, что за сутки-двое наступает некоторая адаптация к очередным «вызовам», находятся меры нейтрализации беспокоящих факторов, жизнь более-менее налаживается. А «хорошее место», наоборот обнаруживает свои скрытые «засады», причём иногда совсем уж оригинальные. К примеру, однажды в Ташкенте мне досталась претенциозная кровать с декоративными столбиками по углам. На столбиках имелись прямоугольные нашлёпки, так вот об их прямые углы я набил себе несколько синяков на [моих могучих] бёдрах, пока не развил в себе привычки обходить эти столбики стороной. Если бы нашлёпки были круглыми, я бы о них не повреждался, и они бы, может, даже давали лёгкий массажирующий эффект.

Как адаптируешься к неудобствам:

— вбираешь оптимальные расположения и положения;

— подгоняешь свой режим сна, питания, ухода-возвращения под местные реалии;

— подручными и припасёнными средствами модифицируешь микросреду.


К примеру, в одном отеле в Нетании, Израиль, меня сильно беспокоили вибрации подвижных оконных рам при порывах ветра. Я пресёк эти вибрации, насовав мятых еврейских газет между рамами, и потом очень собой гордился по этому поводу.

* * *

Я не люблю в отелях дверные ручки-шарики, которые надо крутить, чтобы открыть дверь: на такие ручки невозможно воздействовать одним-двумя пальцами, чтобы сохранить остальные в чистоте. На эти ручки приходится воздействовать всей ладонью — и пачкать её чужими неизвестными бактериями (свои, домашние — ещё куда ни шло: они — почти члены семьи).

С моими гигиеническими заморочками, вроде бы, только сидеть дома, ан ведь нет: всё же кое-как путешествую. Правда, случаются гигиенические напряги, если еду с кем-то. Но до [драк] применения силы, вроде, ни разу ещё не доходило.

Из-за моих гигиенических правил (= моей трактовки кошерного и халяльного) меня не шибко тянет в общепит, а ведь его исследовать в путешествиях тоже надо. Я держу наготове средство от кишечных инфекций.

Однажды в Бухаре мне это средство таки понадобилось, но оно в моих походных запасах оказалось сильно просроченным, я не рискнул его глотать, в итоге провалялся три дня с чем-то особо жутким, вроде сальмонеллёза. Из-за поднявшейся у меня температуры я даже был вынужден включить кондиционер, чего практически никогда не делаю. Но на улице стояла жара под сорок пять градусов, и стены в номере отеля были наощупь заметно горячее даже меня.

(Кондиционером я не пользуюсь, чтобы поддерживать в себе способность переносить жару. Кстати, в ту поездку я таки «залетел» и с жарой: по-моему, у меня в один день приключился не только сальмонеллёз, но и тепловой удар средней тяжести. Первый раз в жизни. Ну, я хоть знаю теперь, что он может случиться и у меня.)

* * *

Преимущество пиалы в качестве походной посуды состоит в том, что её можно использовать как чашку и как тарелку: как для напитков и супов, так и для котлет с картошкой. Но лучше не одновременно, разумеется.

* * *

Как правильно выбирать апартаменты.

Апартаменты — это не что-то шикарное, а просто квартира, сдаваемая, как гостиничный номер, на небольшие сроки. У меня есть такая фобия: квартиру сдают, потому что самим в ней жить не хочется (в ней слишком шумно или кого-то убили или пролили ртуть или жильцы частовато мрут по непонятным причинам и т. п.). В отелях, правда, может быть то же самое (скажем, Есенина ухандохали), но там всё как-то более публично, поэтому менее страшно. И, скажем, разделывать тебя на органы всё же удобнее в «апартаментах», а не в отеле.

Апартаменты, бывает, обходятся существенно дешевле отелей, особенно если путешествуешь группой, но дешевизна всегда подозрительна. И у апартаментов всегда значительно меньше отзывов, чем у отелей, а чем меньше отзывов, тем ты больше рискуешь страшно ошибиться с выбором.

Самая нужная информация в описаниях апартаментов, разумеется, отсутствует, поэтому я в первую очередь анализирую фотографии.

Если видна дверь на балкон, значит, не первый этаж, ура: выхлопные газы не будут струиться (мне) тебе в форточку.

Если виден диван на кухне, значит, когда путешествуешь не один, больше возможность устраиваться изолированно от своих товарищей.

Если в окне заметны близкие окна соседнего дома, значит твоё окно будет выходить во двор, а не на улицу, — и это шанс на ночную тишину.

Если в окне видна КРЫША соседнего дома, то надежда на комфортное устройство существенно возрастает: чем выше ты поселишься, тем будет тише.

Главный недостаток апартаментов — отсутствие reception с постоянным дежурным: приходится по каким-то каналам договариваться с хозяином о месте и времени встречи. Был случай в Стамбуле: я договорился через «вацап», находясь в предыдущей локации (ладно, в Дальяне), но автобус Havaist #16 из аэропорта на площадь Таксим задержался на 2 часа из-за чудовищной пробки. Я был вынужден встать в автобусе [во весь рост] и спросить beyefendiler довольно жалобным голосом, что мне очень в лом, кто из них достаточно бегл в английском, чтобы понять мою речь и объяснить хозяину апартаментов, в какой мы тут жуткой ситуации. Откликнулась одна гречанка [с острова Крит], которая сама оказалась ни бельмеса в турецком, но ей на помощь пришла соседка-турчанка, слегка понимавшая английский, и я как-то прорвался через эту страшную ситуацию. Чтоб мне помереть раньше времени, если я сам не помогу путешественнику, пусть даже и волосатому.

* * *

Как бороться с ненужными шумами в отеле:


1. Правильно выбирать отель: подальше от популярных улиц, забегаловок, дискотек — и чтоб без собственного ресторана. Бывают — но редко — отели, в которых номера имеют дополнительную дверь между коридорчиком на входе и основным пространством (это избавляет от шума из коридора).

Мотоциклисты могут «доставать» и с узкой улочки. Дискотеки бывают отчётливо слышны и с расстояния в несколько сотен метров (однажды в Несебре, Болгария, меня «достала» дискотека с расстояния ПОЛТОРА КИЛОМЕТРА — правда, в основном над морем).


2. Правильно выбирать номер в отеле: верхний этаж, конец коридора, окна не на улицу. Если на крыше какая-нибудь используемая площадка, то верхний этаж может не спасти.


3. Использовать затычки для ушей. По-моему, лучшие затычки — импровизированные, из завёрнутых в пластиковую плёнку кусочков дурацкой «жвачки для рук».


4. Использовать шумозащитные наушники, выпускаемые для работающих на шумных производствах. Можно использовать одновременно и затычки, и наушники, но бывает, что даже это не помогает.


5. Попробовать звукоизолирующие свойства отельных подушек. Если подушки плотные, эти свойства могут быть значительными.


6. Найти менее «шумную» кровать, менее «шумное» положение на кровати: соль в том, что низкочастотные звуки таковы, что могут быть невыносимыми в одном углу комнаты и в то же время полностью отсутствовать в другом её углу. Выходить на поиски источника низкочастотных звуков бывает бесполезно: этот звук может получаться не от чего-то соседствующего.


7. Заглушать раздражающие шумы «белым» шумом. Его источником могут быть: кондиционер, вытяжной вентилятор в ванной комнате, радиоприёмник, настроенный на неиспользуемую частоту.


8. В крайнем случае перебираться на пол в ванную комнату, чтобы заполучить между собой и источником шума дополнительную дверь. Соответственно выбирать номер, в котором ванная комната попросторнее. Лишение сна — это разновидность пытки; от неё можно сбежать не только на пол в ванную комнату (= соседство с унитазом).


9. Если источник шума — сосед, попробовать очень мягко договориться с ним перед тем, как убивать. Скандалить ночью — это только перебивать себе сон.


Ушные затычки и противошумные наушники защищают от шумов в зависимости от частоты звуковых колебаний: от высокочастотных шумов — хорошо, от низкочастотных — плохо.

В принципе не так уж затратно строить ТИХИЕ отели: свободные и от наружных шумов, и от внутренних. Но этого не делают частью из «слишком человеческого» тупого упорства, частью из пренебрежения относительно немногочисленными клиентами, у которых повышенная чувствительность к шумам. Довольно тихие отели встречаются, но, по моему, они получаются таковыми скорее случайно, чем из добрых намерений.

Травиться снотворным — это для прогресснутых дураков и дегенератов: бывалые мизантропы имеют прекрасный естественный сон — когда им никто и ничто не мешает, а противодействовать помехам они мастера. Если индивид имеет плоховатый сон, это явно недомизантроп, а то и не мизантроп вовсе: правильный мизантроп умён, изворотлив, предусмотрителен, много печётся о своём здоровье — и вовсю пользуется его благами.

* * *

О путешествовании с ночёвками в палатке, а не в отелях. Такое путешествование является как бы более путешественным (Пржевальский, Ливингстон и им подобные покоряли пространства именно так), но лезет куча нехороших нюансов.

Во-первых, лично мне, к примеру, более интересны города, а не безлюдные местности, хотя номинально я мизантроп. А в городах устанавливать палатки не принято: достанут если не любопытные, то хулиганы, а если не хулиганы, то дворники или полицейские. Опять же собачки будут интересоваться — и справлять свою малую нужду на все ваши четыре полотняных угла.

Можно выбираться для ночёвки за город, но это затратно по времени. Вдобавок вырваться в достаточно дикую природу даже за городом бывает проблематично: везде какие-то заборы, огороды, свалки. И заранее разведать не получится, потому что, в отличие от центров городов, задворки не описаны в интернете, заборы не видны на снимках из космоса. А если удаётся отыскать более-менее тихий заросший участочек не очень далеко от центров человеческой активности, там почти всенепременно будет насправлено «большой нужды».

Во-вторых, палатка не защищает от шума. Если вы пристроитесь на ночь в каком-нибудь кемпинге и вы чувствительны к звукам, придётся задраивать себе уши — и не факт, что это поможет. Если я в лесу даже вне кемпинга укладываюсь в палатке на послеобеденный отдых, мне приходится надевать шумозащитные наушники, чтобы птички не докучали своим несвоевременным пением. А ведь местами водятся вдобавок дятлы.

В-третьих, палатка не обеспечивает достаточной защиты не только от холода, но также от агрессивных индивидов и диких животных. Пржевальские и Ливингстоны путешествовали ведь не в одиночку, а в сопровождении отрядов, ставили палатки в круг, назначали вооружённый ночной дозор. Ливингстонцы, может быть, вдобавок даже делали ограду из рубленного колючего кустарника. А на что в этом аспекте может рассчитывать одиночный или малогруппный путешественник со складным ножиком? Да только на удачу. Замечу, что, к примеру, в Турции стаи бродячих собак в загородной местности — та ещё проблема. Ливингстон мог бы по ним из дробовика шарахнуть, а из чего шарахнете вы?

В-четвёртых, существуют комары и им подобные жуткие твари, причём некоторые нервируют если не укусами, то надрывным писком.

В-пятых, в теперешнем страшном мире бывает позарез нужен wi-fi.

Альтернатива палаткам, отелям, хостелям, апартаментам, жилью по обмену и т. п. — забиться в городе в какую-нибудь щель и развернуть там свой спальник. У меня есть опыт беспалаточной ночёвки на склоне горы Мтацминда в Тбилиси, Замковой горы во Львове, а также во всяких недостроенных и ремонтируемых домах в Москве, Ленинграде. А ещё на причердачных площадках в многоэтажках (в Волгограде и Минске несколько раз). Всяко бывало. И мочиться перед сном в бутылку из-под кефира доводилось, так что я более-менее в теме. Моё общее впечатление: лучше оставлять всякое такое (палаточное и беспалаточное) на самый крайний случай, лишь в качестве плана не «бэ» даже, а, может быть, «це» или «дэ», а ориентироваться в первую очередь на отели, пусть и задрипанные. В отелях, кстати, вы изучаете отели, людей и кормёжку, а это худо-бедно тоже информация для размышлений.

* * *

Правила при пользовании общественным транспортом дальнего следования:


1. Не планируй своих прибытий впритык: должен быть запас времени на случай задержек в дороге и твоих ошибок. Чем тяжелее будут последствия опоздания, тем запас времени должен быть больше.


2. В дороге не спи всё время, а проверяй, а туда ли ты едешь. Это не смешно: сюрпризы случаются. И лучше задать глупый вопрос, чем приехать очень не туда, куда надо. Спать, не задавая глупых вопросов, можно разве что в самолёте.


3. Не принимай ни от кого вещей в поездку, если отсутствует возможность убедиться, что внутри этих вещей нет ничего остро нежелательного.


4. Посматривай за собственными вещами. Лично мне не понятно, почему не крадутся вещи, помещаемые в багажник автобуса. Класть туда что-то особо ценное, по-моему, лучше не надо.


5. Главная опасность — шумные соседи. Бери с собой что-то для защиты от них. Я имею в виду не средства воздействия, а затычки для ушей и противошумовые наушники.


6. Будь готов к тому, что поездка пройдёт немного не так, как было запланировано. Имей с собой запасец еды, воды, одежды и т. по.


7. Бойся кондиционеров. Если достаёт холодный обдув и нет возможности отключить или перенаправить его, хотя бы утеплись. Мне случалось утепляться даже пластиковым пакетом, засунутым спереди под рубашку. В дороге лучше [восхитить] удивить попутчиков, чем простудиться.

* * *

Как не упускать достопримечательностей. Железные правила путешественника:


1. Никогда не рассчитывай на то, что нужную информацию соберёшь на месте: у тебя всегда должны быть на руках хоть какие-то готовые материалы, в том числе хотя бы элементарная карта местности.


2. В любом городе продолжай рыться в РАЗНЫХ источниках информации, а не ограничиваться картой из местного радиоцентра и своим заранее составленным коротким списком достопримечательностей. К примеру, я в Кайс ери, похоже, пропустил аж Военный музей, о ужас, приняв его за лицей, — лишь потому, что не заглянул ещё раз в англоязычную Велосипедик.


3. На любой площадке устремляйся в первую очередь к наиболее заслуживающему внимания объекту, пока с ним ничего не случилось: он не закрылся до следующего утра, не заполнился китайскими туристами и то. до.


4. Если имеется возможность осмотреть местность с возвышенности, надо этим пользоваться: нередко обнаруживаешь то, что очень заслуживает внимания, а в источниках не упомянуто.


5. Чаще спрашивай у местных. Даже если ты на 99e уверен, где у них что. Бывает, они поправляют твою чудовищную ошибку. А ещё они нередко — от прилива патриотического чувства — дают хорошие наводки на объекты, которые в интернете нигде не описаны.


6. Спросив у кого-то из местных, не поленись спросить и у другого. Тогда ты сможешь иногда дивиться разительному несходству ответов.


7. Общайся на чужбине с другими путешественниками. Они из солидарности с тобой могут поделиться чрезвычайно ценной информацией. Или же тебе удастся скооперироваться с ними для уменьшения расходов на такси и пр.


8. По возможности езди не один, а с толковым товарищем: это как минимум дополнительные два глаза и дополнительный источник идей.


9. Используй везущего тебя таксиста как источник информации. Таксист будет рад блеснуть. Дополнительные деньги потребует за это вряд ли.


10. Не суйся туда, где опасно. Тогда сможешь увидеть ещё много чего интересного.


Что касается гидов и туристических групп, ситуация с ними сложная: персональный гид слишком дорог и рискован, а в туристической группе большие потери времени на всякие ожидания плюс «галопом по европам». Но хороший гид из местных бывает настолько ценным источником сведений, что не поспеваешь за ним конспектировать. Даже если он врёт, ошибается или специфически расставляет «акценты», это тоже информация: она характеризует менталитет аборигенов.

* * *

Просыпаешься и, лёжа с ещё закрытыми глазами, стараешься вспомнить, ГДЕ ты. Если такое случается, значит, с путешественнической точки зрения, ты живёшь правильно.

* * *

Почему люди путешествуют:


— есть возможность делать это (потом её может не быть, а серьёзные основания для путешествий, наоборот, появятся);


— нечем больше заняться, а скучать не хочется;


— из подражания;


— по работе;


— реклама подталкивает;


— на всякий случай: вдруг это даёт что-то очень полезное, только не очень заметное;


— чтобы за кем-то путешествующим присмотреть, дабы он не наделал чего-нибудь там;


— чтобы отдохнуть от своих домашних;


— в надежде на интересные знакомства;


— в надежде на смутное ЧТО-ТО — приятное, нужное;


— чтобы пришлось больше двигаться (без путешествий это слишком лениво);


— чтобы расширить свои иммунитеты, заполучить в организм какие-то дефицитные в родных краях микроэлементы, подвергнуться благотворному действию чужого климата, поплюхаться в каких-нибудь лечебных грязях и т. п.;


— ради покупок;


— ради бодрящего действия перемены мест на психику; может, даже ради творческого возбуждения;


— ради получения информации, расширения своих интеллектуальных горизонтов;


— ради самоутверждения, повышения своего социального статуса;


— в надежде укокошиться, наконец, — по возможности красиво, небольно, внезапно и почти безвредно для общества (жизнь наскучивает, разочарования давят на психику, организм постепенно изнашивается и засоряется, как от этого ни защищайся); по этой части есть сомнения, колебания, поэтому особо и не рвёшься [путешествовать] самоубиваться: пусть уж оно, может, как-нибудь само, а ДО ТОГО ты будешь с прежним упорством чистить зубы, высматривать открытые канализационные колодцы и т. д.

* * *

Почему люди НЕ путешествуют:


— не пробовали: не было шанса «подсесть»;


— имел место какой-то особо неудачный первый опыт, отбивший охоту продолжать;


— являются мазохистами, самопожертвователями, недостаточными любителями драгоценных себя;


— нет уверенности в своих силах: в том, что смогут легко преодолевать всякие проблемы, которые будут случаться;


— нет денег (мало зарабатывают, решают жилищную проблему и т. п.);


— нет времени (плоховато устроились в жизни — или заняты чем-то ещё более важным, хотя такое трудно вообразить);


— нет здоровья, некоторых важных частей тела;


— не на кого оставить маленьких детей, стареньких или шибко беспомощных родственников;


— не на кого оставить собак, кошек, кур, коров и т. п.;


— нет психической потребности (причины: умственная ограниченность, избыток других впечатлений);


— социальные условия не располагают (война и т. п.);


— страшно (боятся транспортных катастроф, нападений, чужеземных кусачих существ, чужеземных болезней, землетрясений, террористов, революций и т. п.);


— лениво.

* * *

Какие путешественники мне не нравятся:


— экстремалы; я в принципе не против того, чтобы быстро и небольно свернуть себе шею на склоне лет, только пусть это случится как можно позже;


— «покорители» очень многих стран: ну какое там может быть «покорение»? скорее галоп по европам; они — то же, что получатели кучи высших образований: применять-то полученное КОГДА? да и в головёнках ведь у них каша от избытка информации;


— путешествующие большими туристическими группами, кучкующиеся вокруг трепливых экскурсоводов: ничего они толком не видят, а лишь отмечаются возле основных достопримечательностей;


— «пляжные» путешественники и примыкающие к ним рыболовы, серферы и т. п.; дайверы — ещё куда ни шло, но это дорого, хлопотно и рискованно (вдобавок городов под водой почти нет); путешествовать надо в основном ради информации;


— рюкзако-палаточники, многодневно топающие по разным тропам; одному топать — страшно (ещё медведь задерёт и т. п.), в компании — шумно и несвободно; потом, основные и наиболее важные впечатления — всё-таки в городах;


— плаватели на собственных крупноразмерных «яхтах» и останавливающиеся в 5-звёздочных отелях; надо всё таки быть ближе к народам: через это познаётся человеческий мир и наращивается способность к адекватным суждениям о человеческих делах.

* * *

Подробнее про 5-звёздочные отели. И что ж в них такое нужное, чего нет в 3-звёздочных?

Просторные номера? Но я путешествую, чтобы болтаться на свежем воздухе, а не торчать в номерах. И когда я сплю, мне всё равно, насколько велик номер (лишь бы хватало воздуха для дыхания).

Вкусная разнообразная еда? Это да. Но откуда браться уверенности, что обслуга не плюёт вам в тарелки — из горячего классового чувства? В 3-звёздочных отелях ты — более-менее на одной доске с персоналом, ему тебя классово ненавидеть нет резона. Вдобавок хорошую еду можно запросто купить и вне отеля, причём обойдётся она дешевле.

Бассейны? Но я брезгую плюхаться в бассейнах. Если плавать, то в чистом тёплом море.

Сауны? Но я лучше слетаю в летом Бухару: та же сауна, только вдобавок моцион и любимые древние достопримечательности.

И т. д.

Потом, я ненавижу, когда кто-то за меня открывает мне двери, таскает мой багаж, смотрит на меня заискивающе и ОЖИДАЕТ ЧАЕВЫХ. В этом смысле я реально и основательно «демократичен». Я презираю иерархизм, барство, лакейство, этикетную неравность. Я покупаю дешёвые вещи не только потому, что мне жалко денег, лень работать и они всё равно по сути не хуже дорогих вещей, но в основном я это делаю из неприязни к неоправданно дорогому и к любителям «эксклюзивов». Я очень не против красивого, вкусного, удобного, здорового, но на самом деле всякое такое отнюдь не имеет необходимым условием высокую цену. И вам вряд ли удастся убедить меня в том, что стремление барствовать идёт от чего-то хорошего, а не от глупости, от ущербности мировоззрения, от неадекватной агрессивности, заскочности, чувства собственной ущемлённости и недоделанности. Не нахожу счастья в хождении индюком или павлином, в начальственном виде, в помыкании людишками, в их заискивающих взглядиках. В этом наверняка сказывается то, что я воспитывался в страшном СССР с его культом Ленина, революции и раскулачивания.

И я не боюсь народа (народов даже): народной еды, народной музыки, народного транспорта и т. п. Немножко опасаюсь — и только. Заразу подцеплю — вылечусь, набор своих иммунитетов расширю. А серьёзных конфликтов с заграничными трудящимися у меня почти что и не было, поскольку я от всякого такого успешно увиливаю.

Когда я в Гамбурге на улице поел, наконец, fish and chips, я с удовлетворением думал о том, что вот же и Владимир Ильич, когда жил в Лондоне, при случае охотно налегал, по некоторым свидетельствам, на этот прекрасный fast-food английского плебса.

* * *

Почему я не в восторге от Юрия Гагарина?

Потому что он герой, по-моему, какой-то специфический. Не такой, как, скажем Ахиллес, Магеллан или Циолковский. Я подозреваю, что любой самостоятельный путешественник средней руки, разрешающий себе забираться в некомфортные местности, тянет на это звание побольше Гагарина.

Гагарин много рисковал? Может быть. Но самостоятельные путешественники тоже рискуют: поскользнуться на мокрой скале, стать жертвами бродячих собак, получить удар сзади по голове (а хоть бы и от таксиста) — ради ограбления — и т. д.

И Гагарин, заметим, рисковал в рабочее время, за хорошие деньги и за общественный супер-статус, а эти чудаки тратят свой отпуск и свои скромные сбережения, рассчитывая в типичном случае лишь на сдержанное одобрение от десятка человек в интернете.

Если бы самостоятельные путешественники шибко бродячего типа заботились о своей безопасности столько же, сколько Гагарин заботился о своей, то они бы быстро заканчивались.

Соль в том, что Гагарину совсем не надо было напрягать голову: за него думали другие. Целые НИИ работали над тем, на какие кнопочки он будет нажимать, как будет питаться, во что одеваться и даже как, когда, куда, чем и в каких количествах справлять свою естественную нужду. А самостоятельному путешественнику приходится своими силами решать десятки больших проблем, принимать во внимание сотни факторов, от которые голова у него почти пухнет.

Наверняка ж особые люди отвечали перед партией за то, чтобы у Юрия свет Алексеича в день эпохального полёта не случился ни поносик, ни кашлик, а ты ж, бывает, мечешься по чужому городу с выпученными глазами и единственной мыслью: ГДЕ БЫ ОТЛИТЬ???!!!

Да, у Гагарина были перегрузки — и в полёте, и на тренировках. Да, его трясло при взлёте и посадке. Но это — наверное, все его трудности. Остальное — лишь в области вероятий. Главное — лучисто улыбаться и вообще строить из себя душку. Я даже подозреваю, что интонацию своего знаменитого «Поехали!» он отрабатывал со специалистом, а не сам с собой. И, кстати, в автобусе, бывает, так трясёт, что беспокоишься за свои зубные пломбы.

А доводилось ли Гагарину, скажем, учить фарси, хинди, албанский или турецкий язык, потому что иначе был большой риск не прорваться к своим скромным целям и не вернуться вовремя домой?

Ой, полагаю, даже в «нештатных» ситуациях ему не пришлось бы напрягать могучую мысль, лишь бы радиосвязь работала. Слетали в космос собачки — слетал и он.

Страшно ему было? Наверняка да, но не очень: он же всецело доверял партии и правительству, а те реально бросили лучшие силы на организацию и обеспечение его полёта.

А, к примеру, на меня однажды в Турции стая бродячих собак напала. Да, разумеется, быть загрызенным собаками — это не так ужасно, как сгореть заживо при торможении космического корабля «Восток-1» в атмосфере: в момент смерти ты хотя бы будешь не совсем один, а с живыми существами рядом.

Самодеятельный бродяга с рюкзачишком на фиг своей Родине нужен. Зато этот бродяга — действительно путешественник, тогда как Гагарин — непонятно кто: землю-то обогнул, но слишком быстро; в куче стран потом побывал, но слишком официально, то есть, ничего там толком не увидел, кроме «тысяч восторженных глаз».

А у [бродяги] самодеятельного путешественника таки по-настоящему было затяжное счастье приобщения почти что к другим мирам (какие-нибудь индусы для европейца — без малого инопланетные гуманоиды). И он вдобавок имел возможность делиться своими «рецептами» с другими людьми, и это ему тоже было в радость. Довольно многие в силах повторить его путь, и некоторые таки повторяют. А чем мог поделиться с другими Гагарин? Рассказами о своей жизни в советском привилегированном слойке?

Гагарин старался как бы для всех, ну так самостоятельный путешественник тоже старается не исключительно для себя: он проторяет и утаптывает тропы для себе подобных, снижает у людей страх перед туманными далями, подкармливает страны, имеющие проблемы с развитием, а ещё сближает между собой народы, чтобы те меньше враждовали один с другим.

Гагарин мне НЕ ИНТЕРЕСЕН. Ну как выбирали его на этот его подвиг? Наверняка по следующим качествам: здоров, лоялен, с крепкой психикой, не особо умён (= ничего не отчебучит), хорошо смотрится [в скафандре], горит желанием отличиться. Это всё. Почерпнуть что-то полезное для себя в биографии или высказываниях Гагарина вряд ли удастся и мне, и кому-то другому. А вот какой-нибудь самостоятельный путешественник из особо ушлых уже может привлечь моё внимание. Он худо-бедно прошёл естественный отбор (не свернул себе шеи, не напоролся на чей-то нож и т. д.), и мне любопытно узнать, куда и как он ездит, как что оценивает, как экипируется, какие хитрости применяет, чтобы выжить и не сильно потратиться, от чего хочет предостеречь меня как собрата, а Гагарин мне чужой и чуждый: в космонавты меня так или иначе не возьмут (в верхний слоёк тоже), да меня к ним и не тянет (тянуло лишь в том возрасте, когда я в старшую группу детского сада ходил). Я — более-менее в одном ряду с Ливингстоном и Пржевальским (ладно, с Эвлиёй Челеби и Афанасием Никитиным — и не в одном, но всё ж недалече), а Гагарин, извините, — в одном ряду с Белкой и Стрелкой.

Что, Гагарин был на самом острие научно-технического прогресса, а я лишь зря сжигаю авиационный керосин и пр.?! Ну вы и придурки (прости, Господи!). Наверняка многие из путешествующих переводят напрасно топливо, но также многие всё же сшивают собой народы друг с дружкой, чтобы войны у вас не было (или вы хотите её?!), а что до меня лично, то я вдобавок собираю по миру факты, доказывающие, что 90% вашего так называемого прогресса на самом деле вам сто лет как сдались и что в тот же космос переться вам рановато, поскольку вы только загадите его, как загадили свою планету. Если бы те же усилия, которые тратились на «прорыв в космос», были обращены на просветление умов и элементарное обустройство всяких стран, то вы бы уже обитали, наверное, в глобальном почти-раю и занимались в нём самопознанием и самосовершенствованием, а не страстным целованием Гагариных в задние мягкие ткани.

* * *

Нередко случается так: прекрасная страна (ну, с терпимым уровнем недостатков), прекрасный народ в ней (во всяком случае не намного хуже других), у этого народа — прекрасная литература, музыка и т. п., но этот народ ДУШИТ какой-то другой народ, а то даже целый ряд народов. Или совсем недавно душил. Как быть?! Бойкотировать?! Объезжать эту страну дальней дорогой?!

А вот ни черта подобного.

Объясняю, почему.

Потому что других, «недушительных» народов НЕ БЫВАЕТ.

Если какой-то народ не душит какого-то другого народа сегодня, значит, будет душить его завтра — когда сложатся подходящие обстоятельства.

Если он уже очень долго никого не душил, это значит всего лишь, что ему (не) везло с обстоятельствами. Или же что он душит сам себя (ну, по тюрьмам и т. д.). Или душит скрытно, опосредствованно, неявно (скажем, всех понемногу [как, к примеру, швейцарцы]). Или тайно готовится к особо большому, последнему душению (ну, когда глобальная катастрофа нагрянет).

Прямо во время большой войны или в разгар внутренних репрессий ехать в страну, разумеется, не надо, да вас туда, скорее всего, и не впустят. А если всё-таки впустят, значит, считают, что репрессии у них на незначительном уровне или что война — так себе, скорее обыденная военная операция.

Вы вообще ЗАЧЕМ путешествуете? Не для того ли, чтобы исследовать? Ну так и исследуйте. Страна в не совсем хорошем состоянии — вряд ли менее важный объект для исследования, чем страна в почти совсем хорошем состоянии. И надо же выяснять разницу между тем и другим — как и предпосылки перехода из одного в другое.

А главное — народ-жертва являет собой в моральной отношении почти то же самое, что и народ-душитель, только не его очередь душить (правда, она настанет, может, только лет через пятьдесят).

Много ли вы поспособствуете душению своими скромными путешественническими тратами в стране-душителе? Скорее всего, в целом не поспособствуете никак: вы ведь будете объедать душителя, заставлять его тратить человеческий ресурс не на производство оружия, а на обслуживание вас, драгоценного.

Ваша моральная как бы поддержка текущего душителя (в анамнезе и в потенциале душителями являются все) и формирование ему положительного имиджа — тоже что-то очень незначительное и спорное.

Далее, может, вы едете, чтобы добрым словом и личным гедонистско-сибаритско-эстетским примером (прямая пропаганда рискованна!) ОТВЛЕКАТЬ народ-душитель от его душительского занятия и помогать переходить на мирные, созидательские рельсы.

Далее, вы ведь — худо-бедно РАЗВЕДЧИК, а разведчикам можно ради маскировки в крайнем случае даже убивать своих. Что, вас уполномоченные на то государственные органы в разведку не посылали? Ну и фиг с ними, с этими органами. Вы сами их за это пошлёте подальше. Если вы — правильный гражданин, то вы не должны сваливать важную работу на какие-то «органы» и рассчитывать на то, что они отработают с толком. Судить и казнить кого-то вы не берётесь — и будет с вас.

Бывает ведь разведка оперативная (где какой мобильный боевой ресурс расположен и т. п.) и разведка стратегическая (менталитет, потенциалы, тенденции и т. п.). И, может, вы — не разведчик даже, а действующий на опережение со-архитектор «послевоенного мира», что тоже важно и сложно. Ведь войны и политические режимы начинаются и заканчиваются, а народы более-менее остаются (хотя этногенез продолжается), и им лучше дружить.

К тому же не надо растрачивать жизнь на «жесты» (= на символические действия). Не надо «жестам» придавать большое значение. Надо придавать большое значение РЕАЛЬНЫМ действиям, а не знаковым. А «жестовое» мышление — это дефект психики.

(Но если вы — малодумающая стадная «шестёрка» и на разведчика или на со-архитектора нового мира явно не тянете, тогда таки да, лучше вообще сидите дома и пяльтесь в зомбоящик: там много чего захватывающего для таких, как вы.)

Достаточно уже будет того, что вы воздержитесь от одобрения душительного процесса. Хотя опять же, иногда душить просто приходится: пробуют и так, и этак обойтись без этого, но не получается ни в какую, и тогда таки душат [даже мизантропы], пусть и обливаясь тайно слезами сочувствия к своим жертвам.

И потом, присмотритесь к тем, кто сподобливаются осуждать вас за спокойное исследовательское внимание (всем жертвам не насочувствуешься!) к стране-душителю. Наверняка обнаружится, что это либо конченные дураки и путальщики, либо те ещё лживые порочные твари, по уши увязшие в неявных преступлениях против человечества.

Чистоплюй — это в данном случае тот, кто сам не душит, других на душение не подначивает, плодами чужого душительства пользуется по минимуму (совсем стерильно не получится), душение открыто осуждает (но более или менее мягко, по обстоятельствам — чтобы не быть задушенным самому). Это ВСЁ. Что сверх этого — лицемерие, дурачковые глупости, подростковый максимализм и стадное позёрство.

Как-то приблизительно так.

Кстати, большевик Максим Горький ГОДАМИ жил [и нам велел] в ФАШИСТСКОЙ Италии. Лицемер, да? Нет, там было сложнее.

* * *

О нечистоплотных народах.

Народы различаются уровнем чистоплотности. Если посещаешь страну, в которой люди в среднем менее чистоплотны, чем в твоей, ты рискуешь подцепить серьёзную инфекцию и даже умереть от неё. Чем ниже в стране чистоплотность в сравнении с привычной тебе, тем больше твой риск.

Нельзя сказать, что чем ты чистоплотнее, тем для тебя это лучше: есть плюсы и в большей чистоплотности, и в меньшей (причём не только экономия воды и мыла).

От некоторых инфекций лучше бегать, от некоторых — защищаться прививками. В отношении некоторых инфекций бывает выгоднее поддерживать естественный иммунитет, то есть эпизодически сталкиваться с возбудителями болезни. Но иммунитет — феномен очень сложный. Где в иммунной системе организма что и как — это в целом трудная тема даже для специалистов.

Если популяция человеков увеличивает уровень своей чистоплотности, то на первых порах люди меньше болеют, но потом наступает расплата: слабеют иммунитеты, ухудшается генофонд.

Нет ясности в том, какой уровень чистоплотности оптимален. Наверняка он может быть выявлен, только он наверняка не универсальный. Да и описывать его надо будет не каким-то одним показателем.

И чистоплотность — слишком общее понятие: на самом деле есть много областей и действий, к которым оно применимо.

В отношении чистоплотности люди существенно различаются даже в пределах одного общества.

Для индивида лучшая линия поведения — держаться того уровня чистоплотности, к которому он привык.

Практические выводы:


1. Не считать менее чистоплотные народы (и менее чистоплотных индивидов) «неправильными», недоразвившимися: это, мягко говоря, не научно. Но чистоплотность с «культурностью» коррелирует (но оба эти понятия — расплывчатые).


2. В страны с менее чистоплотными, чем ваш, народами, ехать во вторую очередь — и запасаться антибиотиками, а то и делать предварительно прививки.


3. В «нечистоплотных» странах избегать ситуаций, в которых легко можно заразиться: что нормально в своей стране, может быть слишком опасным в чужой.


4. Даже в «нечистоплотных» странах есть зоны большей чистоплотности, и они — для вас. Скажем, сильно различаются уровнем гигиеничности заведения общепита.


5. Категорически отказываться от опасных угощений. Заранее настроиться на отказ, тогда вас не будут заставать врасплох и не прорвутся через вашу линию обороны. Опасность непривычной еды — достаточно вежливый аргумент с вашей стороны. Но бывает, подают привычную еду негигиеничным способом — грязной рукой. Тогда улыбайтесь, ешьте по минимуму (а лучше кладите в пакет под предлогом сытости) и скорее ретируйтесь.


Как правило, наибольшая угроза — от кишечных инфекций, а не от респираторных. Также очень опасны половые контакты, но их хотя бы легко избегать — если пугать себя ужасными последствиями заражения.

В существенно опасных странах питаться надо свежими, лично разделываемыми свежими овощами и фруктами, консервами, а также продуктами, только что прошедшими термическую обработку. Какой-нибудь «салатик» или нарезанный фрукт в общепите — большой риск, разливные/развесные молочные продукты — тоже, а, скажем, плов или жареное мясо — нет.

Если в фрукте/овоще есть дефект типа вмятины или подгнившего участка, такое место надо тщательно вырезать.

Опасно всё лежалое — если не инфекциями, так порчей под действием жары и солнца.

Есть мухи — уровень угрозы выше. Есть кошки — то же самое.

Обращать внимание на запахи. Доверять своей интуиции. Уметь говорить НЕТ.

Продавец еды должен быть нестарым, симпатичным, добродушным и опрятным.

Заражение кишечными инфекциями может происходить через пищу, посуду, руки продавцов, воду. Особенно вредна привычка продавцов еды браться попеременно за [вашу] еду и за деньги. Если такое замечаете — ищите другого продавца.

Бывает очень неловко отказываться от негигиеничного угощения какого-нибудь доброго аборигена, расположившегося к вам всей душой. Но такое угощение может если не убить вас, то хотя бы надолго свалить с ног. Однажды я проболел четыре дня предположительно сальмонеллёзом от того (подозреваю), что съел немного каймака, подсунутого мне от чистого сердца в качестве местного деликатеса.

* * *

Как выбирать страны для посещения. Страны бывают…

— более удалённые и менее удалённые;

— более дорогие и менее дорогие;

— более опасные и менее опасные;

— более комфортные (по транспорту, языковой ситуации и пр.) и менее комфортные;

— более обильные заслуживающими внимания местами и менее обильные ими;

— более экзотичные и менее экзотичные;

— с более качественной медицинской помощью и с менее качественной медицинской помощью;

— более шопистые и менее шопистые (но у разных людей разные взгляды на приобретения);

— более привычные к туристам и менее привычные к туристам;

— более «престижные» и менее «престижные».


А ещё ведь хочется более-менее охватить все континенты и все регионы на них, что, разумеется, не реалистично — если не забросить все прочие занятия, кроме путешествий, и если в посещаемых странах скорее отмечаться, чем заниматься серьёзным исследовательским освоением.

Путешествовать можно…

— ради того, чтобы выглядеть путешественником (это приятно и бывает полезно);

— ради решения конкретных личных проблем или проблем своих родственников и совсем уж больших друзей;

— без серьёзной готовой цели, в надежде отыскать цель попутно, то есть ехать с целью обрести цель;

— со смутными исследовательскими целями («лучше понять мир» и т. п.);

— с конкретными исследовательскими целями (подыскать себе страну для эмиграции, подыскать Родине страну-пример для подражания, подсмотреть для копирования какие-то элементы чужого образа жизни, заценить какое-то государство с точки зрения международной политики и т. п.).


В предельном случае можно преследовать все указанные цели одновременно.

Время посещения страны, как правило, имеет большое значение: от времени зависят риски, затраты, удобства, возможности обзора чего-то там. Скажем, архитектуру удобнее изучать, когда листья с деревьев уже более-менее опали (если они там опадают) и не заслоняют зданий.

Способ посещения страны тоже имеет значение. Посещать можно…

— в составе туристической группы (= есть заботящаяся принимающая сторона);

— в составе делегации (= есть ОЧЕНЬ заботящаяся принимающая сторона);

— в одиночку;

— с семьёй;

— с одним или несколькими верными товарищами.

Загрузка...