День 33-й

1118 год по Стандартному календарю

Порт Инсольта

Дом Текстиля


– Высший сорт, почтенный господин, – сказал Джетри, скромно опустив глаза, как подобает молодому человеку, разговаривающему с персоной родовитой и благородной.

Почтенный господин бин-Флора пошевелил плечами и отвернул край материи, хмуро разглядывая изнанку. Джетри стиснул зубы, подавляя желание добавить новые хвалы целлошелку, вручную сотканному на Джиндори.

«Не переусердствуй! – услышал он мысленный окрик дяди Пейтора. – Купец не суетится».

– Восемь торов за шесть штук, – заявил покупатель, набрасывая образчик ткани на валик.

Джетри тихо вздохнул и развел руками.

– Почтенный покупатель, конечно, настороженно относится к товару, который предлагает ему человек, на столько лет уступающий ему в мудрости. Я заверяю вас, что получил инструкции от старейшины моего корабля, который велел мне не соглашаться ни на чуточку меньше, чем два кэса.

– Два?

Плечи лиадийца снова пошевелились. Это не было пожатием, но выражало какие-то чувства. Иронию, как показалось Джетри. Или гнев.

– Ваш старейшина неверно вас инструктировал, юный господин. Возможно, это испытание. – Покупатель чуть склонил голову набок, словно задумавшись. – Я предложу вам лишнюю пару торов, – сказал он после длительной паузы, сглаживая звуки торгового языка. – Из снисхождения к усердию ученика.

«Неверный ход», – подумал про себя Джетри. Это не означало, что почтенный бин-Флора не был воплощением доброты – вполне возможно, он им был, но только в свободное время. Торговля – дело другое.

Джетри уважительно поклонился и столь же уважительно перевел взгляд на лицо покупателя.

– Сударь, я ценю вашу щедрость. Однако расстояние между десятью торами и двумя кэсами настолько огромно, что я не сомневаюсь: мой старейшина порекомендовал бы мне отказаться от сделки. Возможно, вы не заметили… – он поймал себя на грани оскорбления и плавно изменил курс, – освещение очень неудачное…

Передвинув рулон, он снова продемонстрировал тонкость ткани, драгоценные неровности переплетений, доказывающие ее ручное изготовление, восторженно заговорил о чистом малиновом тоне…

Покупатель поднял руку.

– Довольно. Один кэс. Последняя цена.

«Есть!» – подумал Джетри, с большим трудом сохраняя нейтральное выражение лица. Один кэс, как хотел дядя Пейтор. Оказалось, что это очень легко.

«Слишком легко?» – предположил он, глядя на гладкое лицо лиадийца и бесстрастные карие глаза. Возможно, тут есть шанс увеличить прибыль?

«Торговля – это изучение, – мысленно услышал он не раз говоренные слова дяди Пейтора. – Изучение товара и изучение рынка. Но как бы хорошо ты ни был готов, может случиться, что вчера приземлился корабль с тремя трюмами, набитыми тем, что ты везешь как предмет роскоши».

Но нет и такого закона, по которому почтенный покупатель бен-Флора не мог оказаться в этот портовый день с опасно малым запасом малинового целлошелка, решил Джетри. Он осторожно перевел дыхание – и принял решение.

– Конечно, – сказал он покупателю, бережно беря на руки образчик ткани, – я крайне огорчен тем, что мне приходится в данном случае прекращать переговоры. Кэс… Это щедро, уважаемый господин, но… увы! Мой старейшина будет огорчен: он очень тщательно инструктировал меня, что следует предложить всю партию вам первому и стараться идти навстречу… Но – один кэс, когда он говорил два? Я просто не могу… – Ему показалось, что он уловил какое-то мимолетное выражение на краю бесстрастного лица лиадийца, искорку в самой глубине карих глаз, и прикусил губу, надеясь, что не сорвал сделку.

– Но я бы решился предложить… – сказал он, голосом слишком похожим на писк, – …мой старейшина так высоко о вас отзывался… Согласились бы вы поднять цену до кэса и шести?

– А! – Плечи господина бин-Флоры зашевелились, и на этот раз Джетри был уверен, что это движение выражает веселье. – Пусть будет один кэс и шесть торов.

Он поклонился, и Джетри ответил поклоном – неловким из-за рулона, который продолжал прижимать к груди.

– Договорились, – сказал он.

– Отлично, – отозвался покупатель. – Положите ткань, юный господин. Вы были правы в отношении цвета. Удивительно чистый. Если бы ваш старейшина проинструктировал вас держать цену не ниже четырех кэсов, это действительно было бы испытанием.

Джетри выпучил глаза, но тут же постарался снова разгладить лицо, сделав его таким же спокойным и невыразительным, как у покупателя.

Он мог бы и не делать этого усилия. Лиадиец снял с пояса кошель и сосредоточенно отсчитывал монеты. Он положил их на торговую стойку и отступил, прихватив с собой рулон с образцом ткани.

– Доставку можно осуществить на наш склад в течение двенадцати часов. – Он поклонился – гибко и без труда, несмотря на рулон ткани. – Будьте здоровы, юный господин. Хорошей торговли, благополучного взлета.

Джетри изобразил свой лучший поклон, который вышел совсем не таким красивым, как у покупателя.

– Спасибо вам, уважаемый господин. Хорошей торговли и хорошей прибыли.

– Надеюсь, – сказал покупатель и ушел.


Честно говоря, ему следовало бы идти из Дома Текстиля сразу на «Рынок» и отдать себя в распоряжение капитана.

Но он, скажем так, в тот момент еще не был готов говорить с капитаном Изой Гобелин – по стечению обстоятельств, собственной матерью – по вопросу о запланированной для него перемене места. Или, скажем, он возвращался после своей первой самостоятельной сделки, и ему нужно было время для того, чтобы обдумать все происшедшее. Что он и делал с простопивом в руке в пабе «Заземление», на углу стойки, который он себе облюбовал.

Сейчас он теребил фрактин, медленно водил по нему пальцем: почти всю его жизнь это движение помогало ему думать. Пусть капитан неоднократно говорила ему, что он слишком взрослый для подобных глупостей. Бывают и более противные привычки, и его манера играть с фрактином никого особо не раздражала.

А подумать ему было о чем.

Он зажал гладкий кремовый квадрат в ладони и сделал глоток терпкого местного напитка.

Например, покупатель бин-Флора: это следовало обмозговать. Известно, что лиадийцам в высшей степени присущ дух конкуренции – и, по его опыту, нежелание делиться сведениями. У Джетри недавно сложилась теория, что отсутствие предложения информации проистекало не из-за того, что земляне назвали бы вредностью, а из вежливости. Если он истолковал записи правильно, то предположение, будто собеседник чего-то не знает, он может счесть оскорблением.

Эта теория делала импровизированную лекцию достопочтенного господина бин-Флоры относительно должной цены алого целлошелка… интересной.

Джетри понемногу пил пиво, размышляя, оскорбили его или нет. Вопрос непростой, поскольку, судя по его собственным наблюдениям и библиотечным записям, старшему было вполне естественно наставлять младшего. Он сделал еще глоток пива, рассеянно хмурясь на расписание рейсов над баром. Рейсы без указания ключей, показаны были только название корабля, отлет, прибытие – и больше никаких сведений. Джетри вздохнул. Если виа хорошо пойдет, он когда-нибудь сможет получать прямой доступ к торговым сетям, просто вставив свой ключ в терминал для специальной информации. Конечно, к этому времени он будет летать на «Золотоискателе», так что ключ Синдиката ему вообще будет ни к чему…

– Еще кружку, малыш?

Голос барменши вторгся в его размышления. Джетри отставил стакан, с удивлением заметив, что он почти опустел. Вытащив из кармана земную монету, он положил ее на стойку.

– Простопиво, пожалуйста.

– Сейчас, – отозвалась она, передвигая монету со стойки к себе на ладонь. Ее бледно-голубые глаза обратились к следующему посетителю, и она расплылась в улыбке. – Привет, Сирдж! Не видела тебя чуть ли не портовый год.

Темноволосый мужчина в скромном костюме купца оперся локтями о стойку и улыбнулся.

– Так давно? – Он покачал головой, превращая улыбку в ухмылку. – Забываю о времени, когда есть дела.

Она рассмеялась.

– И что тебе?

– Франсеский эль? – спросил он с робкой надеждой.

– Сейчас, – ответила она.

Он ухмыльнулся и положил ей на ладонь пятерку.

– Сдача тебе – за то, что спасла мне жизнь.

Барменша снова рассмеялась и двинулась вдоль барной стойки, собирая по пути заказы и монеты. Джетри допил остатки пива. Когда он поставил стакан, то поймал на себе вопросительный взгляд знакомого барменши – Сирджа.

– Не хочу лезть не в свое дело, но я заметил, что вы смотрели на расписание – довольно внимательно. Вы, случайно, с «Аистом» дел не ведете?

Джетри моргнул, а потом улыбнулся и покачал головой.

– Я думал… о другом, – ответил он с осмотрительной правдивостью. – На самом деле я расписания даже не видел.

– Человек, чьи мысли заняты делами, – добродушно заметил Сирдж. – Ну, я решил на всякий случай спросить. Моя мама говаривала: «В беде ищешь товарищей». Спасибо, Нэнс.

Последние слова были обращены к барменше, поставившей перед ним высокий стакан, наполненный темной жидкостью.

– Не за что, – заверила она его, ставя перед Джетри пивной стакан. – Простопиво, купец.

– Спасибо, – пробормотал он, пытаясь понять, смеется ли она над ним или действительно сочла достаточно взрослым, чтобы быть настоящим купцом.

Он поднял кружку и бросил взгляд на расписание кораблей. Там действительно оказался «Аист» и значилось, что он улетел, зарегистрировав уточненный план полета.

– Дико не повезло, – уныло сказал сидящий рядом с ним мужчина. – Не могу винить их за то, что они улетели, получив срочный груз и обещание премии в порту доставки, но если бы они только отложили взлет еще на четверть часа!

Джетри почувствовал укол нездорового любопытства.

– Они… вас бросили, сударь?

Мужчина рассмеялся.

– Боги! Нет, ничего подобного! Мне обещано место на «Альционе» Рингфельдера в конце следующей портовой недели. Нет, речь шла о вступлении в долю. Я уже половину документов оформил, а потом глянул на панель в Торговом баре и увидел, что они уже взлетают.

Он сделал хороший глоток эля.

– Конечно, они послали сообщение мне на квартиру, но я был не на квартире, а составлял бумаги, как мы договорились. – Он вздохнул. – Ну, что с корабля упало, то пропало, так? – Он протянул худую мозолистую руку. – Сирдж Милтон, свободный торговец, черт подери мое невезение.

Джетри пожал протянутую руку.

– Джетри Гобелин, с «Рынка Гобелина».

– Рад. «Рынок» – надежный корабль. Эрин по-прежнему старший купец?

Джетри моргнул. Поскольку маршруты бывали самыми разными, все еще находились те, кто не слышал известия о смерти Эрина Гобелина. Этот человек казался недостаточно старым, чтобы быть сверстником его отца, но…

– Старший – Пейтор, – ровным голосом сказал он Сирджу Милтону. – Эрин умер десять стандартных лет назад.

– Печально слышать, – серьезно ответил мужчина. – Я был еще подмастерьем, но он произвел на меня очень хорошее впечатление. – Он отпил эля, и взгляд его опять вернулся к расписанию полетов. – Проклятие, – произнес он не совсем себе под нос, а потом коротко хохотнул и посмотрел на Джетри. – Пусть это будет вам уроком: сохраняй ликвидность. Казалось бы, мне уже следовало это знать!

Новый смешок.

Джетри сделал глоток пива.

– Но, – спросил он, хоть это было совершенно не его дело, – что случилось?

Секунду казалось, будто его собеседник не станет отвечать: он пил эль и хмуро смотрел на расписание. Но потом он взял себя в руки и адресовал Джетри быструю улыбку.

– Стечение обстоятельств. Сначала мне предложили принять участие в покупке… фьючерсов. – Он пожал плечами. – Конкретнее не могу, сами понимаете. Но гарантировали четырехкратную прибыль. Квартира у меня оплачена, в Торговом баре есть кредит, так что я всю свою наличность вложил в срочную сделку.

Джетри нахмурился. Четырехкратная прибыль на спекуляции? Это было возможным – в архивах корабля были рассказы о поразительных состояниях, которые изредка приобретались в портах, – но маловероятным. Чтобы вложить все ликвидные средства в такое предприятие…

Сирдж Милтон поднял руку.

– Да, я знаю: вы думаете именно о том, о чем подумал я, когда мне это предложили: четырехкратная прибыль – это явно чересчур. Но все дело базируется на слове лиадийского мастера-купца, и я решил, что для меня этого достаточно.

Он допил эль и поставил стакан, жестом подзывая барменшу.

– Короче говоря, у меня плохо с наличностью до завтрашнего полудня, когда гарантировали выплату. А сегодня утром я наткнулся на сделку, лучше которой просто не бывает, – и знаю, кому именно она будет нужна, к моей выгоде. На все про все нужен кэс, а у меня в кармане десять монет. «Аист» собирался дать наличность и получить половину прибыли – условия вполне справедливые. Но плата за срочность и премиальные оказались притягательнее. – Он покачал головой. – Так что учитесь на моей ошибке, Джетри Гобелин. И надеюсь, что сам я сделаю то же.

– Четырехкратная прибыль! – сказал Джетри. Его мысли были настолько полны этой мыслью, что он забыл о том, что он – всего лишь подмастерье и разговаривает с полноправным купцом. – У вас есть бумага, где были бы прописаны гарантии?

– У меня есть нечто получше! – заявил Сирдж Милтон. – У меня есть его визитная карточка! – Он с улыбкой повернул голову к барменше. – Спасибо, Нэнс.

– Не за что, – отозвалась она. – У тебя есть карточка лиадийца? Правда? А можно мне посмотреть?

Мужчина замялся и огляделся.

– Такое выставлять на показ не принято.

– Ну ладно тебе, Сирдж! Я никогда такого не видела!

Джетри понимал ее любопытство: он и сам был взбудоражен. Карточка лиадийца равносильна его имени, а имя лиадийца, судя по записям прапракапитана Ларанса, – его самое дорогое достояние.

– Ну… – протянул Сирдж. Он еще раз осмотрелся, но остальные посетители, похоже, были поглощены собственными делами. – Ладно.

Он запустил руку в поясную сумку, извлек оттуда устаревший купеческий ключ Синдиката (согласно схеме на внутренней стороне его двери в каюте Джетри, цвет для СГ 1118 был красным, а сине-белый – прошлогодним краткосрочным цветом) вместе с горсткой монет и ключом для грузовых люков. Наконец, удовлетворенно хмыкнув, он зажал в пальцах плоский кремовый прямоугольник.

И повернул его лицом вверх между ними тремя, защищая ладонями, словно это был дорогой камень, который не следует показывать посторонним.

– О-о! – сказала Нэнс. – А что тут говорится?

Джетри щурился на буквы. Это было более причудливое написание лиадийского алфавита, чем то, которое он с таким трудом выучил по библиотечным записям, но все-таки оно поддавалось прочтению.

– Норн вен-Деелин, – сказал он, надеясь, что правильно угадал произношение имени. – Мастер-купец.

– Совершенно верно, – сказал Сирдж, кивая. – Не сомневаюсь, вы далеко пойдете, дружище Джетри! А вот здесь… – Он провел большим пальцем по изображению кролика в виде силуэта на фоне полной луны – знак его Клана. Иксин.

– О! – снова выдохнула Нэнс, а потом повернулась в ответ на оклик с другого конца стойки.

Сирдж сунул карточку обратно, а Джетри глотнул еще пива. Мысли его неслись стремительно. Четырехкратная прибыль, гарантированная мастером-купцом? Это было возможно. Джетри сегодня видел знак кролика и луны на посадочной барже. А Сирдж Милтон получит деньги завтра в полдень. Джетри решил, что видит возможность и самому получить прибыль.

– У меня есть кэс взаймы, – сказал он, отодвигая кружку.

Сирдж Милтон покачал головой.

– Не-а. Я это ценю, Джетри, но я ссуд не беру. Плохо для бизнеса.

Джетри вынужден был признать, что его дядя сказал бы то же самое. Он кивнул, надеясь, что по его лицу не видно, насколько он взволнован.

– Я понимаю. Но у вас есть обеспечение. Как насчет того, чтобы я купил ту часть вашей сделки, которую собирался выплатить «Аист» с выплатой завтра в полдень, когда вы получите деньги у мастера вен-Деелина?

– Я так дела делать не люблю, – медленно произнес Сирдж.

Джетри осторожно перевел дыхание.

– Мы могли бы написать соглашение, – предложил он.

Его собеседник оживился.

– А и правда могли бы! Пусть все будет законно и открыто. Конечно, почему бы и нет? – Он сделал глоток эля и ухмыльнулся. – Бумага у вас найдется?


– Нет, мэм, – говорил Джетри несколько часов спустя, стараясь, чтобы это прозвучало как можно вежливее, но отвечая на возмущенный взгляд своей матери не менее возмущенным взглядом. – Я ни в коей мере не пытаюсь управлять этим кораблем. Я просто хочу знать, подписан ли окончательный договор с «Золотоискателем». – Он чувствовал, как напряжены мышцы на его челюстях, и постарался их расслабить, придав лицу бесстрастность купца. – По-моему, корабль обязан дать мне эту информацию. Как минимум.

– Считаешь, что мы могли бы устроить тебя лучше, – предположила его матушка-капитан, и ее губы были сжаты в узкую нить недовольства. – Хорошо, юноша, я тебе отвечу. Нет, окончательный договор не подписан. Мы встретимся с «Золотоискателем» на пути отсюда к Кинавералу и тогда все оформим. – Она склонила голову, саркастически вежливо добавив: – Тебя это устраивает?

Джетри с трудом сдержал возмущение. На поверхности планеты настроение у его матери всегда было плохим. Он ненадолго задумался о том, как она выдержит на грязи целый год, пока «Рынок» будет в ремонте.

– Я не хочу летать на «Золотоискателе», – сказал он, проследив, чтобы его голос звучал исключительно нейтрально. Он вздохнул. – Прошу вас, мэм. Не может не быть еще какого-нибудь корабля, который был бы согласен меня взять.

Она сверлила его взглядом, пока он не услышал, как сердце гудит у него в ушах. Потом она тоже вздохнула и развернула свое кресло так, чтобы смотреть на экраны, повернувшись к Джетри боком.

– Хочешь другой корабль? – спросила она уже совершенно спокойно. – Так сам его и найди.

Загрузка...