Глава 8

Одной корнуэльской женщине, которой

довелось стать опекуншей ребенка-эльфа,

дали святую воду, чтобы умыть его лицо…

Женщина попробовала умыться ею сама, и

вода, попав ей в глаза, подарила ей Видение.

«Легенды и сказания Британии» (1917)

Льюис Спенс

Эйслинн застыла, глядя вслед уходящей фейри, — в этот момент Дония была так прекрасна, что на глаза Эйслинн навернулись слезы.

Сзади подошел Сет. Она знала, что это он еще до того, как его руки обвились вокруг нее. Она многие вещи осознавала до того, как они происходили. Это пугало ее.

— Кто она? — Прошептал он.

— Кто? — Было трудно ответить ему, когда он вот так стоял рядом, ростом на целый фут выше ее самой.

— Та, с кем ты говорила. — Он указал головой в ту сторону, куда ушла Дония.

Не отвечая, она повернулась к нему. Сет увидел ее лицо и забыл, о чем спрашивал.

— Что случилось? — Он уставился на ее распухшую губу и протянул руку, чтобы дотронуться до нее.

— Я все расскажу тебе дома. — Она обняла его, не имея желания даже думать о том, что произошло — только не сейчас.

Ей просто хотелось уйти, хотелось оказаться у Сета дома, где она могла бы почувствовать себя в безопасности.

— Я только заберу свои вещи. — И он прошел мимо группы фейри, которые направлялись прямо к Эйслинн.

Одна из девушек-фейри обошла ее кругом:

Это новенькая .

Вторая провела рукой по волосам Эйслинн:

Симпатичная .

Еще одна пожала плечами:

Наверное .

Эйслинн старалась придать своему лицу беззаботное выражение. Концентрация . Она сконцентрировалась на исходящем от их одежды шелесте листьев, изо всех сил стараясь не замечать странноватый приторно-сладкий аромат, который словно пропитал воздух вокруг них, и обжигающие прикосновения их кожи, когда они стали руками исследовать ее. Ей было неспокойно, но после кошмара в парке их прикосновения почему-то казались менее ужасными. Нападение тех троих… Она вздрогнула.

Теперь, когда ушла Дония и больше никто в библиотеке не мог их слышать, фейри громче болтали друг с другом.

— Похоже, Зимняя взялась за дело.

— Теперь эта девушка неприкосновенна.

— Какая разница? Девушки не в моем вкусе. А вот ее друг… Он не неприкосновенный. Лакомый кусочек!

Они захихикали.

— Может быть, она поделится с нами, когда присоединится к нам.

— Если она та самая, разве у нее есть выбор? Ее друг станет легкой добычей.

Сет вернулся с сумкой на плече, и Эйслинн протянула к нему руки, словно ожидая очередных объятий.

Он вопросительно посмотрел на нее.

— Кто сказал, что мы должны ждать? — Одна из фейри погладила его по щеке, вторая ущипнула его.

Сет широко раскрыл глаза.

Сердце Эйслинн подпрыгнуло. Он почувствовал . Ей никогда не приходилось говорить с кем-нибудь, кто не видит их, так, чтобы фейри не могли понять ее. Надеясь, что фейри ничего не заметили, она обвила рукой талию Сета и подтолкнула его к двери, подальше от похотливых невидимых красоток:

— Ну что, пойдем?

— Конечно. — Он ускорил шаг и обнял ее за плечи.

— Кажется, у Летнего Короля есть конкурент.

— Сама хочешь сказать ему об этом? «О, Кинан, любовь моя, ее игрушка — просто прелесть!»

— Не будь такой противной. Это же просто королевские забавы.

Все они снова захихикали.

— И как долго он будет забавляться с ней? Ты же знаешь, как он действует, когда добивается благосклонности. Я добровольно предложу ему отвлекать смертного, чтобы Кинан мог добиться ее. Только посмотри на весь этот пирсинг на его лице. Интересненько, в языке у него тоже есть колечко?

Как только они оказались в металлической безопасности поезда Сета, Эйслинн вздохнула с облегчением.

«Прогулка» до дома напоминала средневековую казнь[5] — фейри наблюдали за ними, стараясь подобраться поближе. Они ни разу не тронули ее, зато у Сета наутро появится парочка необъяснимых синяков. Эйслинн радовалась, что он не мог видеть их.

Она быстро обняла его и отступила:

— Прости меня.

— За что? — Он размотал Бумера, свернувшегося вокруг заварника, и положил его в террариум.

— За них. — Она подошла к барной стойке на «кухне».

Сет щелкнул выключателем, чтобы нагреть камни в террариуме и зажечь лампы для Бумера.

— Чаю?

— Давай. Ты чувствовал их?

— Возможно. — Он замолчал, наливая воду в чайник. — В библиотеке что-то такое было… Расскажи мне о том, что случилось раньше. И в первую очередь — об этом. — Он указал на синяки на ее лице.

И она все рассказала. О парнях в парке, о том, как Дония спасла ее, о том, как она злилась, когда разговаривала с «костлявой» фейри. Она позволила словам свободно литься, ничего не утаивая.

Несколько минут он неподвижно стоял, а потом напряженным голосом спросил:

— Ты как?

— Нормально. Ничего особенного не произошло. Просто испугалась. Я в порядке. — И это было действительно так.

Однако вид Сета говорил о том, что он изо всех сил старался держать себя в руках, — челюсти стиснуты, черты лица заострились. Он отвернулся, пытаясь успокоиться, но она слишком хорошо его знала.

— Серьезно, я в полном порядке, — заверила она. — Немножко побаливает там, где он хватал меня, но это пустяки.

Однажды, когда она была помладше, Эйслинн видела, как группа фейри тащила еще одного, хрупкого на вид, в рощу деревьев. Он отчаянно кричал, и эти жуткие вопли месяцами преследовали ее в ночных кошмарах. Да, ее схватили, удерживали против ее воли несколько минут, но ведь все могло быть намного хуже.

— Дония спасла меня до того, как могло случиться что-то действительно ужасное, — снова сказала она.

— Я не знаю, что стал бы делать, если бы с тобой что-то случилось. — Его голос оборвался, и в глазах застыла незнакомая паника.

— Ну, ничего не случилось. — Она хотела развеять его беспокойство и сменила тему: — Теперь о твоих близких контактах с фейри.

Он кивнул, принимая ее инициативу по смене темы:

— Как насчет того, чтобы мы оба записали то, что произошло?

— Зачем?

— Так я буду знать, что это не плод моего воображения или твои предположения. — Он казался неуверенным, но она не могла его винить за это. Она не могла избежать фейри, но Сет мог. У него был выбор — то, чего никогда не было у нее.

Он подал ей ручку и лист бумаги, и она записала: Ущипнули за задницу, в библиотеке. Погладили по щеке, в библиотеке. Облизали шею, Уиллоу авеню. Толкнули, укололи, сделали подножку, Шестая улица, магазин «У Джо», перекресток у дома Кили, под мостом.

Она посмотрела вверх. Сет уставился на ее растущий список. Он положил свой листок рядом с ее, и она прочитала: Ущипнули в библиотеке. Ткнули у магазина. Толкнули под мостом?

Она отдала ему свой все еще незаконченный список.

— Значит, фейри, да? — Он улыбнулся, но счастливым явно не выглядел. — Но почему же я смог это почувствовать?

— Может, потому, что теперь ты знаешь, что это возможно. Даже не знаю, — вздохнула она.

Знать, что она должна сказать ему, чтобы он держался подальше, пока они всерьез не заинтересовались им, — это одно. Снова остаться один на один со всем этим — совершенно другое. Он заслуживал шанса не увязнуть в этом кошмаре, пока еще не поздно.

— Знаешь, ты можешь послать меня ко всем чертям и притвориться, будто ничего не произошло. Я пойму.

Он провел языком по серебряному кольцу в нижней губе.

— Зачем мне делать это?

— Затем, что они прикасаются к тебе! — Эйслинн гневно выдохнула и быстро отошла к стойке. — Теперь ты знаешь. Ты чувствовал их.

— Это того стоит. — Он взял заварник, но не наполнил его. Просто посмотрел на нее. — Думаю, они и так это делали.

— Да, но теперь ты это… больше чувствуешь, и они все глазели на тебя. Что-то изменилось с тех пор, как эти двое стали преследовать меня. — Она даже не пыталась скрыть волнение и страх в голосе. Если он теперь знает о них, то заслуживает всей правды, какой бы страшной она ни была.

Он насыпал заварку и снова встал перед ней. Она обвила его руками.

— Извини, что меня не было там раньше, — прошептал он, крепко прижимая ее к себе.

Она молчала, не зная, что сказать. Если она расскажет ему обо всех вещах, которые видела в течение этих лет, он станет волноваться еще больше. Если она позволит себе думать о том, что могло случиться в парке, то просто спятит. Она не хотела думать о том, почему они напали на нее.

Наконец, она отстранилась, рассказала Сету, о чем говорили фейри в библиотеке, и быстро спросила:

— Что ты об этом думаешь?

Он накрутил на палец ее длинный локон и посмотрел ей в глаза:

— О кольце в языке?

— О комментариях фейри, — краснея, поправила она и скользнула вперед, будто хотела отойти от стойки. — Кажется, они знают, о чем говорят. Если бы ты мог, то увидел бы, что некоторые из них похожи на Рианну. Хотя некоторые по-настоящему плоские, и, м-м, Сет…

— М-м?

Вместо того, чтобы отодвинуться и дать ей пройти в комнату, он шагнул еще ближе, и его ноги коснулись ее коленей.

— Ты должен отойти, если мне придется побыстрее сваливать отсюда.

Она не дышала, что совсем на нее не похоже, но это было намного приятнее всех тех волнений, которых она так старалась избежать, намного лучше, чем думать о том, чего ей удалось избежать, и о том, как фейри спасла ее, и о том, как они смотрели на Сета.

Сет никак не отреагировал на ее слова.

Она не пыталась отодвинуть его или оттолкнуть. Хотя и могла. Она снова спросила:

— Так что ты думаешь?

Его бровь приподнялась, и он посмотрел на нее так, как смотрел всегда:

— Пирсинга никогда не бывает много.

Эйслинн шагнула в сторону от него, чтобы освободить ноги. В этот момент она думала о нем так, как не должна, не могла думать.

— Это…

— Что?

Он не придвинулся ближе. Он мог дразнить, флиртовать, но никогда не давил на нее. Это был бы только ее выбор. В мире, где она могла выбирать так мало, это ощущение было чудесным.

— Это не то, что я имела в виду.

Она вспыхнула и почувствовала, что флиртовать сейчас в ответ было бы просто глупо. Нельзя позволять себе заходить так далеко. Одна ночь с ним испортит их дружбу. У нее наверняка просто стресс от пережитого сегодня.

Она резко отстранилась:

— Обещай, что расскажешь мне, если что-то случится, пока меня не будет рядом. — Он шагнул назад, освобождая ей проход в комнату. Она проскользнула мимо него на внезапно ослабевших ногах. — Мне не нравится, что фейри уделяют тебе так много внимания.

Он налил им по чашке чая и открыл коробку песочного печенья. Затем надел очки и вытащил целую кипу ксерокопий и книг.

Она взяла свою чашку и последовала за ним к дивану, радуясь тому, что снова твердо стоит на ногах.

Он принялся разбирать свои бумаги, его колено коснулось ее ноги.

Да уж, рада, да не очень.

— Один из способов защитить себя — железо и сталь, хотя это ты уже знаешь. — Он указал рукой на стены своего дома. — Мне нравится, что я сплю в безопасном месте. Но все же я собираюсь зайти в «Прокол», чтобы заменить титановые кольца стальными. — Он замолчал и взглянул на нее. — Я знаю, ты думаешь, что кольцо в языке — хорошая мысль. Я могу сделать это.

Он смотрел на нее, словно ждал, что она скажет.

Но она молчала, краснея еще больше. Он дразнит меня, чтобы отвлечь. Что ж, это сработало. Даже очень хорошо . Она прикусила губу и отвела взгляд.

— Итак, скорее всего полезной может быть и «священная символика» — крест, особенно железный, святая вода. — Он отложил ксерокопию и взял книгу, абзацы в которой были отмечены яркими разноцветными стикерами.[6] Он просмотрел их, подводя итоги. — Можно бросать в них кладбищенскую землю. Хлеб и соль тоже хорошие «защитники». Вот только я не знаю, что с ними делать. Бросать в них, как землю?

Эйслинн встала и принялась ходить туда-сюда.

Он взглянул на нее и снова вернулся к помеченным абзацам.

— Чтобы скрыться от них, выверните свою одежду наизнанку. Это собьет их с толку, заставит думать, что вы кто-то другой. Цветы и травы действуют как «противоядия»: четырехлистный клевер, зверобой, красная вербена помогут вам видеть сквозь «иллюзию».

Он отложил книгу и съел печенье, выжидающе глядя на нее.

Эйслинн снова плюхнулась на диван, но дальше от него, чем обычно.

— Даже не представляю себе, как я все время могу ходить по городу в одежде шиворот-навыворот или швырять в них хлеб. Что я должна делать? Повсюду таскать с собой рогалики и пончики?

— Лучше соль. — Он отложил и эти листы, встал, выдвинул ящик пластикового буфета в углу и вытащил несколько пакетиков соли. — Вот. Самое простое решение. Держи это всегда при себе. — Он бросил ей несколько упаковок и положил парочку себе в карманы. — Так, на всякий случай.

— Там сказано, сколько нужно соли и что именно с ней делать?

— Может, посыпать их или бросить в них — не знаю. В этих книгах я ничего такого не нашел. Но где-нибудь найду. Я заказал несколько книг через межбиблиотечный абонемент. — Он вернулся к журнальному столику и что-то написал на одной из ксерокопий. — Как насчет трав? Некоторые из них я могу достать. Есть какие-нибудь идеи?

— Я и без этого их вижу, Сет, — нетерпеливо произнесла она и, глубоко вздохнув, взяла печенье из коробки. — Зачем мне травы?

— Я был бы полезнее, если бы тоже их видел. — Он написал еще одно примечание: Найти больше рецептов. Мазь? Чай? Как использовать травы, чтобы видеть? Ромашковый чай для Эш.

— Ромашка?

— Помогает расслабиться. — Он наклонился и успокаивающе погладил ее волосы, позволив своей руке задержаться на ее шее. — Ты все мои слова принимаешь в штыки.

— Извини, — нахмурилась она. — Я думала, что все так, как должно быть, но сегодня… Если бы Донии там не было… В том-то все и дело. Она не должна была там быть. Я видела их всю свою жизнь, и они никогда не обращали на меня внимания. А теперь они как будто бросают все свои занятия, только чтобы поглазеть на меня. Раньше ничего такого не было.

Он стоял, покручивая гвоздик в ухе, и внимательно смотрел на нее. Потом схватил одну из книг и уселся на стуле напротив нее.

— «Маргаритки не дадут фейри похитить ваших детей». Правда, я не знаю, эффективны ли они, когда ты уже не ребенок. — Он отложил книгу и открыл последнюю: — «Носите с собой кисть рябины. Если они станут преследовать вас, нужно перепрыгнуть через реку, которая течет на юг».

— Здесь только одна река, и я понятия не имею, как через нее перепрыгнуть, разве что у меня на ногах вырастут пружины. Все это бесполезно. — Ей жутко не понравилось, как жалко это прозвучало. — Если я воспользуюсь этим, они узнают, что я их вижу.

Сет снял очки, положил их на стопку книг, выросшую на полу, и потер глаза:

— Я ведь стараюсь, Эш. Я всего один день искал информацию. Мы найдем больше.

— А что, если у меня нет времени? Правила меняются, и я хочу знать, почему. Я должна что-то сделать прямо сейчас. — Эйслинн вздрогнула от испуга, когда вспомнила о том, что фейри не трогали ее по пути сюда.

— Что, например? — Он по-прежнему был спокоен. Чем больше она нервничала, тем спокойнее он выглядел.

— Найти их. Поговорить с теми, с кого все началось, с Кинаном и Донией. — Она сделала несколько глубоких вдохов.

Успокойся . Нервы ничем не помогут.

Сет откинулся на спинку стула и стал раскачиваться на нем.

— Ты уверена, что это хорошая идея? Особенно после того, как эти подонки…

— Фейри, — перебила она, — фейри Двора преследуют меня. От них можно ожидать чего угодно, даже самого худшего. И я не собираюсь быть единственной, кто не в курсе событий. — Она замолчала, думая о том, что сказали фейри в библиотеке. — Те фейри в библиотеке, когда на секундочку отвлеклись от страстного желания заполучить тебя, назвали Кинана Летним Королем.

Стул под Сетом проехал назад на всех четырех ножках.

— Так он — король?

— Возможно.

Он выглядел взволнованным. Что-то, похожее на панику, промелькнуло в выражении его лица, но он кивнул:

— Посмотрим, что я смогу завтра об этом найти. Я собирался покопаться в интернете, пока буду ждать заказанные книги.

— Звучит отлично. — Она улыбнулась, стараясь держать в узде свою собственную панику и не желая думать о том, что ее преследовал не приближенный ко Двору фейри, а сам их король.

Сет смотрел на нее так, как смотрят на человека, стоящего над пропастью в неуверенности, сделать ли последний шаг.

Он не просил ее подумать о предстоящем риске, не попросил поговорить об этом. Он просто поинтересовался:

— Останешься поесть?

— Нет. — Она встала, ополоснула свою чашку и еще раз глубоко вздохнула. Засунув руки в карманы, чтобы он не заметил, как они дрожат, она обернулась и, чтобы не передумать, быстро проговорила:

— Думаю, сегодня у меня есть шанс кое-что узнать. Вдруг кто-нибудь из них что-нибудь скажет, как те, в библиотеке. Пойдешь со мной?

— Секундочку. — Сет открыл старый сундук, в котором хранились какие-то потертые книжки, и достал несколько сигарных ящиков. Внутри Эйслинн увидела кожаные браслеты с большими металлическими кольцами, изящные камеи и бархатные ювелирные футляры.

Он покопался в сундуке и нашел несколько вещей, включая кожаные наручники. Через несколько минут он вытащил оттуда газовый баллончик.

— Для людей. Но может быть, сработает и на фейри.

— Сет, я…

— Просто носи это вместе с солью. — Он усмехнулся и достал цепочку и браслет из довольно толстых звеньев — совсем в его стиле. — Сталь. Это должно сжечь их или, по крайней мере, ослабить.

— Я знаю, но…

— Послушай, разве это неправильно — использовать все, что есть под рукой?

Она кивнула, он подошел и развернул ее. Убрал ее волосы, положив густой хвост на ее плечо.

— Просто носи это.

Она молча согласилась. То, что она ощущала раньше, делало ситуацию немного странной, но она стояла, не шевелясь, пока он застегивал цепочку.

Возможно, он прав . Она должна использовать все, что может помочь. Мысль о том, чтобы выследить фейри, шла вразрез со всеми известными ей правилами, но она собиралась сделать это или хотя бы попытаться. Это все же лучше, чем просто ждать. Я должна попробовать. Сделать хоть что-нибудь.

Даже сейчас в окне она видела еще больше фейри: один из них взгромоздился на провода, которые, казалось, не могли удерживать его, но он спокойно сидел на них.

Сет застегнул тяжелую цепь на ее шее, позволив ей свободно упасть, и, поцеловав ее в затылок, прошел мимо нее к двери:

— Пойдем.

Загрузка...