Глава 7

Дорога почти сразу снова утонула в джунглях. Заросли нехотя расступались лишь тогда, когда джип изредка проезжал через небольшие поселки. Игравшие прямо на дороге полуголые ребятишки едва успевали разбегаться, но водитель-африканец сбрасывал скорость лишь на больших ухабах и на поворотах. Сидевший рядом с ним европеец с ничего не выражающей физиономией и коротко подстриженными светлыми волосами всю дорогу равнодушно молчал, время от времени поправляя лежащий на коленях «узи». В конце концов, он был всего лишь сопровождающим. Впрочем, майора Карвера его молчание вполне устраивало – он не любил пустого трепа, когда речь шла о деле. Или о деньгах.

Часа через полтора они свернули с хорошо накатанной широкой дороги, на которой без проблем смогли бы и два танка разъехаться, на почти незаметную колею, скрытую в зарослях. Если бы не прибитый к придорожному дереву фанерный щит с напыленным через трафарет логотипом «Хэнджер Фудс» и грубо нарисованной стрелкой, то сам Карвер наверняка проехал бы мимо. Их джип преодолел еще пять миль по этой колее, которая за придорожными кустами оказалась весьма наезженной, после чего джунгли наконец ушли в сторону, и «Рейндж-Ровер» выкатил на берег довольно широкой реки. Майор увидел впереди несколько сборных щитовых домиков, обнесенных забором из двух рядов металлической сетки. Если верить карте, то они уже в соседней провинции Лофа. Англоязычная табличка на сетке большими черными буквами сообщала, что ограда находится под высоким напряжением. В центре огороженной площадки на флагштоке лениво колыхался флажок той самой корпорации «Хэнджер Фудс», эмблема которой украшала дверцу джипа, доставившего сюда двоих американцев. Среди домиков туда-сюда перемещались люди. В основном белые. Часть из них была в такой же серой униформе, как и их сопровождающий. Некоторые носили белые халаты. Остальные, в большинстве своем африканцы, – в синих рабочих комбинезонах. И у всех – именная бирка на груди и эмблема корпорации на рукаве.

Часовой в серой униформе и с висящим на груди «узи» распахнул ворота, пропуская джип на территорию научной базы. Водитель подрулил к одному из домиков и остановился у крыльца.

Гостей встречал седой как лунь, но при этом весьма подвижный старик-европеец приятного вида. Профессор Виктор Тиллер, если майор правильно запомнил его фамилию. То ли немец, то ли француз. Хотя, может, и англичанин. Одет он был в белый халат, как и те несколько белых типично «ботанического» вида, что стояли на шаг позади старика, с доброжелательным любопытством глядя на вновь прибывших. Майор взглянул на профессора и непроизвольно скривился – по одному его виду можно сказать, что кроме высокой науки того ничто не интересует. И остальных белохалатников, похоже, тоже. Честно говоря, майор не любил яйцеголовых – по его мнению, они вместо того, чтобы решать проблемы, часто создавали новые. Взять хотя бы… Хотя ладно, забудем. В данном случае дело пахнет очень неплохими деньгами, как намекнул при прошлой встрече посланец профессора. Старик с неожиданной прытью подскочил к гостям, пожал руку и майору, и его заместителю, кивком головы отпустил их сопровождающего и водителя. Затем широким жестом пригласил гостей в дом:

– Полагаю, вы устали с дороги, мистер Карвер? Извините, что интересы науки вынудили нас забраться в такую глушь. Не откажетесь перекусить, прежде чем перейдем к делу? Прошу…

Майор и его заместитель прошли за стариком внутрь. Здесь было намного прохладнее, чем снаружи, – корпорация не поскупилась на хорошие кондиционеры. Как ни странно, никто из ученых за ними не последовал – за столом они оказались втроем. Похоже, Тиллер в отсутствие шишек из корпорации являлся на своей исследовательской базе единоличным властителем… После того как и хозяин, и гости отдали должное выпивке и закускам, Карвер решительно перешел к делу:

– Хотелось бы узнать, профессор, зачем все-таки вы нас пригласили? Что за работу вы хотите нам предложить? Ваш человек намекал, что мы внакладе не останемся, если согласимся. Мы не дети и понимаем, что нам предлагают работу, а не рождественский подарок. Мы знаем, что деньги обычно платят за что-то. Но, по-моему, пора нам поподробнее узнать о том, чего вы от нас хотите…

Старик доцедил свой бокал, поставил его и безмятежно улыбнулся:

– Что ж, господа, вы правы. Пора поговорить и о деле.

Он помолчал, собираясь с мыслями, согнал улыбку с лица и заговорил:

– Итак, о деле. Начну немного издалека, чтобы вам легче было понять общую картину. Чтобы вы могли оценить важность того, чем мы здесь занимаемся. Корпорация «Хэнджер Фудс», с которой я имею честь сотрудничать, финансирует мои эксперименты по скрещиванию местной разновидности дикой африканской пчелы и одомашненной европейской. К сожалению, европейская пчела при всех своих положительных качествах сильно проигрывает африканской в трудолюбии и продуктивности медосбора. Поэтому нашей целью является создание такого гибрида, который совместит в себе лучшие качества двух видов. В перспективе это позволит корпорации занять весьма достойное место среди мировых производителей меда.

«Проще говоря, позволит этим жлобам из „Хэнджер Фудс“ умудохать любых конкурентов», – подумал Карвер. Но вслух ничего не сказал, лишь плеснул себе еще виски, не забывая изображать на лице неподдельный интерес к научным подробностям. Впрочем, вступление действительно оказалось любопытным – из него совершенно нельзя было понять, каким именно образом выведение пчел-гибридов может превратиться в выгодное предложение Сэму Карверу. Профессор перевел дух и, немного замявшись, продолжил:

– Собственно, подобные эксперименты уже предпринимались в шестидесятые годы прошлого века в Бразилии. По заказу тамошних пчеловодов их ставил английский генетик Уорвик Керр. К сожалению, несмотря на солидное финансирование, опыты мистера Керра не увенчались успехом… Как оказалось, далеко не всякая разновидность африканских пчел пригодна для скрещивания…

Молчавший до сих пор заместитель Карвера вдруг поинтересовался:

– Скажите, профессор Тиллер, а почему вы работаете здесь? Мне кажется, корпорации проще было бы создать вам все условия для работы в Англии. Во всяком случае, там гораздо безопаснее, чем в стране, где совсем недавно шла война.

Старик улыбнулся:

– Вы правы, молодой человек… простите, как вас называть?

– Рейвен, капитан Джозеф Рейвен.

– Вы правы, мистер Рейвен. Там действительно безопаснее. Но я уже сказал, что не всякая разновидность африканских пчел подходит для моих опытов. Единственная, которая прошла предварительные тесты и была признана нами пригодной, водится здесь. В Либерии, в провинции Лофа. То есть там, где мы с вами сейчас находимся. Руководство корпорации «Хэнджер Фудс» сочло возможным согласиться с моими выкладками и разместить лабораторию здесь. Поскольку это увеличивает наши шансы на успех. И сокращает затраты на отлов и доставку диких пчел, которых не надо везти в Европу.

Майор хлопнул еще стаканчик виски – хорошее у них здесь виски, между прочим, настоящий «Черный Джек», не местная подделка – и сказал:

– Здорово… Мне даже стало интересно. Знаете, профессор, я люблю послушать тех, кто понимает, о чем говорит. А вы, по-моему, понимаете. Скажите, а можно ознакомиться с вашими исследованиями более предметно?

Старик замер, удивленный неожиданным любопытством обыкновенного наемника, пусть и не рядового, каким он, что греха таить, считал Карвера. И с некоторой настороженностью произнес:

– К сожалению, в этом я не могу вам помочь. Все рабочие данные исследований являются собственностью корпорации. Коммерческая тайна, знаете ли. Даже мои сотрудники не имеют свободного доступа к сводному журналу наблюдений, лабораторным записям и всему прочему. Каждый занимается только своим участком работы, не имея представления об общей картине. Секретность – требование руководства компании… Все результаты хранятся в сейфе, который даже я не имею права открывать без представителя корпорации… Но вы сильно не расстраивайтесь. Все равно пока в нашем распоряжении имеются лишь промежуточные результаты экспериментов, которые еще следует проанализировать и осмыслить. То есть я хочу сказать, что пока рано делать выводы.

– Понятно. Жаль… Но хоть на самих пчел посмотреть можно? – не сдавался Карвер.

Профессор пожал плечами.

– Ну, если вам действительно так любопытно… Хотя, признаюсь, я не ожидал такого интереса от обычных военных. Не поймите меня превратно, – тут же начал извиняться Тиллер. – Сказав «обычные военные», я имел в виду лишь то, что вы не медики или специалисты по биологическому оружию… Тем более что мы вас пригласили с несколько иной целью. Которая с нашими пчелами связана лишь косвенно… – Не закончив фразу, старик замолчал. Ушел в себя, что-то прикидывая. Потом решительно тряхнул шевелюрой: – Хорошо. Я думаю, вполне можно устроить для вас небольшую экскурсию. Наша пасека – весьма подходящее место, чтобы поговорить о том, ради чего мы вас пригласили. Тем более что это недалеко отсюда. Примерно три километра или около двух миль – кому какие меры длины привычнее.

– Простите, профессор, – вклинился в разговор Рейвен, когда они вышли из домика, – что это за запах? Что-то горело?

– А, это… Это мы окуриваем наши домики специальным составом, чтобы отпугивать насекомых. Ну, и диких пчел, разумеется. Чтобы они не нарушали чистоты эксперимента. – Старик в белом халате снова улыбнулся. – Я сейчас распоряжусь насчет машины…

К удивлению Карвера, с дисциплиной у яйцеголовых оказалось по-армейски строго. Всего через несколько минут джип уже вез их с профессором на пасеку. Только теперь за рулем вместо водителя-африканца сидел сам начальник охраны базы, а сзади ехал еще один джип, открытый «Лендровер», набитый охранниками.

Когда до пасеки осталось с полмили, Тиллер приказал остановиться; все они по его требованию облачились в специальные костюмы и сетчатые маски. Объяснение профессора было коротким – «для вашей же безопасности». Потом все снова забрались в машину и так же неспешно проехали оставшееся расстояние. Джипы встали на довольно большой площадке перед входом на территорию пасеки, хотя ширина ворот позволяла проехать. Сама пасека, как и оставшиеся позади домики исследовательской базы, была огорожена забором из двух рядов стальной сетки, весело блестевшей на солнце. В проходе между сеткой неторопливо прогуливался охранник в таком же, как на профессоре и его гостях, «противопчелином» костюме с маской поверх серой униформы, с неизменным «узи» в руках. Второй, одетый в точно такой же балахон, всматривался в гостей из будки у ворот. Впрочем, на территории пасеки не было никого, кто был бы одет иначе. Профессор и начальник охраны на пару секунд сбросили маски, показываясь охраннику в будке. Тот кивнул, узнал, мол, и открыл калитку. Ворота остались на замке. Надо же, какие меры безопасности, искренне удивился Карвер. Ни хрена себе пчел они тут выводят…

Территория «объекта» представляла собой большой прямоугольник, расчищенный от травы и камней, в центре которого в несколько рядов выстроились ульи. Справа от ворот стоял сборный щитовой домик, служивший одновременно лабораторией, столовой и местом отдыха для дежурной смены ученых, слева – похожий домик поменьше, который использовался в основном под склад для топлива, инструментов и оборудования. В нем же, как охотно объяснил профессор, находился и генератор. Впрочем, Карвер и сам хорошо слышал бодрое тарахтенье дизеля, доносившееся изнутри. У пчелиной кормушки в центре площадки возился подсобный рабочий. Он загружал в кормушку кормовую смесь. Среди ульев ходили еще двое ученых, наблюдая за ульями и делая какие-то записи в блокнотах. Майор заметил, что один ряд ульев отличается окраской, но не стал спрашивать старика, что это значит. Профессор и так насторожился, заметив неожиданный для него интерес Карвера к своим опытам. Стоит ли напрягать его еще больше? Лучше подождать – авось сам объяснит.

Сотрудники профессора поприветствовали гостей, но старик сделал жест, означавший: продолжайте, мол, не отвлекайтесь, и те вернулись к своим занятиям. Старик повел гостей по пасеке, по ходу объясняя:

– В этих ульях у нас колония диких пчел, в этих – европейских. Наш рабочий материал. А здесь, – профессор с плохо скрываемой гордостью показал на те самые, выделенные цветом ульи, – наши пчелы-гибриды. Кстати, рядом с ними будьте осторожны. К сожалению, они пока получаются довольно агрессивными… Но мы надеемся устранить этот побочный эффект.

Неспешно передвигаясь по пасеке, они подошли к кормушке. Подсобный рабочий, чья худоба угадывалась даже под защитным костюмом, обернулся на голос профессора и поклонился, почтительно здороваясь с Тиллером и его гостями. Услышав голос Рейвена, рабочий задержал на нем взгляд дольше, чем следовало. Но Карвер, занятый беседой со стариком, этого не заметил.

Проведя гостей по пасеке, профессор привел их в домик у ворот, где они смогли снять неудобные балахоны. Здесь старик наконец-то озвучил причину, заставившую его обратиться к Карверу и его людям.

– Надеюсь, вы удовлетворили свое любопытство. Теперь я хотел бы поделиться с вами проблемой, которую, как мне кажется, именно вы можете помочь мне решить. Дело в том, что в окрестных джунглях хозяйничают местные племена, относящиеся к народности мбунде. Сущие дикари, если не сказать бандиты. Они предъявили нам ультиматум. Мбунде считают, что наши база и пасека находятся на их земле, а значит, мы должны им за это заплатить. Два дня назад они повторили свои требования. В принципе, просят они не слишком много, но… Кто знает, чего они потребуют завтра? Ведь аппетит, как говорится, приходит во время еды. Мои люди уже замечали какое-то подозрительное движение в джунглях вокруг наших объектов. Мы обратились за помощью в штаб войск ООН, но они сказали, что не занимаются охраной коммерческих объектов. Тем более так далеко от Монровии. Нанимать кого-то в Европе обойдется слишком дорого даже для такой крупной компании, как «Хэнджер Фудс». Но вот если бы вы могли предоставить, скажем, хотя бы тридцать-сорок либерийцев из числа тех, кого вы готовите для местной армии, этой их национальной гвардии… Мы могли бы за это заплатить и вашим солдатам, и вам лично – за содействие. Мне кажется, что все будут довольны. И солдатам приятная прибавка к их скромному жалованью, и нам спокойнее. Что касается питания солдат, корпорация готова взять решение этого вопроса и связанные с ним расходы на себя. Ну, как, вы возьметесь нам помочь?

– О, конечно, профессор, о чем разговор! Если это и есть ваша проблема, то мы с удовольствием поможем вам ее решить, – с широкой ухмылкой, заставившей старика невольно вздрогнуть, сразу же согласился Карвер. Он-то, честно говоря, ожидал чего-то более опасного и менее прибыльного. – Вернемся назад, переговорю с кем надо, и через пару дней получите охрану. Не знаю, правда, как насчет сорока… это все-таки довольно много, но двадцать или даже двадцать пять солдат я вам гарантирую.

– Я думаю, надо пройтись вокруг, произвести разведку прилегающей местности – с какой стороны реальнее всего ждать нападения, оценить, сколько солдат здесь может понадобиться. Не возражаете, сэр? – вступил в разговор Рейвен.


В этот момент в домик вошел подсобный рабочий и снял с головы защитную сетку. Все увидели, что у этого африканца через всю правую щеку от уха до носа идет длинный старый шрам, похожий на грубую татуировку. Второй шрам, почти как первый, прочертил правую сторону его бритого черепа от переносицы до затылка. Из-за этого голова рабочего была похожа на арбуз, в котором вырезали дольку, но забыли вынуть. При том что и без шрамов он не выглядел красавцем. «Жутковатое зрелище», – равнодушно подумал Карвер. А Рейвен, продолжая развивать свою идею, обратился к профессору:

– Простите, сэр, не мог бы ваш человек, – он кивнул в сторону обладателя шрамов, – показать мне, что и как тут у вас в округе?

– О, конечно! – Профессор, обрадованный, что его просьба так быстро нашла у американцев полное понимание и поддержку, с легкостью согласился. Капитан Рейвен и либериец со шрамами вышли. Карвер, у которого от немалого количества виски слегка шумело в голове, глядя в окно, проводил их безразличным взглядом. Поведение заместителя не вызывало у него никаких подозрений. До сих пор Джо не давал никаких поводов в себе усомниться. Хоть сам из Штатов прибыл сравнительно недавно, но местные реалии знает лучше многих белых, сидящих здесь чуть ли не с рождения. К кому он, сам черный, должен был еще обратиться за помощью, как не к единственному местному в лаборатории?

Честно говоря, Карвера беспокоил не заместитель – от Джо он подвоха не ждал. А вот то, что все на пасеке ходили в этих балахонах, а главное – в масках, полностью скрывающих лицо, и различали друг друга по голосам и бэйджикам, майору действительно не понравилось. Непуганые эти яйцеголовые. Не дай бог, кто додумается раздобыть с десяток таких костюмчиков – вырежут всех умников на раз…

– Итак, мы договорились, мистер Карвер? – Старику, как видно, очень хотелось еще раз услышать такой желанный для него ответ.

– Да, профессор. Через пару дней вы получите лучшую охрану, на какую можете рассчитывать в этих богом забытых местах.

Загрузка...