Глава 3

Салон «Эжени» занимал совершенно особое место среди других магазинов города.

Его владелица, несмотря на внешний непрезентабельный вид, обладала ярко выраженной коммерческой жилкой, и умела преподнести правильно если не себя, то уж свое детище, точно.

Она сделала ставку на эксклюзивность товара и профессионализм и вышколенность продавцов.

Евгения всячески подчеркивала, что в ее салоне продают только элитную, сертифицированную, полностью легальную косметику и парфюмерию, которой больше не найдешь ни в одном сетевом магазине, а ее сотрудники, как на подбор, красивые, очень ухоженные, изысканные даже девушки и женщины, были настолько профессионалами, что могли продать кому угодно и что угодно.

В салоне не было принято перебирать клиентов, подходили ко всем с одинаковой радушностью: к пожилой, случайно забредшей женщине, к молоденькой девушке, к дорого одетой даме.

Консультанты получали очень хорошую зарплату, постоянно поощрялись премиями. Директор часто проводила конкурсы, победители которых в качестве приза ездили отдыхать на различные курорты.

Короче говоря, попасть на работу в этот салон было непросто. Еще сложнее удержаться.

Марина поняла это сразу. В первый же рабочий день, когда присесть смогла только вечером. В маршрутке.

Все остальное время она, как угорелая, носилась за своей наставницей, внимательно наблюдая за работой, запоминая, изучая. В свободное время Марина читала дикое количество материала по товару. По окончании стажировки она должна была сдать экзамен.

И пересдача здесь не приветствовалась.

Марина, уже немного подзабывшая треш и угар работы в школе, теперь опять чувствовала себя в постоянном стрессе. Миллион требований, вагон новой информации, да еще и коллеги будущие не особо радостно смотрят. Оценивающе. Хотя, по всем параметрам она им не конкурентка.

Марина наблюдала, как работала с покупателями ее наставница Ларочка, как уверенно, без лишних ненужных слов, без заискивания, с достоинством она умудрялась продать именно то, что необходимо. Несколько раз Ларочка прямо на ее глазах продала на крупные суммы товар людям, зашедшим за какой-то мелочью.


Марина и сама оказалась неплохим продавцом. На своей первой работе, в салоне одежды, она работала со всеми, кто заходил, уважительно и спокойно. Один раз, в самом начале работы, вообще произошел курьезный случай, когда женщина, которой отказали в примерке из-за ее размеров в соседнем отделе, купила у нее, не меряя, столько, что с легкостью сделала Марине дневную выручку. А всего-то требовалось отнестись к ней с уважением!

Поэтому здесь политику «Эжени» Марина понимала и приветствовала. Другое дело, что к ним практически не заходили случайные люди. Слишком уж пафосно и дорого смотрелся салон. В такой она сама, будучи простой учительницей, точно не зашла бы.

Время шло, Марина привыкала.

Сдала все тесты, научилась летать на шпильках, научилась бесконечно улыбаться. Она заметила, что ее улыбка располагает к себе сразу, расслабляет человека, и начала пользоваться этим, удивляясь, почему она раньше этого не делала?

Марина вспоминала и не могла вспомнить, когда в своей прошлой жизни она столько улыбалась?

Наверно, только при общении с Артемкой. И в самом начале, когда они с Вадимом только начинали встречаться, и Марина летала от счастья.

А потом все как-то стало тихо и пусто. Вроде все хорошо, но почему-то улыбаться не тянуло.


Через три месяца после начала ее работы в «Эжени» торговый центр начали ремонтировать.

Построенное еще в семидесятых годах, огромное и немного мрачное здание перестало соответствовать современным стандартам, собственник выставил его на продажу, и кто-то в столице купил перспективную недвижимость. Это был критический момент, когда все арендаторы с тревогой ждали, что же будет с зданием дальше, и подыскивали на всякий случай варианты переезда.

Но все обошлось, новый собственник решил вложить деньги в переделку торгового центра, не закрывая его, постепенно.

Конечно, теперь приятный лаунж разбавляли звуки дрели и отбойного молотка, но терпеть неудобство придется всего несколько месяцев. Зато потом… Обновленное здание, даже лифты обещали сменить!

Марина, сначала немного переживавшая, что работа ее закончится, так и не начавшись, успокоилась.


Жизнь потекла спокойно.

Марина несколько раз видела Вадима, который, после своих пьяных выступлений возле салона и усмирения Пашей, вел себя подозрительно тихо и вежливо. Примерно раз в три дня ее с работы встречали друзья Вадима, Вася и Амир. По отдельности, а иногда и вместе.


Зачем они приходили, Марина не понимала.

Из всех многочисленных друзей мужа, хотя бы по разу подкативших к ней после развода, эти были самыми упорными.

Марина удивлялась настойчивости, не находя для нее причин.

Какие могут быть здесь причины? Она – одинокая женщина, уже не особо молодая, с ребенком, живет в коммуналке. Зачем они к ней ходят? Ну уж явно не из-за ее неземной красоты! Это же глупости!

Может, поспорили между собой, кто быстрее влезет к ней в постель? Раньше Марина за ними особой развязности не замечала, ну так и муж у нее был золото. Бриллиант просто. В навозе, ага.

Или, может, по какой-то причине хотят отомстить Вадиму? Словно охоту на нее открыли. Странные такие, неужели не понимают, что уж их-то в качестве партнеров Марина никогда рассматриыать не будет.

Такие же раздолбаи, без постоянной работы, нормального жилья и мозгов, как ее бывший муж.

Короче говоря, Марина удивлялась, в свиданиях отказывала.

Домой, только домой, забрать у мамы сына, провести очередной тихий и спокойный вечер. С едиственным мужчиной, которого она любит.


На работе все складывалось.

Девочки, поизучав ее какое-то время, растаяли и прониклись. Приняли ее в коллектив, оказавшийся на удивление дружным. Здесь не делили клиентов, не ссорились из-за мелочей, не пакостили друг другу по мелочи. Марина вспоминала змеепитомник в школе и думала, что никогда еще женский коллектив не был настолько комфортным.


Примерно через месяц после смены места Марина совсем освоилась и начала зарабатывать.

Клиенты прибавлялись, ходило уже несколько постоянных, приветливо здоровавшихся с ней, называющих ее по имени. Марина, со своей фирменной располагающей улыбкой, нежной, открытой внешностью, легко находила общий язык с самыми разными людьми.


Иногда попадались забавные.


Как-то зашел мужчина, очень бедно одетый, с каким-то пакетом под мышкой, неровно остриженный и весь словно припорошенный пылью.

Подошел к витрине с дорогим женским парфюмом.

В зале была Светочка, но она демостративно сделала вид, что очень занята.

Марина, пожав плечами, подошла, поздоровалась.

Мужчина обернулся, оглядел ее с таким лицом, словно женщин не видел очень долго:


– Слышь… Мне это… Короче, духи надо. Для женщины.


Марина, которую слегка передернуло от панибратства и тыканья, все же улыбнулась, заставив покупателя буквально онеметь, и вежливо, хоть и холодно, демонстративно обращаясь на «Вы», начала предлагать варианты, коротко рассказывая о каждом аромате. Увлеклась, потому что всегда самой было безумно интересно узнавать, из чего состоит тот или иной парфюм, какова его история. А,обернувшись на странно притихшего покупателя, увидела, что тот буквально не сводит с нее глаз. Она немного испугалась, вопросительно замерла.


А мужчина, присвистнув, восхитился:


– Ну них… В смысле, очень круто чешешь! Уважаю!


И, пока Марина, открыв рот, переваривала сомнительный комплимент, деловито продолжил:


– Вот этот давай, который для, как ее, императрицы русской придумывали еще.


Затем прошел к кассе, вытащил из магнитовского пакета пачку денег, отсчитал без слов десять тысяч. Парфюм стоил восемь. Но сдачи мужчина не взял.

Светочка была в шоке, а Марина еще долго не могла прийти в себя, даже не гадая, кто это был.

Впрочем, все выяснилось скоро. Буквально через неделю, когда Марина осталась закрывать магазин вечером вместе с охранником, дядей Сережей.

Она не успела еще переодеться, но магазин был закрыт, дядя Сережа разворачивал припозднившихся покупателей, когда в салон вошли двое мужчин. Очень характерной криминальной наружности. Они о чем-то коротко переговорили с дядей Сережей, и тот жестом позвал Марину.

Она повернулась, вопросительно посмотрела на охранника, потом на часы, но тот только бровями поиграл. Многозначительно, но непонятно. Марина уже хотела спросить, что все это значит, когда от входа раздался знакомый голос:


– О, опять ты! Ночуешь ты здесь, что ли?


Мужчина, в котором только ставший уже профессионально наметанным взгляд Марины мог опознать бедно одетого покупателя недельной давности, зашел в салон, широко улыбаясь, посверкивая золотыми зубами.

Его охрана грамотно распределилась по салону, а Марина, пораженная произошедшими переменами, смогла собраться и вежливо приветливо улыбнуться.


– Давай мне чего-нибудь такого же крутого, что в прошлый раз дала. Только другого.


Мужчина держался очень уверенно, был хорошо и дорого одет, на запястье посверкивали часы элитной марки, стоившие как хороший автомобиль премиум-класса, но манера речи была все той же, наглой, грубой и бесцеремонной. И Марина, понимая уже, что он совсем не хочет ее унизить или обидеть, а просто так разговаривает, быстро и легко продала ему очередной дорогой парфюм.

А дядя Сережа на все распросы ответил кратко, что не надо Марине знать, кто он, крепче спать будет. И откуда сам дядя Серёжа, бывший работник ФСИН на пенсии, мог его знать, тоже не пояснил.


Артемка ходил в школу, пока особых успехов не было, но Марина была рада уже тому, что, похоже, стресс от развода родителей обошел его стороной. И хоть Вадим повел себя совершенно по-скотски, прекратив общаться с сыном, Артем, казалось, все понял и особо не переживал. В конце концов, он и раньше постоянно был с ней или с ее родителями. А Вадим пропадал то на работе, то на дополнительных заработках(теперь понятно, каких), то с друзьями.


Марина брала дополнительные смены, работая два через один, чтоб накопить на первоначальный взнос на ипотеку, потому что жить в малосемейке становилось все сложнее. Буйная соседка с совершенно неадекватной дочерью уже несколько раз с криками ломилась к ней в комнату, заподозрив в какой-то надуманной глупости, и только демостративный набор номера телефона полиции ее утихомирил. Еще одну закрытую комнату наконец сдали, и вселившийся туда мужчина, с тихим, пропитым лицом, тоже не внушал доверия.

Марина находилась в постоянном напряжении, ожидая гадости от соседей. Когла сын шел в туалет, она открывала дверь и следила за ним, чтоб, в случае чего, сразу вмешаться.

Двенадцатичасовой рабочий день выматывал до невозможности, лицо от постоянной улыбки болело.

Новая форма, нежно-розовый халатик длиной до колен, идеально облегающий значительно похудевшую фигурку, очень шел к светлому цвету волос и выглядел свежо и красиво, но был абсолютно, совершенно не дышащим. Ощущения резины на теле, скафандра, не оставляли ни на минуту, а выдавшееся жарким лето добавляло градус комфорта до критической точки.

И, конечно, каблуки! Каблуки!

Именно каблуки ее подвели тогда, полмесяца назад, толкнули в руки соврешенно неподходящего ей мужчины.

Загрузка...