Глава 4

– Итак, – сказал император Палпатин, и его глаза вспыхнули в тени капюшона. – Всё так, как я и предполагал. Мофф Гловсток оказался изменником.

– Во всяком случае, он оказался расхитителем, мой повелитель, – ответила Мара. – Я пока не выяснила, изменил ли он на самом деле.

– Я считаю утаивание доходов от имперской казны актом измены, – возразил Император. – Твоя часть на этом окончена, дитя моё, дальше этим делом займутся другие. Ты хорошо поработала.

– Спасибо, – сказала Мара, чувствуя, как от его похвалы щёки наливаются румянцем. – Если нет ничего срочного, я бы хотела заняться теми шестью предметами, которые нашла в сейфе Гловстока. Похоже, они из числа десяти произведений искусства, которые были похищены из галереи пять лет назад, во время рейда против повстанческой ячейки на Кринтрино.

Лицо Императора посуровело:

– Выходит, Гловсток не только казнокрад, но и может быть связан с Альянсом повстанцев?

– Или он может иметь связи с имперскими силами, которые провели этот рейд, – немного настороженно заметила Мара. Добрый и мудрый Император иногда он был склонен видеть повстанцев и повстанческие заговоры там, где их не было. – Или просто какие-нибудь пираты или воры воспользовались неразберихой, чтобы под шумок выкрасть раритеты и сбежать. Интересно то, что Гловсток, очевидно, приобрел их на аукционе, из чего следует, что и он, и продавец хотели придать сделке законный статус.

– Ты сказала, что похищено было десять предметов, – сказал Император. – Но в сейфе Гловстока оказалось только шесть?

– Да, – подтвердила Мара. – И все шесть, очевидно, были приобретены одновременно около восемнадцати месяцев назад.

– Где же остальные четыре?

– Насколько мне известно, они пропали, – сказала Мара. – Это один из вопросов, на которые я бы хотела найти ответ. Другой вопрос – почему предыдущий владелец полтора года назад вдруг решил, что ему срочно нужна очень крупная сумма денег?

С минуту Император молчал, и Мара почувствовала радостное волнение. Частные операции с ценными предметами случались в Империи постоянно, причины бывали разные – от законных до туманных и полулегальных. Если бы этот вопрос поднял кто-либо другой из помощников или ассистентов Императора, скорее всего, тот счёл бы его не заслуживающим внимания.

Но Мара была Рукой Императора, он специально взял её на службу и обучил, а потому доверял её инстинктам.

– Потеря «Звезды смерти» стала большим потрясением даже для самых верных моих сторонников, – произнес, наконец, Палпатин. – Возможно, некоторые даже сомневаются, действительно ли моя Империя сможет победить в этом конфликте с Альянсом повстанцев.

– Конечно, сможет, – автоматически выпалила Мара.

Губы Императора раздвинула улыбка.

– Воистину, – согласился он. – Но не все видят ситуацию так же ясно, как ты и я. Даже если Гловсток не связан с Сопротивлением, вполне возможно, что один из богатейших наших граждан решил сыграть «и нашим и вашим». Скажи-ка мне, каково сейчас присутствие повстанцев в секторе Шелша?

– Ещё не знаю, – ответила Мара. – Я собиралась связаться с Шелконвой и попросить канцелярию губернатора Чоарда подготовить для меня сводку.

– Не нужно, – сказал Император, презрительно скривив рот. – Баршнис Чоард – компетентный администратор, но он слишком связан с богатыми и влиятельными особами своего сектора. Он может вольно или невольно предупредить о твоём расследовании тех, кого ты ищешь. Нет, лучше воспользуйся для поисков информации моей личной библиотекой.

Мара склонила голову:

– Спасибо, мой повелитель.

Император протянул ей руку.

– Иди, – сказал он.

Мара шагнула вперед и взяла руку Императора в свою, почувствовав, как её тело наполняется теплом и силой. Затем она отошла от трона.

– Еще одно, мой повелитель, – молвила она. – Когда вы прикажете арестовать моффа Гловстока и его приближённых, я бы хотела, чтобы один из членов его администрации, генерал Дириан, был избавлен от наказания.

Император задумчиво посмотрел на нее.

– Ты считаешь, что он непричастен к измене Гловстока?

– Я в этом уверена, – ответила Мара. – Он честный и благородный человек. Я не хочу, чтобы Империя лишилась его услуг.

При слове «благородный» нижняя губа Императора слегка дёрнулась, но он только кивнул.

– Как пожелаешь, дитя моё, – произнес он. – Я сейчас же переведу генерала Дириана на должность в Центре, где его не затронут последствия неминуемого краха Гловстока.

– Спасибо, – сказала Мара.

Развернувшись, она пересекла огромный тронный зал, миновала двух безмолвных императорских гвардейцев, облачённых в красное, и шагнула в турболифт.


* * *

Императорская библиотека была большой и закрытой; пользовались ею лишь немногие из особо приближённых лиц, и то исключительно по специальному разрешению повелителя. Обычно здесь дежурило несколько служителей, готовых помочь посетителю, однако, идя вдоль высоких стеллажей с блоками инфочипов к расположенным в центре считывателям, Мара была поражена царившей в здании тишиной. Похоже, у всех служителей вдруг возникли какие-то неотложные дела.

Миновав последний стеллаж, она обнаружила причину отсутствия персонала на рабочих местах. За одним из трёх компьютеров в одиночестве сидел Дарт Вейдер.

– Повелитель Вейдер, – вежливо проговорила Мара.

Проходя мимо, она автоматически бросила взгляд на его дисплей. Вейдер поднял руку – ровно настолько, чтобы закрыть ей обзор.

– Рука Императора, – приветствовал он её своим глубоким, холодным голосом, который показался ей мрачнее обычного. – Что тебе здесь нужно?

– Я получила разрешение провести одно исследование, – ответила Мара.

Она прошла мимо него и уселась за соседний терминал.

Однако, глядя в панель и набирая параметры поиска, она чувствовала, что угрюмый сит думает не только о своём деле, но и о ней. Вейдер всегда был достаточно вежлив, но даже без Силы Маре было совершенно ясно, что он её недолюбливает.

Она никак не могла понять почему. Цель у них была одна: служить Императору и его Новому Порядку. Возможно, он считал, что её обучение отнимает у Императора слишком много времени и внимания, а может, подозревал, что она замышляет занять его место.

Конечно, обе идеи совершенно абсурдны. У Мары своя работа, у Вейдера – своя, а ставить под сомнение мудрость Императора, выбравшего каждому свою роль, было бессмысленно.

Знать бы только, как тактично сказать об этом Вейдеру.

– Вы ищете информацию о повстанцах, – сказал Вейдер.

– Разве не все мы заняты этим? – сухо ответила Мара. – Лично меня интересуют те, что действуют в секторе Шелша. Вы случаем ничего о них не знаете?

– В том секторе нет ни известных, ни предполагаемых баз, – пророкотал тёмный владыка. – Единственный крупный разведывательный аванпост был захвачен и разрушен несколько дней назад. Я подозреваю, что через сектор проходят несколько важных линий снабжения, но это пока не подтверждено.

– Есть ли там какие-то сочувствующие из высокопоставленных лиц?

Окружавшая Вейдера аура враждебности усилилась.

– Сочувствующие есть повсюду, – сказал он, – как и те, кто замышляют занять место вышестоящих.

По спине Мары пробежал неприятный холодок.

– Повелитель Вейдер, уверяю вас, у меня и в мыслях…

– Приятного вам дня, Рука Императора, – оборвал её Вейдер.

Взмахнув чёрным плащом, он поднялся и выключил терминал, затем развернулся и зашагал прочь.

– Спасибо вам за помощь, повелитель Вейдер! – крикнула Мара ему вдогонку.

Тот не ответил, и аура враждебности понемногу угасла, отдаляясь. Вейдер взмахнул рукой, дверь открылась, и он вышел из библиотеки.

Мара сделала глубокий вдох и устало выдохнула. С чего это он так разволновался? Все знали, что верность – одна из сильнейших черт Императора; верность тем, кто верен ему. Неужели Вейдер мог подумать, что Император хочет избавиться от него, чтобы заменить кем-то другим? Тем более таким молодым и неопытным, как она.

Мара покачала головой и повернулась к панели, заставив свой разум работать. Итак, через сектор Шелша проходят повстанческие линии снабжения. Это была полезная информация. Мара закончила набирать свой запрос общих данных о повстанцах, затем добавила поиск крупных и мелких маршрутов, захолустных космопортов и всех известных центров контрабандной и криминальной активности.

Наконец Мара нажала на кнопку и откинулась в кресле, ожидая результат… Она расправила уставшие плечи, и тут её взгляд уперся в панель, за которой работал Вейдер. Тёмный владыка никогда не был приятным собеседником, но сегодня, решила Мара по размышлении, он был особенно взвинченным.

Возможно, удастся выяснить почему.

Бросив взгляд на дверь, она поднялась и подошла к панели Вейдера. Если он её сейчас застукает… Но такой случай нельзя упускать. Мара уселась перед терминалом. Был один компьютерный фокус – возможно, тёмный владыка не знал, как от него обезопаситься…

Как оказалось, не знал. Мара набрала код и вывела на экран последний файл, который запускался с этого терминала.

Это была поисковая программа, весьма сложная и совершенная – она просматривала анкеты обитателей сотен звёздных систем, пока Вейдер не прервал её работу, выключив машину.

Причем проверялись не только анкеты, но и сведения о перемещениях и местонахождении, финансовые досье, туристические визы и вся остальная информация, которой могла пользоваться Империя, чтобы отыскать любого из своих граждан.

Мара промотала окно вверх, где должен был находиться список искомых лиц. Если Вейдер снова пытался нащупать связи принца Ксизора с «Чёрным солнцем», Император будет очень недоволен.

Однако, к её удивлению, в списке значилось всего одно имя.

Люк Скайуокер.

Нахмурившись, Мара порылась в памяти. Встречалось ли ей раньше это имя?

Нет, не встречалось. Впрочем, ей было всего восемнадцать лет, и она была новичком при дворе Императора.

Тем более что у неё сейчас другая работа. Запомнив имя на будущее, Мара выключила панель и вернулась на своё место.


* * *

Хана нисколько не удивило, что назначенное место встречи оказалось одной из нор, которыми генерал Рийкан окружил Империю. Это было тихое, достаточно уединенное и самое жалкое подобие военной базы из всех, которые когда-либо видел Хан.

Впрочем, база имело одно неоспоримое достоинство. Там была Лея.

– Хан, – она, как обычно, встретила его официальной улыбкой, когда он спускался по трапу «Сокола». – Похоже, ты едва успел скрыться.

– Ничего подобного, – улыбнулся он в ответ. Конечно, её холодная официальная улыбка не обманула его ни на минуту. – Все остальные добрались в целости и сохранности?

– Большинство, – подтвердила Лея, слегка нахмурившись. – Чивкири до сих пор не выходил на связь.

Хан оглянулся через плечо; за его спиной Люк и Чубакка помогали техникам выгружать оборудование из трюма «Сокола».

– Хочешь, чтобы мы с Чуи его отыскали?

– К сожалению, проблема не в этом, – печально ответила принцесса. – У нас проблемы со всей организацией.

– А-а… политика… – протянул Хан. – Тогда не втягивай меня в это.

– Боюсь, придется. Кстати, Мон Мотма хочет нас всех видеть в командном центре: тебя, Люка и меня.

– Кто-кто?

– Мон Мотма, – терпеливо повторила Лея. – Главнокомандующий Альянса.

– А-а… – опять протянул Хан, когда имя всплыло в памяти. – Она.

– Да, она самая. У нее есть для нас поручение.

Хан едва удержался, чтобы не скорчить недовольную гримасу. Вот, опять все почему-то решили, что они с Чубаккой официально записались в команду этого тонущего корабля.

– Ладно, – произнес он. – Мы придём, как только закончим с разгрузкой.

Лея чуть-чуть приподняла брови, и на секунду Хану показалось, что она собирается указать ему на его место. Но, должно быть, вовремя вспомнила, что места-то у него и нет.

– До встречи, – сказала она и ушла.

– Проблемы? – послышался из-за спины голос Люка.

Обернувшись, Хан увидел, что малыш идет к нему.

– Не более обычного, – сказал он. – А что?

– Лею что-то тревожит.

– Её королевское высочество всегда что-то тревожит, – буркнул Хан, разозлившись неожиданно для самого себя.

С тех пор, как они вызволили принцессу со «Звезды смерти», Люк только о ней и говорил, а после Явина он вбил себе в голову, что у них с Леей какая-то глубокая духовная связь и он способен улавливать её чувства и настроение.

А может, это все были его джедайские штучки? Иногда Хан не мог решить, какая черта характера Люка раздражает его больше всего.

Впрочем, в остальном юноша был нормален. Более нормален, чем многие люди, которых Хан встречал за все эти годы.

– На ней лежит большая ответственность, – тихо напомнил ему Люк. – И Альдераан. Это было совсем недавно.

Хан поморщился. Юноша, конечно, был прав. Лея тогда была слишком занята, чтобы особенно горевать, но после Явина прошло достаточно времени, чтобы весь ужас гибели родной планеты лёг на неё тяжким грузом.

И если уж на то пошло, то Люк тоже получил пару ударов от судьбы – сначала потерял дядю с тётей, потом прямо у него на глазах убили того старика… Самое меньшее, что Хан мог сделать – это забить на них. На обоих.

– Ага, знаю, – ответил он. – Кстати, наш славный главнокомандующий хочет встретиться с нами в командном центре, когда у нас будет время.

– Отлично, – сказал Люк, просияв при мысли о новом задании. – Пойдём. Чуи сам справится с разгрузкой.

«Прикажут прыгать – прыгай», – всплыла в памяти Хана старая армейская поговорка. «А высоко ли?» – спросишь потом. В то время как он настороженно относился к Сопротивлению, Люк явно прыгнул со всей силы.

Прыгнул, полетел вверх и даже не подумал спросить, на какую высоту.

«Забей на них», – спокойно напомнил себе Хан. На обоих.

– А, ну да, – сказал он. – Пойдем, послушаем, чего хочет от нас её высочайшее высочество.


* * *

Мон Мотма была величественной женщиной с короткими каштановыми волосами и бледно-зелёными глазами. Одетая в простую белую одежду, на шее у неё висело что-то вроде медальона – единственное украшение. Мон Мотма сидела за штабным столом, по правую руку от неё разместился генерал Рийкан, по левую – Лея; именно такую особу Люк и рассчитывал увидеть во главе Альянса – тёплую, сильную и целеустремлённую.

– Спасибо, что нашли для меня время, капитан Соло и мастер Скайуокер[1], – сказала Мон Мотма, поприветствовав каждого торжественным кивком. – Оба вы уже сослужили Сопротивлению большую службу, и вся галактика в огромном долгу перед вами. Я прилетела сюда, чтобы попросить вас оказать нам ещё одну услугу.

Бросив взгляд на Хана, Люк увидел, что тот с подозрением нахмурился и слегка задрал верхнюю губу.

– Мы с удовольствием… – начал Люк.

– Мы слушаем, – оборвал его Хан.

Люк поморщился. Однако Мон Мотма то ли не обратила внимания на бесцеремонность кореллианина, то ли решила её не замечать.

– Как вы знаете, Альянс повстанцев состоит из множества групп, которые в прошлом вели собственные войны против тирании императора Палпатина, – сказала она. – И только когда мы объединились и начали координировать свои усилия…

– Мы знаем историю, – снова вмешался Хан. – Что нужно сделать?

Лея заёрзала в кресле и бросила на Хана предупреждающий взгляд. Но если Мон Мотма и почувствовала себя оскорблённой, то снова не подала виду.

– Одну из таких групп, вошедших в Альянс, Возрождённую Республику, возглавляет адариец по имени Йиру Чивкири, – сказала женщина-главнокомандующий. – У него есть предложение, которое, как он считает, даст мощный импульс Сопротивлению.

– Импульс – это хорошо, – буркнул Хан. – А в чём проблема?

– Проблема в том, – отвечала Мон Мотма, – что предводители двух других групп сектора настолько же сильно возражают против этого проекта, насколько Чивкири его поддерживает.

– Насколько сильно? – спросил Хан.

Мон Мотма поджала губы.

– Они грозятся выйти из Альянса, если план Чивкири будет принят.

– А они стоят того, чтобы их удерживать? – поинтересовался Хан.

– Это ещё что за вопрос? – Люк уставился на него, будто не веря своим ушам.

– Нормальный вопрос, – немного обижено парировал Хан. – Я думал, мы потому эвакуировали разведпост со Слезы, что Альянсу, по сути, нечего делать в этом секторе Шелша.

– На самом деле, Скайуокер, вопрос очень хороший, – сказал Рийкан. – Нам трудно закрепиться в этом секторе, отчасти из-за культурных проблем, отчасти из-за таких вот междоусобиц.

– В численном отношении группа Чивкири самая слабая из трёх, – прибавила Лея. – У адарийцев жёсткая система сословий, и сторонники Чивкири почти все относятся ко второму сословию, как и он сам. Остальную часть народа мало интересует борьба с Империей.

– Я думал, вступая в Альянс, все обязались забыть о подобных разногласиях, – сказал Люк.

– Да, уговор был такой, – ответил Рийкан. – Но адарийцы – народ упрямый. Если они чего-то надумали, отговорить их практически невозможно, – он покосился влево. – Если только кто-нибудь из высшего сословия не предложит им альтернативную идею. Вот почему мы посылаем на переговоры принцессу Лею.

– Я так понял, вы невысокого мнения о плане Чивкири? – спросил Люк.

– Вообще-то мы понятия не имеем, в чём он состоит, – сознался Рийкан. – Он отказался обсуждать этот вопрос по ГолоСети, даже по шифрованному каналу. Единственный способ всё узнать – это вам отправиться в сектор Шелша и поговорить с ним.

До Люка не сразу дошел смысл слов генерала. Хан, как обычно, понял всё мгновенно.

– Чтобы отправились мы? – с нажимом спросил он.

– Да, – подтвердил Рийкан, глядя ему прямо в глаза. – Я бы хотел, чтобы принцессу сопровождали вы со Скайуокером.

Сердце Люка забилось быстрее. Ещё одно задание для Альянса – и он проведёт его в обществе Леи!

– Мы хотим, чтобы эта операция прошла как можно незаметнее, – объяснила Лея. – Это значит, что не должно быть ни кораблей Альянса, ни явных членов Альянса.

– Явных членов Альянса? – переспросил Хан.

Люк нахмурился. Что же его гложет, этого Хана?

– Имеется в виду, что у нас пока ещё нет ни официального статуса, ни званий, – с готовностью объяснил он.

Оказалось, лучше бы он этого не говорил. Хан метнул на него свирепый взгляд и повернулся к Рийкану:

– Куда конкретно нужно лететь?

– Как сказала принцесса, мы все хотим, чтобы операция прошла незаметно, и Чивкири тоже, – сказал генерал. – Он живет в Макрине – правительственном городе столичной планеты Шелконва, но ваша встреча состоится в необитаемой системе, расположенной в нескольких часах полёта оттуда.

– Мы не знаем, не отслеживает ли Империя его передвижения, – прибавила Лея, – но даже если так, он сможет выскользнуть на некоторое время, не вызвав подозрений.

– При условии, что ты уладишь их споры, обойдясь без недельной дискуссии, – отметил Хан.

– Она уладит, – с непоколебимой уверенностью сказала Мон Мотма. – Вы согласны её сопровождать?

– Я согласен, – твердо произнес Люк, осмелившись послать в сторону Леи быструю улыбку.

Наградой ему стала такая же незаметная улыбка.

– Ну да, наверное, – гораздо неохотнее протянул Хан. – Когда нам лететь?

– Не раньше чем через несколько дней, – сказал Рийкан. – Нам нужно ещё утрясти некоторые детали с Чивкири и остальными вожаками.

– Например, какой формы должен быть стол? – поинтересовался Хан.

Лея и Рийкан переглянулись.

– Мы сообщим вам время, как только нам станет известно, – молвил генерал. – Спасибо, что пришли.

– И снова Альянс у вас в долгу, – сказала Мон Мотма.

– Точно, – бросил Хан.

Он встал и вышел из комнаты. Люк посмотрел ему вслед, ломая голову, что же на самом деле происходит.

Похоже, этот вопрос интересовал всех.

– Что его тревожит? – спросил Рийкан.

– Понятия не имею, – ответил Люк. – Он был в таком настроении всю дорогу со Слезы.

– Я поговорю с ним, – вызвалась Лея. – Спасибо за беседу, Мон Мотма и генерал Рийкан.

– Спасибо тебе, – с большой серьёзностью ответила Мон Мотма.

– Дай мне знать, если я могу что-нибудь сделать для Соло, – сказал Рийкан. – Нам нужны такие хорошие люди.

– Вы действительно думаете, что под всем этим скрывается хороший человек? – сухо спросила Лея.

– Конечно, – Рийкан пожал плечами. – Где-то там внутри.

Лея догнала Хана у самого «Сокола», когда техники уже вывозили последнее оборудование, доставленное со Слезы.

– Хан, – окликнула она его.

– Ваше высочайшество, – отозвался он, наклонив голову.

Лея едва сдержала резкий ответ. Ну почему он такой? Он же знал, что она терпеть не может этот сарказм.

А может, как раз поэтому он и был таким.

– Ты вёл себя довольно грубо, – сказала Лея. – И неуважительно.

– Я не хотел, – оттопырил губу Хан. – Я их уважаю. По крайней мере, Рийкана. Я видел достаточно офицеров, чтобы распознать хорошего.

– Ну ладно, если это не было неуважение, то весьма хорошая имитация.

Хан повернулся к ней спиной и стал возиться с каким-то устройством под брюхом «Сокола».

– Просто я не люблю политику, – сказал он, обернувшись через плечо.

– Это не политика, Хан, – возразила Лея. – Это вопрос выживания в условиях…

– Нет, это именно политика, – прервал её Хан. Он повернулся и бросил на неё сердитый взгляд. – Вечно эта политика. Один повстанческий вожак хочет добиться своего, остальные хотят помешать ему пожать всю славу, а вы с Мон Мотмой и Рийканом пытаетесь пригладить всем перья. Это не выживание, принцесса, это политика.

– Так вот что тебя гложет? – спросила Лея, силясь разобрать смысл его тирады. – Тебе не хватает признания?

– Да хватает мне вашего признания, хватает, – пробурчал Хан. – Или ты забыла ту блестящую медальку, которую сама повесила мне на шею?

Лея почувствовала, что краснеет.

– Прошу прощения, капитан Соло, – процедила она с неожиданным для себя ядом. – Я просто пытаюсь вас понять.

На секунду Лее показалось, что в его глазах мелькнуло что-то уязвимое и беззащитное. Но всего через мгновение на лице Хана снова появилась маска циничного безразличия.

– Не старайся, – посоветовал он. – Даже если у тебя получится, ты всё равно не поверишь.

Он снова отвернулся и сделал вид, что с головой занят проверкой «Сокола». Лея постояла ещё несколько секунд, пока не убедилась, что разговор окончен. Тогда она стремительно развернулась и зашагала прочь; её щеки по-прежнему пылали. Никогда в жизни она ещё не встречала человека, которым бы так восхищалась, одновременно желая задушить его голыми руками.

За воротами ангара её ждал Люк.

– Ну что? – спросил он.

– Бахвалится, как обычно. – Лея вздохнула. – Может, у тебя что-нибудь получится?

Люк бросил взгляд через плечо.

– Может, лучше подождать, когда он остынет?

– Очень хотелось бы знать, что его так взвинтило, – сказала Лея. – Он говорил о политике, но я знаю, что это не то.

– Тем не менее, нам надо как-то добраться до сектора Шелша, – заметил Люк. – Надеюсь, у генерала Рийкана есть запасной план насчёт транспорта.

– Я в этом уверена, – ответила Лея. – Но у нас ещё в запасе несколько дней. Может, всё-таки удастся уговорить Хана.

– Угу, – с сомнением произнёс Люк. – Может быть.

Загрузка...