Кэрол Мортимер Невеста на Рождество

ГЛАВА ПЕРВАЯ

– Понимаю, конечно, что это крестины, однако не рановато ли отмечать еще не состоявшееся событие, даже если вы и крестная?

Молли так и замерла с бокалом шампанского в руке. К сожалению, игристое вино в бокале не застыло так же, как она, а с плеском пролилось аккурат на ее руку, потекло вниз по запястью, тут же впитавшись в рукав пиджака.

– Думаю, все же рано, – решительно добавил тот же грубоватый голос.

Молли негодующе взглянула в сторону говорившего мужчины, который стоял в дверях и смотрел на нее игривым взглядом, – какими же синими, цвета ириса были его глаза!

Гидеон Вебер!

Она на мгновение зажмурилась. Так, значит, это он сглазил ее бокал с шампанским.

А ведь именно из-за него она спряталась сюда, чтобы выпить шампанского. Ей нужно было набраться смелости, чтобы этим утром не спасовать перед ним, лицезрея его во всей красе. Но теперь уже поздно. Придется как-то общаться с этим типом, выдерживая его натиск.

Снова взглянув на Гидеона Вебера, Молли различила выражение удовлетворения на его самодовольном лице. Ну точь-в-точь как в прошлый раз. Этого человека не меняет даже время. Он не стал менее привлекательным за те три года, пока они не виделись. Волосы были все того же золотистого оттенка, глаза все так же блестели ярко-синим цветом, крупный нос – пожалуй, он и придавал лицу самодовольное выражение, губы четко очерчены, твердый и решительный подбородок гармонично завершал образ. В последний раз, когда Молли видела его, на нем были простые джинсы и футболка, но сегодня он выглядел гораздо привлекательнее в официальном темном костюме и белоснежной рубашке, ярко оттенявшей золотистый загар.

Наверняка он получил его недавно на какой-нибудь дорогущей лыжной базе, подумала Молли не без раздражения.

– И что бы это такое значило? – хмыкнула она, ставя бокал на столик. Потянувшись, она взяла свою сумочку, чтобы найти платочек, припрятанный на всякий случай. Меньше всего ей хотелось бы расчихаться посередине церемонии крещения ее племянника.

Гидеон Вебер пожал широкими плечами, обворожительно улыбнулся, изогнув чувственные губы.

– Кажется, вы неравнодушны к спиртному, а? – И он насмешливо выгнул бровь.

– А вам, кажется нравится делать преждевременные выводы, мистер! – не осталась в долгу Молли. Она убрала послуживший вовремя платочек в сумку, однако рукав пиджака все равно был мокрым. Оставалось только надеяться, что пятна на нем не будет видно, когда все подсохнет. Она заплатила слишком много денег за этот новый костюм, который был куплен специально для торжественного дня. Гидеон сощурился.

– Мы с вами встречались дважды, и оба раза вы держали бокал в руке – ну что мне еще о вас думать?

– В прошлый раз это был алказельцер, – сверкнула она гневным взглядом.

– Ну так был же! – признал он с иронией. – Я прекрасно помню, что в прошлый раз вы пили это лекарство, чтобы избавиться от головной боли, которую заработали чем-то посильнее, чем алказельцер.

Молли едва ли не задохнулась от такой наглости: он даже не пытался скрыть свой намеренно оскорбительный тон.

С самого утра она находилась в состоянии беспокойства. И все из-за того, что Кристал сказала ей, кто будет крестным отцом Питера. Оставалось надеяться, что Гидеон Вебер все же окажется благородным человеком и не станет упоминать при ее родственниках об их предыдущей встрече. Очевидно, в свете настоящего разговора было совершенно глупо с ее стороны думать об этом мужчине как о… как о…

О ком? – спросила она себя гневно.

В другой ситуации она несомненно нашла бы этого мужчину довольно привлекательным, даже неотразимым, тут и сомневаться нечего – целых шесть футов смертельного обаяния. Ну почему ей так не везет, почему он всякий раз застает ее с бокалом в руке!

Так, кажется, пришло время брать разговор в свои руки, твердо решила Молли.

– То были исключительные обстоятельства, – сухо проговорила она.

Светлые брови взлетели вверх над бездонными синими глазами.

– А сегодня? Тоже?

– О, ради всего святого!!! – нетерпеливо выкрикнула Молли. – Все, что я выпила, это два глотка шампанского. – Она снова взяла бокал со стола, чтобы пригубить оставшийся напиток. – Вот, это третий глоток, – и она с вызовом посмотрела на мужчину.

Гидеон понимающе кивнул.

– Ну, если вы так говорите… – протянул он.

Кажется, ее щеки покрыла предательская краска. С чего бы это? Ведь она ни в чем не виновата. Наверное, это действие шампанского. Какая досада: красный цвет лица совершенно не идет к ее волосам. Но, черт, этот мужчина словно бы обвинял ее в том, что она алкоголик! Впрочем, это недалеко от истины. Ведь она пыталась сбежать от реальности…

Молли раздраженно вздохнула.

– Разве мы не должны уже быть в церкви? – вдруг спохватилась она.

– А Крис меня как раз и послала, чтобы я нашел вас, – лукаво улыбнулся Гидеон Вебер.

Крис послала этого человека, чтобы он привел ее? А почему бы и нет? Крис, как и все остальные, знать не знала, как сильно Молли боялась опять увидеть этого мужчину.

Пришлось поставить бокал с шампанским на столик – медленно, с невозмутимым видом.

– Я готова.

Он галантно поклонился и открыл ее дверь.

– Только после вас.

Молли выпрямилась, невольно представив себе, кого он сейчас видит перед собой: невысокую рыжеволосую женщину с карими глазами, обычно смешливыми, в официальном костюме – платье и жакет в тон, стройные ноги в туфельках на высоких каблуках, тоже под цвет костюма.

– Да, кое-что еще хотел сказать, – прошептал Гидеон Вебер, когда она подошла к нему.

Молли настороженно посмотрела на него.

– Да? – тихо произнесла она. От этого человека можно было ожидать чего угодно, но уж точно не комплимента. По прошлой незабываемой встрече она уже поняла это!

Он иронично улыбнулся, сверкнули белоснежно-белые зубы. Как в рекламе жевательной резинки «Орбит».

– Говорил ли вам кто-нибудь, что женщины с рыжими волосами не должны носить одежду розовых тонов? Это вульгарное сочетание.

Его замечание было настолько неожиданным, настолько обидным! Так у нее волосы, значит, рыжие? Хм, а она-то гордилась их медно-золотистым оттенком. Что же касается розового костюма, который ей дорого обошелся, то Молли всего несколько минут назад тоже им гордилась. Онемев от возмущения, она открывала и закрывала рот, как золотая рыбка, пойманная в сеть.

Наконец, окинув Гидеона Вебера испепеляющим взглядом, она сказала:

– Большинство мужчин на вашем месте вежливо бы промолчали.

В его глазах сверкали лукавые огоньки.

– Большинство мужчин не смогут вам даже сказать, во что была одета вчера его спутница, не то что отметить сочетаемость цветов!

А он прав, вынуждена была признать Молли. Вспомнить хотя бы ее отчима. Ее мать всегда одевалась со вкусом и достойно. Но Молли была уверена, что Мэтью никогда не замечал ее нарядов. – Я…

– Молли! – Крис явилась как избавитель. – Гидеон… – добавила она с большим облегчением и, взяв за руку Молли, сказала: – А мы-то уж думали, что вы двое решили сбежать, не желая быть крестными Питера.

Молли лишь фыркнула, даже не взглянув в сторону Гидеона Вебера. Черт бы его побрал с его замечанием! Теперь она на протяжении всей церемонии будет чувствовать себя неловко! К тому же несколько глотков шампанского сделали свое черное дело: она видела все теперь словно бы сквозь какую-то дымку. А ведь на нее сегодня возложена важная миссия: крестить ребенка, и ей еще надо целый день продержаться. А уж потом она может кричать и топать ногами в своей гостевой комнате сколько угодно!

Они с Кристал были подругами со школы, но в последнее время их пути основательно разошлись. Крис стала поваром первого класса, открыла ресторан и успешно вела собственный бизнес. А еще Крис вышла замуж три с половиной года назад. Правда, замужество закончилось трагически: ее муж Джеймс через несколько месяцев умер от рака. К счастью, Крис повстречалась через год со сводным братом Молли, Сэмом, за которого вышла замуж. И теперь у них есть малыш – трехмесячный Питер. Вот почему Молли сегодня на крестинах. И такое счастливое совпадение: крестины как раз выпали на канун Рождества.

Но в этой бочке с медом была капля дегтя – Сэм и Крис попросили своего бывшего родственника, старшего брата покойного Джеймса, стать отцом Питера. А этим старшим братом был Гидеон Вебер. Крис сообщила Молли об этом совсем недавно, когда было уже поздно что-либо предпринимать.

Конечно, щепетильная ситуация привела Молли в замешательство. Ее единственную встречу с Гидеоном Вебером нельзя было назвать сердечной… Однако не отказываться же от крестин! Не могла она объяснить подруге, что не хотела бы встречаться с Гидеоном Вебером.

Пришлось использовать секретное женское оружие, чтобы запастись хотя бы уверенностью в себе. Новая прическа, профессиональный макияж, новая одежда, туфли… А еще дополнительный глоток шампанского. Одного она не приняла в расчет: что старший брат Джеймса был дизайнером интерьеров. Конечно, он не преминул заметить, что розовый костюм, который она с такой любовью выбирала, не подходит к ее рыжим волосам!

К счастью, Крис прервала их мучительный диалог и избавила ее от общества обидчика.

В церковь Молли ехала в машине со своим отчимом, а ее мать – с Гидеоном Вебером в его темно-зеленом «ягуаре». Сэм и Крис ехали отдельно, держа на руках Питера Джеймса.

Мерлин, ирландский бульдог Сэма, охранял Питера Джеймса со дня его рождения, когда малыш прибыл домой из роддома. Сейчас собака сидела на дорожке, с очевидным напряжением наблюдая за их отъездом.

– Мэтью, скажи, во что сегодня одета мама? – спросила Молли вполне невинным тоном.

– Одета? – повторил Мэтью, нахмурившись.

– Да, – подтвердила иронично Молли, – какого цвета на ней одежда?

Отец нахмурился еще больше, поскольку для ответа на этот вопрос нужно было хорошенько подумать.

– Ну, – наконец сказал он решительно, – кажется, во что-то синее. Или зеленое… Хм, платье. Я полагаю. Или, возможно, пиджак и юбка. В любом случае это синий или зеленый, – уверенно добавил он, для пущей убедительности кивнув головой.

На самом деле эта неопределенная сине-зеленая одежда была платьем, поверх которого мама надела длинный жакет прекрасного бирюзового оттенка. Большинство мужчин наверняка описали бы его как синий или зеленый.

Да, определенно Гидеон Вебер не похож на других мужчин.

Она это и раньше знала. И сейчас признала с грустным вздохом и, отвернувшись, стала смотреть в окно.

Скорей бы этот день закончился. Тогда она могла бы наслаждаться рождественским праздником рядом с Крис, Сэмом и малышом Питером Джеймсом. Ее родители завтра уезжают в большой круиз, в края потеплее и повеселее Англии, какой она бывает в последние дни декабря.

В конце концов, что случилось? – резонно спросила себя Молли. Надо всего лишь один день потерпеть. Вернее, всего несколько часов до вечера. Потом Гидеон Вебер уедет, а четверо друзей останутся в домике встречать Рождество.

Но эти несколько часов будут стоить ей целой жизни, если Гидеон Вебер не прекратит свои издевательства.

* * *

– Может быть, бокал шампанского?

Молли, нахмурившись, повернулась на голос. И тут же расслабилась, узнав Дэвида Стронга, актера, снимавшегося в телесериале «Бэйли», сценарий к которому писал ее сводный братец – Сэм. Дэвид был вторым крестным отцом Питера. Этот высокий, удивительно привлекательный сорокалетний мужчина привнес особое очарование в сериал. Несколько месяцев назад он овдовел. Его жена погибла в автокатастрофе, и грусть притаилась в его глазах и уголках губ навечно, несмотря на задорную и теплую улыбку.

– Спасибо. – Молли взяла предложенный Дэвидом бокал и мельком осмотрелась – нет ли поблизости Гидеона Вебера.

Так и есть: вот он стоит рядом с Крис и Сэмом, подняв в ее сторону свой бокал с шампанским.

Молли быстро отвернулась. Черт бы его побрал. Да кто он такой? Неусыпный блюститель трезвого образа жизни?

Возможно, она чересчур серьезно воспринимает его внимание. Придумала то, чего нет на самом деле. Как бы ей хотелось, чтобы на его месте три года назад оказался кто-нибудь другой. Молли редко когда пила спиртные напитки, считая, что алкоголь плохо влияет на внешность. Однако неопытность ее тогда и сгубила: всего лишь один бокал шампанского буквально сбил ее с ног.

Впрочем, она и без того была не в лучшей форме. Роман с женатым мужчиной, который уверяет тебя, что так и надо дальше жить, что ничего тут не поделаешь… Вот тогда ей и понадобилось как-то снять тяжесть с души…

Так, возьми себя в руки, Бартон, строго сказала она себе и тепло улыбнулась Дэвиду Стронгу. В конце концов, выглядит он не хуже Гидеона Вебера, а характером намного лучше!

– Рада снова тебя видеть.

– И я тоже, – кивнул он. – Из того, что я слышал, получается, мы с тобой в ближайшем будущем будем видеться гораздо чаще. Верно?

Ах… Очевидно, кто-то уже сказал ему. Возможно, даже Сэм.

Она загадочно улыбнулась Дэвиду.

– Это для тебя неожиданность?

– Вовсе нет, – ответил он, улыбнувшись ей своей неотразимой улыбкой, которая сводила с ума всех зрительниц сериала. – Мне кажется, «Бэйли» стал для Сэма единственным увлечением в жизни.

Странно: Молли не это имела в виду, когда задавала свой вопрос. Одно дело, когда сценарист сериала дает советы в студии, как это часто дела Сэм в последнее время. И совсем другое – пригласить свою сводную сестру сниматься в этом самом сериале. И в какой роли, как вы думаете? В роли постоянной подруги главного персонажа, ни больше ни меньше!

В последние несколько лет Молли работала преимущественно в американском театре. Роли в телефильмах ей попадались достаточно редко. И до недавнего времени перед ней не стояла задача сниматься в кино. Но пару месяцев назад Сэм послал ей сценарий, который он сочинил для новых серий «Бэйли». И сделал заметку: «Я списал образ Дэйзи с тебя, так что сыграть ее сможешь успешно только ты. Приезжай домой. Ты нужна нам». Этого достаточно, чтобы возбудить интерес любого актера!

Однако, прочитав один характерный эпизод, Молли уже не была уверена, что приехала в Англию не понапрасну.

Дэйзи – общительная женщина, которая работает частным детективом. Она на удивление наивна, когда речь заходит о человеческой натуре, и по большей части дела, которые сваливаются на нее неожиданным образом, раскрываются сами собой, без ее участия. На этом построен весь искрометный сюжет.

Образ списан с нее? Любопытно. Да, она дружелюбна, да, немного эксцентрична. Однако, что касается других черт характера…

Впрочем, директор проекта остался весьма доволен пробами и, ни минуты не колеблясь, подписал контракт.

Она-то считала, что это еще никому не известно, однако, похоже, ошиблась.

– Вообще-то я имела в виду, не возражаешь ли ты играть со мной в паре, – уточнила Молли.

Дэвид удивился.

– Директор картины уверил меня, что ты просто находка для этой роли. Так почему я должен возражать?

Она неловко пожала плечами.

– Ну… Сэм же мой брат. И я бы не хотела, что бы ты думал… некоторые могут подумать, что это обстоятельство как-то связано с моим назначением на роль, – и она поморщилась.

– Ага, ты, кажется, имела в виду кумовство, – услышала она ненавистный голос за спиной.

Это был, конечно, Гидеон Вебер. Кто еще мог отпустить такую обидную тираду?

Прилично ли будет, если крестная ударит крестного на крестинах? – подумала Молли саркастично. Возможно, это будет расценено как некрасивый поступок. А жаль.

– Гидеон! – Дэвид тепло пожал руку подошедшему, что избавило Молли от необходимости завершить намерение реальным действием. – Очень рад снова тебя видеть.

Снова? Молли нахмурилась. С каких это пор пересекаются пути актера телесериалов и дизайнера интерьеров? Такого не может быть. Она на это надеялась, когда решила вернуться в Англию. И вот теперь обнаружила, насколько была неправа…

– Можешь забыть про кумовство, – добавил Дэвид с очаровательнейшей улыбкой. – По всем сведениям, эта маленькая мисс играет как настоящая звезда.

– Надеюсь, она сумеет справиться с этой ролью – ей ведь придется туговато.

Да, Гидеон Вебер в своем духе. Негодованию Молли не было предела, однако ее шумный вздох потонул в громком смехе Дэвида. Очевидно, он решил, что Гидеон так шутит. Но Молли знала этого человека куда лучше. Что он имел в виду?

– Никак тебе известно, что ей придется сниматься полуобнаженной в некоторых сценах? – спросил Дэвид с изрядной долей любопытства.

Взгляд Гидеона был направлен на женщину, хотя его ответ предназначался Дэвиду:

– Просто некое предположение.

Для Молли слова Дэвида оказались полным откровением: так она что, в самом деле должна будет раздеваться перед телекамерой? Вернувшись из Америки всего пару недель назад, Молли была занята переездом настолько, что даже не удосужилась прочитать сценарий до конца… И вот чем это обернулось. Конечно, у нее неплохая фигурка. Все при ней, все округлости и ямки. Но Молли не была морально готова раздеваться перед зрителями. Даже если бы рядом с ней находился такой симпатяга, как Дэвид.

А вот взглянув Гидеону Веберу в глаза, каждая женщина уверилась бы: у нее такая фигура, которую совершенно точно стыдно показывать перед публикой…

Загрузка...