Глава 13

Фарис ехал по фешенебельному району Хайленд-Парка. Марк дал ему адрес доктора Носоми Такеда, сорокашестилетней японки американского происхождения, которая занималась молекулярной биологией, преподавала в Вашингтонском университете и там же вела исследования.

Он радовался, что у него наконец есть работа. Недовольство Марка повергло его в состояние, при котором он с трудом мог контролировать себя. Он потерял Марго. Опять. Спутниковый навигатор, который он поставил в ее машину, показывал, что она приехала домой, но ее жалкое жилище пустовало. Он бродил из комнаты в комнату и едва не насквозь пробивал кулаком тонкие стены. Впрочем, он быстро образумился, ведь вскоре кулаки ему понадобятся, а следовательно, не стоит набивать синяки впустую.

Его рыжеволосый ангел попался в ловушку Маклауда. Она слабее, чем он думал. Он был разочарован. Она больше не была чиста для него. Их любовь была запятнана. Сияющее совершенство, трансформировавшее его, больше никогда не снизойдет на него. А та пустота, которую заполняла любовь к ней, снова стонала и жаждала отмщения.

Был лишь один путь все уладить.

Фарис остановил машину в нескольких кварталах от дома Такеда и остаток пути бесшумно прошел пешком. Дом стоял в отдалении, окруженный деревьями, отбрасывающими густую тень. Он подходил медленно, боясь спугнуть собак. Но собак не оказалось. Глупцы! Они заслуживают того, что их ждет.

Он выставил инфракрасную камеру между ветками сосны и настроил на второй этаж. Спальню хозяйки он нашел сразу. У кровати горели две лампы. Отлично.

Дверь черного хода защищал надежный замок, а также засов и цепочка, однако ему понадобилось лишь несколько секунд, чтобы оказаться внутри.

Фарис остановился на несколько мгновений, привыкая к темноте. На столе стояли огарки свечей и остатки праздничного ужина. От кухни к лестнице по полу была разбросана одежда. На ступенях лежали уже детали нижнего белья. На ручке приоткрытой двери спальни висели женские трусики. Он тенью осмотрел ближайшие комнаты и выяснил, что Такеда в разводе, детей не имеет, от бывшего мужа ей достался дом.

Он вспомнил, как Марк учил его запоминать отрывки из Библии, когда он был ребенком и посещал воскресную школу. Фарис помнил эти отрывки до сих пор. Они переплелись с его снами. Они прошли долиной смертной тени. И жили внутри его.

Он и сам был тенью смерти. Безмолвной и незримой.

Любовники – доктор Хайт и доктор Такеда – лежали на постели обнаженные. Доктор Такеда была ближе к нему. Фарис смотрел на ее нагое тело. Она была в хорошей форме для своих лет, правда, слишком худа и узкобедра на вкус Фариса. Что уж там, все женщины меркли рядом с его рыжеволосым ангелом! Ее волосы разметались по подушке, и она хмурилась во сне, словно пыталась разгадать все тайны молекулярной биологии. Фарис открыл пузырек и поднес к ее носу на несколько секунд.

Он обогнул кровать и посмотрел на нового директора исследовательских лабораторий «Кэликс», доктора Сеймура Хайта. Он крепко спал, приоткрыв рот. Ему было за пятьдесят.

Он походил на Титуса, отца Фариса. Это вызвало у Фариса приступ ностальгии. Он плакал, когда отца хватил удар. Никто не догадался, что причиной тому – иглы Фариса.

Фарис открыл другой пузырек и поднес к носу доктора Хайта. Необходимость в скрытности и тишине отпала. Он мог поставить громкую музыку, если бы захотел. Сейчас любой идиот мог справиться с заданием, даже Лерой или Карел.

Стоило подумать о них, и гнев снова закипел в нем. Как мог Марк так поступить с ним – ведь он верой и правдой служил ему все эти годы. Как мог он променять его на этих свиней? Хотелось убить кого-нибудь, хотелось пустить кровь.

Фарис с трудом подавил в себе агрессию. Марк никогда не простит ему, если он загубит его безупречный план. Что бы ни случилось, виноват всегда оказывался Фарис.

Он включил свет и достал из сумки три металлических кейса с быстротвердеющим формовочным пластиком. Он взял безвольную руку Хайта, сорвал пленку с пластика и вжал в него ладонь.

Слепок получился четким. Он вытер руку доктора салфеткой, пропитанной очищающим раствором, подождал, пока она высохнет, и дважды повторил процедуру.

Фарис сложил обратно оборудование и проверил, не забыл ли чего. Он закончил, но все стоял и смотрел на мужчину и женщину в постели. Душа его требовала заполнить кричащую пустоту внутри. Хотелось плотской услады, но тщедушная и бесчувственная Такеда не прельщала его. Вот Карел был сексуально всеяден. Если бы это дело поручили ему, то он непременно воспользовался бы ситуацией.

Фарис не такой. Животный секс не прельщал его. Ему нужны были тонкие материи. Он не мог убить Хайта, потому что это противоречило плану Марка, но Марк ничего не сказал о его любовнице. Если делать все аккуратно, то можно позволить себе маленькую слабость. Никто ведь не узнает, даже сама Такеда.

Он сел рядом с ней и коснулся ее белой кожи. Она лежала на боку, маленькая грудь едва выделялась. Она была такой худой, что он мог пересчитать все ребра.

На него снизошло вдохновение. Он достал иглы из футляра на ремне. По одной с каждой стороны шеи. В одном направлении энергия ци будет блокирована, в другом пойдет с избытком. Затем резкий короткий удар одним пальцем аккурат между восьмым и девятым ребрами. Такеда дернулась, всхлипнула, но не проснулась.

Он почти не коснулся кожи при ударе, и синяка быть не должно. Но разрушительной энергии, которую он послал в ее тело, с лихвой хватит, чтобы разрушить селезенку.

Пройдет не меньше трех дней, прежде чем мембрана этого органа наполнится кровью. Затем внутреннее кровоизлияние, резкий скачок давления, и прощайте, доктор Такеда. Она была так молода, но умерла при странных обстоятельствах. Как печально!

Так-то лучше. Теперь он мог расслабиться, рассуждать здраво. Фарис убрал иглы, погасил свет и ушел, не забыв тщательно закрыть за собой двери.

Пора вернуться к Марго. Он был необычайно зол на нее за то, что она сошла с намеченного им пути. Даже мысль о том, что Марк снова будет ругаться из-за неё, не так давила. Она заслужила наказания.

Он учинит ей допрос с иглами. Она узнает, каково это – предавать его. Он старался быть с ней нежным, и сам пострадал. Не его вина, что она все испортила.

Глупая шлюшка! Ей некого будет винить, кроме себя.

Марго проснулась и долго не могла понять, где находится. Да что там, она долго не могла вспомнить свое имя. Ей было непривычно удобно. Она лежала на мягкой… постели. На настоящей постели. На очень комфортной постели.

Она перевернулась на спину и осмотрелась по сторонам. Постель была огромная. Она в ней утонула. Лунный свет проникал в комнату через огромное окно и освещал нехитрый интерьер довольно большой комнаты. За окном виднелась посеребренная луной гладь озера. Затем она увидела Дейва – он сидел на простом стуле с прямой спинкой и не спал, охраняя ее сон.

На нее накатила холодная волна воспоминаний. Кулон. Тело Барта Уилкса. И страх.

– Спи, – сказал Дейв. – Все в порядке. Я присмотрю за тобой. Отдыхай.

Ну да! Она не следовала приказам из принципа. Но, похоже, Дейв еще не понял этого. Она села, пытаясь определить выражение его лица. Марго думала, что бы сказать, но хаос чувств, бушевавших внутри, невозможно было описать словами.

– Мне от тебя ничего не надо, – сказал он. – Ровным счетом ничего. Так что спи дальше и не беспокойся ни о чем.

От его слов у Марго отлегло от сердца. Она скинула одеяло и выбралась из постели.

– Знаешь что, Дейв? Это самые приятные и возбуждающие слова, которые я слышала от парня за всю свою жизнь.

Она заметила, как дрогнули его губы. – Да?

– Да, обольстительно и галантно. Так и хочется тебя съесть. – Она стянула топик через голову. – Это всегда производит такое впечатление на женщин и заставляет их раздеваться?

– Нет, пока что подействовало только на тебя.

– Мило, – кивнула она и расстегнула верхнюю пуговицу на джинсах. – Очень мило. Ты заставляешь меня по-особенному чувствовать себя. Женщинам это нравится.

– Я не собираюсь тебя дурить. Не сегодня уж точно, – сказал он довольно грубо.

Ее рука замерла на второй пуговице.

– Я просто шутила, – сказала она. – Ты что, шуток не понимаешь.

– У меня с чувством юмора в принципе туго, а уж сегодня и подавно. Я живу в другом измерении, слишком много адреналина в крови. Может, лучше тебе снова залезть под одеяло и поспать? Закрыть глаза, а заодно и рот.

Его отповедь остудила ее пыл. Она скрестила руки на груди, прикрывая наготу.

– Прости, – сказала Марго. – Я не хотела навязываться, если ты не хочешь.

– Черта лысого я не хочу, – рявкнул Дейв. – Я хочу тебя так сильно, что руки трясутся. Но я на взводе. Я не смогу быть нежным, поняла? Я не хочу напугать тебя или сделать больно. Так что не толкай меня на это, пожалуйста.

Ах как это было мило! Он пытался защитить ее от собственной похоти. Как это мило и глупо одновременно. Только представьте себе, такой мужчина обнимает вас страстно… ам. От этого ей лишь сильнее захотелось добиться своего. Животная страсть проснулась в ней. Она стала женщиной-пантерой.

Марго не смогла сдержать улыбку, стягивая джинсы.

– Я раскрою тебе один секрет. – Она старалась говорить легким тоном, дразня его, но возбуждение в голосе выдало ее. – Обычно я ношу простое хлопчатобумажное белье, но с тех пор, как ты показался на горизонте, я стала надевать кружевные трусики.

– Да что ты говоришь?

– Так и есть, – подтвердила она с издевкой. – Ты представить себе не можешь, какие они неудобные. Это изобретение дьявола. Это да еще высокие каблуки.

– Так сними их, – сказал Дейв. Она вытянула вперед ноги и не спеша стянула трусики.

Раньше она ни разу не делала для парня стриптиз. Марго слишком формально относилась к сексу, чтобы играть в глупые игры. Но теперь отношение ее к этому изменилось.

Она распустила волосы и выгнула спину, чтобы подчеркнуть все свои прелести.

– Мне тоже, знаешь ли, надо сбросить избыток адреналина. – Она села к нему на колени и заглянула в глаза. – Но я тоже не хочу пугать тебя и причинять боль.

Дейв хмыкнул и положил ладонь на ее талию. Она изогнулась и прильнула к нему, подчиняясь грубой мужской силе.

– Я предупреждал, – сказал он. – Деликатности не жди.

– Я поняла, и мне это нравится. Иногда я отпугиваю парней своим большим ртом. Ты ведь понимаешь, о чем я.

– Начинаю догадываться…

Она погладила его напрягшегося малыша через джинсы.

– Что это тут у нас? Похоже, он вовсе не напуган. – Марго принялась покрывать поцелуями лицо Дейва. – Это один из твоих плюсов. Тебя сложно напугать.

Он увернулся от ее поцелуев.

– А какие еще плюсы ты во мне видишь?

Она растерялась.

– То есть?

– Ты сказала, что это один из моих плюсов. Значит, есть и другие. Так какие же?

Марго молчала с минуту, затем рассмеялась.

– Да что такого смешного?

Она стала расстегивать его рубашку.

– Хорошо, что спросил, – сказала она. – Некоторые из них я тебе сейчас покажу.

– А ты уверена?

Она стянула с него рубашку через голову и долго возилась с манжетами.

Невербального общения ты вообще не признаешь? Ну что мне нужно сделать, чтобы убедить тебя? Связать? Взять силой? Ты только скажи. У меня дикое настроение, я готова пошалить.

– Просто ответь прямо на мой вопрос. – Дейв сам расстегнул пуговицы на манжетах и бросил рубашку на пол. – Больше мне ничего не нужно.

Марго колебалась.

– Я хочу, чтобы ты не был таким мрачным. Моя жизнь и так чернее тучи в последнее время.

– Забудь. Если тебе нужен весельчак, то я тебе точно не подхожу. Просто ответь прямо – ты хочешь заняться сейчас сексом или нет?

– У тебя есть презервативы?

– Тумбочка у кровати рядом с тобой.

– Тогда хочу, – сказала она. – Сделай так, чтобы мне стало хорошо.

И он сделал, как она просила.

Прошло, должно быть, много часов, а он все не мог остановиться. Она таяла под ним, точно лед. Когда Марго в очередной раз испытала оргазм, Дейв остановился на секунду. Она посмотрела на него и увидела в его глазах странное выражение.

– Эй? Что с тобой? – Он молчал. – Ты что, вообще никогда не кончаешь?

– Почему, кончаю. – Дейв нежно поцеловал ее в губы.

– Когда? – требовательно спросила она.

– Когда ты скажешь «довольно».

– О, довольно! Ты доказал, что ты настоящий супермен. Я под впечатлением, так что можешь кончать.

Он кивнул и освободился от ее объятий, сев на колени.

– Дейв? – Она протянула к нему руки. – Вернись…

– Нет, – резко сказал он.

Он сидел молча, закрыв глаза. Похоже, она потеряла его.

Марго оттолкнулась от кровати, вцепившись в его запястья, подтянулась и прижалась к нему. Его тело было напряжено до предела, мышцы вздулись буграми. Наконец он застонал, и она почувствовала, что он кончает.

Она сидела у него на коленях, обняв за плечи. Он был так близко, но оставался недосягаем.

Загрузка...