НА ЮГО-ВОСТОК ЧЕРЕЗ СЕВЕРО-ЗАПАД


1


«…Если судьба будет благосклонна, и я не закончу свои дни в одной из подворотен Петербурга, согнувшись в три погибели в поисках остатков пищи, и меня спросят, кто был источником моего вдохновения, то я отвечу, улыбнувшись: неприметная девушка с косичками, в свитере горчичного цвета с высоким воротом».

Закончил. Выдох. Самокрутка по правую руку. Пламя с чудовищной скоростью выстреливает из зажигалки. Потрясающе. Правда, нет бурбона. Этот американский самогон стал мне противен. Первая треть бутылки пьется одним глотком, хмель медленно окутывает тебя, согревая изнутри. Ты бежишь, словно одержимый, лишь бы продлить это волшебное чувство, не замечая, как сосуд уже стал наполовину пуст, и когда от него остается треть, разум начинает резко мутнеть. Этот долгий поцелуй с бутылкой заканчивается, и ты падаешь опустошенным тупым животным в полном беспамятстве. С вином же другая история. Красное, сухое, в крайнем случае, полусухое. Первые два глотка играют на вкусовых рецепторах, исторгая что-то невероятное, предвосхищая послевкусие – финальную ноту в этой симфонии. После того, как эстетическая часть закончилась, наступает цель более пошлая, ради которой берется и бурбон, а именно – запьянеть. Однако именно здесь и кроется самое главное различие. Самогон сначала согревает тебя, даря ощущение комфорта и уюта, а потом бесчестно предает, превращая в овоща до следующего утра. А вот вино – оно более мягкое, не предает, а нежно окутывает тебя, даря приятное чувство опьянения, от которого блаженная улыбка растекается по лицу как масло под июльским солнцем. Ты не просто в полной мере осознаешь, что пьян, а еще и наслаждаешься этим.

Да, надо сбегать за вином, определенно. Телефон? Кому я нужен еще ведь только… Полдень миновал! Что-то я засиделся. А еще надо билет забронировать. О, Леша по работе.

–Ну, привет! Получил деньги за работу, все нормально? – спросил он.

–Да, все, получил, спасибо. Черт возьми, самый сложный заказ! – сказал я, потушив скуренную самокрутку.

–Но он самый прибыльный и, к тому же, последний…

–Да, жалко, но в любом случае, спасибо, Лех, выручил! Ну и куда ты теперь планируешь?

–Так я же в Питер! У меня уже все на мази. Есть местечко в одной компании, меня берут. Полгодика под серым небом в дождях, а потом реальный шанс в Куала-Лумпур, в Малайзию! Такие дела.

–Шикарно! А для меня местечка не найдется?

–Не, Володь, – смеясь, ответил Леша. – Тебя, пока, в любом случае не возьмут. Без диплома никуда.

–Да, понимаю, это я так.

–Учись радоваться мелочам, парень! Вот, смотри, и так неплохо подзаработал.

–Ну да, не спорю. Ладно, спасибо еще раз, удачи с Малайзией!

–Бывай, студент!

Леша учился у нас в университете, был на год старше. Тоже на ин.язе. Как-то зимой наша преподавательница по переводу дала мне и моему товарищу его данные, мол, он как-то завязан с одной фирмой. Ему поступало колоссальное количество заказов, а из-за последнего курса в университете, диплома, экзаменов, долгов, он не справлялся, и ему понадобились помощники за символическую плату. Так я и стал с ним сотрудничать. Но вот его обучение кончилось, открылись новые горизонты. Не держу на него зла. Все сложилось как-то подозрительно удачно.

Пару дней назад, когда я выполнял свой последний заказ, мне позвонил дядя из Канн. В том разговоре он напомнил мне про свое приглашение в гости, добавив, что для меня, возможно, найдется работенка по профилю, и я решил, почему бы и нет. Сразу же позвонил родителям, хоть и знал ответ. И действительно, они сказали, мол, дядя и им звонил, но из-за папиной работы они никак не могут выбраться. Решили, что поеду один. Я в любом случае хотел поехать: и отдохнуть, и деньжат подзаработать, они лишними никогда не бывают. Еще один звонок. О! Легок на помине.

– Vovka! Salut, comment ça va ? 1

– Salut, oncle Jur! Ça va bien. Je fais mes valises! Attends-moi, j'arrive!

– Donc tu as accepté ma proposition! Je suis content. Il est dommage que tes parents ne viennent pas…

– Mais tu connais. Père. Besogne.

– Oui, je comprends. En parlant de ça. Je cherche des variantes. En principe, il y en a deux ou trois qui peuvent faire l'affaire.

– Très heureux de l'entendre! Grand merci!

– Oh allez, Vovka, nous sommes une famille. Écoute, appelle-moi ou envoie-moi un sms pour savoir quand tu arrives pour te rencontrer.

– Oui, certes, J'allais justement réserver le billet. As-tu quelques minutes?

– Seulement si un petit moment.

Так, сайт аэропорта. Рейсы на Ниццу. Да, отлично! То, что мне нужно.

– Alors, après-demain à 13 h 30 de "Pulkovo" ça va très bien pour moi.

– Compris. Je vais te rencontrer à Nice.

– Merci!

– À bientôt, l'étudiant!

Изначально я учился на платном, но ко второму курсу удалось прорваться на бюджет, а там уже всякие надбавки за хорошую учебу и прочие денежные радости, которые и позволяют мне пространно рассуждать о вине и бурбоне. Во мне говорит гедонизм, именно поэтому бо́льшую часть заработанных денег я спускаю на алкоголь и табак, а те, которые удается сохранить, откладываю, чтобы потом арендовать на них кусочек моря у набережной Круазет на пару недель. Обратной стороной данного пиршества является тот факт, что я живу в коммуналке. Хотя даже для этого у меня есть свое объяснение. В отношении жизненного опыта, коммуналка, по моему скромному мнению, дает куда больше, чем та же студенческая общага. Несмотря на достаточно средние условия жизни в общаге, с ее клопами и тараканами, комнатами, которые живущие от сессии до сессии студенты не убирают по полгода, все-таки в ней нет напрочь отбитых алкашей и наркоманов.

Под напрочь отбитыми алкашами и наркоманами я подразумеваю ходячих иссохших трупов, ростом не больше метра тридцати в изорванных вонючих лохмотьях. Там, где у обычного человека лицо – нос, глаза, рот, уши – у них отечная, красно-синяя масса затвердевшего теста с двумя прорезями для глаз. Пол у этих созданий определить также сложно, как и черты лица. Как правило, они сидят в своей комнате, этажом ниже, прямо подо мной, но изредка выбираются на свежий воздух в соседний ларек или к мусорным бакам, откуда добывают себе еду. В такие моменты, стоя у окна, покуривая трубку или самокрутку, и наблюдая за ними, я понимаю, насколько мне повезло именно с моей коммуналкой. Ведь в ней тишь да гладь! Три семейных пары и сын, живущий с матерью. Да и комната моя просто потрясающая – пластиковое окно по последнему слову техники, линолеум и новые светлые обои.

Я вышел из комнаты, прошел по коридору на кухню, умыть лицо. Там уже все варилось, кипело и жарилось. Анатолий сидел за столом, вальяжно раскуривая сигарету и потягивая из полулитровой банки чифирь. Надя, его жена, стояла у плиты и жарила рыбу, сильный запах которой хоть как-то перебивал стоящую от трупов крыс вонь.

–Ох, б****! – сетовал Анатолий. – Вроде сразу же убрали сдохших крыс, а все равно воняет!

Если верить рассказам Анатолия, он учился на инженера, после чего, волею судеб, четырнадцать лет мотался по колониям. Надя была уборщицей в доме молодежи. Также у окна, словно статуя, стояла тетя Нина и тоже курила. До выхода на пенсию, она была школьным учителем – история и обществознание, и очень часто рассказывала, как ездила вместе с детьми на картошку в совхоз.

–О, доброе утро, Вовка! – произнес Анатолий, увидев меня в коридоре. – А я тебя чего-то и не видал… Ты как пришел вчера днем, так и не выходил из комнаты.

–Да, просто занят был, – ответил я, подойдя к раковине. – Переводил там по работе.

–А ты уже работаешь? Ты ж еще студент!

–Ну, я беру кое-какие переводы, которые по силам. Все равно экзамены уже все сданы, сессия закрыта.

–Да-да… Нет, ну правильно, чего… Мамке с папкой жизнь облегчаешь, осознаешь цену деньгам…

–А сколько получаешь-то? – улыбнувшись, спросила Надя, переворачивая рыбу на сковородке.

–По-разному, зависит от сложности текста. Ну, вот сейчас за технический текст пять пятьсот заработал.

–Еб твою мать! – крикнул Анатолий. – Это ж такие деньги! Н**** себе! Да это, я тебе скажу, Вова, в сегодняшней ситуации в стране… Для студента, отлично!

–Правильно, Вовочка! – хриплым голосом сказала тетя Нина. – Молодец! А куда дальше?

–Ну, дальше в магистратуру…

–В Ленинград или в Москву?

–Скорее всего, в Питер.

–Ой, хорошо! А потом докторантура, диссертация…

–Посмотрим, я так далеко не заглядываю, – застенчиво улыбнувшись, ответил я.

–Посмотрим – сказал слепой, как безногий плясать будет, – задумчиво произнесла тетя Нина и пошла к себе в комнату.

Раздался звонок в дверь. Анатолий сразу встал и пошел открывать. Я двинулся за ним, ведь вино я так и не купил. Он открыл дверь, и я услышал знакомый голос, доносившийся из подъезда.

–Вову? – спросил Анатолий. – Да, здесь он. Вовка! Тут к тебе.

–Да, спасибо, уже понял по голосу.

–Закроешь тогда?

–Да, конечно.

У двери стоял мой приятель с журфака – Петя Белов. Вид у него был потрепанный.

–Привет, – начал он. – Куда-то собираешься?

–В данный момент за вином, а что такое?

–Тебе хана, Володя, и я не знаю, как тебе помочь.

–Ладно, но это не отменяет мой поход за вином, – ответил я, спускаясь на улицу.

–То есть тебе вообще плевать? – постепенно закипая, продолжал Петя. – Ты не понимаешь, что натворил?!

Выйдя из подъезда можно было более подробно рассмотреть представителя «Четвертой власти»: зашуганный вид, подергивающийся левый глаз, бледный цвет лица, сальные сосульки вместо волос на голове, ботиночки из шкуры молодого дерматина, джинсы-трубы, которые были в моде еще где-то в 2006-ом, а также потрепанная кожаная куртка и старая клетчатая рубашка.

–А что я сделал? Что нужно было ему сказать? – спросил я, достав из портсигара самокрутку.

–Ты не должен был ничего говорить! Твою ж мать… – протянул Петя, потирая лоб. – Дай-ка одну.

–Это самокрутка. Не брезгуешь? Она вся в моих слюнях.

–Иди ты в жопу! Мне надо покурить.

Я угостил его.

–«Петя, мне нужен сюжет, Петя, я тоже хочу на встречу с Дубиным»…

–Как здорово. Ты зациклился на этой фигне, и сам не замечаешь, как идешь со мной покупать вино.

–Фигне?! Ты послал губернатора области на встрече для студентов! Ты вообще в своем уме, Вова?!

–Слушай, он не нес какую-то околесицу, а представители нашего студенческого совета просто с умным видом кивали в такт его речи. С этими пустоголовыми все ясно – сделать селфи в здании администрации, наставить хештегов и написать: «Сегодня студенческий совет посетил стены областной администрации! Губернатор области Олег Дубин ответил на острые вопросы наших активистов…» – это их предел. Но почему ты ничего не спрашивал?

–Я тебе сто раз объяснял, как все устроено! Ты думаешь, лозунг моей газеты – «Мы создаем новости» – это просто так?! Да в нем отражена вся суть моей работы! Все новости поступают Дубину, и он их уже утверждает, после того как знатно поорет на нас и раздаст приказы по редактуре. Но сейчас речь идет не обо мне…

–Слушай, автобусы ходят через пень колоду, цены на проездной для студентов подняли в два раза еще полгода назад. А он заливает про то, что это временные трудности, и что русский человек – мученик, и все стерпит, а уж русский студент и подавно. Ну, вот ни мудак ли? Естественно я заржал, а потом послал его после такого.

–Да ты даже не ездишь на автобусах, у тебя, блин, машина!

–Ну, да у меня машина, но у тебя-то нет. С этими изменениями часть денег с твоей стипендии стала уходить на автобус, а мне в бар не с кем ходить. К тому же я просто хотел посидеть на встрече, посмотреть, как все проходит, но губер ваш оказался таким мудаком, и стал нести такую херню, что я уже просто не сдержался.

–Ой, хана тебе…

–Да что ты все заладил: хана, хана. Давай конкретику!

–Конкретику? – истерически засмеявшись, переспросил Петя. – Пожалуйста! Сегодня с самого утра он декана нашего института с пристрастием допрашивает, настаивает на твоем исключении.

Тут я понял, что погорячился, и что мне не нужно ни вино, ни бурбон.

–Так, – сухо произнес я, уставившись на асфальт. – То есть мне хана?

–Да! – уже срываясь на фальцет, закричал Петя. – Да! Труба, край и вилы!

–Так, – повторил я порядком пришибленный от таких новостей. – И чего мне теперь делать?

–Раньше надо было думать, – презрительно бросил Петя.

–Петь, ну ты-то хоть не будь задницей!

–Я не знаю, что тебе делать, Володя! Как-то, знаешь, не попадал в такие ситуации… – ответил Белов, сделав последнюю затяжку и швырнув окурок. – Ты можешь как-нибудь исчезнуть с радаров на время?

–Ну, вообще я послезавтра вылетаю во Францию к дяде… – ответил я. – Постой, а разве не нужно в такой ситуации идти на встречу, договариваться?

–Так, конечно, тоже можно, – бодро ответил Петя. – Но ты учитывай, что на такую встречу ты должен надеть лучший костюм, в котором будешь падать Дубину в ноги и молить о прощении, захлебываясь слезами, а потом еще и должен окажешься.

–А иначе никак? – спросил я. – К чему такой цирк?

–Ну, друг мой, – ответил Петя, раздувая щеки от негодования. – Ты же нанес ущерб его самолюбию. Либо так, либо отсидеться где-нибудь, пока буря стихнет.

–Ну, в таком случае, идет господин Дубин туда же, куда я его послал в первый раз.

–Счастливой дороги в Питер, – глубоко вздохнув, сказал Петя. – Попробуем с деканом тебя отбить.

Услышав это, я поблагодарил Петю от всей души и побежал обратно в коммуналку собирать вещи.

Я взял с собой самое необходимое: один рюкзак, один бумажник с банковской картой, русским и европейским наликом, два паспорта – гражданский и заграничный, пару футболок ноутбук, сигаретный и трубочный табак, бумагу для самокруток, сигаретные фильтры, трубку и зажигалку. А также телефон, ключи от машины и один подарочный пакет. Нет худа без добра. Из-за этой ситуации у меня появилась возможность лично подарить то, над чем я достаточно долго работал, и, наконец-то все выяснить.

Анатолий все сидел на кухне, курил и разговаривал по телефону. Обычно, когда я уезжаю домой, всегда оставляю ключи от своей комнаты ему и Наде. Они пользуются моим холодильником, проветривают комнату и поддерживают в ней маломальский порядок, за что им огромная благодарность. Когда я подошел и отдал ему ключи, он удивленно посмотрел на меня, мол, уже уезжаешь, на что я тихонько ответил, что надо домой, по делам. Не стал говорить про Питер. Мы пожали руки, и я направился к выходу.

Загрузка...