Глава 4

Что он здесь делает? – в панике думала Бетти, когда усаживалась в кресло, отодвинутое для нее официантом. Их столик располагался таким образом, что Рон был хорошо виден. Но и ему стоило только поднять глаза от газеты, которую он читал, чтобы заметить ее!

Сейчас он выглядел совсем иначе, чем днем: рабочие рубашки и джинсы сменились бежевым батником и темными брюками. И теперь, решила Бетти, бросив на него быстрый взгляд из-под полуопущенных ресниц, Рон совсем не напоминал простого строителя, с которым она познакомилась.

Странно было встретить его в этом отеле. Правда, одного, судя по тому, что место рядом с ним пустовало, а его ужин явно подходит к концу.

Конечно, в чужом городе Рону необходимо было где-нибудь остановиться, но она и подумать не могла, что таким местом окажется отель на центральной площади! Должно быть, в их компании рабочим платят больше, чем она себе представляла.

– Мисс Рассел? Или я могу называть вас Бетти?

Она поспешно повернулась к Оливеру Макмиллану, на мгновение прикрыв глаза в попытке собрать разбегающиеся мысли. Шок от того, что он увидела Рона в ресторане, совершенно лишил ее присутствия духа.

– Да, конечно, – растерянно уступила она своему спутнику, недоумевая, почему Оливер Макмиллан смотрит на нее так насмешливо.

– Меню, Бетти, – подсказал тот.

– О, спасибо.

Она подарила мимолетную улыбку молодому официанту, ожидающему за спинкой кресла, и взяла дрожащими руками темно-синюю папочку.

И все из-за присутствия Рона, признала она, слепо вглядываясь в открытое меню. Ей и без того предстоял нелегкий вечер в компании брата Оскара, а тут еще приходилось ждать, когда он увидит ее с тем, с кем у нее якобы свидание вечером!

Что сделает Рон, когда заметит ее – если заметит! – сидящей напротив в ресторане с другим мужчиной? Закончит есть и молча покинет зал, слишком раздраженный, чтобы заговорить с ней? Или подойдет и поздоровается? Бетти этого не знала. В ее пользу свидетельствовало только то, что она рассказала ему о своих планах на вечер. Но она не говорила, что проведет его в обществе другого мужчины…

– Что-то не так, Бетти?

Подняв глаза, она обнаружила, что Оливер Макмиллан пристально смотрит на нее. Как будто перед ним было отвратительное насекомое, которое ему приходится изучать под микроскопом!

Бетти раздраженно захлопнула папку.

– Вы прилетаете из-за океана, сообщаете, что Оскар погиб, и требуете, чтобы мы поговорили! А теперь спрашиваете, что не так! – выпалила она, вложив в голос всю язвительность, на которую была способна.

– Ну хорошо, – сдержанно произнес ее собеседник, медленно закрывая меню, чтобы уделить ей все свое внимание. – Как вы познакомились с Оскаром?

Бетти замерла, услышав, что называется, вопрос в лоб. Да, «обмен любезностями» действительно закончился.

– В университете, – холодно ответила она. Брови Макмиллана удивленно поползли вверх.

– В Гарварде?

– Ужасно, да? Они совсем перестали считаться с общественным положением человека, и уже не знаешь наверняка, кого там встретишь! – ядовито прошипела в ответ Бетти.

– Очевидно, – резко бросил Оливер Макмиллан. – Вы знали, кем был Оскар, когда решили познакомиться с ним?

Она задохнулась от ярости. Вечер обещал быть жарким. Но она не собиралась сдаваться.

– Он представился, как Оскар Макмиллан, – с вызовом ответила она. – И у меня не было причин думать, что он обманывает меня.

Лицо Оливера потемнело от злости.

– Я…

Но ему пришлось прерваться, так как официант принес заказанную им бутылку вина. Макмиллан явно был недоволен задержкой. Бетти вздохнула с облегчением, радуясь вынужденному молчанию. Разговор проходил даже хуже, чем она предполагала. Очевидно, Оливер счел ее женщиной, которая восемь лет назад завела отношения с его братом исключительно ради получения материальной выгоды.

Холодный, самоуверенный, напыщенный…

– Что вы будете есть, Бетти? – спросил он нетерпеливо, поскольку официант явно не собирался уходить.

Соберись, приказала она себе, заказывая суп и салат Ей было плевать, что принесут, она вообще сомневалась, что в горло полезет хоть что-нибудь. Гнев, поднимающийся в груди в ответ на унизительное презрение Оливера Макмиллана, делал это невозможным.

– Давайте только уточним одну деталь, прежде чем двинемся дальше, – холодно заявила Бетти, как только они остались одни, и продолжила после сдержанного кивка своего собеседника: – Я не притязала на деньги Оскара, пока он был жив. И у меня нет намерения…

– Я бы не говорил так о суммах, которые вносились каждый месяц на банковский счет на ваше имя, – проскрежетал Оливер, прерывая Бетти.

Краска залила ее щеки, но тут же отхлынула от лица.

– Я не тронула ни цента из этих денег, – процедила она сквозь зубы. – Счет, о котором вы говорите, предназначен для Ника.

Высокомерный взгляд Оливера Макмиллана выражал недоверие.

– В самом деле?

– В самом деле! – отрезала она, яростно сверкнув глазами.

Упомянутый счет был единственным свидетельством того, что Оскар признал ребенка, которого бросил в Штатах, окончив обучение.

Бетти тогда очень долго не соглашалась принять деньги. Но потом возобладал здравый смысл, и она предложила, чтобы сумма вносилась на текущий счет для Ника.

А со слов Оливера Макмиллана, все выглядело совсем по-другому…

– Я могу показать вам все бумаги, если хотите, – заявила она. – Вы увидите, что каждый цент, который Оскар когда-либо присылал – плюс проценты, – все еще там!

Это было меньшее, что отец мог сделать для сына, от которого отказался.

Невольное уважение мелькнуло во взгляде Оливера Макмиллана, но тут же снова сменилось надменной насмешкой.

– В этом нет необходимости, – медленно произнес он.

Потому что, подумала Бетти, деньги Оскара, вложенные в будущее Ника, были мелочью для Макмилланов. Их семья считалась одной из самых влиятельных в финансовых и политических кругах Лондона в течение вот уже нескольких поколений. Тогда как Расселы эмигрировали в Штаты только пятнадцать лет назад и все, что имели, зарабатывали тяжелым трудом.

– Должен сказать, – бесстрастно произнес Оливер, взяв ложку и начиная есть суп, который только что принесли, – что я ожидал другого от женщины, которая приходится матерью ребенку Оскара.

– О? – только и смогла ответить Бетти.

Оливер Макмиллан медленно покачал головой.

– Для меня было потрясением обнаружить среди бумаг Оскара банковский документ, свидетельствующий о том, что каждый месяц в течение последних семи лет на счет мисс Э. Рассел поступали определенные суммы денег…

– Счет открыли на мое имя, потому что Ник был еще совсем маленьким, когда начались платежи, – оборвала его Бетти. – Если вы позволите показать вам бумаги…

– Я уже сказал, что мне не требуются детали, – отмахнулся Оливер. – Но вы, вероятно, догадываетесь, какое объяснение этим выплатам могло прийти мне в голову.

– И как вы обнаружили, кому на самом деле переводятся деньги?

Этот вопрос беспокоил Бетти с тех пор, как Оливер Макмиллан появился вчера перед ее домом. Она жила в Бостоне, когда познакомилась с Оскаром, а сейчас они с сыном находились в сотнях миль от этого города, и переезд был осознанным. Деньги поступали в местное отделение банка, но это не объясняет, как удалось обнаружить, кем в действительности являются они с Ником.

Карие глаза встретились с серыми.

– Среди вещей Оскара я нашел несколько писем… любовных писем, подписанных «Берти». По крайней мере, я думал, что это была Берти, – поправился он сухо. – Вы бы научились писать поаккуратнее, Бетти.

– Я приму к сведению ваш совет, – фыркнула она. – Хорошо, вы обнаружили… письма, но мне все еще не понятно, как вы узнали о существовании Ника. Или, вернее, то, кем мальчик приходится вашему брату. – Она, не отрываясь, смотрела на Макмиллана.

Он пожал плечами.

– Я нанял частного детектива…

– Что вы сделали?! – Бетти даже подумала: уж не ослышалась ли она? Сама мысль о том, что кто-то мог следить за ней, показалась оскорбительной. – Как вы посмели! – воскликнула она, задрожав от возмущения.

Оливер Макмиллан снова пожал плечами.

– Принимая во внимание тот факт, что я живу в Англии…

– И ваше время драгоценно! – язвительно вставила Бетти.

– …это было наиболее простым и эффектным способом узнать все, что меня интересовало, – продолжал он, будто не слыша ее.

– Это посягательство на частную жизнь – вот что это такое! – яростно возразила она.

– Возможно, – не стал спорить Макмиллан. – Я…

– Возможно?!

Ее голос звенел от гнева, а руки сжались в кулаки с такой силой, что ногти впились в ладони.

– Я хочу, чтобы вы успокоились, Бетти, – сказал Оливер скучающим тоном.

– Держу пари, что хотите. – Она сверкнула на него глазами, спрашивая себя: что точно узнал о ней этот человек? – Но я должна сказать вам, что глубоко возмущена тем, что какой-то сомнительный тип копался в моей…

– Вы слишком много смотрите телевизор, Бетти, – прервал ее Оливер пренебрежительным тоном. – Это был вполне уважаемый профессионал, смею вас уверить.

Ага, то есть не болтливый, мысленно добавила Бетти. Конечно, разве будут Макмилланы трубить на всех углах, что в их семье есть незаконнорожденный ребенок!

– Единственное, что ему удалось выяснить, так это то, что вы владелица салона причесок. Так что ваша частная жизнь осталась при вас… Понятно, что он узнал и ваш домашний адрес, – добавил Оливер с холодной усмешкой на губах. – И то, что вы живете вместе с семилетним сыном. Зная о деньгах, которые Оскар переводил на ваше имя в течение последних семи лет, нетрудно было догадаться, что Ник и есть причина этих вкладов, потому что он – ребенок Оскара.

– Ник – мой сын, – холодно возразила Бетти. – Так называемые денежные вклады Оскара были призваны только облегчить его совесть.

Теперь она уже жалела, что не позволила тогда своей гордости взять верх над благоразумием. Не будь этих денег – не было бы сегодняшнего разговора!

– Чего вы хотите, мистер Макмиллан? – спросила она напрямик.

Этот мужчина очень напоминал Оскара, но Бетти быстро поняла, что сходство только внешнее. Оливер Макмиллан мог быть совершенно безжалостным и беспощадным, если того требовала ситуация.

– Я только пытаюсь, и, очевидно, безуспешно, – сухо произнес он, – объяснить мое собственное отношение к этому вопросу.

– А ваше отношение имеет значение? – язвительно осведомилась Бетти.

– Если вы хотите, чтобы деньги и дальше продолжали поступать на счет, то да! – отрезал он.

Она посмотрела на него в замешательстве.

– Как ни странно, но мне наплевать на это! Мне ваши деньги не нужны. А Ник, я уверена, поймет меня потом, когда я все ему объясню. Кроме того, вы сказали, что Оскар умер…

– Но обязательства перед сыном, к сожалению, нет! – рявкнул Оливер.

Бетти посмотрела ему в глаза и решительно произнесла:

– Я не собираюсь заявлять права на что-либо из имущества вашего брата для Ника, если это вас беспокоит.

Макмилланы, похоже, все переводят на деньги. Как у них все просто: заплатил – и совесть чиста. Чем больше заплатил – тем спокойнее живешь!

Бетти подавленно склонила голову.

– Я могла ведь даже не узнать о смерти Оскара, если бы вы не приехали и не рассказали мне. Прекратить денежные поступления по какой бы то ни было причине, я бы просто подумала, что Оскар счел свои обязательства выполненными.

– Должен сказать… – медленно начал Оливер Макмиллан, и его холодный взгляд остановился на ней, – что вы не показались мне… огорченной, когда узнали о гибели моего брата.

Конечно, она огорчилась, услышав, что молодой мужчина, которому только исполнилось тридцать два, мужчина, который, как никто, умел получить от жизни удовольствие, умер так трагически. Но…

Бетти пожала плечами.

– Это было семь лет назад. Моя жизнь продолжалась, его, я уверена, тоже.

Оскар не любил ворошить прошлое, да и о будущем не задумывался, коли на то пошло. Он жил только настоящим. А Бетти была слишком занята последние семь лет, пытаясь обеспечить достойную жизнь для Ника, чтобы слишком часто вспоминать о нем.

– И, тем не менее, – растягивая слова, медленно произнес Оливер Макмиллан, – он был отцом вашего ребенка…

– У Ника нет отца! – резко возразила Бетти. – И никогда не было. Так что, если вас беспокоит, что я могу попытаться получить некоторого рода финансовую выгоду от гибели Оскара, то…

– Это не беспокоит меня, – холодно бросил Оливер Макмиллан. – В этом отношении меня ничего не беспокоит… Меня интересует только тот факт, что Ник – сын моего брата.

У Бетти похолодело внутри.

– Да. Но…

– Возможно, вы не знаете, что Оскар и я были единственными детьми в семье…

– Я вообще не знала, что у него есть брат, – сухо заметила Бетти.

Оливер Макмиллан натянуто улыбнулся.

– Ну, как видите, есть, – проскрежетал он в ответ и задумчиво добавил: – Конечно, если бы вы вышли замуж после рождения сына, то ситуация была бы совершенно другой.

Бетти испуганно нахмурилась.

– Какая ситуация?

– Ситуация с Ником, – ответил Макмиллан.

– Но нет никакой «ситуации с Ником», – нетерпеливо возразила она. – Я его мать. Он мой сын. Вот и все факты!

– И я признаю их.

– Очень великодушно с вашей стороны! – огрызнулась Бетти, мечтая, что бы кто-нибудь забрал у нее тарелку с несъеденным супом. Сейчас один запах заставлял ее чувствовать тошноту.

– Вы были такой же импульсивной восемь лет назад?

Бетти нахмурилась, недоумевая, почему Макмиллан внезапно сменил тему беседы.

– Вероятно, – в конце концов, вынуждена была признать она. – А что?

– Только то, что тогда легко понять причину влечения Оскара к вам, – тихо произнес он. Теперь он смотрел на нее чуть ли не с восхищением.

Бетти невольно поморщилась. Скажи так любой другой мужчина, она восприняла бы это как комплимент, более того, как попытку пофлиртовать. Но услышать такое от человека, подобного Оливеру Макмиллану…

Тот внезапно выпрямился – как если бы вдруг прочитал ее мысли!

– Я уже говорил вам, что Оскар и я были единственными детьми, – начал он решительно. – Брат так и не женился. И у меня нет причин думать, что где-нибудь еще у него могут остаться незаконнорожденные дети…

– Это должно вас утешать, – усмехнулась Бетти.

– Да, – согласился Оливер. – Скажите, в наши дни легко сделать аборт, и…

– Моя семья – католики, – возмутилась она, предугадывая его следующий – оскорбительный! – вопрос.

– Конечно, – согласился он спокойно. – Хорошо, как я уже сказал, брат так и не женился. Я был женат. Правда, недолго, – продолжил Оливер, с трудом подбирая слова. – Но сейчас мы в разводе. И детей в этом браке не было.

– У вас еще все впереди, – поспешно вставила Бетти, начиная понимать, куда он клонит.

– Вряд ли, – покачал головой ее собеседник. Учитывая все обстоятельства, я еще не сообщил моим родителям о существовании Ника. Я хотел сначала увидеть его… и вас.

Оливер вообще не собирался им ничего говорить, догадалась Бетти. Но сейчас, похоже, изменил свое мнение. К ее ужасу!

– У вас тоже есть родители? Ну надо же, как много Макмилланов развелось на белом свете! – оскорбительным тоном заявила она.

– Буду с вами откровенным, Бетти… – начал он, не обращая внимания на ее выпад.

– Надеюсь, – бросила она.

– Ник, как сын Оскара…

– Незаконнорожденный сын, – быстро вставила Бетти.

Оливер Макмиллан пожал плечами.

– При данных обстоятельствах это неважно. Факт остается фактом: Ник – Макмиллан, – отчеканил он каждое слово, очевидно желая быть уверенным, что Бетти поняла все правильно.

У него не было необходимости волноваться. Трудно такое не понять! Ник, законнорожденный или нет, после Оливера являлся единственным живым наследником Макмилланов.

У Бетти к горлу подступил комок, губы онемели. Она вдруг с ужасом поняла, что не стал бы этот человек пересекать океан только для того, чтобы удовлетворить любопытство по поводу Ника. Принимая во внимание все, что она сейчас услышала, он был здесь по совсем иной причине.

– Ник – Рассел, – твердо сказала она. – И я надеюсь, останется таковым навсегда.

Оливер Макмиллан привычно пожал плечами.

– Это я полагаю, он будет решать сам. Когда придет время.

Когда какое время придет? Нет, определенно этот человек пугал ее!

Она открыла рот, чтобы возразить, и тут услышала вежливый голос за своей спиной:

– Бетти! Вот так сюрприз!

Ей не надо было оборачиваться, чтобы узнать, кому этот голос принадлежит – Рону!

Честно говоря, она совершенно забыла о своем знакомом строителе, сидящем в этом же ресторане. Разговор с Оливером Макмилланом не оставил места другим мыслям.

Но от Рона, естественно, было бы странно ожидать того же…

Бетти медленно повернула к нему лицо и недовольно поморщилась, увидев полный сарказма взгляд, которым он смотрел на нее.

Оливер Макмиллан медленно поднялся, вопросительно глядя на нее. Бетти тяжело вздохнула, понимая, что у нее не остается другого выхода, кроме как представить мужчин друг другу. Хотя, прямо скажем, разговор прервался не в самый подходящий момент!

– Рон, это Оливер Макмиллан. – Бетти сознательно не стала ничего объяснять. – Оливер, это Рон…

– Харпер, – спокойно продолжил тот, пожимая протянутую руку.

Она остолбенела. Харпер? Рон Харпер? Тот самый Роналд Харпер?! Она уставилась на него таким взглядом, будто у мужчины на плечах внезапно появилась вторая голова.

Может, она ошиблась? Разговор с Оливером Макмилланом выбил из колеи и лишил способности рассуждать здраво. Что неудивительно. Не может же она только потому, что фамилия Рона оказалась Харпер, думать, будто он…

Однако его насмешливый, вызывающий взгляд не оставлял никаких сомнений.

Бетти тяжело сглотнула. Происходящее напоминало страшный сон. То, что Оливер Макмиллан уже успел ей сказать – и что наверняка еще скажет, – ужасало. Но то, что Рон – мужчина, который ей понравился и которому она почти доверилась, – на самом деле оказался противником, с которым она боролась вот уже несколько месяцев, было не менее ужасно.

Вчера вечером Бетти и понятия не имела, кто перед ней. Но он точно знал, что именно она мешает строительству нового супермаркета, упорно продолжая работать в салоне и отказываясь переезжать, пока не истечет срок аренды.

Она помрачнела еще больше, вспомнив их беседу и обидные замечания в адрес Роналда Харпера, брошенные ею ему в лицо.

– А как же мытье головы сегодня вечером? – подчеркнуто медленно произнес Рон, насмешливо приподнимая брови.

Ха-ха, очень остроумно! – было написано на возмущенном лице Бетти.

– Не смеем задерживать вас, – медовым голосом произнесла она. – Уверена, такой занятой человек, как вы, наверняка спешит… Полагаю, Оливер, вы слышали о супермаркетах Харпера, – обратилась Бетти к Макмиллану и чуть не задохнулась, произнося ненавистное ей имя.

– О, тот самый Харпер, – почтительно протянул тот, бросая, тем не менее, довольно неприязненный взгляд на мужчину.

– На самом деле мой дядя тоже Роналд Харпер, – уточнил Рон, выразительно посмотрев на Бетти. – Но, вы правы: я часть корпорации Харпера. – Его голос стал жестче, когда он отвечал Оливеру Макмиллану.

«Мой дядя – фигура довольно заметная в кругах Нью-Йорка» – так сказал Рон о своем родственнике. Очевидно, он и возглавляет корпорацию. То, что Рон оказался племянником «монстра», немного смягчило гнев, который почувствовала Бетти, узнав о его уловке.

– Я и не предполагал, что Бетти вращается в таких… высоких кругах, – заметил Оливер Макмиллан.

Краска залила ее щеки в ответ на насмешливый тон, которым были произнесены эти слова. Принимая во внимание, что именно Оливер думал о ее отношениях с его братом, не надо было прилагать особых усилий, дабы угадать к какому заключению он пришел относительно ее знакомства с Роном!

– Макмиллан? – нахмурился тот. – Вы из лондонских Макмилланов?

– Именно так, – надменно подтвердил Оливер. Его улыбке определенно не хватало душевности.

– В самом деле, высокие круги, – усмехнулся Рон.

Бетти сомневалась, кому из мужчин первому мечтала бы влепить пощечину!

Как смели они стоять здесь и, кичась своими семьями, бросаться недвусмысленными намеками в ее адрес, как будто ее самой здесь не было? Хотя, если бы ее здесь не было, эти двое, возможно, поговорили бы совершенно спокойно и даже нашли бы общих знакомых.

Бетти вдруг испытала огромное искушение повернуться и уйти.

А почему нет? Сегодня вечером ей нечего больше сказать ни тому, ни другому. Правда, она сомневалась, что ей будет что сказать им а дальнейшем. И аппетит совсем пропал… В общем, с нее достаточно!

– Если джентльмены простят меня… – резко вклинилась она в их беседу, холодно взглянув на обоих, когда они, удивленные, посмотрели на нее так, будто действительно забыли о ее присутствии. – Я решила, что сегодняшний вечер будет совсем замечательным, если я все-таки вымою голову, – бросила Бетти и, резко повернувшись, покинула переполненный зал ресторана.

Она знала, что только отсрочила свое противоборство с Оливером Макмилланом. Но эта задержка давала ей шанс, по крайней мере, поговорить с адвокатом и точно выяснить, чего можно ожидать от возникшего вдруг повышенного внимания английского дяди к ее сыну.

Потому что у Бетти были все основания полагать, что эта семейка не остановится ни перед чем!

Загрузка...