Глава 2

До дня уезда в Хогвартс я ни разу не выходил на улицу, запершись у себя в комнате в приюте. Я взахлеб читал купленные книги, порой забывая даже про необходимость есть, пить и спать. Просто не мог оторваться. Ведь моя мечта, полностью овладеть своим Даром, теперь сбудется! Читал не только школьные учебники, но и дополнительную литературу. В ее числе оказалась и книга, призванная облегчить магглорожденым магам адаптацию в мире магии. Были еще несколько книг наподобие этой. Так что я быстро узнал, кто такие чистокровные, кто грязнокровки и прочее. В школе это может оказаться проблемой. Все мои полученные благодаря истории и обществознанию знания вопили о том, что чистокровность и грязнокровность — это вовсе не формальные термины, не используемые в реальной жизни, как говорили об этом книги. Уверен на сто процентов, были такие, кто гордился своей чистокровностью и презирал грязнокровок. А учитывая наличие аристократии, это наверняка так. Хоть я заочно презирал богатеньких избалованных деток, ссориться с ними мне было совсем не с руки. Может они и ничтожества, но могут меня раздавить и не заметить. С другой стороны, с богатеньких деток можно и денег поиметь. Так что официальная линия поведения: мать — волшебница из древнего чистокровного русского рода, отца знать не знаю. Практически вся семья матери была уничтожена во время Революции 1917 года, остатки бежали в Англию. Что еще? Почему фамилия нерусская? Так это от неизвестного отца осталась. И вообще в приюте рос, до недавнего времени и не знал ничего о своей семье. Да, с такой легендой я уже и не грязнокровка получаюсь, а как минимум полукровка. А к ним у чистокровных отношение все-таки получше, я так думаю.

А вот и Кингс-Кросс. На мне была моя самая лучшая одежда: черные джинсы, такого же цвета туфли, темно-красная футболка и светло-бежевая куртка. За плечами висел купленный мной рюкзак со всеми необходимы вещами и еще целой кучей, которую я набрал сверх нормы, чисто на всякий случай. А ну как потребуется китайское огниво, а его не будет? Запас карман не тянет.

Хм, платформа девять, что говорится, вот она. Платформа десять — вот она. Платформа девять и три четверти отсутствует. Будем думать логически. Кто уезжает с платформы девять и три четверти? Маги. Маги могут вызвать подозрения и угрожать статуту о секретности (о котором я узнал из книг)? Могут. Вывод? Отправку нужно скрыть от обычных людей.

Оглядевшись и убедившись, что на меня не смотрят, я аккуратно потрогал стену между платформами девять и десять. Догадка оказалась верна — рука без проблем прошла сквозь стену. Следом за рукой сквозь стену прошел и я, оказавшись на искомой платформе девять и три четверти.

Народу вокруг было просто огромное количество. Взрослые провожали детей, дети (некоторые) плакали и обнимали родителей. Меня кольнула зависть. Всегда ее испытываю, смотря на счастливые семьи. Сам я, и не только я, такого лишен. Смех, слезы, крики, напутствия и наставления — все смешалось в гвалте голосов. И посреди всей этой суеты стоял большой паровоз. Не нужно быть гением, чтобы понять, что на него-то мне и нужно.

Быстро прошел сквозь толпу и забрался в первый попавшийся вагон. Кажется, в пятый. Забавную вещь подметил: большинство учеников были с сундуками или с чемоданами. Большими и тяжелыми! Я, конечно, уже смог понять, что маги по уровню развития где-то в Средневековье застряли, по сравнению с цивилизованным миром, но чтобы настолько! Это ведь очевидно, что небольшая сумка с наложенными чарами гораздо удобнее огромного сундука! Или это такие традиции? В принципе, плевать. Как говаривал один мой озабоченный друг: «Кто как хочет, так и дрочит». Нравится им надрывать спины, таская сундуки…. Хотя почему надрывать? Просто заклинание — и сундук летит сам за хозяином. На заметку: лень — враг прогресса! Как же я сам не заметил? Скоро ведь и я так разнежусь, отвыкну от тяжести из-за магии, и через пару лет и магнитофона поднять не смогу. На заметку: устраивать себе тяжелые физические упражнения каждый день. Позволить себе расхлябаться я не мог. Вот почему они в Средневековье до сих пор — из-за лени. Магия уже не казалась мне такой распрекрасной.

За такими мыслями я нашел свободное купе, где и устроился. Впрочем, свободным оно оставалось недолго: сразу после отправления ко мне (без моего согласия, впрочем, меня и не спрашивали) подсели две девочки и три парня, все моего возраста, а стало быть, такие же первокурсники. Сам собой завязался разговор о Хогвартсе. В частности — кто на какой факультет хочет попасть. Я сказал, что не определился еще и вообще там сами решат. Я кривил душой. На самом деле меня привлекал Слизерин. Ведь на нем учатся те, кто жаждет власти и силы. Как раз по мне. Правда, там большинство чистокровные…. Но и на них найдется управа, я уверен.

Пока говорили о Хогвартсе, я вспомнил про Гарри Поттера и стал расспрашивать своих соседей о нем. В книгах про него не нашел, наверное не те книги покупал. А вот мои соседи о нем слышали и были удивлены, что я его не знаю.

Оказалось, что был могущественный темный маг — Тот-Кого-Нельзя-Называть. Настоящее его имя выпытать у соседей я не смог — так его боялись. Ха, я этого мага даже не знаю, а уже уважаю — так запугать всех, что даже его имени (простой набор букв и звуков) боятся. Припоминаю, в Косом переулке в разговорах между взрослыми проскальзывало что-то вроде «Сам-Знаешь-Кто», «Тот-Кого-Нельзя-Называть» и прочие заменители настоящего имени. Даже взрослые его боятся до сих пор! Так вот, этот самый маг хотел всех подчинить себе. Понимаю и уважаю. Убивал всех врагов. Но однажды пришел в дом Поттеров, давних его врагов. Убил отца и мать Гарри, а его не смог. Этот момент я несколько раз переспрашивал и уточнял. Могущественный (еще его называют — величайшим) темный маг нашего времени не смог убить ГОДОВАЛОГО ребенка. Это было больше похоже на шутку. Хотя…. Кто я такой, чтобы судить? Что я, в сущности, знаю о магическом мире и магии? Да ничего. Поэтому не стоит удивляться, как это ребенок убил взрослого мага. Может, защита какая-нибудь стояла.

Разговор с соседями получился продуктивнее, чем я ожидал. Даже успел проверить свои натренированные за годы приютской жизни способности. Результатов, правда, не было никаких. Вот и гадаю теперь: то ли на магов это не действует, то я слишком слаб, то ли мои соседи слишком сильны. Так что придется забыть на какое-то время о своих привычках всеми командовать. А жаль, было бы неплохое подспорье.

За «дружеской» беседой и грустными размышлениями путь до школы пролетел незаметно. Во время поездки к нам в купе заглядывала женщина, продающая сладости, но я воздержался от покупок, в отличие от моих соседей. Шоколадные лягушки меня потрясли, но желания их съесть не появилось. Не люблю шевелящуюся еду. Наконец, объявили о приближении к станции, и мы переоделись в школьную форму. Разумеется, мальчики отдельно, девочки отдельно. Сумки, как оказалось, можно было с собой не брать — все доставят в замок прямо к кроватям, хотя идея оставить на неизвестно кого все свои пожитки оптимизма не внушала.

На перроне нас встречал человек-гора, которого я уже видел в Косом переулке. И предполагаемого Гарри Поттера я тоже увидел, в компании с каким-то рыжим парнем.

Человек-гора в приказном порядке усадил всех первокурсников (интересно, а как в школу попадают остальные ученики?) в маленькие лодки по четыре человека, и наша небольшая флотилия двинулась по озеру. Некоторые, особенно впечатлительные, не сдерживали восхищенных возгласов. Один парень, плывший в лодке по соседству, с круглым лицом и крепко сжатой жабой в руках, выглядел так, будто мы плыли прямо в Рай. Нет, серьезно, никогда не видел такого счастливого лица. И тут мы увидели замок. Даже так — ЗАМОК. И здесь уже никто не смог сдержать восхищенный вздох. Хогвартс смотрелся действительно великолепно. Огромный (наверное, с весь Лондон) замок, освещающий темноту вечера из своих огромных окон…. Высоченные башни с какими-то, трудно различимыми сейчас, пиками на их вершинах…. Это действительно было великолепно.

Наше путешествие по озеру подошло к концу, и нас, еще не отошедших от увиденного, провели к главным воротам замка. Выбравшиеся из лодок первокурсники не могли сдерживать эмоции и оживленно переговаривались между собой, обсуждая кто что: кто сам замок, кто процесс поступления. Какая-то девочка с растрепанной гривой каштановых волос, цитировала книгу «История Хогвартса». Рыжий парень убеждал стоящих вокруг учеников, что на распределении нужно будет сразиться с троллем. Разгорающуюся дискуссию прервали выплывшие из стен привидения. Честно говоря, когда они появились, я немного струхнул. Сразу вспомнился демон, которого я видел несколько лет назад. Но привидения оказались… безвредные и даже дружелюбные.

— О, первокурсники! — радостно сказал призрак толстого монаха, — Надеюсь, вы поступите на мой факультет!

Остальные приведения тоже хотели что-то сказать, но их прервала вышедшая к нам уже известная мне Миневра МакГонаггал.

— Первокурсники, постройтесь и следуйте за мной, — коротко распорядилась она.

Рядом со мной в паре встала какая-то девочка. Брюнетка, довольно симпатичная.

— Привет, — сказала она мне, — я Трэйси Дэвис.

— Александр Стоун, — представился я.

Она еще что-то хотела спросить, судя по лицу, но тут мы зашли в зал.

В главном зале (больше сомнений не было, что это именно Главный зал) были расположены четыре стола, по одному на факультет. За ними сидели остальные ученики в цветах своего факультета. На столах стояли пустые золотые кубки и тарелки. Перпендикулярно столам факультетов стоял стол преподавателей. Учителей всего было около тринадцати, не считая директора, который с добродушной улыбкой смотрел на строй первокурсников. Старик с длинной белоснежной бородой, сидящий на троне в центре стола преподавателей, это наверняка директор Дамболдор. Кем ему еще быть?

Но самым поразительным в зале был потолок. Казалось, его вообще не было и над нами только небо и звезды. Но я услышал, как девочка с гривой говорила, будто потолок специальным образом зачарован. По-моему, придумано здорово.

Наконец мы остановились, и МакГонаггал вышла вперед, положив на высокий табурет перед нами потрепанного вида остроконечную шляпу. Вдруг шляпа дернулась и… открыла рот? В общем, это было похоже именно на рот. Еще через секунду она запела.

Да, пора привыкать, что я в магическом мире, где даже шляпы петь умеют. Значит, всего-то и делов, что надеть ее? Думаю, справлюсь.

— Когда я назову вашу фамилию, выходите вперед и садитесь на табурет, — сказала МакГонаггал, доставая кусок пергамента.

— Аббот, Ханна!

Блондинка с хвостиками вышла из строя, плюхнулась на табурет и буквально утонула в надетой шляпе.

— Пуффендуй! — выкрикнул говорящий кусок ткани.

Самый правый стол зааплодировал, и счастливая девочка присоединилась к уже своему факультету. Дальше распределение пошло в том же духе. Один за другим первокурсники расходились за столы. Девочку с гривой и круглолицего парня с жабой отправили в Гриффиндор. Этот любитель жаб не выглядел особо храбрым. Разве что где-нибудь глубоко внутри, очень-очень глубоко. Блондина с высокомерным выражением лица отправили в Слизерин. Явно из богатеньких — избалованный ребенок, считающий себя пупом Вселенной. Терпеть таких не могу, аж бесит. Нет, решено, плевать на последствия, если вякнет хоть что-нибудь мне — сотру его чертову улыбку с его рожи прямо вместе с рожей. И будь что будет.

И наконец, прозвучало сакральное:

— Поттер, Гарри.

В зале сразу стало абсолютно тихо. Черноволосый парень, на которого я и думал, вышел из строя и сел на табуретку. Шляпа почти полностью закрыла его лицо. В ожидании вердикта в зале не было произнесено ни звука, даже директор наклонился чуть ближе. Неужели это все из-за того, что он убил Того-Самого, хотя это и не доказано? В забавном мире они живут. Надеюсь, я сейчас не святотатствую своими мыслями?

Наверное, минут через пять шляпа наконец-то соизволила выбрать:

— ГРИФФИНДОР! — проорала она.

Зал взорвался. Три стола аплодировали изо всех сил, плавно переходя в овацию. Ученики Гриффиндора орали что-то неразборчивое. МакГонаггал, кажется, прямо светилась от радости и гордости за свой факультет. Я уже успел выяснить, кто является деканами факультетов. Даже директор аплодировал гораздо живее, чем остальным. Выглядел он так, будто это его собственный сын. И не на факультет поступил, а как минимум десяток Тех-Самых убил.

В конце концов, массовая истерия закончилась и распределение продолжилось. Наконец, подошла и моя очередь:

— Стоун, Александр! — выкрикнула МакГонагалл, и я вышел из строя и сел на табурет.

Глаза мне закрыла шляпа. Я-то ожидал, что она что-нибудь мне скажет, но она просто крикнула:

— Слизерин! — сбылась мечта идиота.

Сняв шляпу, я проследовал ко второму слева столу, где мне довольно активно аплодировали. Сел я в самом конце свежепринятых учеников, рядом с аристократичным типом Драко Малфоем. К моему удивлению, он довольно дружелюбно улыбнулся и приветственно кивнул. Я ему ответил.

После того, как последний первокурсник оказался распределен на Слизерин (ура, ура, ура), со своего трона поднялся директор.

— Добро пожаловать! — раскинув руки, возвестил (иначе не назовешь) он, — Поздравляю с началом нового учебного года. Прежде, чем вы приступите к банкету, позвольте сказать вам пару слов. Итак, вот они: Олух! Пузырь! Остаток! Уловка! Все, всем спасибо.

Директор сел на место, а ученики одобрительно загудели и захлопали. За столом Слизерина никто не хлопал. И я их понимаю. Что, черт возьми, это было?

Пока я думал, на столе появилась еда. Такого обилия блюд я еще никогда не видел. Даже в магазине, кажется, еды было меньше. Невольно у меня забурчало в животе, и рот наполнился слюной. Но набрасываться на еду, подобно некоторым ученикам с других факультетов, нельзя. Да и противно. Не животные же мы, а люди.

Еда оказалась очень вкусной. Даже жаль, что у человека всего один желудок, а не парочка. Посреди банкета к нам за столом присоединился призрак нашего факультета — Кровавый Барон. В дополнение к своему какому-то изможденному лицу, призрак обладал так же мантией в пятнах крови. Расстреляли его, что ли? Призрак сел рядом. Малфою такое соседство явно не понравилось, а мне как-то было наплевать. В жизни я видел вещи и более неаппетитные. К тому же, от призрака запаха даже не исходило, а внешний вид — это ерунда. Но избалованному аристократу этого ведь не объяснишь, верно?

Когда банкет закончился, и еда бесследно исчезла, слово вновь взял директор.

— Мистер Филч, наш завхоз, просил напомнить, что колдовать на переменах в коридоре запрещено. Запретный лес по-прежнему запретен для посещений. Отбор в команду по квиддичу состоится через неделю. Все желающие играть за свой факультет могут записаться у своих старост. И последнее. В этом году правый коридор на третьем этаже так же объявляется запретным для всех, кто не желает умереть медленной и мучительной смертью. А сейчас давайте вместе споем гимн школы! — провозгласил Дамболдор и наколдовал ленту со словами гимна, — Каждый поет, как хочет!

Все ученики (даже со Слизерина) затянули песню. А я стоял и думал. Думал о том, как мне…. легализоваться, что ли, на факультете. Судя по тем разговорам, что я услышал за столом, грязнокровок здесь действительно не любили. А значит — меня будут…. спрашивать, в лучшем случае. Все, как на улицах: «Ты кто такой», «Ты с какого района?», «Кого знаешь?», «Кто за тебя впишется?» и тому подобное. И лучше мне будет ответить, иначе моя школьная жизнь может быть неприятной.

Песня замолкла, и директор отпустил нас по гостиным. Старосты Слизерина быстро построили первокурсников, и повели нас из главного зала в подземелья. Я так и думал. Где еще обитать змеям, как не в земле? Путь оказался довольно запутанным, вряд ли даже я, привыкший к переулкам Лондона, запомнил бы его полностью с первого раза.

Входом в гостиную оказался портрет какого-то мрачного мага в черной мантии и недобрым взглядом. Один из старост подошел к портрету:

— Чистая кровь! — сказал он пароль и портрет, кивнув, отъехал в сторону, открывая проход внутрь.

Гостиная Слизерина оказалась довольно уютной. Обширная гостиная, с множеством кожаных диванов и кресел и одним большим камином, в котором весело трещал огонь. Помещения освещали светильники со свечками, окон, в силу своего расположения, не было.

Никаких напутственных речей не было, и нам просто показали комнаты первокурсников. Девочки налево, мальчики направо. Комната, где мне предстояло жить, была неплоха. В приюте было хуже. Шесть широких кроватей с пологами, возле каждой отдельная тумбочка и один большой шкаф с пятью отделениями. Была так же ванная комната. Возле каждой кровати стоял багаж. Мой рюкзак был возле самой крайней от двери кровати, около окна. Да-да, в комнате было окно. И показывало оно какой-то лес. Магия?

— Это магическое окно, показывает Запретный лес, — подтвердил мою догадку чернокожий парень с высокими скулами и раскосыми глазами, — Блейз Забини, — представился он и протянул руку.

Я ее пожал, так же представившись. Потом познакомился и с остальными однокурсниками: Драко Малфоем, Теодором Ноттом, Грегори Гойлом и Винсентом Крэббом. Последние двое были вылитые вышибалы из бара, только в миниатюре. Неосознанно я напрягся, готовый в любую секунду отразить нападение, если оно будет, конечно. Заметив моё напряжение, Малфой рассмеялся:

— Если ты напрягаешься из-за чистоты своей крови, Стоун, то расслабься. У тебя на лице все написано, не удивляйся. Дело в том, что Шляпа не отправляет грязнокровок в Слизерин, прекрасно зная об отношении к ним у нас на факультете. Это мне еще отец рассказывал. Так что ты как минимум полукровка. Ты ведь сирота, верно?

Мне оставалось только кивнуть.

— Значит, скорее всего, полукровка. Хотя это и не важно, ведь ты слизеринец. В Хогвартсе и так все борются против нас. Непозволительно допускать разлад еще и внутри факультета.

Это успокаивало. Общий враг объединяет, верно? А то, что Слизерин не любят — мне было известно. Плевать. Свою любовь могут оставить себе.

— Давайте уже спать! Завтра трудный будет день, — предложил здравую идею Гойл.

Возражений не было. Быстро умывшись, я переоделся в пижаму и лег в кровать, закрыв полог. Заснул я моментально.

На следующий день я с самого утра стал героем для слизеринцев-первокурсников. По крайней мере, на время. Дело в том, что староста, сопровождающий первокурсников на завтрак, по какой-то причине сбежал в самом начале пути, оставив нас одних в подземельях. Остальные курсы либо уже ушли на завтрак, либо решили на него вообще не идти. К счастью, я все-таки смог вспомнить дорогу до Большого (Большого, а не главного, как я думал) Зала и провести всех туда самостоятельно. Подоспели мы к самому началу.

За завтраком нам раздали расписания. Первым предметом у нас шли Чары с деканом Равенкло, профессором Флитвиком. Староста, который должен был нас сопровождать, был рад узнать, что первокурсники смогли добраться до Большого Зала без особых проблем и довольно быстро. И тут же назначил мне вечером экскурсию по замку, чтобы я и дальше сопровождал своих однокурсников, пока они сами не выучат расположения кабинетов. Я был не в восторге, но отказаться не мог. Да и полезно это будет — выяснить, что к чему и где расположенный такие стратегические объекты как кухня и склад (или где они хранят всякое разное и полезное?).

До кабинета Чар нас довели без проблем. Профессора пока не было, поэтому мы спокойно вытащили из сумок все необходимое. Когда делал покупки в Косом переулке, я был поражен отсутствием человеческих шариковых ручек. Маги пользовались примитивными перьями! Я попробовал ими писать, но у меня ничего не получилось — одни кляксы. И еще жутко раздражала необходимость постоянно макать перо в чернильницу. А пользоваться «маггловскими» ручками нельзя! Средневековье, блин. Но недаром меня называют смекалистым: я купил несколько перьевых ручек с большим запасом стержней с чернилами. Потом десять минут работы ножом и матом, и вуаля — с виду обычное перо, но внутри перьевая ручка, правда, без внешней оболочки. И только металлический наконечник (или как он там) ручки мог меня выдать. Но сомневаюсь, что кто-то будет рассматривать мои перья. Так же раздражало использование листов пергамента вместо обычных тетрадей. Тому, кто это придумал, надо в голову гвоздь забить. С приходом профессора все разговоры сразу утихли.

— Добро утро, класс, — сказал Флитвик, оглядывая присутствующих.

Быстро проведя проверку, Флитвик стал объяснять суть предмета Чар и общую теорию магии. Мои спонтанные выбросы магии в раннем детстве и сознательное применение магии являлось следствием нестабильности магической силы у магов. С одиннадцати лет сила начинает стабилизироваться и окончательно приходит в норму, как правило, к семнадцати годам. Были, конечно, случаи, когда магическая сила «успокаивалась» и к двадцати, и к сорока годам, но это было всего лишь несколько раз за всю историю магического мира. В общем, очень скоро всё, что я успел натренировать в приюте, станет бесполезным. Собственно, это не страшно, так как эти способности уже неактуальны. Помимо стабилизации, магическая сила, подобно росту человека, увеличивается в размерах. Своего максимума маг достигает к семнадцати-девятнадцати годам и дальше уже повышается только мастерство. Вообще, Флитвик довольно интересно и подробно все рассказывал, не забывая приводить примеры для лучшего усвоения материала. Было видно — преподавать он умеет и преподавать ему нравится. так же профессор продемонстрировал несколько заклинаний, которые мы будем проходить на первом курсе. Демонстрация всем понравилась. Лично я просто загорелся поскорее приступить к практической части, но она, увы, еще не скоро. Пока что надо выучить общую теорию: правильные движения палочкой, зачем они нужны, правильное произношение, концентрация и все в таком же духе.

После Чар шла парная Трансфигурация с Равенкло. На уроке ничего необычного не произошло, кроме превращения МакГонаггал в кошку и обратно, и стола — в свинью. Ну, еще она нам зачитала общую теорию Трансфигурации и на практике дала задание превратить спичку в иголку. У меня получилось лишь её посеребрить, но МакГонаггал сказала, что и для первого раз это неплохо. Ха, один равенкловец смог даже заострить спичку. Но иголка так себе. МакГонаггал объяснила, что трансфигурированые предметы рано или поздно принимают свой первоначальный вид. Время пребывания в превращенном виде зависит от магической силы мага и его мастерства, но имеются исключения, о которых она обещала рассказать на следующих уроках.

Я сильно увлекся трансфигурацией, даже не заметив этого. Очень интересный предмет оказался. Во мне даже дух ученого проснулся. Хотелось провести какой-нибудь эксперимент. Но я прекрасно осознавал, что для этого у меня нет ни нужных знаний, ни возможности, ни умения. Возможно, я сделаю это позже, когда вырасту. Если не охладею к этой идее.

После Трансфигурации мы все спустились в Большой Зал на обед. Еда по-прежнему была восхитительная. Придется все-таки физическими упражнениями заниматься, а то растолстею. Вторая половина дня у нас была занята Травологией с Равенкло.

Копаться в земле мне никогда не нравилось, как и ухаживать за растениями. Мне не нравилось даже поливать цветы, когда меня об этом просили в приюте! А тут целые теплицы с одной только зеленью. Бр-р-р. Хотя я и понимал, что травология все-таки полезный предмет. Посудите сами: лучше вырастить необходимое растение самому, чем покупать. И дешевле и надежнее, хоть и нелегко. Но все равно еле-еле дождался, когда урок закончится.

Вечером, после ужина, как мне и было обещано, меня потащил на экскурсию староста. Звали его, кстати, Маркус Флинт, и был он вовсе не старостой, а капитаном команды Слизерина по квиддичу. Почему на него взвалили груз ответственности за сопровождение первокурсников — непонятно. Наверное, старосты аргументировали это своей занятостью. Впрочем, не важно. Флинт показал мне все необходимые кабинеты и, конечно, дорогу до них. Ни кухни, ни склада, я так и не увидел. Придется узнавать самому.

«Со временем обязательно выясню», — подумал я, засыпая в своей кровати.

Загрузка...