Глава 27

Судя по растопыренным пальцам Фалько, из получаса, отведенного на утренний выход программы в эфир, осталось десять минут.

– Тут мне говорят, вроде время истекает, – усмехнулся в камеру Ладейников. – Жаль. Вы столько интересного пропустите. Кто не согласен, кто хочет продолжения трансляции, у вас еще есть время, чтобы дозвониться на студию и выразить свое несогласие. По какому телефону?

Фалько, к которому обращен был вопрос, наморщил лоб, но быстро вспомнил. Игорь громко повторил номер и провозгласил:

– А теперь реклама!

Вышел из кадра и приказал оператору опустить камеру. Некоторое время на экране маячила мокрая от ночного дождя трава. Работникам московской студии ничего не оставалось, кроме как действительно запустить рекламу раньше запланированного времени.

Фалько представил, как люди по всей стране получили возможность оторваться от экрана и, не считаясь с затратами на междугородный звонок, набирают московский код. Там, на студии, кажется пять параллельных линий.

Когда пошла реклама кофе, к Фалько на сотовый дозвонился генеральный продюсер канала.

– Вот это круто! Супер! Сегодня ты всех сделал! Пусть застрелятся на ОРТ со своей новой программой! Даю тебе еще полчаса! Только не снижай оборотов!

– Полчаса еще! – крикнул Фалько Ладейникову.

– Я же говорил. Там сейчас провода телефонные плавятся.

Илларион молча вникал в происходящее. Не первый раз он видел чужое бессилие перед одним вооруженным подонком. Одни будто слепые – не понимают, что это правда. Другие даже не делают попытки улучить момент и скрыться в чаще, чтобы броситься потом в воду и уплыть с острова.

Но всех перещеголял Фалько: боится до безумия, но хочет даже из этой ситуации извлечь для себя выгоду. Впрочем, было бы хуже, если б здесь нашлись герои. Лучше получить самого хитрого и опасного врага, чем заиметь союзником храброго дурака.

Гнусно наблюдать, как преступник издевается над людьми перед глазами миллионов телезрителей. Но одну его слабость Забродов подметил. Это желание быть в центре внимания огромной аудитории. Покрасоваться в качестве вершителя судеб, от чьего настроения зависит жизнь и смерть людей вокруг.

Реклама закончилась. Новиков уже узнал от «хозяина острова» условия нового конкурса и теперь намеревался сообщить о них зрителям. Нервно гримасничая, постоянно вспыхивая стеклами очков, Фалько успел в двух словах объяснить, что надо держаться как можно испуганней. У Ладейникова в руках не игрушки, а настоящие автоматы с боевыми патронами.

– На вас не угодишь, – огрызнулся ведущий. – Слишком гладко – плохо для тебя. Как только я запинаться начал, главному герою не понравилось, стал перебивать. Разберитесь между собой в конце концов!

И все-таки Новикову ничего не оставалось как начать:

– Насчет обладателя приза, я думаю, вопросов ни у кого не осталось. Вон деньги в мешке под ногами у всем вам знакомого человека…

«Как он рассчитывает потом затеряться? – спросил себя Илларион. – Такой влюбленный в себя тип вряд ли согласится на пластическую операцию. Значит уходить будет на юг, в сторону границы. Там целых три сходятся: с Казахстаном, Монголией и Китаем. Скорей всего „вертушку“ затребует. Через границу за ним не полетят – международный инцидент, нарушение воздушного пространства. Или загодя догадаются запросить дозвол? В любом случае нельзя тянуть до прибытия спецназа. Если ментовский спецназ высадится, проколются на первом же повороте, и тогда жди больших неприятностей».

– Старая игра закончилась, начинается новая, – продолжал ведущий. – Может, кого-то из зрителей покоробило мое выражение. Надеюсь все, кто собрался у экрана, догадываются, кого и почему мне приходится озвучивать. Могу повторить только одно: победитель получит гарантию на жизнь, но не на свободу. Проигравший заимеет черную метку. Вот я это и сказал, теперь можно перевести дух… Правила простые, игроки становятся в пары, ногу одного привязывают к ноге другого. В таком виде нужно быстрей добраться до финиша. Но победит не пара. Из пары выиграет только один – тот, кто первым ухватит с ветки сосновую шишку, помеченную нашим главным и единственным арбитром.

Даже после дождя, лившего всю ночь, особой грязи на острове не наблюдалось, разве только на вытоптанных пятачках возле кострища и возле барака. На прочей территории плотный покров из травы и мха не дал почве раскиснуть.

Но трассу Ладейников выбрал с особой любовью – здесь берег опускался до уровня воды, при самом слабеньком ветерке этот участок каждый раз заливало. Грязь была давнишней, вековечной. Именно в эту грязь предстояло падать игрокам.

* * *

Вдали от Алтайских гор на телеэкранах в Москве Забродова не могли не опознать. Даже тем, кому не было никакого дела до «ящика», игроки супершоу несколько раз попадались на глаза.

Узнал своего друга и бывший его начальник – полковник Мещеряков. В первую секунду тот не поверил своим глазам, но в забродовского двойника верилось еще меньше. Илларион, конечно, всегда был личностью нестандартной, но такого от него трудно было ожидать. Или он неспроста попал в шоу и задача у него особая?

Предыдущие выпуски «Русского острова» полковник пропустил, заваленный по горло работой.

Но в выходной включал иногда телевизор просто ради фона. Теперь он внимательно сел напротив и с интересом впился глазами в экран.

Особой проницательности Мещерякову не потребовалось, все стало ясно с первых же минут.

Конечно, это не игра, а реальный захват заложников. Преступник не спешит скрыться с деньгами, с удовольствием демонстрируя себя в анфас и профиль. Но те, кому нужно, сразу сделают выводы. Возможно, в ближайшие час-два соберется совещание, будут обсуждать неотложные меры.

Илларион мелькнул несколько раз в наручниках и ножных кандалах. Внешне спокоен. Похоже, он просто выполнил требование преступника, чтобы кому-то из игроков спасти жизнь.

Самого Забродова обставить – не лыком шит этот подонок. Неужели постарел легендарный Ас, лучший из инструкторов спецназа ГРУ? Что теперь делать? Послать на помощь пару ребят? Как скоро удастся им попасть к месту событий?

Оператор взял крупным планом человека в черной майке-безрукавке, с выпуклым лбом, прорезанным единственной поперечной морщиной.

Специально взял или случайно? Будто именно полковнику Мещерякову, старому другу Забродов, глянул в глаза. И глаза эти недвусмысленно сказали: «Справлюсь сам».

Полковник не ошибся, Забродов в самом деле предполагал, что кто-нибудь из бывших сослуживцев может узнать его, забеспокоиться. Они давно научились понимать друг друга без слов – за тысячи километров от Алтая взгляд обязательно истолкуют правильно.

Уйдя в отставку, Илларион смог, наконец, позволить себе роскошь действовать в одиночку, ни перед кем не отчитываясь. С соратниками хорошо ходить в атаку под общий крик «ура». Тонкую работу лучше делать одному, особенного тогда, когда вокруг слишком много гражданских безоружных людей.

Да и самолюбие тоже вещь не последняя. Ладейников один, значит надо одолеть его в одиночку.

Но не только друзья опознали Забродова на экране. Московский милицейский генерал давно имел зуб на инструктора ГРУ. Когда-то Илларион «влез не в свое дело» – выяснил, что квартиру известного коллекционера живописи гробанули по наводке ментов.

История тогда вышла шумная – в газетах писали, что некий генерал К, лично заказал несколько подлинников французских импрессионистов. Генерала Кожемякина допрашивали в качестве свидетеля, но доказать ничего не смогли. Точнее, не захотели. Он усидел в кресле и хорошо запомнил, кому обязан своими неприятностями.

Теперь доверенный человек из пресс-центра МВД позвонил ему на дачу доложить про странное шоу в эфире и человека, как две капли воды похожего на Забродова. Попивая на террасе кофе, Кожемякин нажал кнопку пульта и через пять минут убедился, что гэрэушник попался. И не только потому, что новый хозяин острова посадил его на цепь.

Кожемякин никогда не забывал личные обиды.

При первой возможности расквитаться голова мгновенно выдавала точное решение. Трансляция с острова еще не закончилась, а он уже связался с начальником Алтайского краевого отдела МВД.

– Здорово, Пал Семеныч! Как твое ничего?

Ну, дай Бог. Хочу тебе кусок работы подкинуть в выходной. Вот такой я вредный человек. На самом деле ты мне еще спасибо скажешь и награду обмыть пригласишь. Да-да, не сомневайся. Даю тебе, как сейчас говорят, эксклюзив. Ты ж в курсе насчет шоу в ваших заповедных краях? Смотришь? Очень напрасно. Не знаю, как было в прошлый раз, а сегодня прямая трансляция. Пару раз картинка уже срывалась, так что вроде не врут. Похоже, двое бандитов заложников прихватили в ходе игры. Народ, наверное, тащится, смотрит, как кино. А ко мне пришли точные данные, что заваруха там истинная. И у тебя есть шанс среагировать вовремя. Когда людей отправлять будешь, учти: тот, что рисуется с автоматами – не главный. Главный, как обычно, в тени. Он сейчас для вида в наручниках – якобы опасный для преступника человек. Но тамошний начальник телевизионный успел мне сообщить: этот вот в наручниках как раз главарь, а другой, с автоматами, – на подхвате.

Пал Семеныч принял новости к сведению, горячо поблагодарил.

– Никто еще ничего не знает, – подчеркнул Кожемякин. – Все пойдет в актив тебе и твоим людям. Только поспеши, иначе перехватят дело из-под носа. Подтяни по-быстрому ребят, а я уж здесь позабочусь, чтобы больше никто не сунулся. Держи меня постоянно в курсе, договорились?

Московский генерал не случайно сослался на «телевизионного начальника». Он точно не знал, кто там старший и как называется его должность.

В любом случае подобное шоу кому попало не доверят, не последний это человек на канале. Значит, ему есть что терять и он не станет особо упорствовать, если придется подтвердить: да, в самом деле он успел дозвониться и сообщить, кто из двух преступников главный.

Продолжая неотрывно наблюдать за происходящим на экране, генерал перезвонил своему доверенному лицу из пресс-центра и попросил выяснить, кто на острове до сих пор заправлял ходом шоу.

– Справки я уже навел. Фалько – есть такой режиссер. Считается большим мастером.

– Ну и отлично.

Эти признанные мастера на телевидении урывают жирные куски. Значит, будет он как шелковый, если только уцелеет, если выберется с острова живым. Если нет – тем более на него можно будет списать любые сообщения.

– Сегодня у меня встреча с журналистами, – сообщил офицер из пресс-центра – наверняка закидают вопросами.

– Специальных заявлений не делай! Скажи, что местные органы уже заинтересовались и будут отслеживать ситуацию.

Загрузка...