Глава 4. Побег

***

Аюна пыталась привести свои мысли в порядок, а это было непросто. Приходилось на скорую руку перестраивать всё своё представление о мире. Потому что мир оказался не таким спокойным и незыблемым, каким ловко притворялся все долгие эры* Аюниной жизни. [*Эра – год.] Теперь же всё вокруг рушилось, а что не рушилось, то трещало по швам. Самое главное – то надёжное, мудрое и сильное, что заботилось об этом самом мире, в котором Аюна так весело и просто жила, то, что наводило порядок там, где его не хватало, то, что помогало порой нуждающимся, – в общем, то, что именовалось королевской властью и исходило из белокаменного дворца с высокими башенками, – теперь каким-то невероятным стечением обстоятельств перешло к её подруге Веронике. Среди ночи Аюне надо сделать выбор: идти за Вероникой, покуда приглашают, или остаться дома. Оба варианта сулили ненадёжность положения и неопределённость будущего.

– Здесь оставаться опасно, пойми, – повторила Вероника.

– Да-а, я понимаю, – в который раз обречённо протянула Аюна, подпирая косяк двери и не двигаясь с места. – Но, знаешь, такие серьёзные мероприятия нужно как следует…

Вероника взяла её за руку и потянула за собой. Аюна успела быстрым движением схватить свою сумку со столика в прихожей. Похоже, выбор сделан.

Аюна шла по ночной улице, увлекаемая Вероникой. Сзади тащился Алик с огромным рюкзаком за плечами. Фонари нигде не горели. Недавно взбаламученный город притих, затаился, и только звёзды чётко виднелись на тёмно-синем небе.

– Пусти, пожалуйста, я не хочу никуда идти! – заныла Аюна.

– Ты пойдёшь со мной, – сказала Вероника строго. – Я просила по-дружески, но на тебя это не действует. Теперь я приказываю, понятно? Так тебе самой будет легче убедить себя помочь мне. Да и вообще, считай, что помогаешь Инириде, а не своей подруге.

– Это какая-то глупая шутка… – промямлила Аюна. Она старалась не отставать от Вероники, хотя та уже не тянула её за руку так сильно. Аюна снова оглянулась на Алика, чтобы увидеть, наконец, как он давится от беззвучного смеха, но Алик был серьёзным и тихим.

«Может, они рехнулись? – в ужасе подумала Аюна. – Эти странные бедлам и беготня, начавшиеся в городе в самый разгар праздника, плохо сказались на их рассудке, и теперь они мечутся в припадке помешательства, а заодно и меня тащат на скорую и страшную погибель».

Когда свернули на Восточную улицу, Аюна увидела карету с нарисованным на двери флагом Инириды и короной над ним. Самую настоящую королевскую карету – огромную, фиолетово-золотую, запряжённую четвёркой лошадей. Рядом появился кто-то очень похожий на премьер-министра, которого Аюна видела пару раз на королевских балах. Он пригласил Веронику в карету, что-то там сказав про величество. А может, величие? Вероника величественно зашла, но Аюна замешкалась. Вредный Алик бесцеремонно подтолкнул её сзади – и вот Аюна уже сидит рядом с Вероникой, устраивается поудобнее, трётся о скользкий Вероникин рукав, напоминающий полированный гранит статуи.

– Я догоню вас позже, если останусь жив, – сказал премьер-министр.

– Удачи вам, – ответила Вероника.

Министр закрыл дверь, и карета тронулась.

***

– Так это всё взаправду? – спросила Аюна. – Ты – Королева? А где же твоя армия?

– К сожалению, армию придётся собирать по дороге, – сказала Вероника. – Вся столичная королевская стража перебита. Созывать народ на улице опасно – в городе враги. Но впереди мы встретим много надёжных людей, готовых помочь своей стране. А теперь я бы хотела внимательно почитать книгу, поэтому пообщайся с Аликом или поспи, хорошо?

Под потолком кареты горела альтерационная лампа. Вероника открыла книгу в коричневой кожаной обложке и стала читать. Аюна позавидовала минеральному спокойствию подруги – только каменная статуя может глядеть в книгу, когда гибнет мир. Казалось даже, что Вероника чувствует себя вполне уютно и весьма довольна жизнью.

Сидящий напротив Алик смотрел куда-то за спину Аюны так, будто там давали захватывающее представление. Аюна обернулась и обнаружила в задней стенке кареты небольшое незашторенное окошко, за которым убегала в ночь пустынная дорога. Вдалеке светил редкими огоньками родной город…

«Вот сейчас из темноты появятся бешеные всадники, страстно мечтающие об одном: поймать нас», – подумала Аюна. Она постаралась успокоиться и прозреть мысленным взором будущее. Сделать то и другое одновременно оказалось очень сложно – будущее виделось слишком неспокойным. Тогда Аюна решила наблюдать за происходящим со стороны, не напрягая особо ум. Вскоре из памяти сама собой начала всплывать песенка, которую Аюна слышала утром на площади. Тогда никто даже не подозревал, что ночь выдастся на редкость беспокойной. Что мимо окон Аюниного домика по самой тихой в городе улице будут в панике носиться люди. Что прозвучит книжное слово – «война». Утром Лилия (певица и поэтесса) ступила на подмостки у дворцовой стены, заняла изящную позу, запела. Фредерик (композитор и аккомпаниатор) сидел у её ног, играл на ритаре*. [*Ритара – музыкальный инструмент наподобие ситара.] Песенка была не новая, но горячо любимая многими. Аюна стала тихо напевать, перемежая слова невнятным бормотанием:


Прощай, ......... друг,

… долго был со мной,

.............................

Коварной ................


Душа твоя в огне

Безжалостных страстей.

Душа твоя сгорит,

И тело сгинет с ней.


...................... своём

........................ дня

Взглянув на небосвод,

… вспомнишь про меня.


........... к тебе приду,

....................... срок

.............................

Скончаешься ............


Вероника не обращала никакого внимания на Аюнино пение. Карета неслась в неизвестность. Сиделось мягко, трясло слегка, тепло было вполне. Вот только салон королевской кареты оказался довольно-таки пыльным местом. Да и стёкла в окнах давно не протирали. Не удивительно, если вспомнить, что каретой почти никогда не пользовались.

Слева и справа простирались тёмно-синие поля, не спеша наполняющиеся ночной свежестью.

Вероника закрыла книгу и улыбнулась. Алик посмотрел на неё с обожанием. «Те ещё голубки, – подумала Аюна. – Такая блаженная идиллия посреди бедлама! Умеет же Вероника жить». Аюна чувствовала, что благодаря умиротворённости подруги ей самой тоже стало намного спокойнее.

– Алик, попроси кучера остановить карету и зайти к нам, – сказала Вероника.

Алик открыл в передней стенке кареты узкую створку и сообщил кучеру Королевское Повеление. Карета остановилась, старый кучер открыл дверь. Он молча смотрел на Веронику исподлобья и не решался заговорить первым.

– Скажи: куда ты нас везёшь? – спросила Вероника.

– Везу к дачному домику премьер-министра, как велели… – забубнил кучер в широкую белую бороду.

– А я не желаю ехать к дачному домику министра, – с милой улыбкой сообщила Вероника. – На ближайшей развилке поворачивай направо, к морю.

Кучер потупился и молчал, как деревянный придорожный идол. При этом пару раз тяжело вздохнул, будто горе какое стряслось.

– Что случилось? – удивилась Вероника.

– Никак не можно ехать к морю… – совсем уж удручённо сообщил кучер.

Повисла пауза, и тут нежданно-негаданно Аюна решила высказаться. Её взбодрил и развеселил короткий диалог Вероники и кучера. Аюна почувствовала, что стремительно входит в роль приближённой Её Королевского Величества. А ещё ей почему-то навязчиво вспомнились невежливые чиновные злодейки из романов. Поэтому она с сердитым воодушевлением заявила:

– Как ты смеешь перечить Королеве?

Аюне понравилось, как это прозвучало. Она подбоченилась и продолжила:

– Или тебе неизвестно, что ты перечишь самой Королеве Инириды?

– Всё равно невозможно… – нудно загнул своё упрямый кучер.

– Скоро ты убедишься, что для Королевы Вероники возможно всё! – торжественно сообщила Аюна.

Тут вмешалась сама Королева. Она дёрнула Аюну за рукав и так многозначительно посмотрела ей в глаза, что у той чуть язык не отсох.

Вероника доброжелательно обратилась к кучеру:

– Любезный, не стой там, заходи в карету, сядь и расскажи, какие тебе даны указания.

Кучер зашёл, сел и рассказал. Министр-де поручил ехать к дачному домику, там по-быстрому собрать припасы, позвать людей и отправиться тайными тропами на горный хребет, в пещеры, где надлежит безвылазно сидеть и ждать. В пещерах кучер бывал и тропы знает, а вот к морю ехать никак не может, ибо министр этого не велел. Оказывается, министр для него не просто министр, а духовный наставник, в коей ипостаси он поручение и дал.

– Ну что ж, тут ничего не поделаешь, – сказала Вероника с пониманием. – Придётся тебе ехать к этим самым пещерам. Только без нас. Мы выходим.

***

Загрузка...