Глава III. С утра пораньше

– Да, история, – почесал в затылке Никита, когда Гошка рассказал ему все во всех подробностях. – Ну и что будем делать?

– Для начала предлагаю пойти к дому, где аптека, и поглядеть, как там и что.

– Предположим, этот дядька и вправду там живет, но как мы его узнаем, если он переоденется?

– По машине! У него красная «Шкода». И номер известен.

– А если машины там нет? Надо было вчера туда нестись, по горячим следам, как говорится, а ты…

– Да, я маху дал… Устал просто…

– Нет, не в этом дело, просто ты расслабился оттого, что эти преступники не спешат. Они наметили убийство на середину сентября. Эх, Гошка! До чего же интересное дело! И мы просто обязаны его расследовать! Обязаны! Иначе грош нам цена!

– Плохо только, что мы не знаем, кто же жертва.

– Да это как раз не самое интересное!

– То есть как? – опешил Гошка.

– Мы должны выяснить для начала, кто заказчик, узнать о нем как можно больше, а там уж… Кстати, этот тип на красной «Шкоде» – киллер или заказчик?

– А я почем знаю?

– А Ксюха сможет его узнать?

– Только по голосу.

– Ладно, не будем время терять, пошли поглядим.

Они побежали к дому, где помещалась аптека. Зашли во двор. И сразу же увидели красную «Шкоду».

– Ага, вот она! – обрадовался Гошка. – Неужели так повезло и он живет совсем близко?

– Никакого особенного везения тут нет. Все естественно: он назначил встречу недалеко от своего дома. Однако это непрофессионально и даже глупо.

– Так, может, он вообще дурак?

– Хорошо бы.

– Сейчас самое главное – дать возможность Ксюхе услышать его голос. Но как это сделать? Неизвестно ведь, когда он из дома выйдет… А долго на такой жаре не проторчишь.

– Был бы у нас диктофон, могли бы записать голос…

– Нет, Никитка, не выйдет…

– Тогда… Тогда… Есть у меня одна идея!

– Ну?

– Ты сейчас позвони Ксюхе, пусть подваливает сюда, а я пока придумаю, как его из дома вызвать.

– А если не получится?

– Все прекрасненько получится. Иди звони ей!

Гошка пожал плечами, но все-таки побежал к автомату. Ксюша пообещала прийти немедленно. Гошка вернулся к Никите.

– Придумал?

– Конечно, только надо дождаться Ксюху.

– А что делать-то?

– Ей? Спрятаться вот тут в кустах и слушать голос. Тебе надо наблюдать за подъездом… Понимаешь, я сделаю так, чтобы сработала сигнализация. На самый худой конец он выглянет в окно или выбежит на балкон, и мы хотя бы узнаем, на каком этаже он живет. А в лучшем случае он выскочит проверить, что с его машиной, и тут я попробую с ним заговорить.

– Отлично! – обрадовался Гошка. – Соображаешь!

– Ты, Гошка, пока встречай Ксюху, дай ей все инструкции, и вообще надо держаться врозь, на всякий случай.

Гошка бросился выполнять поручение двоюродного брата, который не обманул его ожиданий. А вот и Ксюха несется.

– Привет, Гошка! Ну что?

Гошка объяснил, что от нее требуется. Ксюша шмыгнула во двор и тут же скрылась в кустах, возле которых была припаркована красная «Шкода». Сам же Гошка занял позицию с другой стороны двора, чтобы видеть окна и балконы. А Никита подбежал к машине со стороны кустов, и машина вдруг пронзительно завыла. У Гошки от напряжения даже глаза заболели. Ага, вот он! В окне третьего этажа вдруг показалась мужская голова. И тут же скрылась. Никита – просто гений! Не прошло и минуты, как из подъезда выскочил мужчина в одних шортах, без рубашки, и кинулся к машине. И тут же заметил Никиту.

– Это ты, чертов сын, тут хулиганишь? – заорал он, хватая Никиту за рукав.

– Да вы что, дяденька? Я, наоборот, ждал вас, чтобы сказать… Тут какие-то здоровые парни хотели взломать машину, а я их спугнул!

– Ну, положим, спугнула их сигнализация! Знаю я вашего брата, вы так бабки заколачиваете! Не было никаких парней, а ты пошел вон, со мной эти номера не проходят! – И он наподдал Никите коленом под зад. А сам обошел машину и вернулся в подъезд. Но этого для друзей было достаточно!

Едва мужчина скрылся, как Гошка бросился вслед за Никитой и они остановились в ожидании Ксюши. А вот и она.

– Ну что?

– Это заказчик!

– Ты уверена? – спросил Никита.

– Уверена! На все сто!

– Ну что ж, для начала не так уж плохо, мы знаем, где живет заказчик, на каком этаже, какая у него машина. Я бы сказал, результат просто шикарный!

– Шикарный, да, – кивнула Ксюша, – а что нам дальше делать?

– Следить за ним! Что же еще? – фыркнул Никита.

– И как ты предлагаешь следить за человеком на машине? – не без яда осведомилась Ксюша.

– Да, это вопрос… – согласился Гошка. – И вообще, ничего хорошего…

– То есть? – насторожился Никита.

– Если бы это был киллер, мы могли бы следить за ним, ведь ему поручено убить какую-то женщину, – рассуждал Гошка, – а чтобы ее убить, надо выяснить, где она живет, когда бывает дома и все такое. Вот это было бы дело, а на кой нам нужен этот заказчик? Был бы это киллер, мы бы, глядишь, еще какое-нибудь убийство предотвратили.

– Знаешь, Гошка, настоящие сыщики не выбирают, за кем следить! А следят за тем, кто попадается! – сказала вдруг Ксюша. – Все-таки мы можем кое-что выяснить. Ну, к примеру, кто он такой, с кем живет, есть ли у него дети, собака…

– Какое нам дело до его собаки? – воскликнул Никита.

– Если у него есть собака, считай, нам действительно повезло! – закричал Гошка. – С собачником познакомиться – раз плюнуть!

– Это если у тебя у самого собака есть, тогда да. А без собаки… Тоже, конечно, можно, только не так естественно будет выглядеть.

– У Тягомотины есть собака! – сообразила Ксюша. – Она уже все знает, возьмем у нее собаку…

– Во-первых, она не даст, – остудил ее пыл Гошка, – а во-вторых, она совсем даже не дура, сама справится.

– Да от ее занудства он через пять минут сбежит!

– Ну, это вряд ли, она так умеет в человека впиявиться! – засмеялся Гошка, припоминая свой вчерашний разговор с Розой.

– Слушайте, у вас, по-моему, крыши съехали, – прервал их Никита. – А может, у мужика нет никакой собаки! И даже скорее всего!

Гошка с Ксюшей переглянулись и покатились со смеху.

– А ведь верно, – сквозь смех проговорила Ксюша, – скорее всего, нет у него собаки, а мы…

– Ладно тебе, – поморщился Никита, – есть собака, нет собаки, все равно следить за ним надо. А для этого, насколько я разбираюсь в детективах, надо составить график…

– Какой еще график? – удивилась Ксюша.

– График дежурств. Допустим, каждый следит по два часа…

– Никита, какой смысл? – перебил двоюродного брата Гошка. – Он же на машине. Лучше под каким-нибудь предлогом познакомиться с ним, втереться в доверие, а торчать у подъезда в такую жару – просто глупость. Ой, смотрите, он идет! Никита, прячься! – охрипшим от волнения голосом заорал Гошка.

Никита юркнул за закрытую фруктовую палатку. Действительно, к ним приближался хозяин красной «Шкоды», только теперь на нем были светлые брюки и рубашка цвета хаки. И на поводке он вел французского бульдога.

– Здорово, – шепнула Ксюша и вдруг шагнула навстречу мужчине. – Извините, это у вас английский бульдог? – с ласковой улыбкой спросила девочка.

– Нет, ошибаешься, – улыбнулся в ответ мужчина, – французский.

– Да? Какой он симпатичный! А как его зовут?

– Ларри!

– А погладить его можно?

– Нет, он этого не любит! Идем, Ларри!

Ксюша не стала больше приставать с вопросами, а Гошка, до этого скромно стоявший в сторонке, двинулся за ним. Когда они скрылись из виду, к Ксюше подбежал Никита.

– Все-таки есть у него собака, и думаю: это наш единственный шанс!

– Посмотрим, – ответила Ксюша.

– Только ты зря с ним заговорила.

– Почему это?

– Засветилась. Теперь он тебя запомнит, и следить за ним будет труднее.

– Можно подумать, ты не засветился! – хмыкнула Ксюша.

– Засветился, факт, – вздохнул Никита. – Надо надеяться, Гошка будет умнее. Слушай, а что мы тут торчим посреди улицы?

– Правда… Пошли потихоньку, может, увидим Гошку. Скорее всего, он в сквере собачку выгуливает.

Но в сквере они никого не увидели – ни мужчины с французским бульдогом, ни Гошки.

– Интересно, куда ж они пошли? – растерялась Ксюша.

– Давай все-таки тут подождем. Гоша сообразит, где мы.

Они сели на ту самую скамейку, за которой пряталась Ксюша.

– И как они тебя не заметили? – удивился Никита.

– Так я тихо сидела, даже дышать боялась. Им не до меня было.

– Идиоты, такое дело затевать и не проверить, все ли чисто…

Они просидели минут двадцать, но Гошка так и не появился.

– Фу, не могу больше, жарко! – простонал Никита.

– Да, просто ужас… Знаешь что, пошли ко мне! – предложила Ксюша. – Гошка догадается позвонить, если что…

– Ладно, – сразу согласился Никита, – пошли.

– Ксеня, где тебя носит? – проворчала бабушка. – А это кто?

– Бабушка, познакомься, это Никита, он двоюродный брат Гошки. А это моя бабушка, Агния Васильевна.

– Очень приятно, – благовоспитанно произнес Никита.

– А Гошка-то где?

– Потерялся!

– То есть как потерялся? – встревожилась Агния Васильевна.

– Да мы гуляли, а он… побежал за какой-то собакой… – стала на ходу сочинять Ксюша.

– Побежал за собакой и потерялся? – недоверчиво переспросила бабушка. – Извини, но это чушь… Такое может случиться с трехлетним ребенком, а Гошке уже тринадцать… Что-то вы темните, ребята! А ну, выкладывайте, в чем дело! Сию же минуту!

Но тут в дверь кто-то позвонил. Это был Гошка, собственной персоной! Растрепанный, весь в пыли, со сверкающими глазами.

– Здрасте, Агния Васильевна! Привет!

– Явился, но запылился! – усмехнулась Агния Васильевна. – И здорово запылился. Что все это значит? У тебя такой вид, будто ты…

– Гошка, иди скорее в ванную, – пришла на помощь Ксюша, – а то у тебя еще тот вид!

Он поблагодарил ее взглядом и юркнул в ванную, Ксюша за ним.

– Моя бабушка все сечет с полуслова! – шепотом предупредила она. – Поэтому молчи!

– Ксюха, я такое узнал…

– Потом, потом… Вот тебе полотенце…

– Слушай, я лучше дома помоюсь, айда ко мне, поговорить надо!

– Если мы сейчас уйдем, бабушка потом из меня все жилы вытянет! Минут через двадцать она сама уйдет, ей надо в поликлинику на процедуры… – И Ксюша выскочила из ванной.

Агния Васильевна тем временем поила Никиту черносмородиновым морсом.

– Ну что там? – спросила она у Ксюши. – Посекретничали?

– Да что ты, бабушка, какие секреты! Показала ему, какое мыло взять, полотенце…

– Ну-ну, – покачала головой бабушка. – Ладно, надеюсь, вы не связались с дурной компанией…

– Связались, бабуля, связались! Да еще с какой! Сплошные убийцы и наркоманы! Но такие клевые ребята! Особенно главный, Костя Мухомор! Качок, весь в наколках, красавец, все девчонки по нему сохнут!

«Что она несет?» – испугался Никита, который совсем не знал Ксюшу.

– Не надо так шутить, – поморщилась бабушка. – Глупые вы еще, не понимаете, как мы, взрослые, за вас боимся. Вот будут у вас свои дети…

– Я своим детям буду доверять! – заявила Ксюша.

– Знаешь, Ксеня, если бы тебе не доверяли, то у тебя был бы совсем другой образ жизни. Но смотри, не злоупотребляй нашим доверием.

– Бабуль, ну ты что?

Тут появился Гошка, умытый и причесанный.

– Георгий, хочешь морсу? – спросила бабушка.

– Очень хочу! Просто жутко! Спасибо!

– Ладно, Ксеня, я пойду, а ты тут напои мальчиков. Проголодаетесь, можешь сделать яичницу.

Едва за Агнией Васильевной закрылась входная дверь, как Никита и Ксюша в один голос воскликнули:

– Ну что?

– Мне бы кто рассказал, я бы решил, что так не бывает!

– Как? – опять в один голос спросили Никита с Ксюшей.

– Какая-то немыслимая пруха!

– Гошка, кончай придуриваться! – рассердился Никита. – Говори нормально, в чем дело!

– Он ходил к метро и там звонил из автомата, а я не только все слышал, но и сумел подглядеть, какой он номер набрал!

– И как тебе удалось? – недоверчиво осведомился Никита. – Я еще понимаю – подслушать…

– Там автомат кнопочный… а у меня зрение – дай бог всякому. Орлиное! Вот я и углядел, на какие кнопки этот тип нажимал. Я потом проверил, все точно.

– Что ты проверил? Как?

– Гошка, говори все по порядку, а ты, Никита, не сбивай его! – потребовала Ксюша.

– Ладно, – кивнул Гошка, – слушайте! Иду я за ним и не пойму никак, почему он собачку в сквер не повел, значит, какое-то дело у него… Смотрю, он прямиком к автомату идет, а там какая-то девчонка разговаривает. А он на часы все глядь да глядь, однако девчонку не гонит. Наконец она сама трубку повесила и ушла. А я, пока он ждал, в сторонке пристроился, но так, чтобы видеть… Ну, он набрал номер, я его запомнил, слышу, он говорит: «Можно попросить Ивана Егоровича? Иван, это я. Все в порядке. Я вчера с ним виделся, все передал. Он слегка удивился, что отправка только на конец сентября назначена, но обещал присмотреться».

– Отправка? – спросила Ксюша. – Какая отправка?

– На тот свет, – хладнокровно пояснил Никита.

– Ой, мамочки!

– Гошка, а дальше что?

– Дальше? Да, в общем-то, ничего. Они еще поговорили про какую-то Ирину, но я ничего не понял. Скорее всего, это их общая знакомая.

– Но к нашему делу она имеет отношение? – быстро спросил Никита.

– Почем я знаю? Но мне показалось, что нет. Ксюха, плесни еще морсику.

Ксюша достала из холодильника кастрюлю с морсом.

– Гош, а ты сказал, что проверил… – начала она.

– Да, да, – подхватил Никита.

– Я пошел за ним, он вернулся в свой двор, чуточку с псинкой погулял там, псинка, кстати, здорово симпатичная, и пошел домой. А я к первому же автомату кинулся и позвонил по тому же номеру. Там тетка какая-то ответила. Я попросил к телефону Ивана Егоровича. Она сказала, что он уже ушел. Вот и все.

– А что, не хило! – заметил Никита. – Похоже, настоящий заказчик именно этот Иван Егорович, а Усатый – просто посредник. Ну и ну, целая цепочка… Кстати, я слыхал, теперь есть такая служба, которая по номеру телефона может дать адрес… Надо разузнать, как туда обратиться.

– Правда? – оживился Гошка. – Вот было бы здорово! Тогда бы мы разузнали все об Иване Егоровиче…

– Да ну, чихня все это! – фыркнула Ксюша. – А Иван Егорович еще позвонит какому-нибудь Петру Петровичу, а тот – Сергею Сергеевичу, а мы всеми будем заниматься? Нам главное – старушку найти и предупредить. У них, может, целый синдикат преступников, нам с ними не справиться.

– И что ты предлагаешь? – полюбопытствовал Никита.

– Пока надо как можно больше разузнать о хозяине Ларри. Он тут, под боком. За ним следить не так сложно. Мы ведь даже знаем, куда он ходит звонить… А разбрасываться мы не можем. Нас ведь всего трое, да и Никита не здесь живет…

– А я не согласен! – закричал Гошка. – Если мы будем разбрасываться, то вообще ничего не узнаем! А Усатый вряд ли все время будет этим делом заниматься. Поэтому для нас главный объект – Иван Егорович! Все говорит о том, что это именно он заказал старушку! И вывести на нее нас может именно он. Или уж киллер, которого мы не знаем, где искать. По-моему, мы должны действовать так, и только так! Всех мы не спасем все равно, а одну старушку – можем.

– Должны! – поддержала его Ксюша.

– Значит, наша первоочередная задача – по номеру телефона раздобыть адрес! – как ни в чем не бывало заметил Никита. – Это я возьму на себя, согласны?

– Валяй!

Они еще поговорили, а потом Никита собрался домой. Мальчики простились с Ксюшей и вышли во двор.

– Только ты поскорее, ладно? – сказал Гошка двоюродному брату. – Нельзя время терять.

– Сам понимаю, – буркнул Никита, – все, я пошел! Пока. Будем держать связь!

А Гошка не спешил домой. Ему безумно хотелось еще разок взглянуть на ту девчонку, Сашу… Он минут двадцать проторчал во дворе, но напрасно. Саша не появилась. «Ну и фиг с ней», – решил Гошка. Он уже потянул за ручку двери, как вдруг услышал за спиной незнакомый голос:

– Ой, подожди, не закрывай!

Он оглянулся. К подъезду спешила девчонка с большой и, видимо, тяжелой сумкой. Та самая, которую в прошлый раз ждала Саша. Теперь он знал – это ее младшая сестра! Он придержал тяжелую дверь.

– Спасибо! – улыбнулась она. – Фу, жарко!

– Помочь? – радостно предложил Гошка.

И, не дождавшись ответа, взял у девчонки из рук сумку, донес до лифта.

– Ты тут живешь? – спросила девчонка.

– Ага.

– И я тоже! Меня Машей звать. А тебя?

– Гошей.

– Гошей? Это Георгий, да?

Но тут подошел лифт, и Гошка внес сумку в кабину.

– Тебе на какой этаж?

– На десятый. А тебе?

– На пятый, но я тебя довезу, дотащу сумку до квартиры.

– Здорово! – просияла Маша. – А ты в какой школе учишься? В красной, за углом?

– Да. А ты?

– Теперь тоже буду там учиться. Мы только недавно сюда переехали!

Гошка донес сумку до квартиры, помедлил мгновение, но, увидев, что Маша достала из кармана сумки ключи, отступил к лифту.

– Ладно, пока!

– Спасибо, Гоша! Может, зайдешь?

– Да нет, мне домой надо, – смутился вдруг он. – Еще увидимся!

– А ты, кажется, клевый парень! – заметила Маша и отперла дверь.

Гошка залился краской и вошел в лифт. «Все отлично!» – решил он. С младшей сестрой он уже, можно сказать, подружился, а всего только помог ей сумку донести. Но зато она наверняка расскажет Саше про клевого парня Гошку, который живет с ними в одном подъезде.

А Маша тем временем выкладывала из сумки продукты в холодильник и громко пела: «Ах, Гоша, Гоша, Гошенька, какой же ты хорошенький, какой же ты заботливый, какой ты молодец!»

За этим занятием ее и застала старшая сестра.

– Манька, что ты орешь? Какой Гошенька? Что-то я такой песни не знаю!

– Правильно, не знаешь! Я ее только что сочинила! Скажешь, плохая рифма «Гошенька – хорошенький»?

– Бывает лучше! А кто такой этот Гошенька?

– Ой, Сашка, я с таким парнем познакомилась, отпад! Живет в нашем подъезде на пятом этаже и учится в красной школе! Его зовут Гоша!

– А, я знаю… Соседка, тетя Лена, говорила, она с его мамой дружит. Чем он так тебе понравился?

– Всем! И еще он сумку мне помог донести, до самой двери! И нисколечко не задается!

– Сумку помог донести? Надо же, молодец! Сейчас будем обед готовить!

– Саш, давай не будем… Жарко, неохота у плиты торчать. Попьем чайку с бутербродиком.

– Да я уже для окрошки все приготовила, осталось только сметаны положить и квасу налить.

– Тогда кайф! Саш, а папа…

– Что папа? – сразу вскинулась Саша.

– Не звонил?

– Не звонил! Манька, его, наверное, нет в Москве.

– Сашка, не ври… Ты мне вот что скажи: неужели можно любить-любить детей, а потом в один прекрасный день разлюбить?

– А кто тебе сказал, что он нас разлюбил? Ничего подобного! – без особой уверенности в голосе проговорила Саша. – У них с мамой… испортились отношения… А мы тут ни при чем.

– Знаю, – вздохнула Маня. – Но я по нему скучаю…

– Я тоже. Все, иди мой руки!

– Иду, иду!

Когда Маня вернулась на кухню, Саша решила перевести разговор на менее волнующую тему:

– Надеюсь, ты этому Гоше не сообщила, что мы сейчас одни, без мамы?

– Еще чего! Что я, дура совсем? Ой, как вкусно, Санька! Слушай, Гошка просто классно рифмуется с окрошкой! У нас сегодня, Гошка, прекрасная окрошка! Класс!

– Да, рифма отличная! А ты что, влюбилась в этого Гошку?

– Нет, я еще не влюбилась, но могу…

– А сколько ему лет?

– Думаю, сколько тебе…

– Понятно… Тебе еще окрошки дать?

– Я не могу без Гошки, налейте мне окрошки!

– Манька, ты сдурела! – засмеялась Саша. – Чтобы я больше про этого Гошку не слышала.

– Я ж не виновата, что рифма такая чистая!

– Если я еще раз эту рифму услышу, не будет тебе больше ни окрошки, ни картошки. Только борщ и макароны! Поняла?

– Ой, правда, картошка тоже рифмуется!

– Манька!

– Ладно, ладно, молчу! А мама когда будет звонить?

– Обещала сегодня вечером. Кстати, сегодня твоя очередь мыть посуду!

– А чего тут мыть-то! Да мы в два счета!

В этот момент раздался звонок в дверь.

– Кто там? – спросила Саша.

– Сашенька, это я, Елена Дмитриевна!

Саша открыла дверь.

– Здравствуйте, заходите, пожалуйста!

– Да я на минуточку, вот пирожки пекла, у меня нынче гости, и решила вам занести. Возьми, деточка!

Она протянула Саше глубокую тарелку, полную еще теплых, совсем маленьких пирожков.

– Спасибо, как много!

– Да они же совсем маленькие, не заметите, как слопаете! Вы сегодня уже обедали?

– Да, окрошку ели!

– Молодцы!

Тут в прихожую выскочила Маня.

– Ой, какие пирожочки! Это нам?

– Вам, вам! Бери, не стесняйся.

– А они с чем?

– С мясом!

– Обожаю! Ой, тетя Лена, а я сегодня с Гошкой познакомилась с пятого этажа. Вы про него говорили, да?

– Ну, если с пятого этажа, то про него! – засмеялась Елена Дмитриевна. – Понравился он тебе?

– Ага! Он мне сумку помог донести! Тяжеленную!

– Ну надо же, какой джентльмен вырос! – не без удивления заметила Елена Дмитриевна. – Ну, ладно, девочки, у меня еще куча дел! А вы ешьте пирожки!

Едва дверь за нею закрылась, как сестры с восторгом накинулись на пирожки.

– Знаешь, Сашка, мне в этом доме нравится. Соседи – классные!

– Да, кажется…


А Гошка тем временем жевал холодную курицу с черным хлебом. Мама велела ему ее разогреть, но зачем в такую жару что-то греть? И так дышать нечем! Зазвонил телефон.

– Алло! – с полным ртом ответил Гошка.

– Гуляев, это ты? – донесся до него голос Тягомотины.

– Я, привет, Розалинда!

– Розалинда? Это что-то новенькое. Хорошо хоть Тягомотиной не назвал.

– Ты что! – немного растерялся Гошка.

– Да ладно, что я, совсем дура глубокая, не знаю, как вы меня прозвали?

– Это не я!

– Ладно, Гуляев, кончай придуриваться! Ты мне лучше скажи, вы сегодня к тому дому ходили? Я бы и сама пошла, но мы с мамой к родственникам ездили…

– Роза! Для тебя есть задание!

– Задание? Какое задание? – встрепенулась Тягомотина.

– У этого мужика есть собака!

– Ну и что?

– Но у тебя тоже есть собака! Вот если бы ты с ним закорешилась…

– А какая у него собака?

– Французский бульдог.

– Это такая маленькая, черненькая?

– Ну да.

– Не получится!

– Почему?

– Они в других местах гуляют.

– С чего ты взяла?

– Гуляев, ты сам не сообразил?

– Нет.

– Если бы они гуляли там же, где и мы, я бы их давно знала.

– А может, они просто в другое время гуляют, но в тех же местах? – предположил Гошка.

– Вряд ли. Мы в самое разное время гуляем.

– Слушай, Розалинда, но ты ведь можешь выгуливать свою собаку тоже в других местах.

– Не могу, она привыкла… У нее там свои собачьи друзья уже завелись.

– Роза, но для пользы дела…

– А я для пользы вашего дела и так уже много сделала!

– И больше не желаешь, да? – разозлился Гошка.

– Ну, я не знаю… Нет, не буду я ничего больше для вас делать, все равно Филимонова потом смеяться будет, ну ее…

– Да что ты на Ксюху взъелась? – удивленно спросил Гошка. – Она, между прочим, слова худого про тебя не сказала… А ты…

– Что, не обойдетесь никак без Тягомотины?

– Обойдемся! – вдруг вышел из себя Гошка. – Как-нибудь! Не хочешь, не надо!

– Пока не обходились, – злорадно хмыкнула Тягомотина.

– А теперь вот обойдемся! Пока!

И Гошка швырнул трубку. «Нет, все-таки Ксюха права, с Розкой лучше не связываться. Ну ее на фиг! Надо подумать, у кого еще есть собака, из тех, кому можно доверять. – Но ничего путного в голову не приходило. – Тем более сейчас многих нет в городе. Ничего, как-нибудь. Если Никита узнает адрес Ивана Егоровича, то вообще никакие собачники могут и не понадобиться. Черт, трудное дело – сыск! Это в книжках у героев всегда находится дядя, работающий в ГИБДД, который может по номеру машины узнать все о ее владельце, или папа работает следователем, и его сын может запросто раздобыть списанные «жучки». Хорошо им. А если твоя мама – художница, а отец вообще уехал из России? Ксюхины родители – музыканты, отец – виолончелист, а мама – пианистка. А мои дядя и тетя, родители Никиты, – преподаватели. Никакого от них детективного толку! Есть, правда, еще две девочки, Саша и Маша, но их мама – артистка… Ничего, мы и так справимся, не боги горшки обжигают… То есть мы попробуем! Между прочим, если их мама артистка, то у нее вполне могут быть дома грим, парики и всякое такое, что может пригодиться. Надо бы побыстрее с ними подружиться. – И тут вдруг Гошке просто нестерпимо захотелось еще разок увидеть Сашу. – А что, если теперь она уже не покажется мне такой сногсшибательно красивой? Может, она самая обычная девчонка, а мне просто что-то в башку стукнуло? Надо бы проверить… Но как? Под каким предлогом можно пойти к ним, вот так, без приглашения?»

Однако он до вечера так ничего и не придумал.

Загрузка...