ЕЛЬЦИН – НАПЫЩЕННЫЙ ЭКСЦЕНТРИЧНЫЙ СУБЪЕКТ…

Железная Мадлен Олбрайт представила москвичам свои мемуары

Что и говорить, нечасто в Москву залетают с частными визитами такие важные птицы, как Мадлен Олбрайт, бывший госсекретарь США в годы президентства Билла Клинтона. Еще недавно она была влиятельной персоной, во многом определявшей пунктиры взаимоотношений крупнейших мировых держав, искусным дипломатом, на коем поприще традиционно считается мужское доминирование.

Когда она появилась в зале книжного магазина, где проводилась ее пресс-конференция, журналисты мгновенно подались вперед, будто повинуясь магической силе ее ауры и доверчивой улыбки. Повод для встречи – российский дебют только что вышедшей книги мемуаров «Госпожа госсекретарь», толстенного тома ценой в триста целковых. Десятки телекамер и фотообъективов впились в хорошо сохранившуюся, хотя далеко не первой молодости даму, существо слабого пола, но явно с мужским характером, от слов и действий, а точнее от хуков и апперкотов которого еще недавно зависели судьбы мира.

Когда объявили, что припозднившаяся госпожа Олбрайт ответит только на несколько вопросов заждавшихся журналистов, в этом увиделся некий подвох то ли организаторов, то ли сопровождающих ее лиц, ибо расспросить госсекретаря периода нахождения у власти Клинтона и Ельцина хотелось о многом, а никаких индивидуальных интервью гостья давать не собиралась. Неужели, подумалось, столь дальняя дорога Мадлен Олбрайт так дешево стоит? Мои сомнения усилились, когда автор мемуаров стала «чисто конкретно» откровенно тенденциозно указывать пальцем то на одного, то на другого репортера, приглашая его к вопросу. Это были западные журналисты, которые явно не собирались ставить свою союзницу в неловкое положение каким-либо острым вопросом. Не был обойден вниманием, по-видимому, и «свой» представитель арабского журкорпуса, которого и впрямь интересовала довольно обтекаемая тема о гипотетических ошибках ее госсекретарства. Да и то с устаревшим перфектом. После четвертого вопроса, когда стало ясно, что пресс-конференцию вот-вот оборвут, я рванулся было в атаку с довольно скользким вопросом о ее реакции на политико-дипломатические выходки Бориса Ельцина, свидетелем которых она была. Но мероприятие внезапно завершилось: его организаторы резко прервали общение высокой гостьи с собравшимися на презентацию ее книги и, видимо, чувствуя неловкость ситуации, объявили, что все желающие, а точнее купившие книгу госпожи Олбрайт, получат драгоценные автографы. Что ж, спасибо, как говорится, и на этом. Подумалось: «Может быть, в трудную минуту жизни я задвину автограф сподвижницы Билла Клинтона и доброй знакомой нашего президента какому-нибудь коллекционеру долларов эдак за двести, чтобы к тому времени быть готовым приобрести новый «букхит» по-русски не менее деловой и уверенной в себе преемницы Олбрайт Кондолизы Райс, которая наверняка сразу же после новых выборов в США засядет и за свои штудии о войне и мире.

А пока несколько цитат о Ельцине и Путине глазами и пером неугомонной Мадлен.

«В начале двухтысячного года я стала первым высокопоставленным американским чиновником, который встретился с Путиным… Он говорил с холодной настойчивостью, но стал горячиться, когда разговор зашел о Чечне. В этом регионе, решительно утверждал он, власть захватили бандиты, которые грабят, похищают людей, торгуют наркотиками, изготовляют фальшивые деньги. Они замыслили организовать террористическое государство. Поэтому, сказал Путин, не пробуйте вытеснять Россию из этого региона, иначе получите еще один Иран или Афганистан…»

Слушая Путина, Олбрайт составляла о нем свое личное мнение. Она знала, что он гордится отцом, который служил в армии и участвовал в войне с фашизмом, что юный будущий президент мечтал о работе в КГБ. Он любил Россию и был очень обескуражен той пропастью, в которую она скатилась. При этом Путин поглядывал на переводчика «своими невыразительными серо-голубыми глазами». Он говорил, что любит китайскую кухню и забавно пользуется палочками во время еды, он долгое время занимался дзюдо, но все это просто экзотические штучки. «Это не наш менталитет. Российский склад ума куда более близок к европейскому, и Россия решительно должна стать частью Запада».

В следующую встречу, сопровождая Клинтона в Москву, автор мемуаров не только увидела обновленный Кремль, в котором стояли старые царские троны, декорированные горностаем, но и сама поразила всех своим нарядом. Три ее брошки отображали трех обезьян в позах «не слышу зла, не говорю зла, не вижу зла». Ельцина она восприняла как напыщенного эксцентричного субъекта, который говорил так, будто бы все, что происходило на этот раз в Кремле, касалось его лично. Путин же, заключает госсекретарь США, напротив, мыслил ясно, был откровенно радушен и невозмутим. Ельцин бравировал своей дружбой с Клинтоном, а Путина прежде всего интересовало решение сугубо деловых вопросов.

Пожаловавшись на московские пробки, залетная гостья любителей политбиографий с присущим ей шармом упорхнула в аэропорт, оставив читателей один на один с ушедшей в Лету эпохой, гвоздем которой стал сексуальный роман Билла и Моники… Да веселые были времена. Есть что вспомнить…

Как отмечают биографы, возможно, мир не узнал бы о Мадлен Олбрайт, если бы ранним январским утром 1982 года ее муж Джо, собираясь на работу, как бы между прочим не произнес: «Я люблю другую».

Мир, которым жила Мадлен, рухнул. И тут на волне страшной обиды, попранного чувства справедливости и стремления доказать, что она самая-самая, на свет появилась госпожа Олбрайт, о которой заговорил весь мир.

Четвертое место в американской политической иерархии – после президента, вице-президента и спикера палаты представителей, нижней палаты Конгресса! Это не шутка!

О многом говорит и такой факт: Мадлен захотелось изучить русский язык, близкий к ее родному чешскому. Следуя своей привычке все доводить до конца, Мадлен Олбрайт овладела русским в совершенстве. Много позже, когда она стала представителем США при ООН, произошел такой случай. Российский представитель Юлий Воронцов выступал с каким-то важным заявлением, как вдруг заметил, что Олбрайт сняла наушники с синхронным переводом. «Разве вам не интересно, что я говорю?» – удивился Воронцов. «Я вас внимательно слушаю», – ответила Олбрайт по-русски.

Мадлен окончила аспирантуру и получила степень магистра политологии за работу «Советская дипломатия: профиль элиты». Она продолжала работать над докторской диссертацией, посвященной роли прессы в период «пражской весны».

– Поэтому-то я и считаю, что у женщины должен быть выбор, – говорит Мадлен Олбрайт, очевидно, имея в виду выбор между семейными неурядицами и карьерой.

2004

Загрузка...