Манон Авье

Манон отодвинулась, её взгляд изучал мужчину, стоящего так близко, знакомого и… родного? Да, родного, но вдруг ставшего другим. Она всегда чувствовала себя с ним легко, непринуждённо. А сейчас она поняла: он изменился. Безвозвратно. Вернее, он прежний, но что-то в нём абсолютно другое, незнакомое… взгляд, он смотрел на неё, и кровь приливала к щекам от этого взгляда. И прикасался иначе. Осторожно, словно боялся вспугнуть.

Он выпустил её руку, почти невесомо коснулся её переносицы, обвёл кончиком пальца синяки под глазами.

— Можно, я его убью? — спросил он тихо.

— Можно.

Глаза Маркуса зловеще блеснули, губы дёрнулись в предвкушающей усмешке.

— Когда родит и воспитает наследника, — уточнила Манон, усмехнувшись.

— Стало быть, никогда, — разочаровался Маркус продолжая водить пальцем по её лицу, очерчивая скулы, подбородок, — Ну, руку-то ему можно сломать?

— Можно.

Вновь ухмылка на мужских губах.

— Левую, а то документы не сможет подписывать… и пожалуй, после того, как от Филирра избавим, — вновь внесла уточнения Манон. — И вообще, не надо уходить от темы. Выходит, нас двое?

— Выходит, — кивнул Маркус. — Подкинуть в камин дров?

Манон прислушалась к себе. Она попросила разжечь камин, потому что чувствовала холод и не могла согреться, несмотря на то, что день был жаркий, и вечер тоже. Её слегка знобило после вчерашнего забега по ночному городу под проливным дождём.

Сейчас она не чувствовала холода внутри. Было тепло, но созерцание огня действовало на неё умиротворяющее, поэтому она сказала.

— Да, а я налью вина, нам предстоит долгий разговор.


Камин давно прогорел, из открытых окон доносился ночной стрёкот сверчков. Манон с Маркусом сидели на ковре возле камина, прислонившись спинами друг к другу. Говорил Маркус, Манон только слушала, временами задавая вопросы. Они давно не разговаривали. Короткие встречи для передачи информации можно не считать. Да и обычно говорила Манон, а сегодня наоборот.

— Знаешь, а я так рада, что не одна. После смерти барона было так одиноко.

— Ты же была замужем, — передёрнул плечами Маркус. — Тебе с мужем было одиноко?

— По-человечески, чтоб душа к душе… Да, было одиноко. — Манон прижала затылок к затылку Маркуса. — Маркус, а что, я тебе никогда не нравилась? Вот чуточку? Как женщина? (Марина, а вот зачем ты это спросила?.. А неча было по лицу пальчиком водить… так…)

Манон почувствовала, как спина мужчины окаменела. Молчит.

— А ещё любопытство снедает, чей поцелуй был последний, тогда… ой… Маркус, у тебя же швы! — Манон резко отстранилась, сделала перекат на коленях и заглянула Маркусу в лицо… каменное. — Эй-й! — Манон помахала перед ним ладонью, привлекая внимания.

Маркус скосил на неё глаза.

— Тебе на какой вопрос ответить? Про поцелуй или про швы? — усмехнулся он.

— Сначала про швы, — икнула. — Ой, — прикрыла рот ладонью. — Прости… ик…

— Иногда ты такая забавная бываешь, — Маркус потрепал её по волосам и поднялся. Подошёл к столу, проверил. Ни воды, ни вина уже не осталось. — Всё в порядке, садиться уже не больно, дня через три-четыре Моро снимет.

— Прости-и… ик, у Дарка зубки ого… ик… го…

— Оно того стоило… я на кухню за водой схожу, тебе попить нужно. — Маркус улыбнулся.

— Я с тобой… ик, а то, если не так что поставишь… ик… Ирма голову открути… ик.

— Манон, подруга моя боевая, ну какой из тебя Палач? Смех, да и только. — Маркус стоял, сложив руки на груди, и взирал слегка пренебрежительно. Манон возмущённо набрала воздух в лёгкие и замерла, подбирая слова, чтоб ответить.

— Ик.

— Мда-а, не помогло, — сказал Маркус, подошёл, щелкнул её по носу, Манон возмущённо засопела. — Кто первый до кухни… тот… эй…

Манон толкнула его на диван, перепрыгнула через стол и побежала на кухню.

Загрузка...