Глава 4

Линда сидела перед туалетным столиком и с грустью смотрела на себя в зеркало. Южный загар уже сошел со щек, солнечного света здесь явно не хватало, а холод старого дома только подчеркивал ее бледность. Вздохнув, она слегка напудрилась и провела по щекам кисточкой с румянами.

Спускаться к ужину не очень-то хотелось, но нельзя было позволить себе второй раз пропустить вечернюю трапезу. Прошлым вечером у нее было хоть какое-то оправдание: в конце концов, она только что похоронила мужа! Но сегодня предполагалось, что она уже вошла в обычную колею и постарается быть молодцом…

Внезапная волна горя нахлынула на нее, и Линда крепко сжала губы. Боже мой, как ей не хватает Алана! В этом доме нет никого, с кем можно поделиться своими чувствами! Миссис Даркин, кажется, понимала ее лучше других, но, может быть, она просто проявляла внимание к невестке хозяев?

Линда надеялась, что Тони хоть как-то компенсирует ей отсутствие Алана, но он, похоже, быстро приспособился к изменившимся обстоятельствам. Например, сегодня она почти не видела сына: утром он ушел с Дейвидом, а после полудня сопровождал бабушку на прогулку с собаками. О, разумеется, Шарлотта Бакстер пригласила Линду присоединиться к ним, но та под благовидным предлогом отказалась.

Хотелось наконец побыть одной, и, уж во всяком случае, она не была обязана все послеполуденное время слушать, каким образцом совершенства является дядя Дейвид. Ей и так пришлось проявить интерес, слушая рассказ Тони о своем первом уроке верховой езды. Но когда малыш начал взахлеб описывать, какой супер-наездник его дядя и какая у него потрясающая лошадь, Линда отключилась. Она лишь надеялась, что у нее хватит сил вытерпеть это до конца.

Плеск воды напомнил Линде о том, что пора вытаскивать Тони из ванны. Он уже поужинал и, кажется, не возражал пораньше отойти ко сну. Она была довольна, что мальчик привыкает ложиться в постель в нормальное время. В Колумбии Тони часто спал днем, и потом его было очень трудно уложить вечером.

Отложив губную помаду, Линда поднялась и огладила черную шелковую комбинацию на бедрах. Она была без лифчика, и от холодного воздуха ее соски отвердели и провокационно натянули изнутри легкую ткань.

Единственный признак того, что хоть какая-то часть ее существа не омертвела. Со дня смерти мужа Линда чувствовала себя словно замороженной, исключая моменты, когда Дейвид действовал ей на нервы…

— Пора вылезать! — бодро сказала она, входя с улыбкой в ванную. Как и все в доме, оборудование здесь изрядно состарилось, и когтистые лапы ванны представляли немалую опасность для босых ног.

— Ой, уже?

Как все мальчишки, Тони обожал плескаться в воде, а миссис Даркин откопала для него игрушечную лодочку и пару резиновых утят, которыми когда-то играл Алан.

— Боюсь, что да, — объявила Линда, чувствуя, что покрывается гусиной кожей от влажного пара.

Она вытащила сына из воды, закутала в мохнатое полотенце и отнесла в спальню. Как ни странно, но там было теплее — из окон меньше дуло.

Кто-то постучал в дверь, и Линда, застегивая сыну пижаму, крикнула: «Войдите!», уверенная, что это миссис Даркин.

Но это была не миссис Даркин, это был Дейвид, и Тони поспешно сполз с колен матери.

— Ты пришел пожелать мне спокойной ночи?! — радостно воскликнул он, а Линда поспешно повернулась спиной к двери, в раздражении обхватив себя руками. — Ты можешь уложить меня спать, если хочешь. Папа всегда так делал!

— Тони! — сквозь зубы процедила Линда, но, поскольку мальчик не был, собственно, ни в чем виноват, сердито оглянулась на Дейвида через плечо. — Может быть, ты выйдешь и позволишь мне одеться? Или у меня не осталось уже никаких прав на личную жизнь? Вот не думала, что придется запирать дверь он непрошеных посетителей!

— Прости, я не думал, что ты не одета, — произнес Дейвид подчеркнуто ровным голосом. — Я пришел сказать тебе, что ужин готов. Или ты опять собираешься спрятаться здесь? Во всяком случае, сейчас уже половина восьмого.

— Неужели?!

Линда растерянно взглянула на часы. Теперь свекровь может подумать, что она нарочно решила опоздать к ужину!

— Может быть, я уложу Тони, пока ты оденешься? — предложил Дейвид, но Линда знала, что этого никак нельзя допустить.

Не говоря уже о том, что она просто стеснялась одеваться при нем, Дейвид мог растравить душу ребенку, создать впечатление, как будто они — одна семья… Нет-нет, ни в коем случае!

— Иди, я сейчас спущусь.

Слава Богу, все это время она сидела к нему спиной, и Дейвид мог увидеть только голые плечи и узкие бретельки на них. Не хватало еще, чтобы он заметил ее чувственно торчащие соски!

— Ну, что ж…

Скорчив унылую гримасу, Дейвид безропотно удалился, но когда за ним закрылась дверь, Линде снова пришлось выдержать атаку сына.

— Почему ты не любишь дядю Дейвида? — захныкал он. — Он хороший! Он мне очень нравится! Мы с ним говорили о папе… Он смешит меня!

— Замечательно. — Линда постаралась не выражать негативных эмоций. — Завтра увидишься со своим дядей. Но теперь — быстро спать! Бабушка ждет меня, а мы с тобой знаем, какая она бывает нетерпеливая.

Накануне Шарлотта выбранила внука за то, что он слишком долго обувался перед прогулкой: собаки якобы начали нервничать. Но Линда подозревала, что свекровь всегда была нетерпелива, когда дело касалось детей…

Тони без дальнейших споров юркнул под одеяло, и Линда, поцеловав его на ночь, осторожно закрыла дверь. Теперь надо было поторопиться, хотя меньше всего ей хотелось сейчас участвовать в семейной трапезе.

Выбор платья, как всегда, поставил Линду в тупик. Та немногая одежда, которую она захватила с собой, была слишком легкой: совсем забыла, как холодно в этом доме. Да и могла ли она думать об одежде, отправляясь на похороны Алана?! Как бы то ни было, приходилось выбирать между черным платьем, которое она надевала вчера, и темно-зеленой бархатной туникой. Но у туники, похоже, был коротковат подол. Какая досада, что она все-таки не настояла на своем и не съездила с Тони по магазинам! Что скажет Шарлотта, увидев, что ноги у нее открыты выше колен?!

Но черное платье нельзя было надеть, не почистив и не погладив, а у туники были, по крайней мере, длинные рукава. Ладно, сойдет и так! В конце концов, сегодня не будет гостей, чтобы обсуждать ее наряд.

Тем не менее, спускаясь по лестнице, Линда постоянно испытывала идиотское желание одернуть подол. Не имело значения, что на ней были плотные темные чулки, — все равно она чувствовала себя школьницей, трепещущей перед классной дамой…

В холле навстречу ей попалась Сьюзен, которая выходила из библиотеки с чопорным выражением на лице и с пустым подносом в руках. Увидев Линду, Сьюзен приветливо улыбнулась.

— Какое красивое платье! — воскликнула она, зная, что находится вне пределов слышимости миссис Бакстер. — Вас ждут, — махнула она рукой на дверь библиотеки. — Там мистер и миссис Пресбери. Мистер Пресбери — священник, вас, наверное, вчера с ним познакомили.

А она-то думала, что к ужину соберутся только члены семьи! Неужели Шарлотта Бакстер такая бесчувственная?! Неужели не понимает, что Линде нужно время, чтобы справиться с горем?

В этот момент появился Дейвид — можно было подумать, что он нарочно поджидал Линду, — и она испуганно вздрогнула. Что ему от меня надо? — в который раз подумала она. И почему я его так боюсь?! Ведь для этого нет ни малейших причин!

Несмотря на охватившую ее тревогу, Линда не могла не отметить, что темные цвета очень идут Дейвиду. В этот вечер он сменил кожаную куртку и джинсы на черный костюм, однако рубашка без воротничка указывала на то, что в выборе наряда его мать участия не принимала.

— Заходи и выпей чего-нибудь, — сказал он, пропуская ее в библиотеку. — Белого вина? Или твои вкусы изменились?

А ты бы, очевидно, этого хотел! — с внезапной злостью подумала Линда, но согласилась без возражений. Не было смысла выбирать что-нибудь покрепче: она и так ощущала легкое головокружение.

— Сегодня ты выглядишь отлично, дорогая! — воскликнул Тимоти Бакстер, когда его сын ввел Линду в библиотеку. — Ты ведь помнишь миссис Пресбери, не правда ли? Минна, вы знакомы с женой Алана?

— Боюсь, что нет.

Минна Пресбери улыбнулась и протянула мягкую руку. Лет сорока пяти, она была одной из тех женщин, которые разговаривают с отсутствующим и постным выражением лица — результат частых посещений общественных мероприятий, на которых царит непроходимая скука.

— Я как раз думала о том, — Шарлотта Бакстер благодарно улыбнулась священнику, — с каким тактом Джеймс провел вчерашнюю службу. Уверена, все согласятся: несмотря на то, что повод был очень печальным, его слова звучали поистине утешительно. Это так важно над свежей могилой! Не правда ли, Линда, моя дорогая?

— О… да, конечно.

На самом деле, Линда вряд ли смогла бы припомнить хоть что-нибудь из заупокойной службы. С того момента, как гроб внесли в деревенскую церковь, она перестала воспринимать окружающее. Все вокруг казалось каким-то нереальным: она не могла поверить, что тело любимого человека находится в этом деревянном ящике.

— Мне особенно нравится это место из «Послания к коринфянам», — как ни в чем не бывало, продолжала ее свекровь. — «Теперь мы видим сквозь стекло, смутно; но потом, лицом к лицу…»

— Прекрасно, — согласился мистер Пресбери, кивая. — И вы произнесли это с большим чувством, Шарлотта. Мне стыдно за свои жалкие усилия, право же.

— Ах, что вы! — пылко воскликнула миссис Бакстер. — Сам епископ не провел бы эту службу лучше! Неудивительно, что каждое воскресенье, вы собираете столь обильную паству.

— Вы очень добры, милая леди, очень добры, — пробормотал священнослужитель.

Линда заметила, как Дейвид, вручив ей бокал вина, скорчил кислую физиономию.

— Боюсь, наша церковь стояла бы пустой, если бы его преподобие не льстил бесстыдно всем местным женщинам, — вполголоса, так чтобы слышала только Линда, заметил он. — Этот человек — настоящая пиявка! Он делает все, чтобы увеличить свое жалованье.

Линда не находила заявление Дейвида особенно забавным, но не смогла удержать предательской улыбки.

— Уверена, что ты преувеличиваешь, — прошептала она, поглядывая с некоторой опаской в сторону священника, и покраснела, встретив понимающий взгляд Тимоти. — В любом случае, мне трудно что-либо сказать. Ведь я была в церкви святой Троицы только один раз.

— Можешь поверить мне на слово, — пробормотал Дейвид, продолжая испытующе оглядывать окружающих. — А как Тони? Быстро успокоился? Он мне показался очень усталым сегодня.

У Линды не было ни малейшего желания говорить с ним о сыне, и она бросила умоляющий взгляд на Тимоти. Но свекор не мог ей помочь: он был занят беседой с Минной Пресбери.

— Тони уснул, — небрежно ответила Линда и поспешила перевести разговор на другую тему. — Скажи, пожалуйста, здесь есть машина, которую я могла бы завтра позаимствовать?

Дейвид поднял брови.

— Машина?

Его удивление вывело Линду из себя.

— Да, машина. Знаешь, это такой четырехколесный экипаж с мотором и рулем! — ядовито пояснила она. — Мне нужно в Сандерленд. Что в этом особенного?

— Ах, да! Ты же собиралась за покупками! — вспомнил Дейвид. — Прости, что нарушил твои планы, но я решил, что мальчику будет гораздо полезнее покататься верхом и посмотреть окрестности. В конце концов, это его наследство! Он должен чувствовать, что находится у себя дома.

— Согласна, — ответила Линда, стараясь говорить хладнокровно. — Это наследство его отца, но не забывай, что у Тони есть еще и мать. А я родилась в Лондоне и надеюсь, что он так же будет чувствовать себя дома на улицах и площадях Фулхэма.

Лицо Дейвида посуровело.

— У этого мальчика со дня рождения не было настоящего дома! — отрезал он. — «Эбби-Грэйндж» — его родовое поместье, здесь его корни! Уж не хочешь ли ты сказать, что обнаружила корни в тех приютах, где тебя воспитывали?

Линда задохнулась от возмущения.

— Да как ты смеешь?!

— Нет, как ты смеешь! — парировал Дейвид с тем же чувством. — Забудь об этом, Линда! Он останется здесь. Не заставляй меня говорить лишнее…

Появление Сьюзен с сообщением о том, что ужин подан, немного разрядило обстановку, но Линда никак не могла успокоиться. Ее так трясло, что она не смогла поставить бокал на поднос. Тимоти пришел ей на помощь и взял бокал.

— Пойдем, — сказал он. — Обопрись о мою руку. Сегодня на ужин, кажется, ростбиф. Мое любимое блюдо.

Линда была очень благодарна Тимоти за тактичность, с которой он оставил Минну Пресбери на попечение Дейвида. Шарлотта Бакстер и священник давно уже образовали прекрасную пару, а Тимоти, безусловно, был единственным из присутствующих, с кем Линде хотелось бы иметь дело.

Впрочем, когда все сели за стол и Дейвид, к ее облегчению, оказался от нее достаточно далеко, его отец заговорил о внуке так, будто вопрос о месте его проживания решен раз и навсегда.

— Дейвид сказал, что Тони — прирожденный наездник, — заметил Тимоти, когда Сьюзен подала клубничный мусс. — Надо будет купить ему собственного пони. Линда, милая, ты когда-нибудь училась ездить верхом?

На пособие социальной службы, что ли? Линда подавила готовую сорваться с губ резкость и покачала головой. Разве Тимоти не знает, что ее детство было совсем не таким, как у Алана?!

— Тогда тебе надо учиться, — настаивал свекор. — Ничто не сравнится с видом холмов и долин, открывающимся с седла! Рано утром, когда комья земли летят из-под копыт… Поверь, дорогая, это прекрасно!

Линда упрямо прикусила губу.

— Вы, очевидно, имеете в виду охоту? Тимоти пожал плечами.

— В том числе и охоту.

— Тогда… — секунду она колебалась, но уже не могла остановиться. — Я должна сказать вам, что не одобряю охоту на животных! И никогда не приму в ней участия!

Тимоти улыбнулся.

— Зачем же так горячиться, дорогая? Никто не собирается тебя заставлять! Разве ты не знаешь, что Дейвид придерживается аналогичных взглядов? А ведь его учили охотиться с самых юных лет.

Линда тут же пожалела о своей вспыльчивости, но решила не отступать.

— В любом случае, — сказала она, — у меня просто не будет времени принять ваше предложение. Когда… как только истечет приличествующее трауру время, я перееду в Лондон! Уверена, там мне будет легче найти работу, а Тони уже достаточно подрос, чтобы пойти в детский сад.

— Вы сказали «детский сад», миссис Бакстер, я не ослышалась? — Минна Пресбери, явно устав от тщетных попыток вовлечь Дейвида в беседу, наклонилась к ней через стол. — Неужели вы решитесь отдать своего малыша в казенное заведение?! При нашей церкви существует отличная дошкольная группа, и как раз сейчас они набирают новичков!

— Линда еще не решила окончательно, — быстро вмешался Тимоти, и Линда поняла, что он говорит столько же в ее интересах, сколько и в своих. — Возможно, проще будет взять Тони няню. Но все равно, спасибо за сведения, Минна. Мы их, разумеется, учтем.

Минна рассеянно улыбнулась и вернулась к своему муссу. Поскольку спорить не хотелось, Линда сделала то же самое, хотя еда показалась ей безвкусной, как опилки.

К тому времени, когда был подан ростбиф, беседа зашла об Австралии, и Дейвида попросили рассказать о своем путешествии. Некоторое время он занимал гостей, обнаружив острую наблюдательность и незаурядное чувство юмора. Линда вспомнила, что именно это привлекло ее внимание более пяти лет назад. Тогда она была так польщена его явным интересом к ней, что ни на секунду не задумалась об опасности…

Ужин завершился шоколадным тортом — блюдом, вызвавшим со стороны миссис Пресбери бурные протесты. Однако Линда заметила, что, несмотря на это, леди ухитрилась слопать два куска и даже перепачкалась кремом.

Сама она отказалась от десерта, а до того отставила и ростбиф и йоркширский пудинг. Тимоти она заверила, что ест только овощи. На самом же деле, вспомнив события пятилетней давности, Линда как будто приоткрыла запретную дверь, и оттуда вырвался вихрь чувств и переживаний, которым ни в коем случае нельзя было поддаваться! Могла ли она думать о еде?!

После ужина все перешли из тесной и мрачной столовой в гораздо более просторную и светлую гостиную. Тот, кто построил «Эбби-Грэйндж» много лет назад, питал явное пристрастие к тяжелым деревянным панелям — они-то и создавали в доме мрачную атмосферу.

Гостиная была совсем другая. Здесь не было панелей, а на стенах красовались рельефные обои цвета старого бургундского, хорошо гармонировавшие с тяжелыми диванами и мягкими креслами. Пылающие в камине дрова излучали тепло, и Линда, чувствуя, как по телу пробегает озноб, придвинулась к огню, насколько было возможно. На Дейвида она старалась не смотреть, но время от времени ловила на себе его пристальный взгляд.

Сьюзен принесла поднос с кофе и поставила его на низенький столик около хозяйки.

— Миссис Даркин сказала: если захочете еще — позвоните, — объявила она, ободряюще улыбнулась Линде и вышла.

— Эта женщина слишком фамильярна! — воскликнула Шарлотта Бакстер, когда дверь за Сьюзен закрылась. — Линда, ты не должна позволять слугам подобные вольности! И потом — как она говорит?! «Захочете»! Нет, меня она решительно не устраивает! Я бы предпочла молодую, достаточно образованную девушку, если бы ее можно было найти. Замужние женщины слишком безразлично относятся к своим обязанностям.

— Я вас понимаю… — начала было миссис Пресбери, но Линда не могла оставить замечание свекрови без возражений.

— А я нахожу Сьюзен очаровательной! — перебила она. — И она очень добра к Тони. Когда у женщины есть собственные дети, она гораздо лучше понимает чужих! Девушки, которые служили у нас в Боготе, больше думали о своей внешности, чем о работе.

Шарлотта смерила ее надменным взглядом.

— Не знаю, что у вас там делалось в Боготе, — заявила она, намекая на то, что ее туда ни разу не пригласили, и Линда сомневалась, известно ли свекрови, что это было решение Алана, а не ее. — И вообще, ты эту женщину едва успела узнать за несколько дней! Как ты можешь о ней судить?

— Это верно, но…

— Если бы ты лучше знала мою мать, то понимала бы, что она генетически неспособна похвалить чужую работу, — хладнокровно перебил ее Дейвид. — Всем известно, что Сьюзен безупречно выполняет свои обязанности. Но если она рассчитывает на прибавку к жалованью, то напрасно.

Все рассмеялись, и даже Шарлотта снизошла до улыбки.

— Откуда тебе знать?! — воскликнула она. — Ты же здесь совсем не бываешь! Я всегда говорила, что, когда Алан женился на Линде, я сразу потеряла обоих моих сыновей.

На этот раз Тимоти Бакстер не выдержал.

— Ты не потеряла сына, когда Алан женился на Линде! — довольно резко возразил он. — Наоборот, ты приобрела дочь, а потом и внука. Ты ведь не будешь отрицать, что Тони — настоящий Бакстер, до мозга костей!

Линда наклонила голову, пытаясь сдержать подступившие слезы. Она всегда знала, что Шарлотта и Дейвид, как хищники, только и ждут, когда она ошибется, чтобы напасть на нее. Лишь отцу Алана, похоже, есть дело до того, как она себя чувствует. Но в том, что касается Тони, они с Тимоти не могут понять друг друга…

К счастью, в этот момент в разговор вступил Джеймс Пресбери с рассуждениями о высоких материях, и Линда поняла, что до сих пор он чувствовал себя заброшенным. Она уже сообразила, что его преподобие любит быть в центре внимания и, наверное, находит все разговоры о семье и слугах чрезвычайно скучными.

Минна Пресбери тем временем передавала присутствующим чашки с кофе, и Линда поспешила выпить свою. Поставив пустую чашку на поднос, она встала и выдавила из себя вежливую улыбку.

— Если не возражаете, я вас покину. Прошу извинить, но я очень устала.

Трое мужчин были вынуждены тоже встать, и все это вызвало раздражение Шарлотты.

— Но ведь еще совсем рано! — воскликнула она, и как раз в это время дедушкины часы в холле отбили полчаса. — Всего половина десятого, Линда! Ты, кажется, сегодня хорошо выспалась!

— Прошу прощения, но…

— Мама, я провожу Линду в ее комнату, — мягко вмешался Дейвид. — Хочу поговорить об уроках верховой езды для Тони. Думаю, что наше присутствие не обязательно: для бриджа ведь достаточно четверых.

Гости заметно оживились.

— В самом деле, вы должны дать нам отыграться, Шарлотта! — весело воскликнул Джеймс Пресбери, а затем, специально для Линды, добавил: — На самом деле, мы, конечно, играем только ради острых ощущений.

Линда взглянула на Дейвида. Почему это он вдруг решил помочь ей? Наверняка что-то замышляет… Как все хищники, Дейвид двигался к своей цели медленно, но неотвратимо. От насмешливого вызова в его глазах ей стало не по себе.

— Не возражаешь? — спросил он, но Линда понимала, что эта фраза была пустой формальностью.

Дейвид знал, что она беззащитна перед ним!

Пауза затягивалась, и Линда заметила, что Тимоти Бакстер удивленно смотрит на них. Но откуда он мог знать об их истинных чувствах друг к другу?! Тимоти считал, что Линда и Дейвид едва знакомы: родственники по браку, только и всего, и отношения их безличны и поверхностны…

— Что ж, пошли, — произнесла она наконец, стараясь говорить равнодушно, чтобы не встревожить родителей Дейвида. — Только боюсь, что от меня сейчас мало толку. Я прямо засыпаю на ходу.

— Посмотрим, — ласково сказал Дейвид и, к пущему раздражению Линды, взял ее под руку. Сквозь мягкую ткань она ощутила властное прикосновение его пальцев. Он специально демонстрировал ей свою силу! И она его за это презирала…

Загрузка...