Энн Мэтер Леопард на снегу

Глава первая

Всю весну и лето на склонах гор и на берегах водоемов Озерного края звенели голоса туристов, вырвавшихся из бетонных джунглей города на природу. Они устремлялись сюда тысячами; повсюду вырастали палаточные городки, а машины следовали одна за другой, напоминая нашествие гигантских улиток. Альпинисты, многие из которых впервые надели шиповки, штурмовали окрестности Уаст-Уотер и Скейфелл-Пайк. На узких дорогах, ведущих к знаменитым озерам Алсуотер и Уиндермир, возникали дорожные пробки. То тут, то там открывались сувенирные лавочки и выставки изделий местных ремесленников. На озерах парусники соседствовали с прогулочными лодками и шумными моторками. Всюду можно было встретить людей в одежде яхтсменов, которые делали вид, что для них ходить под парусом – самое привычное занятие. Гостиницы были переполнены, а бары едва успевали обслуживать всех желающих.

Местные жители спокойно смотрели на всю эту кутерьму и терпеливо ждали, когда же туристы, наконец, вернутся к своей городской жизни, а Озерный край оставят тем, кто живет в нем постоянно.

Таким Элен и запомнила это место. Когда они с отцом жили в Лидсе, их яхта стояла в Баунессе, и во время каникул отец учил дочь управлять парусом. Это время теперь казалось ей самым счастливым в жизни. Тогда у ее отца еще не было честолюбивых планов объединить свою небольшую фирму с могущественной «Торп Энджиниринг»; тогда он еще не женился на Изабелле Торп и не превратился в богатого и влиятельного человека, который стал интересоваться более аристократическими развлечениями и забросил парусный спорт.

Снегопад не прекращался уже несколько дней, и сейчас все горы были под снегом; даже озера скрылись под белым пушистым покрывалом. Когда Элен остановилась в небольшой деревушке и спросила дорогу на Баунесс, оказалось, что она сбилась со своего маршрута. Это вовсе не удивило ее: все дорожные указатели на пути замело снегом, а в машине было так тепло и уютно, что выходить на мороз и смахивать снег с этих указателей Элен не хотелось совершенно. Теперь она поняла, как неразумно поступила, тем более что многочисленных проселочных дорог, отходивших от главной трассы, она не помнила. Все эти дороги были так похожи одна на другую, что она проехала нужный поворот.

«Успокойся», – сказала себе Элен и взглянула на часы. Было всего два часа дня, так что у нее достаточно времени до наступления темноты найти гостиницу. Ее устроил бы любой постоялый двор, в котором ей предоставят ночлег и еду. А завтра она бы продолжила свой путь.

– Завтра!

Девушка подумала об отце. Что он предпримет, когда узнает завтра о побеге своей дочери. Удовлетворит ли его оставленная Элен записка, или он сразу начнет розыск? Второй вариант был более вероятен. Отец не терпел, когда ему перечили, и, без сомнения, очень разозлится, узнав, что его единственная дочь осмелилась ослушаться.

Однако шансы найти ее здесь были невелики. Элен порадовалась, что ей в голову пришла мысль поехать именно на север. В последние годы она обычно ездила на Багамские острова или на юг Франции, и если отец станет ее искать, то, скорее всего, где-нибудь в теплых странах. Он знал, как любит Элен солнце и водные виды спорта. Он не сможет предположить, что она помнит ту маленькую гостиницу, куда привозил ее в детстве, вскоре после смерти матери, когда они друг для друга значили все. И уж, конечно, он не сможет себе представить, что она отправится туда в такую метель…

Снег налипал на ветровое стекло, затрудняя обзор. Элен уже давно не попадались встречные машины, и она забеспокоилась, не ошиблась ли в выборе дороги. Но было уже поздно, и девушка поняла, что ей не удастся развернуть машину на занесенной снегом дороге.

Она нахмурилась. Если колея приведет к ферме, она попытается там узнать, как проехать к ближайшей деревне. Добраться сегодня до Баунесса Элен уже не надеялась.

Дворники совсем не работали. Остановив машину, Элен вышла и стала счищать снег с ветрового стекла, который прилипал к пальцам. Ей стало холодно, и девушка снова села за руль. Может быть, она зря поехала на машине, а следовало бы добраться сюда поездом. Но Элен не хотела, чтобы ее видели на станции. Кто-нибудь мог запомнить красивую девушку и сообщить отцу, когда тот начнет поиски.

К несчастью, снег опять залепил ветровое стекло, и нужно было вновь выходить из машины. Садясь за руль, Элен сняла свои высокие сапоги, потому что они мешали ей вести машину. Теперь пришлось их снова надевать. Пока она возилась с застежкой сапог, заглох мотор.

Сокрушенно покачав головой, Элен вышла из машины. Даже на дороге снег был достаточно глубок. Снежинки таяли на ее плечах, пока она торопливо стряхивала снег со стекла. Удовлетворенно взглянув на выполненную работу, девушка села за руль.

Элен потребовалось несколько минут, чтобы снять сапоги, и повернула ключ зажигания. Послышался щелчок, но мотор не заработал. Ругаясь про себя, она повернула ключ еще раз – все было напрасно. Девушка не на шутку испугалась. Что теперь будет? Неужели машина ее подвела? Такого раньше никогда не случалось. Видимо, это из-за погодных условий.

Спустя какое-то время Элен оставила всякие попытки завести машину. День клонился к вечеру, и скоро начнет темнеть. Она решила не ждать, пока кто-нибудь случайно набредет на нее. На дороге не было видно никаких следов, хотя густой снег и не позволил бы ей ничего разглядеть, Элен подумала, что единственно верным решением будет самой отправиться за помощью. Если она останется в машине, то к утру ее машину занесет снегом, а девушке были известны случаи, когда люди именно таким образом замерзали на дороге.

Отбросив печальные мысли, девушка стала вновь натягивать сапоги. Настоящее приключение, говорила она себе, стараясь приободриться. Кто бы мог подумать, что, выехав из Лондона утром, вечером она окажется на дороге в занесенной снегом машине? Конечно, никто. Но прежняя радость оттого, что отец не будет искать ее в этих краях, несколько померкла при мысли о весьма неприятной перспективе пробираться одной по заснеженной дороге.

Элен встряхнула головой, отгоняя тревогу, и выбралась из машины. По крайней мере, на ней было теплое пальто. Сшитое из ярко-красной шерсти на овечьем меху, оно хорошо заметно на фоне белого снега. Может быть, кто-нибудь увидит девушку в такой яркой одежде. Элен натянула на голову капюшон и убрала со лба выбившиеся пряди волос. Ну вот! Теплые варежки на овечьем меху, высокие сапоги и сумка в руках – что нужно еще отважному первопроходцу?

Девушка посмотрела на пустынную дорогу. Возвращаться назад смысла не было! Элен знала, что там, на протяжении нескольких миль не было жилья. Значит, надо идти вперед!

Снег попадал ей в лицо; ветер шумел в голых ветках деревьев и кустов. Девушка перебралась через эту живую изгородь на поле и с трудом поднялась по крутому склону, стараясь обнаружить хоть какое-нибудь жилье среди огромного белого простора. Однако попытка была тщетной, и Элен только увязла в глубоком снегу. Пришлось вернуться на дорогу. Странно, что она не встретила ни дома, ни человека на своем пути, но такова была действительность. Скоро за поворотом скрылась оставленная машина. Дорога пошла в гору. У Элен начали уставать ноги, но ей не оставалось ничего другого, как идти вперед.

Наконец она остановилась и оглянулась по сторонам. В радиусе нескольких сот ярдов ничего не было видно. Она совершенно заблудилась. Приближался вечер, уже стало темнеть, а она так и не нашла себе места для ночлега. Элен стало страшно. Что она будет делать? Неужели это было возмездием за то, что девушка попыталась воспротивиться воле отца, считавшего выбор мужа для дочери своим правом?

Впереди что-то задвигалось. Краем глаза девушка заметила какое-то существо, мелькнувшее на склоне холма. Она протерла глаза. Кто это может быть? Вероятно, какой-то зверь, ищущий себе пропитания. Неужели можно найти пищу под таким слоем снега?

Прикрыв от снега глаза рукой, Элен пыталась получше разглядеть то, что привлекло сейчас ее внимание. Она действительно увидела какого-то зверя, и тот, вероятно, тоже заметил человека. Может быть, это собака, с надеждой подумала она, и неподалеку находится ее хозяин. О, пожалуйста, мысленно умоляла она, пусть это будет домашнее животное!

Зверь приближался. Он на самом деле походил на собаку – ярко-рыжую, с черными отметинами – и мог бы сойти за золотисто-рыжего далматина, если только дадматины такого окраса существуют.

Вдруг у Элен подкосились ноги, и ее охватил панический ужас. Это была не собака. И вовсе не домашнее животное. Это был леопард! Леопард на снегу!

Элен замерла на месте. Она была заворожена его бесшумными угрожающими движениями. Девушка стала беспомощно озираться по сторонам. В Камберленде не может быть леопардов! Наверное, от яркого снега у нее начались галлюцинации. Зверь не издавал ни звука. Он не мог быть настоящим!

Но животное все-таки приближалось. Элен уже видела его мощную грудь, гладкую шерсть и острые зубы. Ей казалось, она даже чувствует его горячее дыхание.

С громким криком девушка бросилась бежать, хотя еще в детстве, когда проводила лето у друзей на ферме, она усвоила, что нельзя показывать животному своего страха перед ним, но сейчас самообладание покинуло Элен.

Увязая в глубоком снегу, она побежала через заросли кустарника на краю дороги. Голые ветки цеплялись за волосы, царапали щеки. Но эта боль не шла ни в какое сравнение перед опасностью почувствовать клыки леопарда на своей на шее. Страх придал Элен силы, однако, глубокий снег на поле затруднял движение. Она каждую минуту ждала, что леопард бросится ей на спину и придавит к земле. Слезы застилали девушке глаза, ее душили рыдания. Зачем она уехала из Лондона? Теперь ей приходится расплачиваться за свой необдуманный поступок.

Неожиданно Элен споткнулась и, потеряв равновесие, упала в снег. Она попыталась ползти, но в этот момент до нее донесся звук, который уже никогда не надеялась услышать. Звук человеческого голоса.

Этот голос резко подал команду:

– Шеба! Шеба ко мне!

Элен вздрогнула и осторожно взглянула через плечо. Леопард остановился всего в нескольких футах от нее и пристально смотрел на девушку, а через изгородь пробирался мужчина, высокий, худощавый, одетый во все черное: черный кожаный плащ, черные брюки и черные сапоги. Голова незнакомца была непокрытой, и когда Элен с трудом встала на ноги, она заметила, какие у него необыкновенно светлые волосы, казавшиеся даже серебристыми. Но не цвет волос и очень смуглая кожа мужчины привлекли ее внимание. Что-то очень знакомым показалось ей в его довольно резких чертах лица, глубоко посаженных глазах и тонких губах, выражавших сейчас некоторое презрение. Пока он шел, Элен увидела, что мужчина заметно хромает.

Леопард повернул голову к своему хозяину. Тот протянул руку и потрепал зверя по голове.

– Спокойно, Шеба, – тихо сказал он низким приятным голосом, потом взглянул на Элен. – Весьма сожалею, – без тени сожаления в голосе произнес он, – но вам не следовало бежать. Шеба не тронула бы вас.

Это презрительное выражение лица незнакомца задело Элен за живое. Она не привыкла спасаться бегством, не привыкла чувствовать себя униженной в глазах мужчины. Напротив, благодаря врожденному такту и красоте – шелковистым каштановым волосам и прекрасной фигуре, – она не испытывала трудностей в общении с представителями сильного пола. И хотя Элен не была тщеславной, она отлично знала, что нравится мужчинам. Но выражение лица своего спасителя заставило ее почувствовать себя глупым ребенком, попавшим в неприятное положение по собственной вине.

– Как вы можете так утверждать? – возразила она и сама заметила, как дрожит голос. – Если бы вы не окликнули леопарда, он мог бы меня съесть!

Мужчина медленно покачал головой.

– Шеба обучена приносить добычу, а не есть ее!

– Вот уж не думала, что могу стать чьей-нибудь добычей! – фыркнула Элен и принялась отряхивать с пальто снег.

– Вы бежали.

– Понятно. – Элен постаралась придать своему голосу саркастические интонации. – Постараюсь запомнить это на будущее.

Суровое лицо незнакомца смягчила язвительная усмешка.

– Мы не рассчитывали сегодня найти что-нибудь стоящее для охоты.

Элен задохнулась от возмущения.

– Вы и не нашли!

– Вы себя недооцениваете! – Он посмотрел вокруг. – Вы совершаете пешую прогулку по горам?

Щеки Элен запылали.

– Моя машина сломалась там… там внизу. – Она махнула рукой в сторону дороги. – Я пыталась найти помощь, когда… когда ваш леопард…

– Шеба? – Мужчина взглянул на большую кошку, стоявшую рядом с ним. – Шеба – не леопард, а гепард, хотя, кажется, они одного семейства. Гепарда иногда называют охотничьим леопардом.

– Мне все равно, что это за зверь, – дрогнувшим голосом произнесла Элен. – Не могли бы вы проводить меня до ближайшего телефона-автомата, чтобы я могла вызвать механика?

Мужчина погладил гепарда.

– Сожалею, но поблизости нет ни одного телефона-автомата.

– Тогда, может быть, телефон есть в одном из частных домов?

Он пожал плечами.

– Это вообще малонаселенное место.

Пальцы Элен сжались в кулак.

– Вы намеренно грубите мне, или это ваша обычная манера вести е себя с незнакомыми людьми?

Мужчина остался совершенно невозмутимым.

– Я просто объясняю вам, в каком уединенном месте вы оказались. Однако вы можете воспользоваться моим гостеприимством, если подобная идея не вызовет у вас отвращения.

Элен колебалась.

– Я… я не знаю, кто вы.

– Я вас тоже не знаю.

– Да, но… – Она в нерешительности замялась. – Вы женаты?

– Нет.

– Вы живете… один? Не считая этого… этого зверя?

– Нет. – Он переменил положение, как будто ему было больно стоять на одном месте. – У меня есть слуга. В доме нас двое.

Элен промолчала. Боже, подумала она, что за ситуация! Перед ней была совершенно невозможная альтернатива. Либо идти пешком по снегу в надежде набрести на какую-нибудь пастушью хижину или ферму, что было весьма рискованным предприятием, либо последовать за этим совершенно незнакомым человеком в его дом и провести ночь в обществе двух мужчин. Вот так перспектива!

– Пожалуйста, решайте, – попросил незнакомец, и Элен показалось, будто заметила на его лице выражение сдерживаемой боли. Это и определило ее решение.

– Я согласна воспользоваться вашим гостеприимством, если вы не против, – пробормотала она. – Мне придется вернуться за своими вещами?

– Болт принесет их, – ответил мужчина и стал спускаться по склону на дорогу. – Пойдемте. Скоро совсем стемнеет.

Элен облизнула пересохшие губы.

– Может быть, мы сначала познакомимся?

Мужчина бросил на нее равнодушный взгляд.

– Я думаю, с этим можно подождать. Или вам нравится стоять по колено в снегу?

Элен вздохнула – возразить было нечего. Она последовала за своим спутником, стараясь держаться подальше от гепарда. Оказавшись на дороге, вдоль которой уже намело высокие сугробы, зверь вырвался вперед, и Элен была: вынуждена идти рядом с незнакомцем. Несмотря на хромоту, двигался он с естественной грацией и легкостью, и девушка подумала, что ее спутник, вероятно, раньше занимался спортом. Может быть, поэтому ей было так знакомо его лицо? Или он просто напоминал какого-то хорошо знакомого ей человека.

Вскоре они дошли до развилки и свернули на узкую дорогу, ведущую в сторону от шоссе. На занесенном снегом указателе было написано, что это частные владения. Элен начала нервничать. Этот человек мог оказаться и опасным. Неизвестно, куда он ведет ее. Может быть, он даже солгал, что поблизости нет ни телефона, ни жилых домов.

Как будто прочитав мысли Элен, ее спутник неожиданно произнес:

– Если вы предпочитаете вернуться, это ваше право. Я не стану посылать за вами Шебу, если вы опасаетесь именно этого.

Элен отрицательно покачала головой.

– Я… Почему у меня должно возникнуть такое желание?

– Действительно. – Мужчина искоса посмотрел на нее, и Элен непроизвольно отметила, что у него необыкновенно длинные ресницы. Темные и очень густые, они скрывали глаза – золотисто-карего оттенка, – которые, как и глаза Шебы, сохраняли непроницаемое выражение.

Дорога вела вверх по склону холма. Путникам пришлось пройти через ворота, отделяющие частные владения, и перебраться на другую сторону каменной стены, почти полностью скрытой снегом. Наконец, впереди показались деревья, а за ними Элен увидела дом, к которому они направлялись. Здание не было выдержано в каком-либо определенном архитектурном стиле, его каменные стены покрывала снежная пыль. Но из труб шел дым, и в окнах первого этажа горел свет. Двор перед домом был выложен булыжником, на котором четко отпечатались следы человека и зверя.

Спутник Элен стряхнул снег с обуви и предложил ей сделать то же самое. Потом он распахнул перед ней деревянную дверь, пропуская гостью вперед. Элен с опаской посмотрела на Шебу. Зверь, не мигая, смотрел на нее, но не трогался с места. Тогда Элен решилась войти в дом первой.

В холле было очень тепло, и только тут она поняла, как сильно она замерзла. Одиночество в пути, ужасная встреча с гепардом, перепалка с его хозяином – все это вместе взятое не оказали на девушку такого воздействия, как тепло обитой деревянными панелями прихожей. Неожиданно для себя Элен начала дрожать всем телом так, что у нее застучали зубы.

На звук хлопнувшей двери из соседней комнаты вышел мужчина. Стараясь унять дрожь, Элен с любопытством посмотрела на вошедшего. Такой же высокий, как и ее спутник, второй мужчина был гораздо шире в плечах. У него была совершенно лысая голова и фигура борца. Он лишь мельком взглянул на Элен и обратился к ее спутнику.

– Вы задержались, сэр, – сказал он, расправляя закатанные до локтей рукава своей рубашки. – Я уже начал беспокоиться.

Спутник Элен расстегнув свой кожаный плащ, задумчиво окинул взглядом дрожащую девушку.

– Как видишь, Болт, у нас гостья, – произнес он своим низким красивым голосом. – Машина этой молодой леди сломалась внизу на шоссе. Может быть, после того как ты приготовишь нам чай, сходишь туда и принесешь ее вещи?

Выражение на лице Болта, с которым он слушал своего хозяина, показалось Элен похожим на напряженное внимание Шебы. И зверь, и человек вели себя так, как будто безопасность и благополучие того, кому они служили, было для них самым важным на свете.

– Конечно, сэр. – Губы Болта скривились – в подобии улыбки. – Я полагаю, дама останется ночевать. Я приготовлю для нее комнату.

– Спасибо, Болт. – Хозяин дома снял плащ, под которым оказались черная шелковая рубашка и вязаный пуловер. Отдав плащ слуге, он обратился к Элен. – Вы можете доверить свое пальто Болту. Уверяю вас, он знает, как высушить намокшую одежду, не испортив ее.

Элен так дрожала, что не могла справиться с пуговицами на пальто. Тяжело припадая на больную ногу, ее спутник шагнул к ней и, отведя ее озябшие руки, сам расстегнул ее пальто, а потом снял с плеч Элен. Болт подхватил намокшую одежду.

Элен никак не могла унять дрожь. Ей не понравилось, что незнакомец позволил себе помочь ей, не спросив разрешения. Она совсем не знала этого человека с резкими чертами лица и язвительной речью, да, наверное, и не очень хотела знать. Но что-то в нем волновало ее и даже внушало страх. Она убеждала себя, что все дело в его хромоте и в высокомерной манере себя вести. Однако от мимолетного прикосновения его пальцев по ее руке пробежала искра, и обожгла словно огнем. Незнакомое доселе ощущение одновременно влекло и пугало Элен.

Болт распахнул перед ней дверь. Увидев, что мужчины ждут, когда она пройдет вперед, Элен осторожно шагнула через порог. Она оказалась в просторной гостиной, освещенной двумя торшерами и огнем большого камина. Дрова весело потрескивали в камине, и комнату наполнял запах сосны. На полу лежал толстый ковер. Кроме бюро и нескольких стульев в комнате стоял комплект мягкой мебели темного дерева, не очень новый, но вполне удобный. Книжные полки у камина заполняли книги и журналы, а на столике у кресла стоял поднос с бутылкой виски, графином с чем-то вроде бренди и два бокала.

Пока Элен рассматривала комнату, дверь закрылась. Девушка вздрогнула от неожиданности, когда мимо нее прошел гепард и улегся у камина. Она в страхе оглянулась, опасаясь оказаться наедине со зверем, но увидела, что его хозяин тоже был в комнате. Слуга, видимо, ушел по своим делам.

– Присаживайтесь, прошу вас, – предложил мужчина, указывая на диван у камина. После минутного колебания Элен осторожно села на краешек кресла.

Бросив на девушку сдержанный взгляд, он опустился в другое кресло и с явным облегчением вытянул ноги. Потом потянулся к столику и взял графин.

– Немного бренди вам не повредит, – тихо сказал он, глядя на Элен. – Мне кажется, вам необходимо согреться.

Он не встал, чтобы подать ей бокал, а просто протянул через столик. Элен взяла предложенный напиток.

Она не пила бренди, но сейчас с удовольствием согласилась выпить, чтобы растопить холод в груди. Она сделала несколько глотков, и постепенно дрожь в теле исчезла.

Ее собеседник не стал ничего пить. Он просто откинулся на спинку кресла и, полузакрыв глаза, внимательно наблюдал за ней. В гостиную вошел Болт с подносом, на котором было все приготовлено для чая. Он согнал гепарда с места у камина и придвинул столик так, чтобы хозяину было удобно брать чайные приборы. Проделав это, он сказал:

– Я пойду за чемоданами, сэр, если леди даст мне ключи.

– О да, конечно! – Элен благодарно улыбнулась Болту и стала рыться в своей сумочке. Она достала связку ключей и протянула слуге. – Я очень благодарна вам, Болт. Машина довольно далеко… примерно в миле отсюда.

– Я найду ее, мисс.

– Спасибо. – Элен поудобнее устроилась в кресле. Бренди уже оказало на нее свое действие, и к ней вернулось самообладание. Завтра она уже будет в Баунессе, и это приключение останется лишь забавным эпизодом, о котором она станет рассказывать друзьям, когда вернется в Лондон.

Когда дверь за Болтом закрылась, хозяин дома выпрямился и осмотрел приготовленный поднос. Кроме чайника и чайных принадлежностей там было блюдо с сэндвичами и с очень аппетитно выглядевшим фруктовым пирогом.

– С молоком и сахаром, или с лимоном? – осведомился ее спутник, с раздражающим равнодушием взглянув на девушку. Восстановив свое душевное равновесие, Элен сделала вид, будто такой взгляд нисколько ее не задевает.

– С молоком, но без сахара, – ответила она. – Спасибо, – и взяв чашку, добавила: – Не кажется ли вам, что нам уже пора познакомиться?

Мужчина не спеша, налил чаю и себе.

– Если это так важно для вас, – сухо произнес он.

Элен удивленно посмотрела на него.

– Вы хотите сказать, что, пригласив совершенно незнакомого человека провести ночь в вашем доме, вас нисколько не интересует его имя?

– Возможно, меня больше интересует характер этого человека, чем его имя, – ответил он, пристально глядя на Элен. – Например, мне не нужно знать вашего имени, чтобы понять: вы довольно упрямая молодая особа, не всегда прислушивающаяся к советам других людей.

Элен вспыхнула.

– Откуда вы можете это знать? – обиженным тоном спросила она.

Он пожал плечами.

– Согласитесь, не совсем обычно встретить молодую женщину одну в машине на заснеженной дороге, и, судя по всему, намеренную провести где-то несколько дней, поскольку с вами имеется багаж. – Он нахмурился. – Не исключено, что вы должны были встретиться с кем-то, однако задержка в пути вас не огорчила.

Элен сделала глоток из чашки.

– Женщины часто отправляются в путешествие одни, – возразила она.

– В такую погоду? Маловероятно.

– Но я… я могла оказаться здесь по работе… в качестве представителя фирмы.

– И случайно сбились с пути?

– Да.

– Могли бы, но это не так.

– Почему?

– Не похоже на то, что вы работаете.

– Почему вы так решили? – с некоторым раздражением воскликнула Элен.

– По тому, как вы разговаривали с Болтом. Вы держались так, будто привыкли, чтобы вам прислуживали.

Элен вздохнула. У девушки было ощущение, что любой спор с этим человеком она проиграет. Однако он оказывает ей гостеприимство, поэтому ей следует вести себя полюбезнее. Недоброжелательность была несвойственна Элен, просто что-то в этом человеке заставляло ее быть с ним резкой.

– Все верно, – согласилась она, наконец. – Я действительно не работаю, вы правы. Меня зовут Элен Джеймс. Я дочь Филиппа Джеймса.

– Это имя должно что-то значить для меня? – с легкой иронией поинтересовался он. Она заметила, что ее собеседник не выпил свой чай, а лишь взял себе сэндвич. Сама Элен от сэндвича отказалась. – Боюсь, я сейчас не в курсе светских новостей.

Он улыбнулся и в этот момент стал выглядеть намного моложе. Элен открыла рот от удивления. Это лицо! Оно было ей знакомо! Она видела его раньше, несомненно. Но где? И когда?

Лихорадочно пытаясь решить эту загадку, она все же ответила на его вопрос.

– Мой отец сэр Филипп Джеймс. Его фирма – «Торп Энджиниринг» – стала обладателем правительственной награды за достижения в производстве.

Мужчина недоверчиво покачал головой.

– Поверю вам на слово.

Элен начала терять терпение.

– А кто вы? Вы, не скажете мне своего имени?

– Сначала скажите мне, как оказались здесь – за многие мили от цивилизации, к которой, я уверен, вы так привыкли.

Элен закусила губу.

– Честно сказать, я решила… некоторое время побыть одна. Мне нужно кое-что обдумать. Отец не станет меня здесь искать.

Мужчина нахмурился.

– Вы хотите сказать, что убежали из дома?

– Не совсем. Я оставила записку. Ему нечего беспокоиться обо мне.

– Но он непременно будет беспокоиться.

– Наверное. – Элен почувствовала некоторую неловкость. – Во всяком случае, это вас не должно волновать. Я вам благодарна за то, что вы пришли мне на выручку. Если бы не вы, я оказалась бы в очень трудном положении.

– Да. Вы могли бы погибнуть там, в снегу. – Он произнес эти слова совсем тихо, и на мгновение Элен вновь стало страшно. – Вы поступили очень глупо, никому не сказав, куда направляетесь. Неужели вы не понимаете, что ваша машина могла оставаться погребенной под снегом несколько дней, прежде чем ее бы нашли, и вас в ней? Скажите, почему вам было так нужно скрываться от всех?


Элен попыталась подавить растущее раздражение.

– Я думаю, это вас не касается.

– Тем не менее, мне любопытно знать. Удовлетворите любопытство того, кто уже давно оторван от мира, к которому вы принадлежите.

Девушка удивленно уставилась на своего собеседника. Какие странные вещи он говорит! Даже этот недоступный в зимнее время район не может быть лишен связи с остальным миром. Если человек сам не стремится к уединению… Элен тряхнула головой.

– Мой отец хочет все решать за меня, – медленно сказала она. – Но мне уже двадцать два года, и я достаточно независима, как вы заметили. Поэтому у нас возникли небольшие разногласия.

– Я думаю, что разногласия были не такими уж небольшими, если заставили вас уехать за две сотни миль от дома, мисс Джеймс, но дело не в этом. Я уважаю ваше стремление сохранить в тайне ваши личные дела.

Элен недоверчиво взглянула на него. Вряд ли он был искренним в своем утверждении. Наклонившись вперед, чтобы поставить, пустую чашку на поднос, она спросила:

– А вы? Вам не тоскливо жить в таком уединенном месте за много миль от ближайшего жилья, в компании одного вашего слуги?

Густые ресницы скрыли выражение его глаз.

– Моя личность не представляет никакого интереса, мисс Джеймс. Не хотите ли еще чаю?

Элен покачала головой, обиженно поджав губы.

– Почему вы избегаете ответа? – требовательно спросила она.

– Разве? – Его голос звучал мягко, но золотисто-карие глаза смотрели напряженно.

– Вы же знаете, что это так. – Элен вздохнула и нахмурилась. – Ваше лицо откуда-то мне знакомо. Я почти уверена, что видела вас раньше, может быть, вы снимались в кино?

– Вы мне льстите, – насмешливо произнес он. – А ведь это прерогатива мужчин, не так ли?

Элен с раздражением поняла, что этот человек способен вызывать у нее смущение, а это для нее было внове.

– Вы же поняли, что я хотела сказать. Я действительно где-то могла видеть ваше лицо раньше, признайтесь!

Кажется, ее настойчивость, вызвала неудовольствие хозяина дома. Он резко поднялся, но прежде чем сделать шаг, остановился, чтобы помассировать больную ногу. Потом прихрамывающей походкой подошел к окну и задернул тяжелые шторы из пурпурного бархата. Прежде чем вид за окном скрылся от взгляда Элен, она успела заметить, что на улице стало уже почти темно. Медленно опускавшиеся на землю снежинки наполнили сердце девушки тревожным чувством одиночества. Она должна была попросить помочь завести машину и ехать дальше, вместо того чтобы идти в дом этого человека, кем бы он ни был, с беспокойством подумала она. Она могла бы уже добраться до какой-нибудь гостиницы или постоялого двора. Элен заставила себя выбросить подобные мысли из головы. Глупо думать, что в предложенном ей гостеприимстве был какой-то злой умысел. Элен следует быть благодарной этому человеку – фактически, он спас ей жизнь!

Он повернулся к девушке.

– Болт скоро принесет ваши вещи, а потом покажет вам вашу комнату, мисс Джеймс. Я ужинаю в восемь. Надеюсь, вы составите мне компанию.

Элен недовольно повела плечами. Ее тревога неожиданно сменилась раздражением. Он ясно дал понять, что не намерен отвечать на ее вопросы. Движение девушки потревожило гепарда, тот поднял голову и посмотрел в ее сторону. Глаза зверя удивительно походили на глаза хозяина. Элен почему-то вспомнила сказки о колдунах и волшебных заклятиях. Кто этот человек, который живет в полном уединении, ходит, прихрамывая, и держит дикого зверя в качестве компаньона? У девушки возникло странное ощущение, что она увязла в снегу и потеряла сознание, а все происходящее является кошмаром, предшествующим смерти…

Этот жуткий поворот мыслей заставил ее вздрогнуть, и гепард угрожающе зарычал. Мужчина подошел к креслу, успокоил зверя и вопросительно посмотрел на испуганную Элен.

– Что случилось, мисс Джеймс? – поинтересовался он. Его голос звучал тихо, но в нем слышались стальные нотки.

Элен только покачала головой, отчаянным взглядом обводя гостиную. Это была очень элегантная комната, признала она, и здесь не должно возникать чувство беспокойства. Обстановка была сдержанной, чисто мужской, такую и должен предпочитать живущий здесь человек. На обшитых деревянными панелями стенах висели охотничьи трофеи, сабли в ножнах и старинные ружья. Комната создавала впечатление сдержанной простоты и безупречного вкуса, и хотя некоторые предметы носили следы длительного применения, они не нарушали общего духа. Кто бы ни был этот человек, он не был стеснен в средствах, но вот почему решил выбрать такой образ жизни, Элен не понимала. Может быть, он занимался живописью или ваянием, или каким-либо другим творчеством? Кто бы еще мог стремиться к уединенной жизни?

Неожиданно ее взгляд упал на фотографию, висевшую справа от бюро. Со своего места Элен не могла разглядеть все детали, но ясно видела, что снимок запечатлел автомобильную катастрофу – сбившиеся в кучу люди и машины на трассе, обломки металла, разлетевшиеся в разные стороны. Изображение было не цветным, но фотография со всей наглядностью передавала жестокость и ужас случившегося.

Потрясенный взгляд Элен устремился на мужчину, в напряженной позе молча стоявшего у дивана. Его золотисто-карие глаза смотрели жестко и настороженно, и девушка поняла, что он заметил, как внимательно она рассматривала фотографию. Элен поняла и причину этой настороженности. Он догадался, что ее предположения относительно его личности больше не были лишь предположениями. Он был одним из гонщиков, попавших в эту ужасную катастрофу. Она даже вспомнила, когда это случилось – примерно шесть лет назад на трассе Нюрнберга в Германии…

– Я знаю, кто вы, – медленно произнесла Элен и встала. – Вы – Доминик Лайалл, знаменитый автогонщик!

Тело ее собеседника сразу обмякло, он опустился на диван, тяжело откинувшись на спинку.

– Да, я – Доминик Лайалл, – сдержанно признался он. – Но я больше не автогонщик.

– Но вы им были! – Элен не сводила с него глаз. – Я помню, как мой отец говорил о вас. Он так восхищался вами до того…

– До катастрофы? – В его голосе звучала горечь. – Понимаю.

– Но он думал… я хочу сказать… – Она замялась, не зная, как продолжить. – Все считали… ну, вы исчезли. Мой отец говорил… – Элен смущенно повела плечами, оставив мысль незаконченной.

– Все думали, что я умер? – Теперь Доминик Лайалл был ироничен. – О да, мне известны эти слухи. У меня были очень серьезные травмы, поэтому в мою гибель было легко поверить. Это меня вполне устраивало. Нет ничего более жалкого, чем поверженный идол, который все еще пытается привлечь внимание прежних поклонников.

– Но ведь все было не так, – запротестовала Элен. – Авария была печальным стечением обстоятельств. В ней никто не виноват. Вся эта шумиха…

– Разве я сказал, что в чем-то виню себя? – прервал он ее. Его голос был холоден.

– Нет. Нет, но… – Элен замялась. – Мой отец был вашим истинным поклонником. У него в кабинете до сих пор висят ваши фотографии. И он был не одинок в своем увлечении. Вы считаете справедливым позволять вашим поклонникам думать, что вы умерли?

Доминик Лайалл выпрямился, смуглой рукой он медленно потирал больную ногу.

– А вы, мисс Джеймс, полагаете, я не могу жить в уединении только потому, что вся моя прежняя жизнь проходила на глазах публики?

Элен не знала, что ответить.

– Мне трудно судить об этом, мистер Лайалл. Я только хочу сказать, мне очень жаль, что молодые гонщики никогда не узнают о ваших достижениях.

Доминик усмехнулся.

– Только так и не иначе. – Он провел рукой по волосам. – Вы, кажется, ничего не поняли, мисс Джеймс.

Элен гордо вскинула голову.

– Вы недооцениваете меня, мистер Лайалл.

В его улыбке появилась горькая ирония.

– Возможно. Однако… – Он глубоко вздохнул. – Однако очень жаль, что у вас такая хорошая память. Я считал, что шестнадцатилетние девушки больше интересуются кумирами поп-музыки.

– Я же сказала вам, что мой отец любил автогонки. Иногда я ходила с ним на соревнования.

– Ах, да, ваш отец. – Он задумчиво прищурился. – Очень любопытно.

– Что вы имеете в виду? – Его слова начали беспокоить Элен.

Доминик Лайалл протестующе повел мощными плечами.

– Я считал, это очевидным, мисс Джеймс.

– Что именно?

Он пристально посмотрел ей в глаза.

– Ну, вы узнали меня, мисс Джеймс. Очень неприятное стечение обстоятельств. Боюсь, для вас это будет означать только то, что вы не покинете этот дом завтра утром.

Загрузка...