22

День за днем и час за часом наемники затаскивали истерзанных детей в сферу, где находились линьяри. Тела плененных Странников были покрыты синяками и порезами. Некоторые дети поступали со сломанными и расщепленными костями, порванными органами и глубокими проникающими ранениями. Линьяри исцеляли их и снимали стресс, успокаивали и вдохновляли, хотя некоторые целители уже валились с ног от полного изнеможения. В то же время другая группа работала над Надари Кандо, исцеляя ее плоть и кости, очищая кровь и разум от яда наркотиков, который заставлял женщину-воина нарушать свой кодекс чести. Многие линьяри начали испытывать страх, что однажды им просто не удастся помочь раненным. Их силы были на исходе.

Этого не случилось бы, если бы они отдыхали между сменами. Но им не давали покоя. Ученые Иквасквана целенаправленно доводили пленников до полного истощения сил. Мелиренью часто отводили на корабль и предлагали ей воссоздать курс к планете линьяри. Каждый из ее сородичей проходил через подобную процедуру, которая обычно начиналась в середине ночи или вместо приема пищи. Впрочем, пища тоже была ужасной. Вместо травы и овощей Икваскван приказал давать им только старое сено.

После допроса Мелиренью втолкнули в газовую камеру. К тому времени она сама нуждалась в исцелении. Обессилев от побоев и настойчивых расспросов, она не сразу очистила воздух в помещении и вдохнула отравляющий газ. Ей с трудом удалось сохранить сознание. Затем мучители бросили ее в искусственное болото, известное среди линьяри, как «адский пруд». Чтобы очистить воду, она несколько часов лежала на животе, погружая лицо в пенистые зловонные нечистоты. На станции имелись десятки газовых камер и бассейнов с ядовитыми отходами, поэтому линьяри проходили через эти испытания по нескольку раз в день.

Радость Мелиреньи от встречи с Хрронье быстро поблекла. Сородичи рассказали ей телепатическим шепотом, что если солдаты определяли семейную пару, то супругов тут же разлучали или подвергали пыткам в присутствии друг друга. Наемники шли на любые мерзости, чтобы получить нужную им информацию. Но пленники молчали. Координаты планеты и коды ДНК были надежно спрятаны в их сердцах. Линьяри умели по памяти вести навигацию в космическом пространстве. Эта способность появлялась у них вместе с приобретением «звездного» окраса и серебристых грив.

Она редко видела Хрронье. Ужасный и опасный круг пыток, называемый «расписанием дежурств», не позволял им подбодрить друг друга. Самой худшей частью было целительство. Поначалу никто не испытывал трудностей. Средний линьяри в хорошей физической форме мог вылечить проникающее ранение в течение нескольких мгновений. Под куполом находилось несколько сотен ее сородичей. Но для исцеления детей и Надари использовали только четверых линьяри за смену, и перед этим их намеренно истощали другими «заданиями», нехваткой сна и голодом.

Нева пыталась образумить Иквасквана.

– Генерал, при таких условиях вы не оцените наши способности, – дипломатично сказала она. – Если вы будете кормить нас правильным образом и давать нам достаточный отдых, мы покажем вам нечто большее.

Он схватил ее за рог и пригнул к себе – грубейшая бестактность, которая считалась линьяри непростительным оскорблением. Нева ничем не выдала свои эмоции, но в глубине души была ужасно возмущена.

– Мы будем кормить вас получше, дорогая послица, только после того, как вы сообщите нам координаты вашей планеты. Обещаю, что я сам слетаю туда и нарву для вас вкусной и мягкой травки. Если же вы не удовлетворите мое любопытство, то я прибегну к другим методам.

Он пощелкал пальцем по ее рогу. Нева отшатнулась, но двое солдат подтолкнули ее вперед и пригнули голову. Генерал еще раз повторил это ужасное пощелкивание.

– Мои ученые утверждают, что все ваши способности заключены в рогах. Будучи отделенными от тел живых существ, они становятся более прозрачными и менее полезными, однако по-прежнему сохраняют магические свойства. Я решил выломать несколько рогов и проверить их пригодность. Говорят, они обладают притягательной силой афродизиаков. Это правда?

– Откуда мне знать? – резко ответила Нева.

Икваскван снова схватил ее за рог и дернул с такой силой, что она зарыдала от боли и унижения.

– Так или иначе, дорогая послица, ваш рог я оставлю себе.

Этот разговор происходил у сферы, в которой содержались пленные линьяри. Оскорбление было настолько большим, что супруг Невы не сдержался.

– Оставьте женщину в покое! – потребовал Вири и рванулся к генералу.

Он тут же был схвачен солдатами. Хотя Вири говорил на линьяри, Икваскван уловил смысл его слов.

– Твой рог тоже станет моим приобретением, придурок, – сказал генерал и задумчиво почесал подбородок. – Интересно… А вдруг они пара? Это было бы забавно.

Он кивнул на «пруд».

– Давайте посмотрим, как долго они будут очищать отходы. Побольше грязи и ядов! Я хочу повеселиться!

Солдаты наполнили «пруд» мерзкими отходами химического производства и погрузили в эти нечистоты головы несчастных супругов. Они даже не побеспокоились оставить их рты и носы над водой. Пленные линьяри с ужасом наблюдали за происходящим. Вири и Неве потребовалось почти десять минут для очищения воду, и, выполняя это «задание», они едва не утонули. Затем их подвергли жестокому допросу, который транслировался по всей станции.

Мелиреньи удалось прочитать мысли охранников, и она узнала, что генерал ожидал какую-то важную персону. Намечалось что-то ужасное. Творец и заказчик этого ужаса – человек, нанявший Иквасквана и его бандитов – собирался прилететь на станцию, и генерал готовил для него особое развлечение.

(Еще немного, и мы начнем скучать о доброте и нежности кхлеви, ) печально заметила Кхари. (По крайней мере, мы могли объяснять их поступки животными инстинктами. А поведение этих людей просто отвратительно.)

Мелиренью назначили целительницей на вечерний турнир. Ее полупрозрачный рог стал почти незаметным при искусственном свете. Она ощущала депрессию и упадок сил. Ей было страшно думать о том, что вскоре ее по уши погрузят в грязные сточные воды, заставят дышать отравленным воздухом или будут мучить на допросах. Но более всего ее ужасала мысль, что она не сможет исцелить какого-нибудь израненного ребенка. Пока таких случаев не было, но с каждым днем на исцеление ран им требовалось дополнительное время, и это продлевало страдания несчастных жертв.

На этот раз в «Колизее» собрались все солдаты и ученые. На трибуны пригнали пленных линьяри и детей с «Прибежища». Красавицу Зиану – капитана «Прибежища» – и ее жениха вытолкали на ристалище. Левое запястье девушки было связано с правым запястьем Пала; а ее левая лодыжка – с правой лодыжкой юноши.

Бедную Надари, в очередной раз исцеленную от ран, опять одурманили огромным количеством наркотиков. Икваскван лично вводил их в ее кровеносную систему. Последние три ночи линьяри усиленно очищали организм женщины от психотропных веществ. Как только к ней возвращался рассудок, она умоляла убить ее или, по крайней мере, оставить раны без лечения. Но линьяри не могли исполнить ее просьб.

Когда солдаты включили лазерные пруты и начали подталкивать молодую пару к обезумевшей Надари, на «стадионе» появился офицер связи. Размахивая рукой, он пробежал через толпу зрителей и поднялся к кабинке, в которой сидели Икваскван и Гануш. Связист отдал честь и о чем-то доложил генералу. Тот явно обрадовался, кивнул офицеру и жестом велел солдатам на арене приостановить начинавшийся бой. Связист спустился по ступеням и направился в ту часть станции, где стояли захваченные корабли и находились камеры для допросов.

Прошло около двух минут. Мелиренья, вступив в телепатические общение с другими линьяри, с тревогой гадала о том, какой новый ужас приготовили им люди. Внезапно освещение изменилось, и купол сферы превратился в огромный экран. На нем возник величественный холм, на склоне которого пестрели разноцветные павильоны. По широким аллеям и площадям прогуливались линьяри, одетые в роскошные и странные наряды. В небе парили яйцеобразные корабли, количество которых втрое превышало флот, оставшийся на нархи-Вилиньяре. Перспектива плавно сместилась, и на экране появилось женское лицо.

– Уважаемые послы, торговцы, студенты и ученые, это говорит ваш визар , – сказала Кхорнья.

Мелиренья не верила своим ушам. Как девушка так быстро могла стать визар – главным администратором планеты? Она говорила на преувеличенно ломаном языке, как будто издевалась над ними. Рядом с ней стоял рослый мужчина. Мелиренья где-то видела его, но из-за усталости и изумления никак не могла вспомнить…

– Вы все знаете доктора Ванье, – продолжила Кхорнья, представляя им мужчину, который даже по возрасту не мог быть ее покойным отцом. – Этому великому ученому удалось увеличить дальность действия видеофона, и мы надеемся, что отныне наша трансляция будет достигать планет, на которых размещаются ваши поселения. Мы очень долго не получали от вас никаких сообщений. Вы забыли путь домой? Вы больше не хотите общаться с родными и близкими? На тот случай, если у вас испортились навигационные системы, мы сообщаем вам координаты планеты.

Икваскван сделал нетерпеливый жест рукой. Его солдаты схватили Неву и Вири, так же связанных за запястья и лодыжки. Супружескую пару вытолкнули на арену.

– Эй, посол? О чем это сообщение?

Нева подняла испачканное лицо. Ее грива спуталась; космы торчали в стороны; рог был почти не виден. Она плюнула в сторону генерала.

– Пусть Надари разберется с ними! – закричал Икваскван. – Когда она прикончит этих тварей, выломайте их рога и принесите мне!

Мелиренья быстро обменялись с Кхаари телепатическими сообщениями и, вскочив на ноги, закричала:

– Нет, генерал! Пожалуйста, не убивайте их! Я скажу вам, о чем говорилось в сообщении! Я знаю, это навредит моему народу, но у меня больше нет сил, чтобы смотреть на такое ужасное зрелище! Пожалуйста, отпустите Неву и Вири, и я расскажу вам все, что вы захотите.

Кхаари подбежала к ней и попыталась оттащить ее назад.

– Мелиренья, ты не знаешь, что говоришь. Ты не должна предавать всех наших сородичей ради одной Невы.

Очевидно, радость затуманила ум генерала. Он не заметил, что обе пленницы общались друг с другом на стандартной речи. Сообщение Кхорньи повторялось снова и снова. Мелиренья, рыдая и путаясь в словах, словно забыв от горя язык, которому она научилась у людей, пересказала Иквасквану суть транслируемого послания. Она попыталась скрыть координаты, но когда генерал пригрозил убить Неву и Вири, ей пришлось уступить его грубости и перевести сообщение до конца. Затем, стыдясь смотреть в глаза своих измученных друзей, она упала в пыль этой странной луны и горько заплакала. Она плакала до тех пор, пока ей не стало казаться, что ее рыдания никогда не прекратятся.

Прошло много времени, и кто-то – Кхари! – телепатически окликнула ее. Она подняла голову и увидела пустые трибуны. Икваскван, его наемники и Гануш куда-то ушли. Хотя экран над ними по-прежнему передавал сообщение, в сфере значительно посветлело. Мелиренья поняла, что боевые корабли, окружавшие биосферные купола, улетели, и их тень, похожая на частокол, больше не закрывала свет далекого солнца. Ближайшее пространство за стенами куполов казалось молочно-белым от поднятой пыли. Сферы все еще вибрировали от грохота двигателей взлетевшей армады.

Так вот, чем объяснялся рев, который она слышала сквозь плач, подумала Мелиренья. Турнир закончился. На Надари набросили сеть, успокоили прикосновениями рогов, и Мелиренья с тремя другими линьяри приступила к ее исцелению. На этот раз им пришлось лечить только психическую травму Кандо. Надари ужасно страдала от вины и негодовала по поводу того, что ее использовали, как машину для пыток. К счастью, в тот день она никого не покалечила.


* * *


Часовой, охранявший сферу с линьярскими кораблями, был удивлен, увидев два десантных судна, которые спустились через полчаса после старта боевой флотилии Иквасквана. Поначалу он немного встревожился, но затем увидел нескольких мужчин и женщин в федеральной форме. Они толкали перед собой еще одну жвачную дамочку, и та возмущенно лепетала им что-то на своем лошадином языке.

– Эта телочка для генерала, – сказал коротышка-сержант, с выпиравшей, как бочка, грудью. – Он собирался лично допросить ее.

– Тогда ей придется подождать, когда он вернется с планеты линьяри, – фыркнул часовой.

– Что?

– Разве вы не слышали сообщение? Эти глупые жвачные передали своим кораблям координаты той планеты, которую мы ищем. Наши связисты их перехватили. Генерал и босс тут же снарядили отряды в путь и отправились проверять информацию.

– Ты не шутишь? Ладно, давай запрем девку в стойло вместе с остальными. Чем сегодня кормят в столовой?

Пока часовой отвечал ему, пленную девушку повели в биосферный купол, где содержались линьяри.

– Где вы нашли ее?

– В доме удовольствий на Рахабе-три.

– Ого! Ты хочешь сказать, что кто-то занимался сексом с этой…

Часовой не успел закончить фразу. Что-то подкатилось ему под колени и сбило с ног. Он хотел ухватиться за пояс сержанта, но тот поднял оба кулака и, что было силы, опустил их на его затылок.


* * *


Акорна услышала глухой звук удара и, обернувшись, увидела, что часовой упал на пол. Ее глаза уловили смазанный промельк движения – это Ари проник в биосферный купол. Он имел сверхъестественный талант принимать окраску окружающей среды. В какой-то степени ему помогала лунная пыль, в которой он вывалялся перед вылазкой, но основной секрет маскировки заключался в его необъяснимой мимикрии. Если бы минутой раньше Акорне сказали, что кто-то может слиться со стеной прозрачного пластикового пузыря, она посчитала бы это шуткой.

Пока Кетала рассказывала следующему солдату историю о том, как они нашли свою пленницу в доме удовольствия, Беккер и Джонни тихо подбирались к часовому сзади. Когда Ример завел ее в купол, где теснились линьяри, она услышала еще один глухой удар и тихий стон охранника. Акорна осмотрела изможденные лица сородичей. Сначала она подумала, что все они носили колпачки, которые приглушали мысли, но затем заметила, в каком плохом состоянии были их рога. Многие женщины и мужчины выглядели настолько истощенными, что под их перепачканной кожей проступали кости, а головы клонились на грудь от усталости. Она начала поднимать более сильных и поочередно прикасаться к ним рогом.

(Мы прилетели, чтобы отвезти вас домой, ) телепатировала Акорна. (Пожалуйста, соберитесь с силами и приготовьтесь к погрузке на корабли. При ваше помощи и небольшой удаче, мы улетим отсюда целыми и невредимыми.)

(Кхорнья? )

Нева произнесла ее имя так, словно увидела привидение. Акорна протиснулась через толпу сородичей и прошла в смежный купол, где четыре линьяри возлагали рога на Вири, Неву и женщину, которая смутно напоминала наемницу из Красных браслетов. Да, точно! Это была Надари Кандо, возглавлявшая некогда службу безопасности Дельзаки Ли.

(Нева! )

(Ах, Кхорнья, мы сделали все, что смогли, ) сообщила ей Кхари. (Но с ними очень плохо обращались.)

(Мелиренья, Кхари, я рада, что нашла вас. Отойдите в сторону… Хотя нет, подождите.)

Она прикоснулась рогом к каждой из них, и через несколько мгновений, несмотря на изможденный вид и худобу, состояние обеих женщин улучшилось.

(О, Кхорнья! Видишь, до чего нас довели! Хорошо, что твой рог еще свежий. Ты не могла бы помочь Надари? Икваскван почти убил ее своими злыми наркотиками. Он заставлял ее делать ужасные вещи.)

Надари лихорадило. Ее глаза остекленели. Вены на шее, груди и руках выпирали из-под кожи, словно хотели покинуть отравленное тело. Мышцы спазматически подергивались. Акорна приложила к ней рог, и Кандо расслабилась. В дверном проеме появился Беккер.

– Кетала, Ример, Маркель и люди Хафиза позаботились об охранниках. У вас хватит пилотов для всех кораблей?

– Да. Но они очень ослаблены.

– Ничего. Им не придется далеко лететь. Я проверил все ваши корабли на наличие «жучков». Урок Кислы пошел мне на пользу. Давайте выбираться отсюда.


* * *


– Как хорошо, что эта часть моего корабля не иллюзорная, – сказал Хафиз, наблюдая вместе с Акорной и Ари за линьяри, которые, как стая саранчи, объедали его гидропонные сады.

Сады на их кораблях были намеренно уничтожены наемниками Иквасквана или доведены до последней стадии увядания.

– Дядя, ваша помощь неоценима, – согласилась Акорна. – Мои сородичи выглядят гораздо лучше. Но нам нужно доставить их домой, где они смогут отдохнуть и излечить душевные раны.

– Надеюсь, что сородичи не будут бояться их, как нас., – мрачно добавил Ари.

Акорна приложила рог к его плечу.

– Твоя семья не боится тебя. Вспомни, как огорчилась Мати, когда мы не взяли ее с собой.

Странники, обосновавшиеся в кают-компании и в столовой, подвергали проверке гастрономические меню, предлагаемые репликаторами «Шахразады». В то же время Карина и ее служанка готовили детям сладости, которых должно было хватить на весь путь до Маганоса.

Беккер просунул голову луковичной портал двери и, кивнув Акорне и Ари, сказал:

– По коням, ребята. Небо зовет!

Оставив Хафиза и Странников присматривать за бывшими пленниками, человек и два линьяри поднялись на борт «Кондора» и ввели в компьютер те координаты, которые голограммная визар сообщила вместо настоящего местоположения нархи-Вилиньяра. Акорна была немного удивлена, увидев на корабле большую группу гостей – Надари Кандо, Неву и Вири, Зиану и Пала.

– Странно, что здесь нет Джонни Грина, – сказала она.

– Он остался на «Шахразаде», – ответил Беккер. – Они с Хафизом транслируют прежнее сообщение с координатами и, чтобы подогреть интерес Гануша и Иквасквана, посылают им новые голограммные виды. Я полагаю, бандитская армада летит уже двое суток. Однако, используя мои особые навигационные методы, мы перегоним их и окажемся на месте через несколько часов.

Акорне пришлось признать, что он не ошибся. «Кондор» прибыл на сторожевую заставу Федерации на сутки раньше, чем флот наемников. Когда командир заставы услышал истории линьярского посла, легендарной Надари Кандо и юных Странников, он предложил им обратиться в Галактический совет по правам разумных существ или в какую-нибудь другую организацию. Тогда в разговор вмешалась Акорна.

– Я хотела бы передать вам слова моего дяди, которого линьяри считают своим почетным родственником. Он просил сказать, что все мои сородичи находятся под его защитой, пока они путешествуют на территории, контролируемой силами Федерации.

– Все ясно, мадам, – ответил командир заставы. – А можно поинтересоваться, как зовут вашего дядю?

– Хафиз Харакамян, – сообщила Акорна. – Наверное, вы слышали о нем. Он бывший глава «Дома Харакамянов». А нынешний глава, Рафик Надежда, тоже приходится мне дядей, и он, естественно, разделяет озабоченность дядюшки Хафиза. Кстати, мистер Кендоро и мисс Кандо очень близкие друзья дяди Рафика.

Поведение командира изменилось.

– Так вы леди Акорна Харакамян-Ли?! По просьбе мистера Рафика Надежды вооруженные силы Федерации расследуют ужасные преступления против рас, входящих и не входящих в наш космический союз.

Акорна кивнула.

– Ваши остальные дяди… э-э… я имею в виду двух… Похоже, ваши родители, имели много родственников, мадам…

Акорна снова кивнула.

– Так вот эти дяди настояли на том, чтобы в наш район был послан флот Федерации. Он уже в пути. Ваши родственники очень тревожились и тоже хотели прилететь сюда. Но нам пришлось отказать в их просьбе. Никаких гражданских лиц на боевых судах, мадам. Я думаю, вы меня поймете.

– Если вы известите их, что виделись и беседовали со мной…

Она начала говорить тоненьким голосом, но тут же поправилась:

– …а также, что мне и мистеру Харакамяну не грозит опасность, то в последствии ваша помощь будет щедро оценена.

– Я обязательно выполню вашу просьбу, мадам.

Через несколько часов на заставу прибыл настоящий флот Федерации, собранный со всех ближайших секторов и приграничных районов галактики. Для кораблей Иквасквана готовился впечатляющий прием. Когда флотилия генерала, ощетинившись оружием, подлетела к планете, которую бандиты наивно считали миром линьяри, их окружили корабли вооруженных сил. Каждое судно Иквасквана было сковано особыми лучами и сопровождено на заставу. Возникшая перестрелка, быстро закончившаяся победой федералов, предоставила Беккеру тонны утиля, которые он подцепил буксировочным лучом «Кондора».

– А теперь, Ари, я открою тебе правило, которому научил меня мой папочка. Если ты тянешь на буксире груз утиля, то его следует вести в тридцати градусах от направления твоего полета. Знаешь, зачем это нужно делать?

– Чтобы он не ударил по кораблю, если тебе придется резко затормозить или изменить курс на сто восемьдесят градусов, – ответил Ари. – Верно?

Акорна заметила, что Беккер разочарованно поморщился. Ему нравилось читать лекции.

– Верно. Угадал. Но это еще не все. Можешь, назвать другую причину?

– Нет, Йо, – признался Ари. – Даже не знаю, что сказать.

– Двигатель корабля оставляет в нашем кильватере мощный поток ионов. Эти частицы обесцвечивают металлы, делают пористыми многие сплавы и могут напрочь испортить хороший груз, превратив его в дешевый мусор. Если же ты будешь буксировать утиль под углом, то сохранишь его в целости и сохранности и при этом не отобьешь себе задницу. К сожалению, мы не можем провести его через червоточины и складки пространства. В связи с этим наш полет будет долгим и неторопливым.

– Йо, сканер! – предупредил его Ари.

Многоканальный сканер засек корабль, скрывавшийся за маскирующими полями. Судно, поджидавшее их впереди, начинало проводить боевой разворот. Экран не светлел. Никто не выходил на связь.

– Это флагманский корабль Икки, – осипшим голосом сказала Надари.

Она несколько часов давала показания офицеру военной прокуратуры. После такой беседы охрип бы даже прирожденный болтун. Беккер взглянул на нее и оскалился в усмешке, которая стала эталоном для Ари.

– Между прочим, Надари, я слышал, как ваш бывший ухажер обошелся с вами. Не хотите послать ему маленькое любовное письмо?

Надари ответила ему такой же усмешкой – первой, которую Акорна увидела на ее лице с тех пор, как они покинули станцию.

– Йонас, сладенький, неужели мы можем это сделать?

– Для вас я готов на любые жертвы, – ответил Беккер. – Это хорошее место для смерти… Я имею в виду их преждевременную гибель. Сейчас мы войдем в «черную воду»! Всем пристегнуться!

Акорна потянулась к коту, чтобы взять его на руки, но РК улегся в ту же упряжь, которая защищала ослабевшую и исхудавшую Надари Кандо.

– Надари! – мечтательно прошептал Беккер. – Красивое имя. Наверное, макахомианское?

Кандо кивнула. В то же мгновение к ним навстречу метнулась молния света.

– Начинаем! – крикнул Беккер. – Три, два, один! Реверсные сопла!

Акорна не поняла, что произошло. В какой-то момент огромное судно закрыло почти весь обзорный экран, и ей показалось, что «Кондор» остановился. Она закрыла глаза, а когда открыла их, все изменилось. На лице Надари сияла улыбка. Ее спутники расстегивали ремни безопасности. Ари больше не тыкал пальцем в экран. Перед тем как войти в подпространство, капитан отключил буксировочный луч, и несколько тонн обломков по правому борту остались позади корабля.

Через несколько секунд «Кондор» замедлил скорость. Беккер вновь выполнил реверс и вывел судно из «черной воды». Они успели увидеть блекнущий красный шар от взрыва флагманского судна Иквасквана. Его осколки сделали это место опасным для передвижения.

Надари засмеялась. Беккер подмигнул ей и сказал:

– Сначала наш груз отразил их выстрел, а затем врезался в корабль.

Он с сожалением покачал головой.

– Жаль, что этот мерзавец разлетелся на столько частей. Теперь их бессмысленно собирать. Они ничего не стоят.

– Я ценю вашу жертву, Йонас, – сказала Надари.

– Значит, дело того стоило, – с мрачным удовлетворением ответил Беккер.


* * *


Карине пришла в голову гениальная идея. Взяв каждую из трав, полюбившихся линьяри, она внесла их в память репликаторов. Беккер и Ари запоздало вспомнили о мешках семян, которые загораживали им проход к жилым каютам. КЕН перенес их туда, когда они расчищали трюм для костей. С такими пищевыми ресурсами истощенные сородичи Акорны начали быстро восстанавливать здоровье.

Карина снова предложила «племяннице» свои услуги духовной наставницы. Нева, случайно подслушавшая их разговор, обратилась к Акорне:

(Кхорнья, спроси, как ей удается так хорошо защищать свои мысли. Когда мы впервые встретились с ней и почти вошли в телепатический контакт, ее ум стал внезапно совершенно пустым.)

– Карина, вы первая создали контакт с моими сородичами, когда они прилетели забрать меня с собой, – сказала Акорна. – Вы научились телепатии раньше, чем я.

– Да, это верно, – согласилась Карина. – Благодаря моему просветленному сознанию я мгновенно освоила телепатическое общение.

– А вы не нашли это трудным? Мне, например, было нелегко… У меня возникало множество проблем с сортировкой мыслей, приходивших от каждого из моих сородичей. И еще я долго училась тому, чтобы не транслировать мысли при каждом своем незначительном замечании.

– Честно говоря, у меня возникла противоположная проблема, – доверительно сообщила Карина. – Когда я начала принимать их сообщения и поняла, что они пытаются обучать меня телепатии, мне захотелось помочь им в этом. Естественно, я сделала ум абсолютно пустым и открытым, чтобы принять их мысли… и вообще ничего не услышала.

– Хм! – сказала Акорна. – Я должна опробовать этот метод.

– Какой?

– По «раскрытию» ума. Когда ожидаешь нечто противоположное тому, что происходит на самом деле.

Пока линьяри восстанавливали силы, необходимые для перелета на нархи-Вилиньяр, Акорна и Нева обсудили ситуацию. К своему удивлению, девушка обнаружила, что из всех событий, случившихся с ней, она больше всего хотела поговорить об Ари и о том, что с ним сделали кхлеви. После испытаний, выпавших на долю тети, она начинала понимать, какие страдания вытерпел Ари.

– Надеюсь, вы поможете ему ужиться с нашими сородичами, – сказала Акорна.

– Ты думаешь, это так необходимо? – спросила Нева. – Мне кажется, он прекрасно справляется и без нашей помощи.

И действительно. Ари пасся вместе с другими линьяри, слушал их рассказы, кивал и изредка добавлял что-то от себя.

– Сейчас с ним все нормально, но когда мы вернемся домой, и ситуация с торговыми миссиями нормализуется, наши сородичи снова начнут испытывать «негативные эмоции» при виде его и меня. Мы будем напоминать им о пережитых испытаниях. Что если они не захотят терпеть его рядом с собой?

– Кхорнья, мы не все подходим под твое описание. Ты должна понять, что этот кризис повлиял на тебя и наш народ – как в космосе, так и на планете. Мы, рожденные на кораблях и выбравшие жизнь в космическом пространстве, близки тебе по духу. К сожалению, из-за сложившихся обстоятельств никто из нас не был на планете, пока ты находилась там. Тебе пришлось общаться с консервативными представителями нашего общества. Очень плохо, что они черпают силу и власть из прошлого. Еще хуже, что они с отвращением относятся к любым переменам. Им не нравятся те, кто хоть немного отличается от них. Пойми меня правильно. Гармония заключается в том, чтобы наряду с традиционной и аграрной частью культуры существовала технологическая и научная часть. Поклонники традиций дают нам стабильность и чувство расы, а мы… Мы можем дать им импульс для развития нашей цивилизации. Я думаю, они и словом не обмолвились о том, что нархи-Вилиньяр необходимо обустроить и сделать планету удобной для нашего народа.

– Да, они не говорили об этом, – ответила Акорна.

– Вот видишь! Скажи спасибо Предкам, что тебе помогала грандама.

– И Мати.

– И Мати, – согласилась Нева. – Лично я считаю, что ты одна из нас. И Ари – наш сородич. Ничто не может изменить этого: ни расстояние, ни время, ни то, что случилось с ним или с нами. Какими бы мы ни были, и где бы мы ни были, ты всегда будешь одной из линьяри. Потому что мы твой народ.


* * *


Второе возвращение домой на «Кондоре» почти во всем отличалось от первого. На этот раз яркие и красочные корабли, похожие на яйца Фаберже, летели навстречу нархи-Вилиньяру, и только один корабль, с клановыми знаками прославленных предков Акорны – тот, который она видела в поселении технодизайнеров – поднимался с поверхности планеты. На экране видеофона появилось лицо Таринье. Глядя на них, он сиял улыбкой до тех пор, пока Беккер не отключил его.

– Не нравится мне этот парень, – проворчал капитан.

Взглянув в иллюминатор, Акорна снова увидела оркестр. Но на этот раз он встречал не только ее. Грандама и Мати отделились от толпы и побежали через поле к «Кондору». Акорна и Ари спустились в роболифте и радостно присоединились к ним. Визар лично прислала Беккеру приглашение на праздник, однако это никак не повлияло на его отношение к ней.

– Бюрократы, – сказал он. – Как же они все похожи!

Мати быстро прикоснулась к Акорне рогом, а затем сжала запястье брата обеими руками. Он нежно обнял сестру и прижался щекой к ее гриве. Акорна и грандама склонили головы и скрестили рога.

– Давай, оставим их наедине, – сказала пожилая женщина. – Пусть догоняют нас.

Они медленно направились к толпе. Вернувшимся героям дарили гирлянды цветов. Было много слез и еще больше смеха. Нева пыталась объяснить Лирили, что без «варваров, симпатизирующих линьяри», их раса никогда не отделается от атак врагов, похожих на кхлеви.

– Отныне наш народ имеет родственника среди варваров, – громко сказала она, привлекая внимание окружающих сородичей. – Дядя Кхорньи, кормивший нас и помогавший нам восстанавливать здоровье после страшного плена, сказал, что все линьяри могут считать себя членами его клана. Он очень богатый человек и находится на верхней ступени в иерархии торговцев.

– Хм, – сказала Лирили. – Очень мудро держать в активе такого родственника. Я предлагаю послать к дяде нашего народа опытного посла, который мог бы обсудить с ним торговые соглашения.

– Я думаю, этот дружественный жест понравится ему, – сказала Нева. – Однако многим из нас требуется отдых для восстановления сил. Наши сородичи долго жили в чужих мирах, обучаясь и обеспечивая нас технологиями и предметами торговли. Кстати, Хафиз Харакамян является гением в создании голограмм. Возможно, нам удастся уговорить его сделать несколько голограммных обучающих программ для различных гильдий.

Лирили подарила Акорне виноватую, но по-прежнему холодную улыбку.

– Может быть, Кхорнья переговорит с ним от нашего имени? Теперь, когда она пожила среди нас, ей вполне можно доверить должность визедханьи .

– Я думаю, она справится, – сказала Нева.

– Девочке тоже не мешало бы отдохнуть какое-то время, – добавила грандама.

Взглянув на поле, где стоял «Кондор», и увидев Мати, которая одиноко направлялась к ним, Акорна сняла с пояса миниатюрный видеофон и вызвала капитана Беккера.

– А-а, это вы, милая леди. Если вам не хочется толкаться в толпе, которая собралась у космопорта, то можете присоединиться к нам. Я имею в виду себя, кота и Ари. На борту такая пустота, хоть шаром покати. У нас появилась возможность разжиться трофеями, и этот шанс не будут ждать вечно. Так что выбирайте – тоска на планете или веселые приключения в нашей компании.

Акорна, грандама и Нева обменялись взглядами и мыслями. Линьяри были ее народом, это верно, но такими же сородичами являлись Хафиз, Гилл, Рафик, Калум, Кендоро и многие другие люди. На экране за плечом Беккера она увидела лицо Ари. Он не хотел быть парией. Печаль и сожаление в его глазах смешались с ожиданием ее ответа и… небольшой надеждой. Грандама подмигнула ей. Акорна еще раз взглянула на «Кондор» и повернулась к Лирили.

– Я принимаю ваше предложение и обещаю с честью выполнять обязанности посла. Но сейчас…

Посмотрев на экран – на нетерпеливые взмахи кошачьего хвоста, на добродушную усмешку капитана и, более всего, на симпатичное лицо Ари – она сделала выбор, о котором говорил ей Беккер.

– Сейчас мне хотелось бы собрать трофеи!


КОНЕЦ

Загрузка...