Глава 2

– Сегодня нужно подумать о том, что ты будешь говорить моим коллегам, – сказал отец. – Мысли есть? Надо придумать что-то такое, чтобы не выглядеть полной идиоткой и не опозорить меня. Придумаешь сама или переложишь это на меня?

– Сейчас займусь, – обещала Настя, – только тогда возьмите к себе Олю, а то она будет мешать или опять сядет болтать со своей Джаной. В её мире это нормально, а здесь назовут чокнутой.

Отец ушёл, забрав с собой малышку, а девочка села за компьютер.

– Показала бы ту, которая всё морозит, – попросил домовой, заставив вздрогнуть от неожиданности. – Мне понравилось. Теперь понятно, почему у вас так холодно!

– Марк, мне нужно работать, – сердито ответила она. – Закончу, тогда дам что-нибудь посмотреть. Скачаю для тебя «Домовёнка Кузю».

– Сама говорила, что сегодня не работают, – проворчал домовой. – Сказала, что приведёшь в дом, а это твоя квартира на него не тянет. Чем здесь заниматься домовому?

– Я обработаю тебя магией, – обещала девочка. – Если сработает и на этот раз, научишься читать. У меня много книг, а чтение интересней фильмов, и никому не будешь мешать. Заодно то же самое сделаю сестре.

– Сработает, – сказал он, забираясь на её кровать. – На меня не действует магия, когда я сам этого не хочу. Ладно, тогда не шуми, я, пожалуй, посплю.

Настя долго не искала. Мысли о том, что сказать, были, а поисковик помог найти нужное. Она быстро запомнила то, что посчитала важным, и пошла советоваться с отцом. Родители вместе с Олей были в спальне. Новая дочь что-то увлечённо рассказывала, а они с интересом слушали.

– Папа, ты мне нужен, – сказала Настя отцу. – Выйди, чтобы им не мешать.

– Придумала? – спросил он, выходя в гостиную.

– Придумала. После йоги я увлеклась вайрагья – это индийская философия, которая проповедует уход от мирской суеты. Что ты кривишься? Забью я мозги твоим операм, добавлю капельку магии – и съедят как миленькие. Это получше многого из того, что пришло в голову. Теперь нужно придумать место, где я могла девять месяцев валять дурака. Подойдёт дед Спиридон? Живёт отдельно от остальных деревенских, и к нему почти никто не ходит. В станице его считают чокнутым и, по-моему, правильно. С моей магией не будет никаких проверок.

– Вообще-то, жизненная версия, – подумав, сказал отец. – Села в электричку, потом автобусом до станицы… Дед с прибабахом, так что мог и не прогнать. Ты покупала у него целый месяц козье молоко, когда мы там отдыхали, поэтому вроде как знакомая. Соседей у него нет, а участковому он на фиг не нужен. Если сама никуда не бегала, могли не увидеть.

– Ну да. Перед тем, как сесть в автобус, я бросила вам письмо. Написала, что жива и здорова. Не знаю, почему вы его не получили, может, я волновалась и ошиблась с адресом.

– А почему не оставила дома записку? – спросил он.

– Что возьмёшь с дурочки? – пожала она плечами. – Хотя… Мама тогда была дома, просто ненадолго вышла. Если бы она наткнулась на записку раньше времени, я далеко не уехала бы.

– Хорошо продумай над тем, что будешь говорить, – предупредил отец. – В том кабинете, куда я тебя поведу, стоит камера. Всё подряд не пишут, но ты у меня красавица, поэтому могут записать.

– Похуже оденусь и потеряю половину красоты, – засмеялась дочь. – Во сколько туда пойдём?

– Не пойдём, а поедем, – ответил он. – Я вчера взял машину и оставил возле дома. Завтра поеду на работу, потом обрадую Фадеева и договорюсь, когда тебя привезти.

– Ладно, обдумаю детали и займусь учёбой, – сказала Настя. – Хочется побыстрее со всем разделаться. О чём вы там говорите?

– Говорит преимущественно Оля, – улыбнулся отец. – Тема разговоров – ты. Не знаю, полюбит ли она нас, но ты у неё уже любимая сестра.

Когда девочка вернулась в спальню, выключенный ею компьютер опять работал, а на стуле, подложив под себя подушку, сидел домовой и стучал пальцами по клавиатуре.

– Ничего не получается! – сердито пропищал он. – Куда здесь тыкать?

– Сейчас сделаю, – сказала она, решив пока не заниматься его воспитанием. – Подожди, подключу тебе наушники, чтобы не мешал.

Настя надела на голову Марку наушники, улыбнулась его потешному виду и запустила ему «Снежную королеву». Сама собрала учебники за седьмой класс, которых оказалось четырнадцать, забралась с ними на кровать и стала составлять для себя план учёбы. Английский отпал сразу. Богиня не соврала: язык девочка знала не хуже англичанки. Наверное, и со всеми остальными языками было то же самое. Решив, что начнёт с алгебры, она убрала остальные учебники на стол и опять легла на кровать. Два часа занятий пролетели незаметно. Настя прочитала половину учебника, не встретив ничего такого, что требовало бы дополнительных объяснений. Всё прочитанное было понятно и прекрасно запомнилось. Теперь нужно было заняться решением задач.

«Неужели это из-за магии? – подумала она. – Так я за месяц подготовлюсь ко всем экзаменам! Лишь бы потом в голове не было каши. Наверное, нужно будет делать перерывы».

До обеда Настя успела провести ревизию своей одежды и убедиться в том, что ни во что не может влезть. Она не только стала выше, но и обросла мышцами. Не очень сильно, но достаточно, чтобы выбросить платья. Домовой давно досмотрел свой мультик и теперь наблюдал за её тщетными попытками разнообразить гардероб.

– Зачем выбрасывать? – сказал он, когда хозяйка бросила на пол очередное платье. – Можно разрезать и чего-нибудь вшить. Вещи-то почти ненадёванные.

– Помолчи, Марк! – сердито сказала она. – Королевских портных здесь нет, а деньги за моё золото в далёкой перспективе. Мать не работает, а нас пятеро на отцову зарплату. Мы с Олей не будем подметать улицу платьями, а одних костюмов мало! Я хотела надеть в полицию что-нибудь похуже, а теперь даже не знаю… Хорошо, что налезло пальто, если бы пошла к ним в шубе, не пришлось бы ничего объяснять. Сказали бы, что молодая да ранняя!

– Продай какое-нибудь барахло, – посоветовал Марк. – Сама говорила, что у тебя его много.

– А ведь действительно… – задумалась Настя. – Там несколько кинжалов, которые мне не нужны. На них куча камней, поэтому должны стоить дорого. Вопрос в том, кому их продать и при этом не засветиться. Уходи от компьютера, буду искать.

Поиски заняли минут десять и увенчались успехом, когда набрала в поисковике: «Ростов-на-Дону, клуб любителей холодного оружия». Написав на сайте объявление, не дала номера телефона и предложила желающим указать свой адрес. Она забрала с хранения взятые в пещере Чупчи кинжалы и выбрала из них тот, на котором был только один камень. Этот рубин в навершии кинжала был крупнее других на её клинках.

«Чёрт его знает, сколько он может стоить, – думала Настя, рассматривая камень. – Может, его оттуда выковырять? Ну нет у меня ничего дешёвого. Что за жизнь: до фига золота и драгоценностей – и ничего нельзя быстро продать! Отец не будет этим заниматься, да и мать тоже, а у меня никто ничего не купит. С магией, конечно, купят всё, можно даже просто забрать деньги, ничего не давая взамен, но как выйти на нужных покупателей?»

– Ну как успехи? – спросил вошедший в спальню отец, который вёл за руку Олю. – Забирай сестру и срочно начинай учить её мыть руки. Как мы выяснили, она их не мыла уже два дня. И не тяните, потому что скоро обед, а грязнуль за стол не пустим. Что это ты разбросала платья?

– Я из всего выросла, – сердито ответила дочь. – Ничего не смогла надеть. Не жмёт, а вообще не сходится!

– Подросла, – сказал он, – и стала шире в плечах и в бёдрах, да и грудь уже видно. И не нужно краснеть, тебе скоро четырнадцать. Ты говорила, что занималась с железом, вот тебе и результат. До исчезновения у тебя были одни кости, на них и покупалась одежда. Ничего, у нас с матерью есть сбережения, так что всё для вас купим. А что это за кинжал? Можно посмотреть?

Отец взял из её рук кинжал, вынул из ножен и долго смотрел.

– Музейная вещь, – сделал он вывод после осмотра. – Рубин не меньше десяти карат и странный узор на клинке. Сколько ему лет?

– Больше тысячи, – сказала Настя. – Папа, сколько он может стоить?

– Трудно сказать. В таких вещах, как это оружие, в основном оценивают уникальность. Если он из мира нашей Оли, то не имеет цены, только об этом никому не скажешь. Ты хочешь его продать?

– Не хочется проводить кровопускание семейному бюджету, – призналась она, – а золото быстро не продадим. Я отвыкла экономить деньги, и не хочется опять к этому привыкать. Нас теперь пятеро, и у меня с Олей многого нет.

– И не жаль продавать такую вещь?

– У меня они есть ещё, этот самый дешёвый на вид, – объяснила Настя. – Они мне и там не были нужны, а здесь и подавно. Взяла когда-то на всякий случай. Я закинула удочку через интернет…

Она рассказала о своей затее с клубом.

– Может получиться, а можешь вляпаться в неприятности, несмотря на свою магию, – неодобрительно сказал он. – Кто-то, по-моему, обещал советоваться. У твоей силы есть два больших недостатка, поэтому не стоит считать себя неуязвимой. На каком расстоянии она действует?

– Метров на пятьдесят, а что?

– А то, что влепят в тебя шприц со снотворным, и не поможет никакая магия. Я уже не говорю о пулях. И от технических средств ты не защищена.

– Не всё так просто, папа, – возразила Настя. – Есть заклинание, которое не даст заснуть, а моя магия – это не только управление людьми, я могу врезать и по-другому! Но я не собираюсь здесь ни с кем воевать.

– Вы скоро? – спросила заглянувшая в дверь мать. – Обед на столе, так что мойте руки и идите есть. Татьяна ещё не пришла, поэтому сядем все.

Они пообедали, после чего разговор о кинжале возобновился уже с участием матери.

– Что скажет наш эксперт-криминалист? – спросил отец, отдав ей оружие.

– Без оборудования я много не скажу, – ответила она. – Вещь, несомненно, старая и ценная, но в прекрасном состоянии. Видно, что очень хорошая сталь. Странная огранка у рубина, я такой не знаю. Наверное, это парадный кинжал, а не боевой, на боевых не делали рукоятки из золота. Хоть она не вся золотая, в мокрых руках не будет плотного хвата. Обычно на рукоятке делают насечки или её оборачивают в кожу, а здесь что-то гравировали, только рисунок стёрся от времени. Это оттуда?

– У меня тоже есть такой, – встряла в разговор Оля. – Только здесь один камень, а на моём кинжале их много. Где он, Настя?

– Наше оружие хранится отдельно, пока оно не нужно.

– Я не буду ничего обещать, просто поговорю с одним человеком, – сказал отец. – Он очень богат и коллекционирует такие вещи. Если заинтересуется и нас устроит цена, можем продать. У этой сделки будет один плюс: что бы ни случилось, на меня потом не сошлются. Я только гарантирую, что это оружие не числится в розыске, а в каталогах он его не найдёт. Если всё получится, можно будет не спешить с золотом, а вас мы оденем и обуем и летом хорошо отдохнём. Как вам план?

– Если хочешь предложить Самойлову, тогда хороший, – сказала мать. – От Виталия не будет неприятностей. Чем сейчас займётесь?

– Я буду смотреть мультики! – выкрикнула Оля. – Настя, ты обещала!

– Включу им мультики, а сама пойду в гостиную заниматься, – сказала девочка. – Всё очень легко учится, поэтому я быстро подготовлюсь.

– Кому им? – не поняла мать.

– Марк тоже на них подсел, – объяснила дочь. – Сегодня обоих обучу чтению и письму. Точнее, обучаться будут три дня, а потом дам книги, а то они скоро не подпустят меня к компу. Надо будет срочно посмотреть, что есть новенького, а то у меня на диске не так много мультфильмов.

Настя запустила «Рапунцель» и ушла в гостиную добивать алгебру. Когда закончился фильм, не поддалась на уговоры и шантаж сестры и выключила компьютер, а заодно наложила на любителей мультиков заклинание грамотности.

– Разбежались! – приказала она обоим. – Мне нужно заниматься, а вы уже достаточно развлеклись. Будете мне мешать – не подпущу к компьютеру!

После этого заявления Оля ушла на диван к своей Джане, а домовой заснул, чтобы быстрее прошло время до ужина. Вскоре пришла сестра, да не одна, а с Олегом. Настя почему-то не подумала о такой возможности. Получилось плохо. Он знал, что у невесты пропала сестра, а теперь оказалась, что она уже дома, а ему об этом почему-то не сказали. Пришлось срочно применить магию. После этого удивление и обида юноши прошли без следа, и он даже не полюбопытствовал, где чуть ли не год могла болтаться такая девчонка. Прибавление в семействе Никитиных его тоже не удивило, и вечер провели весело. Поужинали вместе в гостиной, раздвинув стол. Вот так и прошло воскресенье.

Утром первыми завтракали отец с Таней. После этого он уехал на службу, а сестра ушла в школу. Она была в нескольких минутах ходьбы от дома, поэтому на занятия шли пешком. Настя проснулась из-за того, что рядом кто-то громко вздыхал.

– Марк! – сердито сказала она домовому. – Если ещё раз разбудишь, оторву уши! Голодный, так иди к матери, она тебя накормит. Танька уже должна быть в школе, поэтому можешь завтракать на кухне. Всё понял?

– Ты тоже вставай, – сказала слышавшая разговор мать. – Отец сказал, что может скоро приехать. Олю не будите, я позже сама подниму.

Они позавтракали, потом Настя оделась и расчесала волосы. Она хотела заняться решением задач, но приехал отец.

– Бросай учёбу и быстрее одевайся, – сказал он дочери. – Нужный человек сейчас на месте и нас ждёт. Если его куда-нибудь пошлют, будешь ждать ты.

Ехать в Управление внутренних дел пришлось минут десять, не из-за того, что оно находилось далеко от дома, просто на улицах было слишком много машин. Отец провёл Настю на второй этаж, к кабинету с табличкой, которую она не успела прочитать, и открыл дверь.

– Принимай, – сказал он сидевшему за столом майору. – Это мой блудный ребёнок. А это, дочь, майор Фадеев, который по твоей милости сжёг немало нервных клеток.

– А они, как известно, не восстанавливаются! – без улыбки сказал майор. – Снимайте пальто, барышня, и начинайте каяться. Николай, ты можешь идти к себе. Когда закончу, позвоню.

Девочка послушно сняла пальто и положила его на стоявшие у стены в ряд стулья, а сама села напротив майора.

– Что молчишь? – спросил он. – Я жду! Пришла каяться, значит, кайся!

– А в чём мне каяться? – не поняла Настя. – У меня в жизни пошла полоса неудач. С учёбой не заладилось, в личной жизни тоже…

– Убежала с парнем? – попробовал догадаться майор.

– На фиг мне нужны ваши парни! – возмутилась девочка. – Сколько я ни старалась, ничего не получалось. Я раньше немного занималась йогой…

– При чём здесь йога? – перебил он. – Рассказывай о побеге!

– Как я вам что-нибудь расскажу, если вы всё время перебиваете? – зло спросила Настя. – Между прочим, этот разговор нужен вам, я без него обойдусь. Сдам экстернат за седьмой класс и до осени буду заниматься своим духовным миром!

– Рассказывай, – сказал майор. – Не буду я тебя перебивать.

– Так вот, я натолкнулась в интернете на вайрагью. Это такая индийская философия, которая позволяет совершенствоваться, отстраняясь от материального мира.

– Кришнаиты? – с опаской спросил он.

– Не ровняйте меня с этими придурками! – опять рассердилась Настя. – Я хотела совсем другого! Нужно было отречься от вещей, привычек и увлечений, но разве это сделаешь дома, а тем более в школе! Я смогла только достичь ятамана, а на вьятиреке обломалась! Пришлось всё бросить и уехать. Но я отправила родителям письмо! Сама бросила в ящик, не знаю, почему оно до них не дошло.

– И далеко ты уехала?

– Станица Старощербиновская, – ответила Настя. – Это недалеко, и добраться было нетрудно. Сначала…

– Я догадываюсь, как ты туда добралась, расскажи, кто там такой дурной, что почти на год приютил чужого ребёнка! И никто из соседей ничего не сказали участковому?

– Мы там отдыхали, – начала она объяснять. – Не прошлым летом, а на год раньше. Каждый день я бегала покупать козье молоко у одного старика. Он жил не со всеми, а в стороне, но электричество к нему протянули. Родни у деда Спиридона нет, а те, кто живут поблизости, считают его чокнутым и почти не общаются. За девять месяцев я никого из них не видела. Сама тоже никуда не выходила с его двора, а забор там в мой рост.

– А с какого бодуна он тебя приютил? Каким бы он ни был придурком, зачем ему такая обуза?

– Во-первых, я ему заплатила, – сказала Настя. – В голове у него давно ничего не держится, так что я напоминала об этой плате. Во-вторых, я ухаживала за козами, помогала ему в огороде и мы вместе копали картошку. А потом откуда вы взяли, что я ему мешала? Я всё лето и большую часть осени, когда не занималась его хозяйством, просидела в позе лотоса на сеновале. Когда сильно похолодало, пришлось спуститься.

– И какие результаты девятимесячного сидения на чердаке? – с сарказмом спросил майор.

– На сеновале, – поправила девочка. – Вот вы смеётесь, а мне удалось достичь уровня васирара! Осталась только одна ступень, и я достигну мокши! К вашему сведению, я легко научилась говорить по-английски, а вчера за один день выучила всю алгебру. Правда, нужно ещё заняться практикой, но думаю, что за сегодня это успею, если вы не будете долго меня мурыжить.

– Я бы тебя долго мурыжил! – мечтательно сказал он. – Жаль, что нет таких прав! Значит, свободно говоришь по-английски? Сейчас проверим, далеко ли ты до мокши!

Он позвонил и попросил подойти какого-то Владимира. Через пару минут в кабинет вошёл молодой капитан.

– Проверь познания этой девицы в английском, – попросил майор.

Настя минут пять болтала с этим офицером на языке Шекспира, узнала, что его зовут Владимиром Дмитриевичем, и несколько раз сделала замечания, когда он ошибался.

– Всё в порядке, – сказал Владимир. – Язык она знает лучше меня.

– А в школе у меня были по нему одни тройки! – вставила девочка и уже не в первый раз подействовала на майора магией.

В результате она через десять минут вместе с отцом ехала домой.

– Ты не перестаралась? – спросил он. – Фадеев выглядел каким-то пришибленным.

– У него проблемы с индийской философией! – прыснула Настя. – Путает последователей вайрагья с кришнаитами! Один пункт из трёх мы выполнили. Или ещё нет?

– Выполнили, – успокоил отец. – Дело он закрывает. Не знаю, о чём вы говорили, но разговор записывался. Интересно, что о тебе будут говорить в Управлении.

– Скажут, что твоя дочь большая чудачка, но умница и вундеркинд, – засмеялась она. – Ничего порочащего говорить не будут, разве что кто-нибудь из начальства посоветует отодрать меня ремнём. Ты такой совет переживёшь, а я тем более. Теперь можно не скрываться и заняться школой!

– Школой займёшься с матерью, когда купим форму и всё остальное, – сказал он. – Не будем ждать, пока я продам твой кинжал. Скажешь матери, чтобы сняла деньги со счёта. Заодно экипируете Олю. Сегодня можно и сходить.

Отец остановил машину у подъезда, высадил Настю и поехал на службу. Она открыла дверь своим ключом и бегом поднялась по лестнице. На площадке столкнулась с соседкой.

– Господи, Настенька! – запричитала та. – Нашлась! А мы уже чего только не передумали! Куда же это ты пропала?

– Не могу об этом говорить, тетя Надя! – сделав круглые глаза, ответила девочка. – Со мной не случилось ничего страшного, но идёт следствие, и я дала подписку о неразглашении. И хотела бы вам всё рассказать, но не имею права.

Открыв дверь, она вошла в квартиру, гадая, какие сплетни сегодня разнесёт соседка. Есть такие, кого хлебом не корми, дай только почесать языком. Ну и ладно, это было ожидаемо. Живём не в деревне, сплетниц в доме немного, а большинству остальных Настя до лампочки, многие её даже не знают.

– Мама, ты чем занята? – спросила она сидевшую у телевизора мать. – Я имею в виду не твой сериал, а вообще.

– Если вообще, то ничем, – ответила она. – Через десять минут досмотрю и свободна. Обед приготовлен вчера, нужно только разогреть. А почему спрашиваешь? И скажи в двух словах, что у тебя с полицией.

– Дело закрыли, – уложилась в два слова Настя. – А спрашиваю потому, что нужно совершить променад. Отец сказал, что не будет торопиться с продажей кинжала, а нам нужно снять деньги и пробежаться по магазинам. Купим мне и Оле по одному платью и что-нибудь вроде юбки, блузки и джемпера. Заодно посмотрим нижнее бельё. У меня кое-что есть, а у Оли одни панталоны на завязках. В общем, нужно прибарахлиться. Отец хотел, чтобы мне купили школьную форму, но думаю, что обойдёмся платьем. Зачем форма, если она понадобится только к следующему учебному году? Пойти на разборки в школу и сдать экстернат можно и в платье. Как тебе такая программа?

– Нормальная программа, – одобрила мать. – Сейчас досмотрю сериал, а ты пока объясни Оле, куда и зачем идём. Потом будет меньше вопросов.

Настя зашла в спальню и увидела на своей кровати сестру, её куклу и домового.

– Подъём! – разбудила она Олю. – Марк может спать, а тебя я забираю. Положи куда-нибудь куклу и снимай пижаму, будем надевать костюм.

– Зачем? – спросила сестра. – Не хочу на улицу, там холодно.

– Сейчас поедем покупать нам одежду, – объяснила девочка. – На улицу выйдем ненадолго, в основном будешь ехать в троллейбусе и гулять в магазине. Оля, раздевайся быстрее! Я не буду всё объяснять: это слишком долго. Сейчас увидишь сама. И учти, что одежду мы тебе подберём сами, потому что ты в нашей не разбираешься. Чтобы в магазинах не было капризов.

Капризы были. Малышка с удовольствием прокатилась в троллейбусе, да и магазины вызвали интерес, но предложенное платье мерить отказалась. Дошло даже до слёз.

– Как такое можно носить? – всхлипывала она. – У меня все коленки голые! Ни одна женщина не наденет такого, потому что это урон чести!

– Давай примерим, а дома спрячем в шкаф, – предложила мать. – Никто не заставит тебя носить это платье.

С трудом уломали надеть в примерочной сначала платье, а потом джинсовую юбку.

– Надо показывать не мультики, где у всех платья с подолами до земли, – сердито сказала мать Насте, – а какие-нибудь фильмы про детвору её возраста. Не знаю, снимают ли такие сейчас, но есть много советских. Она лучше узнает нашу жизнь и привыкнет к одежде.

По магазинам ходили два часа, но купили всё, что было нужно на первое время. Когда хотели уходить, натолкнулись на кукол.

– Ну хоть одну! – взмолилась Оля. – Настя, у них открываются глаза! Я даже согласна надеть платье… дома.

– Ладно, – согласилась мама, – пусть выбирает, какая больше нравится. До школы полгода, так что можно и поиграть. Но тебе надо серьёзно с ней заняться. Я тоже займусь, но ты для неё авторитет, а я пока нет.

Обратно тоже ехали троллейбусом. Людей на этот раз было много, и Настя часто ловила на себе мужские взгляды. Она не знала, смотрели на неё саму или на шикарную шубу, но это было приятно. Почему-то внимание мужчин в мире Вероны, которого ей перепало гораздо больше, не вызывало ничего, кроме раздражения.

Дома мама побежала на кухню разогревать обед, Оля переоделась и пошла знакомиться с новой куклой, а Настя занялась разбором покупок. Вскоре на обед приехал отец.

– Запись вашего разговора посмотрели все офицеры Управления, – посмеиваясь, сказал он дочери. – А Фадеева застукали за изучением в интернете твоей философии и теперь зубоскалят. Мне пока не поступало предложений насчёт ремня.

Он уехал на службу, а Настя после обеда собралась с матерью в школу. Девочка включила утюг и погладила новое платье.

– Положи в сумку туфли, – сказала мать. – Мы идём не на пять минут, а в школе жарко. У тебя не сапоги, а унты, поэтому ноги взопреют. Волнуешься?

– Чуточку, – призналась она. – Там много народа, поэтому не всегда можно пользоваться силой. Ладно, мне с ними пока не учиться, а сейчас как-нибудь отбрешусь. Пойдём быстрее, а то через два часа заканчиваются занятия.

Говоря, что почти не волнуется, Настя слукавила. Она училась в своём классе шесть лет и со многими девчонками была в дружеских отношениях, поэтому было не безразлично, что они о ней скажут или подумают. Симпатия к Сашке Васильеву как-то истаяла, да и вообще одноклассники не вызывали интереса, но подруги – это другое дело!

Мама взяла на всякий случай документы, привела себя в порядок, и они ушли в школу, сказав перед уходом Оле никуда не лезть и никому не открывать дверь. Пришли очень удачно, за десять минут до окончания урока. Директорши не было на месте, была завуч.

– Здравствуйте, Маргарита Ивановна! – поздоровалась с ней мать. – Я Надежда Никитина, а это наша пропажа.

– Подождите… – сказала завуч, растерянно всматриваясь в Настю. – Никитина? Неужели нашлась? И где же ты, голубушка, до сих пор гуляла? Вид у тебя цветущий.

– Изучала индийскую философию на сеновале у одного не совсем нормального старика, – ответила за девочку мать. – Мы как-то летом отдыхали в казачьей станице, там они и познакомились. В полиции уже разобрались. Нет в её исчезновении криминала, одна глупость.

– Да, умным такой поступок не назовёшь, – покачала головой завуч. – Учебный год ты потеряла. Стоила этого твоя философия?

– Конечно, стоила, – без тени сомнения ответила Настя. – Это не просто философское учение, но и совершенствование тела и духа! Я легко сдам седьмой класс экстерном, да ещё отдохну до лета.

– Легко, говоришь, – усмехнулась завуч. – Учти, что экзамены будут по всем предметам. Английский тоже сдашь легко? Я преподаю его только в старших классах, но Алла Петровна говорила, что в вашем седьмом у неё по языку только пять успевающих, и ты не входишь в их число.

– Теперь войду, – перешла на английский девочка. – У меня было много свободного времени, а когда у человека просветлённое сознание, всё учится без труда. Хочу спросить, смогу я сдать экзамены через месяц? Этого времени должно хватить на подготовку.

Загрузка...