Псалом 17

В конец, отроку Господню Давиду, что изрек Господу слова песни сей, в день, в который избавил его Господь от руки всех врагов его и от руки Саула; и воскликнул тогда Давид: Возлюблю Тя, Господи, крепосте моя! (ст. 2.)

Словом в конец настоящий псалом надписан или потому, что содержит в себе пророчества, которые имеют исполниться до конца, — в нем говорится об Иисусе Христе, о призвании язычников в церковь Христову, — или же потому, что пророк сложил его при кончине врагов своих, т. е. когда они были уничтожены, и настоящий псалом есть как бы благодарственная песнь пророка в честь Бога, за полученные им благодеяния от Господа; или же так надписан потому, что пророк составил его при конце своей настоящей жизни. Далее надписано: отроку Господню Давиду. Отроку — а не царю или пророку; потому что то и другое звание суть особенные дары Божии, между тем как отроком Господним может быть назван всякий, и становится им или за свое угождение Богу, как верный раб Божий, или же по благоволению Божию к нему, как к возлюбленному чаду Божию. Что же касается самого пророка, то он одинаково, по той и другой причине и в том и другом значении, усвоил себе название отрока Господня, т. е. и как верный раб Божий и как нареченное чадо Божие. Так как он соединил то и другое в своем лице и стяжал себе это как награду за свою добродетельную жизнь, то и наименование себя отроком доставляет для пророка как бы особенно приятное наименование, предмет некоторой гордости. Затем в надписании читаем: что изрек Господу. Здесь кажется пропущено местоимение те, т. е. псалом семнадцатый составляет те слова, которыя изрек пророк Давид Господу. Песнию же, а не псалмом надписан потому, что пророк воспел его не с аккомпанементом своей лиры или другого музыкального инструмента, а одними только устами, так как он был в то время уже состарившимся, по свидетельству книги Царств. И, называя эту песнь псалмом, мы называем ее так не в собственном смысле; собственно же это есть песнь. В день, надписано далее, в который избавил его Господь от руки всех врагов его, т. е. когда показалось самому пророку, что он избавлен от всех, которые до того времени враждовали против него, а эти враждовавшие были как из чужих иноплеменных пророку, так и из своих, и даже родственных ему. И от руки Саула. Желая отличить Саула от прочих своих врагов, пророк упомянул о нем особо и на конце; а отличить его хочет потому, что он был злейшим врагом пророка или же потому, что св. Давиду просто не хотелось ставить Саула в ряд с прочими своими врагами, так как это был царь и кроме того был его благодетель и тесть.

Ст. 2. Возлюблю Тя, Господи, крепосте моя. Многие, говорит, и великие благодеяния получил я от Тебя, Господи, но сам я не имею чем воздать Тебе за них. Ибо что воздам Господеви о всех, яже воздаде ми? (Пс.115,3) Для меня одно только и возможно, это я и сделаю, именно: я возлюблю Тебя, Господи. Это однако же не значит, будто я не любил Тебя прежде, до сего времени; а только значит, что я возлюблю Тебя теперь с особенною силою. И возлюбить Тебя таким образом я обязан. Такова самая первая твоя заповедь. И возлюбиши, говорит она, Господа Бога твоего от всего сердца твоего, и от всея души твоея, и от всея силы твоея (Второз.6, 5). Крепостию пророк назвал Господа, желая показать, что именно Господь подкреплял его немощь в той борьбе, какую он должен был вести с многочисленными и весьма сильными врагами своими.

3. Господь утверждение (опора) мое, и прибежище мое, и избавитель мой. Господь был утверждением для пророка, потому что укреплял его и сделал непоколебимым пред напором на него разного рода испытаний. Далее Господь был для пророка прибежищем, потому что принял его, обращенного в бегство, под свою всесильную защиту и окружил его оплотом божественной своей помощи. Наконец Господь был избавителем для пророка, ибо избавил его от руки врагов его, когда они готовы были уже захватить его в свои руки и сделать своим пленником.

Бог мой, помощник мой, и уповаю на Него. Только один и есть у меня всегдашний помощник мой, говорить пророк, это Господь; возложу же я на Него все свое упование. Уповая на Него, я не боюсь уже ничего, что бы ни ожидаю меня впереди, и я уверен, что Он спасет меня всегда. Защититель мой, и рог спасения моего и заступник мой. Защититель, говорить, мой, т. е. Ты, который охраняешь меня в сражении, дабы не ранил меня враг мой. Потому что когда хотят защитить кого-либо на войне от ран, то обыкновенно стараются закрыть его щитом своим. Рог спасения, т. е. оружие как для защиты от врага, так и для поражения его; ибо те животные, которые имеют рога, весьма сильно защищаются ими в борьба с своим противником. Известно также, что существует особое оружие для обороны или защиты себя от врага и особое для поражения его. Бог, говорит пророк, заменил для меня тот и другой род оружия; Он и защитил меня от ран на сражении, и поразил врагов моих. Он и заступник мой, потому что Сам защищал меня, когда упадал я духом и когда овладевала мною трусость; потому что подкреплял меня, когда застигали меня слишком тесные обстоятельства.

4. Хваля призову Господа, и от враг моих спасуся. Так как Господь являл свою помощь пророку в различной степени и видах, то и сам пророк, вознося хвалу Богу, употреблял доселе, как мы видели, не одинаковые выражения для обозначения явленной ему от Бога помощи. Присовокупляя сейчас приведенные слова к сказанному прежде, пророк хочет как бы оговориться; я де не перечисление делал доселе многочисленных и великих благодеяний Божиих, явленных мне, как сделал бы человек более в них не нуждающейся. Нет, я имел только в виду, упоминанием здесь о благодеяниях Божиих воспеть хвалу Ему и возвеличить Его святое имя, и чрез то показать Господу мое усердие к Нему. Я стану призывать к себе на помощь Господа еще и впредь, в продолжение всей моей жизни. Я уповаю на Него (как сказал пророк выше ст. 3) и, без всякого сомнения, оть враг моих спасуся. Положим, теперь я свободен от всех, которые доселе враждовали против меня; но если продолжится моя жизнь, у меня могут явиться новые враги, как это обыкновенно бывает в мире. Затем пророк изменяет ход речи в псалме, и занимается исчислением разного рода опасностей, среди каких он иногда находился, а также исчислением тех многообразных способов попечения Божия о нем, какими он во всю жизнь свою окружен был. При этом исчислении пророк употребляет в речи метафорические или переносные выражения для более лучшего, конечно, изъяснения самого дела.

5. Одержаша (объяли) мя, говорит пророк далее, болезни смертныя. Болезни смертные суть собственно болезни родов, и здесь это выражение употреблено в значении не собственном. Болезни смертные мужчин суть те муки души, которые порождают в ней постигающие нас скорби, подобно тому как болезни смертные женщин суть муки, которые испытывают беременные женщины при родах. Но болезни последних скорее можно назвать болезнями жизни, а не смерти, или смертными потому, что рождается с болями, производится на свет и к жизни новое существо, носимое ею доселе в своей утробе; тогда как при болезнях первого рода бывает совершенно наоборот, действительно болезни смертные, так как они способны перенести во мрак смерти того, кого захватывают. В приложении к себе пророк хочет выразить приведенными словами ту мысль, что он охвачен был невыразимыми скорбями, и что он испытывал всю тяжесть этих скорбей.

И потоцы беззакония смятоша (смяли) мя. Потоками беззакония пророк называет те скоропроходящие внезапные и вместе стремительные набеги, которые делали в его царствование на народ Божий беззаконные народы языческие. Их набеги, говорит он, были подобны потокам, которые вдруг среди зимы, во время оттепели, образуются и начинают течь внезапно и стремительно. Так действовали и эти враги пророка, искавшие всегда случая отнять у него жизнь. Посему очень кстати употреблен здесь глагол смятоша, ибо подобные потоки все, что встречается им на пути, уносят с собою и кружат. Сам я, как бы так говорит пророк, был смят и закружен коварными планами врагов, устрашаемый внезапным и стремительным ходом событий.

6. Болезни адовы обыдоша (окружили) мя. Это выражение значит тоже, что и приведенное выше: одержаша мя болезни смяртныя; потому что слова обыдоша и одержаша выражают одно и тоже, так же как и слова ад и смерть. Ад собственно означает неприятное и мрачное помещение под землею, где находятся умершие. Мы говорили, что под болезнями смертными, а равно и адовыми разумеются собственно болезни родов. Итак, говорит пророк, меня окружили болезни, которые порождают смерть, этого слугу адского. Ибо они разлучают нашу душу с телом, которую ад, приняв из рук смерти, содержит в своих пространствах. Но под болезнями адовыми можно также разуметь и вообще скорби наши, которые могут повести в ад того, кого постигают, и которые посему суть также слуги адовы.

Предвариша (застигли) мя сети смертныя. Я попал, говорит, в засаду или ковы, готовившие мне смерть. Ибо какое значение имеет сеть у охотника, тоже значение во время войны имеет засада, устрояемая противною стороною.

7. И внегда скорбети ми призвах Господа, т. е. призвал на защиту себя.

И к Богу моему воззвах. Утесняемый более и более врагами, я возопил, говорит, к Господу самым сильным голосом.

Услыша от (из) храма святого своего глас мой. Под святым храмом можно разуметь небо, как мы говорили выше, или же скинию свидения, но не известный большой храм Иерусалимский; так как он был выстроен уже после Давида, при преемнике его Соломоне. Далее, Господь услышал голос пророка не чувственным, но особенным Ему приличным образом. Пророк только употребил для обозначения сего обыкновенное человеческое выражение, как поступаем и мы сами, когда, за неимением особых понятий для обозначения сокровенных мировых сил, совокупно поддерживающих всю видимую вселенную, пользуемся готовыми чувственными образами и понятиями и посредством их познаем сущее.

И вопль мой пред Ним. Мой вопль, говорит, всякий раз несется к Богу, так как я только к Нему одному и взываю в моих нуждах.

Внидет во уши Его. Он услышит, говорит, меня во время благоприятное. Приведенные слова употребляем также и мы, когда обыкновенно говорим о нападениях демонских на нас и когда возносим наше благодарение Господу, прибавляя, что этот вопль наш внидет во уши Божии.

8. И подвижеся (поколебалась) и трепетна бысть земля. Отсюда начинается в псалме пророчество об Иисусе Христе; при чем св. Давид употребляет глагольные формы прошедшего времени в значении будущем. Это особенность, свойственная пророческой речи. А что здесь именно заключается пророчество о Христе, это не может подлежать ни малейшему сомнению, потому что во все продолжение царствования Давида с ним не было ничего подобного описываемому здесь. Заметим, что вместо подвижеся и трепетна бысть земля, как перевели LXX с еврейского, приведенное место в переводе Акилы читаем: земля поколебалась и потряслась. Под землею разумеются здесь люди вообще, как сотворенные из земли и как жители земли. Когда Иисус Христос проповедовал свое учение, тогда именно вся земля пришла в смущение, т.е. как иудеи, так и язычники, смутились от славы, какая повсюду распространялась об Иисусе. Страх и смущение значат одно и тоже. — Испугались они, когда увидали те дивные дела, какие совершил Спаситель на земле; трепет значит именно страх, так как тот, кто бывает чем-нибудь сильно напуган, обыкновенно начинает трястись или трепетать в испуге. Можно впрочем изъяснить приведенное место и следующим образом: потряслись, т.е. собравшиеся вокруг Христа, будучи привлечены к Нему молвою, какая прошла о Нем повсюду; они перепугались, смущенные собственными заблуждениями.

И основанья гор смятошася (пошатнулись) и подвигошася (поколебались) яко прогневася на ня Бог . Горами названы здесь демоны за свойственные им высокомерие и гордость, а основаниями этих гор тайные замыслы демонские. Потому что демоны, видя несокрушимую силу Христову, смешались в собственных своих помыслах, задаваясь вопросом: кто бы это такой мог быть? и в тоже время соображая: что именно они должны будут потерпеть от него? Итак, с одной стороны пришли в смятение их помыслы, с другой сами они подвиглись или поколебались, т. е. сдвинуты были с высоты той власти, которую они доселе проявляли в мире. А это случилось таким образом с ними потому, что на них разгневался сам Бог за угнетение и порабощение несчастного рода человеческого. Но это место можно также понимать как пророчество о совершившихся в природе явлениях во время крестных страданий Господа, когда потряслась земля, и распались камни, ибо Бог прогневался на народ иудейский.

9. Взыде дым гневом (от гнева) Его. Когда прогневался Творец на демонов за погубление своего творения, то прежде всего показался дым отмщения Божия, который остановил на время демонские тиранства в мире; потому что отделил от них верующих и изгнал нечистых духов из тех, которые подвержены были беснованию. Но это лишь начало совершенного отмщения, подобно тому как и дым есть только начало или предвестник пламени. Посему изгоняемые из бесноватых демоны кричали: что нам и Тебе, Иисусе Сыне Божий, пришел еси семо прежде времени мучити нас (Матф.8, 29).

И огнь от лица Его воспламенится. Если появился дым, то вслед за ним появится вскоре и огонь, т. е. совершенное отмщение Божие на демонов и решительное ослабление их силы. От лица Его, т. е. просто от Него, или от самого Бога, который есть одно лице в трех ипостасях единого Божества. Или иначе: От лица Его, т. е. пред Ним, впереди Его. Огнь пред Ним предъидет, говорится в другом псалме, и попалит окрест враги Его (Псал.95, 3). — Воспламенится же сказано, вместо возгорится, зажжется.

Углие возгореся от Него. Так как огонь есть сам Бог, потребляющий силу вражескую; то ученики Господа, сделавшиеся причастниками сего потребления суть угли, которые воспламенились от этого самого огня и которые пожгли потом силу вражию огнем собственной веры. Се даю вам власть, говорил им Иисус Христос, наступати на змию и на скорпию, и на всю силу вражию (Лук. 10, 19).

10. И приклони (наклонил)небеса и сниде. Желая показать нам тайну воплощения Божия, пророк сказал, что Господь наклонил небеса до самой земли и сошел на нее тихо без малейшего шума. Ибо Он вселился в девической утробе тайно от всех сил. Пророк описал здесь эту тайну воплощения Божия несколько чувственным образом, как это становится особенно приметным из дальнейшего его рассказа. Так он говорит далее:

И мрак под ногама Его. Под мраком разумеется тьма, под ногами — самое шествие Божие или Его нисхождение на землю; так как причина вочеловечения Его, равно как и самый образ оного остались непостижимыми для всех. Или иначе: подобно тому как люди земли, или т. е. жители земли, называются нередко в Писании просто землею, жители небесные или ангелы называются иногда небом. Их-то именно и наклонил Господь к земле, когда Сам сходил на нее. Ибо написано в евангелии: и се Ангели приступиша и служаху Ему (Матф.4,11). Но это схождение Божие должно понимать не телесно, а духовно, потому что Бог неописуем, Он выше всякого нашего понимания и неизречен.

11. И взыде на херувимы, и лете, лете на крилу ветреню (на крыльях ветров). Это пророчество о вознесении Иисуса Христа на небо. А что херувимы действительно приняли Иисуса Христа на свои крылья во время Его вознесения, то об этом есть свидетельство у пророка Иезекииля, который созерцал описываемое событие своими пророческими очами: И воздвигоша, говорит Иезекииль, херувими крила своя, и колеса держащиеся их: слава же Бога Израилева бы на них свыше их. И взыде слава Господня от среды града (Иезек. 11, 22, 23).

Это сказано без всякого сомнения о вознесении Господа. Потому что и апостол Павел называет Его сиянием славы Бога Отца. (Евр.1, 3). Вознесся же Господь на небо действительно на крыльях херувимов, которых св. Давид назвал ветрами за скорость движения их, — вознесся на херувимах, потому что они очень близки к Божеству, между тем апостолам показалось, что Он был взят от них крыльями ветров. А ветры пророк назвал крылатыми за быстроту движения их в воздухе. Ибо все, что проходит по воздуху, называется обыкновенно крылатым, как может быть названо крылатым и облако, которое несет ветер.

12. И положи (сделал) тму за кров (покрывалом) свой. Под тьмою мы разумеем то, что не может быть видимо. Итак, Господь устроил невидимый покров для себя или вокруг себя, т.е., вознесшись на небо, скрылся от глаз апостолов. Или под тьмою можно разуметь также плоть человеческую Иисуса Христа, так как в ней сокрыто было Его Божество.

Или же: положи тьму, т.е. соделал недоступным для нашего познания Божество свое, так что тьма поражает всех, которые пытаются проникнуть своим умом в эту глубину божественного ведения.

Окрест Его селение (сень) Его. Селением пророк называет воспринятую Господом плоть нашу, которую и Сам Господь назвал храмом своим (Иоан.2,19), потому что в ней Он обитал не призрачно только, но действительно, неизреченно вселившись в нее, как всемогущи. А сказал здесь это пророк для того, чтобы показать, что Христос вознесся на небо вместе с своею плотью и не оставил ее на земле, как несправедливо утверждали некоторые лжеучители. Или: пророк называет селением Божиим неприступное сияние Его Божества, так как Бог в св. Писании описывается между прочим обитающим в неприступном свете, который Его окружает, во свете, который закрывает от нас существо Божие и делает Его недоступным для желающих созерцать Его своими глазами.

Темна вода во облацех воздушных. Водою пророк называет тайну о Христе, облаками пророчество о Нем; таким образом его слова получают тот смысл, что пророчества, относящиеся к Иисусу Христу и заключающаяся в Писаниях пророков, вообще темны и нелегки для уразумения во время своего исполнения. Водою пророк потому называет эту тайну, что она производит освежающее действие в тех, которые погрязали до сего времени в заблуждении. Пророчества же назвал облаками по той причине, что они, как бы в некотором тумане, скрывают обыкновенно в себе то, о чем говорят. Слово воздушный прибавил к ним для того, чтобы выразить этим чистоту их созерцания. Впрочем, в св. Писании пророчества вообще иногда называются облаками и даже не редко. Так, например, пророк Исаия, назвав в одном месте дом Израилев виноградником, упоминает тотчас же об облаках, которым дано повелиние Божие, чтобы они не давали более дождя на этот виноградник (Ис.5,6 и 7), т. е. чтобы пророки прекратили свои пророчества среди народа Израильского.

13. От облистания пред ним облацы проидоша. С явлением, говорит, славы Божией на земле, озарившей светом своим не только все ближнее, но и отдаленное, темные пророчества прешли, т. е. исполнились, подобно тому как рассевается в воздухе утренний туман когда взойдет солнце, и пред взорами нашими вдруг является чистою часть неба, которую он доселе закрывал от нас. Или: под облаками можно разуметь некоторую прикровенность закона Моисеева, прикровенность, или те образы, которые предъизображали Иисуса Христа и которые с появлением Его на земле прешли, т. е. сделались ясными для всех. Но при этом объяснении сделаем такую перестановку слов в приведенном месте: сначала станем читать слова: пред Ним и прибавим к ним слова: от облистания Его, дабы выходило, что от облистания Его пред Ним или просто от Него, т. е. от явления Его во плоти, рассеялась прикровенность ветхозаветных пророчеств. Можно впрочем расставить слова приведенного текста и еще иначе, читая сначала от облистания, а потом уже и остальное, и тогда смысл этого места будет следующий: когда воссиял Господь на земле, обращаясь среди людей в человеческом теле, тогда прошли пред Ним, т. е. пред лицем Его и вместо Его самого апостолы по вселенной, разливая всюду свет евангельской проповеди, прошли над нивами душ человеческих подобно полным влаги облакам, возбуждающим эти духовные нивы к плодородию добрых дел.

Град и угли огненное. Эти слова в близкой связи и соответствии с предыдущими, принимая последние в смысле первого толкования. Потому что пророчества уподобляются в св. Писании и граду, по причине их неудобовразумительности, и огню, так как поражают неверие людей нечестивых. Таким образом, в этих двух текстах под облаками, градом и огнем должно разуметь одно и тоже по указанным причинам. Впрочем, последнее место находится в неменьшем соответствии также и с последним изъяснением предшествующего текста, если понимать под градом и огнем апостолов, которые подобно граду, истребили заблуждение в людях и, как огонь, потребили на земле нечестие.

14. И возгреме, с небесе Господь, и Вышний даде глас свой. Господь и Вышний, т.е. сам Бог, как высочайший Владыка всего мира. Он возгремел и издал голос свой в то время, когда Сын Божий воззвал к Богу Отцу: Отче, прослави имя Твое (Иоан.12, 28), и пришел, говорит Евангелист, тогда глас с неба, глаголющий: и прославих, и паки прославлю (Иоан.12, 28). Народ же, стоявший тут и слышавший это, говорил, что то был гром. Итак слова: даде глас свой изображают это явление, как оно происходило на самом деле, а слова возгреме указывают на то, как явление это было понято и истолковано присутствующим тут народом, т.е. действительный голос исшедший от Бога показался народу громом. Не следует конечно смущаться при этом, что пророчества не имеют некоторой последовательности и порядка в своем рассказе, как например, мы видим здесь; сначала сказано: возгреме, а потом уже: даде глас свой, тогда как следовало сказать наоборот. Подобное несоответствие с порядком действительного события, замечаемое иногда в пророчествах, показывает только, что пророки изрекали свои пророчества не так, как захотели бы сами, но как воспринимали они свои откровения от Св. Духа.

15. Низпосла стрелы, и разгна я (их). Под стрелами должно разуметь учеников Господа, которых Он послал с проповедью по всему миру. Чрез них Иисус Христос рассеял демонов, которых именно и надобно разуметь под местоимением я (их). Употреблено же здесь местоимение, а не собственное название демонов потому, что Дух Св. вообще не терпит как их самих, так и их имя.

И молнии умножи, и смяте я. Под молниями, как и под стрелами, надобно разуметь тоже учеников Иисуса Христа, которые иногда подобно стрелам уничтожали в роде человеческом посеянные демонами заблуждения, иногда же подобно молнии совершенно попаляли нечестие и святилища нечестивые. Поражаемые молитвою учеников Христовых, враги рода человеческого потерпели совершенное поражение и, не в состоянии будучи выносить молнии обитающего в учениках Христовых Духа Божия, они пришли в совершенное замешательство и приведены были в недоумение, чем помочь себе.

16. И явишася источницы воднии. Под источниками вод должно разуметь опять тех же апостолов. Они были первыми учителями веры во Христа, самым Господом избранные и посвященные в это служение. Вода есть учение Христово, которое Он повелел им проповедывать, источники — это суть те самые первые ключи сего учения, или апостолы, которые стали для всех явными теперь, потому что ко всем были посланы.

И открышася основания вселенныя. Они же, т.е. апостолы, суть вместе и основания вселенной, так как они первые уверовали во Христа, и первые положили своим учением начало веры Христовой во вселенной, начало твердое и незыблемое, на котором стали потом утверждаться все учителя христианские. Открылись же эти основания или стали явными, по причине света; по ним сияла их жизнь, а также и по причине света, какой распространялся от совершаемых ими знамений и чудес. Основания зданий человеческих обыкновенно углубляются в землю; основания веры наоборот; они поверх земли и видимы для всех, и сияют всем и всюду как своими делами, так и словами.

От запрещения Твоего, Господи. Это так случилось, говорит, потому что Ты, Господи, упрекнул или укорил демонов и поразил их великим страхом.

От дохновения духа гнева Твоего. Гнев подобен огню; и когда он в ком-нибудь зарождается, тот издает при этом из себя дымовидный пар, и чрез свои ноздри выдыхает его на воздух. Отсюда и явилось, например, выражение: дух гнева. Отсюда о тех, которые гневаются, обыкновенно говорят, что они «дышат гневом». Итак приведенным выше подобием пророк имеет в виду обозначить гневное движение в Боге, говоря об этом гневе человекообразно. Ты, говорит, Господи, так сильно разгневался, что веяние духа гнева твоего было заметно в воздухе, и заставило рассеяться врагов.

17. Низпосла с высоты и приять мя. Начиная отсюда и далее, пророк говорит в настоящем псалме о себе самом, и для связи своей речи возвращается к некоторому повторению того, о чем было сказано выше. Бог послал, говорит он, с неба помощь свою мне, и избавил меня.

Восприят мя от вод многих. Вода в св. Писании иногда принимается в смысле очищения и освежения, подобно тому, как мы приняли ее выше (ст. 16) в смысле учения, которое и очищает и освежает принимающего оное. Иногда вода принимается еще в смысле гибели и потопления; в этом именно смысле она употреблена и в настоящем случае. И таково именно свойство воды, что она может очищать и освежать, но также может иногда и причинить смерть, особенно там, где воды много и где она глубока. Посему под водами многими должно разуметь множество несчастий или множество врагов, которые были у пророка: Восприят мя, т.е. вывел или вытащил, говорит, меня к Себе; так как тот, кто спасает утопающего, обыкновенно, ухватившись за него, тащит его к себе.

18. Избавит мя, от врагов моих сильных. Под врагами сильными должно разуметь демонов, которые явно и тайно ведут брань свою против нас, воюют во время ночи и днем, вооружая против нас каждое наше чувство; к тому же эти враги одарены особенною природою духовною и не знакомы с утомлением. Итак тот Бог, который освободил, говорит, меня от врагов видимых, избавит меня также и от врагов моих невидимых, сильных в коварстве и всегда ищущих чьей-нибудь погибели.

И от ненавидящих мя, яко утвердишася паче мене. Эти же самые демоны, будучи вообще человеконенавистниками, ненавидят и меня, и ненавидят меня даже гораздо более, потому что мне помогает Господь. Но Господь избавит меня от них, хотя они и приготовились уже к нападению на меня и тесно сомкнули свои ряды, или лучше сказать: хотя они и сделались теперь смелее и крепче меня, крепче, потому что я не успел оградить себя оружием добрых дел, как бы должно было мне сделать, кроме того я упал духом. Или также: враги сильнее меня, говорит пророк, потому что имеют природу бестелесную и удобно видят того, на кого нападают; а я имею природу телесную и не могу замечать их, когда они наносят мне раны.

19. Предвариша мя в день озлобления моего. Глагол предварять не всегда значит прежде занять или овладеть чем либо; иногда он значит просто занять, а также внезапно напасть на кого либо из засады; таково по крайней мере значение его в настоящем случае. Напали, говорит пророк, враги мои на меня видимые и невидимые, напали в то время, когда я вовсе не был приготовлен к отраженно их. Они всякий раз тогда скорее всего и нападали на меня, когда замечают, что я немощен и обессилен.

И бысть Господь утверждение (опора) мое. Вот я готов уже упасть, но вдруг в это время крайнего моего бессилия, Господь становится для меня опорою в моей немощи, и я снова чувствую себя бодрым. Утверждение, т. е. посох, на который обыкновенно опираются люди слабые.

20. И изведе мя на широту. Он вывел, говорит, меня из тесноты скорбей на широту радости, или как говорится в другом псалме, в скорби распространил мя (Пс.4,2). Но приведенные слова можно также изъяснить и следующим образом: враги, говорит пророк, окружив меня со всех сторон, теснят меня и запугивают меня своими угрозами; но вот я выведен из этого тесного положения и наслаждаюсь теперь простором, неутесняемый более ими.

Избавит мя, яко восхоте мя. Бог, говорит, удостоивши меня такого попечения в настоящее время, избавит меня от всякого бедствия и в будущем; ибо Он восхотел меня, т.е. избрал меня.

21. И воздаст ми Господь по правде моей. Я не поступал, говорит, несправедливо с ненавидящими меня и до сей поры сохранял себя праведным в отношении к ним; сообразно с этим я приготовлю подобное же воздаяние и себе от Бога. За это, говорит, Он воздает мне, как должным своею помощью.

И по чистоте руку моею воздаст ми. О чистоте рук прибавлено в пояснение к предыдущему повествованию о праведности. Я, говорит пророк, не был ни грабителем, ни корыстолюбцем, ни злоумышлял против злоумышляющих на меня; руки мои чисты от всякой подобной скверны, если сравнить их с руками врагов моих. Или: пророк под руками разумел вообще свои действия, так как руки суть обыкновенные орудия наших действий.

22. Яко сохранить пути Господни, и не нечествовах (не уклонился в нечестие) от Бога моего. Вот где, по мнению пророка, главная причина чистоты его рук. Они у меня были чисты, говорит он, оттого что я сохранил пути Господни, т. е. Его святые заповеди и не уклонился от Него, как какой-нибудь нечестивец. А кто хранит эти пути Божии и шествует по ним непреклонно, тот непременно бывает чистым.

23. Яко вел судьбы Его предо мною, и оправдания Его не отступиша от мене. Иное есть закон, и иное заповедь; иное опять свидетельство, другое суд и иное оправдание. Так законом называется обыкновенно вся совокупность заповедей Божиих, как например в следующем месте Писания: яко закон Моисеем дань бысть (Ин.1,17). Заповедями же называются предписания закона, взятые каждое в отдельности, как например: не убий; не прелюбы сотвори (Исх. 20,12, 13), и т. под. Свидетельством называется то, что законодатель заповедовал делать или не делать, с некоторым особенным подтверждением при этом, как поступает например Моисей, когда говорит к народу своему: если только вы сделаете то-то или вот это, свидетельствуюсь небом и землею, что смертию умрете. Судьбы же, или суды составляют то, что относится к Богу, творящему суд Свой над людьми, каковой например суд происходил однажды над злословившим великое имя Божие (Лев. 24,10 и дал.). Моисей, как записано в кн. Левит, представил это преступление суду Божию; Бог же повелел побить камнями виновного, и такое решение Божие было принято потом и народом Божиим как законная мера наказания всех, кто дерзнул бы злословить имя Божие. Оправданьями, далее, называются повеления Божии, в роде например следующего: аще стяжеши раба Евреина, шесть лет да поработает тебе (Исх. 21, 2) и т. дал. Такое повеление именно полно высочайшей правды. Вот различие всех этих понятий, хотя они нередко смешиваются и употребляются одно вместо другого особенно в 118-м псалме. О приведенном выше месте следует заметить, что словами судьбы и оправдания пророк хотел обнять вообще все повеления Божии, давая понять о целом от его частей. Все, говорит, заповеди Его, т. е. Бога предо мною, и хотя мне приходится иногда перечитывать их и возобновлять в памяти, но все таки я не допущу себя до того, чтобы они были когда-нибудь от меня далеко.

24. И буду непорочен с Ним, т. е. чрез Него (Бога), или будучи с Ним.

И сохранюся от беззакония моего. Сохранюсь сказано вместо воздержусь; а слово беззаконие употреблено вместо — грех. Местоимение моего прибавил пророк или потому, что говорит здесь о своем собственном плотском грехе, или же потому, что считает себя грешником как человек; так как нет вообще человека без греха.

25. И воздаст ми Господь по правде моей, и по чистоте руку моею, пред очима Его. А если я таков, говорит, был и таким останусь, то я уготовлю для себя и воздаяние, сообразное с сим, как выше сказано. По чистоте, говорит, рук моих воздаст мне Господь, по чистоте, которая всегда перед Ним; потому что я так поступаю не на показ людям, а для Бога.

26 и 27. С преподобным преподобен будеши, и с мужем неповинным неповинен будеши, и со избранными избран будеши, и со строптивым развратишися (изменишься). Преподобным обыкновенно называется тот, кто благочестив пред Богом; неповинным тот, кто чист душою пред людьми; избранным — тот, кто совершен в добродетели; строптивым — человек лукавый. — Сказанные выше слова могут иметь свое приложение ко всякому и содержать в себе весьма поучительный смысл: они именно значат, что каков тот, с кем ты живешь вместе или обращаешься, таким будешь и сам, изменяемый сообразно с свойствами человека близкого к тебе. Развратишися, иначе — переменишься; будешь праведным (в обществе т.е. преподобного, неповинного, избранного), переменишь лукавые мысли твои на добрые. Но эти слова некоторые относят также и к самому Богу и дают им в сем случае следующий смысл: Ты, Боже, как бы так, по мнению их, говорит пророк, воздаешь каждому по достоинству его, будучи сам существом праведнейшим. Ты освящаешь преподобного, оправдываешь неповинного, отличаешь избранного, переменяешь строптивого на доброго, препятствуя ему делать злое. Изъясняющие таким образом это место — прибавляют, что здесь во всех случаях употреблено пророком, вместо причастия, отглагольное имя прилагательное, и это своего рода идиотизм языка, наприм. преподобный вместо упреподобляющий или освящающий.

28. Яко ты люди смиренныя спасеши и очи гордых смириши (унизишь). Смиренные, т.е. по причине добродетели. Очи же гордых, т.е. просто гордецов, от части (очей) давая разуметь о целом. Или же выражение очи гордых, означает, что эти люди (т. е. гордецы) обыкновенно легче всего распознаются по их глазам; они всегда поднимают вверх свои брови, находящаяся над глазами. Но ты, говорит, сделал с этими глазами то, что они станут смотреть у них в землю от скорби. Или иначе: люди смиренные, т.е. народ из язычников, склоняемых вниз от тяжести грехов своих. Гордые же, т. е. иудеи, хвалящиеся законом своим и предками.

29. Яко Ты просветиши светильник мой, Господи Боже мой, просветиши тму мою. Ум наш есть как бы своего рода глаз души нашей. Далее, глаз наш справедливо может быть назван светильником нашим, как указывающей нам дорогу в темноте. Под тьмою души мы должны разуметь чувства и пожелания наши. Итак Ты, говорит, Господи, зажжешь мой разум божественным огнем. А зажегши его, Ты осияешь вместе с тем тьму мою. Подобно сему говорится в Евангелии: аще убо свет, иже в тебе, тма есть, то тма кольми (какова) (Матф.6,23)? Это значит: если уже самый ум омрачен, то тем большим мраком должны быть окружены низшие силы души нашей. Впрочем, можно даже самый ум наш назвать светом и тьмою. В отношении природы предметов материальных, ум наш свет; но в отношении природы Божией, он совершенная тьма, по тому одному, что Бог не может быть им познан. Или: светильник — это закон Моисеев, который указывает путь к добру читающему его; мрак же или тьма, это свойственная ему некоторая прикровенность, неясность, которая, по словам пророка, должна сделаться отныне ясною и открытою, т.е. с воплощением Божиим. Или же: светильник, это есть проповедь евангельская, в совершенном свете и ясности возвещенная нам от самого Спасителя нашего; тьма же это заблуждение идолопоклонства и неизвинительное неведение веры правой. Или далее: светильник, это наш разум, направляющий человека на правый путь, а тьма, это наше тело, которое так названо по причине своей тучности и материальности. Они оба осветятся, по словам пророка: ум — божественным светом, тело — очищением. Наконец иные говорят, что светильником здесь назван Иисус Христос, рожденный от семени Давида. Этот светильник или Иисуса, происходящего по плоти от Давида, возжгло само Слово Божие, соединившись с ним самым тесным образом, и, в силу такого божественного единения, сделало то, что Он стал посылать от Себя всюду лучи божественного света. Так Он Сам говорит о себе: Аз семь свет ммру (Иоан.8, 12). Тьма же — это, говорит, есть плоть наша, воспринятая Иисусом Христом, которую Он обожествил и просветил.

30. Яко Тобою избавлюся от искушения. Тобою, т. е. чрез Тебя. От искушения же, т. е. как со стороны людей, так и со стороны демонов.

И Богом моим прейду стену. С помощью, говорит, Бога моего я перепрыгну чрез заграждающие мне путь к Нему грехи мои. При них имеет свою власть надо мною сатана, и ими, как бы некоторою стеною, препятствует восхождению моему на небо. Или же: искушение (сл.нач.30 ст.), это есть по Иову (Иов.7,1), жизнь человеческая, полная разного рода приманок наслаждения, сетей смертных, коварства и врагов видимых и невидимых. Стена есть наше тело, которое, подобно крепостной стене, окружает нашу душу и не допускает достигать до нее лучам божественным. Или наконец: стена — это демоны, которые наполняют воздух, и которые, подобно стене, преграждают путь душе идущей к Богу.

31. Бог мой, непорочен путь Его. Это риторическая фигура, очень употребительная в св. Писании Ветхого завета. Именно, вместо того чтобы сказать: непорочен путь Бога моего, пророк сказал: Бог мой, непорочен путь Его. Божий путь есть добродетель, которая возводит нас к Богу. Потому-то непорочен бывает тот, кто шествует по этому пути. Но может быть также, что здесь идет речь о Спасителе нашем, который Сам шествуя по этому пути, не сделал ни единого греха.

Словеса Господня разжжена. Т. е. они истинны и чисты от всякого пятна, как расплавленное в огне золото. Потому то в другом месте св. Писания сказано: Словеса Господня, словеса чиста, сребро разжжено (Псал.11, 7).

Защититель есть всех уповающих на Него. Ибо обещая помочь, бывает неложен в этом своем обещании.

32. Яко кто бог, разве Господа? Союз яко здесь — излишний; или же он употреблен вместо другого союза — ибо. Ибо кто другой, как бы так говорит пророк, по самому естеству своему есть Бог кроме Господа? т. е. кроме Бога Отца.

Или кто бог разве Бога нашего? В этом месте пророк назвал Богом — Бога Сына. Говоря Бога нашего, он причисляет себя к нам, уверовавшим во Христа, предузнав пророческим духом своим святость веры нашей.

33. Бог препоясуяй мя силою. А это сказано о Боге — Св. Духе. Но если бы кто сказал, что приведенные три места суть только параллельные и значат одно и тоже, то и в таком толковании, по нашему мнению, не было бы ничего неестественного.

И положи непорочен путь мой. Посредством заповедей, говорит, своих Бог распорядил весь образ моей жизни. Или же здесь идет речь о Спасителе, и от лица Церкви верующих в Него. Он уравнял мне, как бы так говорит эта Церковь, путь собственными шагами своими, Сам, т. е. наперед прошел по нему и сделал его таким образом путем непорочным.

33. Совершаяй нози мои яка елени. Бог, говорит, устрояет и укрепляет ноги мои своею помощью к течению, когда случится время бегства, подобно тому как в природе сделал ноги оленя тонкими и способными к бегству, когда преследуют его собаки и охотники.

И на высоких поставляяй мя. На высоких, говорит, горах Ты спасаешь и восстановляешь меня, прекращая мое бегание на подобие оленей, которые убегая от охотников восходят на горы и там, освобождаясь от страха, останавливаются, отдыхают и успокаиваются. Или говорит, что Бог делает меня столь быстрым в бегстве, что я избегаю демонов, ищущих меня уловить и восхожу на высоту добродетелей *).

*) Кирилл толкует: Впрочем недостаточно только того чтобы возвыситься, но должно прийти к горним и пребывать с ними и охотно оставаться на высотах добродетели. Почему и Бог не только возводит на высоты имеющего совершенные ноги праведника, но и утверждает горе, то есть, устрояет его так, чтоб он стоял в добродетели и не падал. Евсевий: Божественное писание уподобляет святых оленям: ибо подобно оленю, истребляющему пресмыкающихся, они истребляют умственных змий. При том это животное восходить на горы и быстро в бегании: так и святые созерцают вышнее, а не земное по любви к царству небесному.

34. Научаяй руци мои на брань. Бог, говорит, дал мне опытность сведения в военном искусстве, не только против видимых врагов, но и против невидимых — демонов, так что я искусно употребляю щит веры, искусно беру меч Духа и посредством деятельных добродетелей, изображаемых руками, сражаюсь с умственными врагами своими. Самое простирание рук в молитве к Богу, и сие, говорит, ополчение сильно и есть брань против умственных и чувственных врагов.

И положил еси (как) лук медян мышца моя. Здесь не достает слова как, чтоб была полная речь следующая: Ты положил как медный лук мышцы мои; или Ты сделал части рук моих до локтей твердыми, так что они не устают в бросании стрел на брани.

35. И дал ми еси защищение спасения (спасительное). Ты, говорит, Господи, дал мне помощь не бесполезную и слабую, но сильную и спасающую от вредного действия врагов моих.

И десница Твоя восприят мя (заступила меня). Те, говорит, которые хотят подать помощь кому либо, обыкновенно употребляют при подати помощи ему правую свою руку, как естественно более сильную и способную, нежели левая. Или должно понимать под десницею воплотившегося Бога-Слова, как восприявшего нашу природу и подавшего ей помощь.

И наказание Твое исправит мя в конец. (Вразумление Твое исправило меня совершенно). Под наказанием должно разуметь детоводствующий Закон Моисеев, посредством которого усовершился человек во всякой добродетели; или наказанием Божиим называет постигающие по допущению Божию искушения для наставления и вразумления: и тем и другим образом Ты, говорит, Господи, доставил мне пользу — первым потому, что Ты заступил меня и помог мне; вторым, что попустил мне подвергнуться искушениям.

И наказание Твое то мя научит. Еще, говорит, Ты научишь и наставишь меня, Господи, как раба и сына своего; ибо в малой скорби, говорит Исаия, состоит наказание, т. е. наставление Твое нам (Ис.26, 16): потому что когда мы счастливы, то падаем в нерадение и небрежность; а когда несчастные и скорбим, тогда пробуждаемся и бываем благоразумнее. *)

*) Феодорит: Ты наказал меня согрешившего и исправил падшего, научив, сколь велико зло грех, и удостоил спасения. Заметь, что согрешающее и вразумляемые неким наказанием должны говорить сие: наказание твое меня научило.

36. Уширил еси стопы моя подо мною. Расширил, говорит, Господи, движения ног моих, потому что удалил от дороги всякую сеть и преткновение, чрез которые я стеснялся в хождении моем, и теперь я хожу без страха, не подозревая, чтобы кто либо делал мне засады на пути.

И не изнемогосте, плесне мои. Прежде, говорит, когда я убегал врагов, я наступал на поверхность земли слегка, чтобы не были приметны следы ног моих и не узнали их гонители мои и, идя по ним, не нашли места, где я скрывался: но теперь смело ступаю на землю и сильно утверждаю ноги мои в хождении, не страшась того, что узнает кто либо следы ног моих. Можно понимать сии слова и за сказанные от лица христианской Церкви: она благодарит Бога за открытие и расширение дороги добродетели чрез ежедневное хождение по ней многих ног желающих спастись христиан, и за то, что не неприметны и темны следы и знаки евангельской жизни, но возрастают и уясняются чрез непрерывность добродетельно живущих.

37. Пожену враги моя и постигну я. Поелику из прошедшего Давид удостоверился во вспомоществовании ему святого Бога; то посему теперь он надеется и на будущее, почему и говорит: если опять восстанет на меня кто либо и сделается моим врагом, то без сомнения я буду преследовать его и поймаю его *); и он не в состоянии будет противиться мне, и не ускользнет из рук моих.

*) Никита в Катенах говорит: итак (Бог) предрек чрез Давида, что Еммануил будет окружен врагами, ибо сказал: пожену врагов моих и прочее.

И не возвращуся дондеже скончаются. Когда, говорит, я возьму врагов моих в руки свои, то не отступлю назад и не оставлю их живыми. Нет, я истреблю всех. Ибо, как побежденные, они вовсе не станут противиться мне.

38. Оскорблю их, и не возмогут стати. Сказал выше: погублю врагов моих, теперь говорит и о способе, которым он погубит их. В чем он состоит? В том, говорит, что я доведу их до такой крайности и столь сильно стесню их со всех сторон, что они изнемогут и не будут иметь возможности более стоять на брани пред лицем моим.

Падут под ногама моима. Когда, говорит, враги мои будут пойманы и стеснены мною, тогда, видя себя затворенными, как рыбы в сетях, и не имея никакой силы к сопротивлению, падут пред ногами моими с прошением и молением о даровании им жизни и неумерщвлении их.*).

*) Феодорит: Так укрепившись Твоим промышлением, я надеюсь победить всех врагов и не прежде отступить, как сделав их опять покорными. Ибо это выразил словами: падут под ногами.

39. И препоясал мя еси силою на брань. Давид опять повторяет благодеяния, оказанные ему Богом, вычисляя их второй раз.

Снял еси вся востающыя на мя под мя (Ты поверг ногою всех, восстававших на меня, под меня). Ты, говорит, Господи, воспрепятствовал стремлению против меня врагов моих, схватив их и повергнув побежденными под ноги мои.

40. И врагов моих дал ми еси хребет (обратил тылом ко мне). Ты, говорит, Господи, сделал то, что враги обратились тылом ко мне иначе: Ты заставил их бежать от меня, так как бегущие называются здесь тылом; они обращают тыл или спину к преследующим их. Или подразумевает здесь слово: ставших, говоря — как бы так: Ты дал мне врагов моих, ставших ко мне тылом. Или не достает предлога «в» чтобы предложени0е было следующее: Ты обратил их от меня в тыл, дабы я, имея спины их пред собою, поражал их без пощады и всякого страха. *)

*) Никита говорит: Могут говорить это и Апостолы, на которых скрежетали зубами и еллины и иудеи, но которые победили тех и других. Ибо Христос дал им власть наступать на змей, скорпионов и на всю силу вражию.

Ненавидящыя мя потребил еси. Иначе — Ты совершенно пожал их, Господи, искоренил от земли — Саула, Ахитофела, Авессалома и бесчисленных других.

41. Воззваша, и не бы спасали; ко Господу, и не услыша их *). Оказав: воззвали враги, далее Давид говорит, к кому воззвали: воззвали, говорит, ко Господу; но Господь не услышал их, по причине грехов их и несправедливой войны против меня.

*) Это у Никиты изъясняется так: Замечай точность Давида: в рассуждении еллинов или идолов сказал: не было спасающего, ибо они вовсе не были боги, а когда наименовал Господа, уже не сказал: не было спасающего (ибо Господь есть сый и это имя Его), но что Он не услышал их.

42. И истню я яко прах пред лицем ветра. Истреблю, говорит, врагов моих, как ветер истребляет тонкую пыль, или земной прах. Ибо ветер дуновением своим поднимает тонкую и легкую пыль с земли и развивает ее по воздуху.

Яко брение (широких) путей поглажду я. Я, говорит, сотру, или буду попирать врагов моих, яко брение, находящееся на пространных городских улицах, будучи попираемо многими людьми, стирается и углаживается или умягчается и утончается. Итак, Давид последующим, то есть, утончением, выразил предыдущее, то есть, попирание, так как прежде попирается брение и после того умягчается и утончается. А путями называется большая дорога к торжищу, где собирается народ, которая называется и проезжею, так как по пространству оной дороги могут проходить по ней и колесницы. Называется же широкою для различия от так называемой неповоротной дороги, на которой по причине большой тесноты нельзя кому либо повернуться в ту или другую сторону.

43. Избавиши мя от пререкания людей. Ты, говорит, Господи, поставишь меня выше всякого противоречия подчиненного мне народа, ибо Ты заставишь его бояться меня, как царя, чтоб не дерзал противоречить моим повелениям.

Поставиши мя во главу языков. Не только, говорит, устранишь, Господи, всякое противоречие со стороны подвластных мне иудеев, но и иноплеменные народы покоришь мне. Но приличнее сии и последующие слова отнести ко Христу, говорящему к Отцу, по человечеству своему: Ты, говорит, Отец мой, поставишь Меня Сына Твоего по человечеству главою народов согласно с сим: и дам Тебе народы в наследство твое (Пс.2). Потому что прежний народ Христов, то есть иудейский, не принял Его, не покорялся и противоречил Ему, а наконец и распял Его. Посему Владыка Христос освободился от них по умерщвлении, смерти и воскресении. А освободившись и избежав от рук их, утвердивших гроб Его, сделался царем над народами, добровольно покорившимися царству Его.

Людие, ихже не ведех, работаша ми. Народ, говорит, из язычников, который прежде не был знаем мною, как не признававший меня за Господа своего, так как Господь знает знающих Его, *) этот, говорю, народ подчинился и поработился мне.

*) У Никиты это изъясняется так: познание двояко. Называется познанием разумение чего либо и знание, по которому Бог знает все прежде, нежели стало существовать; называется также познанием и присвоение, по которому Бог знает только одно добро, как сказано: знает Господь принадлежащих Ему. И Спаситель не знал прежде происходивших из язычников, то есть не почитал их за своих; а потом присвоил их себе и принял в духовное рабство.

44. В слух уха послушаши мя. Чрез слух, говорит, уха принял Евангелие мое народ из язычников. — Почему и Павел сказал: вера от слуха (Римл.5, 17).

45. Сынове чуждии солгаша ми. Сии слова мы должны понимать, как обличительные для рода иудеев, потому что они, усвояя себе отцом Авраама и Давида, делали дела противные предкам их. Давид называет их сынами, как происходивших от семени его, а чужими по причине несходства духа их с прародителем их.

Сынове чуждии обетшаша и охромоша от (вне) стезь своих. Иудеи, говорит, сделались бесчестными и ни к чему негодными по причине зол своих, как сосуды, по обветшании, делаются к употреблению не способны. Сказал охромоша, то есть уклонились от определенной им стези божественных заповедей, так как путь хромых людей сбивчив, иначе — идет в сторону от прямой дороги, по причине извращения и повреждения составов в ногах их. *)

*) У Никиты это изъясняется так: Христос обвиняет иудеев за оставление неложных путей, то есть вразумлений чрез закон и пророков и Евангельской жизни. Пути правы и неложно ведущее ко Христу суть наставление закона и предвозвещения св. Пророков. Но достигнув конца Закона и Пророков, т.е. Христа, они захромали, потому что дерзко поступали с Ним, не по здравому смыслу. Итак он говорит, что язычники, не получившие закона моего, ни пророка, как только были призваны, легко послушались и возлюбили мое владычество: а первенец мой Израиль, сделавшись сыном диавола, по равному с ним образу мыслей, удалил себя от близости ко Мне, притом же и солгал Мне, потому что от него ожидан был плод правды, между тем он не принес его, как и сказано: солжет произведение маслины. Феодорит: Нареченные сынами и вписанные в ряды сынов отчуждили себя, сделавшись неблагодарными за благодеяния, охромав касательно веры и оставя стезю благочестия. Так чрез пророка Иеремию Бог говорит: Я насадил тебя, как виноград плодоносный, весь истинный; как же ты обратился в горечь, виноград чужой? (Иер.2,21). Первое показывает свое собственное насаждение; второе обличает; а слова: обветшали и охромали Симмах перевел словами: обесчестят и постыдятся.

46. Жив Господь. Давид это пророчествует о воскресении Господа, по Фодориту, тем иудеям, которые думали, что Он остался мертвым навсегда. Он вопиет к ним, что Христос живет, ибо воскрес в третий день.

И благословен Бог. Бог, говорит, достоин быть благословляем и прославляем.

И да вознесется Бог спасения моего. Сими словами Давид умоляет Господа вознестись на небеса, чтобы взойдя туда, ниспослал Утешителя на Апостолов, имевших пойти на проповедь Евангельскую. В древности Сын был Богом создания, а теперь Богом воссоздания, или спасения. Слово: моего, прибавил Давид, потому что спасение чрез Христа он почитал общим — своим и нашим. Можно впрочем разуметь слова сии и иначе — в отношении к делу Давида. Живет, говорит, Господь, то есть, вечен, — ни начала ни конца не имеет; но всегда есть. Ибо Давид имеет обыкновение для пользы слушателей к прочим словам примешивать наставления. Он благословен за те чудеса, которые Он совершил. А слово: да вознесется, поставлено, вместо: да почитается от нас великим и высоким.

47. Бог даяй отмщение мне и покоривый люди под мя. Ты, говорит, Бог, производящей мучение врагам моим и покоривши мне иудеев, воевавших против меня за Саула, которые теперь подчинились мне, как своему царю. Можно разуметь сии слова и о Христе, за которого теперь Бог и Отец воздал мщением иудеям по Его человечеству: ибо они истреблены от римлян; а привел в покорность Ему происходящие из язычников народы.

48. Избавитель мой от враг моих гневливых. Все сии слова суть благодарные Богу. Они имеют вид именительного падежа, а значение — звательного. Боже! говорит, воздающий мщением за меня, Избавитель мой от гневных врагов моих! А гневными врагами называет сообщников Саула, которые, доколе находились в живых, не преставали от гнева против Давида. Или злобными врагами называет демонов.

От востающих на мя вознесеши мя. Что Давид сказал выше, то и здесь повторяет. Ибо он любит возвращаться к тому, что производит радость.

От мужа неправедна избавиши мя. Если, говорит, опять найдется кто либо и восстанет на меня, подобно друзьям Саула; то, без сомнения, Ты, Господи, поставишь меня выше обиды со стороны их; и если кто найдется подобный Саулу, неправедно злоухищряющийся против меня, то я прошу Тебя избавить меня и от него.

49. Сего ради исповемся Тебе во языцех, Господи. Зная, что Ты столь велики помощник, Господи, как и мое слово доселе прославляло Тебя, я буду благодарить Тебя за сие пред всеми народами. И подлинно божественный Давид исполнил это сим своим словом, как изъясняет Феодорит: ибо посредством сей книги псалмов он прославляет и благодарит Бога пред всеми народами, которые читают ее.

К имени Твоему пою. Имени Твоему, Господи, говорит, я буду петь на гуслях моих, то есть, Тебе с великою радостно сердца моего.

50. Величаяй спасение царево. Пред сими словами подразумевается слово, Господи, а за сим: увеличивающий многократно спасение царей; иначе: Ты, Господи, неоднократно подаешь мне — царю — великое и чудное спасение.

И творяй милость христу (помазаннику) своему. Ты, Господи, говорит, делаешь мне милость, помазав меня своим повелением в царя над Израилем.

Давиду и семени его до века. Сказав выше о царе и несколько ниже о помазаннике (христе), по сей причине он теперь сказал и имя царя и помазанника, то есть, Давида. Итак слова о том, что милость дается просто от Бога, приличны и царям иудейским, происходящим от рода Давидова; а что сия милость дается до века, то это по Феодориту не соответствуете царям от Давида. Ибо по возвращении иудеев из плена Вавилонского, начальствовавший над ними из рода Давидова только один, Зоровавель, не оставил наследников своего княжества. Итак, остается отнести оные слова к Иисусу Христу (коего царству не будет конца), как семени Давидову; ибо матерь Его происходила из рода Давидова. Почему и Евангелист Матфей сказал: Книга рождения Иисуса Христа, сына Давидова (Матф.1, 1). Бог Слово сотворил с Иисусом Христом милость, поелику соединился с Ним лично и обоготворил Его по человечеству. *)

*) Никита в Катенах говорит: Ты творишь милость и верному народу, который, будучи помазан Духом, называется помазанным. Тот же народ называется и Давидом, как близкий к семени Давида, то есть, помазанника. А семенем верного народа называются научившиеся от него благочестию. Сие семя будет сохранено до вика, ибо род верных не оскудеет никогда, поелику Бог милует и хранит его. А что и Христос называется Давидом, сие сказал Бог всем чрез Иезекииля: и восставлю над ними одного Пастыря, который упасет их — раба моего Давида, и будет им Пастырем, и Я — Господь — буду им в Бога, и Давид — князь среди их. Я, Господь, сказал это (Иезек.34, 23). И опять: и раб мой Давид — князь среди их — будет один Пастырь над всеми... и Давид раб мой — князь до века (Иез.37, 24).

Загрузка...