Эдриан Маршалл Милый, давай поженимся

Предисловие

Конрад Бердберри проснулся оттого, что его ленивые веки пощекотал игривый солнечный лучик, пробравшийся между неплотно задернутых штор. Не открывая глаз, молодой человек перевернулся на спину, с удовольствием потянулся и, вспомнив завершение вчерашнего вечера, улыбнулся самодовольной улыбкой. Только после этого он открыл глаза и повернулся к спящей Агнесс.

Скомканное одеяло, смятая простыня… и никакой Агнесс.

— Неси! — обиженно позвал он, любуясь пылью, танцующей в столбике солнечного луча. — Ты что, задумала меня бросить?

И тут же услышал ее легкую кошачью поступь. Агнесс вошла в комнату. В руках она держала изящный серебряный поднос с дымящимся кофе и двумя тоненькими тостами, намазанными густым слоем ежевичного джема.

— Ну что ты, милый, — улыбнулась Агнесс одними уголками губ — так умела улыбаться только она. — Как я могу? У меня большие планы на тебя, дорогой…

— Неужели? — улыбнулся Конрад. Он забрал у нее поднос, поставил на тумбочку возле кровати и притянул девушку к себе. — Какие же?

Ее взгляд, такой переменчивый, скользнул по его лицу, пробежал по смятым простыням и снова вернулся к его лицу, чтобы окутать Конрада нежностью.

— Милый, давай поженимся? — воркующим голоском предложила Агнесс.

Конрад притянул ее к себе и поцеловал в полные красивые губы.

— Конечно, любимая… Дату выберешь ты?

— Да, милый. Тринадцатое. Тринадцатое июня. Надеюсь, ты не будешь возражать против тринадцатого? — Агнесс подняла голову и слегка коснулась губами его подбородка.

В такие моменты Конраду начинало казаться, что он и правда в нее влюблен.

— Нет, дорогая. Ты же знаешь, я не суеверный.

Когда Агнесс вышла из спальни, Конрад улегся на середину широкой кровати, подмяв под себя обе подушки, раскинул руки и прошептал:

— Кажется, папочка, ты говорил, что я — неудачник?

Загрузка...