Есения Маас С любовью, Я. Книга 2

Глава 1

Год спустя

Канада, аэропорт Ванкувер, 17 декабря

Высокая женщина с огненно-рыжими волосами с большим трудом сняла с ленты багаж и шлёпнула чемодан на пол.

– Шевели ногами! – рявкнула она в сторону замешкавшегося соседа по самолёту, и щёлкнула крышкой телефона. Подержав некоторое время трубку у уха, она сморщилась и процедила: – Вот мерзавка!

– Петти, вам нельзя так нервничать, давление поднимется, – раздался над её головой мужской голос.

– Да что ты понимаешь. – Женщина уселась поверх чемодана и сдула непослушные пряди с лица. – Эта мерзавка не берёт трубку! Я же специально взяла билет на сегодня, потому что с завтрашнего дня в её киношколе начинаются каникулы! А она мать встречать не хочет! Паразитка!

Спешащие по своим делам пассажиры, нет-нет да оглядывались на слишком шумную и склочную даму. Мамы дёргали детей за руки, чтобы побыстрее уйти подальше, мужчины недоуменно взирали на неряшливую внешность, а элегантные пожилые леди лишь отворачивались, считая недостойным подобное поведение.

– Я не думаю, что Диана способна на такое, – с сомнением сказал её спутник. Но мгновением позже замер и нахмурился. – Всё равно. Прежде, чем обвинять, вы должны убедиться в том, что…

– Джоэл, я ведь говорила тебе: забудь о ней, – неожиданно печально отозвалась женщина. – Год уже прошёл, а ты всё успокоиться не можешь. Далась тебе эта засранка.

– Вы не понимаете, Петти, – усмехнулся юноша. – Вы вообще ничего не понимаете. Если я сейчас отступлюсь, то уже никогда… – Он сжал пальцы в кулак и шумно выдохнул сквозь зубы.

– Ладно. – Петти Джонс хлопнула себя по коленям и быстро встала. – Хочешь гробить свою жизнь – гробь. Развёл тут сопли.

Джоэл внимательно посмотрел на женщину, что в ближайшем будущем станет его тещёй, и поморщился.

– Поехали. – Он подхватил огромный чемодан под ручку и с усилием покатил вперёд. – По прогнозу вечером должна быть метель. Не хотелось бы застрять где-нибудь по дороге.

Уже у самого выхода из аэропорта Петти вдруг придержала Фледжа за руку и улыбнулась:

– Ты на ней не женишься. Просто прими это как данность.

– Это не вам решать.

– Да неужели? – хмыкнула она, поправляя волосы. – А если я скажу, что весь этот год ты менял пассий как перчатки?

– Это ложь, – спокойно ответил Джоэл.

– Может быть. – Петти наклонилась к его лицу. – Но кажется мне, что Диана с удовольствием поверит в твою испорченность.

Фледж вздохнул, с жалостью посмотрел на исходящую ядом женщину и убрал пальцы с ручки чемодана.

– В таком случае, мне просто нужно постараться, – доверительно ответил он и вышел на улицу, оставив Петти один на один с чемоданом, в котором запросто мог поместиться взрослый человек.

– Чемодан! – возмутилась Петти, тыкая в него ногтем.

– Вы прекрасно обойдётесь без помощи такого испорченного человека, как я, – равнодушно ответил он, взмахом руки подзывая такси.

– Ах ты, поганец! – прошипела Петти. – Ну погоди, я тебе ещё устрою весёлые каникулы. – Её лицо обезобразила ядовитая улыбка. – Ты у меня на коленях ползать будешь, ишь, жениться на Дианке решил. Да я со свету тебя сживу, пожалеешь, что пренебрёг.

Деловито поправив причёску, она вздёрнула нос и поцокала в ту же сторону. Со стороны могло показаться, что идёт какая-то актриса, или телеведущая. Впрочем, Петти Джонс всегда умела себя «носить», да только излишнее самомнение и самолюбие, в конце концов, сыграли с женщиной злую шутку: потеряв доверие дочери, она не заметила, как вырос и отбился от гнезда сын, а развод с опостылевшим мужем не принёс желаемого счастья. Вместо новых ошеломительных романов, её окружили пустота и серость будней. Ведь что ни говори, а эгоистичная личность живёт и умирает в одиночестве. Поняв непреложную истину, Петти решила клещами выцарапать себе будущее. Именно поэтому и только поэтому, она выяснила новый адрес дочери и поехала отмечать Рождество в нелюбимую Канаду. Потому что только один раз в году Диана была способна её выслушать и дать новый шанс.

Рождество всегда несло с собой надежду на чудо.

Когда машина остановилась перед искомым домом, первым наружу выбрался Джоэл. Размяв ноги и поведя плечами, он распахнул заднюю дверь и протянул руку.

– И не надейся искупить вину подобным образом, – цыкнула Петти и начала вылезать.

– Пфф, – от души рассмеялся Джоэл. – Мадам, я не стараюсь искупить вину, как бы вы на это ни смотрели. Просто здесь сугроб.

Едва он это произнёс, как изящная ножка, обутая лишь в лодочки, провалилась в снег. Визг Петти Джонс слышала вся улица. Фледж не стал ждать развития событий и вполне бесцеремонно выдернул будущую тёщу из снежного плена.

– Петти, мы ведь не в Лос-Анджелесе, это Канада, в конце концов. У вас, что, даже сапог захудалых не нашлось? – Тёмная бровь поползла на лоб, придавая Джоэлу комичное выражение.

– Поговори мне, – фыркнула она в ответ и потрясла снятой туфлей. – Варварство какое-то, неужто Рику денег на уборщика жалко? Впрочем, он никогда не отличался самостоятельностью.

– Кхм. – Джоэл кашлянул в кулак и дождался, пока Петти обратит на него гневный взор. – Мадам, я понимаю, что лезу не в своё дело, но ведь вы, кажется, приехали сюда мириться? Или я ошибаюсь? Если вы продолжите разговаривать с мужем и дочерью в подобном тоне, то вас выставят раньше, чем вы договорите последнее слово.

– Мальчишка! Да что ты знаешь о семейной жизни?! – яростно спросила она, направляясь к светлой двери с красивым рождественским венком.

– Вы правы, – просто ответил Джоэл. – Моя семья была далека от идеала, но даже так, я смог усвоить некоторые уроки. Чего и вам желаю, от всего сердца, ведь как никак мы скоро породнимся, – по бледным от мороза губам скользнула лёгкая улыбка.

– Не дождёшься. Не видать тебе моей дочери, уж я об этом позабочусь! – злорадно выпалила Петти Джонс и нажала на звонок.

– А вы меня остановите, – прошептал он ей в самое ухо.

Пока эта парочка отмораживала последние тёплые места и переругивалась, наступили сумерки. По всей улице зажглись вечерние огни, где-то заскакал олень, везя сани с Санта-Клаусом. Перед домом Ричарда и Дианы Джонс ничего подобного не было, лишь маленький гном, служивший летом разбрызгивателем, сверкал начищенным красным носом.

– Эт-та м-мерзавка. – Петти с трудом разлепила губы. – Неужто мать оставит на улице в такой мороз?

– Боюсь, она даже не в курсе того, что мы здесь, – мрачно ответил Джоэл и подул на обмороженные руки. – Нет ни одного светлого окна, да и шагов не слышно. Вы уверены, что ваш бывший муж точно был в курсе приезда?

– Мы с ним неделю назад договорились. – Петти выдохнула клубочек пара и притопнула. – Вчера у меня был от него пропущенный, но Рик не оставил ни одного слова на автоответчике.

– Поехали в гостиницу. – Фледж вытащил телефон и полез в сеть, чтобы найти хоть какой-нибудь приличный отель поблизости.

– Ни за что! – Петти растёрла руки и поднявшись на цыпочки, начала шарить над дверью. – Здесь нет.

– Реально? – усмехнулся Джоэл, бросая взгляд исподлобья. – Я не думаю, что Диана…

– Вот! – победоносно заорала Петти, вытаскивая маленький ключ из-под пустой цветочной кадки. – Сейчас мы согреемся, я приму ванну, а потом всех убью.

– Мы не можем войти без разрешения, – вяло напомнил Джоэл, но скорее для видимости, чтобы очистить взбунтовавшуюся совесть.

– В гробу я видела все ваши реверансы, – дрожащим голосом ответила она и распахнула дверь в чужой дом.


На замёрзших нежданных гостей обрушился водопад запахов: и лёгкий аромат ели, что своей макушкой подпирала потолок и мерцала разноцветными игрушками; и запах цитрусов, разложенных на барной стойке; и даже пряный коричный из небольшой кастрюльки на плите. А ещё, у самого порога, там, где стояла тумба с зеркалом и висела ключница, неуловимо тонко пахло ягодными духами.

Ввалившись внутрь, Петти потянула носом и спешно скинула туфли с шубой, оставшись в узком брючном костюме цвета фуксии. Джоэл втащил необъятный чемодан и поставил на пол свою сумку, в которой лежали лишь самые необходимые на несколько дней вещи. Поморщившись от резкого запаха духов миссис Джонс, он повесил куртку, снял ботинки, и осторожно пошёл дальше, в святая святых – дом той, что исчеркала ядовитыми чернилами всё его существо, заставив одним лишь взглядом забыть обо всех остальных женщинах. Той, что ненавидела его от макушки до стоп, той, что должна была стать его, потому что иначе и быть не может.

– Джо! – раздался крик, от которого заложило уши. – Поставь чайник!

Джоэл кивнул на автомате, не заботясь о том, видела ли жест попутчица, ведь всё его внимание сейчас было приковано к стене, на которой яркой кляксой висела большая фотография в простой коричневой рамке.

– Надо же. – Юноша провёл пальцем по стеклу. – Как ты изменилась.

С фотографии на него смотрела смешливая темноволосая девушка в ярком платье-мини лимонного цвета. Непослушные пряди волос закрыли часть лба, и она попыталась, видимо, отдёрнуть их в сторону, когда её поймал в объектив фотограф.

Джоэл давно не видел Дианы, с тех самых пор, как эта упрямая девица сбежала с вечеринки, оставив его один на один с толпой элиты и разъярённым отцом. И он бы догнал и заставил себя выслушать, но, как назло, именно в этот вечер всегда податливый мистер Джонс и мелкий рыжий пакостник решили проявить себя. Так что эти двое просто скрутили его, не позволив кинуться следом. И он должен был догнать, объяснить, да сделать хоть что-нибудь, чёрт возьми! Потому что впервые увидел столько чужой боли в одном лишь взгляде. Волна ненависти, исходящая от невесты, окатила его похлеще ледяных вод Ниагары. Как в таком маленьком и хрупком теле смогло поместиться столько чувств? Джо ещё много дней задавался этим вопросом, но ответа так и не нашёл. А полгода назад, зайдя без вызова к Терезе, он увидел начальницу в приподнятом настроении. И на вопрос: что случилось? Получил ответ:

– Она согласилась, чтобы её представляла я.

Кто такая она, говорить не пришлось, ведь в руках Тереза Грей держала фото с той самой фотосессии, где в первый и единственный раз Диана поцеловала его сама.

Вот так Джо узнал, что по протекции Терезы – добермана мира моды – Диана Джонс поступила в киношколу в Канаде. С тех пор, он старался узнавать о том, как протекает её обучение, и чем она занимается, а под самое Рождество, от Петти Джонс, с которой Джоэл поддерживал отношения, поступило предложение поехать в гости. Именно благодаря ей он оказался в этом доме, который пах не так, как прошлая Диана. Здесь было тепло, ярко и в каждом предмете чувствовалась хозяйка.

– Ты ведь впервые увидел её, да? – Петти встала рядом, рассматривая фото.

– Да. – Джоэл отдёрнул руку и смутился, но тут же сделал вид, что ему всё равно.

– Я позвала тебя с собой только по одной причине. – Петти развернула младшего Фледжа к себе и предельно строго посмотрела. – Я хотела, чтобы ты понял: той Дианы, что любила тебя больше собственных идеалов – нет, и никогда не будет. Эта девушка. – Петти показала на фото. – Свободолюбивая, амбициозная и очень яркая личность. Она не для тебя. Жаль, я слишком поздно это поняла. Оставь в покое идею женитьбы. Всё, что мог, ты уже сделал тогда, когда на протяжении долгого времени пренебрегал ею. Эта девочка. – Глаза Петти наполнились предвкушением. – Станет звездой, способной осветить многие жизни, ты же, никогда не доберёшься до неба. Когда вернёшься домой – выброси все фото и вычеркни её образ из памяти, так будет лучше для всех.

Убедившись, что Джо её услышал, Петти поправила на плечах платок и пошла ставить чайник. Это всё, что она могла сделать для дочери. Будет замечательно, если мальчик внемлет и не станет больше лезть в жизнь Дианы, потому что Петти уверена: её девочку ждёт головокружительная карьера и прекрасная жизнь. И совершенно не нужно, чтобы под ногами будущей звезды болтался влюблённый мальчишка, и даже не наследник. Ведь Грегори Фледж, после того грандиозного скандала, лишил младшего сына наследства, и у Джоэла осталось лишь агентство, которое оставила ему покойная мать. Терезе чудом удалось удержаться в кресле директора, и не без её помощи, этот ребёнок смог получить то, что ему причиталось. Отголоски чудовищного унижения, которое испытал Грегори на том вечере, до сих пор бередили кулуары великосветских приёмов. Так что её дочери точно не нужен тот, кто хоть каким-то боком связан с этим властолюбивым моральным уродом.

Пошарив по шкафам, Петти вытащила на стол коробку с печеньем, поставила на плиту воду под мясо и быстро покидала замороженные овощи на сковороду. Следом на столе оказались две кружки, в которых плескался подогретый глинтвейн.

Обнаруженная на холодильнике записка гласила о том, что он (Рик) извиняется, но встретить её (Петти) никак не сможет, ибо сегодня утром, они (Диана, Рик и мальчик по имени Патрик) отправились в канадские горы для празднования Рождества. Он надеется, что Петти сможет найти себе занятие на эти каникулы, потому что сопротивляться блестящим глазам Дианы не может. К тому же он хотел познакомиться с родителями молодого человека Дианы. Так что пусть она (Петти) не обижается. В качестве извинения, и если она всё-таки обнаружит ключ от двери, он оставил на плите её любимый глинтвейн.

– Вас здесь не ждали, – ухмыльнулся Джоэл, отхлёбывая горячий напиток и с удовольствием наблюдая за лицом этой змеи.

Конечно, он знал причины, по которым теперь ему отказано в «благословении». Эта женщина, как и все прочие из его окружения, видели на его месте только тугой кошелёк и внушительный банковский счёт.

– Ты как бельмо на глазу, – ответила уязвлённая Петти, и стукнула чашкой по столу, отчего часть жидкости оказалась на белоснежной скатерти. – Год назад ваш брак мог дать что-то Диане, а сейчас, ты лишь подросток, и не мальчик, и не мужчина, чудом уцелевший в той грязи, что обрушилась на мою дочь после её побега. Я не хочу, чтобы Диана вновь попала в этот серпентарий глава которому твой отец.

– Я тоже пострадал, – нарочито спокойно парировал Джоэл. – И давайте начистоту, если бы Диана не слиняла с приёма, ничего бы не случилось.

– Так ведь это ты, мой мальчик, – ядовито протянула Петти, – довёл её до этого. Кто бы мог подумать, что Дианка дважды от тебя сбежит. Не желаю смотреть на третий.

– А его и не будет. – Джоэл залпом допил глинтвейн и вышел из-за стола. – Пойду осмотрюсь, с вашего позволения. Мадам.

Едва сдерживая ярость и почти не глядя, он пролетел через всю гостиную, где в ночной тиши притаилась красавица ель. Сразу за гостиной был коридор, ведущий в жилые помещения. Подумав несколько секунд, Джо выбрал экскурсию по второму этажу и свернул налево, где виднелась лестница. Почему-то он был уверен, что именно там располагается комната беглянки.

Открыв обычную белую дверь, он шагнул в помещение и оказался в водовороте плакатов, пластинок, большой плазмы, с подключённой к ней приставкой. Рядом валялись коробки с бродилками, гонками, какими-то фэнтези приключениями и танцевальными симуляторами. Напротив телевизора, по правой стене, стоял узкий шкаф и синтезатор.

Пробежав пальцами по клавишам, Джоэл закрыл глаза и втянул носом воздух. Здесь, как и в прихожей, неуловимо чувствовался запах ягод.

– Тебе совсем не подходит этот запах, – прошептал он, отрываясь от инструмента.

Подойдя к книжным полкам, он пробежался по корешкам и был приятно удивлён. Классика перемежалась с новыми именами, проза с фантастикой, да ещё какой! Вытащив книгу, которую, видимо, читали не один раз, он полистал страницы и улыбнулся.

– А мы ведь не такие уж и разные, малышка.

Где-то на задворках сознания мелькнула мысль, что, может, не стоило так бесцеремонно врываться в её крепость, но увидев на широком подоконнике ещё одну фотографию, где Диана стояла в окружении ребят с киношколы, он со злостью отмёл эту мысль. Один из парней стоял слишком близко, и со спины эта дурочка совсем не замечала плотоядного взгляда, направленного совсем не на камеру. Схватив рамку, Джо всмотрелся в фотографию и холёное лицо, стоившее баснословных денег, перекосило от ярости. Хорош, но эта крошка уже занята и подвинуть себя он никому не позволит. С трудом сдерживая желание расколошматить фото об стену, он поставил его на место и зацепился взглядом за брошенную на кровати папку.

Ноги сами понесли Джоэла через комнату. Нет, он не планировал собирать компромат и давить на девчонку. Поборовшись с совестью несколько мгновений, он всё-таки взял её в руки и раскрыл. Стопка страниц, исписанных неровным почерком Дианы, поселили в душе надежду. Выдохнув, Джо на всякий случай снова прочёл название сценария и широкая, мальчишеская улыбка осветила хмурое лицо. Так обычно улыбаются плохиши, когда готовят какую-нибудь пакость. Бросив уже ненужную папку на кровать, Фледж вытащил телефон из заднего кармана джинсов и позвонил. Когда в динамике раздался уставший и нервный голос, он произнёс лишь два слова:

– Я согласен.

Через полчаса Джоэл Фледж, по прозвищу Дьявол, вновь садился в такси, чтобы вылететь обратным рейсом до Лос-Анджелеса. У него появился шанс, и теперь он его ни за что не упустит.

Загрузка...