Дневная смена в четверг Когда умирают боги

7

– Разумеется, они не связаны, пойми ты это, идиот. – Стил надолго затянулась электронной сигаретой, потом выпустила дым из ноздрей. Недавно она обнаружила, что такой способ курения углубляет морщины по обеим сторонам ее рта. Те, что вокруг глаз, также стали глубже. – Ну, у кого-нибудь еще есть глупый вопрос?

Ее серый костюм выглядел так, словно кто-то спал в нем. Кто бы это ни был, но он проделал с костюмом что-то такое, о чем неприлично упоминать вслух. Прическа – не лучше. Возможно, для укладки она использовала электрический венчик, генератор Ван де Грааффа[25] и ведро обойного клея.

Один из констеблей пробурчал что-то. Из-за прилива крови к затылку кожа над воротником его кителя потемнела.

За столом переговоров в середине комнаты сидели офицеры в форме и в гражданской одежде. Кому не хватило места, стояли вдоль стен. Перед столом на доске висела карта лесного массива. На другой доске – фотографии жертвы.

– Вскрытие в десять, – прокаркала Стил. – До этого момента мы ничего не можем сделать.

Электронная сигарета щелкнула по фотографии, на которой крупным планом была изображена голова, закрытая мусорным мешком.

Еще одна рука поднялась вверх:

– Госпожа руководитель, почему?

Она даже не взглянула на спросившего:

– Что я говорила насчет глупых вопросов?

Рука снова опустилась.

– Простите, госпожа руководитель.

– Как только час икс пробьет, сержант криминальной полиции Даусон сделает фотографии и разошлет их по электронной почте. Если нам повезет, кто-нибудь из местных зайчиков опознает жертву. Сделаем листовки. Как можно больше листовок. Беки? Ты отвечаешь за это.

Крупная женщина в черном костюме кивнула; ее вьющиеся волосы упали на лоб.

– Да, госпожа руководитель.

– Так, дальше.

Стил перебросила кипу распечаток сидевшему рядом с ней тощему парню в дешевом спортивном костюме. Он оставил себе один лист, а остальные передал дальше.

– Это из нашей базы данных, – продолжила Стил. – На всякий случай. Обнаженное тело, избитое, с мешком на голове, брошенное в лесу. Похоже, да? Удалось установить, что убитый – литовец, сводник-сутенер; он ошивался в Эдинбурге шесть месяцев назад.

Распечатки добрались до Логана. И правда, похоже. Только жертва лежала на погребальной плите, а не на земле, и мешок на голове имел продольный разрез, через который можно было разглядеть костлявое лицо с крючковатым носом и кривыми зубами; глаза жертвы были закрыты.

– Как утверждают, этот Артурас Казлаускас не утруждал себя просьбами, обращенными к Малку-Ножу, о получении разрешения на кое-какие действия, поэтому Малк послал парней из своего окружения, чтобы поучить его приличным манерам. Подробности преступления обычные: после смерти тело было обработано дозой отбеливателя с целью исключить возможность трассеологических доказательств[26] и анализа ДНК.

Она взяла из папки лист бумаги и прикрепила к доске несколькими магнитами. Ксерокопия фотографии. Мужчина с короткой стрижкой, мешки под глазами, пухлые щеки, в смокинге. Лица такого типа часто можно увидеть у руководителей подразделений ротари-клубов[27], никогда не забывающих о дне рождения босса.

– Малкольм Мак-Леннан, известный также как Малк-Нож. Он же мистер Громила. Вы занимаетесь наркоторговлей, торгуете оружием, организуете нелегальную эмиграцию или держите под контролем проституцию – он получает свою долю, либо вам придется сматываться из Эдинбурга. Если, конечно, вам повезет.

Новая порция распечаток. Еще три тела. Все нагие, все мужского пола, все избиты, на головах у всех мешки для мусора, закрепленные липкой лентой.

Стил засопела.

– И прежде чем кто-то из вас задаст очевидный вопрос, я на него отвечу: нет, мы не знаем, кто убил этих людей. И подразделение по борьбе с организованной преступностью и терроризмом не может доказать, что это Малк приказал их убить. Так что от этих фотографий столько же пользы, сколько от визита Ренни в бордель.

– Эй!

– Заткнись.

Логан побарабанил пальцами по столу. Джессика Кемпбелл доставляет в Абердин наркотики из Глазго. Малкольм Мак-Леннан убивает людей в Банфе… Джон Эркарт был прав: Малыш Хамиш Мауат, возможно, еще жив, но шишки из его окружения уже поигрывают мускулами.

А это значит, что Рубен готовится нанести удар. Жестокий удар.


После летучки большинство присутствующих бросились в столовую и туалеты, наполнив участок гамом. Стил, развалившись в кресле перед окном, курила свою электронную сигарету; одной рукой она прощупывала подмышку, другой прижимала телефон к уху.

– Ну да… Не-ет… Неужели он?.. Ну да… Ну да…

Логан сидел и разглядывал распечатки с мертвыми телами, когда над столом навис Ренни.

– Ты руководишь подразделением «В», верно?

– И что из этого?

– Папаша хочет, чтобы парочка «беретиков»[28], пораспрашивала жителей, после того как будет готова фотка последней жертвы. Сделай и для меня пару-тройку копий, о’кей?

Логан пристально посмотрел на него:

– Во-первых, какое право ты имеешь называть офицеров моего подразделения «беретиками»?

Ренни скривил губы:

– Скажите, какой ершистый.

– Во-вторых: офицеры моего подразделения заняты охраной общественного порядка. И у них не будет времени стаптывать ноги вместо тебя. – Логан встал и ткнул Ренни пальцем в грудь. – И третье: многие из них находятся на этой работе дольше, чем ты, и заслуживают уважительного отношения. Тебе это ясно?

Нижняя губа Ренни отвисла.

– Да я только спросил. – Он придвинулся, и теперь они стояли нос к носу.

От окна донесся хрюкающий звук, затем прозвучал скрипучий голос Стил:

– Бога ради, вы можете поцеловаться и закончить с этим? Пора бы снять сексуальное напряжение ложкой[29].

Не поворачиваясь, Логан ответил:

– Сержант криминальной полиции Ренни и я обсуждаем распределение людских ресурсов.

– Да? А я думала, вы оба готовились пустить в ход дубинки, чтобы подправить с их помощью дефекты внешности. Представляю, что было бы, не окажись меня на пути юношеской любви… Если ты, Логан, обещаешь не бить Ренни по заднице, покрытой любовными укусами, так и быть, можете вдоволь пообсуждать интересующий вас вопрос.

– Что? – На лице Ренни появилась обиженная гримаса ребенка, которого только что отшлепали. – Я всего лишь попросил выделить мне пару сотрудников, чтобы помочь с идентификацией. Вероятно, вы не поняли всю опасность, связанную с этим делом. Ведь только…

Стил постучала по подлокотникам костяшками пальцев.

– Ренни, кофе. Два кофе и домашнее печенье.

– Но, простите, я…

– Еще молоко и сахар. И до меня дошел слух, что кто-то принес солодовый каравай. Я тоже хочу кусочек.

– Но… госпожа… начальник…

И немедленно, сержант криминальной полиции.

Нижняя губа Ренни надулась. Он повернулся и, шаркая, побрел из комнаты. Вышел и закрыл за собой дверь.

Стил скрестила руки и, нахмурившись, посмотрела на Логана:

– Так кто нагадил тебе в тарелку?

– Я не обязан…

– …в одиночку противостоять бедному несмышленышу Ренни. Полиция Шотландии не одобряет буллинг[30] на рабочем месте, ты, старый сварливый мешок с…

– Да ладно. Вы сами говорите с ним грубо! И…

– Ты законченный глупец, Лаз. Вечно лезешь в драку. – Она покачала головой. – И с кем, с Ренни. Да это все равно что пнуть ногой щенка, а затем сунуть его в сушильный барабан вместе с ведром битого стекла. А потом поджечь этот барабан.

Да-а…

Логан вздохнул и поморщился. Стил права: приставать к Ренни нехорошо. Сержант криминальной полиции из команды Стил может быть полным идиотом, но он не виноват в том, что Логан взвинчен. И он не знает, что Рубен готов сорваться с цепи как бешеный пес.

– Простите. – Логан провел рукой по взлохмаченной макушке. – Была тяжелая неделя..

– Да не переживай ты так. Сушильный барабан простаивает без дела, и, может, зря. – Она затянулась сигаретой. – Все мы мученики.

– Ладно, я поговорю с ним, – сказал Логан, глядя поверх головы Стил в окно. На другой стороне залива мерцали огни Макдаффа. – Завтра мы отключаем Саманту. От приборов жизнеобеспечения.

Вздох. Затем Стил взяла его руку и сжала ее.

– С тобой все будет в порядке?

– Да. Разумеется. – Он нахмурился. – Не знаю. – Затем глубоко вдохнул. – Во всяком случае, полагаю, мне будет легче… – Кивок в сторону двери. – Мне надо пойти проинструктировать команду.

– И договоримся, что вы все будете держать глаза открытыми, о’кей?


Комната констеблей выглядела по-старомодному: вдоль стен стояли письменные столы, заваленные бумагами, компьютеры – из музея древностей, четыре канцелярских стула вот-вот развалятся. Логан устроился на подоконнике с чашкой чая. На него пристально смотрели три офицера в форме полиции Шотландии, ни дать ни взять, ниндзя в черном.

Каламити нажимала на кнопку шариковой ручки: раз, два, раз, два. Клик, клик, клик.

– Может, мы прекратим поиски?

В ответ прозвучал слабый мягкий голосок:

– По мне, так все понятно. – Айла закинула каштановые волосы за спину, собрала их в толстый хвост и перетянула резинкой. При своих «около тридцати» она все еще выглядела подростком: лицо в форме сердечка, красная губная помада, густые тени для век, тушь для ресниц и бровей – и все это в больших количествах, чем допускалось при работе в полиции. Маленькие ножки едва касались пола, когда она раскачивалась взад-вперед на своем стуле. – Если бы моим отцом был Большой Дональд Браун… О, да я бы тоже сбежала. – Справившись с волосами, она отхлебнула кофе. – Лично я желаю Трейси успеха.

Логан окинул хмурым взглядом фотографии на стене – галерея местных воров и наркодилеров. Большой Дональд Браун помещался во втором ряду, третий справа. Кусок мяса с широким лбом, растопыренными ушами и такими бровями, которые смотрелись бы великанскими даже на морде бордер-терьера.

– Кто-нибудь знает, убегала ли она прежде из дому?

Тафти пролистал свои записи; между приоткрытыми губами виднелся розовый кончик языка; полоска света озаряла коротко стриженные волосы цвета имбиря, создавая вокруг головы сияющий ореол.

– Ей ведь девятнадцать лет, сержант, и вряд ли это можно назвать побегом.

– Постойте… – Несколько мгновений Логан жевал свою нижнюю губу. – Не важно, насколько отъявленным мерзавцем является ее папаша, но о ней он беспокоится. – После короткой паузы он продолжил: —Айла, свяжись с газетчиками и скажи им, что мы отслеживаем все их домыслы. А так… Даю тебе разрешение делать все, что следует делать в случае пропажи девочки.

– Слушаюсь, сержант, – кивнула Айла.

– Хорошо, дальше. Констебль Куэррел, я уверен, что у вас есть для нас сообщение.

Мальчишеское лицо Тафти расплылось в улыбке. Он взмахнул руками перед собой, словно готовясь продемонстрировать магический трюк. Пару дней назад, предвкушая окончание работы в качестве стажера, он с истинным вдохновением молвил: «Да будут яффские кексы!», чем вызвал взрыв аплодисментов со стороны Каламити и Айлы.

– Да, сержант! – Порывшись в глубине своего письменного стола, Тафти извлек оттуда пакет с угощением.

Взяв кекс, Логан сказал:

– В качестве поощрения можешь продолжить наш брифинг.

Поработав мышкой, Тафти вывел на экран монитора слайд.

Теперь на них пристальным взглядом смотрел Мартин Мил. Крепкое лицо с высокими скулами и ямочкой в самом центре подбородка. Прямые каштановые волосы с прической под Хью Гранта.

– Я посмотрел сопроводительную карту[31], но не нашел ни одного упоминания о том, что у Мила была татуировка. Выходит, что тот, кого мы обнаружили вчера, это не он. Может быть, стоит проверить его активность по банковским карточкам?

Глаза Айлы округлились:

– Ты хоть представляешь, сколько времени уйдет на то, чтобы получить согласие его банка на это?

– Ну нет, констебль Андерсон. – Тафти подался вперед. – Нам не стоит бродить вокруг да около и ждать согласия банка на получения доступа к информации. Если он подключен к обслуживанию через Интернет, мы можем попросить его жену войти в систему и проверить. И мы, конечно, должны спросить ее о татуировке – мало ли какой болван заполнял сопроводительную карту.

– Это и есть цинизм, насколько я могу судить? – Улыбка превратила лицо Айлы в блестящее розовое яблоко. – Ох, Тафти, боюсь, нам еще предстоит потрудиться, чтобы сделать из тебя настоящего офицера полиции.

– Давай дальше, – сказал Логан.

Щелчок мышки, и весь экран заполнило лицо мужчины: мощные челюсти, сросшиеся брови, волосы зачесаны так, чтобы лысина на макушке была менее заметной.

– Марк Коннолли, нарушил условия освобождения по УДО и в пятницу…


Сидя на водительском месте, Тафти подпевал группе «Оазис»:

– Ду-де-дуде-дуед-ду…

Они медленно ехали по нескончаемым окраинам Уайтхиллса, затем повернули налево, по направлению к аспидно-серому морю. Дождь безжалостно лупил по лобовому стеклу, порывы ветра заставляли вздрагивать. Логан ерзал на своем сиденье. Ноги затекли, поясница болела как раз там, где ее касалась кромка защитного жилета. Ну и когда их сменят? Да никогда.

Дорога стала уже, казалось, что они едут по тоннелю, создаваемому неровными по высоте кустами утесника, растущими по обеим сторонам.

Почему Саманта думает, что он смог бы убить Рубена? Что он вообще способен на убийство человеческого существа? Ну, хорошо, возможно, это «человеческое существо» переступало за грань человечности, но все же… Как это —убить кого-то? Хладнокровно. Предумышленно.

Желудок Логана забулькал, придавая кислый вкус слюне.

Композиция «Оазиса» закончилась, диджей дал краткую справку о музыкантах.

«…это была группа из восьми человек. Прекрасная вспышка из прошлого. А сейчас наш Эшли с новостями и погодой».

«Спасибо Дуджи. Семья из четырех человек погибла при столкновении прошлой ночью трех автомобилей на дороге A-девяносто к северу от Портлетена…»

– Серж? Вы ведь ничего не знаете о времени, верно?

Логан скривился:

– Тафти, не будь занудой.

– А я вот недавно читал, квантовая механика и общая теория относительности оперируют совершенно различными представлениями о том, как работает время.

«…миссис Гарден, шестидесяти девяти лет, остается под охраной после беспредельного инцидента на дороге, произошедшего возле почтового отделения в Стрихене…»

– Эйнштейн утверждает, что время относительно и зависит от того, где вы находитесь и насколько быстро движетесь, так? Чем быстрее вы перемещаетесь, тем медленнее течет время.

Логан посмотрел в боковое окно.

– Он прав. Когда я в машине с тобой, время ползет чертовски медленно.

По обеим сторонам теперь тянулись унылые коричнево-зеленые поля. Небольшая отара овец кучковалась в загоне.

«…вчера в лесном массиве южнее Макдаффа было обнаружено тело мужчины. Полиция Шотландии не может раскрывать подробностей до тех пор, пока кто-либо из близких родственников не будет проинформирован об этом…»

– Квантовые механизмы, с другой стороны, показывают абсолютное и внешнее время для Вселенной: отслеживая след волновой функции в квантовых системах.

Может, убийство Рубена – не такое уж и плохое дело? По крайней мере, не придется сидеть здесь и слушать Тафти.

«…волнения у отделений Британской почты вчера в Дайсе. Протестующие выдвинули требования об уменьшении стоимости предоставляемых компанией услуг».

Сдерет с живого кожу и скормит свиньям…

Логан закрыл глаза и сглотнул слюну с привкусом потускневшей меди. Саманта предложила убить Рубена… Она это серьезно? Какой рубильник надо включить, чтобы решиться?

Чья-то рука осторожно стиснула его плечо; ногти покрыты блестящим черным лаком.

Саманта, сидевшая на заднем сиденье, наклонилась вперед.

8

– Что? – Миссис Мил помотала головой. – Нет. У него ничего не было. Никаких татуировок. Зачем они ему, эти татуировки?

– Тогда это не Мартин, миссис Мил, – сказал Логан. – У человека, которого мы обнаружили вчера, есть татуировка.

Она шумно задышала.

– Ох, слава богу. – Долгий вдох, одна рука прижата к груди. – Посмотрите-ка мне в глаза. – И тут же: – Ой, простите. Заходите в дом, прошу вас.

Коридор был светлым и просторным; стены увешаны фотографиями в рамках. Миссис Мил провела их в кухню. За столом, обхватив обеими руками бокал с апельсиновым соком, сидел маленький мальчик. На правой руке – гипсовая шина. Воздух пропитан запахом горячего масла.

– Как насчет чая или кофе? Или, может, что-то другое? Может быть, блинчиков? Я как раз жарю их для Итана.

Мальчик внимательно смотрел на неожиданных гостей через такие же, как у его матери, очки.

Логан снял куртку и повесил ее на спинку стула; по полу сразу же застучали капли.

– Попить чаю – это было бы здорово. Но вы не беспокойтесь, констебль Куэррл может его приготовить. Так, констебль?

Утвердительный кивок.

– Не будем мешать готовить блинчики Итану.

– О, как это любезно с вашей стороны. – Миссис Мил подошла к газовой плите, а Тафти в поисках чайника принялся шарить в буфете.

Эта кухня, должно быть, стоила целое состояние. В нее вмещался полноразмерный обеденный стол; у окна – изолированный анклав с газовой плитой и раковиной; стены отделаны дубовыми панелями; рабочие поверхности из гранита; пол устлан плиткой из аспидного сланца; в углу – массивный холодильник в американском стиле с вместительной морозильной камерой. По сравнению с кухонькой Логана, где на скорую руку было собрано все самое дешевое из B&Q и «Аргоса»[32], – настоящий дворец.

В глаза бросались явно детские рисунки – на всех картофелина с ручками и ножками, – но вместо того чтобы быть прикрепленными магнитиками к дверце холодильника, как в нормальных домах, они были помещены в изящные деревянные рамки и развешаны по стенам.

Логан опустился на стул и, кивнув мальчику, спросил:

– А почему у тебя рука в гипсе, Итан, что случилось?

Мальчик молча смотрел на него. Он что, не понял вопроса?

Ну ладно…

Миссис Мил покачала головой:

– Я очень люблю его, но этот маленький ангелок иногда может быть неуклюжим. Ведь верно, Итан?

Итан, пожав плечами, вспомнил о своем апельсиновом соке.

– Он немного смущается. – Хозяйка дома налила тесто на сковородку и, повернувшись к гостям, спросила с улыбкой: – Так кому блинчиков?


Логан смотрел в окно, сворачивая в трубку смазанный маслом и малиновым вареньем блин. Откусив от одного конца, принялся жевать.

За окном Итан, сутулясь, шел под дождем к школьному автобусу; здоровая рука в руке матери, вторая прижата к груди. Как только они подошли, из автобуса вышла крупная дама с прической «лего-боб». Миссис Мил наклонилась и поцеловала Итана в щеку, затем стерла со щеки помаду и отпустила сына. Некоторое время постояла под дождем, махая рукой и глядя вслед отъехавшему автобусу. Потом повернулась и побрела усталой походкой к дому.

Тафти неслышно подошел к Логану, в руках у него была кружка с чаем, на которой был нарисован Винни-Пух.

– А он не выглядит счастливым ребенком.

– Что ты хочешь, у него отец пропал.

– Это верно.

Логан снова куснул блин.

– Да к тому же рука сломана.

– Я постоянно падал с деревьев, когда мне было пять лет.

– Позволь мне высказать одно предположение: в большинстве случаев ты приземлялся на голову. – Логан бросил хмурый взгляд за окно. – Давай-ка навестим социальные службы и посмотрим, что там у них по поводу Итана. Может, кто-то поднимал флаги? Врачи, учителя? Хотелось бы знать, насколько он неуклюжий в действительности.

– Да, серж.

Хлопок двери, шаги, и в кухне снова появилась миссис Мил. У нее был такой вид, будто она только что вылезла из воды.

– Бедному маленькому ангелочку нелегко приходится в школе. Некоторые ребята считают своим долгом напоминать ему, что Мартин пропал. Вы можете представит что-то более жестокое? – Она промокнула длинные черные волосы полотенцем. – Вчера кто-то брякнул, что Мартин убежал с молодой женщиной. Что он больше не любит своего сына. – Она пожала плечами. – Дети… Ужасные маленькие монстры.

Тафти смущенно покашлял.

– Простите за глупый вопрос, но где у вас туалет? Слишком много чая.

– Вторая дверь справа по коридору.

– Благодарю.

Он ушел, отстегивая на ходу радиопереговорное устройство.

Идиот.

Логан собрал блинчиком остатки варенья с тарелки. Положил блинчик в рот и обтер салфеткой пальцы.

– Миссис Мил, скажите, пользовался ли ваш супруг банковским обслуживанием через Интернет? И если пользовался, то имеете ли вы доступ к нему?

– Мартин не сбежал с проституткой. Он бы так с нами не поступил.

– Миссис Мил? Я спросил насчет банковского обслуживания…

– Ну разумеется. У нас был общий счет. – Она подошла к шкафчику и открыла один из ящиков. Вынула из него ноутбук. – О, слышали бы вы, как многие говорили на нашей свадьбе: «Он для нее слишком молод… Да он просто мальчик-игрушка… Да она просто грязная старуха… Может, он до этого трахался со своей мамашей?..»

Ноутбук, поставленный стол, зажужжал, негромко пискнул и ожил.

– Увы, монстрами бывают не только дети, – сказала миссис Мил, входя в систему. – Ведь дети не сами это придумывают, а от кого-то слышат.

Логан сел рядом с ней.

– Вы говорили, что Итан временами бывает неуклюжим?

– Придется подождать, он хочет установить обновления… – Миссис Мил наклонилась над клавиатурой, пальцы забегали по клавишам. – Вы имеете в виду его руку? Он говорит, что упал на игровой площадке, но так ли это, я не знаю. Учителя почему-то ничего не видели. Наверняка, если маленький ребенок падает и ломает руку, они должны заметить… Ну вот, все готово. Так что вы хотели?

Логан указал на сводную страницу счетов.

– Нельзя ли посмотреть последние операции? Нам надо выяснить, пользовался ли Мартин картами.

Она заколебалась.

– Так вы думаете, что он сбежал…

– Мы всего лишь ищем то, что могло бы навести нас на след. Если он снимает деньги, находясь, скажем, в Данди, то поручим тамошней полиции поискать его.

Она закусила нижнюю губу, повозилась с транкпедом и вывела на экран список десяти последних транзакций.

– Здесь в основном мои: «Теско», «Теско», «Теско», ботинки для Итана, «Теско», автозаправка в Петерхеде в пятницу. Потом снова «Теско», «Теско», «Теско».

– А что с текущим счетом?

– Мм… – Она снова опустила пальцы на транкпед. – С понедельника ничего. В понедельник я сняла пятьдесят фунтов, чтобы заплатить мойщику окон.

Таким образом, Мил, считавшийся пропавшим с вечера в воскресенье, не купил по своей кредитной карте никакой еды и не взял из банка ни единого пенни. Если он и вправду находился в бегах три дня и четыре ночи, то наверняка должен был хоть что-то потратить

– А других счетов у него нет? Может быть, счета, открытые еще до вашего брака?

– У нас с Мартином не было секретов друг от друга. – Ее подбородок чуть приподнялся. – Будь у него другой счет, я наверняка знала бы об этом.

Секреты есть у всех, подумал Логан.

Кивнув в сторону экрана, он спросил:

– А вы сможете распечатать данные примерно за три последних месяца?

Она положила руки на клавиатуру и уткнулась взглядом в свои обгрызенные ногти.

– А что, если с ним что-то случилось? Что, если он… – Миссис Мил кашлянула, прочищая горло. – Что, если дети и те, кто вкладывает в их головки всякую грязь, правы? Что, если мы для него ничего не значим и он решил устроить свою жизнь где-то в другом месте с кем-либо из своих ровесниц? Что… если он мертв?

По всей вероятности, он был мертв, но сейчас не было смысла говорить ей об этом.

Логан положил руку на ее плечо. Джемпер был мокрым.

– Мы сделаем все, что в наших силах.

Она кивнула. Потом засопела. Вытерла глаза тыльной стороной ладони.

– Да. Все правильно. Я скачаю вам данные.


От чашки со свежим чаем поднимался ароматный пар. Логан смотрел в окно. Низкорослые деревья на заднем дворе колыхал ветер. Сарай чуть в стороне был окружен терракотовыми горшками, укрытыми белым материалом. Все это имело мирный буколистический вид.

Он взглянул на часы. Тафти все еще не появился. Миссис Мил, по всей вероятности, оставила входную дверь открытой, и Тафти вышел прогуляться. Будет лазить по деревьям и справлять большую нужду на газонах у других людей.

Что за чушь приходит в голову…

В кухне стояла тишина, если не считать звука посудомоечной машины: хум-м-сву-уш-хум-м-сву-уш.

Покопавшись в кармане, Логан вынул две визитки. Обещание – это всего лишь слова. Он разорвал визитки и выбросил их в мусорное ведро, крышка которого поднималась педалью.

На столешнице лежала газета, открытая на странице с кроссвордом. Половина клеток была заполнена, голубая шариковая ручка торчала из стаканчика рядом с газетой. Логан посмотрел ответы.

Четыре оказались неверными. И дело вовсе не в том, как написаны слова «неудовлетворенность» или «неисчислимый».

От кроссворда его отвлек голос миссис Мил:

– Простите. Я должна была поменять картридж принтера.

Повернувшись к ней, Логан спросил:

– Вы любите разгадывать кроссворды?

Ее щеки вспыхнули. Со словами «сообщения из банка за последние двенадцать недель» она протянула ему стопку бумаг.

– Спасибо.

Он бегло пробежал взглядом сводку. Траты на бензин и продовольствие. Каждую среду паб в Петерхеде. Несколько покупок в «Амазоне». Несколько в «Уотерстоунсе» в Илджине… Ничего, что привлекло бы внимание.

Миссис Мил взяла газету, разгладила ее и аккуратно сложила.

– Мартин всегда был специалистом по разгадыванию головоломок. Криминальные сериалы и все такое. – Она положила газету на стол. – Не понимаю, почему я так волнуюсь и постоянно чего-то боюсь.

На первой полосе «Абердинер Экземинер» была та самая фотография. Лесной массив. Бело-голубая лента с надписью «полиция», за спиной констебля видна патрульная машина. Заголовок: «Находка, вызывающая ужас», и чуть мельче: «Является ли тело, найденное на обочине дороги, телом разыскиваемого бизнесмена?».

Неудивительно, что миссис Мил заподозрила наихудшее, увидев их на пороге.

Логан взял газету.

– Вам не следует читать эту писанину. Они ничего не знают, зато кормят читателей глупыми предположениями. Делают все, чтобы увеличить тираж.

– Возьмите ее себе. – Жженщина опустила голову. – Я ведь никогда не любила разгадывать кроссворды.

Спина под джемпером выглядела сутулой. Может быть, мистеру Милу не нравилось, что жена выше? Синдром низкорослого мужчины.

Посудомоечная машина застонала.

Свернув газету, Логан сунул ее под мышку.

– Мы сделаем все, что в наших силах. Это я вам обещаю.

– Спасибо, – ответила она.

Вдруг кухонная дверь с громким звуком открылась, и появился Тафти. Как раз вовремя.

Широко улыбаясь, мальчишка спросил:

– Кейти? Нельзя ли вас на минутку?

Она пошла за ним, Логан – следом.

– Вы не скажете, кто это? – Тафти указал на одну из фотографий. Группа из восьми мужчин, одетых в футболки, сгрудилась вокруг барбекю. Бейсболки и солнцезащитные очки. Двое в приветственном жесте подняли бокалы. – Вот тот, слева, с кукурузным початком руке?

Миссис Мил поморгала, затем нахмурилась.

– Это Пит. Питер Шеперд. Он бизнес-партнер Мартина. Он, Мартин и Брайан создали компанию девять лет назад. А в чем дело?

– Да нет, все нормально. – Тафти постучал кончиками пальцев по рамке. – А живет он…

– В Пеннане. Он живет в одном из домов, что стоят вдоль дороги. А почему вас это интересует?

Тафти пожал плечами:

– Просто интересует. Один вопрос: вы не одолжите нам эту фотографию?


Логан пристегнулся ремнем безопасности.

– Ну?

Тафти помахал рукой миссис Мил. Затем, повернув руль, отъехал от дома. Когда они доехали до пересечения с главной дорогой, он достал фотографию и передал ее Логану.

– Ничего не замечаете, серж?

– Сосиски сгорели?

– Парень слева, Питер Шеперд. Посмотрите на его плечо. Бизнес-партнер Мартина был в зеленой майке с эмблемой в стиле викингов на груди. Накачанные бицепсы, какие бывают у тех, кто слишком много времени проводит в гимнастическом зале. И на его левом предплечье – татуировка нарвала.

9

Банф, накрытый крышкой тяжелого каменного неба, выглядел сердитым; дома казались съежившимися под дождем. Они спустились к подножию холма.

Логан нажал на клавишу радиопереговорного устройства:

– Мегги, хочу попросить тебя найти для меня кое-кого. Питер Шеперд, живет в Пеннане.

Одну минуту, сержант Макрей, у нас тут все тащится со скоростью черепахи.

Тафти повернул направо, на Касл-стрит. Ряды старомодных зданий по обе стороны улицы уступили место таким же домам, но с магазинами в цокольных этажах.

– Серж, может, нам не заморачиваться? Скажем инспектору Стил, что ее труп – это труп Шеперда?

– А где гарантия, что это именно он? Придется немного почесаться, чтобы не тратить зазря чье-то время.

– Да, но…

– Когда миссис Мил сообщила о пропаже своего супруга, ты ходил в его компанию, чтобы опросить служащих?

– Никто не видел его с пятницы. Примерно в половине четвертого его уже не было, но для пятницы это в порядке вещей.

– А что известно о Шеперде?

Тафти пожал плечами:

– О нем я не спрашивал. Мы же искали Мила.

Что ж, вполне логично.

Людей на улице почти не было. Автомобили шли с включенными фарами, хотя до вечера было далеко.

– А что известно о Брайане, другом бизнес-партнере Мила?

– О нем кое-что известно: Брайан Чапмен, финансовый директор. На лбу большое, бросающееся в глаза родимое пятно.

– Это все?

– Где был Мил, он не знает, и, кажется, он проявил неподдельную встревоженность, когда я сказал ему, что мы нашли ночью в воскресенье машину Мила брошенной.

Сержант Макрей? Я нашла три талона предупреждения о превышения скорости, выданных в течение последних шести лет, и это все.

– И что за телеги?

– Два зарегистрированных на его имя автомобиля: «Мицубиси вориэр» и «порше девять-одиннадцать».

Это объясняло происхождение талонов предупреждения. Надо быть оптимистом, чтобы владеть «порше» в Пеннане. Заднеприводный спортивный легковой автомобиль. Тебе повезет, если ты сможешь выводить его из гаража хотя бы в течение полугода.

Вы не хотите узнать, опротестовывал ли он эти талоны?

– Да, пожалуйста, и номер его телефона.

Справа проплыл шпиль приходской церкви. По обе стороны от входа сидели торговцы цветочными венками. Группа пенсионеров, похожих на черных ворон, прошли друг за другом внутрь. Священник пожал руку каждому из них. По всей вероятности, прикидывал, кто будет следующим в очереди на погребение.

Тафти пожевал губу.

– Серж, а вы уверены, что старший инспектор Стил не устроит бучу, когда узнает, что мы не рассказали о Шеперде?

Слева футбольное поле и площадки для игры в мини-гольф.

– Серж?

– Расскажите мне о Мартине Миле.

Логан вздохнул:

– Ну, слушай. Мартин Картер Мил, тридцать лет, получил степень бакалавра в университете Роберта Гордонса. Бизнесмен. Женат на Кейти Мил, один ребенок шести лет по имени Итан. Ездит на темно-синей машине марки «астон мартин DB-девять». Очень модной и шикарной. Мне так хотелось покататься, но автодорожный отдел воспользовался своим привилегированным положением.

– Машина конфискована?

– Она в Минтлоу. Миссис Мил может забрать ее, когда захочет. – Они въехали на мост. Река Деверон, бегущая к заливу, выглядела сверху, как распухшая серая змея, скрежещущая чешуйчатой шкурой о берега. – Три года назад Мила отпустили с предупреждением. Нападение с применением физического насилия. Прокурор не передал дело в суд, поскольку Мил вроде как пытался предотвратить побоище в Элджине, где проходил городской матч. Но один из парней получил переломы челюсти и руки. Профессиональный боксер…

Логан скользнул взглядом по фотографии. На Мартине Миле красная футболка с той же эмблемой викингов, как и у Питера Шеперда, но только футболка с рукавами. Большие руки. Таких мускулов, как у Шеперда, нет, но прибить может.

Сержант Макрей? Я получила протоколы о несанкционированном проникновении в дом Питера Шепера в прошлом году. Вор прихватил с собой старинный граммофон и набор из трех подсвечников периода регентства. Все похищенное было возвращено. В последние шесть месяцев он подал четыре жалобы на вандализм. В данный момент проводятся два расследования взломов, произведенных в его производственных помещениях в Петерхеде.

– И давно проводятся?

Три года.

Понятно, вместо «в данный момент» стоило бы честно сказать «нет ни улик, ни версий».

– На всякий случай дай мне номер его рабочего телефона. – Логан повернулся к Тафти. – Как их компания называется?

– «Гейрод»[33]. Организация контейнерных перевозок и доставка грузов, Петерхед.

– Ты раздобудешь его, Мегги?

Хотите, пришлю эсэмэской?

– Да, спасибо.

– Лвы собираетесь в ближайшее время вернуться в участок, сержант Макрей? Вот только учтите, что с Основной следственной группой бывает… трудно.

– Не знаю, Мегги. Нам тут придется поездить туда-сюда. Если кто-либо спросит, скажите, что мы заняты поиском пропавшего человека.

Если повезет, Стил поверит этому.


– Так вы не видели Шеперда с пятницы? – Логан плечом прижал мобильник к уху, занося некоторые подробности в блокнот.

Ну да, он в отъезде, встречается с одним из поставщиков в Честерфилде.

Да нет, он там не был. Он мертв.

– И вы не получали от него никаких вестей?

Обычно, бывая в поездках, он не связывается с нами. Наш Пит любитель держать паузу и только в случае крайней необходимости шлет текстовые сообщения или пользуется электронной почтой.

– Понятно, тогда на всякий случай, если вы будете общаться с ним, передайте, что нам необходимо поговорить с ним.

Обязательно.

Логан закончил разговор.

– Они говорят, что Шеперд поехал на юг для закупки новых контейнеров.

Тафти обогнал трактор с облепленными грязью шинами.

– Ну, возможно, тот, кого мы нашли, вовсе и не он. Может быть, кто-то другой. Может, этот Питер вернется завтра с кучей контейнеров и со сконфуженным лицом.

– Да, возможно.

Но вряд ли.

Логан еще раз попробовал позвонить по другому номеру. И снова услышал голос автоответчика:

«Привет, вы позвонили Питу Шеперду. К сожалению, я не могу сейчас подойти к телефону. Оставьте свое сообщение, и я перезвоню вам. Спасибо».

Пауза. Пи-ип.

Тафти закивал.

– Он не может, ведь он так сказал? Жаль, не уточнил, мертв он или нет. Вероятно, плата за роуминг за звонки из загробного мира непомерно высокая.

Логан разгладил газету «Абердинер Экземинер», полученную от миссис Мил. В ней не было ничего интересного, как не было и смысла говорить об этом Тафти – опять надуется. Вместо этого Логан пробежал взглядом статью о строительстве, ведущемся на том месте, где раньше стоял дом святого Николаса Абердинского. Чтение, конечно, не захватывающее, но лучше, чем нудные рассуждения Тафти о проблемах современной физики. Подпись под фотографией: «“Мы никогда не прекратим протесты против этого дьявольского бетонного кубика Рубика!” – говорит местный житель, участвующий в кампании протеста». Рубашка и галстук протестующего каким-то необъяснимым образом смахивали на мошонку.

В сетке дождя мелькнул указатель на Фразе.

– Я думаю, что время – это эмерджентное[34] свойство энтропийного поля. Вам известно, что, подобно бозону Хиггса, оно возникает под действием вибрационных возмущений в поле Хиггса?

– Хмм…

На глаза попалась заметка о проекте установки по всему городу фигурок овец, изготовленных из стекловолокна и раскрашенных. Потому что фигурок дельфинов оказалось недостаточно.

– И как только поле Хиггса обеспечивает частицам их физическую массу, энтропийное поле обеспечивает частицам их хронологическую массу.

Большой очерк, посвященный Эмили Бентон. Ее родители и друзья говорят о том, насколько милой она была, как ее все любили; у нее не было врагов. Что, по всей вероятности, не было правдой, кто-то же забил ее до смерти. Оклики жителей Инверури в духе, что подобное не должно совершаться и что в своих молитвах они с семьей погибшей.

– Итак, время – это в действительности бозон, вы поняли?

– Хмм…

Половину следующей страницы занимало обращение о сборе денег для спасательной станции в Макдаффе: один из студентов колледжа едва не утонул во время рыбалки с лодки.

– И вот почему: чем быстрее вы движетесь, тем медленнее течет время. Энтропийное поле подобно кукурузному крахмал: идете медленно и проходите сквозь него, не замечая; идете быстро – и как бы застреваете…

Логан перевернул страницу и увидел подборку читательских писем, в которых говорилось о том, что в лесном массиве вокруг Абердиншира слишком часто стали находить тела.

– Ты, конечно, понимаешь, что это значит, верно? – сказал он скорее самому себе.

– Ну конечно! – возликовал Тафти. Время – это физическое проявление поля, образованного подобием неньютоновской жидкости[35].

Логан посмотрел на него поверх газеты.

– Нет, дружок, это значит, что мы должны раскрыть особенности, связанные с каждым телом. Иначе газеты начнут вопить: «Серийный убийца». Странно, что они еще не начали.

– О! Правильно. Но ведь все равно, поскольку энтропийное поле всего лишь позволяет путешествовать в одном направлении, ибо в противном случае нарушается второй закон термодинамики, вы согласны? И…

– Хронология интересная штука, верно?

Тафти просиял.

– Это то, о чем я думаю. Энтропия, термодинамика, временной бозон…

– Тело Эмили Бентон было обнаружено в лесном массиве десять дней назад. Затем пропал Мартин Мил – через неделю после того, как было обнаружено тело Эмили. И Питер Шеперд с мешком на голове через три дня после того, как он, по мнению коллег, отправился в Честерфилд на предмет покупки контейнеров.

В окне слева промелькнул дорожный указатель на Гарденс-таун, море виделось в виде тонкой линии, проведенной куском древесного угля.

– Выходит… – И вновь на лице Тафти появилось задумчивое выражение. – Мил убил Эмили и своего бизнес-партнера? Но ведь на Эмили не было никакого мешка.

– Череп Эмили был пробит разводным ключом. Мы не знаем, что случилось с головой Шеперда… – Логан снова посмотрел в газету и уткнулся взглядом в статью о сокращении служб по охране детства в Эллоне. – Но смотри. Эмили была убита на месте. Представь, ты в ярости наносишь кому-то удар разводным ключом по черепу. Из головы потоком льется кровь, вываливаются кусочки мозга, и все это заливает твои башмаки. Допустим, ты делаешь выводы. Поэтому в следующий раз ты напяливаешь на голову мешок для мусора, а потом затягиваешь его вокруг шеи так, чтобы ничего не просочилось.

– Ого. В этом есть смысл.

– Ну да. И убираешься ко всем чертям, подальше, пока полиция не принялась тебя искать.

Щетки с гудением метались по стеклу, оставляя при каждом взмахе чистую поверхность, которая буквально тут же оказывалась залита водой.

Тафти кашлянул.

– А вот смотрите. Небольшое совпадение, верно? Убийство Шеперда происходит по той же схеме, что и убийство эдинбургского гангстера? Я про отбеливатель.

– Хмм…

Так оно и было.

– И еще вопрос – почему убили Эмили Бентон?

И с этим то же самое.

По встречке промчался большой автомобиль; блондинка за рулем, не замечая ничего вокруг, увлеченно болтала по мобильному телефону; на заднем сиденье Логан сумел разглядеть собаку.

– Сколько нам еще ехать до Пеннана?

Посмотрев на часы на приборной доске, Тафти ответил:

– Пять минут. Ну, может, десять.

Логан уткнулся в газету. Статья о воровстве дизелей вокруг Тарриффа.

Исчезновение Мила должно наводить на мысль о его виновности. Но, если он непричастен к смерти Шеперда, зачем ему сбегать? Невиновные не пропадают за три дня до того, как в лесу находят тела их бизнес-партнеров. Добавить сюда одержимость Мила криминальными сериалами. Поднаторел небось.

Невозможно отрицать, что пазл складывается. Мартин Мил убил Питера Шеперда, спрятал его тело, позаботился о том, чтобы не оставить следы, и пустился в бега.

Логан завозился, чтобы сесть поудобнее. У Стил целая команда – двадцать офицеров. А может, и тридцать. И у них нет никаких версий. А тут они вдвоем с Тафти и, похоже, вычислили убийцу. Убийцу двоих человек, если Мил убил еще и Эмили Бентон.

Иногда боги расточают улыбки.

Ох…

Нет…

Набранный в легкие воздух стал густым. Внутри – какой-то непонятный зуд. Волновые импульсы, пробегая по телу, угасали в кишечнике.

На газетной странице между сообщениями о ценах на дома в Стрихине и объявлением об открытии музыкального фестиваля в Фрейзерборо была фотография Малыша Хамиша Мауата.

Рот Логана мгновенно стал сухим, горло стянула петля.

«Конец благотворительности местного бизнесмена».

Газета задрожала в его руках.

«Филантроп Хамиш Александр Селкирк Мауат скончался во сне прошлой ночью».

Как, черт возьми, нюхачам из «Абердинер Экземинер» удается так быстро узнавать новости? Или им приплачивает Рубен?

Соболезнования. Высказывание лорда Провоста о том, каким великим человеком был усопший; упоминания о том, сколь щедрыми были его пожертвования. И конечно, ни слова о том, что Малыш управлял самой крупной криминальной империей на северо-востоке Шотландии. Ничего не говорилось и о свиноферме, где бесследно исчезали люди.

И ничего о том факте, что теперь Рубен скоро навестит Логана.

О господи…

– Серж?

Похороны назначены на пятницу. На завтра.

Но ведь Малыш Хамиш Мауат никогда не позволял кому бы то ни было околачиваться возле себя?

Да и Рубен тоже.

– Серж? Вы в порядке? У вас такой вид, словно вы проглотили пчелу.

Логан опустил газету. Поморгал, глядя на мир, ставший для него враждебным.

– Да. – Он кивнул. – Все отлично.

Как бы не так.

10

Дорога, примыкающая к отвесной скале, шла по радиусу и под уклон; крутизна была такой, что Тафти пришлось переключиться на вторую передачу. Пеннан возник перед глазами в виде скопления крыш, собравшихся вместе для защиты от Северного моря, которое обрушивало свои волны на невысокие причалы гавани, скалы и каменистую косу.

Конечно, все, только что прочитанное в газете, не было удивительным – «Абердинер Экземинер» заранее готовился к тому, чтобы сообщить читателям о смерти Хамиша Мауата. Они, по всей вероятности, собирали материалы в течение нескольких месяцев. А потом просто ждали, когда все произойдет.

Ведь и Би-би-си использует подобный метод: держит все наготове, а в ход пускает, когда, к примеру, королева, надев свои королевские шлепанцы, вдруг споткнется и упадет, разве не так? Свидетельства, фотографии, документальные фильмы… Так почему же в истории с криминальным лордом Абердина кто-то стал бы действовать иначе? В особенности учитывая тот факт, что ожидающий своей очереди Рубен уже на низком старте: король умер, да здравствует король.

Они почти сползли на маленькую и единственную в городе улочку. По одну сторону – дома, по другую – дышащая злобой поверхность моря. У отеля «Пеннан Инн», побеленного известковым раствором, Тафти повернул налево. Дождь колотил по капоту так, будто высекал искры.

– Немного ветрено, да, серж?

Мягко сказано… Волны, накатывая на пирс, выстреливали вверх мириадами брызг, которые сначала зависали в воздухе, как тяжелые облака, а потом, падая, растекались по бетонным плитам. Но, видимо, для Пеннана это обычная погода, так как большинство домов было развернуто к морю торцом, – только так можно было защититься от ветра.

Остановив машину, Тафти указал на полутораэтажный, традиционный для Шотландии дом с побеленными стенами и припаркованным рядом «порше»

Брызги очередной волны окатили спортивную машину, как будто душем, с крыши до шин.

– Как по-вашему, может, подождем, пока все это хоть малость утихнет? – поморщился констебль.

– Можно застрять здесь на неделю, ты этого хочешь? – Логан, отстегнув ремень, натянул головной убор, затем с немалыми усилиями втиснулся в куртку. При этом он честно старался не заехать локтем по лицу Тафти. – Пошли давай.

Выбравшись из машины, оба почувствовали себя так, будто их обстреливают замороженными гвоздями.

Логан первым перебежал дорогу, успев опередить с грохотом разбившуюся волну. Тафти повезло меньше.

– А-ах!.. Да пропади все пропадом… – Тафти подлетел к дому с широко разинутым ртом, мокрый как собака.

Логан нажал на звонок. Донеслась трель, но не более того.

Еще одна попытка.

И еще одна.

Тафти ударил ногой по двери.

– Я промок, хоть выжимай.

Все понятно, в доме никого. Если допустить, что Шеперд лежит в холодильной камере морга, ожидая вскрытия, удивляться тут нечему.

Логан подергал дверную ручку.

Заперто.

– Прыгни я в море, вылез бы более сухим…

В доме по соседству горел свет, гремела музыка, кажется, «Лед Зеппелин». Логан подошел и постучал в окно. Как ни странно, его услышали. Сначала появился затененный силуэт, потом стекло протерли пальцем, и Логан увидел морщинистое лицо с большим количеством глазного макияжа, на лоб ниспадала седая челка. Дама приоткрыла створку, музыка стала громче, сладко запахло свежей выпечкой.

– Привет?

– Мы пытаемся…

– Говорите отчетливо!

– Мы пытаемся найти вашего соседа, Питера Шеперда, – прокричал Логан.

– Пита? Нет, здесь его нет. Он… Постойте… – Дама подняла вверх скрюченный артритом палец, когда продолжительный скорбный звук Роберта Планта сменило соло гитары. – Мне нравится этот фрагмент. – Закрыв глаза, она закивала в такт мелодии.

– Вы не знаете, когда он вернется?

– Кто?

– Ваш сосед.

– Ой… Он что-нибудь натворил?

Дама продолжала покачиваться в такт мелодии.

– Нет. Мы просто беспокоимся за его безопасность. Мы… Послушайте, вы можете немного приглушить звук?

Она пожала плечами, потом повернулась и, шаркая ногами, отошла от окна. Раздался щелчок и музыка стихла, только волны продолжали реветь.

– У вас есть ключи от дома мистера Шеперда, миссис…

– Зовите меня Эгги. И дайте мне минуту на то, чтобы надеть пальто: я все равно должна выйти из дома и покормить кота. – Она захлопнула окно.


– Ну заходите. – Оставив дверь открытой, Эгги вошла в дом.

– Лучок? Унннн-юнн, где же наш котик?

Логан проследовал за ней. Обстановка была стильной. Гостиная и кухня совмещены, дорогая мебель, абстрактные картины, написанные маслом. Похоже, контейнерный бизнес Шеперда и Мила был очень доходным.

Тафти закрыл за собой входную дверь, с его ботинок на плитки пола сразу натекла лужа.

Шаркая слабыми ногами, Эгги стала подниматься по лестнице.

– Лучок? Ну иди же ко мне, время ням-ням.

Как только она скрылась, Логан прошипел Тафти:

– Попробуй еще раз позвонить на мобильный Шеперда. И постарайся ничего тут не замочить. Если он жив, я бы не хотел судиться с ним из-за того, что ты испортил ковер.

Тафти потопал ногами, как будто это могло помочь.

Они прошлись по первому этажу. За гостиной был кабинет. Книжные полки заполнены справочной литературой, папками и коробками. Письменный стол в офисном стиле, ноутбук и стационарный компьютер. Шикарное офисное кресло с какими-то кнопками и рычагами. Два деревца в кадушках.

Ни дневника, ни ежедневника, ни календаря с отмеченными датами. Действительно, зачем они? Ведь сейчас каждый окружен массой электронных устройств. Не то что в старые добрые времена, когда детективы сразу натыкались на нужные данные.

Логан бегло проглядел книги на полках. «Оптимизация объема углеводородов, необходимого для поддержки промышленных предприятий и логистического менеджмента в Норвежском секторе» и подобное в том же духе – бестселлеры. Правда, внизу нашлось кое-что интересное: биографии убийц; книги о серийных убийцах; коллекция мемуаров гангстеров. Похоже, не только Мил был фанатом криминального жанра.

Логан поднялся по лестнице.

Большая ванная комната, выложенная целиком плитками из темного аспидного сланца; сама ванна просто огромная – можно уместиться втроем. Кладовка, заполненная коробками. Две спальни. Одна небольшая, вся в кружевах и цветах, совершенно не гармонировавшая по стилю с другими помещениями дома. И спальня хозяина.

Кровать размером с футбольное поле (ну почти). На стене – большая плазменная панель. Толстый ковер дымчатого оттенка. Одна стена, у изголовья кровати, темно-вишневого цвета, остальные ослепительно-белые. Видно было, что над интерьером поработал дизайнер.

Эгги стояла в ней на коленях перед кроватью, согнувшись и оттопырив задницу.

– Ну иди же сюда, Лучок, сладкий ты мой. Это всего лишь полицейские, и они вовсе не страшные, – причитала она. Затем села на пятки и, словно извиняясь, произнесла: – Этот дурачок такой стеснительный.

Логан подошел к окну, расстояние до дома Эгги было совсем небольшим.

– Вам часто доводится присматривать за котом?

– Только в тех случаях, когда он уезжает больше, чем на одну ночь. Лучок не любит перемен. Ему нравится, что тетушка Эгги присматривает за ним. – Она снова заворковала: – Ну иди же сюда, мой сладкий. Я приготовила тебе отличного тунца. Ты же любишь рыбку. Ну иди же, ням-ням!

Логан отметил, что в спальне нет ничего лишнего. Никаких безделушек, никаких памятных пустячков. Нет обычных мелочей вроде дезодорантов и расчесок. Нет одежды, наброшенной на спинку стула. Единственное, на прикроватной тумбочке лежала книга.

«Кроваво-красная черта». Подзаголовок: «Как Малкольм Мак-Леннан создал величайшую криминальную империю в Эдинбурге». Имя автора было набрано белыми буквами: Л. П. Меллой. Обложка оформлена довольно безвкусно: коллаж из Эдинбургского замка, многоэтажных зданий и на переднем плане – полицейская лента, ограничивающая место преступления. Добавить сюда россыпь пятен крови, от души прорисованных художником.

Л. П. Мелллоу, должно быть, псевдоним. Никто не осмелился бы написать что-то такое о Малкольме Мак-Леннане под своим настоящим именем. Удивительно и то, что кто-то взял на себя смелость издать книгу.

– Ой, ну иди же ко мне, Лучок, будь хорошим котиком для тетушки Эгги.

Логан быстро пролистал страницы. На авантитуле шариковой ручкой было выведено: «Питеру! Ты нездоровый придурок, читающий эту дрянь, но тем не менее я тебя люблю. Мартин XXX!» Излишне сентиментально.

В середине книги были фотографии – в основном черно-белые. Но были и цветные. На одном снимке – молодой мужчина с перерезанным горлом в кабинке туалета, на нем костюм, какие носили в семидесятых. На другом – сгоревший автомобиль с человеческими останками на водительском сиденье. Женщина, лежащая под железнодорожным мостом. Обнаженный мужчина, лежащий на спине в каком-то лесу; на его голову был натянут мешок.


Логан отложил книгу и снова подошел к окну. Лужи пузырились от дождя. Он нажал клавишу вызова на радиопереговорном устройстве.

– Самая главная новость, инспектор. Нам есть что передать ОСГ.

Из динамика зазвучал голос Мак-Грегор:

Рада слышать, что ты настолько продвинулся в этом деле.

Внизу появилась тетушка Эгги, Логан и не заметил, как она вышла. Натянув капюшон, женщина шмыгнула к себе.

– Нет смысла бороться с системой, верно? А кроме того, я хочу организовать кое-что эффективное.

У Стил будет меньше шансов уколоть его задницу.

На всякий случай все данные передавай через меня.

С этими словами Мак-Грегор отключилась.

– Серж?

Логан, повернув голову, посмотрел на дверь спальни.

– Что?

– Может быть чаю?

– Ты что, уже нашел во мне своего ближайшего родственника?

– Жду ответа, серж. Итак, чаю?

Стоит ли угощаться тем, что они найдут в буфете? Был бы здесь Питер Шеперд, он бы пожадничал угостить их чашкой чая?

– Спасибо, – буркнул Логан и открыл прикроватную тумбочку. Носовые платки, часы, гигиеническая помада различных вкусов, ручки в вперемешку с безделушками и пустячками (а, вот они где). Следующий ящик был наполнен носками, а самый последний – трусами, обычными и боксерскими. Всё было аккуратно сложено.

На тумбочке по другую сторону кровати лежал пульт дистанционного управления; в верхнем ящике – коробка с бумажными салфетками и какими-то смазочными средствами. В следующем ящике опять носки и несколько флаконов лосьона после бритья. В самом нижнем ящике – трусы.

Пульт был примерно в три раза больше обычного, с какими-то дополнительными кнопками на панели. Логан присел на край кровати и нажал на «пуск». На экране появился логотип производителя. Затем – серия папок-иконок. Он выбрал папку, маркированную как «Чили 13», и на экране замелькали фотографии Питера Шеперда, позирующего перед камерой.

Другая папка: «Шетланд 09». Намного более молодой Шеперд едет в спортивном автомобиле с шикарно одетой женщиной; саундтрек – Джимми Шэнд[36].

«Дубай 14». Шеперд и двое мужчин в брюках из хлопчатобумажного твила и рубашках из джинсовой ткани. Гонки в пустыне на полноприводной машине, катание на верблюдах, мусульманские базары, коктейль на крыше небоскреба… Музыка Востока.

«Разное».

Так, это было… другое.

В дверном проходе возник Тафти с чашками в руках. Уставившись в телевизор, он примерз к полу.

– Ох же…

Это было видео. Три человека, заснятые во время чрезвычайно интимной сцены. Женщина средних лет с длинными белокурыми волосами, Питер Шеперд и Мартин Мил. Спальня – та самая. Блондинка стоит на четвереньках, Мил у нее за спиной – поза по-собачьи, а Шеперду она отсасывала. Классический секс втроем под аккомпанемент классической музыки. Видеозапись с высоким разрешением, скорее всего сделана дорогой зеркальной цифровой камерой на штативе; судя по теням на ковре, в комнате был кто-то еще.

Тафти прочистил горло.

– Не думаю, что это хорошая идея – смотреть порно в доме убитого, серж…

В следующем сюжете были задействованы те же самые, только на этот раз в середине был Мил.

– О-ox… – передернуло констебля. – Да, определенно, такое смотреть не стоит.

В заключительном эпизоде были засняты два джентльмена. И это объясняло дарственную надпись в книге.

Лицо Тафти побагровело:

– Я подожду вас внизу.


Едва Логан нажал на кнопку выключения, снизу позвонили. Стил. Тяжело ступая, она прошла мимо Логана по коридору, сопровождаемая Бекки, которую угораздило надеть туфли на каблуках. Инспектор отряхнулась, как терьер, и провела обеими ладонями по мокрым волосам, приглаживая их.

– Уж лучше не охотиться на диких гусей, Лаз. Боюсь, я скоро позабуду о том, что я как-никак дама, и буду делать такое с твоим анальным отверстием, что вгонит в краску самого Чингисхана.

Ко лбу Бекки прилипли каштановые локоны. Она тоже была недовольна.

– Чтобы добраться сюда из машины, нужны водяные крылья. Когда только у нас будет нормальная погода?!.

– Сержант Макензи: прекратите донимать всех своим нытьем, – прервала ее Стил. Она вылезла из своего пальто, передала его Бекки, повернулась и ударила Логана кулаком в грудь. – Ну что же, пошли, мистер Загадочный, пообщаемся с идентификаторами.

– Они уже сняли мешок с головы жертвы? – спросил Логан.

Стил взглянула на часы.

– Вскрытие не начнется раньше десяти. У тебя есть пять минут, чтобы меня удивить.

– Питер Шеперд, – сказав это, Логан повернулся и пошел вверх по лестнице.

– Да кто, черт возьми, этот Питер Шеперд, и когда он будет дома?

– Он был партнером Мартина Мила.

Стил поспешала за ним, ее туфли зацокали по ступенькам.

– В бизнесе или в сексе? – Она была на удивление проницательной.

– Понемногу и в том, и в другом. И у него на левом предплечье татуировка нарвала.

В спальне Логан снова запустил слайд-шоу. Снова секс втроем в сопровождении классической музыки: Шеперд, Мил и рыжеволосая в чулках, поддерживаемых полосатыми резинками, на лице – маска Зорро.

– Курчавая, – заметила Стил, поджимая губы. – По мне, она немного низкорослая и полная, но при выключенном свете я бы не обратила на это внимания. Просто добавляет того, за что подержаться. – Улыбаясь, она посмотрела через плечо на Бекки. – А ты что скажешь?

Сержант пожала плечами:

– Я уж лучше промолчу.

Логан включил паузу, затем нажал клавишу «Zoom», обеспечивающую изменение фокусного расстояния, и татуировка Шеперда заполнила весь экран. Искусно прорисованная голова рогатого кита с наброшенным на нее веревочным кольцом; гребешковые раковины и надпись на латыни: Согпеит Sunt Optimus.

Стил покопалась в кармане и извлекла электронную сигарету. Сунула ее в рот.

– Среди записей есть еще порно? И кстати, что означает эта надпись?

– Что-то вроде «рогатые – лучшие», – хихикнула Бекки.

– Из всего этого выходит, – невозмутимо сказал Логан, – что Питер Шеперд исчез в этот уик-энд, но никаких сообщений об этом не поступило, поскольку предполагается, что он на этой неделе находится в Честерфилде, где ведет переговоры с поставщиком. А Мартин Мил пропадает вечером в воскресенье.

Стил выхватила пульт из рук Логана и, нажав клавишу воспроизведения, снова стала прокручивать слайд-шоу. Сидя на краю кровати, с электронной сигаретой во рту, она походила на мужика под воздействием виагры.

– Ой-ой, отлично, мисс Марпл. Единственная проблема в том, является ли мертвец Шепердом. Я не утверждаю, что это именно так, но если это так, то почему все это выглядит так, будто его кокнул кто-то из эдинбургских гангстеров? – сказала она.

На экране Мил, Шеперд и их анонимная рыжеволосая подруга переходили от одной позы к другой, как будто намеревались установить рекорд.

Логан взял с тумбочки книгу и положил ее на колени Стил.

– Страница сто пятьдесят два.

– О-ох… – Увлеченная тем, что происходит на экране, на книгу она даже не взглянула. – Слушай, как ему удается все время держать ногу так высоко поднятой? Я уверена, это физически невозможно.

Логан забрал книгу, пролистал ее и, открыв на нужной странице, снова передал ее Стил, теперь уже ткнув пальцем в фотографию.

– Вот. Думаю, это все объясняет. Между Милом и Шепердом возникает что-то вроде потасовки. Потом хоп – и дело приняло не тот оборот. Мил паникует, он должен избавиться от тела. И тут, вспомнив о книге, он решает, что можно представить все так, будто это гангстерская разборка.

Стил с открытым ртом не сводила глаз с экрана. Да слышала ли она его?

Бекки вздохнула:

– Да, сколько трудностей на пути того, кто всего лишь хочет избавиться от тела… Или я не права?

Чертова кукла.

– Невероятно… Нет, ты только посмотри, какой громадный ремень. Да им же можно лошадь свалить наповал. Она же не собирается впендюрить ему по… Вот это да, сделала. Ну, это что-то…

– Дайте-ка мне это. – Логан взял у нее пульт и выключил телевизор.

– Ой! Я же не досмотрела…

– Мил убил Шеперда и устроил все так, чтобы мы решили, будто это дело рук Малкольма Мак-Леннана. Вам надлежит руководить расследованием, поэтому хватит смотреть порнуху.

– Сержант, я не «смотрю порнуху», я знакомлюсь с уликами. – Стил откинулась на кровати, упершись в нее локтями. – Бекки, представим на мгновение, что это мы… что это с нами мистер Гибкий занимался этим. – Она показала на погасший экран. – Значит ли это, что Мартин Мил и есть убийца?

– Нет, – пискнула Бекки.

– Это Мил. Мартин Мил. Он исчез. Пропал. Сбежал. Бросил свою семью, ночью в воскресенье, – сказал Логан.

– Да… – Стил оскалила зубы в улыбке. – Пока все выглядит как гангстерская разборка, на распрю любовников не похоже.

Логан ткнул пальцем в «Кроваво-красную черту».

– И все из-за этой книги! В ней говорится, что и как надо делать. Прям руководство. Мил просто воспользовался. – Он швырнул томик на кровать. – Это же очевидно!

– Это безумный удар ножом, вот что это. – Стил взяла пульт и снова запустила ролик. – Не будем считать секунды. Второй раунд.

Логан встал перед телевизором, заслоняя от нее экран.

– Что, по-вашему, не так?

Бекки вздохнула:

– Да ладно тебе, Макрей, можно подумать, ты сам не хочешь посмотреть продолжение. Мы ведь еще не знаем, убитый Шеперд или нет. А может, кто-то другой.

– Конечно, это Шеперд!

Стил метнула в него пристальный взгляд. Потом взяла свою эрзац-сигарету. Выпустила тонкую струйку дыма.

– Ты раньше был другим, Лаз. – Продолжительный вздох. – Нов действительности ты всегда был занудой.

– Да? Тогда считай, что этот зануда многое перенял от тебя…

Его телефон подал громкий сигнал – какой-то незнакомый рингтон.

– Да, слушаю вас. В чем дело?

Короткая пауза, после которой в ухо, словно дьявольская патока, потек густой голос:

– Добрый день, сержант Макрей. «Много времени прошло, и никаких вестей» – вроде так гласит поговорка. А ведь для нас, полицейских, это ненормально, верно?

Логан прикрыл ладонью глаза. Потом напрягся, стараясь улыбнуться. Нэпиер… Он вышел из спальни и зашел в другую, по соседству.

Ты правильно себя вел, сержант? Или надеешься на то, что все сойдет тебе с рук?

Логан рассвирепел:

– Я слышал, что вы скоро выходите на пенсию…

А, да. Но не волнуйся: время для последнего «ура» еще не настало. Слухи, слухи… Тут один птенчик рассказал мне, что ты снова работаешь со Стил и ее ОСТ.

На другом конце линии замолчали.

Дождь лупил по окну.

Молчание затянулось.

Дурацкая игра. Если Нэпиер думает, что он, Логан, намерен действовать втемную или же выдать какой-нибудь компромат, то он может ждать до тех пор, пока уши не отвалятся.

Из соседней спальни просачивалась классическая музыка.

– А скажите-ка мне, сержант Макрей, каковы ваши отношения со старшим инспектором криминальной полиции?

Такие, какие бывают в сиротском доме во время пожара.

Логан приподнял подбородок.

– В целом на высоте.

Понимаю, понимаю. – Очередная пауза. —Между вами хорошие рабочие отношения, верно, сержант? Она тебе доверяет. Она тебе верит.

Да, так оно и есть.

– А скажи-ка мне, упоминала ли она когда-либо в разговоре с тобой имя мистера Джека Уоллеса? Возможно, в связи с одним делом, которое она расследовала в прошлом году?

– Никогда о нем не слыхал.

В самом деле?..Хмм. Интересно. Ладно, если она все-таки упомянет его, обязательно вспомни обо мне и нашей короткой беседе. Ну пока, береги себя.

Нэпиер закончил разговор.

В чем, черт возьми, дело?!.

Логан убрал телефон и пошел обратно в спальню. Не заходя, остановился, слушая звуки скрипок и виолончелей. Не надо быть провидцем, чтобы понять: порнографические записи она оставит себе.

Тут музыка стихла, и Стил вышла из спальни держа телефон над головой, как олимпийский факел. Натолкнувшись на Логана, она спросила:

– Ой, а где ты сейчас был?

– В Банфе. Готовил кое-кому хорошую трепку.

– Ну, это можно было отложить и на потом. Смотри.

Она протянула ему телефон. На экране лицо в кровоподтеках. Кожа по цвету походила на прогорклое испорченное масло. Человек на фотографии явно был Питером Шепердом.

– После тщательного обдумывания я решила передать тебе твои тесные мужские трусики и твою теорию второго шанса. Мы в машину: поедем повидаться с женой Мартина Мила. Если этот мелкий пидор подался в бега, я хочу выяснить, куда.

– Я уже не раз говорил тебе: я занят. – Логан спустился по лестнице, а когда остановился, поднял голову и спросил: – Кто такой Джек Уоллес?

Глаза Стил сузились, морщины стали глубже.

– Послушай, давай проваливай в Банф. – Она глубоко вздохнула. – Бекки! Шевели задом, мы уезжаем.

11

Каламити подала Логану чашку и прикрыла дверь.

– Простите, сержант, но эти, из ОСГ, выпили все молоко. Логан посмотрел на густую темно-коричневую жидкость.

Все-таки лучше, чем ничего. Сделал первый глоток… И вправду, лучше, чем ничего. Он поставил чашку на подоконник.

– Спасибо, констебль.

Через закрытую дверь проникали звуки. Хлопанье дверей. Топот тяжелых башмаков. Телефонные звонки. Крики…

Каламити уселась на свой стул.

– Как на футбольном матче, да? Раньше у нас было тише. А какая вонь!

Айла улыбнулась, обнажив зубы.

– Ну да, пахнет так, будто бродяга окунул свои носки в дезодорант «Линке». И эта вонь распространяется повсюду. Газ зарин, наверное, не такой ядовитый. – Она постучала банкой «Айрн-Брю»[37] по краю стола, давая возможность образоваться внутри банки завитку имбирной пены. – Сама не понимаю, что удерживает внутри меня весь кал. Кто-то из столовских приготовил копченую селедку в микроволновке. Копченую селедку!

– Ой, смотри. – Каламити выпятила подбородок. – Пена сейчас убежит.

– О черт! Наплевательское, безрассудное отношение к людям…

– Да ладно тебе скулить об этой команде слабоумных идиотов. Тафти!

Никакого ответа. Мальчишка сидел, повернувшись спиной ко всем, и что-то черкал в блокноте, к его уху был прижат телефон.

– Констебль Куэррл!

– Отлично. Спасибо, Лизи, я у тебя в долгу. – Тафти выключил телефон. – Это социальная служба, а вы тут меня дергаете. Выяснилось, что у Итана Мила большое количество повреждений. Синяки, ссадины, кровоподтеки… Ида – сломанная рука. Все это зафиксировано в травмопункте. Лизи говорит, что у этого ребенка расстройство нервной системы. Ну, на восемьдесят процентов расшатана, если я правильно понял.

Логан снова взял чашку.

– А что говорят учителя?

– По отзывам учителей, он самый неуклюжий ребенок из всех, кого они видели. Постоянно падает на игровой площадке, натыкается на двери и на все, что попадается на пути.

– Понятно. Ладно, ты подготовился к совещанию?

Тафти кивнул, кликнул мышкой, и на мониторе появилась пара фотографий: Рикки Уэлш и его жена Лора. У Рикки волосы до плеч, распухший окровавленный нос и лопнувшая губа. Под носом – закрученные в форме велосипедного руля усы. Вокруг шеи что-то вроде Арбротской декларации[38], написанной темно-синими чернилами, используемыми для татуировок. Чем-то он был похож на автопортрет Ван Дейка. Лаура крупнее и плотнее мужа; один глаз зеленый, второй черный; крашенная блондинка с перманентной завивкой. Синяки на ее левой щеке были похожи на кусок картины с изображением моря во время тропического шторма. Вид обоих говорил о том, что разумный подход «это порядочный коп, я могу с ним поговорить» в практике семейки заменяется на: «Тебе никогда не взять меня живым, поганый коп!».

Тафти проверил свои записи.

– Инспектор Феттес возглавляет немаленький отряд: четыре сотрудники из Элджина, специалисты по открыванию дверей, да еще кинологи. Ну, и мы.

Опять двадцать пять, – простонала Айла.

Каламити, прикрыв глаза руками, спросила:

– А при чем здесь мы?

– Ты отлично знаешь, при чем. – Логан рискнул сделать еще глоток чаю. Нет, без молока все-таки ужасный. – Продолжай, Тафти.

– Назначенное время операции – ровно двадцать три часа. Хотя с учетом непредвиденных обстоятельств, возможно, все сместится ближе к полуночи. Я позвонил во Фрейзерборо и попросил их зарезервировать две лучшие из имеющихся у них соседних комнат для мистера и миссис Уэлш. Желательно с хорошим видом и ваннами с закругленными краями.

– Хмм… – Каламити, покопавшись под кофтой, достала клетчатый бумажник. – Есть желающие держать пари на то, сколько людей кончают жизнь в больницах?

– Ты имеешь в виду наших людей или вообще всех? – уточнила Айла.

– Наших. Могу выступить против двоих.

Появилась пятифунтовая монета.

– Три. Тафти?

– Пятифунтовик на кону… – Он искоса взглянул одним глазом. – Ладно, четыре. Серж?

– Может, мы продолжим? Рискну напомнить, господа, что вы на работе.

Каламити собрала ставки.

– Дайте знать, если кто передумает.

Тафти вернулся к презентации. С помощью PowerPoint он увеличил спутниковый фотоснимок Макдаффа. Грубо вычерченная красная стрелка с надписью «Точка рейда!!!» указывала на место жительства Рикки и Лауры Уэлшей.

Клик, и на экране возник дом, побеленный известковым раствором. Третий от дороги, ведущей вниз к террасе. Шиферная крыша кокетливо украшена слуховыми окнами, рамы которых, как и рамы всех других окон, выкрашены в красный цвет. Дверь тоже красная, что придавало жилищу слегка пугающий вид.

Между бровями Айлы пролегла крошечная складочка.

– А что, если Джессика, она же Мамаша Кемпбелл, хранит там часть своих сбережений? Если да, я хочу знать номер больницы, в которую меня отвезут.

– Насчет сбережений – все может быть. Но меня больше беспокоит судьба собаки Уэлшей. – Клик. На экране возник громадный сенбернар. – Выглядит симпатичным, но тут впору вспомнить необузданного Куджо[39].

– Именно так, – кивнул Логан. – Могу их понять. Кто-то вламывается, чтобы получить все, что у них есть, и тут…

Раздался стук в дверь, и в комнату заглянула инспектор МакГрегор.

– А, вот вы где. – Она с трудом изобразила улыбку. – Логан, у вас найдется минутка? Нам надо пошептаться.

Можно-то можно, но, похоже, ничего хорошего это не предвещает.

– Да, шеф. – Он кивнул Тафти. – Заканчивай, констебль. Затем займешься разбором канцелярии. И никаких ошибок в правописании на этот раз.

Логан вышел за инспектором в коридор. В воздухе висел тошнотворный запах копченой рыбы. Из раскрытых дверей столовой доносились голоса – кто-то рассказывал бородатую шутку про двух монахинь, наркомана и зеленщика. Эта часть коридора была завешана картами Банфа и Макдаффа, некоторые дома были помечены красным. Далее по коридору – небольшой альков, увешанный светоотражающими куртками, здесь же – мужской туалет и небольшая раковина. Внутри туалета кто-то весело насвистывал. Напротив был небольшой тамбур, ведущий в другую часть здания.

В коридор выглянула офицер в штатском.

– Простите, кто-нибудь из вас видел сержанта Робертсона? – спросила она.

Логан пожал плечами.

Из столовой донеслись раскаты громового хохота, очевидно, рассказ дошел до кульминационной точки.

– Иногда мне кажется, что наш участок заражен паразитами, – сердито произнесла Мак-Грегор. И тут же, без перехода: – Логан, руководитель ОСГ Стил сказала мне, что ты идентифицировал жертву и возможного подозреваемого.

– Стил так сказала? – Выставив вперед подбородок, он попытался перевести разговор на другую тему. – Для нее это не характерно. Обычно от нее не добьешься похвалы, даже если подсыпать слабительное.

Особенно учитывая, что она рвалась в Уайтхиллс, а он заставил ее вернуться в Банф.

– Очевидно, твоя помощь оказалась просто бесценной для продвижения расследования.

– Согласен, но теперь вы меня пугаете.

Раздался какой-то шум. Логан обернулся и увидел, как из туалета вышел дородный мужчина в мешковатом костюме, придерживая брюки, натянутые почти до подмышек.

– Сержант. Мэм. – Он подошел к раковине и вымыл руки. – Иногда пяти минут на все дела не хватает, увы.

Мак-Грегор прищурилась:

– Говорю же, все заражено паразитами.

Они прошли через тамбур. Народу здесь было еще больше. По коридору сновали люди с бумагами и телефонами. На второй этаж, где находился кабинет Мак-Грегор, вела спиралевидная деревянная лестница. Чтобы подойти к ней, им пришлось протиснуться мимо двух офицеров-женщин, сидящих за столом в проходе.

На двери скотчем был приклеен лист ламинированной бумаги: «Инспектор Банфа и Бахана», ниже латунная табличка: «Венди Мак-Грегор».

Как только Логан вошел, она сразу захлопнула дверь.

До боли знакомый интерьер: пробковые доски на стенах, на одной – карта Банфа и Макдаффа, на другой – карта района «В». Высокий потолок, замысловатого вида карнизы и заплесневелая потолочная розетка. В окна было видно, что на улице идет дождь. Он когда-нибудь закончится?

Мак-Грегор прошла по ковру и плюхнулась в кресло у ее письменного стола.

– Чертовы паразиты! Сожрали все «Марсы» и «Сникерсы» в торговых автоматах, и из-за них мы не можем держать молоко в холодильнике. Я вчера оставила целую буханку солодового хлеба. Всю сожрали, гады, даже крошки смели.

Логан стоял по стойке «смирно». Лучше держать рот закрытым, чем спрашивать, кого именно она имеет в виду. А вдруг она почувствует желание напасть на него и избить? Ну чтобы дать выход эмоциям.

– Чтоб они передохли, Логан. – Мак-Грегор вертелась то вправо, то влево на своем кресле. – Нет, я правда этого хочу.

Она шумно выдохнула, затем положила руки на стол.

– Старший инспектор криминальной полиции Рорберта Стил обратилась с официальным запросом к командующему полицией округа. Она хочет, чтобы ты был назначен на продолжительное время ее заместителем в ОСГ.

Коварная, вероломная, хитроумная старая кошелка… Так вот почему Стил проявляла такую готовность разделить успехи в идентификации Питера Шеперда и Мартина Мила. Она просто хотела, чтобы Логан крутился рядом и, в общем, делал ее работу. Вместо нее. А может, она хотела держать его поближе, чтобы поиздеваться вдоволь.

– Ну… Если говорить об этом, шеф, то вы же понимаете, что я командую подразделением. – Он поднял вверх руку, как будто произносил речь с трибуны. – Не думаю, что моя должность менее важна. В ОСГ достаточно людей, которые не занимаются тем, что жуют пластилин и толкают носами мраморные шарики.

– Стил говорит, что твой опыт и знание окружающей обстановки являются бесценными качествами.

– Нет, это попросту невозможно. Мне необходимо быть здесь, и поэтому…

– Чтоб они передохли, Логан.

– Но…

Мак-Грегор подалась вперед.

– Я… хочу… чтобы… они… передохли! – Каждое слово она сопровождала громким шлепком по столу. – И вот что я думаю: если я одолжу им тебя, вся эта стая шумных, вонючих, липких паразитов сразу же уберется прочь с моего участка.

– Но мое подразделение…

Мак-Грегор вздохнула:

– В качестве дежурного сержанта тебя заменит сержант Стаббс. Она постоянно нудит о том, что хотела бы иметь более ответственную работу: вот и посмотрим, как ей понравится контролировать отделения от Портсоя до Круден Бея. Надеюсь, потом она чуть примолкнет.

– Да, здорово. Значит, моя работа – это своего рода наказание?

– Так ты ж привык. И потом, это не навсегда. Я про Стил. К тому же, видишь, как совпало, кому-то неймется поруководить твоей командой здесь.

Логану надоело стоять по стойке «смирно», и он сел на один из стульев для посетителей.

– Ну а что в отношении семейства Уэлшей?

– Надеюсь, Каламити сможет оправдать возлагаемые на нее надежды, пока тебя здесь не будет. Она уже сдала экзамен на сержанта, и это будет для нее хорошей возможностью продвинуться по службе.

Логан поднял голову. По потолку через розетку перебирался большой грязный паук.

– Но это моя операция, мэм.

– Будь человеком. Массированный удар по наркобизнесу наверняка значит для констебля Николсон намного больше, чем для тебя, особенно в ответственной роли. Часть дел передай сержанту Эштон. Она заберется на дерево[40] и покроет все зеленым пометом.

– Ха-ха-а… Вы хотели, чтобы я рассмеялся? Пожалуйста…

– Ой, да не будь ты младенцем. Найди им Мартина Мила и сделай его виновным во всем. Чем скорее ты сделаешь это, тем скорее вернешься.


Стоило Каламити усесться за стол Логана, как глаза ее расширились. Она провела ладонями по столешнице. Что в самом деле?..

– Особо не обживайся, это только до того момента, когда я вывернусь из лап ОСГ. – Логан прислонился спиной к шкафчику, где хранилось оружие. – Стаббс – ваш новый дежурный сержант, и она, надеюсь, будет относиться к вам должным образом. Сержант Эштон будет руководить операцией ночью в воскресенье. Кроме этого, никаких изменений: все как было.

Согласный кивок. Затем она скривила губу и засопела:

– Стил и Бекки достали вас, да?

Логан сузил глаза:

– Ничего, потерплю. Тебе, кстати, тоже придется потерпеть.

Комната сержантов была не самым лучшим помещением в участке. Пахло заплесневелыми сосисками. Со стен осыпалась краска цвета увядшей магнолии, на потолке расплылось подозрительное пятно кофейного цвета, скорее всего натекло из мужского туалета, расположенного этажом выше. Торцами друг к другу прижимались два письменных стола. На каждом стояли компьютер, стационарный телефон и лоток для документов. Шкафчик для оружия. На отдельном столе разместился монитор системы видеонаблюдения, он слабо светился, показывая жизнь участка в многочисленных «окнах».

– Если случится что-то экстраординарное, вы можете мне позвонить, констебль. Но, как и всегда, вы должны действовать разумно.

Он погладил столешницу своего письменного стола и, понизив голос до шипящего шепота, произнес:

– Мой драгоцен-ны-ый…

Каламити улыбнулась:

– И ни в коем случае не спускайте глаз с Тафти. Он в течение четырех месяцев ни разу не пожаловался, что я отношусь к нему не так. Нудный парень, но не безнадежный. А если он начнет трындеть о времени и энтропии, можете врезать ему… – Телефон Логана зазвонил, и он вытащил его из кармана. – Погодите. – Затем, нажав на клавишу, произнес: – Макрей.

Да, привет, мистер Макрей. А это Джон.

Прошло несколько мгновений, затем до него дошло. Джон Эркарт. Водитель Малыша Хамиша.

– Дайте мне одну минуту. – Прикрыв ладонью микрофон, он с гримасой на лице посмотрел на Каламити. – Осваивайтесь, констебль. – Затем выскользнул за дверь и прошел по коридору в «обезьянник».

Бледно-голубые стены, коричнево-голубой пол, старомодный деревянный письменный стол и две пустые камеры. Логан открыл одну из них и вошел внутрь. Серый бетонный пол, серые бетонные стены, у стен – голубые пластиковые матрацы.

Закрыв за собой дверь камеры, он снял руку с микрофона.

– Мистер Эркарт.

Вы ведь слышали новость, верно? Мистер Мауат скончался прошлой ночью. – Голос звучал так, словно кто-то держал его за горло. – Врач сказал, что смерть наступила практически без боли. – Он засопел. – На самом деле не совсем так, и этот докторишка… отправится домой без ног.

– Да. Я слышал про мистера Мауата. Мне очень жаль.

И для этого «жаль» есть причины, причем весьма существенные.

Да. Спасибо за сочувствие. – Эркарт прокашлялся. – Но как бы то ни было, похороны назначены на половину первого в пятницу. Старая церковь Ардо. Просьба: никаких цветов. Будьте здоровы, встретимся там.

Логан не спешил нарушать молчание.

Эркарт шумно выдохнул.

И еще, Рубен просил меня передать вам… Он говорит, что вам дается последний шанс примкнуть к команде. Это практически уникальный случай.

Щелкающий звук.

– Я офицер полиции.

Один парень по имени Стив Фаулер будет на следующей неделе в лесу. Вы возьмете у него пакет и поместите в какое-нибудь безопасное место, где он полежит до того момента, пока Рубен не скажет вам, кому и где его передать.

Камеры пустовали уже более десяти дней, но батареи работали. Логану стало жарко, кончики ушей горели.

– И что в пакете?

Никому не рассказывайте о том, что вы получили пакет, и храните его в по-настоящему безопасном месте. Вы поняли?

– Еще раз спрашиваю: что в нем?

Понятия не имею.

– А если я откажусь? – спросил Логан, поднимая подбородок.

Эркарт вздохнул:

Тогда Рубен пошлет трех парней в фургоне, и вы отправитесь на корм свиньям.

Выбор не велик, да? Стать продажным копом или умереть.

Голос Саманты во втором ухе зазвучал тепло и мягко:

– Если ты убьешь Рубена, ты не должен будешь оказывать ему услуги. Мертвым услуг не оказывают.

Логан облизал губы.

– Я не могу.

Мистер Макрей, вы можете… Послушайте, так дело не пойдет.Снова глубокий вздох из динамика. – Вы должны по-прежнему выполнять кое-какие поручения. Мистер Мауат так хотел.

– Убей его. – Она обвила руками его шею. – Возьми ту самую винтовку из хранилища и разнеси на мелкие кусочки его жирную башку.

Все можно повернуть так, что парни погрузят в фургон Рубена, а не вас. И превратят его в корм для свиней.

Один легкий шажок, и дежурный сержант полиции станет главой самой крупной в Абердине криминальной империи…

Губы Саманты щекотали его ухо.

– Так или иначе, он должен умереть.

Закрыв глаза, Логан подался вперед и прильнул лбом к стене камеры.

– Стив Фаулер? Когда и где?

12

Дождь хлестал по окнам, колотил по стеклам, по облезлым деревянным рамам.

– Ладно, надеюсь, ты счастлива.

Эту маленькую комнату скорее можно было назвать дырой. Втиснутая поверх лестничной клетки, со стенами, расположенными настолько близко друг к другу, что до них можно было дотянуться, раскинув руки. Непонятно, каким образом сюда умудрились втиснуть письменный стол и два стула, в дополнение к уже имеющимся двум шкафчикам и стеллажу для папок. В углу в кучу были свалены еще какие-то папки, видимо, не сданные в архив криминальные дела.

Из телефона доносился дублируемый эхом голос Стил – как если бы она звонила из передвижного уличного туалета.

– Да я отплясываю джигу, ты что, не слышишь оркестра?

Она выплюнула малину[41].

Жена Мила клянется всеми святыми, что ее супруг не сбежал. Он, по ее мнению, образцовый муж и отец.

Логан присел на край письменного стола.

– Ну а видеоматериал-то вы ей показывали?

Нет, но в конце концов дойдет и до этого, Лаз. Шила в мешке не утаишь.

– А что по поводу домов свиданий, семьи, друзей?

Будь ты на ее месте, хотел бы ты узнать о том, что твой муженек балуется втроем? Что он любитель горячих ласк, в том числе однополых? Что его любовник – одновременно его бизнес-партнер? А как насчет огласки в суде? Я так думаю, защита попытается доказать, что он не убивал Шеперда, потому что любил его. И предъявит фотографические свидетельства этой любви. Вообще, мне жалко его супружницу. Пусть пока пребывает в неведении.

Она была права.

– Нам надо развесить плакаты во всех портах и на всех станциях. Обратиться ко всей Шотландии с просьбой помочь в розыске.

Вау. А мне-то, дуре, эта мысль даже в голову не пришла. Отлично, что мы получили такого умного и сильного мужчину в свою команду, чтобы держал нас на правильном пути.

Логан, нахмурившись, смотрел на пол. Кто-то попытался скрепить отскочившие плитки с помощью липкой ленты.

– Вы все сказали?

Беккиуже сделала это, умник. Вот что, дружок, соберись. Я хочу, чтобы ты, если смотреть на тебя сзади, наводил страх на всю округу. Переоденься, короче. Будь готов к десяти. Ты, я и наш милый Ренни отбываем на семейный пикник в Петер-хед. – Судя по голосу, на лице ее была улыбка. – Все будет как в лучшие времена.

– Вот этого-то я и боюсь.


Ренни смотрел в лобовое стекло.

– Как, по-вашему, это произносится? Гейрод? Гийрод? Джерриод?

Дождевая вода потоками стекала с большого зеленого указателя: «ГЕЙРОД. ОРГАНИЗАЦИЯ КОНТЕЙНЕРНЫХ ПЕРЕВОЗОК. ДОСТАВКА ГРУЗОВ». Первое слово имело в своем составе букву 0, которой не было ни в английском, ни в шотландском языках – GEIRROD.

На указателе была та же самая эмблема, что и на футболках Мила и Шеперда. Сердитый бородач-викинг в крылатом шлеме и с двусторонним топором в руках. И он же – на фронтоне ничем не примечательного двухэтажного офисного здания из красного кирпича. На щербатой от выбоин бетонной площадке было припарковано несколько автомобилей. В караульной будке сидел тучный мужчина и не сводил глаз со шлагбаума. Все место по периметру было обнесено оградой из крючковой цепи; висело предостерегающее объявление о сторожевых собаках, патрулирующих зону.

Стил игриво шлепнула Ренни по руке.

– Все просто: они создали компанию и назвали ее «Пенис Гея».

– Ох…

– Да ладно, не будь ты таким гомофобом. Если эти два парня трахаются друг с другом, так почему бы им не назвать свою компанию «Пенис Гея»? В чем ты видишь противоречие?

Сидя сзади, Логан молчал.

Стил снова прицепилась к Ренни:

– Это же перечеркнутое «О», дубина ты бестолковая. Произносится как «оуо». – Она издала звук, который, очевидно, издает издыхающая овца. – Ну в кого ты уродился таким ужасным?

– Я был бы ужасным для вашей задницы с моим башмаком на ней, причем прямо сейчас.

Ну точно, как в «лучшие времена».

Логан поморщился, отстегнул ремень безопасности и выбрался из машины.

Небо застилали тяжелые серые тучи, но дождь, по крайней мере, прекратился. И даже виднелся голубой просвет, достаточный по ширине для того, чтобы пропускать на землю золотые лучи света. Над стоящим вдали зданием ТЭЦ засветилась радуга.

Они были в промзоне. Офис компании располагался на территории небольшого промышленного предприятия. За дорогой размещалась фирма по обслуживанию автомобилей-рефрижераторов, и оттуда доносились скрежещущие звуки обрабатываемого металла.

Стил с громким стуком захлопнула дверцу машины и принялась поправлять бюстгальтер – во всяком случае, это выглядело именно так.

– Ну, детки, слушайте внимательно. Ведите себя как можно лучше. Делайте то, что вам было сказано. Ты, малыш, – она указала на Ренни, запирающего машину, – самое главное, не путайся у меня под ногами. Вам все ясно?

Ренни фыркнул:

– Даже не собираюсь удостаивать ответом ваши глупые указания.

– Отлично, тогда слушайте план действий: я хочу… Лаз, ты куда?

– Туда, где, как всегда, буду делать вместо вас вашу работу. – Широко шагая, Логан направился к зданию.

Приемная представляла собой маленькую комнатушку с рядом пластиковых стульев вдоль одной стены; с противоположной стороны была металлическая раздвижная дверь. Закрытая, разумеется. В углу был звонок, а под ним пластиковая табличка с надписью: «Звоните в случае необходимости».

Так он и сделал.

– Наглый паразит. – Стил подошла и в свою очередь с силой надавила большим пальцем на кнопку. Хорошо еще не орала: «магазин! Кто-нибудь есть? Выходите с поднятыми руками. Вы слышите? Магазин!»

Логан быстрым движением сбросил ее руку со звонка.

– Ну все. Я думаю, они услышали.

Подняв брови, она уставилась на него.

– Вау, только сейчас заметила. Где ты раздобыл этот костюмчик? На сайте Трампа? «Мы, американцы, сделаем Америку великой»?

– Итак, начнем с третьего партнера – финансового директора, – сухо произнес Логан. – При условии, что он тоже не пропал.

– Больше похож на спальный мешок, чем на костюм.

– Делим весь штат на троих, по трети на каждого.

– Брюки висят. И пожалуй, это самый безобразный галстук из всех, что я когда-либо видела.

Опустив голову он посмотрел на свой галстук: синий, с мелкими красными точками.

– Жасмин подарила мне его на Рождество.

– В самом деле? – Она нахмурилась. – Для семи лет у нее ужасный вкус.

– А может, у Мила был сообщник?

– Такой вкус она унаследовала от твоей половины семейства.

Стил заколотила ладонью по двери. Банг. Банг. Банг.

– Эй, вы слышите? Открывайте!

– Надо, чтобы Ренни быстро сбегал в банк PNC и навел справки о сотрудниках до того, как мы начнем.

– Гены – страшная штука, Лаз. Предупреждение: донорская сперма тоже может послужить причиной того, что твой ребенок покупает безобразные галстуки.

Логан пристально посмотрел на нее:

– Ты закончила?

Ее лицо расплылось в улыбке:

– В вашем семейном шкафу хранятся какие-либо скелеты, о которых мне не следует знать? Какие-нибудь истории об умственной неполноценности? – Стил снова поправила бюстгальтер. – Учти, я встречалась с твоей матерью. Мне показалось, что она только и ждет, чтобы пуститься в воинственный танец. А твой папаша? Я его не знаю, но предполагаю, что он тоже был немного не в себе.

– Давайте перейдем к делу. – Логан уже привык к ее нападкам и произнес это спокойно. «Ты» – это для других случаев.

Дверь с треском отъехала в сторону, и в проеме возникла особа с оранжевой кожей, отбеленными перекисью волосами, в майке с круглым воротом и куртке из флиса – и на майке и на куртке были эмблемы «Гейрода». Она улыбалась и манерно хлопала ресницами, изображая юное существо. Учитывая, что до пятидесяти ей оставалось совсем немного, получалось плохо.

Стил хищно втянула носом воздух.

– А мы уже начали думать, что вы тут все вымерли.

Улыбка уменьшилась, отчего морщины на лице проявились более четко.

– Я могу вам помочь?

– Да. Где ваш финансовый директор?

– Боюсь, что мистер Чапмен чрезвычайно занят. Или вам назначено?

Стил вытащила ордер и повертела им перед носом женщины.

– Вопросов нет? А раз вы здесь работаете, прошу приготовить мне кофе. С молоком и немедленно.


– Я не знаю, вы понимаете? Я не знаю! – Брайан Чапмен ходил взад-вперед перед окном.

Комната располагалась на первом этаже, и в окно были видны ряды контейнеров, стоящих во дворе. Чапмен провел рукой по остаткам волос, сделал паузу и погладил большое родимое пятно, разросшееся как раз над его правой бровью. Подмышками его джинсовой рубашки расплылись черные пятна. На штанине желтовато-коричневых брюк из хлопчатобумажного твила было грязное пятно. Он дошел до стеллажей с папками и повернулся, чтобы пойти назад.

– Если бы я знал, где он, я бы сказал вам. Поверьте мне. – Большая рука сжалась в кулак, затем разжалась, затем снова сжалась и снова разжалась. Подобно биению пульса.

Стил сутулилась на стуле, макая шоколадный бисквит в чашку с кофе.

– Ну а что в отношении Шеперда, ведь вы же общались с ним по работе?

Чапмен прекратил ходить и посмотрел на кучу бумаг на своем столе.

– Ой, я пытался. Если бы я мог до него добраться, ему не жить. – Чапмен облизал губы и снова заходил взад-вперед по офису. – Надеюсь, вы понимаете, что я имею в виду.

Логан пожал плечами:

– А почему бы вам не пояснить это для нас?

– Знаете, что я получил вчера? Что пришло по почте? Не по электронной, а по обычной почте… – Он покопался на столе и вытащил какую-то бумагу. – Черт побери, что они думают!

Чапмен передал письмо Стил. Некоторое время она вертела его перед глазами, а затем протянула Логану.

В углу красовался логотип «Ройял Бенк оф Скотланд».

– Да, из банка! – вскричал Чампен. – Требование возврата денег в сумме ста пятидесяти тысяч фунтов, плюс банковский процент по кредиту. И я об этом узнал, только когда увидел письмо. А ведь я все-таки являюсь финансовым директором. Как я могу управлять финансами, если понятия не имею о том, что происходит?

– Так заплатите, и дело с концом, – посоветовала Стил.

– Заплатить? Чем? – Он раскинул руки и снова продемонстрировал пятна подмышками. – Волшебной пылью? Благими намерениями? Мы без денег!

– Оу!

– Мне удавалось поддерживать компанию на плаву довольно долгое время, но падение цен на масло нас просто убило. Никто не хочет переплачивать. На прошлой неделе я был вынужден временно уволить трех человек. Вы представляете, что я при этом чувствовал? – Протянув руку над столом, он взял письмо у Логана. – Я позвонил в банк и сказал им, что это, возможно, ошибка. Мы не брали кредит. И вы представляете, что я узнал? – Чапмен скомкал письмо и швырнул в стену. – Я выяснил, что этот кредит не единственный. Есть еще один, в семьдесят пять тысяч, и срок возврата по нему наступает через три недели. – С его губ слетела слюна. – Три недели! – Лицо сделалось неестественно красным, все тело тряслось, словно в ознобе. – Да я бы, не колеблясь ни секунды, убил эту пару.

– Ну так, мы можем освободить вас от этого неприятного дела, Брайан. – Стил слизнула растаявший шоколад и снова окунула бисквит в чашку. – Вчера утром мы обнаружили тело Питера Шеперда в лесном массиве.

Чапмен словно окаменел.

– Питер мертв? – Плюхнувшись в кресло, он часто заморгал. – Я не могу… Он действительно мертв?

Логан указал на смятое письмо, лежащее на полу:

– Кто оформлял займы?

– Питер и Мартин. Они оба, и гарантией проставили бизнес. Двести двадцать пять тысяч фунтов! Такой суммы у нас нет. – Его рука снова затеребила родимое пятно. – Я вынужден позвонить ликвидаторам.

– А для чего им понадобились эти деньги?

– Я потеряю всё, всё! Когда только начинали раскручиваться, мы заложили наши дома… О боже….

– Вы не могли бы уточнить. Ведь вы должны были покупать оборудование, оплачивать поставки?

– Платежные средства были на другом счету, и он пуст. – Глаза Чампена засверкали, кончик носа покраснел еще сильнее. – И что я теперь скажу Линде? О боже…

Стил покончила с бисквитом.

– Брайан, а как получилось, что вы не обратились к нам, как только получили это письмо? Вам же наверняка известно, что мы разыскиваем Мартина Мила.

– Почему не обратился? Я пытался спасти компанию, вот почему, – По дряблым щекам потекли слезы. – Я пытался сохранить рабочие места. Я был слишком занят все это время. – Он потер ладонью лицо. – Как же ловко они меня обули! Взяли деньги, повесили на меня долги и скрылись. Мартин и Питер должны гореть в аду за все то, что причинили мне.


– Ну, какие успехи? – спросила Стил, выпуская изо рта косую струйку пара.

– Никаких. – Ренни проверил свой телефон. – Самое интересное из того, что мы нашли, это пара талонов на парковку, неоплаченных и просроченных, и предписание одному парню не приближаться к своей бывшей жене ближе, чем на двести ярдов.

– Да… Нельзя сказать, чтобы мы знали хоть какой-то мотив. – Логан засунул руки глубоко в карманы и чуть ссутулился. Пусть форменная одежда и вызывала зуд, особенно брюки, но она по крайней мере была теплой, в отличие от цивильного костюма.

Двор был заполнен металлическими контейнерами, выкрашенными в синий цвет, на боковой стороне каждого из них красовался логотип рослого бородатого викинга. Некоторые контейнеры были настолько большими, что в них мог бы уместиться полноразмерный микроавтобус. К некоторым снаружи были пристроены рефрижераторные узлы, в других имелись раздвижные двери, как в том, где они прятались от снова зарядившего дождя.

– А что насчет оповещения родственников Шеперда о его смерти? Эти ленивые придурки уже сделали это?

Ренни кивнул.

– Бекки говорит, что подразделение в Глазго вышло на след ближайшего родственника Шеперда полчаса назад.

– Здорово. Скажи офицеру по связям со СМИ, чтобы мне выделили время в программе вечерних новостей. Обращение к свидетелям, отвратительное преступление, бла, бла, бла… – Стил потерла руки.

Логан взглянул на часы:

– Пора бы тронуться в Банф. Смена заканчивается через сорок минут.

– Эй, Лаз, ты ведь сегодня с нами. А мы не придерживаемся посменной работы. Соблюдение графика – это для слабаков, запомнил?

Закрыв глаза, он стукнулся затылком о холодный металл контейнера. Бонг-г.

– Ренни, сколько обезьян, работающих в компании, присутствует на месте? – Стил была верна себе.

– Хмм… Только дежурная. Вы ее видели.

– Отлично, поскачешь галопом и, как примерный ребенок, поговоришь с ней. И постарайся не соблазниться ее морщинистым шармом, нам ведь известно, как тебя тянет к женщинам постарше. Извращенец!

Пригнув голову, Ренни выскочил под дождь.

Стил дождалась, когда он скроется в офисном здании, и сделала долгую затяжку из электронной сигареты.

Загрузка...