Глава 7

В лобби их уже ждали менеджер отеля.

— Примите мои соболезнования, мадам. Сейчас подойдет доктор, он осмотрит вас. Не волнуйтесь, все будет оплачено администрацией отеля...

Менеджер повернулся к Диего Родригесу. Яна прислушалась и на основании того, что услышала, поняла, что дело закрыто. Вынесен вердикт — несчастный случай.

Все было представлено так: постояльцы отеля выпили и после этого поехали кататься на яхте. Там они опять выпили, и у одного из них от спиртного, от жары и слабого сердца случился сердечный приступ. И без медицинской помощи он скончался на яхте. Так что, господа проживающие в нашем отеле, будьте осторожны!

— Пойдемте, мы отвезем вас, — и менеджер махнул рукой в сторону машины. Их отвезли к бунгало Лизы. Она открыла дверь и замерла на месте... Номер выглядел так, как будто кто-то спешно собирался в дорогу. В открытых чемоданах видна была развороченная одежда. Дверцы шкафа были распахнуты, а ящики выдвинуты. Вещи разбросаны по всему полу. Одеяло с постели стянуто...

— Кто-то был у нас и рылся в наших вещах. Когда мы уходили, чемоданы были закрыты, — сказала Лиза испуганным голосом. Яна перевела все менеджеру отеля. Он вытирал пот с лица.

— Мадам, может быть, вы быстро собирались и не заметили, как разбросали вещи...

— Нет, кто-то был здесь и рылся в наших вещах, —сказала уверенным голосом Лиза.

— Не очень похоже на то, что кто-то рылся в ваших вещах, просто небольшой беспорядок, — поправил менеджер. — Извините, мне нужно идти. Все ясно, администрация отеля хочет, чтобы все выглядело как несчастный случай. И наверняка они будут настаивать на этом. Им нужно принять все меры, чтобы спасти репутацию отеля. А жизнь какого-то русского туриста не в счет. От русских во всем мире одни лишь неприятности...

Доктор попросил Лизу прилечь на кровать и достал прибор для измерения давления. Игорь вышел на балкон покурить. Яна незаметно выскользнула из номера в коридор. Прислушалась. Было слышно, как на втором этаже двигали мебель. Значит, горничная убирается наверху. Яна быстро поднялась на второй этаж. Немолодая мулатка, опрятно одетая, напевая, мыла раковину.

— Добрый день, сеньора. Скажите, вы убирали сегодня первый этаж? — обратилась к ней Яна с милой улыбкой.

— Да, я убирала первый этаж утром. Что-нибудь не в порядке? Я что-то сделала не так? — в ее голосе была слышна тревога.

В этом отеле не поощряется, если клиент недоволен работой обслуживающего персонала. Наверное, увольняют в ту же секунду. И никакой гарантии, что ты сможешь найти работу в другом месте...

— Нет. Все в порядке, — мягко сказала Яна. — Вы не заметили ничего необычного?

— Сегодня? — она задумалась на секунду. — Нет. Ничего необычного не помню.

Ее ответы были просты и бесхитросны, и Яна не сомневалась в сказанном. Она поблагодарила горничную и дала ей долларовую купюру. Яна спустилась вниз. Она знала, что никому ничего не скажет, так как это ничего не изменит. Администрация отеля не хочет правды. Яна убедилась, что Лиза не врет.

Конечно, они могли перед уходом оставить открытыми чемоданы, горничная бы к ним не притронулась. Но горничная не могла оставить кровать неубранной...

В номере было шумно. У Лизы начиналась истерика, она громко рыдала, забившись в угол. Доктор пытался сделать ей укол, а она ни в какую не давалась.

— Успокойтесь, вы перенервничали и устали. Все наложилось одно на другое... Мы вам очень сочувствуем, поверьте. Я вам введу успокоительное, и вы немного поспите. Вам это необходимо, а то у вас тоже могут появиться проблемы со здоровьем, — успокаивал ее доктор.

Яна подсела к Лизе и зашептала ей в самое ухо:

— Тебе нужно успокоиться. Не будет ничего хорошего, если у тебя начнется нервный срыв и ты попадешь в больницу. Не забывай, мы в «банановой республике»...

Я не думаю, что в больнице будет такой же стандарт, как в нашем отеле. И я не уверена, что наша страховка покроет все. Может быть, с нашей страховкой тебе придется лежать в отделение для бедных...

— Разрешите сделать вам укол, — обратился к Лизе доктор.

— Какой укол? Вы хотите меня убить? — закричала она.

— Успокойся, Лиза. Я посижу с тобой. Это всего лишь снотворное. Доктор говорит, что будет лучше, если ты поспишь, — успокаивала ее Яна.

— Делайте со мной что хотите, — она отвернулась к стенке.

Доктор легким движением руки мазнул чем-то и всадил ей шприц. В воздухе запахло спиртом.

— До вечера она поспит. Я зайду перед сном, ей понадобится еще одна инъекция.

Яна поняла: доктор будет колоть ее не один день, чтобы она была спокойна и не устраивала истерики в отеле.

— Как вы себя чувствуете, сеньора? — он повернулся к Яне.

— Неплохо, — она постаралась улыбнуться, чтобы у доктора не возникло желания ввести и ей снотворное.

— Вам не нужна помощь?

— Спасибо, вы очень любезны, но помощь мне не нужна. Это не мой муж. И этих людей я знаю всего несколько дней. Конечно, я тоже напугана всем происходящим, но я выдержу, — успокоила его Яна.

— Это ваше дело. До свидания. Если вам будет нужна моя помощь, вот телефон, — и он передал ей визитную карточку.

— До свидания.

Лиза лежала в постели с трагическим выражением на лице.

— Яна! Не уходи. Мне страшно... Побудь со мной, а то я сойду с ума, — попросила Лиза.

Яна смотрела на эти глаза, молящие о поддержке, и прониклась сочувствием.

— Я никуда не уйду. Спи, — мягко уверила она и поправила одеяло.

— Обещай.

— Обещаю...

Лиза повернулась на бок и выключила настольную лампу. Игорь сел рядом с Яной и взял ее за руку.

— Тебе тяжело пришлось сегодня. Хочешь, пойдем чего-нибудь выпьем? Тебе бы это не помешало, — сказал он заботливо. Даже чересчур заботливо. Яну это насторожило. В последний раз он так обращался с ней в те дни, когда уговаривал ее поехать с ним. Значит, ему опять что-то нужно от нее. Яне вообще не хотелось ничего ни с кем пить. Никогда нельзя быть уверенной, что этот бокал не будет последним.

— Нет. Я посижу с Лизой. Я пообещала это ей и доктору. Ты можешь идти, если нужно. Выпивки и здесь достаточно, — она сказала это как можно мягче, чтобы усыпить подозрения.

— Ну хорошо, поспи. Я еще приду, — сказал и поцеловал ее в щечку, чего не делал уже долгое время. Что-то он стал чересчур ласковым. Не к добру...

Она закрыла за ним дверь и, взяв пачку сигарет, вышла на балкон покурить. Ей нужно было собраться с мыслями. Все не так просто, слишком много совпадений. Она интуитивно чувствовала, что вляпалась в какую-то серьезную передрягу. Нужно рассмотреть факты как можно спокойнее.

Первые дни Игорь постоянно кого-то искал, и, судя по всему, нашел. Найдя Лизу и Саблина, он стал очень весел, просто само обаяние. Наверняка это относилось не к Лизе. Она, конечно, тоже кокетничала, но что еще делать бабе в ее возрасте и с ее внешностью, если молодой мужчина обращает на нее внимание? Но Игорь это делал с определенной целью.

Вранье, что мы в этом отеле уже две недели, вранье, что у нас чуть ли не медовый месяц. Что дальше? Потеря сумки. Все выглядит так, как будто Лиза оставила ее около бассейна. Но все же она верит Лизе, что та не оставляла ее. Если же она не оставляла сумку там, значит кто-то ее туда подбросил.

Кому-то понадобилось нечто, что лежало в этой сумке. Например — ключи. Чтобы потом зайти в номер и все перерыть в нем. «На рецепции Николай Петрович узнает, что мы приехали недавно и что Игорь солгал насчет даты приезда. Имеет ли это какое-нибудь отношение к его смерти? Почему он пошел уточнять дату нашего приезда на рецепцию? Что-то его насторожило в Игоре». — Ход ее мыслей неожиданно прервался. Да, поведение Игоря может насторожить кого угодно, как бы он ни старался. Это она была идиоткой, когда согласилась ехать с ним. Иногда для разнообразия полезно слушать мать.

Ну сейчас не об этом. На палубе он дал ей флешку. Это значит, что он уже догадывался о том, что что-то может случиться. Когда они зашли в каюту, шампанское уже было разлито в бокалы. Кто наливал? Наверное, Игорь, так как стюарда не было в каюте. И он же поставил перед каждым бокал. Потом было еще что-то важное... Яна нахмурилась. Какая-то ускользающая мысль... Пропажа четвертого бокала.

«Когда я поднялась на палубу, Игорь рылся в карманах Николая. Дураку ясно, не таблетки он искал. Зачем они нужны, если человек уже умер? А как он обрадовался, когда полицейские закрыли дело, сказав: смерть от естественных причин. Было еще нечто... а-а... бармен... Он просил его о чем-то. Дав за это долларовую купюру. Так много вопросов, на которые нет ответов. Я должна все выяснить».

Яна потушила сигарету и пошла в ванную. «Краше в гроб кладут», — увидев себя в зеркале, ужаснулась она. Так говорила ее мать, но сегодня Яну аж передернуло от этих слов. Сегодня это были не просто слова...

Нужно сделать себя неузнаваемой. Ничего не будет страшного, если она позаимствует кое-что из Лизиной одежды. Подвязавшись ярким шарфом, чтобы не было видно волос, в больших солнцезащитных очках и пестром сарафане она шла к снэк-бару, где они пили до поездки.

Какое счастье — бармен на месте! Она уселась напротив него, сняла очки и, улыбаясь, попросила чашечку эспрессо. Бармен принес ей заказ, в ослепительной улыбке показывая тридцать два белоснежных зуба.

— Я должна платить? — кокетливо спросила Яна.

— Нет, сеньора. У вас браслет, вы ничего не должны платить. Это называется — все включено. Вы не знали этого? Вы первый день здесь?

— Да, я недавно приехала, еще не знаю всех правил. Но сегодня мы пили вместе с друзьями за этим столиком, и мой друг заплатил вам. Мы пили «Cuba Libra», — Яна махнула на столик, где они сидели.

Бармен на секунду задумался и, вспомнив, затараторил:

— Нет, он не платил. Он просто дал чаевые. Иногда клиенты дают чаевые, если мы выполняем их желания...

— А он что-то просил?

— Он сказал, что вы — русские и в ваших стаканах должно быть больше рома, чем пепси. Вы русская, сеньора?

— Да.

— Вы так хорошо говорите по-испански.

— Спасибо. Мне очень приятно.

«Значит, у Игоря было заранее задумано нас напоить, чтобы затащить на яхту. Но где связь между тем, какого числа мы приехали, и смертью Николая? После того как он узнал точное число нашего приезда, он понял: что-то должно произойти. И передал мне флешку с телефоном.

Чей это телефон? Почему он дал его мне, а не жене? Неужели она замешана и действует заодно с Игорем? Искренне ли она ведет себя или притворяется? Я должна быть очень осторожна с ними, а не то меня скормят акулам...

Да, это в духе Игоря... скормить акулам. Нет тела, нет проблемы. Меня от всего этого уже в дрожь бросает... Да, шанс выбраться из этой скверной истории целой у меня минимальный. Нужно делать вид, что я всему верю и ни о чем не догадываюсь. Как говорит подруга Ольга “включить дурочку”. Даже страшно спать ночью. Хорошо, что Лизе колют снотворное, а то я бы не уснула. Что за снотворное ей колют? На самом деле она проспит всю ночь?

Нужно быть в этом на сто процентов уверенной, а то Лиза проснется среди ночи и... Страшно подумать что может быть. Позвоню-ка я доктору...»

— Мне нужно позвонить доктору. Как это сделать? —спросила она бармена и показала ему визитную карточку.

— Пройдите сюда. Здесь телефон, — ответил он.

В холле было полно народу. Обсуждалось сегодняшнее происшествие — смерть на яхте. Яна лишний раз поразилась, с какой скоростью распространяются сплетни.

Она прислушалась к разговорам.

...русский умер на яхте от инсульта...

...вы верите, что от инсульта?..

...а от чего же еще? Они пили все утро, а у него больное сердце...

...как можно пить в такую жару да еще с больным сердцем?..

...я столько лет путешествию и не помню такого случая, чтобы кто-нибудь умер от инсульта на отдыхе... инсультники и не ездят в такие жаркие страны, доктора им советуют не рисковать...

...так что же могло случиться?..

...его убрала русская мафия...

Яна повернулась и уставилась на даму, высказавшую такую сумасшедшую идею. Это была толстая конопатая британка. Ага! Вторая Агата Кристи! Ну-ну! Может, подключить ее к нашему расследованию...

...но здесь нет русских... это же не Египет! Там я слышала, русские такое вытворяют!.. В Египет сейчас вообще лучше не ездить... А здесь их не должно быть...

...русские уже и сюда добрались... И решают свои проблемы...

Яна не дослушала, так как в холле появился доктор.

Она направилась к нему.

— Что-нибудь случилось?

— Нет, ничего. Я бы хотела уточнить насчет снотворного...

— Вас что-то не устраивает?

— Нет, я просто хотела узнать, насколько оно сильно...

— Достаточно сильное, но есть еще сильнее...

— Вы не могли бы на ночь сделать его? Лиза и до этого была довольно истеричной особой, а после всего случившегося... Я бы не хотела всю ночь возиться с ней или будить вас.

— Да, я сделаю это. Вам тоже нужно отдохнуть.

— Обо мне не беспокойтесь. Со мной будет все в порядке.

— Многие так думают, а потом...

— Еще один вопрос, — перевела разговор Яна. — Насчет умершего. Будут ли производить вскрытие тела?

— Зачем? Мы производим вскрытие лишь в случае определения причины смерти, а здесь все ясно.

— А если это убийство?

— Этого не может быть, — доктор внимательно посмотрел на нее. — Кто его мог убить? На яхте вас было четверо. Персонал не в счет — они его не знали и мотива у них не было. Вы кого-то конкретно подозреваете?

— Не-е-т, — Яна замялась. — В нашей стране это делают почти всегда, насколько я знаю...

— В нашей стране это делают в крайних случаях. Это очень дорого. Лишь получив веские доказательства, полиция подпишет разрешение. Или вы можете это сделать за свой счет, но еще раз предупреждаю: это очень дорого.

— Нет, за свой счет...

— У вас есть серьезные подозрения?

Яна помотала головой.

— Если нет, то полиция не даст согласия. Мы не можем поднимать шум просто так, без веских причин. Это нанесет удар по туризму. Туристы не любят отели, где убивают.

— Спасибо большое. До свидания.

— Всегда к вашим услугам! Я зайду позже...

С того момента, когда она меряла шляпу в бутике, прошло от силы три часа. Даже не верится! Сейчас ей кажется, что это было давным-давно. Ведь за эти три часа она успела пережить столько...

Смешавшись с беспечной толпой, она долго бродила по пляжу, ступая босыми ногами по раскаленному песку. Толпа и музыка действовали на нее успокаивающе. Она подошла к кромке прибоя и стала медленно заходить в океан, преодолевая коленями тугие волны. Зайдя в воду по пояс, она почувствовала, как течение отрывает ее от дна, и бросилась в изумрудную воду. Ее подхватило и понесло сильной волной, она нырнула на глубину, всплыла на мгновение — и опять ушла на глубину. Перевернулась на спину и лежала, качаясь на волнах.

Яна еще долго плавала, пытаясь смыть соленой водой весь ужас сегодняшнего дня. Ей почти удалось это сделать, и уже казалось, будто все то, что произошло, просто приснилось ей в кошмарном сне. Когда она вышла из воды ее аж пошатывало. Она улеглась на шезлонг, негромкий плеск волн нагонял сон, и ей удалось задремать.

Она проснулась, когда алый шар солнца уже скрылся за пальмами. Она зашла в снэк-бар, взяла себе гамбургер с большой порцией картошки и стакан пива. Ей нужно выпить чего-нибудь, за истекшие сутки так много произошло...

Яна медленно пила пиво и разглядывала людей, сидящих за столиками. Все они были красными от солнца, как кирпичи. С облупленными носами, с телесами, вываливающимися из шорт и парео. Она ненавидела всех окружающих за то, что они наслаждались отдыхом и не вздрагивали от каждого резкого звука. Что они могут планировать, как провести следущий день и следующую неделю. А она не может планировать и следующие полчаса.

Один-единственный раз в своей жизни она вырвалась из своей тоскливой жизни. И вот что случилось! Она пожизненная неудачница! Она выпила еще стакан пива, и еще... От выпитого пива и плотного ужина все показалось ей не таким ужасным. Ей стало немного легче, и она утешала себя тем, что время пройдет и все забудется. Всего несколько дней, а потом — домой... Питер... и снова — cкучная до одурения жизнь...

Загрузка...