Эпизод 16 И БЕЗ ЕЛКИ — НЕ ВОЗВРАЩАЙСЯ!

Амано Сэна.

Рассветная Аллея, 23-7, 24 декабря 2103 г., 21.00.

Таким идиотизмом в канун Рождества я, пожалуй, не страдал еще никогда в жизни! И как это ее, мою праведную, так перекосило?

Стою в уютном коридорчике многоквартирного дома на Рассветной Аллее и смотрю как баран на дверь с горящей электронной табличкой «На консервации. Под охраной агентства „Сагара“». Не раз бывал у Моргана и теперь чувствую себя полным кретином. Парень-то поступил разумно: собрал манатки и укатил на праздники куда-нибудь… ну к родне, скажем. Не то что его несчастный визитер, торчащий теперь перед призывно подмигивающими алыми буквами и не знающий, куда же податься! Руки отягощены корзинкой со всякими вкусностями, из-под которых скромно мерцает темное бутылочное стекло. Нормальный ведь презент напарнику на Рождество, разве нет? Так и оценить некому! Вот усядусь сейчас — да-да, прямо на ковровую дорожку! — и напьюсь. Будет знать! Пускай найдет мое сраженное горем тело, когда вернется через пару дней, счастливый и румяный!

Все-то меня покинули! И девушка, и напарник. Решаю выполнить часть угрозы и, опустившись на чистый, мягкий ворс, запускаю лапу в корзинку. Так, шокола-а-адка…

«Нет, Амано! Держись! Это подарок, не сметь!».

«Кому подарок? — Шелест фольги почти заглушает голос моей совести. — Здесь есть другие претенденты на этот изумительный элитный белый шоколад?».

Терпеть его не могу, если честно, но Мо ведь обожает… Вот с белого и начну!

«Отдашь после праздников, с поздравлениями!» — Наставительные нотки, переходящие в отчаянные.

«Испортится! Видишь, уже и коробочка помялась, да и фольга… — Что, съела, приставучий паразит на теле моего сознания? Раньше надо было останавливать, до того, как я его надкусил».

«Неисправимый. — Тяжелый вздох. — Не тронь бутылку!».

Ну уж нет, напиваться я, пожалуй, повременю. Хотя следовало бы. Меня бросили и девушка, и напарник! В один день! Причем первая — из-за второго, вот что особенно обидно! Ради кого я пожертвовал своей несостоявшейся любовью… может быть? Злоде-е-ей!

На данном этапе существования, честно признаться, я не склонен к долгоиграющим романам. Хм, Тамико сейчас бы горестно заявила, что этому этапу уже лет десять. А почему, собственно, нет? Просто это очень длительный этап! В любом случае с той девчонкой я встречался недели три. Почти рекорд! И на тебе, пожалуйста: собрались на вечеринку, давай, говорю, заедем к моему напарнику, поздравим… Тут-то барышня и уперлась, пардон, рогом — вылитая Они.[17] Нет, мол, куда ты меня тащишь, я не пойду, зачем мне твой напарник, давай сразу на танцы, мог бы и без меня поздравить, заранее. А не мог я заранее, не успел, вот! Ну что тебе стоит, упрашиваю ее. На пять минут заскочим, не больше! Тут-то меня и пригвоздили тем самым рогом: ах, если он для тебя важнее, вот и проверим твои истинные чувства. Ну, проверила, себе на голову. Не люблю, когда мной пытаются манипулировать, да еще так неумело и безо всяких прав на это. Можно подумать, мы с ней уже о помолвке объявлять собирались! Да, всегда полезно разочароваться в человеке как можно раньше. Но при этом всегда неприятно. Жаль только, не довелось проверить, не прилагался ли к рогам еще и хвост.

Гм, так ради кого произошел разрыв со столь дивной женщиной? И где этот «кто-то»? Комм отключен — это я выяснил еще при подготовке к внезапному визиту. Спрошу-ка у Барбары!

Шипение в трубке. Но шипит отнюдь не связь.

— Ты хоть знаешь, от чего меня оторвал, балбес?!

Хм, лучше я не буду осведомляться — от чего. На «ты» она обращалась к вашему покорному слуге только первые полгода моей работы в Отделе, ежедневно выводя меня этим из себя. Такая вот у нее была методика вытаскивания сотрудников из депрессии.

— Извините, шеф, я по поводу вашего родственника.

— Уволю вместе с ним! Нет, милый, продолжай… — Внезапный поворот тона на сто восемьдесят градусов свидетельствует о том, что последняя фраза предназначалась не мне. Ну вот, поэтому я и не спрашивал — и так догадывался.

— Обязательно! — успокаивающе восклицаю я. — Только скажите, куда он мог деться, и вам даже не понадобится его увольнять.

— Так ты его, получается, дома не застал? — В раздраженные интонации Барбары вплетаются нити заинтересованности.

— Более того, квартира лежит, гм, на сохранении! — Я решаю слегка пофискалить. Как еще узнаешь? — Он вас предупредил об отъезде на уик-энд?

— Морган? На рождественском уик-энде за городом? Бред!

Примерно такого комментария и следовало ожидать.

— И он ничего такого не говорил?

— Сэна, вы детектив или и впрямь решили увольняться? Я вам не свидетель происшедшего, нечего меня допрашивать! Ничего я не знаю. Думаю, все объяснится как-то банально… или, наоборот, совершенно непредсказуемо, речь ведь о моем племяннике. Но сейчас меня волнует не он. Расскажете после праздников!

— Счастливого Рож… — уныло произношу уже вслед сигналу отключения связи. Вот так всегда: общество веселится, отмечает Рождество, один я как неприкаянный. В общем, порешим на следующем: если за ближайшие полчаса не выясню, куда подевался неприкаянный номер два, брошу это бессмысленное занятие и заявлюсь в гости к Тами. Она в такие дни всегда дома, правда, необязательно одна. Ну и пусть, визит младшего брата должен быть счастьем для любящей сестры в любой момент жизни!

Отдайте мне должное: я вычислил, где скрывается Мо, всего за семнадцать минут! И то радость — в этом году не уволят. Кстати, шесть минут понадобилось, чтобы спуститься в холл и перейти улицу: в магазинчике напротив я когда-то лицезрел банковский автомат, и теперь он мне пригодился. С моими-то кодами доступа, дополненными реквизитами исчезнувшего напарника, определить, где, кому и сколько оплачивал Морган накануне, не представлялось сложным. Гм, во что это моя отрада вляпалась на этот раз? Счет в лечебнице, так-так. Спокойно, за вчерашнее число! Сегодня-то мы уже виделись, пускай и мельком. А до этого… о ками! Вот конспиратор! Переехал и скрыл от меня сей знаменательный факт. Стыдится, что ли? Райончик-то не ахти. Та-а-ак, а что у нас там с общим счетом в банке? Ой. Ой-ой-ой.

Ул. Строителей, дом 12, 22.30.

Ну, Морган, погоди! Если и сейчас тебя не застану теперь уже на новом месте жительства, — я полный идиот! Нет, полным я уже был, более часа назад. Теперь стану полнейшим, значит. Придется срочно делать пластическую операцию для похудения, известную в моем народе как харакири. Нет, сперва Моргану (забудем утверждение, что это личное дело каждого), а потом себе. Нет, сначала я съем все, что волоку в этих пакетах! Какая корзинка?! Судя по состоянию финансовых дел моего напарника, корзинка в данной ситуации просто неуместна и оскорбительна! Ну да, несколько нетактично вваливаться с таким мешком гуманитарной помощи, но когда это я был тактичным? Сто лет назад, и то неправда! Так вот, если тебя сейчас не окажется и здесь (надеюсь, это нужная квартира? Темновато!), я достану твою душу из-под земли и демонстративно, у тебя на виду, сожру все эти продукты и не дам тебе ни кусочка, после чего сделаю тебе харакири, а вслед за этим уже и себе. Черт, я стучу уже дважды!

— Господи… — Ура! Знакомый голос! — Ну, кому неймется, по самому солнцепеку…

— Доставка пиццы на дом, для бедных студентов! Пиццерия «Бельданди»!

Ворчание за дверью обрывается на самой трагической ноте. Я решаю поразоряться еще чуточку.

— Служба Доставки Добрых Богинь! Открывай, неудачник Морисато Кейти![18]

Вы не забыли, что я вырос на своей отечественной мультипликации? Кстати, в Бельданди, героиню вышеозначенного аниме, я даже был влюблен когда-то, в ранней юности. У меня и фигурки ее сохранились, и сами фильмы.

— Амано? — Недоверчивый голос из-за двери.

— Да уж не Бельданди! Но могу побыть и вместо нее. — Наконец раздается скрежет ключа в скважине. Фу, ну и звук. Прошлый жилец что, был глухим?

— Извини, я первый раз открываю этот замок изнутри. — Вай, да мне улыбаются! Вот это да! Ради такого стоило и богиней прикинуться. — А кто такая Бельданди и зачем она должна была прийти?

— Всенепременно дам тебе посмотреть этот мультик! Даже не сопротивляйся! — Хохочу в ответ. — А пока держи свою пиццу, — то есть не совсем пиццу… точнее, совсем не пиццу! И пусти меня, наконец, в гости!

Там же, чуть позже.

— Брысь за сосной!

— Выживают из собственного дома! Караул!

— Это не дом, это помещение! В канун Рождества, и ни одной сосновой ветки на всю квартиру! Это же…

— Знаю-знаю, нарушение традиции. — Тем не менее, куртка уже наброшена, не без моей помощи, и дальнейшее противодействие теряет всякий смысл. — Где я дерево найду в такой час?

Вообще-то сегодня мой напарник на редкость сговорчив. Не воспользоваться ли этим в личных низменных целях? В смысле порасспрашивать кое о чем… Вот выпровожу и подумаю.

— До новогодних курантов еще семь дней, успеешь! — мстительно выпинываю хозяина апартаментов за дверь. — Сам скажешь мне за это спасибо! Или не скажешь. Там на углу ветки валялись, все равно их спилили, чего уж там.

Ну вот, утопал вниз по лестнице!

Вечный наш спор с сестрой. Тами кричит: «Хочу настоящую сосну!» — а я: «Не хочу настоящую сосну!» Ну, жалко мне их, жалко: пусть эти деревья и разводят специально, в декоративных целях! Но в угоду традиции, я считаю, вполне сойдет и искусственная, тем более что их теперь научились делать так, что не отличишь от натуральных. Даже ароматизируют! Вот если бы столь же успешно имитировали мясо — я бы и в этом пункте поддержал защитников природы. Но пока увы…

Так, а что здесь с кухней? По словам Мо, вторая квартирантка — девушка, даже симпатичная. Признался он мне в этом, конечно, только после подробных расспросов. А не стоит ли переехать к ним третьим? Впрочем, сперва поглядим на девушку, хватит, обжигались! Ой, беру свои слова обратно. Ради девушки, у которой на кухне творится такое, я, пожалуй, воздержусь менять место жительства. Разве что из солидарности с Морганом, также из жалости к последнему: ведь, если он будет столоваться здесь, без моего чуткого руководства по приятию мер бактериологической безопасности… Не потому ли он вчера попал в больницу? Надо спросить, кстати, когда вернется.

Фу-у, как пелось в старинной студенческой песенке: «В морозилке повесился крыс». По крайней мере, судя по этому странному хвосту, свисающему с полки, идея ритуального самоубийства здесь уже явно кого-то посещала! Придется выбросить его куда-нибудь, а затем проветрить кухню. Нет, в окно аморально, мне еще уходить утром… Неужели Морган сюда даже не заглядывал? О чем он вообще думает?

Что-то мой напарник меня волнует. Поясняю для извращенцев: переживаю я, вот! По поводу его отношения к нашим отношениям! Эк загнул, аж противно. Ну почему он такой?! Ладно, вычеркнем идею о песочнице как несостоятельную: я уже расспросил Барбару о детстве Моргана и твердо знаю, что в те далекие времена мы с ним не встречались и никакой травмы он от меня не получал. Зато получает сейчас. Но это так, к слову. Мо… он общается со мной только на работе и, если не направлять беседу в нормальное русло, только по работе! Ну, как так жить? Можно подумать, у него нет ни интересов, ни увлечений, которыми можно было бы поделиться с самым близким ему человеком. Это я, если кто не в курсе! Понаблюдал я за ним: друзей нет, любовных отношений нет, сестры вечно черт-те где, черт-те с кем ошиваются, отец и подавно, тетя… не будем о грустном. Вести с такой язвой задушевные беседы «за жисть»? Нет, увольте! Это я о Барбочке нашей, конечно. Хотя по собственному опыту могу подтвердить: она бывает очень мудрой и даже (только не падайте в обморок) доброй! Но ах, как редко, как редко!

Так о чем бишь я? О ее драгоценном племянничке. Не знаю, когда и для кого драгоценном, но, судя по информации от шефа, даже в ее сухом и кратком изложении — не в детстве и не родителям. Н-да, повод призадуматься о приоритетах. Наверно, если я когда-нибудь (не дай бог) женюсь снова и заведу потомство, придется со службы-то уволиться. Точнее, перейти работать в теплое, спокойное, скучное местечко, завести огород и домашнюю скоти… Нет! Только не это. Все, решено: буду вечно холостым! Хотя у нас-то работенка еще ничего, дергают не так часто, после шести вечера свободны как птицы. Ну, обычно свободны.

Встречалась ли вам классификация, разделяющая всех детей на солнечных и лунных? Старая еще теория, земная, из не проверенной до сих пор области знания. Вот я — солнечное дитя! Меня родители в детстве очень любили, дома всегда было спокойно и мирно, папа с присущим ему юмором относился к матушкиным выходкам, никогда не принуждал ее к следованию традициям его семьи (мы с сестрой ведь полукровки). Да я знаю, что и сейчас у них там, на Земле, все по-прежнему. Только без нас: мы захотели остаться здесь, да и старики не слишком нас уговаривали, когда шесть лет назад решили вернуться к истокам. Нечего молодежи на Земле делать! Но, судя по тем письмам, которые я получаю регулярно и которые каждый раз вводят меня в состояние, близкое к нервному истощению от дикого смеха, все у них просто замечательно!

А вот Морган, наоборот, прямая мне противоположность, лунное дитя. Не знаю, любили ли его родители, дорожили им или нет — они попросту отсутствовали в его жизни. Плюс в довольно нежном возрасте на шею парню повесили еще и двух сестренок, и тогда-то уж, наверно, жизнь ему медом не показалась! Наверно, потому он такой серьезный. Не доиграл свое в детстве. Так играл бы сейчас! Собственно, именно к этому я в данный момент усилия и прикладываю. Еще и елочку наряжать у меня будет, никуда не денется! Как миленький и как маленький!

А вообще, надо бы нам с ним побеседовать, и побеседовать хорошо. Но на работе разве ж кто даст? Ага, догонят и еще дадут, а потом опять и снова. И что с этими «опятами» делать? Ну а в остальное время парень талантливо прикидывается, что его не существует. Ни в гости не зовет (и сам не особенно рвется, вот разве что к Тамико тогда), ни на вечеринки корпоративные не приходит. Правда, я тоже не прихожу, но это вопрос, к делу не относящийся. На пикники осенью, когда тепло еще было, тоже ни разу с нами не ездил. А там ведь даже Паркера не было, только мы с Рэнди. А раньше когда я его, и никого другого, попросил помочь мне с обкаткой нового туристического снаряжения — съездить со мной на уик-энд к озеру Сэтти, что он ответил? Сказал, что предпочитает поваляться на выходных с книгой? Мочить монстров на компьютере? Выпить в баре пивка? Пересадить комнатные растения или разобрать кляссер с марками? Ни-че-го! Помялся, поизвинялся — и все, и никаких зацепок. Что он делает в свои выходные? Может, у него незаконнорожденный ребенок и он с ним проводит все свободное время? Бред какой-то. Единственное, что я смог вычислить по банковским счетам моего напарника, — это то, что он регулярно отчисляет изрядную часть своего жалованья на реквизиты колледжа, где учился в юношеском возрасте. Не может его ребенку быть столько лет! Стоп, а что там рассказывал мне Рэнди? «Урон, нанесенный колледжу, не подлежал никакому возмещению…» Так все-таки подлежал или нет? Все, решено, сегодня разговариваем по душам! Если они у нас будут на месте.

А вообще, говоря о самом мерзком, то бишь о деньгах да чинах: может, вскоре финансовое положение Мо и улучшится! А вместе с ним и его настроение. Хороший я доклад Барбаре подготовил после возвращения с Юмы. А уж какое вещественное доказательство к нему присовокупил! Вряд ли даже ей дарили такие артефакты. Черная Роза Империи, знаете ли! И куча дифирамбов в сторону ее племянника: мол, настоял на расследовании, проявил себя, пострадал при выполнении задания, предприимчив, но скромен… Да, я не люблю писать отчеты, но кто сказал, что я не умею этого делать? А главное — ни слова лжи! Так что, если начальство вовремя подсуетится, кто знает, может, скоро мой напарник получит возможность бить мне морду, не нарушая субординации.

He знаю, сколько времени прошло: я парень хозяйственный и слегка замотался с наведением санитарии во вверенном мне помещении, а также в собственной башке. Но отрезвил меня сигнал комма. Ага, Морган таки включил свой: наверно, веток не нашел и сейчас начнет поносить меня, на чем свет стоит. Что ж, послушаем.

— Амано, спустись ко мне. — Какой растерянный голос! — Быстро!

— Понял!

Вылетаю из квартиры как ошпаренный и в восемь прыжков преодолеваю четыре этажа. Как ни странно, образ моего напарника, окруженного толпой бандитов, так и не нашел материального воплощения. Во дворике вообще довольно пустынно — ни одной живой души, кроме Моргана и крохотной темной фигурки, сидящей прямо на земле и ревущей в три ручья. И как мне на кухне слышно не было?

— Чем дитятко обидел? Ветки отобрал? Однако ведь и впрямь сосновые!

— Вот. Плачет. Снова.


История маленькой Берти Свенсон, к сожалению, не порадовала нас оригинальностью. Папаша отмечает Рождество дома, тоже с полным почитанием традиций, точнее, одной, зато самой популярной, — «напиться и забыться». Мать поспешно сбежала от греха подальше к родне, прихватив тех детей, кто под руку попал. В такой семье плюс-минус одно чадо погоды не делает. Посему неудивительно, что малышка очутилась на улице одна.

Все это мы выяснили уже дома, поскольку разумно было сначала притащить ребенка в тепло, а там уже разбираться. Проблему составило то, что Морган посчитал свой дар внушать доверие равным нулю, а потому решил вызвонить меня: мол, мой голос действует на женщин убедительно. Спасибо за комплимент, конечно, но, наверно, у него сегодня выходной, у моего голоса! И вообще, где он тут увидел женщину? Шестилетняя малявка. Поуговаривать пришлось порядочно: ребенок твердо знал, что с незнакомыми дядями ходить нельзя. Хоть этому научили, спасибо!

Между прочим, когда мы очутились у «домашнего очага», девочка уже твердо уверилась, что мы или воры, или психи, или фокусники. А скорее — все, вместе взятое! Почему? А посудите сами: дверь за мной захлопнулась, когда я летел, как на пожар спасать напарника, ведь так? Мы спокойненько подошли к ней, и тут выяснилось, что Мо ключи не брал, ну а я — тем более. Пришлось возвратиться во двор (мне) и лезть в окно, благо я оставил его открытым. На четвертый этаж, заметьте!

Но, по-моему, ребенку было все равно, кто мы. А пара бутербродов, которые я успел-таки нарезать, окончательно ее умиротворила.

Кстати, Морган совершенно не разбирался в детях: мы с ним поспорили, сколько Берти лет, и оба проиграли. Но он проиграл сильнее! Ей не пять, как думал он, и не шесть, как полагал я, а восемь! Просто маленькая, как мышонок. Но вырастет и будет симпатичной, наверно.

— Берти, ты веришь в Санта-Клауса?

Вопросительный взгляд полусонных от тепла и еды глаз.

— Вот он придет с подарками ночью, посмотрит, какая ты чумазая, — и не узнает! А наверняка он желает подарить тебе что-то красивое или вкусное!

— Это он намекает, что надо бы тебе умыться и ложиться спать, — расшифровывает мой напарник.

— А кто это?

— В смысле? — переспрашиваю я.

— Кто такой этот Санта?

Да уж, хорошая семейка, ничего не скажешь… Про Санта-Клауса не рассказывали, про Даруму[19] тоже…

— Гм, ладно. Тогда умывайся, и я расскажу тебе настоящую волшебную историю!


Утром нашу проснувшуюся принцессу ждал подарок. Мы полночи над ним провозились (какие уж тут беседы) — магазины игрушек-то закрыты! Сосновая ветка с шариками-оригами, сделанными из пакетов, в которых я принес нашу трапезу, огромный кулек конфет и фруктов и открытка, нарисованная Морганом. Оказывается, мой напарник прекрасно рисует, кто бы мог подумать? На куске найденного картона он (по моему описанию) изобразил симпатичную светловолосую девушку в развевающихся лентах одежд, окруженную все теми же сосновыми ветками и новогодними игрушками. На открытке было выведено: «Поздравляю милую Берти с Рождеством! Богиня первого класса Бельданди».

Загрузка...