Глава 3. Друг

Джек не сразу понял, в чём дело. Сквозь ещё мутные глаза сна стояла фигура парня, который куда-то его торопил.

– Ты меня слышишь?! Времени не много. Нас могут скоро найти. Пора уходить. Ты же попасться не хочешь никому?

Он ещё сильнее затряс Джека. Тот, наконец, осознал всю суть происходящего и резко встал. Огонь в камине уже погас, но тепло ещё расходилось по комнате. Перед Ленсом стоял парень лет восемнадцати – девятнадцати в тоненькой чёрной куртке с капюшоном, в данный момент надетым на голову. Одежда была сильно мокрой. Парень быстро собирал все нужные вещи в комнате и складывал в небольшую спортивную сумку.

– Ты выбрал не совсем удачное время для сна в таком месте. Разве не видел патрули «капюшонов», шныряющих вокруг? Не, я не из них (парень заметил, что Джек внимательно смотрел на его капюшон). Дым видно издалека даже в такую погоду. Если не поторопимся, схватят.

– Так это твоё место ночлега? – Джек быстро одевался в свою старую одежду, которая высохла.

– Ну, типа того. Иногда, когда не успеваю домой, остаюсь здесь. У меня много таких тайничков. Слушай, нафига свою одежду нарядил? Тут в таком не ходят, – парня на секунду заинтересовали его вещи. – Ты не отсюда что ли?

– Я из-за стены пришёл.

– Да ладно! (пауза) Потом мне расскажешь.

– А это, тебя хоть как зовут то? Ты кто?

– Я Роман. Слушай, у нас нет времени. Всё потом.

– Роман?

– Да, блин. Всё, уходим.

В этот момент на первом этаже послышались чьи-то шаги и крики. Причём, можно было точно сказать, что народу пришло их искать не мало. Парни уже вышли из кабинета, и Рома поспешил в ту часть этажа, где Джек ещё не был.

– Как мы от них укроемся? Нам нужно будет на первый этаж пробраться.

– Не вариант. Будем гнуть свою линию. Сбежим по крыше.

– Ты серьёзно?

– У тебя уж точно плана нет, а я эти места хорошо знаю.

Добравшись до тупика на этаже, Джек увидел лестницу, которая скорей всего ведёт на крышу. Позади слышались голоса. Видимо, преследователи были на втором этаже.

– Ну что, вперёд.

Люк на потолке в конце коридора не был закрыт. Как только оба поднялись, то захлопнули его. Парни оказались в просторном помещении, похожем на вентиляционную шахту, но больших размеров. Рядом с люком стоял железный ящик.

– Так, давай помогай, надо перерезать им путь сюда, – после этих слов они начали двигать ящик. – Вот теперь у нас появилось много времени. Но расслабляться не стоит. А теперь полезли.

Лестница шла дальше вверх этого пятиэтажного здания. Джек даже не стал вдаваться в подробности такого странного построения этажей, пожарных выходов и всего остального. В этом мире нужно всё воспринимать как есть. Рома полез первый. Ленс не мог понять до сих пор, кто этот паренёк. Друг или враг? Вдруг он ведёт его в ловушку? Но, зачем? В итоге, Джек продолжал идти за ним.

Через пару минут они уже стояли на крыше. Тут погода была совсем не такой, как внизу. К проливному дождю добавлялся ещё и страшнейшей силы ветер. После того тёплого места тут тело просто съёживалось. Холод пронизывал всего насквозь.

На город открывался уже совсем другой вид. Было заметно, благодаря вспышкам молний, как стена со всех сторон заслоняла этот мир от другого, более светлого и чистого. И всё равно, увидеть, что за ней было невозможно. Чёрная пелена закрывала обзор. Несколько высоток заметно выделялись на фоне остальных зданий. Правда, одно всё-таки сильнее всех отличалось. Оно было здесь самым высоким и стояло точно по центру города. Наверное, единственное, которое могло соперничать со стеной, превосходя её. На вершине здания горел огонёк. Джеку на секунду показалось, что перед его глазами Эмпайр Стейт Билдинг. Уж очень похоже. Что-то разглядеть поподробней было невероятно сложно из-за этого страшного проливного дождя.

– Какой ужас. Погода только хуже и хуже.

– Нормально. Со временем привыкнуть можно. Это…Я надеюсь, ты хорошо прыгаешь?

– Ты что предлагаешь нам по крышам прыгать?! Совсем дебил!

– Так другого варианта нету. Пару домов придётся так пройти. Внизу патрули. Как только преодолеем их, можно и по земле передвигаться.

– Ты походу это не в первый раз делаешь?

– Само собой. Давай, пошли.

Расстояния между домами были не самыми большими, но всё равно опасно. Ещё этот дождь и скользкая поверхность крыши. Джек только об этом и подумал, а Роман уже стоял на другом здании и махал ему рукой.

– Давай быстрее. Они скоро тоже будут наверху.

«Господи, что я делаю то? А если разобьюсь. Совсем недавно лежал под деревом и отдыхал, а теперь на крыше какого-то дома под проливным дождём». Джек подошёл к краю и посмотрел вниз. Мусорные баки и асфальт. Печальное зрелище. Была не была. Он отошёл назад и, набрав скорость, прыгнул. Полёт длился буквально пару секунд, хотя ему показался целой вечностью. Приземлился Джек не очень удачно. Поскользнулся, ударился ногой и рукой. Рома успел его подхватить, и сильных увечий удалось избежать.

– Ну, для первого раза сойдёт. Нам ещё три дома нужно преодолеть и всё.

Следующие попытки были более удачные. Смотря вниз, Джек действительно видел маленькие отряды из трёх-четырёх человек в капюшонах. Они заглядывали в окна, заходили в двери. Проверяли всю близлежащую территорию. Совершив последний прыжок, парни оказались у пожарной лестницы. Ноги Джека страшно гудели, вся одежда снова промокла и стала странно тяжёлой.

– Ну вот, самое страшное позади. Спускаемся, пробегаем пару кварталов, а там и мой дом. Территория нейтральная, так что бояться будет нечего.

– Подожди, дай секундочку отдышаться.

– Нет времени. Чутка осталось. Давай.

Они спустились по лестнице, предварительно убедившись, что внизу будут одни. Оказавшись в тёмном переулке, заспешили дальше в сторону более красивых сооружений этой части города. У Ленса совсем не осталось сил, но он каким-то образом легко и быстро преодолел оба квартала. Спотыкаясь о непонятно что, поскальзываясь, слыша где-то вдали крики, он бежал. Засматриваться на виды совсем не было времени, да и не хотелось. Рома бежал впереди него. Казалось, что у него неведомая никому сила. Ни капли усталости. Прошло совсем немного времени, и вот они уже стояли перед огромным зданием, где во многих местах горел свет. Оно было полностью обнесено высоким железным забором с проволокой.

– Безопасность превыше всего. Вот мы и пришли.

Рядом с дверью находился звонок, на который и нажал Рома. Не будь его рядом, Джек вряд ли бы заметил дверь, а тем более звонок. Пару минут стояла полная тишина. Ленс при этом всё время оглядывался, боясь, что за ними продолжается охота. Казалось, никто и не подойдёт, но вскоре послышались тихие шаги. Еле слышный голосок произнёс.

– Это водка?

На лице Ромы вспыхнула улыбка, и он радостно заговорил.

– Помилуйте, королева, разве я позволил бы себе налить даме водки? Это чистый спирт!

В этот момент послышались тяжёлые щелчки нескольких десятков замков. Дверь, медленно и со скрипом, начала открываться. Их встречал молодой человек в очках. Роста ниже среднего, немного смуглая кожа, короткостриженые волосы. Одет он был в шорты и майку, совсем не боясь холода и дождя.

– Привет, Ромчик. А я всё думал, когда ты уже придёшь. Оп-па, спутник с тобой. Приветствую, я Рубен.

– Здорова, – Джек по-прежнему пристально его разглядывал.

– Ладно, это, мы зайдём, а то я уже устал торчать под этим проливным дождём.

– Само собой, заходите.

Изнутри дом был очень простым по конструкции. Два небольших коридора в обе стороны и куча дверей. И так на каждом этаже. Рома сказал, что живёт на восьмом. Единственный минус – тут не было лифта. Рубен с ними не пошёл, а остался внизу сидеть в, своего рода, маленькой будке. По его словам, он сегодня дежурит.

– Странные у вас какие-то пароли здесь.

– А что такого. Зато мало кто додумается. Мы каждую неделю берм цитату из классики литературы. Вот сейчас Булгаков.

Наконец они добрались до восьмого этажа. У Джека страшно болели ноги. Плечи тоже ныли, хоть его рюкзачок был почти пуст после такого путешествия. Пока они шли по этажу, из каждой двери выглядывали чьи-то лица. Причём, самые разнообразные. Дети, взрослые, старики. Люди самых разных национальностей.

– Вот и пришли, – сказал Рома, открывая дверь под номером 88.

Это была небольшая, но уютная квартирка. Коридор, чулан, туалет, кухня и одна комната. Вот и всё, что представляло из себя убежище Романа. Всё было выполнено в немного непонятном для Джека стиле. В коридоре стояло несколько тумбочек, маленький стол. На стене висели фотографии в рамках и зеркало. Оба сняли обувь, Рома сказал Джеку убрать пока всю мокрую верхнюю одежду в шкаф. Парень ушёл в туалет, а Ленс стал осматривать фотографии на стене. На них были изображены различные достопримечательности городов, которые он никогда не видел. Как раз в этот момент Рома вышел из туалета.

– Понравились фотки?

– Ага. Правда, не знаю, что это за места такие. Хотя, одна догадка есть.

– И какая же?

– Россия?

– С первого раза в яблочко попал, – Рома снова широко заулыбался.

– Ты же сам тоже русский?

– Ну, это логично. Ты прав.

– Тогда какого хрена я тебя понимаю? Каждое твоё слово? Ты ведь не на английском говоришь?

– До тебя еще не дошло? Здесь ты с любым заговори, и поймёшь его слова. И тебя, само собой, поймут. Наверное, заметил, что в этом доме проживают люди самых разных национальностей. Мы в таком мире, в плане языка, все равны. Все друг друга смогут понять. Словно наша речь трансформируется в нечто общее, в особый язык. Здорово же. Спокойно можешь всё всем объяснить…Ладно, пошли в комнату. Надо чая хлебнуть, да основательно отдохнуть.

Как только они вошли в комнату, на Джека нахлынуло дежавю, причём очень уж сильное. Он ничего вокруг себя не знал, но казалось, что всё знакомо, до самой мелочи. На одной из стен висел разноцветный ковёр, на другой несколько десятков плакатов с различными музыкальными исполнителями, скорей всего российскими. Тут стоял диван, большой стол, на котором было разбросано огромное количество бумаги и книг. Рядом находился почти новый синтезатор. Он особо сильно выделялся в этой комнате среди прочих вещей, но Джек пока не стал заострять своё внимание на нём при Роме. Также в комнате в углу стоял старый деревянный шкаф.

– Неплохое у тебя тут гнёздышко.

– Ага. Уютненько. Я долго старался, чтобы хоть немного придать подобающий вид. Как дома.

– Погоди. А ты не отсюда? Не тут жил? – Джек сел на диван, сбросил свой рюкзак в сторону и начал переодеваться в одежду, которую ему дал Рома.

– Нет…Я точно не знаю…Хотя, скорее не помню. Не могу практически ничего из прошлого вспомнить…Слушай, я включу музыку, не люблю в тишине быть.

– Да без проблем.

Из шкафа Рома достал совсем уже старый магнитофон. Джек такие никогда не видел. На одной из нижних полок шкафа лежали десятки кассет с музыкой. Не диски, а именно кассеты.

– Любишь раритет?

– Просто тут, в городе, я нашёл только такое. Вообще странно, что такое водится здесь. А тем более русской музыки днём с огнём не сыщешь. А я музыку просто обожаю. У меня всегда всплывают воспоминания как раз связанные с ней, – после этих слов Рома снова расплылся в улыбке.

Кассета была вставлена, магнитофон зашумел, из него раздался женский голос. Джек даже стал внимательно вслушиваться.

– Очень интересно поёт. Не какая-то глупая поп-музыка, которую я на дух не переношу.

– Ага, согласен с тобой. Это Земфира. Я люблю такое слушать. Даже когда куда-то выхожу из дома, беру с собой плеер, наушники и двигаюсь в такт музыки. Тогда этот дождь и вся обстановка вокруг не кажутся уж сильно гнетущими. Ты, словно, растворяешься в дожде, город преображается. Грусть испаряется. Прекрасное чувство.

Джек заслушался. Потом заиграла ещё одна песня, потом ещё одна. Мелодия за мелодией попадали в самое сердце. Может, от того, что он просто давно не слушал музыку, а может, просто влюбился в такое исполнение. Затем появился мужской голос. Как Ленс узнал, это была группа «Сплин». И тут ему очень сильно вкатило.

– Твои музыкальные вкусы мне определённо нравятся.

– Ха. Наверное, впервые за такое долгое время я встретил человека, который разделяет мои интересы. А тот тут все плюются, не нравится им моя музыка.

Они оба развалились на диване и релаксировали. Полная расслабленность. Джек закрыл глаза и просто слушал. Песня сменялась за песней. Он и не заметил, как уснул, а музыка продолжала звучать в его голове. Проснулся он от зашумевшего чайника, который только-только закипел.

– Доброе утро. Ну, ты и спал. Видимо до этого приходилось долго на ногах находиться. Почти полдня прошло.

– Да ладно?! Вот меня развезло, – сказал Джек.

– Надо перекусить. Поедим, и, думаю, нам стоит рассказать друг о друге хоть немного. А то я привёл человека, а ничего о нём не знаю. Можно ли тебе доверять?

– А тебе доверять можно? – Джек тоже прищурил глаза, как и Рома. После этого оба рассмеялись.

Ароматный чай из трав и окружающая обстановка создавали благоприятные условия для общения. Джек совсем перестал чувствовать неопределённые нотки при виде Романа. Он был почти уверен, что этого человека бояться не стоит. Что-то было в нём хорошее, заставляющее тянуться к нему.

Джек рассказал Роме свою историю от самого начала до самого конца. Решил, что ничего плохого не случится, если тот узнает о нём. Словно, Ленс был уверен в Роме уже на сто процентов. То, что он говорил о Мортеме, больше всего заинтересовало парня. Он каждый раз перебивал Джека и что-то спрашивал. Глаза его горели от нетерпения узнать что-то новое о мире, находящимся за стеной.

– А ты, неужели, не был за стеной никогда?

– Нет, не был. Я всегда тут. И, знаешь, что самое странное, я не знаю, как тут оказался. Ты понимаешь, что жил на Земле, в Лондоне, а потом оказался тут. А я нет. Большинство людей, живущих в городе Дождя, родились тут, помнят своё прошлое. У меня такого нет…Точнее, я что-то припоминаю, но не всё…Хотя, давай по порядку. Меня зовут Роман. Роман Кижич. Мне восемнадцать.

Включив спокойную фортепьянную музыку, Рома начал свой рассказ. Джек всё время слушал его очень внимательно, стараясь не пропустить ни один момент.

– Итак, начну. Как ты понял, я из России, из самой Сибири. Родился и жил в городе Новосибирске. Я, вообще, очень рад, что ты тут сидишь. Первый человек, который также, как и я из настоящего мира, а не из этого непонятно чего. Знаешь, какое облегчение. Я думал, что всё, мир изменился за секунду. Ан нет. Ведь я не помню, как тут появился. Просто проснулся в одном доме, вышел, а тут идёт дождь. И всё. И вокруг люди только и говорят, что живут тут всегда. Правда, у нас с тобой есть одно различие. Не знаю почему, но я практически не помню своего прошлого. Всплывают отрывки, – Рома немного странно заулыбался, словно уйдя в себя. – Мне кажется, что, вспомнив всё, я очищусь, освобожусь от этих оков…Я был хулиганом в младших классах. Хотя, может, и нет. Но нелюдим точно. Меня так заставляет думать одна девочка. Я издевался над ней. У неё был какой-то изъян, поэтому всегда делал ей больно. Я до сих пор, не помня этого, ненавижу себя. Словно, это имело значение для всей моей жизни. А ещё, ну как ты заметил, я люблю музыку. Умею играть на пианино. Мне, во снах, всегда виделся большой зал с людьми. Они аплодируют мне стоя, а я продолжаю играть с ещё большим остервенением. А после этих снов у меня всегда идут слёзы, – в этот момент у Ромы тоже пошли слёзы.

В магнитофоне играла очень грустная музыка. У Джека появилось чувство, что Рома никогда никому не рассказывал о своей жизни. В данный момент он сидел с грустной улыбкой, а из его глаз шли слёзы.

– Может, не стоит говорить об этом? Тебе очень трудно даётся.

– Нет…мне нужно выговориться, – поглубже вдохнув воздуха, он продолжил. – Я не могу вспомнить свою семью. Представляешь, не могу и всё. Ещё перед глазами часто всплывает девушка. Знаешь, словно это были последние дни моей жизни в том мире, настоящем, моём и твоём. Мне кажется, что я любил её. Нет. Я и сейчас люблю её, чувствую это. А даже лица вспомнить не могу. Но я уверен, что она была невероятно красивой. Я ей помогал чем-то. Но, что случилось потом, никак не вспомню. Что-то помешало нам быть вместе. И всё. Остальное просто в тумане…Со временем в памяти всплывают детали, но собрать мозаику не удаётся.

Джек сочувствовал парню. В тот же момент он и радовался, что наконец встретил человека из своего, настоящего мира, причём из того же промежутка времени. Но теперь его сильнее стал мучить вопрос: «По каким критериям, по каким причинам сюда закидывают людей?» Он начал эту тему развивать с Ромой.

– Я почти уверен, что сюда попал за свои грехи. За жизнь ничего хорошего не сделал людям, вот и поплатился. Хотя, опять же, не настолько уж я страшные были мои злодеяния, чтобы отправлять сюда. Никого не убил. Нельзя точно назвать причину. А вот ты совсем не как я. Даже то, что ты в детстве издевался над кем-то, совсем не повод. Ты ведь потом исправился.

– Не знаю. Ты всё помнишь из прошлого, а я нет. Мне страшно…хотя. Мне кажется, есть одна причина…у меня нет сердца.

Джек в этот момент ел печенье и даже поперхнулся.

– В смысле?

– В прямом. Нет. Понимаешь, его нет. Не слышно. Оно не бьётся, я не чувствую его. Вот сам послушай.

Джек наклонился и прильнул ухом к груди. Как он не пытался, ничего абсолютно не было слышно, совсем ничего ему тоже показалось, что в этом месте совсем пусто.

– Да как же так. Не может быть. Совсем нет сердца. Такого не бывает. Это ненормально…Постой, но ты же чувствуешь, живёшь.

– Может быть, оно живёт отдельно от меня, я не знаю. Понимаешь, я не знаю. Я ничего не знаю. Но сердца нет. Там пустота. Поэтому я и думаю, что именно из-за его отсутствия, я здесь. Если бы оно было на месте, наверное, память вернулась.

Джеку стало немного не по себе. Сердце действительно не билось, никаких признаков, ничего. Человек живёт без сердца. Странно. «Может, он совсем по другой причине здесь?» Этот мир Мортема не переставал его удивлять.

– Слушай, Рома, а ты не пытался как-то решить ответы на свои вопросы? В этом городе разве нет ничего, что тебе бы помогло?

– Ты думаешь, всё так просто? Тут, в городе Дождя, творятся странные и страшные дела. Здесь просто по улицам не походишь. За любым углом тебя поджидает опасность. Кроме как в этом доме, я не встречал добрых людей, которые не воткнут тебе нож в спину. А на улицах это может каждый.

– Ладно, это я уже в принципе понял. Тогда другой вариант. Выбраться отсюда, за стену. Мортем большой, может, там ты сможешь найти свои ответы.

– Но пути отсюда нет. Стена полностью ограждает нас от остального мира. Нет ни двери, ни лазейки, ничего.

– Да конечно. Рассказывай мне тут. Я же здесь. Что, я, думаешь, через стену перелез или телепортировался. В том районе, где почти никто не живёт, на самой границе с морем был проход сквозь стену. Так я и оказался здесь.

– Я не знаю, как тебе это удалось, но стена без изъянов. Даже в том месте. Многие люди, в том числе и я, пытались выбраться за пределы города, но безуспешно. Был исследован каждый сантиметр стены, но ничего.

– Так, давай потом сходим на то место, я тебе покажу этот проход.

– Без проблем. Если, как ты и сказал, то мы сможем выбраться, но я сомневаюсь, – с ехидной улыбкой заявил Рома. – Но точно не сегодня. Надо немного переждать, пока выбираться наружу опасно.

Роман встал с дивана и подошёл к окну. Дождь барабанил по стёклам. Во многим близлежащих домах горел свет. Красивый вид. В магнитофоне заиграла уже совсем другая музыка.

– Это что, японские исполнители пошли?

– Ага. Я люблю японскую музыку. Что-то в неё есть. Особенно спокойная, клавишная. Да и песни разные слушаю. Хотя, странно слушать их песни, понимая слова, словно и не совсем японская композиция. Ладно, сейчас надо отдохнуть. Всё к этому располагает.

Рома снова подошёл к окну и стал пристально смотреть вдаль. Джек же развалился на диване и размышлял. Сейчас он был в безопасности, но теперь перед ним образовался тупик. Он совсем не знал, что ему делать дальше. Ленс добрался до города Дождя, думая, что найдёт ответы сразу на всё. Но, пока он получил только неясность происходящего. И единственной ниточкой в этом городе для него был этот парень, стоявший у окна. Больше вариантов у Джека не было.

– Похоже, город начинает просыпаться. Не к добру это, – произнёс Рома, всё ещё глядя в окно.

В этот момент Джек услышал, что кто-то на улице, на бешеной скорости пронёсся на мотоцикле.

Загрузка...